Кавказская кухня

[Любопытный]

Проблемы и перспективы нового федерального округа
http://images.izvestia.ru/221923.jpg

С назначением Александра Хлопонина полпредом президента и вице-премьером, ответственным за Кавказ, эксперты заговорили о том, что власть меняет политику в регионе. Прежний "режим работы" - деньги в обмен на лояльность некоторых глав республик - уже не подходит. Нужно что-то другое. О том, что нам делать с этим тревожным регионом, корреспонденту "Известий" рассказал заведующий отделом социально-политических проблем Кавказа Южного научного центра РАН, вице-президент Международной ассоциации конфликтологов Виктор Авксентьев. Уже двадцать лет он изучает процессы, происходящие в этом регионе.

известия: Про Северный Кавказ часто говорят: здесь нужен особый подход. Чем этот регион отличается от остальных территорий?

Виктор Авксентьев: Прежде чем говорить о специфике, нужно отметить, что Северный Кавказ - достаточно глубоко интегрированная часть России. Важным этапом в жизни региона был советский период. Тогда прошла масштабная модернизация, возникли целые отрасли производства, скажем, в Дагестане был хорошо развит военно-промышленный комплекс - это совершенно изменило облик территории и отношения между людьми. Общесоветский уклад проник во все сферы кавказской жизни. Все-таки то, что мы называем советским народом, не было идеологической выдумкой.

Да, были и проблемы. Мне часто приходится общаться с теми, кто сам прошел через депортацию. Но даже они о советском периоде говорят, как правило, очень тепло. Потому что при всех проблемах в 1960-1970-е годы здесь удалось нормализовать жизнь. Ситуация сильно изменилась в постсоветский период. Самое страшное, что произошло на Кавказе с развалом СССР, - это демодернизация экономики. И прежде всего она произошла на востоке региона. Как иногда говорят, в "нерусской" его части.

и: Но ведь предприятия тогда рухнули везде...

Авксентьев: Да, но именно на Кавказе это имело, пожалуй, самые глубокие последствия. Во-первых, это вызвало отток из региона русского населения, которому просто негде стало работать. У русских не было системы выживания в новых условиях, в отличие от коренных жителей, связанных с сельским населением: кто-то подкармливал кого-то в этот тяжелый период. Но главное - в полном объеме возродились клановые связи, о которых президент говорит как об одной из наиболее острых проблем.

Вообще клановые связи присутствуют в какой-то степени во всей России, но на Кавказе они возродились как социальная структура, то есть больше, чем где-либо, и сегодня во многом определяют жизнь каждой республики. Почему? Потому что здесь они стали основой выживания людей. Эта система вызвана к жизни девяностыми годами, крахом экономики. Этнокланы - не что иное, как система выживания в сложные годы.



и: Это главная особенность Кавказа?

Авксентьев: Одна из главных. Вслед за демодернизацией экономики произошла архаизация общественной жизни. Ведь что такое этнокланы, как не возрождение почти ушедшей в советское время системы отношений?! Это влечет и гипертрофированный интерес к прошлому в ущерб осмыслению будущего. Мы видим исключительно важное значение исторического знания в менталитете современного северокавказского общества. Чего нет, кстати, у русских. Мы, как известно, в лучшем случае знаем себя до третьего поколения. Все-таки наш менталитет больше обращен в будущее, кавказский менталитет предполагает глубокое знание истории своей семьи, своего общества, и совместить это с представлениями о будущем бывает не всегда просто. Тоже специфика.

"Ислам здесь необычайно разнороден"

и: Масштабы безработицы на Кавказе действительно велики?

Авксентьев: Очень велики, но при этом практически все республики имеют квоты на привлечение иностранной рабочей силы. Парадокс, да? А потому что есть безработица, но есть и свободные рабочие места. Проблема в регионе была острой и в советское время. Просто тогда развита была система отходничества. Создавались шабашные бригады, которые выезжали на лето и строили по всей стране коровники, кошары, а зимой возвращались домой. Так что сегодня безработица - лишь один из факторов, который осложняет ситуацию на Кавказе. Подчеркиваю, он не единственный, а может быть, и не главный.

и: С Кавказа в основном идут сообщения о ликвидации бандгрупп, о преследовании правозащитников. А как здесь обычные люди живут, они боятся ходить по улицам?

Авксентьев: И такое бывает. Но территория большая, и процессы развиваются неоднородно. Центром всех проблем стала Ингушетия. И в Дагестане сложная ситуация. И там и там жизнь проникнута ощущением личной небезопасности. Это не значит, что все носят оружие, нет. Но молодые люди зачастую стремятся выехать за пределы региона на учебу или на заработки.

Кроме того, как система безопасности укрепляются клановые связи и происходит капсулирование общества. Ведь не обязательно всегда прятаться физически за высоким забором, можно замкнуться и в социальных связях. Ты находишься в своем мирке, не выходишь из него и делаешь свою жизнь более безопасной просто тем, что не пересекаешься с другими социальными группами. Но все-таки даже в этих сложных обстоятельствах большую часть жизни любой семьи составляют вопросы повседневности - тепло в доме, здоровье, как не потерять работу, дать образование детям и так далее.

В Кабардино-Балкарии, Северной Осетии - Алании, Карачаево-Черкесии и тем более в Ставропольском крае жизнь течет еще более обычным образом, по крайней мере, на поверхностный взгляд. Да, есть свои проблемы, но они скрыты. Мы, например, видим медленное расползание неоваххабизма в Карачаево-Черкесии. Причем не столько через экстремистские действия, как в Ингушетии и Дагестане, сколько через вполне мирное завоевание сторонников среди местного населения.

и: Но все равно через религию?

Авксентьев: Да. Религиозный ренессанс 90-х годов привел к тому, что религия стала одним из важнейших элементов политического процесса на Кавказе. Если мы вспомним начало чеченского конфликта - ведь там поначалу совершенно не было никакого религиозного фактора, а был типичный конфликт, основанный на этническом сепаратизме. Но туда постепенно и целенаправленно привносили ислам. Сам сепаратизм угас бы уже к середине 90-х годов.

Сегодня религия присутствует абсолютно во всех сферах жизни общества. Но когда говорят об исламизации Северного Кавказа, давайте сделаем остановку - о чем мы говорим. Ислам здесь необычайно разнороден. Здесь исторически сформировались своеобразные суфийские братства, и люди в одной деревне могут принадлежать к одному братству, в другой - к другому. То есть несколько видов ислама. То, что мы называем традиционным или народным исламом, он менее политизирован. Неоваххабизм, конечно, очень политизирован, из него и исходит то, что принято называть исламским экстремизмом. Он идет не из ислама, а из его определенных трактовок, скорее даже из определенного использования в конкретных целях.

и: А какую роль играет переплетение ислама с народными традициями, характерное для Кавказа?

Авксентьев: Это одна из глубочайших проблем. И один из главных аргументов, который используют неоваххабиты при завоевании сторонников. Они постоянно пытаются показать, что традиционный ислам не изжил из себя до конца элементы язычества. Собственно говоря, что такое ваххабизм? Это движение за чистоту ислама, за освобождение его от языческих и более поздних наслоений. Они чуть ли не на пальцах рассказывают про случаи сочетания религии с обычаями народов.

и: Та же кровная месть - норма шариата или как раз просто обычай?

Авксентьев: Последнее. Это исторически сложившееся явление, которое присутствовало во многих культурах, в том числе европейской. Кровная месть - это была система регулирования, какое-то время достаточно эффективная для поддержания структуры общества, но это было в Средневековье. Нельзя сказать, что сегодня это хоть каким-то образом определяет социокультурный облик народов. Да, архаизация, о которой я говорил, актуализирует в том числе и такие, казалось бы, ушедшие в прошлое явления. Но все равно это некий частный случай, который производит заметный эффект, но из которого нельзя делать политических выводов. Другие процессы уже происходят. Не надо делать страшилок из прежних особенностей. Нам нужно видеть события в контексте XXI века. Кстати, вспомните Сицилию 60-70-х годов прошлого столетия. Целая культура - повести, кинофильмы, сериалы - сформировалась вокруг мафии, кровной мести. И что же? Сегодня это один из самых динамично развивающихся регионов Европы.

"На Кавказе нарастают тенденции автаркии"

и: А как реагируют на Кавказе на расслоение населения на богатых и бедных, более остро, чем в центральной полосе?

Авксентьев: Я бы выделил не экономический, а культурный раздражитель. Те образы, которые преподносятся на телевидении, - глубоко чуждое для народов Кавказа явление. У них культ семьи, рода, дома. Поэтому пропаганда пошлости, насилия, полугреховности, все то, что мы видим на экране, воспринимается здесь острее, чем везде.

и: Но ведь смотрят...

Авксентьев: Смотрят, конечно. Но задаются вопросом: вы хотите, чтобы ваши дочери и жены были такими, как те, кого вы видите на экранах телевизора? Нет? Вывод - надо менять систему. Вот, кстати, еще один аргумент, с помощью которого неоваххабиты привлекают сторонников. Об этом мало говорят, но это очень серьезно.

и: Кавказ чувствует себя отрезанным от России?

Авксентьев: В определенной степени да. Например, не очень приятно, когда прилетаешь в Москву и как житель Ставрополья, видимо, неблагополучной территории, ты должен пройти досмотр не только на вылет, но и на прилет. Вот тогда и понимаешь, как чувствуют себя кавказцы, у которых на каждом шагу проверяют документы. У нас образ кавказца чуть ли не сродни бандиту. А ведь здесь огромный слой интеллигенции - врачи великолепные, свои писатели. По уровню людей с высшим образованием Кавказ занимает одно из ведущих мест в России.

Еще один элемент отчуждения - экономическая политика ушедших десятилетий. В этот период сформировался новый раскол на Юге России - экономический (и по сути по его линии пролегла граница нового округа). Дело в том, что все инвестиции "тучных лет" рекой потекли в Ростовскую область, Краснодарский край, а восточная часть региона, даже Ставропольский край, страдала от нехватки капиталовложений.



и: Наоборот, есть устойчивое мнение, что как раз в национальные республики ежегодно вбухиваются миллиарды бюджетных рублей...

Авксентьев: Вы говорите о деньгах, которые идут на покрытие дефицита бюджетов, но они идут на что (формально я не говорю о том, куда они в итоге попадают) - нужно содержать школы, детские сады, общественный транспорт и прочую социальную инфраструктуру. А я говорю о вложениях в основной капитал. Крупных инвестиционных проектов, которые бы развили производства, на Кавказе было очень мало, считанные единицы. Инвестиционные деньги обтекают стороной регион. Получилось так: проблемы - здесь, капиталовложения - там.

Поэтому на Кавказе стали нарастать тенденции автаркии. Каждый регион счел своим долгом разработать собственные стратегии развития до 2020-го, а то и до 2030 года. Причем часто таким образом, что как будто бы не существует соседних территорий. В основном они ориентированы на развитие перерабатывающей промышленности и курортной зоны. Это все хорошо, но не позволит решить структурных проблем Кавказа.

и: Создать программу комплексного развития Кавказа - как раз первое, что пообещал Александр Хлопонин...

Авксентьев: Другого способа нет! Если будут совместные, трансрегиональные проекты, то по-новому станут притираться друг к другу республики, жители, русское население. Иначе все и дальше будут замыкаться в своих проблемах. Не уйдем мы от архаики, если в регионе не возникнет современных производств. Сегодня нужна ремодернизация экономики.

и: С чего Александру Хлопонину лучше начать, учитывая, что в ближайшие две недели будет сформирован аппарат нового полпреда?

Авксентьев: Конечно, со знакомства с регионом. Важно почувствовать ситуацию. Я бы считал очень важным, чтобы Александр Хлопонин встретился и с научным миром, выслушал наши позиции, причем по возможности в закрытом режиме. Опора на интеллектуальные силы региона, на мой взгляд, ему бы помогла.

и: А на советы старейшин может опереться "ответственный за Кавказ"?

Авксентьев: Да, это традиционные институты. Только надо иметь в виду, что советы старейшин не везде эффективны. Внутрирелигиозный раскол привел к тому, что молодежь уже не так, как раньше, воспринимает мнение старшего поколения. Последнее привержено к традиционному исламу, а неоваххабиты делают упор на молодое поколение.

и: Чего на Кавказе точно делать нельзя?

Авксентьев: Даже если шаг кажется потенциально очень эффективным, его нельзя совершать, если он несет в себе угрозу ухудшения в межнациональных отношениях. Полезной в этом смысле могла бы стать конфликтологическая служба при аппарате полпредства, она бы упреждающе просеивала предполагаемые еще решения на предмет их конфликтогенности. Кстати, начиная с 2008 года мы видим возобновившийся рост напряженности в межэтнических отношениях. Он уже не столь связан с сепаратизмом. Во многих республиках на первый план вышли проблемы влияния на передел собственности и этнического распределения власти. Хотя можно ожидать новые витки этносепаратизма уже в обозримом будущем.

и: Может ли спровоцировать его рост само создание Северо-Кавказского округа? Подчас звучит даже такое мнение...

Авксентьев: На данном этапе - нет. А вот в отдаленной перспективе это возможно, но будет зависеть не столько от создания округа, сколько от успешности, конкурентоспособности России как государства. Жить в России должно быть предпочтительно - вот основа борьбы с сепаратизмом. В противном случае, если будут предлагаться - как варианты - другие центры притяжения, этнический сепаратизм может поднять голову. Плюс он, конечно, будет раздуваться извне в преддверии Олимпиады-2014. Думаю, здесь постараются создать очаг напряженности по типу Тибета. Например, может стимулироваться сепаратизм адыгских народов через идею создания "Великой Черкесии", включающей в себя Адыгею, Кабарду, Черкесию и Абхазию. Как правило, это раскручивается не без подачи иностранных спецслужб, которые пытаются дестабилизировать ситуацию в ключевых регионах. Помните беспорядки в Тибете накануне Олимпиады в Пекине? И как они быстро утихли, как только Олимпиада прошла. А Кавказ геополитически не менее важен.
















Проблемы и перспективы нового федерального округа
Александра Белуза

С назначением Александра Хлопонина полпредом президента и вице-премьером, ответственным за Кавказ, эксперты заговорили о том, что власть меняет политику в регионе. Прежний "режим работы" - деньги в обмен на лояльность некоторых глав республик - уже не подходит. Нужно что-то другое. О том, что нам делать с этим тревожным регионом, корреспонденту "Известий" рассказал заведующий отделом социально-политических проблем Кавказа Южного научного центра РАН, вице-президент Международной ассоциации конфликтологов Виктор Авксентьев. Уже двадцать лет он изучает процессы, происходящие в этом регионе.

известия: Про Северный Кавказ часто говорят: здесь нужен особый подход. Чем этот регион отличается от остальных территорий?

Виктор Авксентьев: Прежде чем говорить о специфике, нужно отметить, что Северный Кавказ - достаточно глубоко интегрированная часть России. Важным этапом в жизни региона был советский период. Тогда прошла масштабная модернизация, возникли целые отрасли производства, скажем, в Дагестане был хорошо развит военно-промышленный комплекс - это совершенно изменило облик территории и отношения между людьми. Общесоветский уклад проник во все сферы кавказской жизни. Все-таки то, что мы называем советским народом, не было идеологической выдумкой.

Да, были и проблемы. Мне часто приходится общаться с теми, кто сам прошел через депортацию. Но даже они о советском периоде говорят, как правило, очень тепло. Потому что при всех проблемах в 1960-1970-е годы здесь удалось нормализовать жизнь. Ситуация сильно изменилась в постсоветский период. Самое страшное, что произошло на Кавказе с развалом СССР, - это демодернизация экономики. И прежде всего она произошла на востоке региона. Как иногда говорят, в "нерусской" его части.

и: Но ведь предприятия тогда рухнули везде...

Авксентьев: Да, но именно на Кавказе это имело, пожалуй, самые глубокие последствия. Во-первых, это вызвало отток из региона русского населения, которому просто негде стало работать. У русских не было системы выживания в новых условиях, в отличие от коренных жителей, связанных с сельским населением: кто-то подкармливал кого-то в этот тяжелый период. Но главное - в полном объеме возродились клановые связи, о которых президент говорит как об одной из наиболее острых проблем.

Вообще клановые связи присутствуют в какой-то степени во всей России, но на Кавказе они возродились как социальная структура, то есть больше, чем где-либо, и сегодня во многом определяют жизнь каждой республики. Почему? Потому что здесь они стали основой выживания людей. Эта система вызвана к жизни девяностыми годами, крахом экономики. Этнокланы - не что иное, как система выживания в сложные годы.



и: Это главная особенность Кавказа?

Авксентьев: Одна из главных. Вслед за демодернизацией экономики произошла архаизация общественной жизни. Ведь что такое этнокланы, как не возрождение почти ушедшей в советское время системы отношений?! Это влечет и гипертрофированный интерес к прошлому в ущерб осмыслению будущего. Мы видим исключительно важное значение исторического знания в менталитете современного северокавказского общества. Чего нет, кстати, у русских. Мы, как известно, в лучшем случае знаем себя до третьего поколения. Все-таки наш менталитет больше обращен в будущее, кавказский менталитет предполагает глубокое знание истории своей семьи, своего общества, и совместить это с представлениями о будущем бывает не всегда просто. Тоже специфика.

"Ислам здесь необычайно разнороден"

и: Масштабы безработицы на Кавказе действительно велики?

Авксентьев: Очень велики, но при этом практически все республики имеют квоты на привлечение иностранной рабочей силы. Парадокс, да? А потому что есть безработица, но есть и свободные рабочие места. Проблема в регионе была острой и в советское время. Просто тогда развита была система отходничества. Создавались шабашные бригады, которые выезжали на лето и строили по всей стране коровники, кошары, а зимой возвращались домой. Так что сегодня безработица - лишь один из факторов, который осложняет ситуацию на Кавказе. Подчеркиваю, он не единственный, а может быть, и не главный.

и: С Кавказа в основном идут сообщения о ликвидации бандгрупп, о преследовании правозащитников. А как здесь обычные люди живут, они боятся ходить по улицам?

Авксентьев: И такое бывает. Но территория большая, и процессы развиваются неоднородно. Центром всех проблем стала Ингушетия. И в Дагестане сложная ситуация. И там и там жизнь проникнута ощущением личной небезопасности. Это не значит, что все носят оружие, нет. Но молодые люди зачастую стремятся выехать за пределы региона на учебу или на заработки.

Кроме того, как система безопасности укрепляются клановые связи и происходит капсулирование общества. Ведь не обязательно всегда прятаться физически за высоким забором, можно замкнуться и в социальных связях. Ты находишься в своем мирке, не выходишь из него и делаешь свою жизнь более безопасной просто тем, что не пересекаешься с другими социальными группами. Но все-таки даже в этих сложных обстоятельствах большую часть жизни любой семьи составляют вопросы повседневности - тепло в доме, здоровье, как не потерять работу, дать образование детям и так далее.

В Кабардино-Балкарии, Северной Осетии - Алании, Карачаево-Черкесии и тем более в Ставропольском крае жизнь течет еще более обычным образом, по крайней мере, на поверхностный взгляд. Да, есть свои проблемы, но они скрыты. Мы, например, видим медленное расползание неоваххабизма в Карачаево-Черкесии. Причем не столько через экстремистские действия, как в Ингушетии и Дагестане, сколько через вполне мирное завоевание сторонников среди местного населения.

и: Но все равно через религию?

Авксентьев: Да. Религиозный ренессанс 90-х годов привел к тому, что религия стала одним из важнейших элементов политического процесса на Кавказе. Если мы вспомним начало чеченского конфликта - ведь там поначалу совершенно не было никакого религиозного фактора, а был типичный конфликт, основанный на этническом сепаратизме. Но туда постепенно и целенаправленно привносили ислам. Сам сепаратизм угас бы уже к середине 90-х годов.

Сегодня религия присутствует абсолютно во всех сферах жизни общества. Но когда говорят об исламизации Северного Кавказа, давайте сделаем остановку - о чем мы говорим. Ислам здесь необычайно разнороден. Здесь исторически сформировались своеобразные суфийские братства, и люди в одной деревне могут принадлежать к одному братству, в другой - к другому. То есть несколько видов ислама. То, что мы называем традиционным или народным исламом, он менее политизирован. Неоваххабизм, конечно, очень политизирован, из него и исходит то, что принято называть исламским экстремизмом. Он идет не из ислама, а из его определенных трактовок, скорее даже из определенного использования в конкретных целях.

и: А какую роль играет переплетение ислама с народными традициями, характерное для Кавказа?

Авксентьев: Это одна из глубочайших проблем. И один из главных аргументов, который используют неоваххабиты при завоевании сторонников. Они постоянно пытаются показать, что традиционный ислам не изжил из себя до конца элементы язычества. Собственно говоря, что такое ваххабизм? Это движение за чистоту ислама, за освобождение его от языческих и более поздних наслоений. Они чуть ли не на пальцах рассказывают про случаи сочетания религии с обычаями народов.

и: Та же кровная месть - норма шариата или как раз просто обычай?

Авксентьев: Последнее. Это исторически сложившееся явление, которое присутствовало во многих культурах, в том числе европейской. Кровная месть - это была система регулирования, какое-то время достаточно эффективная для поддержания структуры общества, но это было в Средневековье. Нельзя сказать, что сегодня это хоть каким-то образом определяет социокультурный облик народов. Да, архаизация, о которой я говорил, актуализирует в том числе и такие, казалось бы, ушедшие в прошлое явления. Но все равно это некий частный случай, который производит заметный эффект, но из которого нельзя делать политических выводов. Другие процессы уже происходят. Не надо делать страшилок из прежних особенностей. Нам нужно видеть события в контексте XXI века. Кстати, вспомните Сицилию 60-70-х годов прошлого столетия. Целая культура - повести, кинофильмы, сериалы - сформировалась вокруг мафии, кровной мести. И что же? Сегодня это один из самых динамично развивающихся регионов Европы.

"На Кавказе нарастают тенденции автаркии"

и: А как реагируют на Кавказе на расслоение населения на богатых и бедных, более остро, чем в центральной полосе?

Авксентьев: Я бы выделил не экономический, а культурный раздражитель. Те образы, которые преподносятся на телевидении, - глубоко чуждое для народов Кавказа явление. У них культ семьи, рода, дома. Поэтому пропаганда пошлости, насилия, полугреховности, все то, что мы видим на экране, воспринимается здесь острее, чем везде.

и: Но ведь смотрят...

Авксентьев: Смотрят, конечно. Но задаются вопросом: вы хотите, чтобы ваши дочери и жены были такими, как те, кого вы видите на экранах телевизора? Нет? Вывод - надо менять систему. Вот, кстати, еще один аргумент, с помощью которого неоваххабиты привлекают сторонников. Об этом мало говорят, но это очень серьезно.

и: Кавказ чувствует себя отрезанным от России?

Авксентьев: В определенной степени да. Например, не очень приятно, когда прилетаешь в Москву и как житель Ставрополья, видимо, неблагополучной территории, ты должен пройти досмотр не только на вылет, но и на прилет. Вот тогда и понимаешь, как чувствуют себя кавказцы, у которых на каждом шагу проверяют документы. У нас образ кавказца чуть ли не сродни бандиту. А ведь здесь огромный слой интеллигенции - врачи великолепные, свои писатели. По уровню людей с высшим образованием Кавказ занимает одно из ведущих мест в России.

Еще один элемент отчуждения - экономическая политика ушедших десятилетий. В этот период сформировался новый раскол на Юге России - экономический (и по сути по его линии пролегла граница нового округа). Дело в том, что все инвестиции "тучных лет" рекой потекли в Ростовскую область, Краснодарский край, а восточная часть региона, даже Ставропольский край, страдала от нехватки капиталовложений.



и: Наоборот, есть устойчивое мнение, что как раз в национальные республики ежегодно вбухиваются миллиарды бюджетных рублей...

Авксентьев: Вы говорите о деньгах, которые идут на покрытие дефицита бюджетов, но они идут на что (формально я не говорю о том, куда они в итоге попадают) - нужно содержать школы, детские сады, общественный транспорт и прочую социальную инфраструктуру. А я говорю о вложениях в основной капитал. Крупных инвестиционных проектов, которые бы развили производства, на Кавказе было очень мало, считанные единицы. Инвестиционные деньги обтекают стороной регион. Получилось так: проблемы - здесь, капиталовложения - там.

Поэтому на Кавказе стали нарастать тенденции автаркии. Каждый регион счел своим долгом разработать собственные стратегии развития до 2020-го, а то и до 2030 года. Причем часто таким образом, что как будто бы не существует соседних территорий. В основном они ориентированы на развитие перерабатывающей промышленности и курортной зоны. Это все хорошо, но не позволит решить структурных проблем Кавказа.

и: Создать программу комплексного развития Кавказа - как раз первое, что пообещал Александр Хлопонин...

Авксентьев: Другого способа нет! Если будут совместные, трансрегиональные проекты, то по-новому станут притираться друг к другу республики, жители, русское население. Иначе все и дальше будут замыкаться в своих проблемах. Не уйдем мы от архаики, если в регионе не возникнет современных производств. Сегодня нужна ремодернизация экономики.

и: С чего Александру Хлопонину лучше начать, учитывая, что в ближайшие две недели будет сформирован аппарат нового полпреда?

Авксентьев: Конечно, со знакомства с регионом. Важно почувствовать ситуацию. Я бы считал очень важным, чтобы Александр Хлопонин встретился и с научным миром, выслушал наши позиции, причем по возможности в закрытом режиме. Опора на интеллектуальные силы региона, на мой взгляд, ему бы помогла.

и: А на советы старейшин может опереться "ответственный за Кавказ"?

Авксентьев: Да, это традиционные институты. Только надо иметь в виду, что советы старейшин не везде эффективны. Внутрирелигиозный раскол привел к тому, что молодежь уже не так, как раньше, воспринимает мнение старшего поколения. Последнее привержено к традиционному исламу, а неоваххабиты делают упор на молодое поколение.

и: Чего на Кавказе точно делать нельзя?

Авксентьев: Даже если шаг кажется потенциально очень эффективным, его нельзя совершать, если он несет в себе угрозу ухудшения в межнациональных отношениях. Полезной в этом смысле могла бы стать конфликтологическая служба при аппарате полпредства, она бы упреждающе просеивала предполагаемые еще решения на предмет их конфликтогенности. Кстати, начиная с 2008 года мы видим возобновившийся рост напряженности в межэтнических отношениях. Он уже не столь связан с сепаратизмом. Во многих республиках на первый план вышли проблемы влияния на передел собственности и этнического распределения власти. Хотя можно ожидать новые витки этносепаратизма уже в обозримом будущем.

и: Может ли спровоцировать его рост само создание Северо-Кавказского округа? Подчас звучит даже такое мнение...

Авксентьев: На данном этапе - нет. А вот в отдаленной перспективе это возможно, но будет зависеть не столько от создания округа, сколько от успешности, конкурентоспособности России как государства. Жить в России должно быть предпочтительно - вот основа борьбы с сепаратизмом. В противном случае, если будут предлагаться - как варианты - другие центры притяжения, этнический сепаратизм может поднять голову. Плюс он, конечно, будет раздуваться извне в преддверии Олимпиады-2014. Думаю, здесь постараются создать очаг напряженности по типу Тибета. Например, может стимулироваться сепаратизм адыгских народов через идею создания "Великой Черкесии", включающей в себя Адыгею, Кабарду, Черкесию и Абхазию. Как правило, это раскручивается не без подачи иностранных спецслужб, которые пытаются дестабилизировать ситуацию в ключевых регионах. Помните беспорядки в Тибете накануне Олимпиады в Пекине? И как они быстро утихли, как только Олимпиада прошла. А Кавказ геополитически не менее важен.
















Проблемы и перспективы нового федерального округа
Александра Белуза

С назначением Александра Хлопонина полпредом президента и вице-премьером, ответственным за Кавказ, эксперты заговорили о том, что власть меняет политику в регионе. Прежний "режим работы" - деньги в обмен на лояльность некоторых глав республик - уже не подходит. Нужно что-то другое. О том, что нам делать с этим тревожным регионом, корреспонденту "Известий" рассказал заведующий отделом социально-политических проблем Кавказа Южного научного центра РАН, вице-президент Международной ассоциации конфликтологов Виктор Авксентьев. Уже двадцать лет он изучает процессы, происходящие в этом регионе.

известия: Про Северный Кавказ часто говорят: здесь нужен особый подход. Чем этот регион отличается от остальных территорий?

