Парад «восковых фигур» и новые декорации Москвы на Кавказе
Парад «восковых фигур» и новые декорации Москвы на Кавказе
http://www.caucasustimes.com/article.asp?id=21100
ПРАГА, 7 февраля, Caucasus Times. За множеством рассуждений о том, кто является истинным заказчиком смены руководства Дагестана и какова роль и задачи нового назначенца затерялся ряд главных вопрососв. Во-первых: - это сам процесс досрочного прекращения полномочий. Во-вторых – необычная технология воплощения принятого решения. И третье – рекрутирование «восковых» политических фигур периода правления Б.Н. Ельцина, каковым является - депутат Госдумы Рамазан Абдулатипов.
Каждый из этих моментов заслуживает отдельного рассмотрения и детального анализа.
Предыдущие руководители северокавказских республик либо уходили сами, как например президент КБР Валерий Коков (тяжелая болезнь), либо в связи с истечением срока полномочий. Исключением является смена главы республики Ингушетия в октябре 2008. С момента образования постсоветских северокавказских республик, Москва всегда соблюдала формальные требования процедуры смены руководства регионов.
Многие эксперты такую особенность политики на Северном Кавказе связывали с тем, что в регионе, по мнению Москвы, существует значительное число «специфичных» для Кавказа проблем, решать которые способны лишь местные элиты.
В обмен на это, центр закрывал глаза на грубое искажение статистической отчетности, существование территориальных анклавов де-факто находящихся вне российской юрисдикции, особый тип коррупционной деятельности, предполагающий клановый характер с элементами права наследственной передачи властных полномочий от отца к сыну. Так было в том же Дагестане, где с перерывами «династия Магомедовых» правила республикой более десяти лет.
В свою очередь, в обязанность элит входило обеспечение всего необходимого набора «декораций стабильности» диктуемых центром. «Декоративный фон» в данном случае представлен убедительной победой «Единой России» на всех уровнях власти от муниципальной до всероссийской, бескомпромиссная борьба с терроризмом, видимое отсутствие, либо локализация на уровне региона, проблем социального порядка.
При наличии всей совокупности обозначенных характеристик, до отставки главы Дагестана, еще не было случая досрочного прекращения полномочий в обход всех существующих процедур. Выше обозначенный набор условно можно было назвать негласными правилами политического процесса на Северном Кавказе. При всей закрытости этих процессов, до недавнего времени, именно так выглядела картина взаимодействия центра с регионом.
Не меньше вопросов вызывает и сам процесс отставки, складывается ощущение, что Кремль до последнего момента не имел четкого плана действий, предваряя свое окончательное решение информационными вбросами и даже можно сказать провокациями. Депутат А.Хинштейн давно приобрел славу «сливного бочка», информация от которого оказывается ошибочной лишь в исключительных случаях. Хинштейн 17 января опубликовал в«Твиттере» следующее сообщение: «Похоже, в ближайшие дни один из руководителей регионов СКФО может досрочно уйти в отставку». Практически сразу в неофициальных источниках был назван и преемник Магомедова – депутат Госдумы Рамазан Абдулатипов. Вечером 27 января на портале журналиста и общественного деятеля Максима Шевченко было опубликовано интервью Абдулатипова, где тот подтвердил, что указ о его назначении и.о. президента Дагестана – это «свершившийся факт». В российской истории это первый случай, когда новоиспеченный руководитель субъекта федерации действовал подобным образом до официального объявления о назначении.
Заявления Р.Г.Абдулатипова застало врасплох пресс-службы Кремля и Дагестана, так как такое поведение никоим образом не вписывается в сложившуюся практику взаимоотношений между Москвой и регионами. Другими словами все это напоминает крайне осторожную спец.операцию по внедрению новых технологий управления на Кавказе.
И последнее, личность самого и.о. главы Дагестана вызывает множество самых разных вопросов. Единственный за историю новой России министр без портфеля (19 мая 1999 года назначен министром Российской Федерации), автор провалившейся концепции государственной национальной политики от 15.06.1992 года, человек напрочь отсутствовавший в политической жизни Дагестана, как в Ельцинский период, так и сейчас. В заслугу которому ставится именно тот факт, что он далек от реальной политики Дагестана, но хорошо понимает задачи Федерального центра.
За всеми этими событиями, по всей видимости, можно обозначить новую зарождающуюся стратегию в отношении республик Северного Кавказа. На примере одного из наиболее сложных регионов, был разрушен создаваемый на Кавказе миф о том, что региональные элиты в случае нарушения их интересов могут значительно дестабилизировать ситуацию. Стоит полагать, что если эксперимент окажется удачным, его тиражирование на остальные регионы не заставит себя долго ждать.
Зав.кафедрой социально-политических теорий и технологий Тимур Тенов, специально для Caucasus Times
