dt52
08.04.2009, 11:02
http://ivanivanov4.narod.ru/manipul.htm
Регуляция и интеграция современного общества — важнейшие функции политической власти, выполнение которых зависит от спо¬собности политических органов влиять на сознание и психологию масс для одобрения и выполнения ими политических решений. Это требует постоянного совершенствования идейно-психологического воздействия на массовое сознание, основанное на изучении, знании основных форм и уровней сознания и психологии граждан.
Можно говорить о двух способах идейно-политического воздей¬ствия. С одной стороны, это политико-идеологическое убеждение, предполагающее честное, прямое обращение к людям, к их созна¬тельному, критическому мышлению. С другой — косвенное, скрытое, с махинациями, ложью апеллирование к иррациональному, инстинк-тивному, отсталым взглядам в человеке. В период общественных кризисов политико-управленческие круги часто отказываются от методов убеждения, прибегая к манипулированию, являющемуся способом скрытого социального управления политическим созна¬нием и поведением граждан с целью принудить их действовать (или бездействовать), иногда вопреки собственным интересам. Осущест¬вляясь незаметно для управляемых, манипулирование имеет преиму¬щество перед силовыми способами реализации господства.
Технология общегосударственного манипулирования основыва¬ется на систематическом внедрении в массовое сознание социально-политических мифов, иллюзий, идей, норм, ценностей, которые долж¬ны восприниматься без критического осмысления, на веру. Почему это возможно? Причины — противоречивость массового сознания, развитие новой коммуникационной техники, изощренность методов воздействия.
Политические деятели для манипулирования используют законо¬мерности массовой психологии.
1. Массовое сознание отличается сознательным и бессознатель¬ным пониманием общественно-политической действительности. С одной стороны, рост культуры, образования, информированности расширяет возможности рационального осмысления строя, с дру¬гой неравномерность этих процессов, усложнение общественной жизни, ее противоречивость мешают человеку создать системный образ общественных событий и проблем. В результате у людей скла¬дывается бессознательное отношение к общественно-политической действительности. В политической практике сочетаются обе сторо¬ны, но манипулирование осуществляется через обращение к бес¬сознательному. Следует обратить внимание на корреляцию между степенью демократичности общества и насаждением бессознатель¬ных политических взглядов, слепой веры.
2 Массовое сознание характеризуется также догматическим и критическим отношением к действительности. Правящие круги, прибегающие к манипулированию, заинтересованы в сдерживании критического отношения и культивировании догматического, чтобы обеспечить устойчивость своей власти. Для этого осуществляется деятельность по унификации мышления. Сознание формируется с опорой на стереотипы, авторитеты как критерий истины. В резуль¬тате убеждения выступают как совокупность законченных, выверен¬ных и усвоенных мнений и представлений, не приемлющих другой точки зрения. Такой тип сознания характерен для тоталитарных, авторитарных режимов и весьма затрудняет реформирование и демократизацию общества и тогда, когда эти режимы рухнули.
3. Сочетание в массовом сознании привычного, традиционного и необычного, инновационного дает широкие основания для манипули¬рования. Обращение к традициям, обычаям, привычкам способствует сохранению устойчивости политической власти. Но для политического манипулирования наиболее важны мифы как фундамент иллюзорной картины мира В бывшем СССР власть широко использовала, напри¬мер, мифы о неизбежном крахе капитализма и торжестве коммунизма как совершенного, идеального общества, о частной собственности как источнике социального зла, о ведущей роли рабочего класса и др.
Профессор Г. Шиллер в книге “Манипуляторы сознанием” (М., 1980) назвал пять мифов, которые использует правящая элита Запа¬да, стремясь выдать желаемое за действительное:
1) об индивидуальной свободе и личном выборе граждан;
2) о нейтралитете важных политических институтов — конгрес¬са, суда, президентской власти, средств массовой информации;
3) о неизменной эгоистической природе человека, склонности к потребительству,
4) об отсутствии в обществе социальных конфликтов, эксплуа¬тации;
5) о плюрализме средств массовой информации, которые пред¬ставляют единую индустрию иллюзорного сознания, контролируются рекламодателями.