Виктор Авксентьев: Прежде чем говорить о специфике, нужно отметить, что Северный Кавказ - достаточно глубоко интегрированная часть России. Важным этапом в жизни региона был советский период. Тогда прошла масштабная модернизация, возникли целые отрасли производства, скажем, в Дагестане был хорошо развит военно-промышленный комплекс - это совершенно изменило облик территории и отношения между людьми. Общесоветский уклад проник во все сферы кавказской жизни. Все-таки то, что мы называем советским народом, не было идеологической выдумкой.

Да, были и проблемы. Мне часто приходится общаться с теми, кто сам прошел через депортацию. Но даже они о советском периоде говорят, как правило, очень тепло. Потому что при всех проблемах в 1960-1970-е годы здесь удалось нормализовать жизнь. Ситуация сильно изменилась в постсоветский период. Самое страшное, что произошло на Кавказе с развалом СССР, - это демодернизация экономики. И прежде всего она произошла на востоке региона. Как иногда говорят, в "нерусской" его части.

и: Но ведь предприятия тогда рухнули везде...

Авксентьев: Да, но именно на Кавказе это имело, пожалуй, самые глубокие последствия. Во-первых, это вызвало отток из региона русского населения, которому просто негде стало работать. У русских не было системы выживания в новых условиях, в отличие от коренных жителей, связанных с сельским населением: кто-то подкармливал кого-то в этот тяжелый период. Но главное - в полном объеме возродились клановые связи, о которых президент говорит как об одной из наиболее острых проблем.

Вообще клановые связи присутствуют в какой-то степени во всей России, но на Кавказе они возродились как социальная структура, то есть больше, чем где-либо, и сегодня во многом определяют жизнь каждой республики. Почему? Потому что здесь они стали основой выживания людей. Эта система вызвана к жизни девяностыми годами, крахом экономики. Этнокланы - не что иное, как система выживания в сложные годы.



и: Это главная особенность Кавказа?

Авксентьев: Одна из главных. Вслед за демодернизацией экономики произошла архаизация общественной жизни. Ведь что такое этнокланы, как не возрождение почти ушедшей в советское время системы отношений?! Это влечет и гипертрофированный интерес к прошлому в ущерб осмыслению будущего. Мы видим исключительно важное значение исторического знания в менталитете современного северокавказского общества. Чего нет, кстати, у русских. Мы, как известно, в лучшем случае знаем себя до третьего поколения. Все-таки наш менталитет больше обращен в будущее, кавказский менталитет предполагает глубокое знание истории своей семьи, своего общества, и совместить это с представлениями о будущем бывает не всегда просто. Тоже специфика.

"Ислам здесь необычайно разнороден"

и: Масштабы безработицы на Кавказе действительно велики?

Авксентьев: Очень велики, но при этом практически все республики имеют квоты на привлечение иностранной рабочей силы. Парадокс, да? А потому что есть безработица, но есть и свободные рабочие места. Проблема в регионе была острой и в советское время. Просто тогда развита была система отходничества. Создавались шабашные бригады, которые выезжали на лето и строили по всей стране коровники, кошары, а зимой возвращались домой. Так что сегодня безработица - лишь один из факторов, который осложняет ситуацию на Кавказе. Подчеркиваю, он не единственный, а может быть, и не главный.

и: С Кавказа в основном идут сообщения о ликвидации бандгрупп, о преследовании правозащитников. А как здесь обычные люди живут, они боятся ходить по улицам?

Авксентьев: И такое бывает. Но территория большая, и процессы развиваются неоднородно. Центром всех проблем стала Ингушетия. И в Дагестане сложная ситуация. И там и там жизнь проникнута ощущением личной небезопасности. Это не значит, что все носят оружие, нет. Но молодые люди зачастую стремятся выехать за пределы региона на учебу или на заработки.

Кроме того, как система безопасности укрепляются клановые связи и происходит капсулирование общества. Ведь не обязательно всегда прятаться физически за высоким забором, можно замкнуться и в социальных связях. Ты находишься в своем мирке, не выходишь из него и делаешь свою жизнь более безопасной просто тем, что не пересекаешься с другими социальными группами. Но все-таки даже в этих сложных обстоятельствах большую часть жизни любой семьи составляют вопросы повседневности - тепло в доме, здоровье, как не потерять работу, дать образование детям и так далее.

В Кабардино-Балкарии, Северной Осетии - Алании, Карачаево-Черкесии и тем более в Ставропольском крае жизнь течет еще более обычным образом, по крайней мере, на поверхностный взгляд. Да, есть свои проблемы, но они скрыты. Мы, например, видим медленное расползание неоваххабизма в Карачаево-Черкесии. Причем не столько через экстремистские действия, как в Ингушетии и Дагестане, сколько через вполне мирное завоевание сторонников среди местного населения.

и: Но все равно через религию?

Авксентьев: Да. Религиозный ренессанс 90-х годов привел к тому, что религия стала одним из важнейших элементов политического процесса на Кавказе. Если мы вспомним начало чеченского конфликта - ведь там поначалу совершенно не было никакого религиозного фактора, а был типичный конфликт, основанный на этническом сепаратизме. Но туда постепенно и целенаправленно привносили ислам. Сам сепаратизм угас бы уже к середине 90-х годов.

Сегодня религия присутствует абсолютно во всех сферах жизни общества. Но когда говорят об исламизации Северного Кавказа, давайте сделаем остановку - о чем мы говорим. Ислам здесь необычайно разнороден. Здесь исторически сформировались своеобразные суфийские братства, и люди в одной деревне могут принадлежать к одному братству, в другой - к другому. То есть несколько видов ислама. То, что мы называем традиционным или народным исламом, он менее политизирован. Неоваххабизм, конечно, очень политизирован, из него и исходит то, что принято называть исламским экстремизмом. Он идет не из ислама, а из его определенных трактовок, скорее даже из определенного использования в конкретных целях.

и: А какую роль играет переплетение ислама с народными традициями, характерное для Кавказа?

Авксентьев: Это одна из глубочайших проблем. И один из главных аргументов, который используют неоваххабиты при завоевании сторонников. Они постоянно пытаются показать, что традиционный ислам не изжил из себя до конца элементы язычества. Собственно говоря, что такое ваххабизм? Это движение за чистоту ислама, за освобождение его от языческих и более поздних наслоений. Они чуть ли не на пальцах рассказывают про случаи сочетания религии с обычаями народов.

и: Та же кровная месть - норма шариата или как раз просто обычай?

Авксентьев: Последнее. Это исторически сложившееся явление, которое присутствовало во многих культурах, в том числе европейской. Кровная месть - это была система регулирования, какое-то время достаточно эффективная для поддержания структуры общества, но это было в Средневековье. Нельзя сказать, что сегодня это хоть каким-то образом определяет социокультурный облик народов. Да, архаизация, о которой я говорил, актуализирует в том числе и такие, казалось бы, ушедшие в прошлое явления. Но все равно это некий частный случай, который производит заметный эффект, но из которого нельзя делать политических выводов. Другие процессы уже происходят. Не надо делать страшилок из прежних особенностей. Нам нужно видеть события в контексте XXI века. Кстати, вспомните Сицилию 60-70-х годов прошлого столетия. Целая культура - повести, кинофильмы, сериалы - сформировалась вокруг мафии, кровной мести. И что же? Сегодня это один из самых динамично развивающихся регионов Европы.

"На Кавказе нарастают тенденции автаркии"

и: А как реагируют на Кавказе на расслоение населения на богатых и бедных, более остро, чем в центральной полосе?

Авксентьев: Я бы выделил не экономический, а культурный раздражитель. Те образы, которые преподносятся на телевидении, - глубоко чуждое для народов Кавказа явление. У них культ семьи, рода, дома. Поэтому пропаганда пошлости, насилия, полугреховности, все то, что мы видим на экране, воспринимается здесь острее, чем везде.

и: Но ведь смотрят...

Авксентьев: Смотрят, конечно. Но задаются вопросом: вы хотите, чтобы ваши дочери и жены были такими, как те, кого вы видите на экранах телевизора? Нет? Вывод - надо менять систему. Вот, кстати, еще один аргумент, с помощью которого неоваххабиты привлекают сторонников. Об этом мало говорят, но это очень серьезно.

и: Кавказ чувствует себя отрезанным от России?

Авксентьев: В определенной степени да. Например, не очень приятно, когда прилетаешь в Москву и как житель Ставрополья, видимо, неблагополучной территории, ты должен пройти досмотр не только на вылет, но и на прилет. Вот тогда и понимаешь, как чувствуют себя кавказцы, у которых на каждом шагу проверяют документы. У нас образ кавказца чуть ли не сродни бандиту. А ведь здесь огромный слой интеллигенции - врачи великолепные, свои писатели. По уровню людей с высшим образованием Кавказ занимает одно из ведущих мест в России.

Еще один элемент отчуждения - экономическая политика ушедших десятилетий. В этот период сформировался новый раскол на Юге России - экономический (и по сути по его линии пролегла граница нового округа). Дело в том, что все инвестиции "тучных лет" рекой потекли в Ростовскую область, Краснодарский край, а восточная часть региона, даже Ставропольский край, страдала от нехватки капиталовложений.



и: Наоборот, есть устойчивое мнение, что как раз в национальные республики ежегодно вбухиваются миллиарды бюджетных рублей...

Авксентьев: Вы говорите о деньгах, которые идут на покрытие дефицита бюджетов, но они идут на что (формально я не говорю о том, куда они в итоге попадают) - нужно содержать школы, детские сады, общественный транспорт и прочую социальную инфраструктуру. А я говорю о вложениях в основной капитал. Крупных инвестиционных проектов, которые бы развили производства, на Кавказе было очень мало, считанные единицы. Инвестиционные деньги обтекают стороной регион. Получилось так: проблемы - здесь, капиталовложения - там.

Поэтому на Кавказе стали нарастать тенденции автаркии. Каждый регион счел своим долгом разработать собственные стратегии развития до 2020-го, а то и до 2030 года. Причем часто таким образом, что как будто бы не существует соседних территорий. В основном они ориентированы на развитие перерабатывающей промышленности и курортной зоны. Это все хорошо, но не позволит решить структурных проблем Кавказа.

и: Создать программу комплексного развития Кавказа - как раз первое, что пообещал Александр Хлопонин...

Авксентьев: Другого способа нет! Если будут совместные, трансрегиональные проекты, то по-новому станут притираться друг к другу республики, жители, русское население. Иначе все и дальше будут замыкаться в своих проблемах. Не уйдем мы от архаики, если в регионе не возникнет современных производств. Сегодня нужна ремодернизация экономики.

и: С чего Александру Хлопонину лучше начать, учитывая, что в ближайшие две недели будет сформирован аппарат нового полпреда?

Авксентьев: Конечно, со знакомства с регионом. Важно почувствовать ситуацию. Я бы считал очень важным, чтобы Александр Хлопонин встретился и с научным миром, выслушал наши позиции, причем по возможности в закрытом режиме. Опора на интеллектуальные силы региона, на мой взгляд, ему бы помогла.

и: А на советы старейшин может опереться "ответственный за Кавказ"?

Авксентьев: Да, это традиционные институты. Только надо иметь в виду, что советы старейшин не везде эффективны. Внутрирелигиозный раскол привел к тому, что молодежь уже не так, как раньше, воспринимает мнение старшего поколения. Последнее привержено к традиционному исламу, а неоваххабиты делают упор на молодое поколение.

и: Чего на Кавказе точно делать нельзя?

Авксентьев: Даже если шаг кажется потенциально очень эффективным, его нельзя совершать, если он несет в себе угрозу ухудшения в межнациональных отношениях. Полезной в этом смысле могла бы стать конфликтологическая служба при аппарате полпредства, она бы упреждающе просеивала предполагаемые еще решения на предмет их конфликтогенности. Кстати, начиная с 2008 года мы видим возобновившийся рост напряженности в межэтнических отношениях. Он уже не столь связан с сепаратизмом. Во многих республиках на первый план вышли проблемы влияния на передел собственности и этнического распределения власти. Хотя можно ожидать новые витки этносепаратизма уже в обозримом будущем.

и: Может ли спровоцировать его рост само создание Северо-Кавказского округа? Подчас звучит даже такое мнение...

Авксентьев: На данном этапе - нет. А вот в отдаленной перспективе это возможно, но будет зависеть не столько от создания округа, сколько от успешности, конкурентоспособности России как государства. Жить в России должно быть предпочтительно - вот основа борьбы с сепаратизмом. В противном случае, если будут предлагаться - как варианты - другие центры притяжения, этнический сепаратизм может поднять голову. Плюс он, конечно, будет раздуваться извне в преддверии Олимпиады-2014. Думаю, здесь постараются создать очаг напряженности по типу Тибета. Например, может стимулироваться сепаратизм адыгских народов через идею создания "Великой Черкесии", включающей в себя Адыгею, Кабарду, Черкесию и Абхазию. Как правило, это раскручивается не без подачи иностранных спецслужб, которые пытаются дестабилизировать ситуацию в ключевых регионах. Помните беспорядки в Тибете накануне Олимпиады в Пекине? И как они быстро утихли, как только Олимпиада прошла. А Кавказ геополитически не менее важен.

























Проблемы и перспективы нового федерального округа
Александра Белуза

С назначением Александра Хлопонина полпредом президента и вице-премьером, ответственным за Кавказ, эксперты заговорили о том, что власть меняет политику в регионе. Прежний "режим работы" - деньги в обмен на лояльность некоторых глав республик - уже не подходит. Нужно что-то другое. О том, что нам делать с этим тревожным регионом, корреспонденту "Известий" рассказал заведующий отделом социально-политических проблем Кавказа Южного научного центра РАН, вице-президент Международной ассоциации конфликтологов Виктор Авксентьев. Уже двадцать лет он изучает процессы, происходящие в этом регионе.

известия: Про Северный Кавказ часто говорят: здесь нужен особый подход. Чем этот регион отличается от остальных территорий?

Виктор Авксентьев: Прежде чем говорить о специфике, нужно отметить, что Северный Кавказ - достаточно глубоко интегрированная часть России. Важным этапом в жизни региона был советский период. Тогда прошла масштабная модернизация, возникли целые отрасли производства, скажем, в Дагестане был хорошо развит военно-промышленный комплекс - это совершенно изменило облик территории и отношения между людьми. Общесоветский уклад проник во все сферы кавказской жизни. Все-таки то, что мы называем советским народом, не было идеологической выдумкой.

Да, были и проблемы. Мне часто приходится общаться с теми, кто сам прошел через депортацию. Но даже они о советском периоде говорят, как правило, очень тепло. Потому что при всех проблемах в 1960-1970-е годы здесь удалось нормализовать жизнь. Ситуация сильно изменилась в постсоветский период. Самое страшное, что произошло на Кавказе с развалом СССР, - это демодернизация экономики. И прежде всего она произошла на востоке региона. Как иногда говорят, в "нерусской" его части.

и: Но ведь предприятия тогда рухнули везде...

Авксентьев: Да, но именно на Кавказе это имело, пожалуй, самые глубокие последствия. Во-первых, это вызвало отток из региона русского населения, которому просто негде стало работать. У русских не было системы выживания в новых условиях, в отличие от коренных жителей, связанных с сельским населением: кто-то подкармливал кого-то в этот тяжелый период. Но главное - в полном объеме возродились клановые связи, о которых президент говорит как об одной из наиболее острых проблем.

Вообще клановые связи присутствуют в какой-то степени во всей России, но на Кавказе они возродились как социальная структура, то есть больше, чем где-либо, и сегодня во многом определяют жизнь каждой республики. Почему? Потому что здесь они стали основой выживания людей. Эта система вызвана к жизни девяностыми годами, крахом экономики. Этнокланы - не что иное, как система выживания в сложные годы.



и: Это главная особенность Кавказа?

Авксентьев: Одна из главных. Вслед за демодернизацией экономики произошла архаизация общественной жизни. Ведь что такое этнокланы, как не возрождение почти ушедшей в советское время системы отношений?! Это влечет и гипертрофированный интерес к прошлому в ущерб осмыслению будущего. Мы видим исключительно важное значение исторического знания в менталитете современного северокавказского общества. Чего нет, кстати, у русских. Мы, как известно, в лучшем случае знаем себя до третьего поколения. Все-таки наш менталитет больше обращен в будущее, кавказский менталитет предполагает глубокое знание истории своей семьи, своего общества, и совместить это с представлениями о будущем бывает не всегда просто. Тоже специфика.

"Ислам здесь необычайно разнороден"

и: Масштабы безработицы на Кавказе действительно велики?

Авксентьев: Очень велики, но при этом практически все республики имеют квоты на привлечение иностранной рабочей силы. Парадокс, да? А потому что есть безработица, но есть и свободные рабочие места. Проблема в регионе была острой и в советское время. Просто тогда развита была система отходничества. Создавались шабашные бригады, которые выезжали на лето и строили по всей стране коровники, кошары, а зимой возвращались домой. Так что сегодня безработица - лишь один из факторов, который осложняет ситуацию на Кавказе. Подчеркиваю, он не единственный, а может быть, и не главный.

и: С Кавказа в основном идут сообщения о ликвидации бандгрупп, о преследовании правозащитников. А как здесь обычные люди живут, они боятся ходить по улицам?

Авксентьев: И такое бывает. Но территория большая, и процессы развиваются неоднородно. Центром всех проблем стала Ингушетия. И в Дагестане сложная ситуация. И там и там жизнь проникнута ощущением личной небезопасности. Это не значит, что все носят оружие, нет. Но молодые люди зачастую стремятся выехать за пределы региона на учебу или на заработки.

Кроме того, как система безопасности укрепляются клановые связи и происходит капсулирование общества. Ведь не обязательно всегда прятаться физически за высоким забором, можно замкнуться и в социальных связях. Ты находишься в своем мирке, не выходишь из него и делаешь свою жизнь более безопасной просто тем, что не пересекаешься с другими социальными группами. Но все-таки даже в этих сложных обстоятельствах большую часть жизни любой семьи составляют вопросы повседневности - тепло в доме, здоровье, как не потерять работу, дать образование детям и так далее.

В Кабардино-Балкарии, Северной Осетии - Алании, Карачаево-Черкесии и тем более в Ставропольском крае жизнь течет еще более обычным образом, по крайней мере, на поверхностный взгляд. Да, есть свои проблемы, но они скрыты. Мы, например, видим медленное расползание неоваххабизма в Карачаево-Черкесии. Причем не столько через экстремистские действия, как в Ингушетии и Дагестане, сколько через вполне мирное завоевание сторонников среди местного населения.

и: Но все равно через религию?

Авксентьев: Да. Религиозный ренессанс 90-х годов привел к тому, что религия стала одним из важнейших элементов политического процесса на Кавказе. Если мы вспомним начало чеченского конфликта - ведь там поначалу совершенно не было никакого религиозного фактора, а был типичный конфликт, основанный на этническом сепаратизме. Но туда постепенно и целенаправленно привносили ислам. Сам сепаратизм угас бы уже к середине 90-х годов.

Сегодня религия присутствует абсолютно во всех сферах жизни общества. Но когда говорят об исламизации Северного Кавказа, давайте сделаем остановку - о чем мы говорим. Ислам здесь необычайно разнороден. Здесь исторически сформировались своеобразные суфийские братства, и люди в одной деревне могут принадлежать к одному братству, в другой - к другому. То есть несколько видов ислама. То, что мы называем традиционным или народным исламом, он менее политизирован. Неоваххабизм, конечно, очень политизирован, из него и исходит то, что принято называть исламским экстремизмом. Он идет не из ислама, а из его определенных трактовок, скорее даже из определенного использования в конкретных целях.

и: А какую роль играет переплетение ислама с народными традициями, характерное для Кавказа?

Авксентьев: Это одна из глубочайших проблем. И один из главных аргументов, который используют неоваххабиты при завоевании сторонников. Они постоянно пытаются показать, что традиционный ислам не изжил из себя до конца элементы язычества. Собственно говоря, что такое ваххабизм? Это движение за чистоту ислама, за освобождение его от языческих и более поздних наслоений. Они чуть ли не на пальцах рассказывают про случаи сочетания религии с обычаями народов.

и: Та же кровная месть - норма шариата или как раз просто обычай?

Авксентьев: Последнее. Это исторически сложившееся явление, которое присутствовало во многих культурах, в том числе европейской. Кровная месть - это была система регулирования, какое-то время достаточно эффективная для поддержания структуры общества, но это было в Средневековье. Нельзя сказать, что сегодня это хоть каким-то образом определяет социокультурный облик народов. Да, архаизация, о которой я говорил, актуализирует в том числе и такие, казалось бы, ушедшие в прошлое явления. Но все равно это некий частный случай, который производит заметный эффект, но из которого нельзя делать политических выводов. Другие процессы уже происходят. Не надо делать страшилок из прежних особенностей. Нам нужно видеть события в контексте XXI века. Кстати, вспомните Сицилию 60-70-х годов прошлого столетия. Целая культура - повести, кинофильмы, сериалы - сформировалась вокруг мафии, кровной мести. И что же? Сегодня это один из самых динамично развивающихся регионов Европы.

"На Кавказе нарастают тенденции автаркии"

и: А как реагируют на Кавказе на расслоение населения на богатых и бедных, более остро, чем в центральной полосе?

Авксентьев: Я бы выделил не экономический, а культурный раздражитель. Те образы, которые преподносятся на телевидении, - глубоко чуждое для народов Кавказа явление. У них культ семьи, рода, дома. Поэтому пропаганда пошлости, насилия, полугреховности, все то, что мы видим на экране, воспринимается здесь острее, чем везде.

и: Но ведь смотрят...

Авксентьев: Смотрят, конечно. Но задаются вопросом: вы хотите, чтобы ваши дочери и жены были такими, как те, кого вы видите на экранах телевизора? Нет? Вывод - надо менять систему. Вот, кстати, еще один аргумент, с помощью которого неоваххабиты привлекают сторонников. Об этом мало говорят, но это очень серьезно.

и: Кавказ чувствует себя отрезанным от России?

Авксентьев: В определенной степени да. Например, не очень приятно, когда прилетаешь в Москву и как житель Ставрополья, видимо, неблагополучной территории, ты должен пройти досмотр не только на вылет, но и на прилет. Вот тогда и понимаешь, как чувствуют себя кавказцы, у которых на каждом шагу проверяют документы. У нас образ кавказца чуть ли не сродни бандиту. А ведь здесь огромный слой интеллигенции - врачи великолепные, свои писатели. По уровню людей с высшим образованием Кавказ занимает одно из ведущих мест в России.

Еще один элемент отчуждения - экономическая политика ушедших десятилетий. В этот период сформировался новый раскол на Юге России - экономический (и по сути по его линии пролегла граница нового округа). Дело в том, что все инвестиции "тучных лет" рекой потекли в Ростовскую область, Краснодарский край, а восточная часть региона, даже Ставропольский край, страдала от нехватки капиталовложений.



и: Наоборот, есть устойчивое мнение, что как раз в национальные республики ежегодно вбухиваются миллиарды бюджетных рублей...

Авксентьев: Вы говорите о деньгах, которые идут на покрытие дефицита бюджетов, но они идут на что (формально я не говорю о том, куда они в итоге попадают) - нужно содержать школы, детские сады, общественный транспорт и прочую социальную инфраструктуру. А я говорю о вложениях в основной капитал. Крупных инвестиционных проектов, которые бы развили производства, на Кавказе было очень мало, считанные единицы. Инвестиционные деньги обтекают стороной регион. Получилось так: проблемы - здесь, капиталовложения - там.

Поэтому на Кавказе стали нарастать тенденции автаркии. Каждый регион счел своим долгом разработать собственные стратегии развития до 2020-го, а то и до 2030 года. Причем часто таким образом, что как будто бы не существует соседних территорий. В основном они ориентированы на развитие перерабатывающей промышленности и курортной зоны. Это все хорошо, но не позволит решить структурных проблем Кавказа.

и: Создать программу комплексного развития Кавказа - как раз первое, что пообещал Александр Хлопонин...

Авксентьев: Другого способа нет! Если будут совместные, трансрегиональные проекты, то по-новому станут притираться друг к другу республики, жители, русское население. Иначе все и дальше будут замыкаться в своих проблемах. Не уйдем мы от архаики, если в регионе не возникнет современных производств. Сегодня нужна ремодернизация экономики.

и: С чего Александру Хлопонину лучше начать, учитывая, что в ближайшие две недели будет сформирован аппарат нового полпреда?

Авксентьев: Конечно, со знакомства с регионом. Важно почувствовать ситуацию. Я бы считал очень важным, чтобы Александр Хлопонин встретился и с научным миром, выслушал наши позиции, причем по возможности в закрытом режиме. Опора на интеллектуальные силы региона, на мой взгляд, ему бы помогла.

и: А на советы старейшин может опереться "ответственный за Кавказ"?

Авксентьев: Да, это традиционные институты. Только надо иметь в виду, что советы старейшин не везде эффективны. Внутрирелигиозный раскол привел к тому, что молодежь уже не так, как раньше, воспринимает мнение старшего поколения. Последнее привержено к традиционному исламу, а неоваххабиты делают упор на молодое поколение.

и: Чего на Кавказе точно делать нельзя?

Авксентьев: Даже если шаг кажется потенциально очень эффективным, его нельзя совершать, если он несет в себе угрозу ухудшения в межнациональных отношениях. Полезной в этом смысле могла бы стать конфликтологическая служба при аппарате полпредства, она бы упреждающе просеивала предполагаемые еще решения на предмет их конфликтогенности. Кстати, начиная с 2008 года мы видим возобновившийся рост напряженности в межэтнических отношениях. Он уже не столь связан с сепаратизмом. Во многих республиках на первый план вышли проблемы влияния на передел собственности и этнического распределения власти. Хотя можно ожидать новые витки этносепаратизма уже в обозримом будущем.

и: Может ли спровоцировать его рост само создание Северо-Кавказского округа? Подчас звучит даже такое мнение...

Авксентьев: На данном этапе - нет. А вот в отдаленной перспективе это возможно, но будет зависеть не столько от создания округа, сколько от успешности, конкурентоспособности России как государства. Жить в России должно быть предпочтительно - вот основа борьбы с сепаратизмом. В противном случае, если будут предлагаться - как варианты - другие центры притяжения, этнический сепаратизм может поднять голову. Плюс он, конечно, будет раздуваться извне в преддверии Олимпиады-2014. Думаю, здесь постараются создать очаг напряженности по типу Тибета. Например, может стимулироваться сепаратизм адыгских народов через идею создания "Великой Черкесии", включающей в себя Адыгею, Кабарду, Черкесию и Абхазию. Как правило, это раскручивается не без подачи иностранных спецслужб, которые пытаются дестабилизировать ситуацию в ключевых регионах. Помните беспорядки в Тибете накануне Олимпиады в Пекине? И как они быстро утихли, как только Олимпиада прошла. А Кавказ геополитически не менее важен.
















Проблемы и перспективы нового федерального округа
Александра Белуза

С назначением Александра Хлопонина полпредом президента и вице-премьером, ответственным за Кавказ, эксперты заговорили о том, что власть меняет политику в регионе. Прежний "режим работы" - деньги в обмен на лояльность некоторых глав республик - уже не подходит. Нужно что-то другое. О том, что нам делать с этим тревожным регионом, корреспонденту "Известий" рассказал заведующий отделом социально-политических проблем Кавказа Южного научного центра РАН, вице-президент Международной ассоциации конфликтологов Виктор Авксентьев. Уже двадцать лет он изучает процессы, происходящие в этом регионе.

известия: Про Северный Кавказ часто говорят: здесь нужен особый подход. Чем этот регион отличается от остальных территорий?

Виктор Авксентьев: Прежде чем говорить о специфике, нужно отметить, что Северный Кавказ - достаточно глубоко интегрированная часть России. Важным этапом в жизни региона был советский период. Тогда прошла масштабная модернизация, возникли целые отрасли производства, скажем, в Дагестане был хорошо развит военно-промышленный комплекс - это совершенно изменило облик территории и отношения между людьми. Общесоветский уклад проник во все сферы кавказской жизни. Все-таки то, что мы называем советским народом, не было идеологической выдумкой.

Да, были и проблемы. Мне часто приходится общаться с теми, кто сам прошел через депортацию. Но даже они о советском периоде говорят, как правило, очень тепло. Потому что при всех проблемах в 1960-1970-е годы здесь удалось нормализовать жизнь. Ситуация сильно изменилась в постсоветский период. Самое страшное, что произошло на Кавказе с развалом СССР, - это демодернизация экономики. И прежде всего она произошла на востоке региона. Как иногда говорят, в "нерусской" его части.

и: Но ведь предприятия тогда рухнули везде...

Авксентьев: Да, но именно на Кавказе это имело, пожалуй, самые глубокие последствия. Во-первых, это вызвало отток из региона русского населения, которому просто негде стало работать. У русских не было системы выживания в новых условиях, в отличие от коренных жителей, связанных с сельским населением: кто-то подкармливал кого-то в этот тяжелый период. Но главное - в полном объеме возродились клановые связи, о которых президент говорит как об одной из наиболее острых проблем.

Вообще клановые связи присутствуют в какой-то степени во всей России, но на Кавказе они возродились как социальная структура, то есть больше, чем где-либо, и сегодня во многом определяют жизнь каждой республики. Почему? Потому что здесь они стали основой выживания людей. Эта система вызвана к жизни девяностыми годами, крахом экономики. Этнокланы - не что иное, как система выживания в сложные годы.



и: Это главная особенность Кавказа?

Авксентьев: Одна из главных. Вслед за демодернизацией экономики произошла архаизация общественной жизни. Ведь что такое этнокланы, как не возрождение почти ушедшей в советское время системы отношений?! Это влечет и гипертрофированный интерес к прошлому в ущерб осмыслению будущего. Мы видим исключительно важное значение исторического знания в менталитете современного северокавказского общества. Чего нет, кстати, у русских. Мы, как известно, в лучшем случае знаем себя до третьего поколения. Все-таки наш менталитет больше обращен в будущее, кавказский менталитет предполагает глубокое знание истории своей семьи, своего общества, и совместить это с представлениями о будущем бывает не всегда просто. Тоже специфика.

"Ислам здесь необычайно разнороден"

и: Масштабы безработицы на Кавказе действительно велики?

Авксентьев: Очень велики, но при этом практически все республики имеют квоты на привлечение иностранной рабочей силы. Парадокс, да? А потому что есть безработица, но есть и свободные рабочие места. Проблема в регионе была острой и в советское время. Просто тогда развита была система отходничества. Создавались шабашные бригады, которые выезжали на лето и строили по всей стране коровники, кошары, а зимой возвращались домой. Так что сегодня безработица - лишь один из факторов, который осложняет ситуацию на Кавказе. Подчеркиваю, он не единственный, а может быть, и не главный.

и: С Кавказа в основном идут сообщения о ликвидации бандгрупп, о преследовании правозащитников. А как здесь обычные люди живут, они боятся ходить по улицам?

Авксентьев: И такое бывает. Но территория большая, и процессы развиваются неоднородно. Центром всех проблем стала Ингушетия. И в Дагестане сложная ситуация. И там и там жизнь проникнута ощущением личной небезопасности. Это не значит, что все носят оружие, нет. Но молодые люди зачастую стремятся выехать за пределы региона на учебу или на заработки.

Кроме того, как система безопасности укрепляются клановые связи и происходит капсулирование общества. Ведь не обязательно всегда прятаться физически за высоким забором, можно замкнуться и в социальных связях. Ты находишься в своем мирке, не выходишь из него и делаешь свою жизнь более безопасной просто тем, что не пересекаешься с другими социальными группами. Но все-таки даже в этих сложных обстоятельствах большую часть жизни любой семьи составляют вопросы повседневности - тепло в доме, здоровье, как не потерять работу, дать образование детям и так далее.

В Кабардино-Балкарии, Северной Осетии - Алании, Карачаево-Черкесии и тем более в Ставропольском крае жизнь течет еще более обычным образом, по крайней мере, на поверхностный взгляд. Да, есть свои проблемы, но они скрыты. Мы, например, видим медленное расползание неоваххабизма в Карачаево-Черкесии. Причем не столько через экстремистские действия, как в Ингушетии и Дагестане, сколько через вполне мирное завоевание сторонников среди местного населения.

и: Но все равно через религию?

Авксентьев: Да. Религиозный ренессанс 90-х годов привел к тому, что религия стала одним из важнейших элементов политического процесса на Кавказе. Если мы вспомним начало чеченского конфликта - ведь там поначалу совершенно не было никакого религиозного фактора, а был типичный конфликт, основанный на этническом сепаратизме. Но туда постепенно и целенаправленно привносили ислам. Сам сепаратизм угас бы уже к середине 90-х годов.

Сегодня религия присутствует абсолютно во всех сферах жизни общества. Но когда говорят об исламизации Северного Кавказа, давайте сделаем остановку - о чем мы говорим. Ислам здесь необычайно разнороден. Здесь исторически сформировались своеобразные суфийские братства, и люди в одной деревне могут принадлежать к одному братству, в другой - к другому. То есть несколько видов ислама. То, что мы называем традиционным или народным исламом, он менее политизирован. Неоваххабизм, конечно, очень политизирован, из него и исходит то, что принято называть исламским экстремизмом. Он идет не из ислама, а из его определенных трактовок, скорее даже из определенного использования в конкретных целях.

и: А какую роль играет переплетение ислама с народными традициями, характерное для Кавказа?

Авксентьев: Это одна из глубочайших проблем. И один из главных аргументов, который используют неоваххабиты при завоевании сторонников. Они постоянно пытаются показать, что традиционный ислам не изжил из себя до конца элементы язычества. Собственно говоря, что такое ваххабизм? Это движение за чистоту ислама, за освобождение его от языческих и более поздних наслоений. Они чуть ли не на пальцах рассказывают про случаи сочетания религии с обычаями народов.

и: Та же кровная месть - норма шариата или как раз просто обычай?

Авксентьев: Последнее. Это исторически сложившееся явление, которое присутствовало во многих культурах, в том числе европейской. Кровная месть - это была система регулирования, какое-то время достаточно эффективная для поддержания структуры общества, но это было в Средневековье. Нельзя сказать, что сегодня это хоть каким-то образом определяет социокультурный облик народов. Да, архаизация, о которой я говорил, актуализирует в том числе и такие, казалось бы, ушедшие в прошлое явления. Но все равно это некий частный случай, который производит заметный эффект, но из которого нельзя делать политических выводов. Другие процессы уже происходят. Не надо делать страшилок из прежних особенностей. Нам нужно видеть события в контексте XXI века. Кстати, вспомните Сицилию 60-70-х годов прошлого столетия. Целая культура - повести, кинофильмы, сериалы - сформировалась вокруг мафии, кровной мести. И что же? Сегодня это один из самых динамично развивающихся регионов Европы.

"На Кавказе нарастают тенденции автаркии"

и: А как реагируют на Кавказе на расслоение населения на богатых и бедных, более остро, чем в центральной полосе?

Авксентьев: Я бы выделил не экономический, а культурный раздражитель. Те образы, которые преподносятся на телевидении, - глубоко чуждое для народов Кавказа явление. У них культ семьи, рода, дома. Поэтому пропаганда пошлости, насилия, полугреховности, все то, что мы видим на экране, воспринимается здесь острее, чем везде.

и: Но ведь смотрят...

Авксентьев: Смотрят, конечно. Но задаются вопросом: вы хотите, чтобы ваши дочери и жены были такими, как те, кого вы видите на экранах телевизора? Нет? Вывод - надо менять систему. Вот, кстати, еще один аргумент, с помощью которого неоваххабиты привлекают сторонников. Об этом мало говорят, но это очень серьезно.

и: Кавказ чувствует себя отрезанным от России?

Авксентьев: В определенной степени да. Например, не очень приятно, когда прилетаешь в Москву и как житель Ставрополья, видимо, неблагополучной территории, ты должен пройти досмотр не только на вылет, но и на прилет. Вот тогда и понимаешь, как чувствуют себя кавказцы, у которых на каждом шагу проверяют документы. У нас образ кавказца чуть ли не сродни бандиту. А ведь здесь огромный слой интеллигенции - врачи великолепные, свои писатели. По уровню людей с высшим образованием Кавказ занимает одно из ведущих мест в России.

Еще один элемент отчуждения - экономическая политика ушедших десятилетий. В этот период сформировался новый раскол на Юге России - экономический (и по сути по его линии пролегла граница нового округа). Дело в том, что все инвестиции "тучных лет" рекой потекли в Ростовскую область, Краснодарский край, а восточная часть региона, даже Ставропольский край, страдала от нехватки капиталовложений.



и: Наоборот, есть устойчивое мнение, что как раз в национальные республики ежегодно вбухиваются миллиарды бюджетных рублей...

Авксентьев: Вы говорите о деньгах, которые идут на покрытие дефицита бюджетов, но они идут на что (формально я не говорю о том, куда они в итоге попадают) - нужно содержать школы, детские сады, общественный транспорт и прочую социальную инфраструктуру. А я говорю о вложениях в основной капитал. Крупных инвестиционных проектов, которые бы развили производства, на Кавказе было очень мало, считанные единицы. Инвестиционные деньги обтекают стороной регион. Получилось так: проблемы - здесь, капиталовложения - там.

Поэтому на Кавказе стали нарастать тенденции автаркии. Каждый регион счел своим долгом разработать собственные стратегии развития до 2020-го, а то и до 2030 года. Причем часто таким образом, что как будто бы не существует соседних территорий. В основном они ориентированы на развитие перерабатывающей промышленности и курортной зоны. Это все хорошо, но не позволит решить структурных проблем Кавказа.

и: Создать программу комплексного развития Кавказа - как раз первое, что пообещал Александр Хлопонин...

Авксентьев: Другого способа нет! Если будут совместные, трансрегиональные проекты, то по-новому станут притираться друг к другу республики, жители, русское население. Иначе все и дальше будут замыкаться в своих проблемах. Не уйдем мы от архаики, если в регионе не возникнет современных производств. Сегодня нужна ремодернизация экономики.

и: С чего Александру Хлопонину лучше начать, учитывая, что в ближайшие две недели будет сформирован аппарат нового полпреда?

Авксентьев: Конечно, со знакомства с регионом. Важно почувствовать ситуацию. Я бы считал очень важным, чтобы Александр Хлопонин встретился и с научным миром, выслушал наши позиции, причем по возможности в закрытом режиме. Опора на интеллектуальные силы региона, на мой взгляд, ему бы помогла.

и: А на советы старейшин может опереться "ответственный за Кавказ"?

Авксентьев: Да, это традиционные институты. Только надо иметь в виду, что советы старейшин не везде эффективны. Внутрирелигиозный раскол привел к тому, что молодежь уже не так, как раньше, воспринимает мнение старшего поколения. Последнее привержено к традиционному исламу, а неоваххабиты делают упор на молодое поколение.

и: Чего на Кавказе точно делать нельзя?

Авксентьев: Даже если шаг кажется потенциально очень эффективным, его нельзя совершать, если он несет в себе угрозу ухудшения в межнациональных отношениях. Полезной в этом смысле могла бы стать конфликтологическая служба при аппарате полпредства, она бы упреждающе просеивала предполагаемые еще решения на предмет их конфликтогенности. Кстати, начиная с 2008 года мы видим возобновившийся рост напряженности в межэтнических отношениях. Он уже не столь связан с сепаратизмом. Во многих республиках на первый план вышли проблемы влияния на передел собственности и этнического распределения власти. Хотя можно ожидать новые витки этносепаратизма уже в обозримом будущем.

и: Может ли спровоцировать его рост само создание Северо-Кавказского округа? Подчас звучит даже такое мнение...

Авксентьев: На данном этапе - нет. А вот в отдаленной перспективе это возможно, но будет зависеть не столько от создания округа, сколько от успешности, конкурентоспособности России как государства. Жить в России должно быть предпочтительно - вот основа борьбы с сепаратизмом. В противном случае, если будут предлагаться - как варианты - другие центры притяжения, этнический сепаратизм может поднять голову. Плюс он, конечно, будет раздуваться извне в преддверии Олимпиады-2014. Думаю, здесь постараются создать очаг напряженности по типу Тибета. Например, может стимулироваться сепаратизм адыгских народов через идею создания "Великой Черкесии", включающей в себя Адыгею, Кабарду, Черкесию и Абхазию. Как правило, это раскручивается не без подачи иностранных спецслужб, которые пытаются дестабилизировать ситуацию в ключевых регионах. Помните беспорядки в Тибете накануне Олимпиады в Пекине? И как они быстро утихли, как только Олимпиада прошла. А Кавказ геополитически не менее важен.





















Проблемы и перспективы нового федерального округа

С назначением Александра Хлопонина полпредом президента и вице-премьером, ответственным за Кавказ, эксперты заговорили о том, что власть меняет политику в регионе. Прежний "режим работы" - деньги в обмен на лояльность некоторых глав республик - уже не подходит. Нужно что-то другое. О том, что нам делать с этим тревожным регионом, корреспонденту "Известий" рассказал заведующий отделом социально-политических проблем Кавказа Южного научного центра РАН, вице-президент Международной ассоциации конфликтологов Виктор Авксентьев. Уже двадцать лет он изучает процессы, происходящие в этом регионе.

известия: Про Северный Кавказ часто говорят: здесь нужен особый подход. Чем этот регион отличается от остальных территорий?

Виктор Авксентьев: Прежде чем говорить о специфике, нужно отметить, что Северный Кавказ - достаточно глубоко интегрированная часть России. Важным этапом в жизни региона был советский период. Тогда прошла масштабная модернизация, возникли целые отрасли производства, скажем, в Дагестане был хорошо развит военно-промышленный комплекс - это совершенно изменило облик территории и отношения между людьми. Общесоветский уклад проник во все сферы кавказской жизни. Все-таки то, что мы называем советским народом, не было идеологической выдумкой.

Да, были и проблемы. Мне часто приходится общаться с теми, кто сам прошел через депортацию. Но даже они о советском периоде говорят, как правило, очень тепло. Потому что при всех проблемах в 1960-1970-е годы здесь удалось нормализовать жизнь. Ситуация сильно изменилась в постсоветский период. Самое страшное, что произошло на Кавказе с развалом СССР, - это демодернизация экономики. И прежде всего она произошла на востоке региона. Как иногда говорят, в "нерусской" его части.

и: Но ведь предприятия тогда рухнули везде...

Авксентьев: Да, но именно на Кавказе это имело, пожалуй, самые глубокие последствия. Во-первых, это вызвало отток из региона русского населения, которому просто негде стало работать. У русских не было системы выживания в новых условиях, в отличие от коренных жителей, связанных с сельским населением: кто-то подкармливал кого-то в этот тяжелый период. Но главное - в полном объеме возродились клановые связи, о которых президент говорит как об одной из наиболее острых проблем.

Вообще клановые связи присутствуют в какой-то степени во всей России, но на Кавказе они возродились как социальная структура, то есть больше, чем где-либо, и сегодня во многом определяют жизнь каждой республики. Почему? Потому что здесь они стали основой выживания людей. Эта система вызвана к жизни девяностыми годами, крахом экономики. Этнокланы - не что иное, как система выживания в сложные годы.

и: Это главная особенность Кавказа?

Авксентьев: Одна из главных. Вслед за демодернизацией экономики произошла архаизация общественной жизни. Ведь что такое этнокланы, как не возрождение почти ушедшей в советское время системы отношений?! Это влечет и гипертрофированный интерес к прошлому в ущерб осмыслению будущего. Мы видим исключительно важное значение исторического знания в менталитете современного северокавказского общества. Чего нет, кстати, у русских. Мы, как известно, в лучшем случае знаем себя до третьего поколения. Все-таки наш менталитет больше обращен в будущее, кавказский менталитет предполагает глубокое знание истории своей семьи, своего общества, и совместить это с представлениями о будущем бывает не всегда просто. Тоже специфика.

"Ислам здесь необычайно разнороден"

и: Масштабы безработицы на Кавказе действительно велики?

Авксентьев: Очень велики, но при этом практически все республики имеют квоты на привлечение иностранной рабочей силы. Парадокс, да? А потому что есть безработица, но есть и свободные рабочие места. Проблема в регионе была острой и в советское время. Просто тогда развита была система отходничества. Создавались шабашные бригады, которые выезжали на лето и строили по всей стране коровники, кошары, а зимой возвращались домой. Так что сегодня безработица - лишь один из факторов, который осложняет ситуацию на Кавказе. Подчеркиваю, он не единственный, а может быть, и не главный.

и: С Кавказа в основном идут сообщения о ликвидации бандгрупп, о преследовании правозащитников. А как здесь обычные люди живут, они боятся ходить по улицам?

Авксентьев: И такое бывает. Но территория большая, и процессы развиваются неоднородно. Центром всех проблем стала Ингушетия. И в Дагестане сложная ситуация. И там и там жизнь проникнута ощущением личной небезопасности. Это не значит, что все носят оружие, нет. Но молодые люди зачастую стремятся выехать за пределы региона на учебу или на заработки.

Кроме того, как система безопасности укрепляются клановые связи и происходит капсулирование общества. Ведь не обязательно всегда прятаться физически за высоким забором, можно замкнуться и в социальных связях. Ты находишься в своем мирке, не выходишь из него и делаешь свою жизнь более безопасной просто тем, что не пересекаешься с другими социальными группами. Но все-таки даже в этих сложных обстоятельствах большую часть жизни любой семьи составляют вопросы повседневности - тепло в доме, здоровье, как не потерять работу, дать образование детям и так далее.

В Кабардино-Балкарии, Северной Осетии - Алании, Карачаево-Черкесии и тем более в Ставропольском крае жизнь течет еще более обычным образом, по крайней мере, на поверхностный взгляд. Да, есть свои проблемы, но они скрыты. Мы, например, видим медленное расползание неоваххабизма в Карачаево-Черкесии. Причем не столько через экстремистские действия, как в Ингушетии и Дагестане, сколько через вполне мирное завоевание сторонников среди местного населения.

и: Но все равно через религию?

Авксентьев: Да. Религиозный ренессанс 90-х годов привел к тому, что религия стала одним из важнейших элементов политического процесса на Кавказе. Если мы вспомним начало чеченского конфликта - ведь там поначалу совершенно не было никакого религиозного фактора, а был типичный конфликт, основанный на этническом сепаратизме. Но туда постепенно и целенаправленно привносили ислам. Сам сепаратизм угас бы уже к середине 90-х годов.

Сегодня религия присутствует абсолютно во всех сферах жизни общества. Но когда говорят об исламизации Северного Кавказа, давайте сделаем остановку - о чем мы говорим. Ислам здесь необычайно разнороден. Здесь исторически сформировались своеобразные суфийские братства, и люди в одной деревне могут принадлежать к одному братству, в другой - к другому. То есть несколько видов ислама. То, что мы называем традиционным или народным исламом, он менее политизирован. Неоваххабизм, конечно, очень политизирован, из него и исходит то, что принято называть исламским экстремизмом. Он идет не из ислама, а из его определенных трактовок, скорее даже из определенного использования в конкретных целях.

и: А какую роль играет переплетение ислама с народными традициями, характерное для Кавказа?

Авксентьев: Это одна из глубочайших проблем. И один из главных аргументов, который используют неоваххабиты при завоевании сторонников. Они постоянно пытаются показать, что традиционный ислам не изжил из себя до конца элементы язычества. Собственно говоря, что такое ваххабизм? Это движение за чистоту ислама, за освобождение его от языческих и более поздних наслоений. Они чуть ли не на пальцах рассказывают про случаи сочетания религии с обычаями народов.

и: Та же кровная месть - норма шариата или как раз просто обычай?

Авксентьев: Последнее. Это исторически сложившееся явление, которое присутствовало во многих культурах, в том числе европейской. Кровная месть - это была система регулирования, какое-то время достаточно эффективная для поддержания структуры общества, но это было в Средневековье. Нельзя сказать, что сегодня это хоть каким-то образом определяет социокультурный облик народов. Да, архаизация, о которой я говорил, актуализирует в том числе и такие, казалось бы, ушедшие в прошлое явления. Но все равно это некий частный случай, который производит заметный эффект, но из которого нельзя делать политических выводов. Другие процессы уже происходят. Не надо делать страшилок из прежних особенностей. Нам нужно видеть события в контексте XXI века. Кстати, вспомните Сицилию 60-70-х годов прошлого столетия. Целая культура - повести, кинофильмы, сериалы - сформировалась вокруг мафии, кровной мести. И что же? Сегодня это один из самых динамично развивающихся регионов Европы.

"На Кавказе нарастают тенденции автаркии"

и: А как реагируют на Кавказе на расслоение населения на богатых и бедных, более остро, чем в центральной полосе?

Авксентьев: Я бы выделил не экономический, а культурный раздражитель. Те образы, которые преподносятся на телевидении, - глубоко чуждое для народов Кавказа явление. У них культ семьи, рода, дома. Поэтому пропаганда пошлости, насилия, полугреховности, все то, что мы видим на экране, воспринимается здесь острее, чем везде.

и: Но ведь смотрят...

Авксентьев: Смотрят, конечно. Но задаются вопросом: вы хотите, чтобы ваши дочери и жены были такими, как те, кого вы видите на экранах телевизора? Нет? Вывод - надо менять систему. Вот, кстати, еще один аргумент, с помощью которого неоваххабиты привлекают сторонников. Об этом мало говорят, но это очень серьезно.

и: Кавказ чувствует себя отрезанным от России?

Авксентьев: В определенной степени да. Например, не очень приятно, когда прилетаешь в Москву и как житель Ставрополья, видимо, неблагополучной территории, ты должен пройти досмотр не только на вылет, но и на прилет. Вот тогда и понимаешь, как чувствуют себя кавказцы, у которых на каждом шагу проверяют документы. У нас образ кавказца чуть ли не сродни бандиту. А ведь здесь огромный слой интеллигенции - врачи великолепные, свои писатели. По уровню людей с высшим образованием Кавказ занимает одно из ведущих мест в России.

Еще один элемент отчуждения - экономическая политика ушедших десятилетий. В этот период сформировался новый раскол на Юге России - экономический (и по сути по его линии пролегла граница нового округа). Дело в том, что все инвестиции "тучных лет" рекой потекли в Ростовскую область, Краснодарский край, а восточная часть региона, даже Ставропольский край, страдала от нехватки капиталовложений.

и: Наоборот, есть устойчивое мнение, что как раз в национальные республики ежегодно вбухиваются миллиарды бюджетных рублей...

Авксентьев: Вы говорите о деньгах, которые идут на покрытие дефицита бюджетов, но они идут на что (формально я не говорю о том, куда они в итоге попадают) - нужно содержать школы, детские сады, общественный транспорт и прочую социальную инфраструктуру. А я говорю о вложениях в основной капитал. Крупных инвестиционных проектов, которые бы развили производства, на Кавказе было очень мало, считанные единицы. Инвестиционные деньги обтекают стороной регион. Получилось так: проблемы - здесь, капиталовложения - там.

Поэтому на Кавказе стали нарастать тенденции автаркии. Каждый регион счел своим долгом разработать собственные стратегии развития до 2020-го, а то и до 2030 года. Причем часто таким образом, что как будто бы не существует соседних территорий. В основном они ориентированы на развитие перерабатывающей промышленности и курортной зоны. Это все хорошо, но не позволит решить структурных проблем Кавказа.

и: Создать программу комплексного развития Кавказа - как раз первое, что пообещал Александр Хлопонин...

Авксентьев: Другого способа нет! Если будут совместные, трансрегиональные проекты, то по-новому станут притираться друг к другу республики, жители, русское население. Иначе все и дальше будут замыкаться в своих проблемах. Не уйдем мы от архаики, если в регионе не возникнет современных производств. Сегодня нужна ремодернизация экономики.

и: С чего Александру Хлопонину лучше начать, учитывая, что в ближайшие две недели будет сформирован аппарат нового полпреда?

Авксентьев: Конечно, со знакомства с регионом. Важно почувствовать ситуацию. Я бы считал очень важным, чтобы Александр Хлопонин встретился и с научным миром, выслушал наши позиции, причем по возможности в закрытом режиме. Опора на интеллектуальные силы региона, на мой взгляд, ему бы помогла.

и: А на советы старейшин может опереться "ответственный за Кавказ"?

Авксентьев: Да, это традиционные институты. Только надо иметь в виду, что советы старейшин не везде эффективны. Внутрирелигиозный раскол привел к тому, что молодежь уже не так, как раньше, воспринимает мнение старшего поколения. Последнее привержено к традиционному исламу, а неоваххабиты делают упор на молодое поколение.

и: Чего на Кавказе точно делать нельзя?

Авксентьев: Даже если шаг кажется потенциально очень эффективным, его нельзя совершать, если он несет в себе угрозу ухудшения в межнациональных отношениях. Полезной в этом смысле могла бы стать конфликтологическая служба при аппарате полпредства, она бы упреждающе просеивала предполагаемые еще решения на предмет их конфликтогенности. Кстати, начиная с 2008 года мы видим возобновившийся рост напряженности в межэтнических отношениях. Он уже не столь связан с сепаратизмом. Во многих республиках на первый план вышли проблемы влияния на передел собственности и этнического распределения власти. Хотя можно ожидать новые витки этносепаратизма уже в обозримом будущем.

и: Может ли спровоцировать его рост само создание Северо-Кавказского округа? Подчас звучит даже такое мнение...

Авксентьев: На данном этапе - нет. А вот в отдаленной перспективе это возможно, но будет зависеть не столько от создания округа, сколько от успешности, конкурентоспособности России как государства. Жить в России должно быть предпочтительно - вот основа борьбы с сепаратизмом. В противном случае, если будут предлагаться - как варианты - другие центры притяжения, этнический сепаратизм может поднять голову. Плюс он, конечно, будет раздуваться извне в преддверии Олимпиады-2014. Думаю, здесь постараются создать очаг напряженности по типу Тибета. Например, может стимулироваться сепаратизм адыгских народов через идею создания "Великой Черкесии", включающей в себя Адыгею, Кабарду, Черкесию и Абхазию. Как правило, это раскручивается не без подачи иностранных спецслужб, которые пытаются дестабилизировать ситуацию в ключевых регионах. Помните беспорядки в Тибете накануне Олимпиады в Пекине? И как они быстро утихли, как только Олимпиада прошла. А Кавказ геополитически не менее важен.
http://www.izvestia.ru/politic/article3138258/
08.02.10

[faruh]

Очень интересная и на мой взгляд объективная оценка ситуации на сев.Кавказе

[Темаркъ]

Подумать только!:eek:
В новом федеральном округе проживает всего 9 млн(!) человек,которые составляют
157 национальностей из 182,существующих в России.
Эт чёж получается? Остальные 25 нациолнальностей составляют остальную Россию?
Однако!:rolleyes:

[Ovod]

О том, что нам делать с этим тревожным регионом, корреспонденту "Известий" рассказал заведующий отделом социально-политических проблем Кавказа Южного научного центра РАН, вице-президент Международной ассоциации конфликтологов Виктор Авксентьев. Уже двадцать лет он изучает процессы, происходящие в этом регионе.

Похоже на то что он не изучает нашу ситуацию, а не посредственно разрабатывает её и руководит процессами . Наша наивность не знает границ.

[Сергей_Ингушевич]

3 комментария просто ни о чем:p

[Сергей_Ингушевич]

какие 157 национальностей проживают в новоиспеченном СКФО? черкесы, карачаевцы и абазины КЧР, кабардинцы и балкарцы КБР, ингуши, чеченцы, осетинцы (возможно дигорцы отдельно), 10 народов Дгестана + русские. какие 157? или имеется ввиду вообще национальности, например такие как англичане, греки т.д.? ну в таком случае в москве можно встретить представителя любого народа мира, а в мире по-моему 5 000 народов (пока еще)

[Железный дровосек]

какие 157 национальностей проживают в новоиспеченном СКФО? черкесы, карачаевцы и абазины КЧР, кабардинцы и балкарцы КБР, ингуши, чеченцы, осетинцы (возможно дигорцы отдельно), 10 народов Дгестана + русские. какие 157? или имеется ввиду вообще национальности, например такие как англичане, греки т.д.? ну в таком случае в москве можно встретить представителя любого народа мира, а в мире по-моему 5 000 народов (пока еще)

Спите спокойно, не отдельно.

[Ovod]

Ты меня справоцировал оставить ещё один коментарий. Изучая историю швейцарцев ,которые в своей основе представляют такие-же этнические группы как у нас на Кавказе, решили свою судьбу сами.Скажу больше что в разное время, предки всех швейцарцев жили в разных концах света. Ну например жили и в Персии, Кавказе, Крыму и т.д.Но в один момент вожди вот этих разных племён такого же горного края как и наш, включили мозги и 600 лет назад собрались за круглым столом, и решили создать конфедерацию,без титульных наций, кланов и царей, династий надуманных. Просто решили что выгодней не воевать а строить и заключили союз. Так по сей день и живут. Думаешь они плохо живут? Европейские горцы решили а Кавказские горцы чем глупее? А вот эта программа конкретно нас разводит снова, разделяй и властвуй. Выделено 10 миллиардов долларов! А сколько реально дойдёт до простого человека? И что он построит? Может я ощибаюсь?!

[Сергей_Ингушевич]

Согласен в той части, где говорится о разводе - всегда пытались нас разводить и пытаться никогда не перестанут, если что и изменится, то только то, что мы научимся этому сопротивляться. Не согласен про наивность, если говорить про большинство, не сказал бы что наивны. Плохие мы ученики конечно, но история нас кое чему таки учит.
Цель создания нового округа давно озвучена в прессе - отделение проблемных регионов. Как бы еще в составе России, но чуть по-дальше. Олимпиада как никак. Не каждый день случается.
А про Швейцарию - красивая сказка.

[Ovod]

Согласен в той части, где говорится о разводе - всегда пытались нас разводить и пытаться никогда не перестанут, если что и изменится, то только то, что мы научимся этому сопротивляться. Не согласен про наивность, если говорить про большинство, не сказал бы что наивны. Плохие мы ученики конечно, но история нас кое чему таки учит.
Цель создания нового округа давно озвучена в прессе - отделение проблемных регионов. Как бы еще в составе России, но чуть по-дальше. Олимпиада как никак. Не каждый день случается.
А про Швейцарию - красивая сказка.

Мне кажется что проблеммы у руководителей государства а не у регионов! Ладно, создали они этот округ и загнали в круг Дагестан, Ингушетию, Кабардино-Балкарию , Карачаево-Черкессию, Северную Осетию, Чечню и Ставропольский край. Пятигорск сделали центром. А где Адыгея? Там что нет проблемм? Или Адыгею решили упразднить? А насчёт олимпиады ты прав, да все эти телодвижения ради и вокруг олимпиады.. Они что не понимают что все знают где находится Сочи? Сказать что Сочи находится в Южном округе, на Юге России, а Северо Кавказский Округ это за 10000 км дальше от Сочи? :p Типа там стреляют а не в Сочи:p С картой мало кто дружит, не все знают историю чтобы понять, что Сочи и есть Северный Кавказ! Но есть одно но... Кремль оставляет за собой какое-то окно для более глобальных действий после олимпиады. И нам надо смотреть дальше чем на 4 года.


А про Швейцарию -красивая сказка

Щвейцария -это и есть сказка.

[Сергей_Ингушевич]

После Олимпиады все очень просто, Адыгея будет поглощена Краснодарским краем, а СКФО объединится в единый регион РФ и войдет в ЮФО. Ну, это по замыслу проектировщиков. А как там более менее правдоподобно сложится они как всегда и не догадываются

[Ovod]

После Олимпиады все очень просто, Адыгея будет поглощена Краснодарским краем, а СКФО объединится в единый регион РФ и войдет в ЮФО. Ну, это по замыслу проектировщиков. А как там более менее правдоподобно сложится они как всегда и не догадываются

Это похоже на традиционную Российскую политику.

[Любопытный]

Битва за "исламский пояс". Кремлевские группировки борются за контроль над мусульманскими республиками России

Борьба за власть между двумя основными политическими группировками в Кремле перекинулась на российские мусульманские регионы. Каждая из них стремится переиграть другую, чтобы усилить свое влияние в местах компактного проживания мусульман – на Северном Кавказе, а также в Татарстане и Башкортостане. Между тем, такая борьба за власть может привести к росту активности боевиков-исламистов или, как минимум, усилению анти-кремлевских настроений в этих ключевых для России регионах.

Несколько последних лет соперничество между российским вице-премьером Игорем Сечиным и заместителем руководителя администрации президента Владиславом Сурковым заключалось в том, что обе группировки стремились расставить своих сторонников на ключевых постах в Кремле, а также стратегических отраслях экономики. Эту борьбу держал под контролем, главным образом, премьер-министр Владимир Путин, который понимает необходимость баланса между двумя группировками и их силовыми составляющими. У Сечина это националистически настроенные «силовики» и Федеральная служба безопасности (ФСБ), у Суркова – нацеленные на бизнес «цивилики» (к которым относится и президент России Дмитрий Медведев) и военная разведка (ГРУ).

Но Сурков и Сечин стремились не только установить контроль над ключевыми точками в политике и экономике, но и приобрести инструменты влияния, которые могли бы помочь им в предстоящей борьбе за власть. Один из таких инструментов – это контроль стратегически важных мусульманских регионов России.

Мусульмане составляют около 12 процентов населения России, но они компактнот расселены в республиках, территории которых протянулись от Кавказа до Центральной России – точно к северу от Центральной Азии. Мусульманские группировки и республики обладают огромной силой, поскольку контролируют боевиков различного толка и находятся в важнейших геостратегических местах, многие из которых еще и очень богаты природными ресурсами.

Однако контролировать мусульманские регионы намного сложнее, чем просто расставить сторонников на ключевые позиции в министерствах и компаниях. Каждый из мусульманских регионов имеет специфические, часто очень деликатные и опасные проблемы, и даже в лучшие времена (в годы Советской власти, когда государство было очень сильно) Москве было очень непросто с ними разбираться.

Кавказ

Состоящий из семи республик российский Северный Кавказ с его боевиками и сепаратистами - это больная мозоль Кремля. После распада СССР Россия вела там две кровопролитные войны – в основном, в Чечне, но с последующим распространением конфликта по всему региону.

Один раунд поединка за контроль над Чечней уже состоялся, его выиграла группа Суркова. Будучи наполовину чеченцем, Сурков во время второй чеченской кампании тесно сотрудничал с Путиным и Сечиным, стремящимися локализовать боевиков и создать пророссийскую группировку в Чечне. Сурков смог добиться лояльности чеченских президентов Ахмада и Рамзана Кадыровых и, соответственно, 40-тысячной армии чеченских силовиков, большинство из которых в прошлом были боевиками, но перешли на пророссийские позиции.

Контроль над Чечней, конечно, вещь нестабильная, этот регион веками создавал проблемы для российских властей, но способность Суркова держать эту нестабильность под контролем и пользоваться лояльностью закаленных в двух войнах бойцов – это очень мощный инструмент. Группировка Сечина пыталась ослабить этот контроль и заменить Кадырова, но эти попытки были блокированы Путиным, для которого стабильность в Чечне дороже, чем маневры, способные привести к дисбалансу сил в Кремле.

Но ценность представляет не только стабильность в Чечне как таковая. Кавказ – важнейшая транзитная территория, через которую могут транспортироваться нефть и газ Каспийского региона, кроме того, в Чечне есть и собственные запасы углеводородного сырья. Более того, чеченские бойцы могут быть эффективно использованы в случае возникновения конфликтов на Северном Кавказе и даже в Закавказье, например, в Грузии или Азербайджане, что является дополнительным преимуществом группировки Суркова.

Эта группировка сделала недавно очередной ход, поставив своего сторонника на должность, созданную президентом Медведевым. Теперь красноярский губернатор Александр Хлопонин будет надзирать над Чечней, Дагестаном, Ингушетией, Карачаево-Черкесией, Кабардино-Балкарией и Северной Осетией.

Татарстан и Башкортостан

Они также оказались затронуты борьбой кремлевских кланов. Эти две автономные республики, расположенные в «исламском поясе» России и в непосредственной близости к ее центру, высоко ценят и ревностно оберегают свой суверенитет. Татарстан имеет склонность к тому, чтобы доминировать над Башкортостаном, он настолько силен, что даже во времена правления Путина Казань получала такие преференции, о которых остальные субъекты федерации не могли даже и мечтать.

Татарстан с Башкортостаном нужны не для обеспечения стабильности на рубежах России и не для манипулирования группами боевиков, но для контроля огромных запасов углеводородного и минерального сырья. К тому же Татарстан и Башкортостан являются воротами в Сибирь и Центральную Азию.

Бессменный президент Татарстана Минтимер Шаймиев часто выступал с критическими замечаниями в адрес Кремля, являясь при этом членом партии «Единая Россия». Новым президентом Татарстана стал премьер-министр республики Рустам Минниханов, кандидатуру которого поддерживали Сурков и Медведев, тогда как, по информации наших источников в Москве, другая группировка желала видеть главой Татарстана лояльного Сечину министра внутренних дел России Рашида Нургалиева.

Смена власти в Татарстане уже произошла, и теперь обе группировки сосредоточили свое внимание на соседнем Башкортостане, где также бессменный президент Муртаза Рахимов, по слухам, собирается в отставку. Рахимов также открыто критиковал политику Кремля, в частности, в 2009 году он говорил, что Москва не должна командовать ни Башкортостаном, ни Татарстаном. По некоторым сведениям, список кандидатов на место Рахимова уже направлен Медведеву и Путину: кандидатом Суркова является бывший заместитель министра экономики Андрей Шаронов, кандидатом Сечина – член Совета Федерации Рудик Искужин. Наши источники сообщают, что приготовления к смене власти в республике уже начались, например, из силовых структур начали убирать сотрудников, могущих оказаться в оппозиции предстоящим переменам.

Попытки кремлевских группировок усилить контроль над мусульманскими регионами могут вызвать ответную реакцию со стороны мусульманского населения. Неважно, в какой именно республике начнутся проблемы – в Татарстане, Башкортостане или на Северном Кавказе. Исторически сложилось, что остальные приходят на помощь единоверцам, поскольку внутри этнических и религиозных меньшинств России существует сильное чувство родства. Например, в прошлом относительно богатые и благополучные татары оказывали политическую поддержку Башкортостану и помогали деньгами непримиримым сепаратистам на Кавказе.

Таким образом, Путину предстоит опять постараться, чтобы соперничество между Сурковым и Сечиным не нанесло урон стабильности в России. Однако надо сказать, что борьба за влияние в мусульманских регионах гораздо более чревата выходом процесса из под контроля, чем войны группировок на всех других фронтах.

stratfor.com

[Любопытный]

Александр Хлопонин поднимет Кавказ льготами
// Полпред намерен добиваться создания особых зон


http://www.kommersant.ru/Issues.photo/DAILY/2010/031W/KMO_113633_00004_1_t207.jpg



Для привлечения инвестиций в кавказские республики в регионе следует создавать "особые зоны", на территории которых должны предоставляться налоговые льготы. Об этом заявил вчера полпред президента в Северо-Кавказском федеральном округе Александр Хлопонин. Эксперты полагают, что полпред избрал слишком "стереотипный ход", который не решит реальных проблем округа.

Президентский полпред прибыл вчера в Северную Осетию. Сегодня он проведет совещание с членами правительства республики, чтобы обсудить "социально-экономическую ситуацию в регионе". Говоря о привлечении инвестиций, господин Хлопонин заявил, что намерен добиваться "создания особых зон, где будут предоставляться льготы по федеральным налогам". Это, по мнению полпреда, позволит снизить сроки окупаемости уже реализованных проектов с 28 лет до 8 лет. Особое внимание, полагает полпред, нужно уделить развитию инфраструктуры, на что он планирует привлекать дополнительные федеральные ресурсы. Помимо того, как обещает полпред, проекты, осуществляемые в северокавказских регионах, будут иметь государственные гарантии, но при условии, что "проекты будут качественные и подготовленные".

Вообще-то для Северо-Кавказского федерального округа (СКФО) требуются в первую очередь такие "способы решения проблем" и такие проекты, которые могли бы обеспечить занятость населения, заявил "Ъ" сопредседатель Совета по национальной стратегии Иосиф Дискин. "Особые зоны льготного налогообложения", напоминает он, уже существовали, в частности, на территории Ингушетии в 1994-1999 годах прошлого века, но занятости не обеспечили. Правда, в те годы, по словам господина Дискина, "особая зона не была эффективной, потому что налоговые органы работали неэффективно". Теперь налоговики эффективно контролируют финансовые потоки. Тем не менее, подчеркивает эксперт, эффективность бюджетных вложений "на Северном Кавказе фантастически низкая". И потому, чтобы "предотвратить разворовывание", полпреду Хлопонину, по прогнозу господина Дискина, придется приглашать в "особые зоны налоговиков из других регионов, точно так же, как в Чечню направляют милиционеров из других регионов".

Кроме того, предупреждает эксперт, придется "разрабатывать довольно сложные процедуры", чтобы не повторилась ингушская ситуация 90-х, когда предприятие (чтобы иметь налоговые льготы) юридически было зарегистрировано в Ингушетии, но фактически находилось и производило продукцию совсем в другом регионе страны. В силу всего этого особые зоны, как считает Иосиф Дискин, "слишком стереотипный ход", который вряд ли решит проблемы "столь специфического региона".

"Черной дырой бюджета", как это было в 90-е годы, особые зоны теперь, возможно, не станут, пояснила "Ъ" директор региональных программ Независимого института социальной политики Наталья Зубаревич. Но и устойчивого развития Северный Кавказ, по ее мнению, не получит, точно так же, как не имеет ее Калининградская область, имеющая сейчас статус особой зоны. В лучшем случае, по ее прогнозу, СКФО повторит судьбу Чукотского автономного округа, для которого в свое время Роман Абрамович, будучи губернатором (2000-2008 годы), тоже добился налоговых льгот на определенный период. За счет этого, напоминает она, годовой бюджет "Чукотки в считаные годы вырос с 2,5 млрд до 16 млрд руб.". Но как только льготный период закончился, доходы в чукотский региональный бюджет сократились так же резко, как в свое время выросли. И теперь эти "выпавшие доходы" Чукотке компенсирует федеральный бюджет.

Впрочем, окончательного решения в пользу особых зон Александр Хлопонин еще не принял. Полпред вчера сообщил, что в ближайшее время он намерен "ознакомиться с налоговыми поступлениями и бюджетной ситуацией", чтобы иметь полное представление об экономическом состоянии всех республик, входящих в СКФО.
http://www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=1327191

[omar]

Эксперты правильно считают, эти зоны не решат проблем простых жителей республик.. Малый и средний бизнес развивается с огромным трудом. Логичнее открыть беспроцентные банки, как в исламских странах. Инвестиции можно ждать много лет и так и не дождаться. Богатство любой республики это её народ. И он сам создаст своё изобилие..

[omar]

Хлопонин думает только о личном обогощении, для этого нужны «особые зоны))..

[Железный дровосек]

Для привлечения инвестиций в кавказские республики в регионе следует создавать "особые зоны", на территории которых должны предоставляться налоговые льготы.

Такая зона уже была в Ингушетии.

[висмар]

Хлопонин думает только о личном обогощении, для этого нужны «особые зоны))..
Он скорее исполнитель воли хозяина, как в свое время Микаил.

[Железный дровосек]

Он скорее исполнитель воли хозяина, как в свое время Микаил.

Микаэл, может.

[Любопытный]

Такая зона уже была в Ингушетии.

