Россию захлестнул бандитизм страшнее 1990-х
Мафиозные структуры срослись с местными правоохранительными органами, а местная власть зачастую состоит из лидеров мафиозных структур
Кровавая бойня произошла 21 января в Ставрополе: тела восьми человек с огнестрельными ранениями были найдены в гараже одного из частных домов по улице Мичурина этого краевого центра. По неофициальным данным, неизвестные жестоко расправились с местным «вором в законе» Владимиром Слезаревым (по другим данным, Слизаев) по кличке Хан. Погиб сам Хан, а также его любовница, дети, конюх и приближенные к нему люди. Жертв массовой расправы предположительно загнали в гараж на первом этаже дома, после чего расстреляли из пистолета.
Обнаружены два выживших ребенка – месячная внучка погибшего хозяина дома и восьмилетний мальчик. Дети были блокированы в одной из комнат на втором этаже. Уходя, преступники повредили газовую колонку. Видимо, они рассчитывали, что взрыв газа убьет и последних оставшихся в живых свидетелей массовой расправы.
По неофициальным сведениям, Слезарев ранее был «смотрящим» по городу, но вроде бы вольно распоряжался деньгами «общака», и по решению сходки был отстранен. В 2003 году на него было совершено покушение. Джип Слизаева был обстрелян из автомата Калашникова. Тогда была убита жена Хана, а сам предприниматель, получивший пулевое ранение в голову, несколько месяцев провел в больнице...
В связи с массовым убийством в Ставрополь вылетел председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин. Об этом сообщил официальный представитель СК РФ Владимир Маркин. «Вместе с председателем Следственного комитета вылетит группа криминалистов центрального аппарата СК РФ для организации помощи в расследовании. Для расследования этого убийства будет сформирован штаб», - сказал Маркин.
Между тем, власти Ставрополья призвали не сравнивать массовые убийства в Кущевской и в столице края. Об этом заявил зампред правительства края по безопасности Сергей Ушаков. «Массовому убийству в Кущевской предшествовала серия преступлений, затем выяснилось, что была сеть преступлений, не раскрытых в течение нескольких лет. У нас оснований сравнивать и проводить параллели с Кущевской нет», – сказал Ушаков.
Почему Россию захлестывает бандитизм, рассуждает советник председателя Конституционного Суда РФ, член Совета по внешней и оборонной политике (СВОП), генерал-майор милиции Владимир Овчинский.
«СП»: – Владимир Семенович, о чем говорит эта бойня?
– Кущевка показала, что количество переходит в качество: организованная преступность, о которой все забыли, громко о себе напомнила. Нарывы бандитизма начали прорываться еще до Кущевской. Сначала был рок-фестиваль в Миассе, где вооруженная банда, больше 100 человек, ворвалась на фестиваль и стала избивать людей. Это было типичным проявлением организованной преступности. Потом был Березовск Свердловской области, где банда Козаева несколько лет терроризирована город. Кончилось тем, что бандиты принялись избивать посетителей кафе, и напали на наряд милиции, который прибыл на защиту граждан. Милиция тогда вынуждена была применить оружие, главарь банды был убит, а бандиты устроили беспорядки в городе.
Это все – 2010-й год. Кончились эти события Кущевской, а после нее пошел Гусь-Хрустальный, а потом события в Кузбассе. В Кузбассе, напомню, показали видеопленку от августа 2010 года, на которой вооруженная банда – как теперь установлено, ОПГ «Ильинская» – расстреляла целую семью, и никаких мер милиция не принимала. И вот теперь – Ставрополь.
Во всех этих случаях мы видим одни и те же симптомы: все преступные формирования действовали в течение длительного времени, все они имели коррумпированные контакты в милиции, прокуратуре, судебной системе. Везде никаких мер по заявлению граждан не принималось: выносились постановления об отказе о возбуждении уголовных дел, заведенные дела прекращались, лиц, пропавших без вести, никто не искал. Словом, мы видим полный правовой беспредел сразу в нескольких регионах: Челябинская область (Миас), Свердловская область (Березовск), Краснодарский край (Кущевская), Владимирская область (Гусь-Хрустальый), Кузбасс. Пять регионов в первой половине 2010 года засветились резонанснными преступлениями, которые были совершены представителями бандформирований.
«СП»: – Почему бандитизм снова поднимает голову?
– Когда 6 сентября 2008 года были ликвидированы подразделения по борьбе с оргпреступностью в системе МВД, некоторые руководители правоохранительных органов дошли до того, что выступали и говорили (причем, на уровне замминистра МВД), что оргпреступность в России уже не представляет такой общественной опасности, как в 1990-е годы. Это, на мой взгляд, полная криминологическая и политическая дезориентация – и правоохранительной системы, и населения. Мало того, когда в конце 2008 года был разработан первый национальный план противодействия коррупции, в нем ни слова не было сказано о борьбе с организованной преступностью.
А потом, когда начали проводить реформу МВД, все эксперты-криминалисты говорили об одном: реформу надо начинать с изменения системы учета преступлений. Но никто ничего не делает в этом направлении. И теперь стоит растерянный и взбешенный глава МВД Рашид Нургалиев во время видеоконференции, и стыдит своих руководителей подразделений службы «02», и всей системы приема заявлений и реагирования на них. А что, Нуралиев, после стольких лет правления МВД, не знает, что в системе регистрации преступлений – полный распад? Что в стране отсутствует доступ граждан к правосудию из-за того, что нет нормальной системы учета и регистрации преступлений?
А МВД издает в июне 2010 года допотопный приказ, который публикует на страницах «Российской газеты»: опять отрывные талоны для граждан-заявителей, опять ничем не контролируемая система регистрации. Хотя во всем мире все давно ясно: нужны формализованные бланки заявлений, и преступления должны регистрироваться не по факту заведения уголовного дела, а по факту криминального происшествия и факту заявления о нем… Опять в полном разладе работа по поиску лиц, пропавших без вести – женщинах, детях, лицах, пропавших с машинами или при сделках с недвижимостью. Данные о них МВД засекретило, к ним нет доступа не только у населения, но даже у ученых внутри системы МВД. Ничего не делается для того, чтобы навести порядок.
В стране случилась беспрецедентная резня в Кущевской. Потом выяснилось, что банда там орудовала в течение 15-20 лет, что это, действительно, было крупное преступное сообщество – со своими предприятиями, счетами за рубежом, оффшорными компаниями, собственностью в Испании… Мало того: сначала Следственный комитет заявляет, что в Кущевке выявлено 250 укрытых тяжких и особо тяжких преступлений – это в одной станице. В конце 2010 года Бастрыкин уже заявляет, что вскрыто 1500 укрытых преступлений в одном Кущевском районе.
Если в одном районе столько укрыто преступлений, сколько их укрыто по всей стране? Если провести такую инвентаризацию, что мы вскроем в итоге? Нам откроется дикая картина преступности, которая будет близка к реальности.
«СП»: – Как бы вы охарактеризовали криминальную обстановку на Ставрополье?
– В Ставрополье – крайне напряженная ситуация. За один 2010 год – семь крупных межнациональных конфликтов, несколько терактов. Надо сказать, по предотвращению и раскрытию этих преступлений как раз кубанские правоохранительные органы нормально работают. Но вот буквально за два дня до обнаружения восьми трупов, в Ставрополе проводится коллегия ГУВД по Ставропольскому краю по итогам 2010 года. На нем выступает губернатор края Валерий Гаевский, и говорит, что на Ставрополье нет банд, подобных Кущевской. Дословно Гаевский говорит: «В крае нет Кущевок – территорий, где бы правоохранители и местная власть погрязли бы в круговой поруке и коррупции, административный уровень округов и районов под неусыпным контролем».
Проходит два дня – в восемь трупов находят в одном доме. Это что за безответственное заявление руководителя огромного края?! Мало того: в тот же день, когда нашли трупы, ставропольские власти собрали совещание в администрации края, и руководители края заявили, что «не надо нас называть второй Кущевской».
«СП»: – Может, это и впрямь другой случай?
– А как их еще называть?! Допустим, кто-то сводил счеты с криминальным авторитетом Ханом. Но убито невинных семь человек, из которых несколько женщин. Должны были быть убиты дети – пущен был газ, и дом должен был взорваться. Только по случайности все не произошло так, как в Кущевке. Совершенно безответственное заявление губернатора, уже после трагедии, говорит о неспособности его руководить краем в борьбе с преступностью.
Даже Ткачев нашел силы после Кущевски и сказал: у меня в каждом районе такие банды, будем их искоренять. Это нормальная реакция, признал факты человек. А Гаевский, получается, не хочет признавать ничего.
А что твориться в Кузбассе? Выступает Аман Тулеев, и прямо говорит: идет прямое противодействие в раскрытии преступной деятельности ОПГ «Ильинская», со стороны местной милиции и со стороны местной власти. Тулеев был вынужден за последние дни уволить пять руководителей районов. Милицию он снять не может, но Тулеев просто вопиет: милиция мешает ему наводить порядок, он прямо говорит, что милиция целого ряда районов полностью срослась с бандитами.
«СП»: – О чем это говорит?
– О том, что ситуация в стране по борьбе с преступностью катастрофическая. Необходимо заседание Совета безопасности по этому вопросу, необходимо заседание Госсовета. Необходимо, наконец, разработать федеральную программу по борьбе с преступностью, которой у нас в стране нет. Необходимо возродить подразделения МВД по борьбе с оргпреступностью, необходимо создать межведомственные оперативно-розыскные рабочие группы при Следственном комитете, потому что СК может только расследовать преступления, а не вести оперативную работу.
Нам надо менять всю психологию, идеологию борьбы с преступностью, надо понимать, что мы живем в условиях глубочайшего криминального кризиса, подобного которому не было за всю новейшую историю. Сейчас ситуация хуже, чем в 1990-е годы, намного хуже. Мафиозные структуры срослись с местными правоохранительными органами, а местная власть зачастую состоит из лидеров мафиозных структур.
«СП»: – А что делаем мы?
– У нас проводится кампания по гуманизации и либерализации УК. Опять предлагается сократить количество мест лишения свободы, заменять реальные сроки лишения свободы на штрафы, предлагается убрать нижние планки в виде лишения свободы даже за групповой грабеж… Между тем, криминология всегда твердо стояла на том, что если мы жестко предотвращаем менее опасные преступления, то мы не допускаем преступлений тяжких. В середине 1960-х годов, когда тоже во многих регионах был разгул преступности, криминологи провели исследование, где четно доказали: усиление борьбы с хулиганством, с любыми форами насилия, сокращает число убийств и других тяжких преступлений против личности.
А мы – перестали бороться с хулиганством, избиениями, истязаниями. Все это уходит или в отказные заявления, или в административные правонарушения. А если такие дела и доходят до суда, осужденные получают условные сроки. В итоге нет никакого чувства кары, есть только ощущение безнаказанности. А безнаказанность, как снежный ком, порождает новую волну преступлений.
Посмотрите судебную статистику. Возьмем чистый бандитизм. Банда, как известно, это вооруженная преступная группа, которая специально создана для совершения серии нападений. Это одна из самых опасных форм преступности. И вот что показывает статистика. У нас, оказывается, в 2004 году было зарегистрировано 522 факта бандитизма в стране, а в 2009- – только 231 факт. Но у нас же бандитизм не уменьшился, мы видим, какой беспредел твориться! Что произошло? Да просто перестали квалифицировать бандитизм. Еще статистика: выявлено бандитов было в 2004 году 652 человека, а в 2009 – 393 человека.
А теперь смотрите, что с осуждением. Число выявленных и осужденных бандитов не совпадает. В 2004 году за бандитизм было осуждено 186 человек, а в 2009 – всего 148 человек. Теперь самые страшные цифры: по бандитизму нашими судами, самыми гуманными в мире, назначен максимальный срок лишения свободы в 2004 году всего одному (!!!) бандиту на всю страну. В 2005-м – ни одному, в 2006-м – одному бандиту, в 2007-м – ни одному, в 2008-м – одному, в 2009-м – ни одному.
Получается, за шесть последних лет только три бандита – на всю страну – получили максимальный срок лишения свободы. А ведь бандиты, и не только эти трое, совершали вооруженные нападения – на инкассаторов, на квартиры, на граждан, их банды существовали длительное время. Стоит ли после этого удивляться, что происходят Кущевские и Ставрополи?!
В Кущевской хотят эксгумировать 121 труп
Выяснив, что в последние годы многих местных жителей в станице хоронили без вскрытия, прокуратура провела проверку в районной больнице. Оказалось, что даже трупы с видимыми повреждениями зачастую погребали без установления причины смерти. 121 материал направлен в Следственный комитет. Тела людей, заключения о смерти которых вызывают сомнения, будут извлечены из могил и отправлены на повторную экспертизу.
В Центральной районной больнице станицы Кущевской идет тотальная проверка документации. В первую очередь изучаются все справки о смерти, выданные жителям станицы в течение последних лет. По результатам проверки уже выявлено более 120 нарушений этой процедуры. Материалы, собранные в ходе проверки, переданы в СК Краснодарского края.
Изучив горы документации, специалисты выяснили, что некоторых жителей станицы хоронили без должного вскрытия и экспертиз. Зачастую, невзирая на то что на трупах были видимые телесные повреждения, людей хоронили без установления причины смерти. Правоохранители не отрицают, что во многих случаях для установления истины потребуется эксгумация тел.
http://svpressa.ru/politic/article/37535/