Для политических мифов характерны следующие особенности:
— мифы не появляются спонтанно, а создаются искусственно, сознательно и целенаправленно;
— основу мифов составляют осознанные и культивируемые политиками коллективные чаяния и надежды, усвоенные массовым сознанием;
— в мифах соединяются два разнородных качества: трезвый расчет и фанатическая вера, позволяющие политикам освобождать себя от всех моральных преград;
— мифы не поддаются разрушению с помощью рациональных аргументов, и потому вполне правомерна их оценка как ненаучно¬го знания; политические мифы в лучшем случае — полуправда;
— мифы непосредственно связаны с политической реальностью, они призваны оправдать тот или иной ход событий, обеспечивать абсолютную уверенность людей в правоте осуществляемых полити¬ческих акций;
— политические мифы появились значительно позже мифов художественных, что обусловлено более поздним созданием полити¬ческих структур и социальной дифференциацией.
Политическим мифам присуще противоречие.
С одной стороны, они обладают особой устойчивостью, в ос¬нове которой находятся:
а) взаимообусловленность мифа и массового сознания, ибо миф творится и поддерживается массовым сознанием, массовое созна¬ние опирается на миф;
6) живучесть элементов изначального сознания, которое значи¬тельно влияет на характер восприятия мифа и поведение;
в) заинтересованность людей в политике и неспособность к обнаружению ее мифологического характера;
г) осознание возможности находить смысл собственной жизни с помощью мифа.
С другой стороны, политические мифы весьма динамичны. Они могут исчезать и воспроизводиться вновь в зависимости от возникно¬вения соответствующих потребностей.
Манипулирование предполагает богатый арсенал способов, приемов. Немало эгоистичных деятелей не гнушаются откровенным обманом, использую г так называемую большую ложь, которая повто¬ряется, пока не начинает восприниматься как правда. В демократи¬ческом обществе, в среде компетентных людей явная ложь “не сраба¬тывает”, тогда используются частичная ложь. скрывающая то, что более всего возмущает, правдоподобная ложь, когда за констатаци¬ей фактов скрывается ложное содержание, и приукрашенная ложь — провозглашение невыполнимых, но желаемых людьми обещаний (вспомним предвыборные кампании в России 1993 и 1995 годов). Используется также частичная правда, приходится обнародовать и полную правду, так называемую горькую правду. Такое признание неприятной истины сопровождается различными оправданиями, воз¬действующими на оправдательную психологию людей. Например, политического руководителя объявляют без вины виноватым или жертвой обстоятельств (его ввели в заблуждение подчиненные), он может покаяться, а “повинную голову меч не сечет”; он может про¬слыть жаждущим правды (вина умаляется, ибо “лучше горькая прав¬да, чем сладкая ложь”).
Кроме того. в манипулировании особое внимание уделяется ценностному подчинению. Это регулирование ценностей, когда в зависимости от обстоятельств политики выдвигают или “прагмати¬ческие”, или “гуманистические” идеалы; идеализация ценностей, отнесение их к будущему, потенциальному бытию; абсолютизация ценностей, апеллирование к таким добродетелям, которые выдаются за вечные и неизменные, пишутся с большой буквы и могут исполь¬зоваться в разных сочетаниях: Свобода, Равенство, Справедливость, Патриотизм, Демократия, Мир и т. д.
Тактика манипулирования не обходится без ценностного ориен¬тирования интересов в соответствии с установленным критерием образа и качества жизни. Используется и ценностное камуфлирование (особенно ярко проявляется в межпартийной конкуренции, когда заимствуются лозунги, программные положения друг у друга в борь-бе за электорат и потом оказывается, что под антисоциалистической риторикой консервативные партии проводят курс, близкий социали¬стическим партиям). Важными являются и ценностное ограничение и самоограничение интересов, предлагающие людям во имя нацио¬нального возрождения, величия страны, ее радикального обновления откладывать удовлетворение своих требований, т. е. политика “затягивания поясов”. Этому служит и прием сваливания вины на других. Поиски “козлов отпущения” приводят к “пережиткам капитализма”, “родимым пятнам”, к выявлению “вредителей”, “ренегатов” и пр.
Манипулирование предполагает и ценностное оправдание при¬нудительного воздействия и маскировку видов принуждения. Тота¬литарные режимы широко использовали террор и репрессии, но и они были вынуждены прибегать к их оправданию и маскировке.
