Страница 3 из 3 ПерваяПервая 123
Показано с 21 по 26 из 26

Тема: Дзахо Гатуев Ингуши.

  1. #21
    Постоялец
    Регистрация
    30.09.2012
    Сообщений
    649
    Поблагодарил(а)
    357
    Получено благодарностей: 1,018 (сообщений: 495).
    женщин, до всех удобств, которыми украшена ваша жизнь. И ничего нет,
    Ингуш еще раз взглянул на Марию Андреевну и зевнул. Откровенно.
    — Пора спать.
    — Как же быть, в случае чего?..
    — Я здесь. Спокойной ночи.
    Он вышел. Супруги тоже перешли в спальню. Точно станки, ждали их кровати со взбитыми на ночь подушками, с одеялами, аккуратно отвернутыми рукою заведенной горничной. Мария Андреевна как купленная села на кресло в углу, опять сжав веки и оскалив зубы.
    Федор Федорович раздевался медленно.
    — Сколько волка ни корми... Тебе не кажется Муся, что напрасно мы выкинули этот номер. Почему - то я боюсь его больше, чем простого ингуша. Те как-то непосредственнее. Благороднее. А эта их интеллигенция так называемая... С корешками знаний, с уменьем на за'борах использовать свои литературные наклонности. Она во сто раз хуже. Свое потеряла и к чужим не пристала.
    — Не знаю.
    — Подождать, что ли, пока он уснет, да за¬переть его.
    — Не удастся.
    — Почему?
    —.Он не спит.
    — Какая ты наивная. Неужели думаешь, что сидит с винтовкой и сторожит нас?
    "Пружины со звоном подались под Федором Федоровичем. Он лег. Зевнул. И, подняв брови, загляделся на потолок с амурами в том месте, где крючок для люстры.

    — Да-а! Что же ты сидишь? !
    — Сейчас.
    Мария Андреевна была порядочная женщина. Не в пример многим другим.! Oнa способна была на жертвы. В прошлом году она принесла себя в жертву офицерику. Он умолил ee дать ему возможность умереть с ее именем! наустах. В позапрошлом — первокурснику, который поставил вопрос коротко: или смерть, или она. В позапрошлом... Но все это было вне дома. Ведь была Мария Андреевна noрядочная женщина и никогда не рискнула бы оскорбить святость семейного очага. И еще бы) все это в отсутствие мужа.
    ИнгуШ тоже поставил вопрос коротко и подкрепил его выстрелами на улицах, дальних и близких. Мария Андреевна вздрагивала от них и зажмурившись, ясно представляла картину разгрома, который будет хуже, чем большевистский. Там все-таки русские люди Матросики. Солдатики. Не может быть, чтоб они озверели, как рассказывают. Зверствуют латыши. А наши были такие добрые и покорные в .лазарете. Разве могла какая - то там революция 'изменить их? Газеты врут. По обыкновению. При Отсутствии всяких точных данных в особенности. Но ингуши! Люди, от которых, даже когда они беседуют между собой, такое впечатление, точно они вот-вот перережут друг друга. Когда они Ворвутся, с ними и поговорить нельзя будет. И уведут в плен или зарежут Борю. Родовой быт! приучил их бережно относиться к детям. К мальчикам. Они учитывают, что сын, единственны'! сын,—единственное сокровище для родителей.

