Немецкое экономическое чудо. Как они обустроили Германию.

Никакая экономическая ситуация не может быть настолько безнадежной, чтобы решительная воля и честный труд всего народа не могли справиться с ней.

Людвиг Эрхард

http://www.apn.ru/pictures/6571.jpg

Экономический коллапс. Экономические последствия войны были для Германии катастрофическими: объем промышленного производства в 1946 г. составлял 33 % от довоенного уровня, сельское хозяйство было отброшено на 30 лет назад, производство стали сократилось в 7 раз, добыча угля упала более чем в 2 раза [1]. В войне со стороны Германии погибло около 7 млн.человек, страна лишилась 25 % своей территории (в границах 1937 г.), около 12 млн. человек было выселено. Было разрушено около 20-25 % жилья (25 % повреждено), 20% промышленных строений и оборудования, 40 % транспортных сооружений [1-3]. Помимо этого немцам предстояло выплатить около 14 млрд.долл. по репарациям [5], в том числе путем изъятия и вывоза промышленного оборудования.

Экономика фашисткой Германии была всецело подчинена задачам милитаризации. Государство тотально вмешивалось во все сферы экономики, ведя активную принудительную практику, при этом конкуренция и экономическая свобода были ограничены. Рост военных расходов Германии приводил к постоянному дефициту бюджета [5,10], который покрывался займами и эмиссией, вызывавшей увеличение инфляции. Рос внешний долг, имелось высокое налоговое бремя [1]. Денежная масса в обращении в 1944 г. превышала объем 1936 г. почти в пять раз [5,10]. К концу войны сократилось гражданское производство. Утрата важнейших источников сырья, пере6ои в снабжении в конце войны на фоне инфляции, сохранении распределительной системы и сокращения военного спроса привели к полному коллапсу экономики.

Г.Штольпер в 1947 г. описывал Германию следующим образом: «…биологически искалеченная, интеллектуально изуродованная, морально уничтоженная нация без продуктов питания и сырья, без функционирующей транспортной системы и чего-либо стоящей валюты… страна, где голод и страх убили надежду» [3]. Один из журналистов писал: «Германия — это куча мусора, в которой копошатся 40 млн. голодных немцев».

Но чем тяжелее время, тем более великих людей оно выдвигает. Для Германии одним из творцов возрождения стал Людвиг Эрхард, ученый, министр экономики, автор одной из самых эффективных экономических реформ, известной как «немецкое экономическое чудо».

Чем интересен это опыт для России ? С начала реформ Германии потребовалось около 12 лет, чтобы пройти путь от полной разрухи до лидерства в мировой экономике. Что касается РФ, то до уровня жизни Германии нам еще очень далеко. Начало реформ 1992 г. обернулись для России сильнейшим экономическим спадом середины 90-х годов, дореформенный уровень 1990 г. был достигнут только 2007 г., т.е. за 15 лет. Экономика обрела негативные отраслевые и социальные тенденции, собственное производство стагнировало и было замещено импортной продукцией. РФ превратилась в сырьевой придаток мировой экономики, население страны сокращается. Но миражи всегда тают, а история настоящих побед хранится в веках.

Краткая Биография. Людвиг Эрхард родился в Баварии 4 февраля 1897 г. Во время Первой мировой войны получил ранение. В дальнейшем своей работой он выбрал занятие наукой — экономикой. Поступив в институт, он стал учеником одного из виднейших экономистов того времени Франца Оппенгеймера [3]. Путь наверх лежал через длительное размышление над судьбами страны и осмыслением необходимых преобразований. Эрхард не вступал в нацистскую партию. С 1943 г. он возглавил небольшой исследовательский центр, занимавшийся формальными исследованиями. Но его основная — неофициальная деятельность состояла в разработке модели будущей экономической реформы.

После войны в Германии шла ожесточенная дискуссия между сторонниками рынка и сильного государственного регулирования, получавшего все большую популярность под влиянием идей Дж.М.Кейнса. Эрхард стал активным пропагандистом рыночной модели экономики, выступал с лекциями. Сначала он получил должность экономического советника при американской администрации в Баварии, в 1945 году стал министром экономики Баварии, а затем в марте 1948 г. — директором Управления хозяйства объединенных западных зон Германии. Эрхард был несколько полноват, любил сигары — благодаря чему он был внешне несколько похож на У.Черчилля.