Исследуя различные формы и методы современного манипули¬рования, американский ученый Р. Гудин выделяет две главные моде¬ли манипулирования — психологическую и рациональную. Суть пси¬хологической модели заключается в выборе наиболее подходящих стимулов для приведения в действие именно тех психологических механизмов, которые способны вызвать желаемую для манипулятора реакцию. При таком подходе человек рассматривается как простой механизм, действующий по принципу стимул—реакция.
В рациональной модели манипулирование осуществляется не через использование психологических мотивов, а посредством обма¬на и вероломства. Среди форм манипулирования, относимых к этой модели, американский исследователь выделяет следующие:
сокращение количества доступной для рядового гражданина информации;
использование пропаганды, т. е. предоставление гражданам от¬части верной, но тенденциозной информации;
использование секретности, т. е. преднамеренное утаивание информации, которая способна подорвать официальный политиче¬ский курс;
информационная перегрузка, т. е. сознательное предоставление чрезмерного объема информации с целью лишить рядового гражда¬нина возможности адекватно усвоить и верно оценить ее; т. е. граж¬данин, не имеющий доступа к информации, вынужден полагаться на ее официальную интерпретацию.
Политика обмана имеет свои законы. Во-первых, ложь должна быть определенным образом дозирована и не переходить некоторых пределов, чтобы сохранить видимость правдоподобности. Во-вторых, политик должен хорошо знать, что ожидает от него аудитория. Тот факт, что истина выступает порой в менее привлекательной форме, чем фикция, создает для политика определенную почву для маневриро¬вания. Задача политика в этом смысле состоит, скорее, в поисках выгод¬ных для него иллюзий, на которых он может “сыграть”. В-третьих,
при манипулировании политики руководствуются так называемой “ло¬гикой коллективного действия”, основанной на солидарности, т. е. по¬литики понимают, что общественность теряет доверие ко всей группе политиков, если раскрывается обман одного из ее членов.
Американский институт анализа пропаганды, обобщая практику мировой журналистики, приводит следующие приемы манипулиро¬вания, обладающие, по мнению специалистов, внушительной эффек¬тивностью:
1) “наклейка ярлыков” (“присвоение прозвищ”) — наделение личности или идеи унизительным, оскорбительным либо смешным прозвищем, эпитетом, подрывающими их авторитет;
2) “рекомендация” (“свидетельство”) — использование для по¬вышения популярности кандидата или предвыборного блока имен сочувствующих им известных артистов, ученых, спортсменов и про¬чих знаменитостей;
3) “перенос” — идентификация качеств и свойств какого-либо лица или политической идеи с качествами и свойствами известных и авторитетных лиц или идей, т. е. оценка по ассоциации;
4) “простые люди” (“свои ребята”) — идентификация интересов информатора или агитатора с интересами и чаяниями простых лю¬дей, молчаливого большинства нации, “соли земли” и т. п.;
5) “подтасовка карт” — откровенная фальсификация или иска¬жение действительных фактов с помощью приемов, незаметных для масс;
6) “блестящая посредственность” (“наведение румян”) — опери¬рование привычными, банальными истинами, хорошо известными всем, но вместе с тем достаточно абстрактными для обывателя, над содержанием которых последний обычно не задумывается;
7) “общий вагон” (“вместе со всеми”) — внушение мысли об общепризнанности и разумности агитации (“все так думают”, “все так поступают”, “и это правильно”).
Однако тактика навязывания ценностей обратно пропорцио¬нальна приверженности людей своим убеждениям.
Огромную роль в манипулировании играют средства массовой информации.
Но существуют пределы манипулирования. Препятствиями здесь являются опыт людей, неподконтрольные власти напрямую системы коммуникации, такие, как семья, друзья, знакомые, группы, значимые для человека. Однако защитные механизмы против манипулирования ослабевают, когда речь идет о новой проблематике, о которой нет устоявшегося мнения.
Определенным препятствием, сдерживающим манипулирова¬ние, являются разделение властей и принцип демократической орга¬низации средств массовой информации, что подразумевает наличие трех форм организации СМИ: частной, государственной и общест¬венно-правовой при наличии контроля со стороны парламента, пра¬вительства или общественных советов.
Регуляция и интеграция современного общества — важнейшие функции политической власти, выполнение которых зависит от спо¬собности политических органов влиять на сознание и психологию масс для одобрения и выполнения ими политических решений. Это требует постоянного совершенствования идейно-психологического воздействия на массовое сознание, основанное на изучении, знании основных форм и уровней сознания и психологии граждан.
Можно говорить о двух способах идейно-политического воздей¬ствия. С одной стороны, это политико-идеологическое убеждение, предполагающее честное, прямое обращение к людям, к их созна¬тельному, критическому мышлению. С другой — косвенное, скрытое, с махинациями, ложью апеллирование к иррациональному, инстинк-тивному, отсталым взглядам в человеке. В период общественных кризисов политико-управленческие круги часто отказываются от методов убеждения, прибегая к манипулированию, являющемуся способом скрытого социального управления политическим созна¬нием и поведением граждан с целью принудить их действовать (или бездействовать), иногда вопреки собственным интересам. Осущест¬вляясь незаметно для управляемых, манипулирование имеет преиму¬щество перед силовыми способами реализации господства.
Технология общегосударственного манипулирования основыва¬ется на систематическом внедрении в массовое сознание социально-политических мифов, иллюзий, идей, норм, ценностей, которые долж¬ны восприниматься без критического осмысления, на веру. Почему это возможно? Причины — противоречивость массового сознания, развитие новой коммуникационной техники, изощренность методов воздействия.
Политические деятели для манипулирования используют законо¬мерности массовой психологии.
1. Массовое сознание отличается сознательным и бессознатель¬ным пониманием общественно-политической действительности. С одной стороны, рост культуры, образования, информированности расширяет возможности рационального осмысления строя, с дру¬гой неравномерность этих процессов, усложнение общественной жизни, ее противоречивость мешают человеку создать системный образ общественных событий и проблем. В результате у людей скла¬дывается бессознательное отношение к общественно-политической действительности. В политической практике сочетаются обе сторо¬ны, но манипулирование осуществляется через обращение к бес¬сознательному. Следует обратить внимание на корреляцию между степенью демократичности общества и насаждением бессознатель¬ных политических взглядов, слепой веры.
2 Массовое сознание характеризуется также догматическим и критическим отношением к действительности. Правящие круги, прибегающие к манипулированию, заинтересованы в сдерживании критического отношения и культивировании догматического, чтобы обеспечить устойчивость своей власти. Для этого осуществляется деятельность по унификации мышления. Сознание формируется с опорой на стереотипы, авторитеты как критерий истины. В резуль¬тате убеждения выступают как совокупность законченных, выверен¬ных и усвоенных мнений и представлений, не приемлющих другой точки зрения. Такой тип сознания характерен для тоталитарных, авторитарных режимов и весьма затрудняет реформирование и демократизацию общества и тогда, когда эти режимы рухнули.
3. Сочетание в массовом сознании привычного, традиционного и необычного, инновационного дает широкие основания для манипули¬рования. Обращение к традициям, обычаям, привычкам способствует сохранению устойчивости политической власти. Но для политического манипулирования наиболее важны мифы как фундамент иллюзорной картины мира В бывшем СССР власть широко использовала, напри¬мер, мифы о неизбежном крахе капитализма и торжестве коммунизма как совершенного, идеального общества, о частной собственности как источнике социального зла, о ведущей роли рабочего класса и др.
Профессор Г. Шиллер в книге “Манипуляторы сознанием” (М., 1980) назвал пять мифов, которые использует правящая элита Запа¬да, стремясь выдать желаемое за действительное:
1) об индивидуальной свободе и личном выборе граждан;
2) о нейтралитете важных политических институтов — конгрес¬са, суда, президентской власти, средств массовой информации;
3) о неизменной эгоистической природе человека, склонности к потребительству,
4) об отсутствии в обществе социальных конфликтов, эксплуа¬тации;
5) о плюрализме средств массовой информации, которые пред¬ставляют единую индустрию иллюзорного сознания, контролируются рекламодателями.
Для политических мифов характерны следующие особенности:
— мифы не появляются спонтанно, а создаются искусственно, сознательно и целенаправленно;
— основу мифов составляют осознанные и культивируемые политиками коллективные чаяния и надежды, усвоенные массовым сознанием;
— в мифах соединяются два разнородных качества: трезвый расчет и фанатическая вера, позволяющие политикам освобождать себя от всех моральных преград;
— мифы не поддаются разрушению с помощью рациональных аргументов, и потому вполне правомерна их оценка как ненаучно¬го знания; политические мифы в лучшем случае — полуправда;
— мифы непосредственно связаны с политической реальностью, они призваны оправдать тот или иной ход событий, обеспечивать абсолютную уверенность людей в правоте осуществляемых полити¬ческих акций;
— политические мифы появились значительно позже мифов художественных, что обусловлено более поздним созданием полити¬ческих структур и социальной дифференциацией.
Политическим мифам присуще противоречие.
С одной стороны, они обладают особой устойчивостью, в ос¬нове которой находятся:
а) взаимообусловленность мифа и массового сознания, ибо миф творится и поддерживается массовым сознанием, массовое созна¬ние опирается на миф;
6) живучесть элементов изначального сознания, которое значи¬тельно влияет на характер восприятия мифа и поведение;
в) заинтересованность людей в политике и неспособность к обнаружению ее мифологического характера;
г) осознание возможности находить смысл собственной жизни с помощью мифа.
С другой стороны, политические мифы весьма динамичны. Они могут исчезать и воспроизводиться вновь в зависимости от возникно¬вения соответствующих потребностей.
Манипулирование предполагает богатый арсенал способов, приемов. Немало эгоистичных деятелей не гнушаются откровенным обманом, использую г так называемую большую ложь, которая повто¬ряется, пока не начинает восприниматься как правда. В демократи¬ческом обществе, в среде компетентных людей явная ложь “не сраба¬тывает”, тогда используются частичная ложь. скрывающая то, что более всего возмущает, правдоподобная ложь, когда за констатаци¬ей фактов скрывается ложное содержание, и приукрашенная ложь — провозглашение невыполнимых, но желаемых людьми обещаний (вспомним предвыборные кампании в России 1993 и 1995 годов). Используется также частичная правда, приходится обнародовать и полную правду, так называемую горькую правду. Такое признание неприятной истины сопровождается различными оправданиями, воз¬действующими на оправдательную психологию людей. Например, политического руководителя объявляют без вины виноватым или жертвой обстоятельств (его ввели в заблуждение подчиненные), он может покаяться, а “повинную голову меч не сечет”; он может про¬слыть жаждущим правды (вина умаляется, ибо “лучше горькая прав¬да, чем сладкая ложь”).
Кроме того. в манипулировании особое внимание уделяется ценностному подчинению. Это регулирование ценностей, когда в зависимости от обстоятельств политики выдвигают или “прагмати¬ческие”, или “гуманистические” идеалы; идеализация ценностей, отнесение их к будущему, потенциальному бытию; абсолютизация ценностей, апеллирование к таким добродетелям, которые выдаются за вечные и неизменные, пишутся с большой буквы и могут исполь¬зоваться в разных сочетаниях: Свобода, Равенство, Справедливость, Патриотизм, Демократия, Мир и т. д.
Тактика манипулирования не обходится без ценностного ориен¬тирования интересов в соответствии с установленным критерием образа и качества жизни. Используется и ценностное камуфлирование (особенно ярко проявляется в межпартийной конкуренции, когда заимствуются лозунги, программные положения друг у друга в борь-бе за электорат и потом оказывается, что под антисоциалистической риторикой консервативные партии проводят курс, близкий социали¬стическим партиям). Важными являются и ценностное ограничение и самоограничение интересов, предлагающие людям во имя нацио¬нального возрождения, величия страны, ее радикального обновления откладывать удовлетворение своих требований, т. е. политика “затягивания поясов”. Этому служит и прием сваливания вины на других. Поиски “козлов отпущения” приводят к “пережиткам капитализма”, “родимым пятнам”, к выявлению “вредителей”, “ренегатов” и пр.
Манипулирование предполагает и ценностное оправдание при¬нудительного воздействия и маскировку видов принуждения. Тота¬литарные режимы широко использовали террор и репрессии, но и они были вынуждены прибегать к их оправданию и маскировке.
Исследуя различные формы и методы современного манипули¬рования, американский ученый Р. Гудин выделяет две главные моде¬ли манипулирования — психологическую и рациональную. Суть пси¬хологической модели заключается в выборе наиболее подходящих стимулов для приведения в действие именно тех психологических механизмов, которые способны вызвать желаемую для манипулятора реакцию. При таком подходе человек рассматривается как простой механизм, действующий по принципу стимул—реакция.
В рациональной модели манипулирование осуществляется не через использование психологических мотивов, а посредством обма¬на и вероломства. Среди форм манипулирования, относимых к этой модели, американский исследователь выделяет следующие:
сокращение количества доступной для рядового гражданина информации;
использование пропаганды, т. е. предоставление гражданам от¬части верной, но тенденциозной информации;
использование секретности, т. е. преднамеренное утаивание информации, которая способна подорвать официальный политиче¬ский курс;
информационная перегрузка, т. е. сознательное предоставление чрезмерного объема информации с целью лишить рядового гражда¬нина возможности адекватно усвоить и верно оценить ее; т. е. граж¬данин, не имеющий доступа к информации, вынужден полагаться на ее официальную интерпретацию.
Политика обмана имеет свои законы. Во-первых, ложь должна быть определенным образом дозирована и не переходить некоторых пределов, чтобы сохранить видимость правдоподобности. Во-вторых, политик должен хорошо знать, что ожидает от него аудитория. Тот факт, что истина выступает порой в менее привлекательной форме, чем фикция, создает для политика определенную почву для маневриро¬вания. Задача политика в этом смысле состоит, скорее, в поисках выгод¬ных для него иллюзий, на которых он может “сыграть”. В-третьих,
при манипулировании политики руководствуются так называемой “ло¬гикой коллективного действия”, основанной на солидарности, т. е. по¬литики понимают, что общественность теряет доверие ко всей группе политиков, если раскрывается обман одного из ее членов.
Американский институт анализа пропаганды, обобщая практику мировой журналистики, приводит следующие приемы манипулиро¬вания, обладающие, по мнению специалистов, внушительной эффек¬тивностью:
1) “наклейка ярлыков” (“присвоение прозвищ”) — наделение личности или идеи унизительным, оскорбительным либо смешным прозвищем, эпитетом, подрывающими их авторитет;
2) “рекомендация” (“свидетельство”) — использование для по¬вышения популярности кандидата или предвыборного блока имен сочувствующих им известных артистов, ученых, спортсменов и про¬чих знаменитостей;
3) “перенос” — идентификация качеств и свойств какого-либо лица или политической идеи с качествами и свойствами известных и авторитетных лиц или идей, т. е. оценка по ассоциации;
4) “простые люди” (“свои ребята”) — идентификация интересов информатора или агитатора с интересами и чаяниями простых лю¬дей, молчаливого большинства нации, “соли земли” и т. п.;
5) “подтасовка карт” — откровенная фальсификация или иска¬жение действительных фактов с помощью приемов, незаметных для масс;
6) “блестящая посредственность” (“наведение румян”) — опери¬рование привычными, банальными истинами, хорошо известными всем, но вместе с тем достаточно абстрактными для обывателя, над содержанием которых последний обычно не задумывается;
7) “общий вагон” (“вместе со всеми”) — внушение мысли об общепризнанности и разумности агитации (“все так думают”, “все так поступают”, “и это правильно”).
Однако тактика навязывания ценностей обратно пропорцио¬нальна приверженности людей своим убеждениям.
Огромную роль в манипулировании играют средства массовой информации.
Но существуют пределы манипулирования. Препятствиями здесь являются опыт людей, неподконтрольные власти напрямую системы коммуникации, такие, как семья, друзья, знакомые, группы, значимые для человека. Однако защитные механизмы против манипулирования ослабевают, когда речь идет о новой проблематике, о которой нет устоявшегося мнения.
Определенным препятствием, сдерживающим манипулирова¬ние, являются разделение властей и принцип демократической орга¬низации средств массовой информации, что подразумевает наличие трех форм организации СМИ: частной, государственной и общест¬венно-правовой при наличии контроля со стороны парламента, пра¬вительства или общественных советов.