    Мария Андреевна зажмурилась сильнее. До боли в глазах. Представился Боря с перерезанным горлом. Кровь. И около ингуш - зверь, радостно оскаливший зубы и вытирающий кровавый кинжал Полой черкески. Говорят, что они всегда вытирают- кинжалы полой черкески. Иначе, отчего у них такое пристрастие к национальному костюму? Можно же было европеизироваться за эти шестьдесят лет, если бы не врожденная кровожадность, если бы не ненависть, высосанная из груди матери. Проклятая русская мягкосердечность! Почему их не уничтожили, когда можно было? Был же проект истребления горцев! Или выселения? А вместо этого им дали землю на плоскости и поселили между ними казаков, чтобы они научились обрабатывать землю. Чтобы научились жить не по-звериному, как у себя в горах.
    Так нам и надо. Так нам и надо. Следующий раз будем умнее.
    Мария Андреевна взглянула на. потолок* на амуров, которые сгрудились вокруг крючка, на Федора Федоровича, который спал, приоткрыв рот и задрав нос, на себя. Оказалось, что она в капоте, мягком и без пуговиц, чтобы они случайно не холодили тело.
    Федор Федорович Лепечугин наблюдал революцию из окна собственного дома. Известно, что был этот дом на углу двух владикавказских улиц. Обстоятельство неудобное для наблюдений в дни уличных боев, когда каждый угол для противников—счастливый лотерейный билет.
    Федору Федоровичу до сих пор не приходилось так оценивать угловые дома. Не приходилось.
    А прошедшей ночью, то-есть к утру! 6н обнаружил исчезновение жены. Обнаружив, долго лежал, напрягши слух. Вобрав в плечи голову, значит. И, когда захлестнуло, обошел комнаты. Останавливался у дверей ингуша. У дверей в уборную. В ванную. Заперты.
    — Необходима организация, Kоторая в какой то мере напоминала б старую полицию,НО была бы построена по принципу классового подбора.
    Федор Федорович слушал opaторов, a морщины
    Христа распинаемого не расходились на его лбу.
    В другое время он воспользовался бы таким за-
    ключением большевистской речи. Которые сидели
    около него—естественно что они были кадеты—
    уже смеялись. Естественно, что! около него си-
    дели не одни кадеты. Октябристы и «черносотенцы.
    Они тоже смеялись. :
    Корежило гласного Сапанва, Он выказал же-
    лание получить слово. Поднял праваю! руку. Кто
    знает, сколько и какие поколения выявляла эта
    пухлая рука: она вздрагивала, точна ловила мух.
    Такая вот рука выказала непреклонную октябрист-
    скую волю сказать.
    — Глаздане гласные! Если човалис: Ной на
    своем больсевитском ковцеге плиплывает к Ала-
    лату сталой полиции, то цто зе остается делать
    нам, как, казалось бы, не пливетствовать такое
    завелсение потопа?
    Обозначившийся бесшумный! cмех республиканцев правого крыла перешел ' в смех- громкий, неудержимый. Смеялись и аплодировали . кадеты, выбивая ладонями около вдавленных своими же локтями животов. Истинно-русские смеялись,

  2. #22
    Постоялец
    Регистрация
    30.09.2012
    Сообщений
    649
    Поблагодарил(а)
    357
    Получено благодарностей: 1,018 (сообщений: 495).
    закинув головы и аплодируя над вздетыми горе бородами.
    Еще бы! Республика, стонавшая в центре от тирании большевиков, была их республика. Они гордились ею. Они лелеяли на окраинах ее молодые традиции свободы, равенства, братства.
    Эс-эры смеялись попроще: шопотком. Отворачивались и прикрывали рты ладонями. А меньшевики—над самим Ноем. Владикавказские межпартийные отношения еще не обострялись, и они не забыли 1905-го г., после которого сидели вместе в тюрьмах и высылались вместе.
    Ной был выходцем из Грузии. Товарищ Ной Абучидзе. И по-русски говорил плохо. Засыпался во Владикавказе в 906-м. Был выслан. Бежал. И вернулся в апреле 917-го из Швейцарии вместе с другими.
    Гласный Сапонов не кончил. Точно со спасательным кругом на поясе он всплывал над волнами смеха и опять вздымал руку.
    — Плосу слова.
    Ной позвонил и слово гласному Сапонову дал.
    — К цему в таком слуцае гломкие лазговолы о миле без анексий и контлибуций? Для обмана несцастных тлудовых масс, пецься о благе котолых длугой больсевитский ковцег—запломбилованный — пливез...
    — Провокация! Долой!—возмутились большевики. Юный Цаголов вскочил даже:
    — Какое имеет право этот шипящий октябрист провоцировать партию революционного пролетариата?—крикнул.
    — Щенок!—поднялся солидный плехановец Рабелов.— Как вы смеете оскорблять старость? Вы еще к выходу в свет не наметались, когда мы страдали по тюрьмам.
    — Это ничего не значит. вы, проматываете свой капитал.
    — Политический бандитизм kaкoй-то—взвизгнула Амираджиби, кадетка из грузинских княгинь.
    Эс-эр Семенов поправил пенсне
    — Россия скажет вам свое слово та Россия, которая стонала под пятой царизма, которая стонет сейчас под пятой ваших товарищей и которая умеет молчать. Придет день и крикнет она вместе с нами, настрадавшаяся: да здравствует Учредительное собрание! '
    — Кричите! Пока вам никто 'не 'отказывает в этом удовольствии.
    — Какая наглость! Они и здесь нам грозятся... Что вы имеете за собой?—укоризненно спросил Рульников.
    — Волю к победе, горскую бедноту и революционный пролетариат России.
    — Узурпаторы! — ерошили прически меньше-
    вики. , ,
    — Маклера!—парировали им с большевистских
    скамей.
    — К спокойствию, граждане гласные! Колокольчик и голос Ноя .по прежнему впустую врезывались в гул выкриков Борьба захватила публику.
    — Я удивляюсь,—покрыл все голоса мощный Арсен Кабаев, беспартийный, из числа служащих городской управы,—почему молчит комиссар временного правительства? Олицетворяет же он какую то власть! Всенародную.. !Признанную всеми.

    Должен же он запретить организацию самочинных правительств!
    — Вы из какого века?—спросили его.
    — Как из какого?
    — Керенскому, брат, когда еще каюк пришел!
    — Мы не свергали Керенского.
    — Зато мы свергали...
    — Товарищ председатель! Дай мне сказать...
    — Вы гласный думы?
    — Нет.
    — Нельзя.
    — Товарищ председатель, мы должны жить, как наши деды жили, как братья. По Христову евангелию. Спаситель что сказал? „Люби ближнего своего, как самого себя",—сказал он. В любви спасенье. Кто не хочет любви, тому смерть. Нет тому места на земле. Магомет не схотел любви. Они по Магометову закону живут. Яко звери. Ингуши, говорю, яко звери, живут.
    — Ишь, евангелист!
    Гласные притихли. , Заинтересовались клочками пробивавшейся, будто, человеческой мысли.
    Когда угомонилось на скамьях гласных, евангелист недоуменно оглянулся. Увидел, что слушают только его и нырнул в волну соседей. Успокоился.
    — Товарищи и граждане гласные! Нельзя в такой обстановке обсуждать вопросы, требующие исключительного внимания и вдумчивости,—воспользовал ся Ной.—В порядке дня вопрос о борьбе : грабежами. Кто желает высказаться?
    — Граждане и товарищи,— взялся Семенов.— Сегодня утром шли эс-эр, меньшевик и большевик. Шли и спорили. А их ограбили. Всех троих.
    — Здорово, —: протянул Сергеев, прошедший в думу от базарных лабазников, не забывших ему заслуг по 906-му году, когда был он шефом чайной, открытой союзом истинно русских.
    Колокольчик Ноя звякнул.
    — Ограбили. Правда, вежливо. Партийной принадлежностью не поинтересовались. У меня портсигар взяли.
    — Да что вы? Теперь революции Конец, значит?
    — Прошу не мешать ораторам!
    — У товарища Рульникова кошелек с деньгами, у Маркуса... Что у вас взяли, Яков Львович?
    Яков Львович отвернулся. И оратор продолжал:
    — Не символ ли в этом нашей многострадальной России? Униженная трехсотлетним ярмом, она в дни радости освобождения оказалась под пятою кучки политических авантюристов*! на лбу у которых роковые слова: „Продаются с публичного торга".
    — Долой! долой! долой!.
    — Товарищ Семенов, прошу вас! о6думывать свои выражения, прежде чем употреблять их!
    — Я обдумываю.
    — Чем?—спросили левые. I
    — Я протестую против насилий над ораторами!
    Рабочий Бабин подбежал к столу президиума: Товарищ председатель! 'Да| я Же его, сукиного сына, за такие слова, как мерина, подкую! Где он права взял так говорить?,
    — Насилие! Физическое воздействие!
    Эти голоса покрыл протяжный женский выкрик:
    — А-а-ах! .
    Оглянулись. За барьером, за которым публика,
    на первой скамье опрокинулась в объятия сидев-

  3. #23
    Постоялец
    Регистрация
    30.09.2012
    Сообщений
    649
    Поблагодарил(а)
    357
    Получено благодарностей: 1,018 (сообщений: 495).
    шего сзади мужа гражданка Вендет. Провизорша эта левела по мере развития революции в области, и в последние дни ушла от офицера к Семенову.
    Еще раз протянулось „а-а-ах" и потом заверещало, точно щебетанье:
    — Ах-ах! ах-ах! ах-ах!
    Ее вынесли. Муж и соседи. А Семенов двумя длинными пальцами опять усадил на место скользкое пенсне.
    — Итак, я продолжаю. Я хочу сказать, что факт ограбления, который я вам рассказал, указует нам путь, по которому итти. Когда нас грабили ингуши, они не спрашивали нас о нашей партийной принадлежности. На этом основании я полагаю, что вся революционная российская демократия должна об'единиться в борьбе с грабежами. Нам нужен диктатор, товарищи! Диктатор, который пользовался бы нашим доверием, который сумел бы об'единить вокруг себя лучшие элементы страны...
    — Вроде Корнилова, что ли?
    — Хотя бы... Который привел бы нас к мечте многих поколений лучших русских людей: к Учредительному собранию. Мы так мечтали о нем!
    — Что же... Мы вам продлим это наслаждение.
    — Чаша терпения нашей многострадальной родины переполнена... Вашими усилиями, господа большевики... И я уверен, что все честные, все любящие свой великий народ пойдут за диктатором.
    — Позовите товарищей жандармов, гражданин Семенов! Им, кстати, сейчас делать нечего.

    — Я хотел кончить...
    — Не сумеете...

    — Но я доскажу еще. Нет, не царские жандармы, товарищ Цаголов, но все истинно преданные революции, все революционное казачество и крестьянство, все здоровые элементы горцев.
    — У них таковых нет,—поднял бороду гласный Сергеев.
    — Гражданин председатель? Я прошy вас оградить от оскорблений представителей, национальностей, здесь присутствующих. Великая русская революция сделала нас не пасынками, но Сынами нашей общей родины—освобожденной России. Мы, осетины, верою и правдою служила русскому государству и сейчас наши лучшие братья доблестно сражаются на фронте (аплодисменты''на' скамье правых), не в пример тем сынам России, которые бросили фронт (аплодисменты на скамьях левых).
    — Бить вас надо!—вырвалось у кого-то в публике.
    Тасолтан Зохов побледнел и схватился за рукоять кинжала:
    — Кто это сказал? Если О* честный человек, пусть выйдет сюда и скажет,
    Молчала публика. Гласные молчали ,тоже. Быть-
    может, это каждый сказал. И; тогда- пронеслось
    исступленно:
    — Надо, чтобы сюда турки пришли! Узнают тогда эти кацапы! Турки!
    Кривые ятаганы засверкали в зале. И на солнечных улицах. И над станицами,, осенившими мирное течение рек. И еще мглистые костры пожарищ. И крики.
    Ной отвернулся к северной стене. Ему тоже померещились турки. А за этой стеной ,на севере надрывается новое человечество^ Иззябшая Красная армия сейчас на Дону она должна пройти Кубань и Терек.

  4. 1 пользователь сказал cпасибо Эжи Ахк за это полезное сообщение:

    Инфанта (01.06.2013)

  5. #24
    Постоялец
    Регистрация
    30.09.2012
    Сообщений
    649
    Поблагодарил(а)
    357
    Получено благодарностей: 1,018 (сообщений: 495).
    Только бы на неделю, на две! Только бы на день заставить горцев владеть и править своей землею!
    Ной звякнул колокольчиком. Зачем? Ведь молчали же все, и никто не просил слова.
    В Баку пытается Степан организовать Красную армию из осколков кавказской. Удастся ли?
    Только бы на день... только бы на» день!
    Встал Маркус. У него добрые голубые глаза и хрупкое тело, в котором кремень.
    — Товарищи и граждане! Только-что мы были свидетелями оскорбления горцев безответственным голосом из публики, не имевшим гражданского мужества подтвердить свое заявление на глазах у всех. Мы не сомневается что этот голос был („был" Маркус произносил без " ы" и мягко на конце: „бль") голосом старого зубра российского национализма. Теперь их.
    — Теперь их нет, — вступился Сергеев.
    — Мы знаем!... Верим!.. Да!.. Мало этого, даже в эти дни иные из революционеров решаются огулом обвинять горцев в качествах, им не присущих. Мы знаем, чем чревато это. Мы знаем еще, кто и для чего провоцирует горскую бедноту на выступлениях, подобных нынешнему. Наша задача вовлечь горцев в революцию, а не оттолкнуть от нее. Не далек день, когда у горской бедноты откроются глаза...
    — На чужое добро! Ной встал:
    — Если публика будет мешать спокойному ходу заседания, президиум вынужден будет удалить ее из зала. Продолжайте, товарищ Маркус.


    Яков Львович тоже посмотрел на сказавшего Внимательно. Не рассердившись.
    — Всякое добро чужое, товарищ?
    — Вот это я понимаю: откровенно
    — Мы всегда откровенны.
    — Насчет грабежа в особенности.
    — Насчет черносотенцев тоже.
    — Старо.
    — Что поделаешь? Я все - таки кончаю, товарищи. У горской бедноты откроются глаза и на свое добро тоже. Она увидит, что никакие верхи, ни свои—горские ни,исламистские—турецкие, не удовлетворят ее земельной нужды что с
    флагом пророка им принесут прежнее угнетение. Но мы не хотим,чтобы горцы приобщились к революции такой тяжелой ценой,ценой потоков человеческой крови,пожарищ и новых восстаний против новых поработителей.Пока Маркус договаривал,к Ною проползла записка.В ней значилось:
    "Сегодня дальнейшие прения излишни.Будут переливать из пустого в порожнее,Внеси какое-нибудь невинное предложение,вроде делегации к правительству,что ли.Мы участие в ней не принимаем" И Ной сообщил:-От группы гласных поступило заявление о необходимости избрать делегацию для
    переговоров с горским правительством.Прошу поднять руки тех,кто за это предложение.
    Голод давал себе знать,и руки поднялись у всех,за исключением большевиков,которые от участия в делегации отказались.
    -Как будем избирать делегатов?
    -Фракционно!Фракционно!
    _От партии народной свободы-т.Лепечугин.


    - Господа, ради бога избавьте. Я не могу! Право слово, не могу. Если бы вы знали, что у меня вот здесь делается! — Федор Федорович осторожно стукнул себя по груди.
    - Что делать, Федор Федорович! Революция!..
    - Какая там революция!
    - От меньшевиков городской голова т. Рульниов.
    - От эс-эров — Семенов.
    - Я полагаю достаточно, граждане гласные?
    - Достаточно!
    - Я предлагаю включить еще в делегацию от революционного купечества гражданина Сергеева — смеясь предложил Цаголов.
    ой укоризненно посмотрел на Цаголова, а глаза его смеялись. Разве можно серьезно рассердится на этого юношу, у которого столько радости. По доброму засмеялись большевики.
    - Брось, Жорка!
    Предложение Цаголова не голосовалось. Гласные уже шумели стульями. Разбивались на группки.
    ;Один Федор Федорович, сидел, и морщины Христа
    распинаемого не просветлялись на его лбу.
    Он забыл убедиться ночью, что дверь в уборную-заперта изнутри. А Марию Андреевну неудобно
    было спрашивать:
    - „Что это — контроль?"
    И Федор Федорович не спросил и сидел теперь, изрубленный морщинами, рассекаемый на части мыслями о доме и семье, Потом встал и ушел. Не попрощался ни с кем. Ушол домой по Лорис-Меликовской, которая, как черное крыльцо Александровскому проспекту.
    Семенов и Рульников попусту прождали его.
    Когда председателю горского; правительства шепнули, что дума избрала делегацию для переговоров с ним, он пригласил к себе Вассан-Гирея и Берса, а позади себя поставил пяток офицеров.
    Ах,да!
    Поручик Беккузкузаев!; Срочно вы
    зовите главного управляющего ведомством город-
    ских самоуправлений.
    — На что он тебе? — спросил Вассан-Гирей.
    Неудобно: городская дума.. местное
    самоуправление...
    Беккузкузаев вышел в кулуары правительства и отыскал прапорщика Гулиева,Прапорщик Гулиев!
    -Ради бога-Гулиев изогнулся и поднес к носу растопыренные пальцы.

    — Ты всегда хвалишься, что ты образованнее нас всех. Хочешь я задам тебе вопрос на который ты не ответишь?
    — Не может быть!.. Ради 6ога!
    — Кто у нас главный управлявяющий ведомством... ведомством...
    — Каким ведомством?
    — Этим самым... Как его?., Ведомством.
    — Торговли и промышленности?
    — Да нет!
    — Финансов?
    — Да нет! Этим самым... Ну,как его? . Где этот самый писателишка несчастный.
    — А... Битаев? '
    — Этот самый! Какой он министр у нас?
    Не знаю!
    Поручик поблагодарил прапорщика и пошел искать офицера поплоше.

  6. #25
    Новичок
    Регистрация
    02.05.2014
    Сообщений
    2
    Поблагодарил(а)
    0
    Получено благодарностей: 0 (сообщений: 0).
    выложите ее кто нибудь (отсканированную) на яндекс народ..или напишите мне в личку..я дам свой майл.

  7. #26
    Новичок
    Регистрация
    17.02.2018
    Сообщений
    20
    Поблагодарил(а)
    0
    Получено благодарностей: 0 (сообщений: 0).
    о. На заседание правительства ходил „сам", ответственный редактор. Который писал драмы и молчал по поводу правительственных дел. Заседания не было, и зав, укутав горло шарфом и подняв воротник шубы, пошел домой.
    Квартира у зава была из двух комнат (одна не отапливалась.) Его рабочий стол был и всяким иным: на нем готовили, обедали, чаевали, гладили. Иногда по ночам зав писал за ним...Адресат будущего воззвания горского правительства—гласный городской думы, председатель местного комитета партии народной свободы (она же к.-д.), председатель комиссии народных развлечений, носитель, следовательно, культуры и цивилизации в этом диком крае, Федор Федорович Лепечугин, проснулся ровно в 7. Таков порядок во втором этаже его собственного оливкового дома: просыпаться ровно в 7 и пить легкий чай с сухарями и вареньем или же с сухарями и с лимоном.
    Федор Федорович был кадет и любил чай в накладку и русский народ. Любил страдать за. народ. И пострадал. И поседел. Его седины были преждевременным ореолом страданий: после 905— из-за пренебрежения, проявленного к нему губернато

Страница 3 из 3 ПерваяПервая 123

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •