Барбадос
29.08.2006, 13:27
Путевые заметки
РЕСПУБЛИКА НАРУШЕННЫХ СВОБОД
Отпуск… Как много в этом слове! Особенно многообещающе оно звучит, когда предвкушаешь долгожданную встречу с дорогими сердцу местами. Что может быть лучше, чем, самолично ступив ногой на землю своих предков, обновить в памяти приятные воспоминания о своей исторической родине? Итак, меня ждала Ингушетия…
Досмотр с пристрастием
Превосходное расположение духа пытались, но так и не смогли испортить ни утомительная шестичасовая поездка, ни особая «сердечность» правоохранительных органов. Они так и норовили на каждом посту, которых, казалось, несчетное количество, продержать пассажиров подольше. И это ничего, что свобода передвижения, закрепленная Всемирной декларацией прав человека и гарантированная Конституцией РФ, давно стерлась из памяти людей. Главное, судьба миловала, и путь наш лежал в стороне от темного места под названием Нижний Курп. Именно там когда-то предоставлялась уникальная возможность испытать на себе, что такое личный досмотр, и оставить в качестве сувениров нательные безделушки.
Черкесск, Пятигорск, Нальчик и, наконец, Назрань… Сердце непроизвольно вздрагивает при виде красивых красных домов, и не нужно никаких табличек с указанием местности, «страна строителей башен» выдает сама себя.
Назрань… До неузнаваемости изменилось самое оживленное место Ингушетии, превратившись из гадкого утенка в несформировавшегося лебедя. Первое, что бросилось в глаза в обновившейся бывшей столице, -это новая дорога. Пожалуй, нелегко было решиться администрации города на такой широкий жест, как выделение средств на ее ремонт, но, судя по всему, пришлось… Видимо, так же, скрепя сердце, пришлось облагородить и внешний вид города. Обидно, что остальным населенным пунктам такое счастье вряд ли в ближайшее время светит.
Школа вождения и школа жизни
Бешеный темп жизни, свойственный скорее мегаполисам, чем небольшим провинциальным городкам, немного выбивает из колеи приезжих, которым стоит огромных усилий не попасть под колеса мчащегося автомобиля. Существует даже шутка, в которой, как и положено, львиная доля правды. Говорят, что, научившись ездить в Назрани, не страшны уже никакие дороги.
Автомобиль… Для современного ингуша это что лошадь для древнего – пахать, сеять и в гости съездить. Аномально высокий уровень безработицы заставляет каждого второго выходить на дорогу. Не грабить. Таксовать. И теперь уже трудно сказать, кого больше -пешеходов или таксистов.
Вообще, постепенно ставшая национальным девизом пословица «Хочешь жить – умей вертеться» как нельзя лучше отражает образ жизни ингушского народа. Снова и снова люди вращаются в замкнутом кругу. Жизнь в республике, мягко говоря, недешевая, на одни свадьбы и похороны за месяц уходит несколько МРОТ, а кроме этого надо «дом построить, сына вырастить и дерево посадить», ведь для настоящего ингуша эти слова не метафора, а смысл бытия. Вот и приходится участвовать в нескончаемой гонке за приличное существование. Чаще всего выигрывает тот, кто хотя бы на время покинул это «чертово колесо» и смог лично убедиться, что рабочие места не абстрактное понятие. С каждым годом число мигрировавших, отнюдь не от хорошей жизни, катастрофически растет. А президент Ингушетии, который никак не выберется из тени предшественника, все еще продолжает убеждать Владимира Владимировича в наличии на территории республики новых предприятий, существующих, видимо, только в его воображении.
Каждому жителю по медали
Совершая свою экскурсию по городу -может, в силу природной склонности, а скорее за неимением других достопримечательностей, -я забрела в святая святых, хранилище мудрых мыслей всех времен и народов – библиотеку. К слову сказать, этих самых мыслей там собрано немного, зато хранятся они в стерильных условиях. Меня, например, без бахил обслуживать категорически отказались.
