Страница 2 из 15 ПерваяПервая 123412 ... ПоследняяПоследняя
Показано с 11 по 20 из 146

Тема: Хевсуры, Тушины, Пшавы и д. р.

  1. #11
    Уважаемый форумчанин
    Регистрация
    22.03.2006
    Сообщений
    1,539
    Поблагодарил(а)
    0
    Получено благодарностей: 1 (сообщений: 1).

    Ответ: Хевсуры, Тушины, Пшавы и д. р.

    Подводные камни

    О стране и о народе, которых ты знаешь по нескольким или даже по одной поездке, писать трудно и, я бы даже сказал, опасно. Как бы ты ни был доброжелателен, твоя книга обязательно вызовет у местных жителей неудовольствие и подчас недоумение. С их точки зрения, написанное должно отражать их представления о вещах, событиях, людях, фактах. Автор обязан воспринимать жизнь так же, как житель Сванети, Хевсурети, Тушети и т. д. К сожалению, это невозможно. Как бы ты ни был бдителен, в написанном тобой остаются твои собственные мысли (случается и такое), проглядывает твое лицо, твое, мироощущение.

    Без знания языка лучше всегда доверять глазам, чем ушам. И не надо спешить. Потом приходится показывать то, что ты написал, то, что у тебя получилось, знающим людям, местным жителям. Это не очень-то приятно, ибо, когда ты исправляешь рукопись по замечаниям нескольких человек (порой самым противоречивым), то она постепенно перестает быть рукописью твоей книги. В общем, я прошу хевсуров, как тбилисских, так и горцев, о снисхождении.

    В Хевсуретию меня отвез известный грузинский художник-чеканщик Ираклий Очиаури. Окончание его фамилии сразу показывает осведомленному человеку, что Ираклий - хевсур. «Ури» - это принадлежность к роду, к семье. Если я правильно понял, оно обозначает также сын, как и окончание других грузинских фамилий - «дзе» и «швили» у картолинцев, имеретинцев и гурийцев; «ани» - у сванов; «ия», «ая», «ава» - у мингрелов; «скуа» - у абхазцев и т. д.

    Ираклий Очиаури на следующий день улетал в Америку, в Соединенные Штаты, и перед отъездом должен был повидать старушку мать. Летом она живет в селе, теперь совершенно одна, и не соглашается на Тбилиси, куда переезжает только на зиму.

    - У нее хевсурский характер,- говорит, спокойно крутя баранку «Волги», Ираклий, - невозможно уговорить и перело мить.

    Рассказывает он о матери с грубоватой нежностью: не пристало хевсуру выставлять напоказ свою любовь, даже если речь идет о любви - к матери.

    Когда-то его мать вышла замуж за парня из своего селения, а это запрещалось законом хевсуров. Поэтому молодые вынуждены были бежать из родного Архоти и поселиться в Пшави. С тех пор она здесь и живет.

    Брачные взаимоотношения в Хевсуретии были весьма сложны, хотя в них имелось и много послаблений. Помолвку часто осуществляли еще в колыбели, но, если выросшие жених и невеста отказывались друг от друга, все улаживалось лишь возвращением преподнесенных ранее подарков. Муж может здесь оставить свою жену, если произойдет определенная договоренность и будут возмещены убытки. Особенно легко расходятся бездетные супруги.

    В прежние времена жених здесь часто был моложе невесты. Девушка выходила замуж в возрасте 23-25 лет, иногда и в 30 лет, но никогда не ранее 21 года. Чем позже она выходила замуж, тем это считалось почетнее. После свадьбы невеста возвращалась на год в дом своих родителей, а в дом мужа приходила только по просьбе свекрови помочь в хозяйстве. Поведение супругов на людях было точно предопределено законом, но в целом хевсурская женщина была всегда более свободной, чем у мусульманских народов Кавказа. Можно установить такую закономерность: чем выше в горы, тем свободнее была женщина. Уважение к ней и авторитет ее в семье значительнее.

    Изучение истории и культуры Хевсуретии началось лишь в прошлом веке. В грузинских исторических источниках название «Хевсурети» до XVI столетия не упоминалось. Дело в том, что в древности Хевсурети вместе с Пшави называ лись одним словом «Пхови», а жители этих районов Грузии именовались пховцами. Пховцы же впервые называются в летописи 337 года.

    Хотя Хевсуретия и входила номинально в Кахетинское моуравство, платила подати кахетинским царям и выставля ла войско во время войны, фактически страна не была в феодальной зависимости, ею управляли свои выборные «хевис-бери» согласно общинным обычаям. Не испытывая гнета крепостничества и церкви, жителя Хевсуретии были крепко связаны суевериями и предрассудками, находились в рабской зависимости от святых мест-хати и управляющих ими хевис-бери.

    Господ и крепостных здесь никогда не было. В XVII веке феодал Зураб хотел захватить власть в Хевсуретии и сделать ее своей крепостной вотчиной, но при решающем сражении возле селения Гудани он был разбит хевсурами. Об этом событии в Хевсуретии помнят до сих пор. О борьбе за свою свободу, о битве с Зурабом сложено много песен и легенд, которые можно услышать здесь и сейчас.

    В XVII веке грузинский царь Теймураз налаживает отношения с Россией как раз через Хевсурети. Жители ее принимают деятельное участие в переговорах с московским царем. В 1657 году они даже шлют царю Алексею Михайловичу своих хевис-бери с просьбой принять их под свое покровительство и защитить от иранских завоевателей.

    В большой дружбе с хевсурами был грузинский царь Ираклий П. Своим могуществом, мужеством, мудростью и умной политикой он пришелся по душе хевсурам. Еще бы! Ираклий вошел, как рассказывает легенда, в Гуданский хати и сказал: «Я побратим Гуданис джвари!» По преданию, Ираклий собственноручно крестил в Гудани 44 новорожденных, чем окончательно покорил горцев. Хевсуры служили в его гвардии и участвовали в его войнах. Говорят, живы еще два дуба, под которыми Ираклий по пути в Гудани всегда устраивал свой привал.

    - Хевсуры в Грузии,- сказал мне - как-то скульптор Гоги Очиаури,- все равно что казаки в России. Они всегда были готовы к войне, и их всегда призывали на войну. У Ираклия же хевсуры были главной ударной силой.

    Источник

  2. #12
    Уважаемый форумчанин
    Регистрация
    22.03.2006
    Сообщений
    1,539
    Поблагодарил(а)
    0
    Получено благодарностей: 1 (сообщений: 1).

    Ответ: Хевсуры, Тушины, Пшавы и д. р.

    Хевсуретия

    Оговоримся сразу, что по-грузински правильно произносить не Хевсуретия, а Хевсурети. Хевсурети, Сванети, Тушети, а не Хевсуретия, Сванетия, Тушетия, как мы, русские, говорим. Но коль скоро эта книга пишется по-русски, оставим за собой право произносить эти названия не только на грузинский, но и на русский манер. Иногда хочется сказать Хевсуретия, а иной раз - Хевсурети.

    Хевсуретия лежит к востоку от Казбека. На юг от водораздела Главного Кавказского хребта к Пшави уходят вниз ущелья Пиракетской Хевсурети, а на север, в сторону Чечено-Ингушетии, спускается Хевсурети Пирикитская.

    Несколько раз я проводил здесь летние учебные практики со студентами-геодезистами и побывал во всех уголках Хевсуретии. Хевсурские селения очень малы, всего несколько домов, и, кажется, что разбросаны они по горам с вечноснежными вершинами чьей-то щедрой рукой без всякого порядка. Они не тяготеют к реке и ее долине, а стоят на склонах под самыми снегами, на гребнях гор. Всегда на солнечной стороне ущелья. И куда ни глянешь из такого селения, везде горы. По этому поводу у хевсуров существует такая легенда: «У бога, оказывается, земля при сотворении получилась больше неба. Не пришлось впору небо земле, не покрывало ее. Тогда дьявол посоветовал богу: «Сожми землю твоими мощными руками - и небо, подобно крышке, плотно накроет ее». И вправду, последовал творец совету дьявола, обнял землю и сжал ее. Небо-то село на место, но земля от этих тисков погнулась. Кое-где поднялись горы, а кое-где сделались ущелья и стремнины, ручьи, озера, моря и океаны».

    В настоящее время в Хевсуретии живет всего около 1400 человек. Население этой маленькой страны уменьшается давно. Сто лет назад, в 1873 году, здесь проживало 4867 человек, в 1926 году - 3472 человека, а в 1973 году-всего лишь 1400 человек. В последние годы хевсуры переселяются вниз, в Кахети и в другие районы Грузии. И конечно, в города.

    Приехав сюда, попадаешь в величественную страну, где царит покой, где каждый человек - явление, а его рождение- событие, где природа чиста и прекрасна, а люди мудры и добры, хотя и суровы.

    Хевсуретия, такая, о которой здесь будет рассказано, быстро исчезает, на смену ей приходит Хевсуретия новая. Коренные перемены происходят стремительно, а, если будет построена железная дорога Тбилиси-Орджоникидзе и по ней хлынет поток туристов, от прежней Хевсурети с ее национальным своеобразием, патриархальным укладом жизни, своим образом мышления и законом чести останутся лишь воспоминания и рассказы, подобные этим. Вместо неповторимой хевсурской одежды запестрят в горах яркие костюмы туристов, на склонах гор вместо маленьких селений хевсуров вырастут санатории и турбазы, на смену дружескому спор тивному поединку на саблях - парикаобе придут ледоруб и горные лыжи. Так произошло, например, в Балкарии, в Приэльбрусье, где местного жителя, инструктора альпиниз ма, туризма или горнолыжного тренера, не всегда отличишь от приезжего.

    Конечно, жаль исчезающих из повседневной жизни хевсурских костюмов, праздников и многих красивых традиций, но в то же время к старому возврата нет. Происходит естественный процесс, направленный на улучшение жизни людей.

    Сохранение национальных обычаев и традиций есть признак высокой культуры народа. И сейчас при заметном росте нашей общей культуры, культуры национальной по форме и социалистической по содержанию, заметно повыше ние интереса людей к истории своего народа, к красивым и полезным обычаям и традициям. Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что в последние годы во многих городах Кавказа - в Тбилиси, Ереване, Нальчике, Орджоникидзе и даже в небольших городах - открыты мастерские по пошиву национальной одежды. Ее шьет для себя молодежь.

    История Хевсурети неразрывно связана с многострадаль ной историей всей Грузии, но в силу природной изоляции Хевсурети история ее, а также ее культура и традиции известны своим ярким своеобразием с неповторимыми, свой ственными только тл чертами. Именно они и станут основной темой нашего рассказа.

    Хевсуретия не только страна красивых гор, но и таких же не менее красивых, гордых и суровых людей. «Хевс» означает ущелье, а «урн» переводится как принадлежность. Стало быть, хевсуры-жители горных ущелий, горцы. Красо ту и мудрость горца чувствуешь и понимаешь не сразу, вначале они могут показаться городским людям просто чем-то вроде деревенской примитивности. Но это не так. Когда я приходил к хевсуру, сидел с ним на пороге его дома и не спеша разговаривал, я очень скоро начинал понимать, что ни степени, ни звания, ни твое положение в обществе, по которым у нас принято принимать теперь незнакомого человека, здесь ничего не значат. Важно твое дело, твои поступки, твое отношение к людям.

    Хевсур - человек с гордой, легкоранимой душой, со слож ным кодексом чести, со своим трудом и немудреными хозяйственными заботами. Он трудится и живет по законам своих предков. И когда ты вдруг понимаешь, что эта жизнь красива и мудра, ты сравниваешь ее со своей жизнью в думаешь о том, как сделать ее лучше, чище, красивее. Видимо, в этом и заключается смысл всякого путешествия, наша тяга к новым, неизведанным местам и людям.

    Источник

  3. #13
    Уважаемый форумчанин
    Регистрация
    22.03.2006
    Сообщений
    1,539
    Поблагодарил(а)
    0
    Получено благодарностей: 1 (сообщений: 1).

    Ответ: Хевсуры, Тушины, Пшавы и д. р.

    Кстати хочу оговорится читать лучше с низу - вверх. Инфо взято с сайта Geoman.ru интересный сайт

  4. #14
    Уважаемый форумчанин
    Регистрация
    22.03.2006
    Сообщений
    1,539
    Поблагодарил(а)
    0
    Получено благодарностей: 1 (сообщений: 1).

    Ответ: Хевсуры, Тушины, Пшавы и д. р.

    ГРУЗИНСКИЕ НАРОДНЫЕ ПРЕДАНИЯ И ЛЕГЕНДЫ

    Перевод Е.Вирсаладзе


    О ЗМЕЯХ-ДАРИТЕЛЯХ

    64. Хогаис Минди (1)
    65. Хогаис Минди (2)
    66. Бой драконов
    67. Живая кольчуга
    68. Бездетная невестка и змей
    69. Шубнури
    70. История Пулду Калдана
    71. Карах-Охотник

    64. Хогаис Минди (1)

    Из ущелья Архоти был Хогаис Минди, из села Амга. И по нынешний день возле Сабекурискари видны следы его жилища. Каджи взяли его однажды в плен.
    «Поначалу,— сказал Хогаис Минди,— глаза мне они завязали, чтоб не запомнил я дороги. Вели меня так. Как перешли мы девятую гору, тогда лишь сняли повязку. И других пленных вели, подобных мне. Мясо христиан они ели. Вокруг запястий и вокруг голов обвязали нас нитками, чтобы примечать, насколько полнеем мы. Пленница одна была у них: так раскормили ее, что нитки впивались глубоко в тело. Гоняли нас на гору и заставляли ловить змей: делали из них какие-то лекарства.
    Пошел и я однажды. Поймали мы одну змею. Вокруг шеи кольцом вился у нее белый каракуль. Вернулись домой, глядим: ту полную женщину подвесили каджи под потолок, подставили лохани, снизу бьют ее трепальным гребнем железным, и льется кровь... Нелюба стала мне жизнь и еда, решил я покончить с собой».
    Взял Хогаис Минди и зашел к жене своего хозяина, которая готовила лекарства из змей. В ту пору убила она ту змею с белым каракулем, и капли ее крови видны были на полу.
    «Смекнула она,—сказал Хогаис Минди,— что хотел я отведать той крови, прошла мимо и растерла капли крови ногой. Да одна капля упала сбоку, так что не видна была ей. Как вышла женщина вон, слизнул я ту каплю языком».
    Только коснулся он языком змеиной крови, как жар поднялся у него сильный. Вошла женщина, поглядела на него— поняла, что случилось.
    «Как сменили мне девятую постель, потерял я разум, не слышал ничего. Пришел в себя, гляжу, а под мышкой у меня опухло что-то. Разрезал я опухоль, и вышли оттуда насекомые. То они, оказывается, тяжелят человека. Таким я стал легким, что, переходя через мост, завертывал камни в полу чохи, чтоб не снес меня ветер в воду».
    Язык всего сущего он познал с тех пор. Решил он бежать, и удалось ему это. Однако погнались за ним каджи и поймали.
    «Так били меня — кожа сошла».
    Вторично бежал он.
    «Как подошел к мосту, вижу: золой мост посыпан. Понял я, что ради меня то сделано. Прошел я задом наперед, чтоб сбить их с толку. Ранним утром на рассвете вошел я в лес. Спрятался в корнях большого дерева. Искали меня. До моста шли по моему следу, а затем сбились со следа».
    Шел он долго и пришел в одно село.
    «С палец длиной люди там жили. Увидев меня, испугались они и разбежались. Потом подошли ближе. Дали поесть кое-чего. Вечером стали возить щепки, строить что-то».
    — Что это делаете вы? — спросил их Хогаис Минди.
    — Сегодня в ночь нападет на нас войско журавлей и других птиц — коршунов, сорок, грачей.
    — А ну, не бойтесь! — сказал Хогаис Минди.
    Сделал он лук и стрелы, сел в засаду. В полночь налетели птицы. Отогнал он всех их, так что никого не успели они тронуть.
    «Окружили меня, целовать стали: — Ты наш бог! — говорили мне.
    Один был малюсенький человек, одноглазый.
    — Не узнал меня, Минди? — говорит мне.
    — Нет, не узнал,— говорю.
    — Не помнишь, как выколол ты мне глаз в Сабекури-скари? Я гугули. Все мы гугули. Вон за той горой превращаемся мы в птиц, а по эту сторону горы людьми становимся.
    — А ну,— говорю,— если знаешь село Амга, веди меня!» Пошел с ним тот гугули. Как пришли к горе, сказал он:
    — То гора из золы. Ступай осторожно, не то зароешься. Я стану птицей, а ты по голосу ступай за мной.
    Перешли они ту гору, и привел его гугули в Амгу.
    Единственный был сын у матери Хогаис Минди. Привел в дом жену. Как вернулся он из плена, язык всего сущего он понимал.
    — Ах, если б могли вы слышать,— говорит,— о чем шумит трава, когда мы по ней ходим: «Зачем ступаешь по мне ногами, ведь я тоже молода, мне жить ведь хочется!» А трава, что по краю хлебного поля растет, та так причитает: «Сожните и меня, зима идет, застанет меня, застудит, не оставляйте меня!» Когда рубим мы деревья, занятно, как плачут они: «Зачем режешь, больно мне, неужто не жаль вам меня? Что за сердца у вас, у людей?» Как бросим в поле камень, и тот визжит: упаду, мол, и ушибусь оземь. Зачем бросаете меня? Потом те, что на земле лежат, кричать начнут: «В меня попадешь и больно мне станет!» Когда бьем скотину палкой, ревет она, о том же говорит, плачет. А трава сама поучает: «Я лекарство от такой-то болезни, вылечу — возьми меня»,— говорит. Учит нас трава: если змея за тобой гонится, беги, мол, по ровному месту — по спуску и подъему она, подобно стреле, пущенной из лука, мчится. Перескочить надо через текущую воду, и змея не найдет пути-дороги, потому что видевшие тебя воды пройдут, а новые воды скажут, что не видели они никого.
    Не жал, не рубил дров Хогаис Минди, жил так в бедноте. Жена однажды набросилась на него: ничего не делаешь, мол, лежишь так, без дела. Уговорила она его, и Минди нарубил однажды дров. Тут и потерял он тот дар, перестал слышать язык травы, остался ни с чем. Потом забрали его на войну силой. Не смог он воевать, спрыгнул с башни и разбился.

    65. Хогаис Минди (2)