Черт ты. Кстати, в "ингушской" зоне соучредителями были и твои землячки-маздакиты.
Так что и вы от этой зоны тоже неплохо покормились, в частности ваш Балоев вместе с Гуцериевым совместно учреждали БИН, который и контролировал, вернее разворовывал зону.

[Железный дровосек]

Черт ты. Кстати, в "ингушской" зоне соучредителями были и твои землячки-маздакиты.
Так что и вы от этой зоны тоже неплохо покормились, в частности ваш Балоев вместе с Гуцериевым совместно учреждали БИН, который и контролировал, вернее разворовывал зону.

Так чем тогда лучше маздакит Баллоев аланца-скифо-сармата-галгая-дурдзукита Гуцериева?

[Любопытный]

Так чем тогда лучше маздакит Баллоев аланца-скифо-сармата-галгая-дурдзукита Гуцериева?

Ничем. Но ты ведь хотел сказать, что ингуши разворовывали зону? А я говорю, что и вы с "ингушской" зоны неплохо прикармливались. Так что лучше сначала вынь бревно из своего глаза, прежде чем искать его в чужом глазу.

[Железный дровосек]

Ничем. Но ты ведь хотел сказать, что ингуши разворовывали зону? А я говорю, что и вы с "ингушской" зоны неплохо прикармливались. Так что лучше сначала вынь бревно из своего глаза, прежде чем искать его в чужом глазу.

Овсетинцы же не построили новый город в нищей республике...

[Любопытный]

Овсетинцы же не построили новый город в нищей республике...

Строительство городка велось за счет российского бюджета, а не за счет зоны.
Кстати, взамен этого городка, строящегося за деньги российских налогоплательщиков, осетины получили мараторий на претензии от гуцериева-аушева на Западную Ингушетию и в особенности на правобережную часть Орджоникидзе. Так что и с этого городка маздакиты урвали неплохо.
Так что лучше вынь сначала бревно, а потом побеседуем.

[Железный дровосек]

Строительство городка велось за счет российского бюджета, а не за счет зоны.
Кстати, взамен этого городка, строящегося за деньги российских налогоплательщиков, осетины получили мараторий на претензии от гуцериева-аушева на Западную Ингушетию и в особенности на правобережную часть Орджоникидзе. Так что и с этого городка маздакиты урвали неплохо.
Так что лучше вынь сначала бревно, а потом побеседуем.

Давай беседовать. Но не здесь. На правах хозяина дай ссылку на тему.

[omar]

Он скорее исполнитель воли хозяина, как в свое время Микаил.

Хлопонин творческий и талантливый бизнесмен. Это знает хозяин (элита российской власти). Амбициозный Хлопонин, хочет проникнуть в эту элиту. Хозяин не против, но при одном условии :надо наладить денежные поступления в карманы хозяев из Северо - Кавказского региона. (надоело кормить дармоедов ). Необходимыми полномочиями Хлопонина наделили. Возможно Хлопонин будет наваривать больше, чем в Красноярском крае, и в свой карман, и в карман хозяина. Найти этот источник денежных поступлений, распахать эту целину ( СКФО), для Хлопонина не составит особого труда. Есть своя боевая команда, с кем рубили капусту на различных экономических фронтах. Команда проверенная, часто сторонники становятся врагами. В команде есть выпускники Северо-Кавказского горно-металлургического института. Могу только пожелать удачи ребятам.

[штабс-капитан Магас]

Овсетинцы же не построили новый город в нищей республике...

Оситинцы не построили и никогда не строили, они лишь заселились в ингушский город.

[Магомедовна]

Микаэл, может.

Не-а, он с недавних пор МиХаил.
А Хлопонин...боюсь, С.Кавказ ста (л)нет частью бизнеса, т.с. экономическим проектом.

[Магомедовна]

Хлопонин творческий и талантливый бизнесмен. Это знает хозяин (элита российской власти). Амбициозный Хлопонин, хочет проникнуть в эту элиту. Хозяин не против, но при одном условии :надо наладить денежные поступления в карманы хозяев из Северо - Кавказского региона. (надоело кормить дармоедов ). Необходимыми полномочиями Хлопонина наделили. Возможно Хлопонин будет наваривать больше, чем в Красноярском крае, и в свой карман, и в карман хозяина. Найти этот источник денежных поступлений, распахать эту целину ( СКФО), для Хлопонина не составит особого труда. Есть своя боевая команда, с кем рубили капусту на различных экономических фронтах. Команда проверенная, часто сторонники становятся врагами. В команде есть выпускники Северо-Кавказского горно-металлургического института. Могу только пожелать удачи ребятам.

А что это за институт горно-металлургический? Там кого готовят?

[Железный дровосек]

А что это за институт горно-металлургический? Там кого готовят?

Странно, что вы не знаете об СКГМИ, расположенном в "ингушском Буро".

[висмар]

Странно, что вы не знаете об СКГМИ, расположенном в "ингушском Буро".
А что странного? Пока мы "загорали" в Казахстане, вы всё переименовали на свой лад.
Может быть ты о рабфаке говоришь?

[Магомедовна]

Странно, что вы не знаете об СКГМИ, расположенном в "ингушском Буро".


Здорово, что не только юр.фак. С-Петербургского Университета выпускает "нужных" людей, но и наш ВУЗ.

[omar]

А что это за институт горно-металлургический? Там кого готовят?

Выпускники СКГМИ работают на многих рудниках и карьерах России и стран СНГ.

[Ваш знакомый]

Северная Осетия - особая экономическая зона. Полпред Хлопонин проводит в республике совещание.
24 февраля 2010

Полпред президента в Северо-Кавказском федеральном округе Александр Хлопонин 24 февраля проведет совещание с руководством республики по вопросам социально-экономической ситуации в регионе.

"Для меня все регионы являются первыми и важными. Безусловно, Северная Осетия играет очень серьезную роль в СКФО", - цитирует Интерфакс.

Хлопонин, прибывший 23 февраля в Северную Осетию, заявил о необходимости создания особых экономических зон с льготами по федеральным налогам, что, по мнению полпреда, поможет регионам Северного Кавказа привлекать инвестиции и сократить сроки окупаемости реализованных проектов с 28 лет до 8 лет.

"Южный Федеральный пресс-центр"
http://www.u-f.ru/ru/Archive/2010/2/6/News/ID_24711

[Любопытный]

Северная Осетия - особая экономическая зона.

"Для меня все регионы являются первыми и важными. Безусловно, Северная Осетия играет очень серьезную роль в СКФО", - цитирует Интерфакс.

Кто бы сомневался? Осетинцы у него в команде в огромном количестве. Не удивлюсь если и жена у него осетинка или мать.
Везде успевают эти маздакиты. Даже Шпака в свое время прибрали к рукам.
Даже наша бывшая первая леди Шпаковна осетинская родственница. Не удивительно, что нам назначили Евкурова что бы осетинские вопросы было легче решать.

[штабс-капитан Магас]

А потом они удивляются, что люди берутся за оружие.

[omar]

Северная Осетия - особая экономическая зона. Полпред Хлопонин проводит в республике совещание.
24 февраля 2010

Полпред президента в Северо-Кавказском федеральном округе Александр Хлопонин 24 февраля проведет совещание с руководством республики по вопросам социально-экономической ситуации в регионе.

"Для меня все регионы являются первыми и важными. Безусловно, Северная Осетия играет очень серьезную роль в СКФО", - цитирует Интерфакс.

Хлопонин, прибывший 23 февраля в Северную Осетию, заявил о необходимости создания особых экономических зон с льготами по федеральным налогам, что, по мнению полпреда, поможет регионам Северного Кавказа привлекать инвестиции и сократить сроки окупаемости реализованных проектов с 28 лет до 8 лет.

"Южный Федеральный пресс-центр"
http://www.u-f.ru/ru/Archive/2010/2/6/News/ID_24711

Хлопонин хорошо ознакомился со сценарием. Раскроет - ли он весь свой талант в этом театре ужасов-(СКФО). И один вопрос Хлопонину -- Как ему представляется роль Ингушетии.??

[berkut001]

[QUOTE=Ваш знакомый;75653]
Северная Осетия - особая экономическая зона. Полпред Хлопонин проводит в республике совещание.
24 февраля 2010

Полпред президента в Северо-Кавказском федеральном округе Александр Хлопонин 24 февраля проведет совещание с руководством республики по вопросам социально-экономической ситуации в регионе.

"Для меня все регионы являются первыми и важными. Безусловно, Северная Осетия играет очень серьезную роль в СКФО", - цитирует Интерфакс.

Хлопонин, прибывший 23 февраля в Северную Осетию, заявил о необходимости создания особых экономических зон с льготами по федеральным налогам, что, по мнению полпреда, поможет регионам Северного Кавказа привлекать инвестиции и сократить сроки окупаемости реализованных проектов с 28 лет до 8 лет.

в ингушетии эти льготы на фед. налоги тоже вводили, но нужно признать, что с умом для республики этими льготами ни кто не воспользоволся. Было зарегистрированно куча предприятий которые по док-ам находятся в ингушетии и пользуьтся этими льготами, а по факту они работали в подмосковье.

[Любопытный]

Кадры из центра и Осетии

Завершается формирование команды полпреда Александра Хлопонина. Его заместителем по экономике станет чиновник федерального правительства, а замом по силовому блоку — генерал ФСБ

Заместителем полпреда Северо-Кавказского округа (СКФО), курирующим экономические вопросы, будет назначен замначальника правительственного департамента промышленности Максим Быстров, сообщили сотрудники полпредства и аппарата правительства. Документ о его приеме на работу еще не подписан, однако Быстров уже фактически приступил к исполнению обязанностей, сказал чиновник аппарата правительства.

Опыт 45-летнего Быстрова на 90% подходит под проблемы, которыми ему предстоит заниматься в СКФО, говорит человек, близкий к полпредству. В качестве замминистра регионального развития (2007-2008 гг.) он создавал инвестфонд и курировал «Олимпстрой», а до этого был замруководителя Федерального агентства по управлению особыми экономическими зонами (ОЭЗ). На совещании по развитию округа 27 февраля Хлопонин предложил изменить для нужд Северного Кавказа законодательство об ОЭЗ, привлекать инвесторов, а также трудоустраивать жителей Кавказа на крупных стройках за пределами округа.

В правительстве Быстров занимался электроэнергетикой. Предварительный анализ показал, что основные отрасли экономики округа — это туризм, сельское хозяйство и энергетика, а промышленности, за исключением производства стройматериалов, почти нет, отмечает собеседник «Ведомостей», близкий к полпредству. По его словам, хотя есть соблазн привлекать на Кавказ инвесторов, используя личные связи Хлопонина, основная экономическая задача сложнее: создать условия, чтобы в округе появился бизнес. На февральском совещании в Северной Осетии Хлопонин заявил, что выступает за развитие системы каскадных гидроэлектростанций, что поможет сделать регион энергосамообеспеченным.

Заместителем Хлопонина по силовому блоку вопросов назначен начальник УФСБ по Северной Осетии генерал-майор Владимир Швецов, сообщили источник, близкий к ФСБ, и сотрудник полпредства. По словам Андрея Солдатова из центра «Агентура», на прежней должности Швецов должен был иметь выход на руководителей всех северокавказских республик, поскольку Северная Осетия — главная база российских спецслужб в регионе. Во время службы в Северной Осетии Швецов отметился тем, что одна из горных вершин была названа в честь 90-летия органов безопасности, а также возглавил местную федерацию волейбола — тогдашний директор ФСБ Николай Патрушев был руководителем всероссийской федерации этого вида спорта, отмечает эксперт.

Остальные два заместителя Хлопонина — Юрий Олейников и Вадим Паршин занимаются соответственно внутренней политикой и административно-хозяйственными вопросами, говорит близкий к полпредству чиновник. По его словам, число замов может увеличиться, а что касается штатной численности полпредства, то она составит в итоге несколько десятков человек: поскольку численность госслужащих наращивать нельзя, полпредства СКФО и Южного округа поделили штат последнего пропорционально численности регионов, входящих в каждый из округов.
http://www.vedomosti.ru/newspaper/article/2010/03/09/227487

[Крымова]

Говорят, от нашей республики, в качестве кандидата в аппарат представили Дударова.

[Любопытный]

Москва теряет позиции на Северном Кавказе - А.Малашенко
Автор: ingnews.ru
14.03.2010 20:32
На Северном Кавказе царит фрустрация, разочарование и недостаток стабильности, повсеместная коррупция. Об этом 12 марта в Ереване, выступая на семинаре НАТО Roth Rose, заявил представитель Московского центра фонда Карнеги Алексей Малашенко. По его словам, на Северном Кавказе каждый день гибнут люди, что является результатом плохого управления. "Москва теряет позиции в этом регионе, федеральный закон не работает", - заявил он. В числе актуальных проблем Малашенко назвал "исламизацию и шариатизацию общества". "Они не говорят о сепаратизме, они хотят жить в составе РФ, но по законам шариата. В Кремле иногда понимают происходящее, иногда нет. Они создали новый федеральный округ, назначили сибиряка постпредом президента России.

Новоназначенный чиновник многое обещал, но никто не знает, как он будет работать. Пока что он ничего не сделал, пока он только установил более или менее хорошие отношения с местными президентами", - заявил эксперт.

Говоря о влиянии ситуации вокруг Южной Осетии и Абхазии на процессы на Северном Кавказе, Малашенко отметил, что признание этих стран стало большой проблемой для региона.

Эксперт подчеркнул, что политическая элита северокавказских республик не понимает, почему Россия решает быстро и эффективно финансовые проблемы Сухума и Цхинвала, но не может также быстро решить финансовые проблемы этого региона, не выделяет достаточно средств на развитие. "Вообще Осетия является большой головной болью для всех.

В Северной Осетии не рады разговорам о возможном объединении с Южной Осетией", - заметил он. Резюмируя вышеуказанное, Малашенко заявил, что если ситуация на Северном Кавказе не изменится в течение 1-2 лет, то "мы должны быть готовы к серьезной вспышке очень острых проблем".
http://ingnews.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=6216:2010-03-14-17-35-58&catid=7:unsorted#yvComment

[Магомедовна]

Признание только Россией и еще там парой-тройкой пустых государств, не говорит о том, что Ю-Осетия и Абхазия живут на политической карте государств мира, как отдельные единицы. Если Абхазия выстраивает свои отношения более-менее ровно, то варварское и агрессивное поведение Ю-Осетии, есть не менее, чем вызов мировому сообществу. Государствами эти республики не станут никогда, а вот России подкакали (простите) здорово.