PDA

Просмотр полной версии : ИНГУШСКИЙ КРАЕВЕД БЕРСНАК ГАЗИКОВ



CAUCASIAN
18.12.2007, 14:47
Еще будучи школьником Берснак впервые заинтересовался историей своего народа. И сразу же столкнулся с непреодолимой преградой. Оказалось, что источников, из которых можно было бы почерпнуть какие-то новые сведения, дополняющие рассказы стариков, практически нет. Не нашел он их ни в библиотеках, ни в книжных магазинах, куда стал частенько наведываться. Здесь любознательного мальчишку приметили сразу, но ничем помочь ему не могли…
О причинах подобного дефицита в те годы старались большей частью помалкивать. И только однажды кто-то из взрослых сказал Берснаку, что его поиски вряд ли приведут к успеху - были, мол, времена, когда власти под корень извели все национальные ингушские архивы и в пылу уничтожения памяти о неугодном народе отовсюду изъяли все книги, в которых этот народ упоминался хотя бы вскользь.
Долгое время Берснаку пришлось довольствоваться рассказами и воспоминаниями старших. Увидев добрый знак в стремлении мальчишки заглянуть в далекое прошлое своего народа, они с удовольствием повествовали ему о времени, в котором им довелось жить, а кто-то пытался даже вспомнить прочитанное много-много лет назад, когда такая возможность еще была.
В 1968 году случай помог Берснаку стать счастливым обладателем "Кавказского этнографического сборника", изданного незадолго до этого в Тбилиси весьма ограниченным тиражом. В этот сборник, увидевший свет благодаря Академии наук Грузии, вошли материалы научных экспедиций целого ряда грузинских ученых, изучавших в 60-е годы прошлого столетия башенную культуру ингушей, веками складывавшиеся семейно-правовые отношения народа, его быт, обычаи и т.д.
Впервые Берснак держал в руках книгу, которая была полностью посвящена его народу. Радость его граничила с восторгом. Жадно впитывая доселе неизвестную ему информацию. Он открывал для себя и имена известных грузинских ученых и исследователей Робакидзе, Харадзе, Бахвы Гомкрелидзе, Валерьяна Итонишвили и других, с которыми ему в будущем предстояло встретиться еще не один раз - через несколько лет собственные исследования приведут его в Грузию…
Начало краеведческой деятельности Берснака Газикова, которая уже давно снискала ему широкую известность и авторитет в научных кругах, было положено в 1971 году. Первыми под напором молодого парня пали неприступные бастионы научной библиотеки города Орджоникидзе. Предположив, что в ней наверняка могли сохраниться, пусть даже в малом объеме, издания, увидевшие свет до депортации ингушского народа в 1944 году, он был настойчив и упорен в достижении поставленной цели. И вскоре Берснака допустили в святая святых - в хранилище библиотеки, доступ в которое был по объективным причинам ограничен. Здесь его ждали первые интересные находки и открытия, подвигнувшие юного исследователя к продолжению поисков. Теперь уже в архивах города Орджоникидзе.
Родные, друзья и знакомые Берснака по-разному отнеслись к делу, которое поглотило все его существо. У кого-то деятельность начинающего краеведа вызывала живой интерес, а кто-то видел в нем чудачество, надеясь, что со временем парень остынет и займется более полезным, с точки зрения подавляющего большинства, делом, приносящим определенные материальные выгоды.
Оправдаться этим надеждам так и не было суждено. Совсем скоро самые стойкие скептики убедились, что краеведением Газиков увлечен всерьез и надолго. Его поездки в Орджоникидзе происходили все чаще, а затем география поисков Берснака стала постепенно расширяться. Ставрополь, Ростов, Воронеж, Тамбов - города так и замелькали в его путевых тетрадях.
На многочисленные поездки уходили все средства, которые ему удавалось заработать в то время. Но вечное безденежье, способное привести в уныние кого угодно, Берснак воспринимал как неминуемые издержки деятельности, приносящей ему внутреннее удовлетворение и огромную радость. Познавая прошлое своего народа, он и тогда и сейчас чувствует себя куда богаче любого толстосума, и даже за все сокровища мира никогда не отдаст открывшуюся ему кладезь новых знаний, без которых, по сути, любой народ - как дерево без корней, а конкретный человек - что перекати-поле - пуст и неприкаян.