Итак, став законным читателем, слушателем и зрителем оснащенной по последнему слову техники библиотеки, я отправилась бороздить двухэтажное пространство храма мудрости в поисках книг. Но таковых, к моему удивлению, не обнаружила, так как находились они под неусыпным взором доброжелательных работников, которых почему-то оказалось больше, чем посетителей, точнее, последних там не оказалось вообще. Утверждать, что это признак низкого уровня грамотности населения, я бы не рискнула. Факты говорят об обратном. Например, на Московском международном форуме «Одаренные дети», проходившем в текущем году, всего из 39 человек, представленных в 9 номинациях, заняли призовые места 28 школьников из Ингушетии. Необъяснимый, но очень приятный феномен!
Из профессионального любопытства я не могла не поинтересоваться национальными особенностями ингушских СМИ. Коллеги-журналисты, оказывается, проявляют чудеса изобретательности. Удивительно, как не только мизерное денежное содержание, но и жесткая цензура, в корне уничтожившая всякое подобие свободы слова, не убивает в них желание творить. Хотя нет, кое-какая свобода у служителей пера все же есть: указанием свыше им снисходительно разрешено оттачивать свое мастерство, каждый день снова и снова убеждая людей в благородстве, щедрости и справедливости местных органов власти. А для того, чтобы жизнь в череде повседневных подвигов казалась ярче, ее решили разнообразить регулярной выдачей заслуженных и не очень наград, и теперь каждый день -праздник, каждый день -событие.
Жизнь в хроническом стрессе
Волею судьбы пришлось мне как-то обратиться к местным эскулапам. Не помню, сколько раз пришлось шагами измерить коридор благодаря любезным наставлениям попадавшихся на пути врачей, в поисках обыкновенного окулиста, прежде чем наткнулась на техничку. Она-то и указала путь к заветной двери, за которой, однако, моим ожиданиям не суждено было сбыться. Помощь мне так и не оказали, только беспомощно развели руками.
Ладно, я – гость, сегодня здесь, завтра уеду. Куда хуже приходится местному нездоровому населению, которое, видимо, основываясь на горьком опыте, уже не рискует обращаться за медицинской помощью по месту проживания. Уровень специалистов, а тем более материально-техническая база мало кому внушают доверие. Некоторые просто предпочитают тихо жить, не обращая внимания на свои недуги, так как это куда проще, чем найти возможности для квалифицированного лечения в других регионах нашей необъятной Родины. Более благоразумная часть населения, а вернее, более состоятельная круглый год устраивает паломничество в онкологические центры страны. Кстати, уровень заболеваемости раковыми, женскими болезнями, а также туберкулезом и даже СПИДом превышает все допустимые нормы. Куда смотрят власти, ратующие за благополучиесвоего народа, -вопрос, судя по всему, риторический…
Если гипотеза о взаимосвязи нервов и болезней имеет под собой хоть какое-то основание, то Ингушетия -самый наглядный этому пример. Постоянный стресс, в котором находятся люди, не ограничивается одной только заботой о хлебе насущном. Хроническое беспокойство населения вызывает «замороженный» 14 лет назад осетино-ингушский конфликт, который в последнее время начинает местами «подтаивать». Даже съездить по делам в соседнюю республику – довольно рискованное мероприятие.
Но, несмотря на все это, в Северной Осетии продолжает жить немалое количество ингушей, если, конечно, их существование можно назвать «жизнью». Жители Пригородного района, оказавшиеся на улице в 1992 году, лишенные всяческих прав, кроме права обитать в поселке из вагончиков, не имеющие даже элементарных бытовых условий, до сих пор обивают пороги всех инстанций в поисках справедливости. Властям же РСО-Алании, чтобы убедиться в скверном качестве жизни какого бы то ни было, но все же своего населения, потребовались более серьезные доказательства, чем письма, просьбы и иски. Обездоленные пошли навстречу. Результат почти не заставил себя ждать: месяц голодовки, несколько пострадавших -и людям выдали паспорта. О том, как добиться выполнения остальных прав, страшно подумать.
Вековые башни -мишени
Прежде чем добраться до небольшого селения Али-Юрт, мне предстояло проехать мимо самого большого в мире села Экажево и новой столицы солнечной Ингушетии – Магаса. Недолгий путь в полчаса -и масса удовольствия. Красивые дома в кавказском и европейском стилях, приятные лица и восхитительная природа. Немного дикая, временами суровая и необыкновенно гордая. Не скажу, правда, что БТРы и танки органично вписывались в окружающий пейзаж, они скорее придавали настроению некий эффект внутреннего напряжения. Интересно, кому это показалось, что людям, вынужденным ежедневно бороться за свое существование, не хватает адреналина в крови?
Еще меня неприятно поразила нездоровая тяга военных к памятникам местной архитектуры. Древние постройки используются в качестве мишеней для тренировок в стрельбе. Такой своего рода тир под открытым небом. И никому дела нет, что бесценные памятники вайнахской культуры и истории исчезают с лица земли. И смогут ли через несколько лет ингуши наглядно объяснить своим детям, что такое родовая башня, – большой вопрос.
Террористы с голубого экрана
Итак, Али-Юрт. Прекрасный, свежий летний вечер, переходящий в ночь. Во многих домах уже погашен свет. Кстати, это один из немногих поселков, где освещение и водоснабжение все еще подчиняются воле домовладельцев. С улицы доносится смех возвращающейся от родственников молодежи. Визиты к родне, пожалуй, единственное развлечение, доступное жителям сельской местности. Хотя… каждый веселится по-своему. Например, представители молодого поколения в лице солдат федеральных войск, расположившихся неподалеку, частенько балуют местных жителей фейерверком из автоматных очередей и гранатных взрывов. Даже название этому представлению придумали солидное: «ликвидация вооруженных бандформирований», которых население этого мирного аула отродясь не видывало. И только из новостей центрального телевидения люди узнают о том, что их местность кишмя кишит боевиками, ваххабитами и другими страшными бородачами. Впрочем, для того, чтобы стать обладателем звучного ярлыка «ваххабит», не обязательно уходить в лесистые горы или отращивать растительность на лице, достаточно попасть не в то время не в то место. Доказывать что-либо бессмысленно, если вообще будет возможность что-то доказывать… Родные редко узнают, куда их сыновей увели люди в форме.
* * *
Из Ингушетии я увезла много хороших впечатлений, но больше грустных. Со многими проблемами сталкивается ингушский народ, но, несмотря на все, отрадно видеть, что люди беззаветно любят свою родину и твердо верят, что когда-нибудь их маленькая Ингушетия превратится в процветающий край.
Малика БАЦАЕВА
http://vestigor.ru/arxiv/119/pyt.htm
РЕСПУБЛИКА НАРУШЕННЫХ СВОБОД
Отпуск… Как много в этом слове! Особенно многообещающе оно звучит, когда предвкушаешь долгожданную встречу с дорогими сердцу местами. Что может быть лучше, чем, самолично ступив ногой на землю своих предков, обновить в памяти приятные воспоминания о своей исторической родине? Итак, меня ждала Ингушетия…
Досмотр с пристрастием
Превосходное расположение духа пытались, но так и не смогли испортить ни утомительная шестичасовая поездка, ни особая «сердечность» правоохранительных органов. Они так и норовили на каждом посту, которых, казалось, несчетное количество, продержать пассажиров подольше. И это ничего, что свобода передвижения, закрепленная Всемирной декларацией прав человека и гарантированная Конституцией РФ, давно стерлась из памяти людей. Главное, судьба миловала, и путь наш лежал в стороне от темного места под названием Нижний Курп. Именно там когда-то предоставлялась уникальная возможность испытать на себе, что такое личный досмотр, и оставить в качестве сувениров нательные безделушки.
Черкесск, Пятигорск, Нальчик и, наконец, Назрань… Сердце непроизвольно вздрагивает при виде красивых красных домов, и не нужно никаких табличек с указанием местности, «страна строителей башен» выдает сама себя.
Назрань… До неузнаваемости изменилось самое оживленное место Ингушетии, превратившись из гадкого утенка в несформировавшегося лебедя. Первое, что бросилось в глаза в обновившейся бывшей столице, -это новая дорога. Пожалуй, нелегко было решиться администрации города на такой широкий жест, как выделение средств на ее ремонт, но, судя по всему, пришлось… Видимо, так же, скрепя сердце, пришлось облагородить и внешний вид города. Обидно, что остальным населенным пунктам такое счастье вряд ли в ближайшее время светит.
Школа вождения и школа жизни
Бешеный темп жизни, свойственный скорее мегаполисам, чем небольшим провинциальным городкам, немного выбивает из колеи приезжих, которым стоит огромных усилий не попасть под колеса мчащегося автомобиля. Существует даже шутка, в которой, как и положено, львиная доля правды. Говорят, что, научившись ездить в Назрани, не страшны уже никакие дороги.
Автомобиль… Для современного ингуша это что лошадь для древнего – пахать, сеять и в гости съездить. Аномально высокий уровень безработицы заставляет каждого второго выходить на дорогу. Не грабить. Таксовать. И теперь уже трудно сказать, кого больше -пешеходов или таксистов.
Вообще, постепенно ставшая национальным девизом пословица «Хочешь жить – умей вертеться» как нельзя лучше отражает образ жизни ингушского народа. Снова и снова люди вращаются в замкнутом кругу. Жизнь в республике, мягко говоря, недешевая, на одни свадьбы и похороны за месяц уходит несколько МРОТ, а кроме этого надо «дом построить, сына вырастить и дерево посадить», ведь для настоящего ингуша эти слова не метафора, а смысл бытия. Вот и приходится участвовать в нескончаемой гонке за приличное существование. Чаще всего выигрывает тот, кто хотя бы на время покинул это «чертово колесо» и смог лично убедиться, что рабочие места не абстрактное понятие. С каждым годом число мигрировавших, отнюдь не от хорошей жизни, катастрофически растет. А президент Ингушетии, который никак не выберется из тени предшественника, все еще продолжает убеждать Владимира Владимировича в наличии на территории республики новых предприятий, существующих, видимо, только в его воображении.
Каждому жителю по медали
Совершая свою экскурсию по городу -может, в силу природной склонности, а скорее за неимением других достопримечательностей, -я забрела в святая святых, хранилище мудрых мыслей всех времен и народов – библиотеку. К слову сказать, этих самых мыслей там собрано немного, зато хранятся они в стерильных условиях. Меня, например, без бахил обслуживать категорически отказались.
Итак, став законным читателем, слушателем и зрителем оснащенной по последнему слову техники библиотеки, я отправилась бороздить двухэтажное пространство храма мудрости в поисках книг. Но таковых, к моему удивлению, не обнаружила, так как находились они под неусыпным взором доброжелательных работников, которых почему-то оказалось больше, чем посетителей, точнее, последних там не оказалось вообще. Утверждать, что это признак низкого уровня грамотности населения, я бы не рискнула. Факты говорят об обратном. Например, на Московском международном форуме «Одаренные дети», проходившем в текущем году, всего из 39 человек, представленных в 9 номинациях, заняли призовые места 28 школьников из Ингушетии. Необъяснимый, но очень приятный феномен!
Из профессионального любопытства я не могла не поинтересоваться национальными особенностями ингушских СМИ. Коллеги-журналисты, оказывается, проявляют чудеса изобретательности. Удивительно, как не только мизерное денежное содержание, но и жесткая цензура, в корне уничтожившая всякое подобие свободы слова, не убивает в них желание творить. Хотя нет, кое-какая свобода у служителей пера все же есть: указанием свыше им снисходительно разрешено оттачивать свое мастерство, каждый день снова и снова убеждая людей в благородстве, щедрости и справедливости местных органов власти. А для того, чтобы жизнь в череде повседневных подвигов казалась ярче, ее решили разнообразить регулярной выдачей заслуженных и не очень наград, и теперь каждый день -праздник, каждый день -событие.
Жизнь в хроническом стрессе
Волею судьбы пришлось мне как-то обратиться к местным эскулапам. Не помню, сколько раз пришлось шагами измерить коридор благодаря любезным наставлениям попадавшихся на пути врачей, в поисках обыкновенного окулиста, прежде чем наткнулась на техничку. Она-то и указала путь к заветной двери, за которой, однако, моим ожиданиям не суждено было сбыться. Помощь мне так и не оказали, только беспомощно развели руками.
Ладно, я – гость, сегодня здесь, завтра уеду. Куда хуже приходится местному нездоровому населению, которое, видимо, основываясь на горьком опыте, уже не рискует обращаться за медицинской помощью по месту проживания. Уровень специалистов, а тем более материально-техническая база мало кому внушают доверие. Некоторые просто предпочитают тихо жить, не обращая внимания на свои недуги, так как это куда проще, чем найти возможности для квалифицированного лечения в других регионах нашей необъятной Родины. Более благоразумная часть населения, а вернее, более состоятельная круглый год устраивает паломничество в онкологические центры страны. Кстати, уровень заболеваемости раковыми, женскими болезнями, а также туберкулезом и даже СПИДом превышает все допустимые нормы. Куда смотрят власти, ратующие за благополучиесвоего народа, -вопрос, судя по всему, риторический…
Если гипотеза о взаимосвязи нервов и болезней имеет под собой хоть какое-то основание, то Ингушетия -самый наглядный этому пример. Постоянный стресс, в котором находятся люди, не ограничивается одной только заботой о хлебе насущном. Хроническое беспокойство населения вызывает «замороженный» 14 лет назад осетино-ингушский конфликт, который в последнее время начинает местами «подтаивать». Даже съездить по делам в соседнюю республику – довольно рискованное мероприятие.
Но, несмотря на все это, в Северной Осетии продолжает жить немалое количество ингушей, если, конечно, их существование можно назвать «жизнью». Жители Пригородного района, оказавшиеся на улице в 1992 году, лишенные всяческих прав, кроме права обитать в поселке из вагончиков, не имеющие даже элементарных бытовых условий, до сих пор обивают пороги всех инстанций в поисках справедливости. Властям же РСО-Алании, чтобы убедиться в скверном качестве жизни какого бы то ни было, но все же своего населения, потребовались более серьезные доказательства, чем письма, просьбы и иски. Обездоленные пошли навстречу. Результат почти не заставил себя ждать: месяц голодовки, несколько пострадавших -и людям выдали паспорта. О том, как добиться выполнения остальных прав, страшно подумать.
Вековые башни -мишени
Прежде чем добраться до небольшого селения Али-Юрт, мне предстояло проехать мимо самого большого в мире села Экажево и новой столицы солнечной Ингушетии – Магаса. Недолгий путь в полчаса -и масса удовольствия. Красивые дома в кавказском и европейском стилях, приятные лица и восхитительная природа. Немного дикая, временами суровая и необыкновенно гордая. Не скажу, правда, что БТРы и танки органично вписывались в окружающий пейзаж, они скорее придавали настроению некий эффект внутреннего напряжения. Интересно, кому это показалось, что людям, вынужденным ежедневно бороться за свое существование, не хватает адреналина в крови?
Еще меня неприятно поразила нездоровая тяга военных к памятникам местной архитектуры. Древние постройки используются в качестве мишеней для тренировок в стрельбе. Такой своего рода тир под открытым небом. И никому дела нет, что бесценные памятники вайнахской культуры и истории исчезают с лица земли. И смогут ли через несколько лет ингуши наглядно объяснить своим детям, что такое родовая башня, – большой вопрос.
Террористы с голубого экрана
Итак, Али-Юрт. Прекрасный, свежий летний вечер, переходящий в ночь. Во многих домах уже погашен свет. Кстати, это один из немногих поселков, где освещение и водоснабжение все еще подчиняются воле домовладельцев. С улицы доносится смех возвращающейся от родственников молодежи. Визиты к родне, пожалуй, единственное развлечение, доступное жителям сельской местности. Хотя… каждый веселится по-своему. Например, представители молодого поколения в лице солдат федеральных войск, расположившихся неподалеку, частенько балуют местных жителей фейерверком из автоматных очередей и гранатных взрывов. Даже название этому представлению придумали солидное: «ликвидация вооруженных бандформирований», которых население этого мирного аула отродясь не видывало. И только из новостей центрального телевидения люди узнают о том, что их местность кишмя кишит боевиками, ваххабитами и другими страшными бородачами. Впрочем, для того, чтобы стать обладателем звучного ярлыка «ваххабит», не обязательно уходить в лесистые горы или отращивать растительность на лице, достаточно попасть не в то время не в то место. Доказывать что-либо бессмысленно, если вообще будет возможность что-то доказывать… Родные редко узнают, куда их сыновей увели люди в форме.
* * *
Из Ингушетии я увезла много хороших впечатлений, но больше грустных. Со многими проблемами сталкивается ингушский народ, но, несмотря на все, отрадно видеть, что люди беззаветно любят свою родину и твердо верят, что когда-нибудь их маленькая Ингушетия превратится в процветающий край.
Малика БАЦАЕВА
http://vestigor.ru/arxiv/119/pyt.htm