    Хогаис Минди из ущелья Архоти был. Когда рождался Минди, на небе два солнца встало. Именитым героем стал Минди в Хевсурети. Друг у него был в Шатали, славный муж Гахуа. Минди и Гахуа ходили с хатеби.
    Однажды прибыли в Архоти дурные духи — жамни. Крошечные были они, длиною с циду. Не всякий мог их видеть. Увидели их Минди и Гахуа. В час, когда жамни прибывали в Хевсурети, в Архоти, в крепости села Амга раздавались звуки волынки: то хатеби подавали знак. Народ, узнав о прибытии злых духов, жамни, покидал Архоти.
    Жамни прибыли втроем, на трех ослах — черном, красном и белом. Черный осел был нагружен стрелами с черными перьями на концах, красный — стрелами с красными перьями и белый — с белыми перьями. По очереди метали они стрелы. Черноперистая стрела убивала человека на месте, красная — наполовину, а белая оставляла его живым. Перешли дурные духи в потустороннюю Хевсурети. В Архоти уничтожили они людей. Лишь некоторых уберег хати. Минди вступил в бой с дурными духами. Взяли они его в плен и увели с собой.
    Как вступили они на перевал (по пути в потустороннюю Хевсурети), все трос увидели Гуда некого джвари. Говорили они меж собой: «Старый пес белобородый! Сидит на белом коне, держит в руке лахти, не подпустит нас. Кругом своих подданных он ходит, стережет их».
    Как перешли жамни в потустороннюю Хевсурети, перекрыли ослов потниками, чтоб не заметил их Гуданский джвари. Минди оставили пасти ослов. (Не настоящие ослы то были, а крошечные, малюсенькие.)
    В потусторонней Хевсурети убили они лишь одного пастуха. Гуданский джвари не подпустил их к народу, попрал дурных. Жамни обманом завлекли Минди в Каджети. Как привели его на чужбину, исчезли духи. Тут захватили в плен его каджи. Начали они его раскармливать, надеясь испить побольше его крови. Кормили отборной пищей. Догадался о том Минди, тайно стал есть золу. Плох он стал, и отложили его казнь каджи.
    Однажды приставили ему в сторожа детей. В конце села, где был он пленником, перекинут был через реку мост, по которому можно было войти в село и выйти из него. Каджи посыпали его золой, чтоб по золе заметить следы сбежавших пленников. Минди поднялся на дерево и выследил оттуда, как задом наперед ходили каджи по этому мосту. Сделал то же самое Минди, прошел через мост задом наперед и бежал.
    Шум поднялся на селе: «Убежал Хогаев сын!»
    Начали поиски, да па мосту не обнаружили следов и стали искать его в деревне.
    Шел Минди без пути-дороги. Держал путь в Архоти, да попал в страну гугули . Спросили они Минди, какого он роду-племени и зачем пришел.
    Рассказал им Минди свои злоключения. Одноглазый гугули, говорят, попенял ему:
    — Помнишь, в Архоти ты кинул в меня камень и выбил мне глаз. Чего тебе от меня надо было? Ведь это я приводил весну в Архоти.
    Вспомнил Минди детские проказы, пожалел об этом и попросил у гугули прощения.
    Гугули жили в домах из необожженного кирпича. В тот день неожиданно подняли они шум. Начали возводить крепости, укрепляли дома и двери. Спросил причину того волнения Минди.
    — Ждем нападения птичьего войска! — восклицали гугули. И вправду, налетело войско грачей, и начали они разорять
    царство гугули. Палкой стал отбивать их нападение Минди и перебил всех.
    Полюбили Хогаис Минди кукушки. Сказали ему:
    — За то, что избавил нас от врага, все, что пожелаешь, исполним для тебя.
    — Отведите меня в Архоти,— попросил Минди. В ту же минуту крикнули кукушки:
    — Гоните овец!
    Минди увидел ползущее стадо змей с белым каракулем вокруг шеи. Минди испугался. Кукушки вывели одну из змей и в честь Минди зарезали ее, сварили и поднесли гостю. Тяжело было Минди отведать змеиного мяса, да не отстали от него хозяева. Наконец подчинился он их воле.Минди отведал змеиного мяса. Не мог найти себе места после того. Тошно ему стало. Тогда жены гугули постелили Минди три постели и сказали ему: — Ложись в первую постель. Как не улежишь на ней, переходи на вторую. Не улежишь на второй — ложись на третью постель, там отдохнешь.
    На третьей постели и впрямь отдохнул Минди. Проснулся и видит: под мышками опухло у него, величиной с чашу налипло что-то. Гугули сказали ему:
    — Надрежь под мышками — и выйдут насекомые оттуда.
    Сделал надрезы Минди под мышками, и много насекомых вышло оттуда. Минди вес потерял тогда. Таким стал легким, что за пазухой камень стал носить, чтоб ветер не унес его. Как поел он змеиного мяса, услышал Минди речь деревьев, птиц, зверей, полевых цветов и трав.
    Искалеченному Минди одноглазому гугули поручили отвести Минди в Архоти. В дорогу дали ему хлеба и поучали так:
    — Сколько откусишь хлеба праведной земли, столько прибавится в нем снова.
    Границей той земли, где жили гугули, была река. Как возвращались они к себе домой, перейдя реку, становились человечками длиною в циду, как уходили за реку—в птиц превращались. В своей стране они человечки с циду ростом.
    Только Минди и одноглазый гугули перешли реку, говорит гугули Минди:
    — Я обернусь птицей, а ты по голосу иди за мной. Минди таким стал легким, что летел за ним по воздуху.
    В пути сколько ни откусывал он хлеба, тот снова становился целым. Питаясь тем хлебом, добрался к весне в Архоти Минди.
    И в своем краю продолжал Минди понимать язык растений, животных, птиц и всего сущего. Минди не мог косить траву, дерева срубить не мог, все говорили ему: «Не режь меня, Минди!» Зверей жалел он, не мог бить дичи. В день и трех копен сена не мог он сжать. Колосья, зерна кричали ему: «Минди, не покидай меня! С небес я слышу зов, возьми меня!» Минди жалел их и подбирал каждое зернышко. Травы и цветы кричали ему вслед: «Я лекарство от той-то болезни, я от того-то!» Минди лечил раненых. Перерубленного пополам человека соединял он снова, спасал от смерти. Врагов побеждал Минди. Хевсуры очень любили Минди... В конце концов изменил он клятве, нарушил ее, стал бить зверье, рубить деревья.
    Однажды хати отправились походом на Каджети. Минди и Гахуа пошли с ними. Хати сказали Минди и Гахуа: — Во плоти не можете за нами следовать, выйдите вон из тел и так пойдете за нами.
    Минди и Гахуа вышли вон из тел, и хати спрятали их тела поблизости, в лесу. Сломили они Каджети, разорили каджей. Скот и добычу захватили с собой. В пути скот стал испытывать жажду. Тогда Копала ударил лахти об землю, хлынула вода, и скот напился. Вернулись хати в Хевсурети, подошли к телам Гахуа и Минди, видят, покрылись они червями. Хати повелели:
    — Питающийся хлебом и сыром Минди, ты что там стоишь? Войди в свое тело!
    Минди и Гахуа не хотели возвращаться в червивые тела, но хати сказали им:
    — Из плоти вы, с нами не жить вам.
    Силой заставили хати души Минди и Гахуа вернуться в их тела.
    Минди однажды пошел к кистам отомстить кровнику. В Теретэго хотел прийти он, к другу своему Алдидзе , но из-за непогоды сбился с пути и попал прямо к кровникам своим в село Миза. Кистская женщина узнала кровника, обманом завлекла Минди в башню. Минди не один был. Брат его и Квирике Джабушанури были с ним. Женщина подняла крик в деревне: поймали, мол, Минди мы. Пришли кисты, окружили башню. Квирике спрыгнул с крыши и ушел. Минди сказал тут брату:
    — Спрыгну и я, следуй за мной.
    Да брат его оказался малодушным, начал плакать: не смогу, мол, спрыгнуть я. Минди принес себя в жертву, не оставил брата. Обманом заставили кисты его разоружиться, связали ему в башне руки и покончили с обоими. Кисты вырезали у Минди сердце, разделили его, дали отведать беременным жен-
    щинам: авось сердце Минди вложится них похожие на Минди дети.
    В народе так поют о смерти Минди:

    Хогаис Минди умирал —
    Солнце краснело, ярилось,
    Небо гремело, земля грохотала,
    Душа с трудом покидала тело.
    Падали звезды на землю,
    Луна всходила справа.
    Ястреб, соколы и орлы
    Били неистово крыльями.
    Зверь высоких скал
    Собирался, чтоб оплакать его.
    Конь его осиротевший
    Серый вставал на дыбы.
    Жена его несчастная
    Одевалась в черные одежды.
    Мать его бедная
    И плакать была не в силах.
    Отец его несчастный
    Рвал на себе волосы, бороду.

    66. Бой драконов

    Двенадцать тушин под водительством Мекобаури пошли к лезгинам.
    Через несколько суток зашли они в такое место, где совсем сбились с пути. Заночевали они в каком-то удивительном лесу с развороченными деревьями, в болоте, в котловане. В полночь вокруг спящих тушин кольцом обвился дракон толщиной со ствол чинары. Голова его лежала на его хвосте.
    Увидев ужас на лицах тушин, дракон стал ластиться к ним, лизать им ноги. Наконец совсем он снялся оттуда и лег поодаль. Успокоились тушины, видя, что дракон не трогает их. Вдруг дракон головой дал им знак следовать за ним. Как только задерживали шаг тушины, останавливался и дракон. Подошли они к реке — такой бурной, что барс не сравнился бы с ней. Тут дракон вытянулся и положил голову на противоположный берег реки. Хвост его оставался на этом берегу. Лег он мостом и подал знак тушинам: пройдите, мол, по мне.
    Мекобаури встал на хвост дракона, да сошел обратно — мягок был хвост.
    В третий раз, как поднялся он, упругой стала спина, и тогда только кликнул он товарищей: за мной идите!
    Прошли через реку. Там в котловане озеро стоит и гнездится в нем другой дракон. Никого из мимо проходивших не пропускал он, оказывается, всех уничтожал.
    Вдруг взбаламутилось озеро, содрогнулось, и из него выпрыгнул дракон величиною с гору. Полтуловища в воздухе у него — так высоко он держит голову. Летит как стрела, с воем.
    А первый дракон повернулся и у тушин помощи просит. Потом и он ощерился, поднял голову и ринулся на врага. За ним пошли и тушины.Схватились драконы, борются насмерть. Вышедший из озера дракон силу берет, теснит другого. Вот-вот убьет его! Сказал тут Мекобаури тушинам:
    — А ну, тушины, нашему дракону трудно приходится, не дадим его убить, ударим нашими мечами. Схватились тушины за мечи и напали на вышедшего из озера дракона, отсекли ему хвост. Тут и их дракон помог, и убили они большого дракона.
    Потом победивший дракон снова подал им знак: за мной, мол, идите. Пришли они к глубокой норе, где большого дракона детеныши, оказывается, были. Перебил их меньший дракон. Потом из той же норы достал он ружье буча , франкский меч и различные доспехи. Роздал он их тушинам и вывел их на дорогу. То ружье из драконовой норы и сейчас по ту сторону гор, в селении Гуро, находится. Тот франкский меч тоже у хевсурского героя Мамуки Калундаури был. Потом, как убили его тушины, тогда и забрали его обратно.
    С тушинами на охоте какое дело случилось? Скрылось, Мекобаури, с глаз твоих солнце. Спустились они по тропе драконьей, думали — то след сорвавшегося дерева...
    Дракон лег мостом через реку, идут по нему тушины. Дракон с драконом бой ведет по божьему велению. Франкский меч Мекобаури надвое рассекает дракона.

    67. Живая кольчуга

    На охоту пошел Торгва . В одном месте провалился он в ледяную трещину. Там дракон находился, оказывается, и упал Торгва ему на спину. От холода и голода погибал Торгва. Жалел его дракон, доставал свой драгоценный камень и давал ему полизать. И грел он его, и кормил.Побратимами они стали. Тот дракон подарил Торгве кольчугу боевую — бегтари. Такое имела она свойство: там, где приходился на нее удар меча, попадала пуля или стрела, все петли кольчуги собирались, скапливались в одном месте, и никакое оружие не могло поразить ее владельца.
    Но в конце концов улетела кольчуга. И погиб Торгва от стрелы пшава Чоты. Красным цветом окрасилась десница Торгвы... Говорят и так, что, собираясь в одном месте, железные петли кольчуги отбрасывали пулю обратно. Ни днем, ни ночью не снимал кольчуги Торгва, и враг никогда не победил бы его, если бы не несчастный случай.
    Однажды купался Торгва в теплом источнике. Во время купания река унесла лежавшую на берегу кольчугу, и кровник убил его.

    Спускались по Апдаки восемь охотников.
    Торгва спускался также — олень в весеннюю пору.
    Грустно шагает он, видны на лице следы слез.
    — Кольчугу куда ты дел, Торгва, побратимом дареную?
    — На охоту пошел я, выслеживал дичь.
    Спустился в Арчило, набрел на теплый источник.
    Спустился купаться, сбросил кольчугу.
    Тогда и потерял я ее, не усмотрел за проклятой.
    Так поплыла кольчуга моя, словно волны реки.
    Послал я погоню за ней, но нигде следов не нашли ее.
    Иду я оттуда. Что же было делать?
    Оттого и следы слез на лице у меня.