Вот уже почти 35 лет Берснак Газиков профессионально занимается краеведением. Благодаря его неустанным усилиям, в движение пришли огромные исторические пласты, свидетельства о которых до этого лежали мертвым грузом и пылились на полках различных архивах. Мало кто мог догадываться, какие тайны были сокрыты в них от постороннего взора, сколь ценные сведения могут они вернуть народу, прошедшему через самые жестокие испытания и утратившему во время всех пережитых катаклизмов документальные основы своей древней и великой истории.
Интерес захваченного поисками исследователя сначала привел Б. Газикова в Тбилиси. Здесь впервые открылся широкий простор для его пытливого взора. Центральный исторический архив, Гос.Музей Грузии, архивы республиканской библиотеки и Института рукописей, оказывается, все эти годы терпеливо дожидались своего часа. Первые же находки, сделанные здесь Берснаком, потрясли его воображение.
Затем в планах краеведа появилась Москва. В течение многих лет он увлеченно занимался своими поисками в Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ), в Российском государственном военно-исторческом архиве, в архиве Министерства обороны в Подольске, в архивах древних актов и внешней политики Российской Империи. Редчайшие издания были обнаружены им в бывшей "Ленинке" - Российской государственной библиотеке, в хранилищах Исторической библиотеки и библиотеки ИНИОН.
Конечно, не мог долго оставаться в стороне от краеведческих маршрутов Б. Газикова и Санкт-Петербург. С большим трудом, но ему все же удалось попасть в Российский государственный исторический архив. Северная Пальмира подарила Берснаку радость первопроходца в архивах Института востоковедения, Института истории и материальной культуры, Института русской литературы (Пушкинский Дом). Вскоре на очереди оказались Российский этнографический музей, Российская Национальная библиотека и даже городской архив Санкт-Петербурга.
Всякий раз это было время, проведенное с пользой. Из своих поездок Берснак Газиков всегда возвращался с целым ворохом редчайших материалов, многие из которых после их публикации становились настоящей сенсацией.
Несколько последних лет Газиков работает в должности главного специалиста отдела научных исследований Государственной архивной службы РИ. Сюда он пришел, уже добившись и известности, и признания. Поэтому его авторитет среди коллег сегодня достаточно высок. И, кстати, не в последнюю очередь, благодаря внутренним качествам этого человека. Берснак при всех своих заслугах удивительно скромен и никогда не откажется поделиться с коллегами опытом работы и приобретенными с годами навыками.
В настоящее время специалисты Госархива Ингушетии готовят к выходу в свет очередной, пока только третий выпуск "Архивного вестника". Издание, как всегда, обещает быть интересным для самого широкого круга читателей. В него, к примеру, войдут более двадцати нотных записей ингушских песен, которые датированы 1932 годом и обнаружены Берснаком несколько лет назад в одном из архивов Ростова-на-Дону.
Некогда популярные в народе песни дошли до наших времен в своем первозданном виде, благодаря экспедиции композитора А.П. Митрофанова, предпринятой им в Ингушетию . Заинтересовавшись ингушским песенным фольклором, Андриан Павлович в 1932 году побывал в самых отдаленных уголках нашей республики. В ауле Эгикал его экспедицию ждали знакомства с Буни Хидировым, Лом-Али Аушевым и Сулейманом Гарсовым. В исполнении этих народных талантов ростовские исследователи услышали песни "Вот идет красивый Сулейман", "Колыбельная", "Пастушья", "Свадебная". В селении Ольгетти были записаны назымы и зикры, которые исполняли известные во всей округе Ахмед, Аюб и Мурзабек Евкуровы. В Шоане ростовчан заинтересовали мелодии, сыгранные на чондыре местным музыкантом Бердом Хаутиевым. В полевом материале исследователей оказались также мелодии Белана Эльжаркиева и песня "Девушки" в исполнении Фатимы Марзиевой из аула Салги. Тогда же А. Митрофанов встретился с 28-летним ингушским художником, выпускником Санкт-Петербургской художественной академии Гази-Магомедом Даурбековым. Эта встреча сохранила для нас песню "Борьба за Родину" ("Мохк бахьан латар").