Образование партии «власти». После краха фашизма немецкое общество остро нуждалось в новой идеологии. В тяжелый период нацизма, войны и разрушений церковь укрепила свой авторитет. После окончания войны в стране стихийно стали образовываться различные партии, получило развитие и христианско-демократическое движение, предложившее обществу новую систему ценностей. Один из сопредседателей Христианско-демократической партии (ХДС) Конрад Аденауэр смог привлечь Эрхарда к сотрудничеству — он принимает участие в разработке предвыборной программы ХДС. Выступая на съезде ХДС 28 августа 1948 г. он сказал: « Не свободная рыночная экономика, связанная с либеральным ограблением прошлой эры…, а экономика, берущая на себя социальные обязательства…, оценивающая личность человека выше всего, предоставляющая прибыль тому, кто ее по своей работе заслужил, — вот в чем заключается современная рыночная экономика»[9]. В дальнейшем, ХДС вместе ХСС — партией Христианский социальный союз образовали единую фракцию в парламенте. В августе 1949 г. прошли выборы, на которых с минимальным отрывом — 31 % (против 29.2 % у социал-демократов СДПГ) победил блок ХДС/ХСС [9]. В сентябре канцлером выбирают Аденауэра, которому тогда было 73 года. Он назначает министром экономики Л.Эрхарда. В таком качестве они проработали вместе до 1963 г, когда Аденауэр ушел на заслуженный отдых.

Идеология реформ. В основу идеологии Эрхарда, получившей название «социального рыночного хозяйства», лег синтез идей эффективной рыночной экономики, доминирования частной собственности, экономической свободы, государственного регулирования и философии социальной ответственности. Эта идеология известна также под терминами «ордолиберализм», «солидаризм» или так называемый «третий путь». Рыночная свобода должна быть ограничена экономическим порядком и нравственными основаниями. Значительный вклад в разработку идеологии внесли Вальтер Ойкен и ближайший соратник Эрхарда профессор Альфред Мюллер-Армак, а также Александр Рюстов и Вильгельм Репке [2,7]. Роль государства сводилась к определению приоритетов развития, надзору и регулированию, созданию благоприятного инвестиционного и предпринимательского климата, эффективного законодательства, что в совокупности и составляет суть «экономического порядка».

Министр прекрасно понимал, что для успеха реформ и роста доверия населения необходимо достичь реальных результатов в разумные сроки, проводя открытую и понятную политику. Для перехода от принудительной экономике к рыночной необходимо было осуществить следующие шаги: осуществить денежную реформу, направленную на создание твердых денег; освободить экономику от избыточного регламентирования и регулирования цен; стимулировать частное предпринимательство [1].

Предпосылки реформ. Безусловной основой было то, что в стране имелись институты рынка — банки, биржи, правовая система, частная собственность на средства производства и землю. После войны имелся огромный внутренний и внешний спрос, восстановление разрушений создавало колоссальные возможности для созидания, высоких темпов развития экономики. Имелась квалифицированная рабочая сила, уцелевшая благодаря освобождению от воинской повинности. В сентябре 1949 г. на базе трех оккупационных зон союзников была создана Федеративная Республика Германия (ФРГ). В Германию хлынул поток беженцев из Восточных, оккупированных СССР областей и переданных территорий, готовых получить любую работу. Военные расходы были минимальны. К сильным сторонам немецкой экономики относились традиционная дисциплинированность, трудолюбие и предприимчивость населения, а также отлаженная система местного самоуправления.

Для оказания помощи разрушенной Европе, США предложили план, получивший название плана Маршала. Общий объем помощи Германии за время действия программы (1948-1954 г.) составил около 1.5 млрд. долл. [3], для всей Европы — 17 млрд.долл [1]. Помимо этого, около 1.2 млрд.долл. Германия получила в течении 1946-1950 г. по другим программам [3]. Общая помощь от США составила 3.872 млрд.долл [4]. Помощь поступала в виде товарных поставок, средства от реализации которых направлялись в специальные фонды и банки, предназначавшиеся для развития экономики. Однако оккупационные власти по своему извлекали пользу из торговли с Германией — цена на вывозимый немецкий уголь была занижена почти в два раза, цена импортируемой американской пшеницы завышена в 1.5 раза [5].

Ветер перемен.Денежная реформа. Союзники первоначально не очень торопились с реформами, опасаясь слишком быстрого восстановления Германии, но ситуацию изменила «холодная война», США стали нужны сильные союзники в Европе. Европейская промышленность была тесно связана с немецкой и нуждалась в германском угле. В феврале 1947 г. Германию посетила группа экспертов во главе с Г.Гувером, выступившая с предложениями о проведении реформ [2].

В мае 1946 г. в зоне оккупации США демонтаж оборудования по репарациям был прекращен. После войны в западных зонах оккупации были запущены механизмы приватизации, постепенно стало налаживаться производство самых необходимых товаров. После окончания войны экспорт Германии в другие страны был сначала запрещен, затем ограничен. В дальнейшем, чтобы страна могла расплатиться за поставки продовольствия, оккупационные власти стали стимулировать экспорт. В 1947 г. объем экспорта составил 318, а импорта — 843 млн.долл., сальдо было пассивным, готовая продукция составляла около 11 % экспорта. Основную массу экспорта Германии — 64% составляли сырьевые товары, в т.ч. уголь, кокс, лес, железный лом, до 92 % импорта составляло продовольствие [5].

Немецкие деньги ничего не значили, в стране господствовал «черный» рынок, на котором процветал бартер, население рассчитывались валютой, сигаретами или кофе. Для обмена промышленных товаров на продукты питания горожане выезжали в сельскую местность. Оккупационные власти пытались бороться с инфляцией путем административных запретов на рост цен. В стране росла безработица. В народе стало назревать недовольство.

Подготовку реформ осуществляла рабочая группа в рамках американской администрации. Военным губернатором американской оккупационной зоны был американский генерал Люциус Клей. Следует учесть, что американский план делал акцент в основном на монетарном факторе — вводе твердой валюты.

Заслуга Эрхарда заключалась в том, что он, сильно рискуя, перехватил инициативу и пошел намного дальше. В воскресенье — 20 июня, он выступил по радио и отменил с 21 июня государственный контроль за ценами на большинство товаров, снял большинство административных предписаний — дав экономике столь необходимый глоток свободы. Во время «разборок» с Клеем на вопрос, почему были изменены предписания Эрхард сказал, «что он ничего не изменял, а просто отменил». Клей сказал: «мои советники считают, что это ошибочное решение». Но Эрхард ответил: «они не одиноки, мои советники сказали мне то же самое». [7] При определенных условиях служба министра могла бы на этом закончится, но Клей поддержал инициативу Эрхарда.

Денежная реформа [1], [5], [9-10] была одним из наиболее ответственных мероприятий. В ночь на 21 июня 1948 г. администрация объявила о вводе новой валюты — немецкой марки. В ходе реформы каждый гражданин мог обменять 60 марок по курсу 1:1 (сначала 40, через два месяца -20). Пенсии, заработная плата, квартирная плата пересчитывались по курсу 1:1. Половина наличных денег и сбережений, а также все обязательства предприятий обменивались по курсу 1:10, вторая временно замораживалась с последующим обменом по курсу 1:20. Предприятия получали средства для выплаты первой заработной платы, но в дальнейшем они должны были работать за счет своей выручки. Эти меры позволили мгновенно возвратить давно утраченную ценность денег и резко сократить объем денежной массы. В результате реформы соотношение между маркой и рейхсмаркой установилось на уровне 6.5 дм:100 рейхсмарок [5]. Был установлен курс марки к доллару — 3.33 дм за доллар. Внешняя торговля была либерализирована [5].

Реформа цен была провозглашена 24 июня [1,5]. Однако не стоит считать, что реформа была «шоковой терапией». Введя свободные цены государство «не дремало» — в качестве противовеса был принят закон против произвольного завышения цен, публиковались каталоги так называемых уместных цен. В июне было отменено около 90 % предписаний, но 10 % сохранилось. Значительное время сохранились дотации и твердые цены на уголь, чугун, сталь, удобрения, газ и электроэнергию, т.е. на достаточно значимые факторы производства [5, 6, 9]. Цены на основные продукты питания и квартирную плату также были стабильны [9]. Заработная плата первоначально не повышалась.

Валютные ограничения снимались также постепенно — либерализма здесь не было. До 1954 г. конвертация марки проводилась только по разрешению органов валютного контроля, в 1954-1960 г.г. существовал режим частичной конвертируемости и только после 1961 г. марка стала полностью конвертируемой [5].

Успех реформ наиболее живо описали французские экономисты Жак Рюэфф и Андре Пьетр [3]: «Черный рынок внезапно исчез. Витрины до отказа наполнились товарами, фабричные трубы задымили, а на улицах засновали грузовики. Повсюду мертвая тишина развалин уступила место шуму стройплощадок… Еще за день до этого немцы бесцельно слонялись по городам, чтобы с трудом добыть скудную пищу. На следующий день все думали о том, чтобы производить. Вечером их лица выражали безысходность, а наутро вся нация с надеждой смотрела в будущее».

Торжество эффективного рынка. Несмотря на тяжелые испытания, массированную критику слева, призывавшую ввести госрегулирование экономики и цен, непонимания иногда даже со стороны своих сторонников, Эрхард вынес верность своим главным принципам — рыночной свободе, твердой марке и стабильным ценам, и его терпение и хладнокровие в итоге победили. Впрочем, он достаточно активно по мере необходимости использовал и активное вмешательство государства. Левые считали Эрхарда «наемником капитала», а правые — «врагом предпринимательства» [6].

Сначала цены выросли. Индекс стоимости жизни вырос в 1948 г. с июня по декабрь с 91 по 104 (1938 г.=100%) [3], но в ответ предприниматели активизировали производство. Высокий доход, который был получен бизнесом, пошел не на потребление, а на капиталовложения в производство. За период с 1949 г. по 1951 г. инвестиции выросли почти в два раза с 16 до 29 млрд.дм [5 ].

Но левые были по-прежнему недовольны, осенью 1948 г. профсоюзы призывали к всеобщей забастовке. Тем не менее, Эрхард верил, что ситуация стабилизируется. И действительно наращивание выпуска привело к стабилизации, а к 1950 г. — к снижению цен. Производительность труда с середины 1948 г. по середину 1949 г. выросла на 28 % [5]. Потребитель почувствовал преимущества рынка. Заработная плата стала расти вместе с ростом производительности труда. Значительным фактором роста доходов стал сверхурочный труд, не облагавшийся налогами.

Несмотря на рост экономики, появилась новая проблема — резкий рост безработицы главным образом за счет притока беженцев, которая выросла с 1948 по 1949 с 760 тыс. до 1.56 млн.человек [3]. В 1950 г. безработица составляла 11 % [18]. Министр экономики прекрасно понимал, что для обеспечения дальнейшего и стабильного роста необходима внешнеторговая экспансия. 19 сентября 1949 года была проведена девальвация марки на 20%, был установлен новый паритет по отношению к доллару — 4,20 дм (вместо 3,33) [3], что в дальнейшем позволило повысить конкурентоспособность экспорта. Либерализация внешней торговли происходила постепенно. После марта 1961 г. курс марки составил 4 марки за доллар.

Определенную роль в развитии экономики Германии сыграл Корейский конфликт (1950-1953), во время которого США размещали заказы на изготовление военной техники. Это период был отмечен ростом цен на мировых рынках. На фоне роста спроса в 1950-1951 г. цены стали расти, население покупало товары в запас. За счет роста импорта торговый баланс стал пассивным. Во второй половине 1950 г. Германия находилась на грани банкротства [3,5]. В феврале 1951 г. Правительство ввело ограничения на импорт, применило его лицензирование, усилило меры по стимулированию экспорта. Наряду с этим было проведено ужесточение денежной политики, вводились ограничения на выдачу кредитов.

В 1951 году наметился перелом, сальдо баланса стало активным, к 1952 году рост цен практически прекратился, индекс стоимости жизни составил около 110 [3]. В 1952 активное сальдо торгового баланса составляло 700 млн.долларов. В январе 1952 г. был введен закон об инвестиционной помощи. Предприятия страны (кроме государственных и отраслей, которым предназначалась помощь) вносили единовременный взнос путем покупки государственных облигаций. Полученные ресурсы — около 1 млр.марок направлялись на поддержку предприятий угольной, металлургической промышленности, энергетики [6].

С 1953 года начался бурный рост промышленности, производства товаров народного потребления, жилищного строительства. По выражению Эрхарда, это был год «потребителя». Успех политики нашел отражение в поддержке избирателей, в 1953 г. на выборах в парламент блок ХДС/ХСС набрал уже 42.5 % голосов [9].

Эрхард верил в то, что можно сгладить цикличность экономики, обеспечив более долгосрочные тренды развития. С 1954 г. наступила фаза «высокой конъюнктуры». С середины 1950 годов ФРГ вступила в полосу непрерывного экономического роста, длившегося почти до конца 60-х годов — т.е. около 20 лет. Этот период получил название «немецкого экономического чуда». В 1957 г. безработица упала до 367 тыс.человек — 1.8 %, страна обрела практически полную занятость, стал ощущаться дефицит рабочей силы. Германия стала привлекать рабочую силу из Югославии, Италии и Турции. Вот основные результаты прогрессивного развития рыночных сил: в 1949 г. был достигнут уровень 1936 г. [3], к 1956 г. (за 8 лет) уровень 1950 г. был удвоен [8,3,5], затем после 1963 г. (за 8 лет) был удвоен уровень ВВП 1956 г [8]. В этот период средние темпы роста экономики составляли около 9 % [8]. За период с 1950 по 1957 объем инвестиций в Германии увеличился на 81 % (для сравнения в Англии и Франции на 43 и 47 % соответственно) [5]. Рост производительности труда за 1955 г составил 15 %, в 1956 — 8 % [3]. Темпы роста экономики в Германии были самыми высокими среди капиталистических стран, при этом уровень инфляции был один из самых низких в Европе. Индекс цен промышленных товаров в январе 1951 г. составлял 111 % от уровня цен 1950 г., в январе 1952 г. — 123 %, в январе 1953 г. — 120%, 1957 г. — 124% [3].

В первую очередь получили развитие металлургия, химическая промышленность, машиностроение, легкая, перерабатывающая промышленность. Очень умело проводилась конверсия военных заводов. Государство внедряло программы переобучения рабочей силы.

Помимо промышленности, также активно развивалось сельское хозяйство, превзойдя довоенный уровень уже в 1953 г. В немалой степени этому способствовала проведенная в 1947-1949 г.г. земельная реформа, в результате которой основная часть угодий юнкерских хозяйств перешла в руки средних и мелких собственников. Эрхард и Адэнауэр прекрасно понимали, что для того, чтобы экономика развивалась эффективно, населению нужна собственность.

Уже в 1953 г. активное сальдо торгового баланса достигло 2.5 млрд.марок. [3]. Началась внешнеторговая экспансия Германии, ее товары в силу высокого качества, отличного уровня сервиса и приемлемых цен находили спрос по всему миру. В середине 50-х годов ФРГ занимала второе место по величине золотовалютных резервов (ЗВР) [3]. В 1955 г. вышла на второе место в мире среди капиталистических стран по промышленному производству [5]. В 1957 г. объем ЗВР составлял 5.6 млрд.долл. [5]. С 1959 г. Германия вышла на второе место в мире по объему экспорта [5].

Значительную роль в становлении экономики Германии сыграл подъем автомобильной промышленности (Фольцваген и Ауди), производство бытовой техники (знаменитый Грюндик, Сименс). За период с 1949 г. по 1953 г. производство автомобилей выросло с 104 055 до 850 000 штук в год, т.е. почти в 7 раз; с 1952 г. по 1956 г. производство холодильников выросло с 214 000 до 800 000 штук, т.е. в 2.7 раза [3]. Уже в 1950 г. возродившийся завод «Фольцваген» стал производить всемирно известные «жуки», выдерживающие жесткую конкуренцию на международных рынках. Как и в США на заводах Форда, этот автомобиль стал всенародным и доступным. Покупка автомобиля стала мечтой каждого немца, люди стремились хорошо зарабатывать. В свою очередь развитие автомобильной промышленности породило спрос на строительство инфраструктуры, качественных дорог, известных по всему миру как автобаны. В стране получил широкое развитие автомобильный туризм.

Доходы населения за период с 1950 г. по 1956 г. выросли в два раза [3]. Заработная плата росла в среднем на 5 % ежегодно. В январе 1957 г. был принят закон о пенсионной реформе, в результате пенсия у рабочих выросла на 65 %, у служащих на 72 % [5]. Шло активное и массовое формирование среднего класса. В 1951 г. был принят закон, закреплявший участие рабочих в управлении производством, вводивший в совет директоров предприятия их представителя. Была создана разветвленная система социального страхования. 5 мая 1955 г. оккупационный режим в Германии прекратил свои полномочия.

Финансовая и налоговая политика. Правительство Конрада Аденаура проводило грамотную финансовую политику. Немалая заслуга в этом принадлежала коллеге Эрхарда, министру финансов Фрицу Шефферу, отличавшегося «правильной» бережливостью. Государство и местные органы власти минимизировали свои бюджеты.

После войны в стране сохранялся огромный уровень налогового бремени, душивший немецкую экономику. В этот период Эрхард смог провести снижение налогов, стимулируя инвестиции в обновление и развитие производства. В 1948 г. вместо дифференцированной ставки корпоративного налога, варьировавшего от 35 до 65 % была введена единая ставка 50 %, для доходов ниже 2400 марок в год была введена ставка в 18%, был повышен порог для ставки в 95 %, которая стала применяться на уровне от 250 000 марок в год [5, 20]. Для ослабления налогового бремени был также использован метод ускоренной амортизации недвижимости. В середине 50-х были снижены налоги на доходы по ценным бумагам. Для стимуляции экспорта предоставлялись налоговые льготы, под крупные контракты предоставлялось финансирование.

В 1947 г. были созданы первые банки земель, принадлежащих их правительствам. В 1957 г. был основан центральный государственный банк — Deutsche Bundesbank.

Правительство очень четко управляло рынком, используя механизмы процентной ставки и банковских резервов. В 1948 г. на фазе роста цен для «охлаждения» экономики минимальные резервы банков были повышены с 10 до 15 %. Затем для стимулирования расширения кредита с марта 1949 года Банк немецких земель стал проводить более мягкую денежную политику. Был снижен минимум резервов, за период с 1950 г. по 1954 г. ставка учетного процента были снижена с 6 до 3%. После 1955 г. в связи с активным ростом экономики учетную ставку в несколько приемов подняли с 3.5 % (4.08.1955 г.) до 5 % (19.05.1956 г.), затем после корректировки последовательно опустили до 4 % (19.09.1957г.).[3]

Исторически в Германии сложилась так называемая «немецкая» модель финансового рынка, для которой характерна более сильная роль в экономике банковской системы (в отличие от американской с более развитым фондовым рынком). В результате к концу XX века в стране имелось около 4000 банковских учреждений, имевших 45 тыс. филиалов [5]. Немецкие банки являлись акционерами многих предприятий и участвовали в их управлении.

Развитие жилищно-строительной отрасли. Одним из важнейших локомотивов роста экономики Германии стало стремительное развитие жилищно-строительной отрасли, объявленной национальным приоритетом. При решении жилищной проблемы власти Германии проявили завидную изобретательность, сняв ее в крайне сжатые сроки. Помимо разрушения жилищного фонда, проблему обострял приток беженцев. Было принято решение отказаться от строительства временного, дешевого жилья. Для выполнения программы было создано министерство жилищного строительства. Финансирование осуществлялось за счет массированного стимулирования частных инвестиций и привлечения государственного финансирования.

Основной приоритет отдавался строительству бесплатного, т.е. социального жилья, предназначенного для малоимущих семей. Жилье делилось на три категории [17]. Первую группу, предназначенную для граждан с минимальными доходами, составляли квартиры с площадью не более 65 кв.м, вторую группу составляло жилье с площадью не более 80 кв.м. Частные инвесторы, возводящие жилье первой группы получали государственную компенсацию за разницу между затратами на строительство и арендными доходами. Для жилья второй группы компенсация разницы проходила поэтапно путем проведения налоговых списаний. Третья группа представляла коммерческое жилье.

У программы были следующие источники финансирования [17]. Первый — перечисление банками до 90 % платежей по старым, ранее выданным ипотечным кредитам в государственный фонд финансирования жилищного строительства. Вторым источником был 3 % налог на стоимость земельных участков, собственники которых не предоставляли землю под строительство. Третий источник — доходы от реализации товаров по плану Маршала, перечисляемые в государственный орган жилищного кредитования (KFW), кредитовавший застройщиков по ставке 6.45 % годовых. Четвертый источник –финансирование со стороны коммерческих банков, обязанных выдавать не менее 50 % от общего объема кредитов на финансирование строительства, по ставке, не превышающей 4.5 % годовых. И наконец, по мере истощения ресурсных возможностей было использовано активное привлечение средств населения. Для повышения уровня благосостояния малообеспеченных немцев стимулировалось их переселение в дома с приусадебными участками. Субсидирование в зависимости от числа детей составляло до 30 %, выделялись беспроцентные кредиты.

Общий объем инвестиций в жилищную программу за период 1950-1962 г.г. составил более 65 млрд. марок (примерно 0.5 до 2 трлн.марок в текущих ценах), при этом по объему строительства жилья на душу населения ФРГ вышла на 1 место. С 1953 г. в год строилось около 500 000 квартир ( для сравнения в 1929 г.— 197 000) , число занятых в строительной отрасли достигало около 10 % от общей массы рабочих и служащих [3]. Общий объем возведенного жилья составил около 250 млн.кв.м. (около 5 млн.единиц жилья), при этом доля государственных инвестиций составляла от 30 до 50 % [3],[17]. Что особенно интересно, что столь массированные инвестиции сочетались с низкой инфляцией. В 1963 г. на 100 жителей ФРГ приходилось 30 квартир [5].

Этот опыт имеет достаточно большое значение для России. Широко известно, что развитие доступного жилищного строительства способно стать одним из локомотивов нашей экономики. Однако наша страна, имея все ресурсы для решения жилищной проблемы, продвигается в этом направлении крайне медленно. Строительный рынок монополизирован, существующие цены на жилье, порой превышающие европейские, не соответствуют платежному спросу большинства населения, что кардинально ограничивает возможности развития страны и населения.

Антимонопольные реформы и система поддержки малых предприятий. В период реформ велись серьезные дискуссии об ограничении власти монополий. Эрхард публично выступал против монополизма, постоянно аппелировал к принципам нравственности, категорически возражая против экономического эгоизма, доминирования чьих-то узких интересов. Он говорил: «важнее сосредоточить все усилия народного хозяйства на увеличении народнохозяйственного дохода, чем терять силы в борьбе за распределение дохода … Куда легче дать каждому по более крупному куску от большего, все увеличивающегося в своих размерах пирога, чем получить выгоду из споров о распределении маленького пирога, ибо тогда каждая выгода должна быть компенсирована какой-либо другой невыгодой» [3].

С начала 1958 г. начал действовать антикартельный закон. Хотя позиции крупных предприятий в корпоративной и банковской сфере упрочились, важнейшей силой и основой рынка стал мелкий и средний бизнес, ставший настоящим «национальным достоянием» Германии. Сейчас он обеспечивает основную часть занятости — удельная доля предприятий с числом работающих менее 500 человек составляет около 99 % [1]. На их долю приходится до 70% рабочих мест, около 45% налогов с оборота, около 30% немецкого экспорта, до 46% валовых инвестиций и 57% ВВП [15].

Особенно велика доля занятости на таких предприятиях в сфере услуг: предприятия по ремонту, мастерские, рестораны, кафе, медицинские, юридические, консалтинговые компании. В Германии существует мощная практика поддержки малого бизнеса, с 1975 года они получают весьма значительные льготы по налогам и финансированию [15] — государственные инвестиционные надбавки, субсидии, налоговые льготы на инвестиции, льготное кредитование и т.д. Что крайне важно, существуют государственные консалтинговые программы, многочисленные организации и центры по поддержке развития.

Экономическая политика нашей страны длительное время не уделяла достаточного внимания развитию малого бизнеса, как впрочем и предпринимательству вообще. В последнее время были продемонстрированы намерения улучшить ситуацию в этом направлении. Наша экономика находится в жестких тисках монополистов, поэтому создание в РФ эффективных механизмов антимонопольного регулирования, развития конкуренции и предпринимательства является важнейшей задачей.

Развитие науки. Решающее значение в развитии промышленности в ФРГ сыграл бурный научно-технический прогресс, создание новейших технологий. За период 60-х годов общие расходы на науку и конструкторские разработки выросли в 5.2 раза, чему в немалой степени способствовали иностранные инвестиции, в первую очередь США и Англии. Для предотвращения «утечки мозгов» были приняты меры по повышению оплаты труда ученых. В результате научно-технического прогресса за это же период производительность труда возросла на 60 % [1]. За время реформ в РФ резко сократились такие важные показатели как объем финансирования науки и заработная плата ученых. В результате престиж научной работы снизился, а значительная часть перспективных и молодых ученых уехала за границу.

Конец чуда ? После своего ухода Аденауэр не поддержал назначение Эрхарда, который стал канцлером в 1963 г. Но был им недолго, покинув этот пост в 1966 г. Эрхард был более «погружен» в экономику, внешняя политика была для него более сложной задачей. После ухода Эрхарда к власти пришли социал-демократы, активно использовавшие подходы Дж.М.Кейнса. Однако Германии нужны были по— прежнему более синтетические рецепты. В дальнейшем тяжкое бремя системы социального и пенсионного обеспечения привело к росту нагрузки на бюджет, повышению налогов. Пенсионная система обеспечивала высокий уровень пенсий, но снизить их уровень стало крайне сложно по политическим мотивам. Высокие налоги стали негативно отражаться на экономическом росте, что в дальнейшем привело к росту безработицы. Вторая волна проблем пришла после объединения Германии в 1990 г.

Секреты успеха. Опыт Эрхарда интересен тем, что на первых постах государства оказался экономист — ученый, прекрасно применивший свои знания на практике. Эрхард был хорошим оратором, умел объяснить народу смысл экономической политики Правительства, уделял этому огромное значение, много писал в газеты и выступал. Отвечая на вопрос о факторах успешного развития экономики Эрхард говорил, что это: «находчивость предпринимателей, дисциплинированность и трудолюбие рабочих, умелая политика правительства» [3]. Конечно, один из важнейших — свобода предпринимательства. Эрхард создал модель рационального рынка, где в соответствии с христианско-демократической идеей требования рыночной эффективности были также важны, как и соблюдение социальной справедливости. Он был чужд догматизма, его метод включал синтез наиболее позитивных идей из разных экономических школ.

Он был за свободный рынок, но не чурался государственного вмешательства, но только до той тонкой линии, когда его избыток приводит к падению эффективности экономики. Подобно социал-демократам он был за общечеловеческие ценности, но видел их реализацию не на базе распределительной системы, а на основе частной собственности, ее доступности, раскрытия потенциала свободного рынка за счет реализации экономических возможностей граждан. При этом немецкая модель экономики с самого начала демонстрировала высокий уровень социальной защищенности, достигаемый в том числе путем рационального распределения общественного дохода.

Немецкая экономика — это не экономика «трубы» и не «мыльных пузырей» — немецкие товары и их качество известны всему миру. Германская модель как модель реальной экономики имеет свои неоспоримые плюсы, хорошо видные на фоне американской модели «потребительской экономики», фактически вызвавшей мировой кризис. Сейчас ряд экономистов обращают на это внимание. Мы хотим инновационную модель экономики ? Вот она — пожалуйста. Нам есть чему поучиться у Германии.

Уроки для России. Насколько похожи реформы «шоковой терапии» в РФ на реформы Эрхарда ? При некоторой схожести — переходу к рынку, отмены регулируемых цен, механизм, итоги и особенно результаты реформ были разными.

Вначале реформ в России был введен высокий НДС — 28 %, развилась сильная инфляция, были уничтожены сбережения населения. Эти обстоятельства создали крайне неблагоприятный фон для развития экономики. Спад ВВП в середине 90-х достиг около 40 %. Да, в РФ было много военных предприятий, но экономика Германии до 1945 г. была также военизированной. Первый этап наших реформ 1992-1998 г. был проведен по внешним, западным «лекалам», взявшим за основу либеральные догматы, в которых не нашлось места для суверенной экономической политики. Главной задачей выступало не создание эффективной экономики и рост благосостояния населения, а построение абстрактного рынка, формирование новых элит и перераспределение собственности.

Подсчитано, что помощь по линии плана Маршала в Германии использовались крайне эффективно, отдача с каждого доллара составила от 10 до 20 долл [1]. Известно, Россия с 1992 г. активно привлекала внешние займы — около 60 млрд.долл под проведение реформ по рецептам МВФ, но эффективность их использования была низкой. Никаких значимых вложений в реальный сектор сделано не было.

Успех реформ в Германии стал возможным благодаря трудолюбию немецкого народа, честности, профессионализму, целенаправленности его руководителей. Правительство Аденауэра-Эрхарда всегда действовало в интересах большинства населения, добиваясь «благосостояния для всех», что позволило ему полностью легитимно находиться у власти около 15 лет. Им не была присуща столь распространенная политическая болезнь, как создание «преференций» для узкого круга групп и компаний. Реформы позитивно повлияли на характер немецкой нации.

Конечно, Германия при переходе к рынку имела больше преимуществ, чем Россия. Там была капиталистическая инфраструктура, сохранившаяся и во времена нацизма, население имело опыт предпринимательства. Для России, напротив, было характерно отсутствие рыночных институтов, предпринимательского опыта, уничтоженных за длительный период плановой экономики, и их достаточно медленное развитие.

Отсутствие сильной государственной политики в РФ, минимизация ее социальной составляющей привели к доминированию интересов различных групп «влияния» и монополистов, надежно прикрытых псевдо-либеральными «ценностями». В результате экономика и государство лишается необходимых движущих сил развития.

Избыточная бюрократизация и коррупция на фоне неадекватного уровня ответственности чиновников затрудняет процесс экономического роста, инвестирования, развития предпринимательства, создания новых активов. Засилье рейдерства способствует процессам нерыночного, неэффективного перераспределения собственности.

Нашу экономику до сих пор тормозят такие рудименты прошлого, как низкий уровень экономической свободы, отсутствие позитивного инвестиционного климата, отчуждение населения от собственности и ресурсов страны, недостаточный уровень его экономической активности, неразвитость инфраструктуры.

Кризис 2008-2009 г. вызвал значительное сокращение ВВП, промышленного производства, рост безработицы. Финансовый кризис показывает иллюзорность многих «достижений» и второго этапа реформ — 2000-2008 г.г. Происходящее напоминает «застывшую телевизионную «картинку», «дежа-вю». Вроде что-то постоянно обсуждается и как бы делается, а «воз и ныне там» — как мы были сырьевой экономикой, так ей и остались, как не было у нас адекватных импульсов к развитию реального сектора, инфраструктуры и науки, так их по-прежнему и нет. По-прежнему сохраняется региональная отсталость.

Экономическая система РФ не может обеспечить эффективную занятость, нормальное воспроизводство населения и надежное будущее страны. Отсюда и социальные проблемы — падение численности населения, высокая смертность, низкая рождаемость, алкоголизм и т.д. Переход к активному и эффективному исполнению целей Стратегии 2020 представляет собой лучшее лекарство от кризиса. Элитам нельзя уповать на бесконечное терпение народа, оно имеет предел.

Реальная модернизация экономики требует не вялотекущей «идиллии», создаваемой нашим ТВ и СМИ для формирования лояльности населения, а напряженных, эффективных и целенаправленных усилий руководства страны, элит и всего населения. Нация должна научиться работать и создавать ценности, а не «существовать» за счет доходов от «трубы». Не будем забывать предупреждения П.А.Столыпина: «Народы забывают иногда о своих национальных задачах; но … они превращаются в назем … на котором вырастают и крепнут другие, более сильные народы».

У нас есть огромная, практически неосвоенная территория, начав строить дороги, дома, электростанции, развивать сельское хозяйство, мы создадим колоссальный спрос для нашей промышленности, и экономика обретет долгожданный динамизм, явив миру наконец и «русское чудо».

Россия имеет неограниченные возможности для созидания, подобно немецкой и китайской она могла бы непрерывно расти в течении многих десятилетий.

Для России актуально как увеличение степени экономической свободы, так и усиление общественной активности государства. Важнейший фактор изменения ситуации — нравственное переосмысление нашей экономической политики. Христианско-демократическое движение в России пока не окрепло, хотя перспективность самой идеи вполне очевидна. Авторитет православной Церкви постоянно укрепляется. Большинство эффективных реформ были сделаны выдающимися и духовно богатыми личностями. Российская действительность уже длительное время не порождала хозяйственных лидеров такого масштаба, как С.Ю.Витте и П.А.Столыпин. Возможно поэтому инициативы, выдвигаемые высшим руководством страны просто «тонут» в тусклых коридорах российской бюрократии.

Примечания

Т.М.Тимошина, Экономическая история зарубежных стран, Москва, Юстицинформ, 2003, стр. 312-332.
Х.Ламперт, Социальная рыночная экономика. Германский путь, Москва, 1993
Людвиг Эрхард, Благосостояние для всех
H.Berger, Germany and the political Economy of the Marshall Plan,
Ю.П.Страгис, История экономики, 2007, стр.416-452.
Зимина В.Д и пр., Идеи, Лидеры, Действия, том 2.
David R. Henderson,German Economic Miracle
Statistisches Bundesamt
Н.В.Павлов, История современной Германии, 1945-2005, Москва, Астрель,2006.
K.Tribe, The 1948 Currency Reform: Structure and purpose
Иван Измайлов, Шок не по-нашему, «Энергия промышленного роста», № 4 [5] Апрель 2006
Дмитрий Травин, Людвиг Эрхард. Drang nach Westen
В.Ежов, Людвиг Эрхард и «немецкое чудо»
Т.Е.Давыдова, Концепция рыночного хозяйства: формирование, развитие, современный подход
Клаус Брюммер, Система поддержки предприятий малого и среднего бизнеса в Германии
Гельмут Беттигер, Финансовая политика в период «немецкого чуда»
Сергей Сумленный, Как они обустроили Германию
Johannes R.B.Rittershausen, The Postwar West German Economic Transition: From Ordoliberalism to Keynesianism
Robert L.Hetzel, German Monetary History in the Second Half of the Twentieth Century
Tax Reform