    68. Бездетная невестка и змей

    В селении Шилда в одной семье жили двенадцать братьев со своими женами. У одиннадцати из них были дети, один же брат бездетным был.
    В этой многочисленной семье хлеб пекла всегда бездетная невестка. В амбаре, откуда брала она муку, жили две змеи — самка и самец. Об этом знала только та бездетная женщина. Она ходила за теми змеями, кормила их и укрывала. Однажды собралась она куда-то уехать.Заранее напекла она хлеба на несколько дней, а невесткам наказала не доставать муки из амбара и не печь хлеба без нее. После отъезда той бездетной женщины невестки нарушили обещание, решили выпечь хлеб. Когда пришли они за мукой, увидели в ней змей. Одну из них они убили, другая успела уйти. Вернулась бездетная невестка и, узнав о смерти змеи, сильно опечалилась. Однажды ночью, когда вся семья спала, приползла оставшаяся в живых змея и перекусала всех. Многочисленная семья погибла. Остался лишь один из братьев, случайно отсутствовавший в ту ночь.

    69. Шубнури

    Шубнури является в виде змеи. Из Тушети привели его. Из Тушети пришел один татарин. Повстречались, оказывается, с ним на горе ликокские пастухи и надумали его убить. Взмолился он: «Дзима, не убивай!» «Дзима» сказал он вместо грузинского «дзма», так как плохо говорил по-грузински. Все же раз успел он назвать их братьями. Взяли они его с собой и выделили ему место поодаль от села. Поселился он там. Полюбил хевсурскую женщину, и имела она от него сына. Невзлюбили их другие хевсуры и не пускали их к себе.
    Тогда большим было село Шубани, до шестидесяти дымов. То село особенно притесняло «дзиму». Не давали ему покоя совсем. Ту полюбившуюся ему хевсурку он в жены взял и имел с ней сыновей девять. Прозвали их Дзимаисдзе. И были они самолюбивыми и храбрыми юношами. Пока подрастали сыны у «дзимы», сильно его притесняли. Решил он пойти и в помощь от врагов привести из Тушети Шубанского джвари, побратима Копалы. Пошел он, принес оттуда серебряный кубок и тайком положил его в доме своих притеснителей в землю. Их было три брата. После того как зарыт был в землю кубок, в доме посреди очага вырос ясень. Братья срубили его и выбросили. На второе утро вновь вырос ясень, и вновь его срубили. В третий раз из земли вышла вместе с ним змея и обвилась вокруг дерева. Почувствовали, что тут что-то неладно, и оставили все дом. Одного брата звали Чалхи. Засыпал он жару в дом и сжег его. Сам же, зажегши огонь, сейчас же ушел оттуда. Когда отошел он далеко, оглянулся: хотел взглянуть на огонь. Оглянулся, а в это время искра, вылетевшая из огня, попала ему в нос. Почувствовав жжение в носу, схватился он за него рукой. Нос отвалился, упал на землю и остался Чалхи без носа.
    С тех пор выселились из Шубани все шестьдесят дымов, и расположился там Шубнурис джвари. (Шубнури является и в виде гончей и в виде змеи.) И сейчас владеет он тем местом. Иногда ту змею видят. Однажды шел, оказывается, Квирика Ликокели, житель села Карцеулта, и увидел в конце Квате (то название местности) лежащую змею, очень большую. Большие глаза у нее были, и осматривала она Квате. Квирика, оказывается, бросил в нее три камня. Попали все три, но она и не шелохнулась и продолжала оглядывать Квате. Квирика перестал кидать камни и пошел домой. Не прошло и недели, как трое детей умерло у Квирики — два сына и дочь. Хевсуры приписали это камням, брошенным в змею. Теперь ликокцы каждую змею принимают за шубанскую святыню, не убивают их, и они там расплодились очень сильно. Та змея, будто бы, в год один раз, весною, проползает мимо ликокской реки. Осмотрит там Копаловы владения и пройдет до того места, где ликокские воды впадают в большую Арагви. Потом вернется обратно по воде в свои шубанские земли. Шубнури повинуется Копале и всем его слугам. Если где-либо какой ликокский житель попадет в беду,— или Шубнури он призовет или Каратского джвари. Они сейчас же распорядятся: либо мцевари — гончую пошлют ему в помощь, либо «змееподобного».

    70. История Пулду Калдана

    Пулду Калдан жил в старину, мудрец. Однажды ночью три волка подошли к его дому. Ночь была очень темна, и шел дождь. Волки завыли. Взял Пулду Калдан и бросил им одну овцу. Благодаря той овце остались в ту ночь живы голодные волки.
    На второй день волки — не вечно же им сидеть у его дома — ушли.
    Однажды Пулду Калдан поехал в горы Мегрелии на промысел. Навстречу ему попался юноша мужественного облика и спросил его:
    — Кто ты?
    — Пулду Калдан я.
    Крикнул тот юноша двум своим товарищам:
    — Пулду Калдан это. Это он бросил нам овцу — накормил голодных.
    Оказалось, что эти юноши и есть те волки. Сперва один пригласил его к себе в дом, потом другой, потом третий. Под конец спросили они его:
    — Чем одарить тебя?
    Отказался от подарка Пулду Калдан, но попросил их:
    — Тем скрытым знаниям, что есть у вас, научите меня. Тогда отвели они его в сторону и взяли с него клятву, что
    ни с кем не поделится он их знаниями, никому о них не скажет. Постиг Пулду Калдан все тайны: голоса животных, голоса птиц — вплоть до языка пресмыкающихся все изучил он.
    Вернулся он со своей свитой домой и погнал перед собой стада быков и коров и всякой живности до домашней птицы — без числа.
    Теперь у него свои коровы, свои телята, свои лошади, свои жеребята. Зовут матки жеребят в свое стадо — и все это разумеет Пулду.
    Кобылица заржала однажды и кричит своему жеребенку:
    — Торопись, за нами гонится войско, торопись домой! Ведь ты краса и прибыль всего стада!
    Погнал Пулду жеребенка, отобрал лучшую часть стада и спешно перевалил с ними через горы.
    Часть стада осталась с его свитой по ту сторону горного перевала. На другой день вернулся назад Пулду и поднялся на вершину горы. Поглядел оттуда и видит, что вся его охрана и стадо уничтожены.
    Вернулся он домой. Лег спать с женой. На кровле дома расстелена была для просушки пшеница. Прилетела маленькая белая птичка мушкарил — птичка березового дерева, начала клевать ту пшеницу. Высунулась из норки мышь и заворчала на нее:
    — Пулду Калданова эта пшеница, не клюй ее. Услышал это Пулду Калдан и засмеялся. Спросила его
    жена:
    — Чему смеешься?
    В тяжелое положение попал Пулду. Что сказать ей? Нельзя выдать тайну, а разве жену уймешь...
    Вдруг взлетел высоко петух и крикнул Пулду:
    — Смотри, не допусти ошибки, не выдавай тайны своей жене. Если не замолчит она, смажь ей губы горящей головней.
    Взял Пулду .Калдан жару и припугнул жену, заставил ее умолкнуть. Так и не выдал он тайны и счастливо прожил всю жизнь.