А. Митрофанов был далеко не единственным композитором, заинтересовавшимся национальным песенным творчеством ингушей. В числе тех, кто посвятил немало времени его изучению, можно назвать Г. Мепурнова, Н. Речменского, Ч. Колесникова, Д. Аракишвили. Последний собирал цова-тушинские песни, а в 1940 году им была опубликована похоронная песня "Дала". И, кстати, мало кто знает, что в 1932 году в Орджоникидзе вышел в свет сборник "Ингушские песни". И составителем этого сборника был ингуш Дзарахмат Измайлов.
Подлинной сенсацией стали в свое время находки, сделанные Берснаком Газиковым в архиве фонодокументов в Москве. Здесь им были обнаружены три назыма, записанные в 1910 году. До нас дошли живые голоса их исполнителей Асламбека Солтиева и Белана-муллы Оздоева. В этом же архиве Газиков обнаружил оркестровую запись ингушской лезгинки, сделанную в 1939 году. Вернулись в Ингушетию и два десятка ингушских песен, находившихся на пике популярности в 60-70-х годах прошлого века. Их исполнители -блистательные ашуги Ахмед Хамхоев и Идрис Цицкиев - оставили неизгладимый след в ингушской национальной культуре. Но их творческое наследие считалось безвозвратно утерянным в результате боевых действий в Чеченской Республике, когда в огне пожарищ была уничтожена и богатейшая фоно- и видеотека бывшего Гостелерадио Чечено-Ингушетии. Но Берснак Газиков и на этот раз доказал, что интуиция исследователя ему не изменяет никогда.
Уже работая в Государственной архивной службе Республики Ингушетия, в мае нынешнего года, как раз накануне Дня Победы, Б. Газиков привез в Ингушетию 82 наградные карточки, принадлежащие ингушам, вставшим на защиту Родины в годы Великой Отечественной войны. Обнаружив эти документы в архиве Министерства обороны России в Подольске, вскоре краевед убедился, что многие награды, указанные в них, так и не дошли до их владельцев при жизни. Остается надеяться, что хотя бы теперь справедливость будет восстановлена.
Совсем недавно в Госархиве Кабардино-Балкарии Берснаку вновь улыбнулась удача. Здесь его взору предстали редкие материалы, повествующие о наделении землей в 1870 году царских офицеров-ингушей. Свои угодья они тогда получили в районе селений Курп, Кескем, Сагопши. Здесь же Газиковым была обнаружена раннее неизвестная фотография Хизира Орцханова, проходившего службу в ингушском кавалерийском полку, который в составе легендарной Дикой дивизии покрыл неувядаемой славой свои клинки. Хизир Идигович Орцханов - Георгиевский кавалер - в 1917 году вернулся во Владикавказ и, поддержав Советы, позже выступил во главе своего отряда на борьбу с белогвардейцами. Столкнувшись с беспримерной отвагой и полководческим даром Х. Орцханова, генерал Деникин позже назовет его "королем Горной Ингушетии"…
Отдавая все свои силы краеведению, Берснак Газиков к сегодняшнему дню успел сделать для своего народа невероятно много. Говорю это отнюдь не ради красного словца. Давно наблюдая за его деятельностью, я мог бы рассказать немало трогательных историй, когда, к примеру, какая-нибудь глубокая старушка дрожащими руками брала протянутую ей Берснаком фотографию столетней давности, на которой запечатлен ее отец - молодой и красивый. Неизвестный фотограф, ослепивший на миг жителей горного аула магниевой вспышкой диковинного аппарата, и предположить не мог, что, спустя столетие, его снимок, вынырнув из какого-то архива, получит новую жизнь. Подарит радость человеку, стоящему на пороге вечности. Оживит в его памяти почти уже позабытые черты близкого человека. Берснак не только привезет в Ингушетию этот, не имеющий особой исторической ценности снимок, но и потратит много времени, чтобы разыскать потомков изображенных на нем людей. При этом, он будет знать только название аула, где сделана фотография…
Среди замечательных находок Берснака Газикова есть те, которыми он искренне гордится. В их числе можно назвать материалы, связанные с жизнью и творчеством незаурядного человека Шамиля Ахушкова. Собственно, и возвращение этого имени - целиком и полностью заслуга нашего краеведа.
В 1927 году Горький в своем письме Тихонову называл имя Ш. Ахушкова в одном ряду с именами Фадеева, Олеши, Платонова. В этом же году на Украине, где жил и работал наш земляк, были опубликованы его рассказы из цикла "Ингушетия", написанные автором на украинском языке. Среди них рассказы "Квитне алыча", "Медвежья долина", "Жена" и другие. Один из своих рассказов Ш. Ахушков посвятил классику Украинской литературы Павло Тычине, с которым его связывали теплые отношения.
В 1942 году в Москве была опубликована книга Ш. Ахушкова, посвященная кино. Сегодня ее единственный сохранившийся экземпляр хранится в столичном Музее книги. В соавторстве с женой известнейшего режиссера С. Эйзенштейна Перой Моисеевной Атташевой выходец из Ингушетии издал в тот период и "Историю американского кинематографии". В этом издании нашло отражение творчество Чаплина, Гриффита.
Разносторонние таланты Шамиля Ахушкова принесли ему в свое время признание в кругах самых известных современников. Но его биография и творчество еще нуждаются в дополнительном исследовании. И это - одна из задач, которые поставил перед собой Берснак Газиков на ближайшее время.
Накопив обширнейший краеведческий материал, несколько лет назад он приступил к его систематизации. В результате на книжных полках любителей истории появились авторские издания Газикова: "Материалы по истории Владикавказа" (1999 г.), "Взгляд в прошлое. Статьи по истории Ингушетии" (2002 г.), "Архивная память. Сборник статей" (2003 г.). В 2004 году он выступил в качестве консультанта при издании II тома капитального труда М. Яндиевой "Ингушетия и ингуши".
В настоящее время Берснак готовит к публикации подборку материалов, связанных с широким обсуждением в 1932 году в Ингушетии сценария А. Юнаковского "Голубой шайтан", заказанного автору в "Восток-кино". Сценарий был написан по роману Льва Пасынкова "Тайпа", который выдержал в Москве целых четыре издания (1930, 1933, 1935 и 1938 гг.). Свой роман Л. Пасынков посвятил модной тогда теме борьбы с тейпизмом и шейхизмом в Ингушетии и умудрился на 600 страницах излить настолько отвратительный пасквиль, от которого за версту разило самым махровым шовинизмом. Тем не менее, выход романа, а также его неоднократные переиздания в Ингушетии оказались незамеченными. И только когда уже был готов сценарий и началась подготовка к съемках фильма, интеллигенция Ингушетии, наконец, обратила внимание на происходящее. В республику вскоре приехал режиссер фильма Грязнов, однако, несмотря на протесты общественности, фильм, оскорбляющий чувство национального достоинства ингушского народа, все же был снят. Он получил название "Месть".
По мнению Б. Газикова, история с явно антиингушским фильмом достаточно поучительна и показательна. Она может и сегодня многому научить, ведь всегда, во все времена находятся те, кто с радостью готов запустить камень в чужой огород.
Другая тема, требующая своего обобщения, - история образования в Ингушетии. В этом направлении вместе с Берснаком Газиковым работает Нурдин Кодзоев - историк, автор ряда научных изданий по истории ингушского народа. Авторы заручились поддержкой Министерства образования РИ и скоро будут иметь возможность представить на суд читателей свой труд, аналогов которому в Ингушетии до сих пор не было.
В издание войдут материалы о шотландской миссии Патерсона и Блайя, которые еще 1821 году пытались открыть свою школу в Назрани. О том, насколько успешными были эти попытки, читатели, думается, узнают в самое ближайшее время. Издание расскажет также об открытии в 1868 году Назрановской горской школы, из стен которой вышли многие из тех, кто впоследствии прославит родную землю и свой народ.
Уже много лет Б. Газиков вынашивает идею собрать воедино все имеющиеся у него материалы об ингушском селении Гвилети. В его распоряжении находятся сегодня богатейшие генеалогические, этнографические и исторические свидетельства, связанные с этим селением и охватывающие значительный период времени, начиная с конца ХVIII, вплоть до ХХ в. Селение Гвилети часто упоминается в различных источниках ввиду своего стратегического месторасположения. Населенный пункт лежал между Казбеги и Ларсом на левом берегу Терека. Поэтому любой исследователь или путешественник, державший путь по Военно-Грузинской дороге в Тифлис, никак не мог миновать Гвилети. Так или иначе это селение упоминается практически во всех путевых журналах и тетрадях…
"Ключ к познанию истории народов белой расы лежит на Кавказе. Его хранит ингушский народ", - так написал в одной из своих работ известный ученый Фома Иванович Горепекин, отмечая важность ингушского языка для мировой цивилизации. Проведя титаническую работу изучению истории Ингушетии, он долгое время тщетно добивался внимания к своей деятельности со стороны советской власти. Однако труды Ф. И. Горепекина так, к сожалению, и не были изданы. Берснак Газиков готовит к публикации переписку Фомы Ивановича с высокими инстанциями и влиятельными людьми своего времени, в которой этот ученый аргументированно отстаивает свою правоту и настойчиво требует сделать его труды достоянием общественности и научных кругов. Раз за разом он доказывает, что народ, которому посвящены его научные интересы, достоин куда большего уважения.
В настоящее время Б. Газиков пишет работу "Ингушетика", в которой пытается раскрыть тайны ингушского языка. Определив для себя совершенно новые принципы и подходы, никогда еще не рассматривавшиеся в лингвистике, Берснак выдвигает достаточно смелую теорию, которая, тем не менее, находит понимание у некоторых специалистов. Выдвинув гипотезу о том, что каждому звуку изначально соответствует определенная геометрическая форма, он потратил немало времени, чтобы найти такие формы. Опираясь на результаты этих поисков, Газиков намерен доказать, что праязык человечества все же существовал. Разработку своей гипотезы он ведет на базе ингушского языка и, следовательно, именно его рассматривает в качестве ключа, с помощью которого будут открыты тайны других языков. Свою теорию Б. Газиков уже пытается использовать в отношении русского, немецкого и даже латинского языков. По его логике, соответствие каждому звуку собственной геометрической формы сохраняется независимо от языка. Если лингвистические изыски Берснака будут им доказаны, - это станет явлением в мировой науке. Но пока он не решается говорить об этом с полной уверенностью, совершенно справедливо полагая, что впереди его еще ждет долгая и напряженная работа, в которой любая упущенная деталь напрочь разрушит все стройные выкладки и рассуждения.
Неуспокоенная натура исследователя влечет Б. Газикова к новым открытиям. Он не оставляет надежды побывать в Германии, где в Йенском университете можно найти материалы, связанные с Висан-Гиреем Джабагиевым. Между тем, Баварская государственная библиотека уже отправила в Ингушетию около 2000 кадров пленки с различными документами по истории Кавказа. Поездка в Германию наверняка оказалась бы плодотворной, считает краевед.
На Украине Б. Газиков хотел бы продолжить поиск материалов, которые могли бы составить более полное представление о творчестве Ш. Ахушкова. Кроме того, здесь жил Евгений Редин, автор поэмы, посвященной Ингушетии, а в университете Святого Владимира в Киеве работал кавказовед, профессор Алексей Николаевич Грен, с именем которого связаны научные исследования, когда-то проводившиеся и на территории нашей республики. Было бы заманчиво познакомиться с материалами этих исследований.
Кому-то может показаться странным, но Берснак убежден, что период сталинской депортации ингушей в Казахстан и Киргизию тоже еще нуждается в серьезном изучении. С этой целью он собирается когда-нибудь обязательно побывать в этих странах, чтобы заняться здесь изучением сохранившихся материалов, рассказывающих о трагических станицах истории ингушского народа.
Беседуя с этим удивительным человеком, вся жизнь которого подчинена одной страсти, не устаешь поражаться его энергии и неиссякаемому энтузиазму. Сколько трудностей довелось преодолеть Берснаку Газикову на своем пути, через какие только разочарования он не прошел. Но смотришь на него и понимаешь - ничто не может поколебать его преданности избранному на всю жизнь делу. Его оптимизму, а также упорству в достижении поставленной цели мог бы позавидовать любой. Ну, казалось бы, чем не баловень судьбы? Успешен в жизни и удачлив в делах.
Как-то не сразу приходит понимание, что за всем этим - годы напряженного и кропотливого труда. Долгие и изнурительные поиски.
Что придает Берснаку сил? Какая путеводная звезда ведет его вперед, к новым победам? Сыновняя любовь к своей некогда оболганной Родине, к людям, которые живут на ее земле? Пожалуй, что так, хотя очень хочется избежать и громких фраз, и какой бы то ни было выспренности.
У Б. Газикова есть одно неоспоримое достоинство. Он умеет быть счастливым, чтобы потом делиться своим счастьем с другими…
В одной публикации невозможно рассказать обо всех его краеведческих находках и обретениях, обогативших ингушскую национальную культуру и науку. Но перед последней точкой в этом изрядно затянувшемся повествовании нельзя не пожелать Берснаку еще много новых открытий, ждущих своего часа у истоков древней ингушской цивилизации.

Ахмет ГАЗДИЕВ.

ing
17.02.2009, 10:01
Из странствий дальних возвратясь...

На протяжении многих последних лет профессиональный интерес ингушского краеведа Берснако Газикова был прикован к крупнейшим западным архивам, которые, по его глубокому убеждению, могли бы пролить свет на многие тайны прошлого, помочь восполнить утраченное историческое наследие ингушского народа. И вот совсем недавно ему удалось сделать первые шаги к осуществлению своей давней мечты. На днях он вернулся из поездки в Германию, привезя с собой массу приятных впечатлений, ценные находки и интересные открытия, изучение которых краевед намерен включить в план своей работы на ближайшие годы.

В Германию Берснак Газиков, главный специалист отдела исследований Государственной архивной службы Республики Ингушетия, отправился по приглашению профессора Калифорнийского университета (г. Беркли) Джоханны Николс. Одновременно с ним такое приглашение получили Лилия Тариева, заместитель директора Ингушского НИИ гуманитарных наук, и Султан Мерешков, для которого нынешняя поездка была уже пятой по счету.
Джоханна Николс уже хорошо известна в научных кругах нашей республики. В своем родном университете она занимается изучением ингушского языка. Одним из ярких и значительных результатов этой многолетней работы стал выпущенный ею недавно англо-ингушский словарь. В разные годы американский ученый-лингвист приглашала к сотрудничеству признанного знатока ингушского языка, писателя Ваху Хамхоева, а также профессора Ингушского госуниверситета Фирузу Оздоеву. Свое плодотворное сотрудничество с ингушскими специалистами Джоханна Николс намерена продолжить и впредь.
Нынешние научные контакты не случайно происходили на родине канцлера Германии Ангелы Меркель. Город Лейпциг является крупным научным и культурным центром с мощным потенциалом и развитой инфраструктурой. Здесь, в институте Макса Планка, возглавляет который известный ученый Бернард Комри, исследователям была представлена полная свобода для их изысканий.
Большая часть времени (а наши земляки провели в Германии почти полмесяца) была посвящена изучению и расшифровке различных ингушских текстов, записанных в свое время на магнитные носители Султаном Мерешковым. Однако пребывание в Германии было бы для наших специалистов не столь интересным и привлекательным, если бы этим все и ограничилось. Они с большим энтузиазмом отнеслись к предложению побывать на лекции крупнейшего лингвиста Балтазара Бикеля в Лейпцигском университете, а затем уже в институте Макса Планка, с удовольствием прослушали лекцию ученого из Чикаго Джефа Гуда, посвященную грамматике чеченского и ингушского языков. Гостям из Ингушетии была также представлена большая культурная программа, оставившая после себя самые приятные впечатления и эмоции.
Джоханна Николс с пониманием отнеслась и к профессиональным интересам нашего краеведа Берснако Газикова. Не понаслышке зная о том, с какими проблемами сталкиваются сегодня ингушские историки и краеведы, обращающиеся к прошлому, она оказала ему немалое содействие.
В первый же день работы в Германии у Берснако Газикова появилась возможность посетить одну из крупнейших библиотек Европы "Deutsche Bucherei". По признанию самого Берснако, поработать в книжном хранилище подобного уровня он мечтал всю жизнь. Библиотека "Deutsche Bucherei" расположена в Лейпциге как раз напротив института Макса Планка, а так как Берснако неплохо владеет немецким языком, у него не возникло проблем в общении с ее сотрудниками. Заплатив соответствующий взнос и став обладателем электронной карточки читателя, действительной в течение месяца, он получил доступ к огромному книгохранилищу, содержание которого поразило его видавшее виды воображение. За время, проведенное им в стенах "Deutsche Bucherei", Берснако Газиков обнаружил здесь около 2000 различных источников, связанных с Кавказом. Конечно, изучить даже малую их часть ему не удалось из-за нехватки времени. Для этого необходима специальная и, быть может, не одна поездка в Германию при наличии достаточного количества средств, необходимых для подробного изучения и ксерокопирования найденных документальных свидетельств, которые в той или иной степени касаются непосредственно Ингушетии.
Прекрасным доказательством того, что время и средства будут потрачены не впустую, служит привезенный Б. Газиковым уникальный материал. В его краеведческой папке, помимо всего прочего, оказалась книга Х. Закса и В. Микулича "От Красной Москвы на Белый Казбек", изданная в Берлине в 1924 году. В этой книге отдельная глава посвящена описанию жизни и быта ингушей. Тут же помещены фотографии, на которых запечатлены не сохранившиеся до сегодняшнего дня памятники материальной культуры народа. Повествуют авторы и о жителе селения Гвилети - Мусе, одного из братьев Безуртановых, широко прославившихся своими восхождениями на Казбек в качестве проводников целого ряда альпинистcrих групп.
Архив краеведа пополнили также неизвестные ранее публикации в немецкой прессе общественного деятеля Висан-Гирея Джабагиева, а также современные материалы. В числе последних особое место занимает изданная в январе 1995 года отделом по конфликтам в Восточной Европе Мангеймского университета работа Ольги Васильевой "Конфликты на Северном Кавказе: причины, течение и перспективы". Один из разделов этого исследования посвящен осетино-ингушскому конфликту.
Высокий уровень современных технологий, о котором даже в ведущих библиотеках нашей страны пока остается только мечтать, позволил Берснако Газикову во время его пребывания в Германии установить обмен информации с Британской национальной библиотекой, в фоно-архиве которой, по его давним предположениям, могут храниться уникальные записи 1909 года, сделанные экспедицией, которую снарядила в Центральную Азию и на Кавказ одна лондонская грамофонная компания.
Предположения краеведа полностью подтвердились. Оказалось, что в "British Librari National Sound Archive" сегодня находится на хранении боле 1200 записей, сделанных тогда в Грузии, Армении, Азербайджане, Ингушетии, Чечне, а также в Казахстане, Таджикистане, Узбекистане и Афганистане. Но каково же было удивление Б. Газикова, когда он узнал, что в 2002 году фирма "Topic Records Ltd" осуществила выпуск лазерного диска, который открывают назым 1909 года в исполнении Асламбека Са(...)тиева (фамилия нуждается в дополнительном уточнении) и ингушская лезгинка. Тогда Джоханна Николс, по просьбе ингушского краеведа, немедленно связалась с Лондоном, и буквально за день до отъезда наших исследователей на родину экспресс-почта доставила Б. Газикову этот диск. Сейчас он мечтает вплотную заняться изучением ценнейшего Британского фоно-архива. Ведь, наверняка, там ждут своего часа и другие свидетельства уникальной культуры ингушского народа.
Как уже отмечалось, профессор Джоханна Николс с удовольствием встретила желание нашего краеведа посвятить в нынешней поездке какую-то часть времени осуществлению собственной научной программы. При этом, она оказала Берснако Газикову неоценимую поддержку и содействие. Так, она помогла ему связаться с профессором Вольфгангом Шульцем из Мюнхенского института всеобщего и типологического языкознания (IAIS), а также с коллегами из Франкфуртского университета. Теперь у Б. Газикова есть серьезные контакты для последующих поездок в Германию. И если ему удастся осуществить задуманные планы (а единственное препятствие на пути к их реализации - отсутствие финансовых средств), нас всех ждет знакомство с еще многими интересными открытиями и находками.
Ингушские специалисты во время своего пребывания в Германии обсуждали с немецкими коллегами возможность выезда на стажировку в Европейские научные центры студентов и аспирантов из Ингушетии. Интересное общение состоялось у них с голландским ученым Франтишеком Краточвилом, исследующим языки папуа. Запомнилась им и Антония Сорьенте из Италии, посвятившая свои научные изыскания языку индонезийского племени кенья. Большую часть времени она живет в Джакарте и является на сегодняшний день создателем письменности для племени кенья, до этого таковой не имевших.
Радостными и теплыми были встречи с проживающими сегодня в Германии известными ингушскими деятелями культуры Мустафой и Мусой Бековыми, а также с блестящим врачом Янарсом Яндиевым, который работает по профессии и занимается наукой в Лейпциге.
Словом, поездка в Германию оказалась для наших земляков полезной и приятной во всех отношениях. Без всякого сомнения, она придаст новый импульс ингушской науке, находящейся сейчас на новом витке своего развития.

Ахмет Газдиев
Сердало № 53 (9742) 19 апреля 2006 г.


PS: статья на Таргим.ру была, по-моему.