    71. Карах-Охотник

    В некотором царстве змей жил охотник по имени Карах. В этом царстве из боязни навлечь на себя гнев царя змей никто не решался охотиться. Право охоты было даровано царем змей лишь одному славному герою Караху, который и полу-чил прозвание Охотник.
    Однажды во время охоты Карах-Охотник был поражен необыкновенным зрелищем: какой-то старый змей совершал грубое насилие над супругой царя змей. Увидев подобное унижение царицы, верноподданный Карах-Охотник тотчас натянул свой лук и пустил стрелу в оскорбителя царской чести. Но шальная стрела не попала в цель, а оторвала у царицы часть хвоста. В горе от своей неудачи Карах-Охотник побрел к себе домой, не зная, как и быть.
    Царь змей, заметив, что у его супруги поврежден хвост, сильно разгневался. Решив, что такую обиду не мог нанести ему никто, кроме Караха-Охотника, царь тотчас приказал двум своим слугам-змеям тайно проникнуть в жилище изменника и умертвить его.
    Царские слуги, прибыв к Караху-Охотнику, прежде чем он успел вернуться с охоты, незаметно проползли в его жилище. Они спрятались и стали выжидать, что будет дальше. Наконец пришел домой опечаленный Карах-Охотник.
    Жена спрашивает мужа:
    — О чем ты так горюешь?
    — Как мне не горевать. Постигло меня несчастье. Сегодня на охоте я невольно совершил тяжкое преступление: нечаянно задел стрелой хвост у нашей царицы и изуродовал его,— ответил Карах-Охотник и поведал жене обо всем, что случилось.
    Убедившись, что муж действительно не виноват, жена стала всячески успокаивать его. В то же время и притаившиеся змеи, подслушав разговор супругов и тоже убедившись, что Карах-Охотник не только ни в чем не повинен, а наоборот, решили избавить его от гибели. Они отправились к царю и рассказали ему все, что слышали в доме Караха-Охотника.
    Царь похвалил своих слуг за то, что они избавили знаменитого Караха-Охотника от незаслуженной смерти, и приказал позвать к нему самого героя: он решил наградить его достойным образом.
    Змеи ранним утром прибыли к Караху-Охотнику и передали ему приказание царя. При этом сказали ему:
    — Предупреждаем тебя, что царь выслушает тебя, а потом свистнет, и соберутся к нему все змеи со всего его царства. Ты не бойся: ничего не будет худого. Царь предложит тебе указать того самого змея, который дерзнул оскорбить царицу. Ты смело укажи виновника.Царь тотчас убьет его, а потом обратится к тебе и спросит, какую ты желал бы получить от него милость. Советуем тебе, попроси у царя только одного: пусть позволит тебе лизнуть у него под языком. Верь нам: от прикосновения твоего языка к царскому ты получишь такой дар, который составит верный источник твоего благополучия на всю жизнь.
    Получив такое наставление от змей, Карах-Охотник отправился вместе с ними к царю. Царь змей встретил Караха-Охотника очень ласково. Карах-Охотник рассказал ему всю правду: как во время охоты он увидел насилие над царицей и как, намереваясь убить дерзкого змея, случайно задел стрелою хвост царицы. Царь обласкал героя и вдруг свистнул со всей своей страшной силой. И тотчас предстали пред ним змеи со всего его царства. Царь попросил Караха-Охотника указать змея, оскорбившего царицу. Карах-Охотник смело обошел все ряды змей, но среди всего этого бесчисленного множества змей не оказалось того, которого он искал. Тогда раз-глеванный царь спросил собравшихся змей:
    — Все ли мои подданные здесь и не отсутствует ли кто?
    Змеи ответили, что отсутствует лишь один седой змей, который отстал дорогой и, верно, скоро прибудет. Наконец вдали показался и сам седой змей. Завидев приближавшегося змея, Карах-Охотник сразу узнал его и сказал об этом царю. Царь тотчас же убил изменника, отпустил остальных змей и сказал Караху-Охотнику:
    — Ну, герой, теперь проси у меня, чего хочешь. И твое желание немедленно будет исполнено.
    Карах-Охотник ответил:
    — Царь змей! Не хочу никакой твоей милости! Прошу только, позволь мне коснуться языком основания твоего языка!
    Царя крайне удивила подобная просьба Караха-Охотника, и он стал ему советовать попросить чего-нибудь другого.
    — К чему тебе это?! — говорил он. —Исполнение твоего желания угрожает тебе смертью.
    Несмотря на это предостережение, Карах-Охотник упорно настаивал на своем. Тогда царь дозволил ему лизнуть под своим-змеиным языком и отпустил его.
    Оказалось, что от прикосновения к языку царя змей Карах-Охотник получил способность понимать язык всякого живого существа и даже растений.
    Возвращаясь медленно к себе домой, он стал прислушиваться и к голосам животных, и к шелесту листьев, и во всем этом он открывал не известный ему ранее смысл. Но при этом, по внушению самого царя-змея, он ни под каким видом не должен был раскрывать перед людьми той тайны, обладателем которой он стал, иначе он подвергал опасности погибнуть, согласно предсказанию царя-змея.
    По пути к себе домой Карах-Охотник набрел на стоянку баранты и попросился на ночлег к пастухам. Пастухи приняли Караха-Охотника радушно и с наступлением ночи стали его угощать ужином. Во время ужина, когда пастухи потчевали своего гостя, вдруг неподалеку поднялся вой волков, а в ответ на это — и лай пастушечьих собак. Разумеется, пастухи, которые привыкли и к волчьему вою, и к собачьему лаю, ничего особенного не видели в том. Но Карах-Охотник, обладавший сверхъестественной способностью понимать язык зверей и растений, начал внимательно прислушиваться. Волки говорили:
    — Скорее бы уснули пастухи. Мы бы тогда зарезали всю баранту!
    Собаки на это возражали:
    — Если бы наш хозяин накормил нас мясом, набрались бы мы сил и прогнали бы вас!
    Услышав эти взаимные угрозы собак и волков и ничего не открывая пастухам, Карах-Охотник упросил пастухов, чтобы они, ради него, своего гостя, зарезали одного какого-нибудь барана и его мясом накормили своих собак. Не зная истинных побуждений Караха-Охотника, пастухи были крайне удивлены его вниманием к овчаркам, но тем не менее исполнили его просьбу и бросили мясо собакам.
    Тем временем Карах-Охотник заметил, что одна из овец в стаде разрешилась сразу парой ягнят — самцом и самкой. Ягнята стали блеять, причем самец говорил:
    — Я увеличу хозяйскую баранту на сто штук! А самка говорила:
    — Я сама принесу сто ягнят!
    Карах-Охотник запомнил слова ягнят и скоро задремал. В полночь находившиеся вблизи волки набросились на стадо. Между собаками и стаей волков завязалась драка. Тут подоспели проснувшиеся пастухи и прогнали волков. Обрадовавшись спасению стада от волков, пастухи предложили своему гостю на память об этом случае взять из стада чего сам пожелает. Карах-Охотник ничего не пожелал взять от пастухов, кроме тех двух ягнят, которые появились на свет в эту ночь, и их матки. Пастухи, не зная как много обещали эти ягнята, были смущены подобным скромным желанием своего гостя. Но делать было нечего. Они исполнили его просьбу и па рассвете распрощались с ним, отдав ему ягнят и их матку. Неся в сумке нежных ягнят и погоняя перед собою их матку, наш Карах-Охотник медленно продолжал свой путь домой.
    По дороге Карах увидел беременную женщину с ребенком на руках, которая ехала на жеребой кобылице, за которой следовал ее жеребенок. Кобылица шла довольно быстро, и жеребенок отстал на значительное расстояние. Жеребенок ржал и просил свою мать идти медленнее. Кобылица па его просьбу отвечала:
    — Ты видишь, я несу на себе еще четыре души: одну в своей утробе, женщину, се ребенка и ребенка в утробе женщины. И тебе не стыдно еще отставать от меня?!
    Наконец Карах-Охотник прибыл к себе домой.
    Однажды жена Караха пекла хлеб. Вдруг в это время Ка-раху-Охотнику вспомнился услышанный в дороге разговор кобылицы с жеребенком, и он невольно рассмеялся. Любопытная жена пристала к Караху-Охотнику и стала просить его рассказать, чему он смеется. Карах-Охотник отказывался удовлетворить любопытство жены, но та стала еще сильнее настаивать, чтобы он непременно открыл ей причину своего смеха. Муж просил ее не приставать к нему, уверяя, что это тайна, обнаружив которую он тотчас же умрет. Но жена не отставала и все требовала от мужа открыть ей тайну, хотя бы ему пришлось действительно умереть от этого. Делать было нечего. Мягкосердечный Карах-Охотник уступил упрямству своей жены и решил открыть свою тайну. Предварительно он предложил своей назойливой жене приготовить все нужное для его похорон.
    — Вот, кстати,— сказал он.— Ты печешь хлеб, так приготовь и всякой другой провизии, а также пригласи и гостей на тризну. Когда я умру, все у тебя будет готово, и ты можешь с честью похоронить меня!
    Жестокая жена стала готовиться к похоронам своего мужа.
    Узнав о намерениях своего любимого хозяина, опечалились все домашние животные и птицы, принадлежавшие Ка-раху-Охотнику. Нисколько не тужил о предстоящей смерти Караха-Охотника лишь один петух. Одна из куриц, за которой погнался неугомонный петух, сказала ему с упреком:
    — Охота тебе гоняться за нами! Разве тебе не жаль, что ни за что, ни про что погибает наш добрый хозяин?!
    На это петух возразил:
    — Мне ничуть не жаль нашего хозяина! Он слишком глуп и потому становится жертвой капризов своей жены! Ты видишь, какое множество у меня жен — вас, кур, и как всеми вами я управляю по собственной своей воле. Ни одной из вас не позволяю противоречить мне! А ведь у нашего хозяина всего одна жена, и он, такой сильный, не может управиться с нею! Если бы он понимал наш язык, то я бы дал ему разумный совет, как поступать со своею женой. Но что делать, он моего языка не понимает! Надо бы взять гибкую палку и, как жена пристанет к нему, так и начать дубасить ее. Тогда бы она быстро угомонилась!
    Услышав разговор петуха с курицей, Карах-Охотник вдруг опомнился: он понял свою ошибку, понял, что действительно весьма глупо с его стороны слепо повиноваться жене, и решил последовать совету петуха. Поспешно принес он гибкую кизиловую палку — и ну бить ею свою любимую жену! Карах-Охотник бил свою жену палкой до тех пор, пока она окончательно не покорилась и не стала у него просить прощения за свою назойливость. Так научил петух Караха-Охотника, а через него и всех людей исправлять любопытных и непокорных жен.

    © GeoLit 2004

  5. #15
    Уважаемый форумчанин
    Регистрация
    22.03.2006
    Сообщений
    1,539
    Поблагодарил(а)
    0
    Получено благодарностей: 1 (сообщений: 1).

    Ответ: Хевсуры, Тушины, Пшавы и д. р.

    Хевсуретия
    / Ноябрь 2008 /



    Несколько лет хожу я по Хевсуретии. Сначала интересовался старинным хевсурским оружием и национальной одеждой, потом изучал народную медицину, теперь меня занимает хевсурская архитектура. И каждое новое путешествие по краю приоткрывало его жизнь с какой-то иной стороны...
    Хевсуретия - одна из горных частей Грузии, она лежит слева от Военно-Грузинской дороги, если ехать по ней из Орджоникидзе в Тбилиси. И лежит она по обе стороны Главного Кавказского хребта, как седло на лошади: на юг - Хевсуретия Пиракетская; на север, за Шатильским «перевалом, - Пирикитская. Ныне это административный район с тремя сельсоветами: Барисахо, Гудани и Шатили. И живет сейчас в Хевсуретии около 360 семей. В Москве нетрудно найти дом на 360 квартир, а тут целая страна с большой территорией, страна самобытная, со своей историей и культурой. Стойкость, живучесть старинных обычаев хевсуров во многом объясняется географической изоляцией этого уголка Грузии. Виктор Шкловский писал в 1930 году: «Как лежит доисторический лед на дне Ладожского озера, так живут на горах Кавказа... хевсуры». Но это было почти пятьдесят лет назад, теперь тут многое изменилось, меняется на глазах и сейчас...

    Что такое Барисахо, Гудани или Шатили? В ведении каждого сельсовета - несколько ущелий с разбросанными по горам маленькими селениями, сторожевыми башнями и древними крепостями. Архоти административно включено в Гудани. Долина Архоти отгорожена со всех сторон горами, в ее огромную чашу сходятся, если не ошибаюсь, пять ущелий, пять рек. Попасть в Архоти можно только через перевалы: со стороны Казбеги - через перевал Архоти, со стороны Шатили - через перевал Ухрали и со стороны Барисахо - через перевал Рошка. Перевалы высотой в три тысячи метров и выше. В самый разгар лета здесь лежит снег.

    Реки, которые сходятся в долину Архоти, сливаются в полноводную Осу, и она течет в Чечено-Ингушетию. Но никто из хевсуров никогда в прошлом не спускался туда, ибо там лежал край неизвестный и в старые времена опасный. Тут кончался христианский мир и начинался мусульманский. Но и сейчас здесь всякая связь отсутствует, естественно, уже по другой, более простой причине: ущелье непроходимо. Пройти тут можно только в суровую зиму, когда частично замерзает и закрывается снегом лавин река. Но лавины делают опасным зимний путь.

    Земля Архоти красива необыкновенно. Сочная зелень субальпийских лугов, леса, бурные реки, снежные вершины, нагромождения скал... Все лето цветут поля рододендронов. Сначала их желтые и белые бутоны появляются внизу, а затем цветение идет вверх. Последние рододендроны распускаются в конце лета возле снежных пятен у перевалов. Вся эта красота почти не тронута человеком. Простор, тишина, покой...

    Когда-то Архоти было довольно плотно заселено, у каждого хевсурского селения была своя крепость, своя башня, свои земли. Перед войной здесь проживало восемьдесят семей. Ныне в Архоти всего три селения. В селении Ахиели живет семь семей, в селении Амга - три, в селении Чимга - одна. Урбанизация делает свое дело, и, похоже, особенно велики ее успехи на высокогорье. Люди не хотят больше жить без электричества, без телевидения, клуба, магазина... А какой же магазин, если продукты нужно завозить вьюком, да и то только летом? На зиму пути через перевалы закрываются, и Архоти на полгода оказывается отрезанным от мира.

    Одно из главных богатств Архоти - пастбища. Этот кусочек Кавказских гор может прокормить на своих склонах десятки, сотни тысяч овец и коров. Овцеводство здесь отгонное: зимуют овцы в низинных местах, летом их перегоняют на высокогорье. Но стада надо кому-то пасти. И вот происходит любопытнейшее явление. Всегда люди ехали на заработок из села в город, теперь же наоборот - горожане едут летом в Хевсуретию работать пастухами. Почти все пастухи-хевсуры, которых я встречал, были или тбилисскими студентами (почему-то в основном университетскими филологами), или приехавшими подзаработать в отпуск специалистами самых разных профессий.

    Архоти теперь не удивишь высшим образованием. Единственный сохранившийся в селении Ахиели старинный дом-крепость принадлежит семье Очиаури. Из одного только поколения этой семьи вышли: Ираклий Очиаури - известный художник, один из основателей советской чеканки; Георгий Очиаури - знаменитый скульптор; Дедика Очиаури - ботаник, кандидат наук, и Тина Очиаури - доктор исторических наук, этнограф. Всего одна семья из Архоти.

    В селении Ахиели стоит хорошо сохранившаяся боевая башня. Она имеет несколько этажей, метра в три высотою каждый. В полах-потолках, в углу, - отверстия, и к ним ведут выступающие из внутренней стены башни камни. Под башней - большое подземелье. Сюда из селения вел подземный ход, начинавшийся как раз в доме Очиаури. В случае наступления врагов по этому ходу проводили под землей в башню все население Ахиели и даже скот. Там бил родник и хранилась еда, заготовленная на случай длительной осады. Все это хорошо сохранилось, обвалился только подземный ход. Получив разрешение (хевсуры ревниво берегут предметы своей старины), я залез внутрь башни и обнаружил там в сундуках позеленевшие медные и, как мне показалось, серебряные кубки, чаши и кувшины. Я держал в руках эти свидетельства прошлой устойчивой жизни, а мысль возвращалась к пустеющим ныне домам хевсуров...

    Двадцать—двадцать пять лет назад считалось, что хевсурам лучше жить не в горах, а в предгорьях, и не пасти скот, а разводить виноград. Теперь же в этом районе Грузии делается все, чтобы привлечь население в горы. Сейчас здесь усиленно развивается отгонное овцеводство (в старые времена каждая семья держала коров и овец, заготавливая для них на зиму сено и другие корма). Проложена автомобильная дорога через Шатильский перевал, давно уже работают больница и школа-интернат, в которую собираются на зиму ребята из отдаленных селений, построены новые дома. Земля богата и обильна, нельзя дать ей пустовать. Но как много предстоит еще сделать, чтобы человек смог жить в горах сегодня, не чувствуя себя отрезанным от мира, лишенным благ цивилизации...

    В селении Гудани я встретился с архитектором Ираклием Георгиевичем Маргишвили. Мы сидим на бревне перед строящимся домом и ведем неспешный разговор. Ираклий Георгиевич в ковбойке с закатанными рукавами, в старых джинсах. Загорелый, подтянутый, он выглядит гораздо моложе своих пятидесяти лет. Особенно молодят Маргишвили его живые и умные глаза. Человек он увлеченный, работящий и к тому же бессребреник. Архитектору, казалось бы, не положено сваривать металлические конструкции и орудовать лопатой, а Ираклий Георгиевич выполняет здесь любую работу, даже ездит на машине за хлебом. С рабочей силой трудно, а стройка-то необыкновенная. Я бывал тут и раньше, писал об этом строительстве (1 «Вокруг света», 1975, № 1.), когда начинали возводить первый дом.

    - Здесь, в Хевсуретии, нет ни гравия, ни песка. Даже их приходится привозить, - рассказывает Ираклий Георгиевич. - Сланцы, кругом одни сланцы, а при современном строительстве ими уже не обойдешься.

    - Как родился этот проект? - спрашиваю я.

    Маргишвили задумался, помолчал, потом сказал:

    - Только хорошим жильем мы можем привлечь хевсуров в родные места и сделать так, чтобы молодежь отсюда не уезжала. Нужны дома, в которых были бы все удобства - электричество, водопровод, газ, ванная, центральное отопление, а с другой стороны, они должны быть по своему устройству традиционными. Мы сохраняем деление на три этажа. В нижнем по-прежнему будет хлев; в среднем этаже, где когда-то горел очаг, разместятся жилые комнаты и гостевая. Ну а наверху будет храниться различная утварь и зерно. Каждый дом получит большой хозяйственный двор. Вот посмотрите. - Маргишвили протягивает мне альбом с описанием нового селения и множеством схем, чертежей и фотографий.

    Внешний облик отдельных зданий, так же как и всего селения, сохраняет характерный для Хевсуретии рисунок. Дома выглядят как несколько стилизованные башни. Хевсуры в прежние времена беспрерывно вели войну со своими соседями, и естественно, что еще со средних веков горцы строили свои жилища в виде крепостей. Эти дома башенного типа назывались «квиткири». Они выкладывались только из камня; вместо окон делались узкие бойницы, в верхней части квиткири наружу выходили каменные балкончики - чардахи с отверстиями для наблюдения и стрельбы...

    На фотографии проекта я вижу комплекс жилых домов с хорошим подъездом к каждому из них, магазин, сельсовет и даже маленькую гостиницу. В сторонке еще с десяток домов. Это резерв. Пока их строить не будут, они могут понадобиться тогда, когда селение начнет расти.

    - Здесь, - показывает архитектор на самое крупное здание -проекта, - мы разместим комбинат бытового обслуживания. Вот для чего, - отвечает он на мой вопросительный взгляд, - зимой у хевсуров много свободного времени. Женщины зимними вечерами сидят и вышивают национальную одежду...

    - Неужели вы хотите сказать, - перебиваю я его, - что на этом комбинате будут изготавливаться настоящие чохи (мужская одежда) и садиацо (женская одежда)?!

    - Вот именно. Все будут делать. Талавари.

    (Талавари - это весь комплекс хевсурскои национальной одежды от обуви до шапки.)

    - Послушайте, это же замечательно! - обрадовался я.

    - Я тоже так думаю, - сказал Маргишвили.

    - А как эти дома будут передаваться хевсурам, Ираклий Георгиевич? - спросил я. - За какую стоимость?

    - Многодетным семьям (а здесь все семьи такие, по шесть-восемь детей) эти дома будут отданы бесплатно, безвозмездно. Получайте, живите, работайте, - улыбнулся Маргишвили.

    И я понял, почему этот человек бросил на долгое время Тбилиси, семью и сам, собственными руками строит новое хевсурское селение. Это дело его жизни, то доброе дело, которое должен сделать каждый из нас...

    Я закрываю глаза и вижу новое Архоти. Прежде всего это железнодорожная станция.

    В этом месте поезд, идущий из Тбилиси в Орджоникидзе, выходит из длинного туннеля на свет божий. Станция Архоти. Старое селение Ахиели стало музеем. В его башне, в его квиткири расположены экспозиции по истории Грузии, Хевсуретии, Архоти. В сторонке новое селение. Неподалеку высокогорный отель для спортсменов и туристов, канатно-кресельная дорога для горнолыжников, санная трасса, большой каток.

    Открываю глаза и вижу сегодняшнее Архоти. Честно говоря, оно мне милее. Но жизнь идет вперед, и тут уж ничего не поделаешь. Ушло средневековое Архоти, кончает свое существование Архоти с нетронутой природой. К красоте природы, к ее чистоте и величию мы приходим теперь иным путем, путем сохранения, сбережения, понимания. Так же, как к истории и памятникам культуры.

    В отдаленных горных селениях я много раз слышал рассказы о хевсурских лекарях - дастакари. Разговаривал с людьми, которых лечили дастакари, и даже приобрел среди них хороших друзей. Хевсурские дастакари пользовались в народе величайшим уважением. Они были хирургами, лечили пулевые и сабельные ранения, переломы и различные травмы. Терапевтов, если так можно сказать, среди них не встречалось. Большинство же хирургических операций дастакари проводили на черепе.

    Дело в том, что у хевсуров до недавнего времени существовали дуэльные поединки на саблях - кечнаоба. Было несколько вариантов таких поединков. Если случался тавметавеоба, бой кровников, то тут удары прямыми хевсурскими саблями - палашами наносились с полной силой. Противоположностью этой жестокой дуэли была парикаоба, поединок дружеский и бескровный, что-то вроде игры или танца. Если сражение возникало из-за взаимных оскорблений, мелких ссор на свадьбах, поминках или даже в пути, то такая дуэль называлась чрачрилоба, или просто чроба. Они случались наиболее часто. В этих поединках для того, чтобы не убить противника и не навлечь на свою семью кровную месть, требовались выдержка и осторожность. Удар клинком полагалось наносить только по голове, от верхней части лба и до макушки.

    Дастакари с удивительной смелостью брались за сложные черепные операции. Сейчас нас просто поражает их решительность и уверенность в благополучном исходе. Причем решение ведь принималось в одиночку, без всякого консилиума. Врач Георгий Тедорадзе в 1941 году описывал работу девяностолетнего дастакари Мчелико Ликокели, который сделал за свою жизнь 440 хирургических операций, и 98 процентов из них прошли удачно. Старик один, без помощников, делал трепанацию черепа за четыре часа.

    Интересно, что никакого обезболивания хевсуры во время операции не применяли. Только в крайнем случае разрешалось больному выпить водки. Хевсуры - мужественные люди, выдать свою боль считается у них большим позором. Дастакари изготовляли лекарства из известных только им трав. Иногда в ход шли листья деревьев, минералы, яйца, мед, масло и даже живые черви, которых помещали в рану для ее очищения. Наиболее распространенной была мазь из яичного белка, масла и меда, но чаще всего раны очищали и дезинфицировали просто соленой водой. В каждом ущелье был свой дастакари, своя знаменитость: нести раненого через перевал в соседнее ущелье трудно, а зимой просто невозможно.

    Мне очень хотелось повидать настоящего дастакари, поговорить с ним, посмотреть его инструменты, а если повезет, и операцию. К тому времени, когда я попал в Хевсуретию, Мчелико Ликокели умер, дастакари из селения Шатили переехал жить в другое место, с лекарем из Гудани - Гадуа я встречался, но не знал, что он дастакари. Тогда меня интересовало старинное хевсурское оружие, о чем мы с ним и поговорили. Сейчас же Гадуа тоже не было в Хевсуретии. Оставался только один дастакари - Бедзина Арабули, но он был стар и, по слухам, болен. К тому же Бедзина жил в селении Джута, стало быть, к нему нужно было добираться через перевал высотою в три тысячи метров. Но поскольку он был единственным и последним дастакари, я решил идти в Джуту.

    Селение это находится в Казбегском районе и лежит высоко в горах под остроконечными вершинами горного массива Чаухи. Мне очень повезло: неожиданно я застал в селении Джута сына Бедзины, учителя русского языка Кобу Арабули, своего старого и доброго знакомого. Без его помощи мне вряд ли удалось бы увидеть и узнать все то, о чем я хочу рассказать. Коба, молчаливый, скромный человек, лет тридцати с небольшим, живет и работает в школе-интернате Барисахо, а в Джуту пришел помочь немного по хозяйству. В семье он самый младший.

    Его отец Бедзина Арабули с черным лицом, ввалившимися щеками и глубоко запавшими глазами сидел, укутанный в одеяло, на кровати и курил, едва поддерживая ослабевшей рукой мундштук с сигаретой. Под его стеганые сапоги была заботливо подставлена скамеечка. Вид у старого лекаря был скорбный и отрешенный» Коба рассказал мне, что отец его заболел недавно, после того, как брат Кобы и сын Бедзины - Михаил погиб в снежной лавине. Мы присели возле горячей железной печурки и, как полагается, начали разговор издалека: погода, здоровье, состояние снега на перевале...

    - Уважаемый Бедзина, - приступил я наконец к делу (Коба переводил мои слова), - мне известно, что вы знаменитый дастакари, что вы спасли и вылечили многих людей. Я прошу вас рассказать о своем искусстве.

    Старик что-то медленно проговорил.

    - Он сказал: «Пусть спрашивает», - перевел Коба.

    - Сохранились ли у вас инструменты, которыми вы делали операции, и нельзя ли их посмотреть?

    Слабый жест рукой, несколько негромких слов - и Коба достает из шкафа старую деревянную коробку. Он раскладывает содержимое ящичка на стуле, старый лекарь что-то говорит. Ножичек из пожелтевшей, ставшей даже коричневой кости. «Для очистки ран», —переводит Коба. Слегка согнутая костяная лопаточка. «Чтобы кожу поднимать на голове. Сделана из ребра быка». Деревянная палочка для зондирования пулевых ран. Металлический скребок. «Кость соскребать». Сфотографировать инструмент не удалось, было слишком темно. Пришлось зарисовать его.

    - Очень прошу вас, расскажите, пожалуйста, уважаемый Бедзина, как вы делали операции. Все с самого начала и до конца, - говорю я.

    Старик молчит, думает, потом начинает медленно говорить. Коба переводит:

    - Если рана видна, ее надо почистить, подготовить к операции. Если раны нет, но у человека болит голова, нужно найти больное место. Для этого на голову клали тесто. На больном месте оно высыхает скорее. Здесь и надо было разрезать кожу крестом, лопаточкой отделить ее, отогнув от черепа, и чистить кость железным скребком. Иногда приходилось соскребать до самого мозга.

    - И сколько времени занимала эта операция? - спрашиваю я.

    - Иногда несколько часов, а иногда несколько дней, - отвечает Коба. - Затем дезинфекция соленой водой. Кость на больном месте всегда мягкая, скрести ее надо осторожно, чтобы не удалить много здоровой кости. Потом на очищенное место клали лекарство и рану зашивали. Головная боль обязательно проходила.

    - Какие же применяли лекарства?

    - Травы были специальные, отец их собирал, варил. Мед и масло тоже. В последнее время отец брал лекарства и из аптеки, стрептоцид покупал.

    Коба рассказывает, что когда он был мальчиком, то не раз видел эти операции. Его погибший брат Михаил учился у отца, помогал ему. Бедзина принимал раненых здесь, в этой самой комнате, и что бы у них ни было: сабельный удар, переломы или черепная рана - все уходили отсюда на своих ногах. Смертельных случаев у Бедзины не бывало. Если он видел, что человека вылечить нельзя, то не брался за дело...

    Печальные глаза старика, освещаемые пламенем из открытой дверцы печки, обратились на меня. Он слегка поднял руку, в которой был зажат мундштук с потухшей сигаретой, и что-то произнес.

    - Отец говорит, - перевел Коба, - что он лечил больше двухсот человек с больной головой и что теперь уже больше никого не вылечит...

    Наверное, в моем рассказе кое-что может показаться маловероятным, неправдоподобным. Ведь трепанация черепа непростая операция... У меня поначалу «легенды» о дастакари тоже вызывали некоторые сомнения, и пришлось обратиться к специальной литературе. Я узнал, что подобные операции делаются до сих пор и точно такими же методами во многих азиатских, африканских и южноамериканских странах. В книге Генриха Шурца «Первобытная культура» я нашел фотографию трижды трепанированного (!!!) черепа древнего перуанца. И уже совсем невероятные на первый взгляд вещи прочел в немецком журнале «Раскопки и находки». Оказывается, трепанацию черепа делали друг другу доисторические люди! Причем это было вполне обычным явлением. Попала в голову стрела с каменным наконечником, пробила череп, сейчас же другой человек приступал к операции: убирал осколки кости, очищал рану, не повреждая при этом оболочку мозга. Отверстие заживлялось и зарастало - у молодых быстрее, у старых дольше. Но без всяких осложнений.

    А вот что пишет врач Д. Г. Рохлин в книге «Болезни древних людей»: «Не подлежит сомнению, что некоторые колдуны, волхвы, шаманы и жрецы пользовались не только магическими движениями, плясками, ударами бубна, заклинаниями, упрашиваниями и запугиваниями для изгнания злых духов или демонов, якобы внедрившихся в человека и тем самым вызвавших его заболевание. С большой осторожностью, долго и старательно делалось отверстие в черепе не только для того, чтобы выпроводить через эту дырку злого духа. Они знали, как трудно и опасно делать такое отверстие, особенно при помощи каменного инструмента. После операции они прилагали много старания и умения, чтобы оградить раневую поверхность от осложнений, пользуясь разными известными им снадобьями, травами, другими растительными веществами и иными средствами, причем нередко достаточно эффективно.

    Наша сотрудница Н. П. Маклецова изучила 11 прижизненно выполненных трепанаций с полным или частичным заживлением».

    Эти черепа принадлежали людям эпохи мезолита и неолита!

    Как-то я рассказал обо всем этом главному врачу больницы имени С. П. Боткина - Александру Михайловичу Ботвинову.

    - Ну что же... - сказал он, - определенная логика тут есть. Головные раны заживают хорошо. Инфекция здесь тоже не самое страшное, с ней можно бороться и в таких условиях. Непонятно другое.

    - Что именно?

    - Я могу понять необходимость таких операций при травме черепа, осколки кости могут давить на мозг, и удаление их, безусловно, принесет облегчение. Но трепанация черепа при общих головных болях мне непонятна. Ведь головная боль - это часто лишь симптом другой болезни... Словом, я предпочел бы воздержаться от каких-либо утверждений в пользу дастакари. Поговорите с нейрохирургами, специалистами по черепной хирургии..

    Можно было бы, конечно, побеседовать и с нейрохирургами, но тогда это был бы совсем иной очерк. Я же хотел только рассказать о хевсурском дастакари, которого мне посчастливилось увидеть.

    Есть в Хевсуретии старинная крепость Муцо. Стоит она вдалеке от дорог и туристских маршрутов, глубоко в горах, на высокой скале. Я слышал о ней от хевсуров, несколько раз встречал ее название в старых книгах, где она иногда именовалась не Муцо, а Муцу, но это были лишь одни упоминания, без каких-либо достоверных сведений о ней. И легенды. Древние легенды, обычно связанные с временем царицы Тамары и с еще более ранними временами. Мне хотелось увидеть Муцо...

    И вот я бегу со своими студентами-альпинистами вверх по ущелью Ардоти вдоль бешено скачущей навстречу нам реки. Внизу, в селении Шатили, ждет машина, которая должна увезти нас сегодня через перевал в базовый лагерь.

    Проскакав по камням километров пять, останавливаюсь и поджидаю студентов.

    - Ребята, - говорю я, - вернуться к машине мы не успеем. Кто хочет уехать, а не тащиться через перевал пешком, должен идти обратно. Иначе придется ночевать без палатки и спальных мешков. Еды у нас тоже нет. Я пойду, мне надо.

    Кому я это говорю? Людям, для которых приключение превыше всего. И кто это им говорит?! Человек, до сих пор учивший их правильно рассчитывать время и свои возможности, никогда не рисковать и не принимать в горах непродуманных решений. Теперь он, как мальчишка, несется сломя голову в неизвестность, к какой-то таинственной крепости, заранее обрекая себя и их на холодную и голодную ночевку где-нибудь под скалой...

    - Мы идем, Сан Саныч, - отвечает за всех белобрысый жилистый Гена Попов.

    Разве можно было ожидать от них другого? Но надо сохранить хоть какое-то благоразумие.

    - Не все, - говорю я, - не все... Значит, так...

    Приходится оставить расстроенных, огорченных донельзя девушек и двух парней со стертыми во время восхождения ногами. Назначаю старшего, забираем у возвращающихся почти всю одежду. День солнечный, и кое-кто идет теперь вниз в пляжном костюме. А мы, повязав на пояс чужие свитера и рубахи, уже спокойным шагом продолжаем путь вверх по ущелью.

    Ардотское ущелье становится все уже и уже. На дне его, вдоль реки, не растут больше деревья и кустарники, склоны делаются все более отвесными. Тропа пролегает по дну ущелья, другого пути нет. А когда она переходит на вырубленную в скалах полочку, впереди возникает первая боевая башня. Для врага, для конного войска путь закрыт: внизу - река, по бокам - каменные стены, впереди - бойницы сторожевой башни. Это место само по себе неприступная крепость, созданная природой. А когда мы проходим башню и поднимаемся выше, нам открывается целый город на вершине скалы. К мертвому городу-крепости можно подобраться лишь по извилистой, выбитой в камне тропе.

    Для того чтобы посмотреть на Муцо, мы поднялись сначала на противоположный склон. Открылось зрелище, ради которого стоило провести ночь без сна и отказаться на сутки от еды. Ребята притихли, молча смотрели на мрачный средневековый замок. Стены, выросшие из скал; боевые башни; дома-башни с бойницами вместо окон; сложенные из сланцевых плит крыши; древние могильники... Муцо построена так, что представляет собой, с одной стороны, единый комплекс - крепость, служившую защитой всем ее жителям, но в то же время внутри ее, как отдельные ячейки, расположены жилые дома. И каждый из этих домов также выглядит крепостью. Маленькие укрепления в большом замке, обнесенном стеной с крепостными башнями. И стоит этот замок-крепость на высокой, неприступной скале. Трудно сказать, учитывали ли строители Муцо то эмоциональное воздействие, которое невольно испытывает человек при виде крепости. Впечатление мрачности и неприступности сочетается здесь с удивительной красотой пейзажа. Серые стены и башни гармонично сливаются с такого же цвета скалами, а далее - кулисы гор, острые изломы горных хребтов со снежными вершинами...

    На Кавказе строилось множество подобных военных укреплений и селений-крепостей. Время и бесконечные войны прошлых времен постепенно разрушали их. Сохранились они только глубоко в горах, в отдаленных и труднодоступных местах.

    Бродя по крепости, мы обнаружили довольно много могильников, расположенных как в самом замке, так и у его подножия. Эти могильники имеют вид небольших каменных домиков с одним окном, без дверей. Если заглянуть в такое окно, увидишь человеческие скелеты, сложенные на полу и на выступающих вдоль стен каменных лежанках. Много легенд ходит об этих могильниках. Обычно рассказывают про эпидемии чумы или черной оспы, о традиции, по которой заболевший во время эпидемии должен был сам приходить сюда, ложиться на лежанку и дожидаться смерти. Трудно сказать, так ли это было. Подобные могильники видел я и в Осетии, и в Чечено-Ингушетии. Скорее всего таков был способ захоронения, хотя совсем рядом с крепостью - старое кладбище с поставленными вертикально на каждой могиле большими сланцевыми плитами. Все в этой крепости таинственно и неизведанно...

    На следующий день в Шатили я встретился с этнографом Вахтангом Чиковани и архитектором Анзором Калдани, изучавшими древнюю архитектуру Хевсуретии. Они большие знатоки и энтузиасты своего дела, все летние месяцы проводят высоко в горах, изучая развалины хевсурских крепостей. Я спросил у них, где можно хоть что-нибудь узнать о Муцо, прочесть об этой крепости. Ученые назвали мне несколько старинных книг, с которыми я был знаком.

    - А нет ли чего-нибудь нового, последнего?

    - Пока нет, - ответил Вахтанг Михайлович Чиковани. - Камни неохотно раскрывают тайны истории...

    Можно предположить, что замок возведен в «золотой век» Грузии при царе Георгии III и царице Тамаре (XII—XIII века). Однако некоторые ученые датируют сохранившиеся в горных районах Грузии селения-крепости XVI—XVIII столетиями. Одна из наиболее старых легенд рассказывает, что основателем крепости Муцо был знаменитый герой Торквай, непобедимый хевсурский воин. О нем сложено немало легенд, каждому хевсуру он известен своей волшебной кольчугой, которую не могли пробить ни кинжал, ни пуля. Как только пуля подлетала к кольчуге Торквая, кольца ее мгновенно собирались - и пуля, отскакивая от воина, падала к его ногам. Торквай решил построить крепость, чтобы навсегда закрыть Ардоти от врагов. Для этого он собрал людей возле селения Анатори, что стояло при впадении реки Ардоти в реку Аргун. Хевсуров пришло так много, что они стали в ряд от Анатори до Муцо. Торквай взял большой камень и передал его стоящему рядом хевсуру, тот передал другому. Так, передавая камни из рук в руки, они построили крепость за один день...

    Легенда легендой, а крепость Муцо действительно четко определяла северную границу Грузии.

    Какова же дальнейшая судьба крепости? Об этом известно очень мало. Мы знаем, что люди продолжали жить тут до самого недавнего времени, в нашем веке и даже при Советской власти. Однако как военное укрепление замок давно утратил свое назначение, поскольку не от кого было обороняться, не с кем было воевать. И люди постепенно покинули Муцо, поселились в новых, более удобных домах.

    Время шло, одно поколение людей сменяло другое, а крепость Муцо как стояла на скале, так и стоит. Она сделалась частью этих пустынных гор, этих суровых скал и даже этого темно-синего неба. Придя сюда, стоишь лицом к лицу с веками, в сравнении с которыми твоя собственная жизнь - маленький камешек в этих горах, травинка на их склонах, капля в мгновенном брызге реки, стремительно бегущей вперед.

    Источник: Вокруг Света. Журнал.Моя Хевсуретия. Александр Кузнецов
    Изображения Изображения
    • Тип файла: jpg 001.jpg (57.4 Кб, Просмотров: 4)
    • Тип файла: jpg 0002.jpg (89.2 Кб, Просмотров: 72)
    • Тип файла: jpg 0003.jpg (83.1 Кб, Просмотров: 72)
    • Тип файла: jpg 002.jpg (94.3 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 003.jpg (34.9 Кб, Просмотров: 4)
    • Тип файла: jpg 0004.jpg (83.2 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 004.jpg (39.1 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 0005.jpg (83.6 Кб, Просмотров: 73)
    • Тип файла: jpg 005.jpg (42.7 Кб, Просмотров: 4)
    • Тип файла: jpg 0006.jpg (63.7 Кб, Просмотров: 71)
    • Тип файла: jpg 006.jpg (59.0 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 0007.jpg (53.3 Кб, Просмотров: 72)
    • Тип файла: jpg 007.jpg (101.0 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 0008.jpg (73.0 Кб, Просмотров: 71)
    • Тип файла: jpg 008.jpg (64.4 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 0009.jpg (70.0 Кб, Просмотров: 72)
    • Тип файла: jpg 009.jpg (60.9 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 010.jpg (64.9 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 0010.jpg (58.6 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 0011.jpg (32.2 Кб, Просмотров: 72)
    • Тип файла: jpg 011.jpg (68.5 Кб, Просмотров: 4)
    • Тип файла: jpg 0012.jpg (155.8 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 012.jpg (88.5 Кб, Просмотров: 3)

  6. #16
    Уважаемый форумчанин
    Регистрация
    22.03.2006
    Сообщений
    1,539
    Поблагодарил(а)
    0
    Получено благодарностей: 1 (сообщений: 1).

    Ответ: Хевсуры, Тушины, Пшавы и д. р.

    Шатили
    / XI век /

    Шатили старейшее село Душетского района, расположен на северном хребте большого Кавказа, на высоте 1800 м. над уровнем моря в ущелье Реки Аргуни.
    Шатили уникальный памятник грузинской архитектуры.(жесткая фраза:D Это с каких пор???? )
    В течение многих столетий служил крепостью, которая защищала Северные границы страны.(Мда? и кто от кого защищал???)

    Комплекс состоит из жилых построек, крепости, и других вспомогательных строений.
    На протяжении многих лет в Шатили велись рестоврационно-востановительные работы.
    На сегодняшний день все работы завершены и комплекс получил статус и функционирует как исторический, архитектурный и этнографический Музей.

    Источник
    Изображения Изображения
    • Тип файла: jpg 0001.jpg (198.0 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 001.jpg (50.4 Кб, Просмотров: 4)
    • Тип файла: jpg 002.jpg (72.9 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 003.jpg (76.7 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 004.jpg (57.1 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 005.jpg (73.8 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 006.jpg (49.0 Кб, Просмотров: 4)
    • Тип файла: jpg 007.jpg (64.2 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 008.jpg (48.6 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 009.jpg (112.6 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 010.jpg (107.7 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 011.jpg (121.7 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 012.jpg (105.4 Кб, Просмотров: 3)
    • Тип файла: jpg 013.jpg (106.0 Кб, Просмотров: 4)
    • Тип файла: jpg 014.jpg (113.0 Кб, Просмотров: 3)

  7. #17
    Уважаемый форумчанин
    Регистрация
    22.03.2006
    Сообщений
    1,539
    Поблагодарил(а)
    0
    Получено благодарностей: 1 (сообщений: 1).

    Ответ: Хевсуры, Тушины, Пшавы и д. р.

    Большие фото
    Изображения Изображения
    • Тип файла: gif 0002.gif (805.7 Кб, Просмотров: 9)
    • Тип файла: gif 0003.gif (699.5 Кб, Просмотров: 5)

  8. #18
    Уважаемый форумчанин
    Регистрация
    22.03.2006
    Сообщений
    1,539
    Поблагодарил(а)
    0
    Получено благодарностей: 1 (сообщений: 1).

    Unhappy Ответ: Хевсуры, Тушины, Пшавы и д. р.

    Цитата Сообщение от штабс-капитан Магас Посмотреть сообщение
    Да они г1алг1ай!
    Незнаю, почему но уже нет. Если у нас крадут земли уже вместе с народом...... я даже не знаю что и сказать :( Поразительные вещи происходят. Такими темпами скоро у нас под носом техаcкие ковбои начнут водиться на "своей исконной"

  9. #19
    Ветеран
    Регистрация
    06.04.2007
    Адрес
    столица Алании Магас
    Сообщений
    4,843
    Поблагодарил(а)
    0
    Получено благодарностей: 0 (сообщений: 0).

    Ответ: Хевсуры, Тушины, Пшавы и д. р.

    Баркал хьун за эти статьи, очень интересно!
    “Всевышний сотворил смерть и жизнь для того, чтобы испытать вас, кто будет лучшим в деяниях и поступках” (см. Св. Коран, 67:2)

  10. #20
    Уважаемый форумчанин
    Регистрация
    14.11.2007
    Сообщений
    2,288
    Поблагодарил(а)
    42
    Получено благодарностей: 72 (сообщений: 45).

    Ответ: Хевсуры, Тушины, Пшавы и д. р.

    Они давно отошли от нас.
    Хотя название "ПЬХИЙ"- лучники. Хевсуры -"стража ущелий" .
    Оба названия переводятся по нашему!

    Шатили -по инг. "Щедал" -"на льду" или по старинному ШУ это гора . "Горное село".
    Амга которая описывалсь ранее бывшее село Евлоевых.
    Они вначале арендовали его, а потом забрали себе.
    Мой дедушка если честно всегда говорил например что многие наши близки к ним и по происхождению именно хевсуры.

Страница 2 из 15 ПерваяПервая 123412 ... ПоследняяПоследняя

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •