Православие и ислам: мир или перемирие?

http://islam-info.ru/otnoshenia/55-p...peremirie.html
Али-Вячеслав Полосин перешел в ислам в 1999 году. До этого он был священником Русской православной церкви и, будучи депутатом Верховного совета Росси, в начале 90-х годов возглавлял комитет парламента, занимавшийся делами религии.

Сегодня он советник Совета муфтиев России. В Московском патриархате в неофициальных беседах это называют проявлением бестактности в отношении православия.

Сам Полосин дипломатичен: "У нас с православными нет противоречий, но есть постепенно нарастающая конкуренция. Число верующих не прирастает за счет атеистов советской эпохи, этот ресурс почти выработан. Впрочем, эта тенденция касается всех конфессий, а не только православия и ислама".

Без дипломатии двум крупнейшим религиозным общинам России обойтись трудно.

Формально патриарх Алексий Второй и мусульманское духовенство регулярно делают заявления о необходимости межрелигиозного мира, поддерживают инициативы президента, осуждают терроризм и борются с кришнаитами и свидетелями Иеговы.

Однако при отключенных телекамерах ситуация выглядит сложнее. Разногласия начинаются с подсчета численности верующих. Число мусульман колеблется от 5% до 20% населения, число православных от 20% до 80%, в зависимости о того, кто и с какой целью проводит подсчеты.

Так как всероссийская перепись 2002 года не содержала вопроса о вероисповедании, то в оборот вошли такой термин, как "этнические" мусульмане или православные, предполагающий, что большинство русских - православные, а большинство татар или башкир - последователи пророка Мухаммеда.

"Своя демократия"

Отношения двух конфессий складываются на трех уровнях - официальном, общественном и бытовом.

Именно на первых двух возникают дискуссии - сдержанные среди религиозных лидеров, порой скандальные в среде не очень многочисленной, но ангажированной интеллигенции.

Пожалуй, та сфера, где подходы и духовных лидеров обеих общин, и активных рядовых верующих совпадают, так это в неприятии идеи прав человека (в ее дистиллированном, светском виде), а также современной массовой культуры.

У нас есть нерешенные проблемы с мусульманами, но это спор между своими. Западу в нем делать нечего.
Иван Демидов, генеральный продюсер телеканала "Спас"

Концепция прав человека, лишенная религиозной составляющей, ведет, по их мнению, к вседозволенности, поощрению порока и отказу от моральных ориентиров в жизни. Из этого логически вытекает неприятие западного влияния на культуру, социальную жизнь и политику.

По словам генерального продюсера православного телеканала "Спас" Ивана Демидова, "у нас есть нерешенные проблемы с мусульманами, но это спор между своими. Западу в нем делать нечего. У нас есть своя демократия, а если она не соответствует чьим-то представлениям, то это не наши проблемы".
В среде активной религиозной общественности обеих конфессий пользуются популярностью теории таких публицистов, как Александр Дугин и Гейдар Джемаль. Они активно популяризируют теорию о неизбывном противостоянии "евразийцев" (читай - мусульман и православных) "атлантистам" (Западу, США, католикам, а также часто упоминаемым, но расплывчато характеризуемым "сионистам").

Разногласия и обиды

Впрочем, на этом совпадения, пожалуй, заканчиваются. Недовольство мусульман вызывают заявления некоторых иерархов РПЦ о том, что Россия - православное государство, в котором живут религиозные меньшинства.

В этом духе высказывается один из самых влиятельных иерархов, митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл.

Муфтий азиатской части России, как и большинство мусульман, настаивает на принципе поликонфессиональности, который заложен в конституции России, государства светского.

Русская православная церковь поддерживается государством. Построить православный храм не проблема - были бы средства. Построить мечеть или зарегистрировать мусульманскую общину намного сложнее.
Нафигулла Аширов, муфтий азиатской части России

"Русская православная церковь поддерживается государством. Построить православный храм не проблема - были бы средства. Построить мечеть или зарегистрировать мусульманскую общину намного сложнее. В отношении мусульман конфессиональные нормы работают не в полной мере", - сетует Аширов.

"Мы понимаем, что события в Чечне болезненно воспринимаются в России, но винить в них всех мусульман несправедливо и опасно", - говорит он.

Его православные оппоненты указывают, что мусульманам не на что жаловаться.

Во-первых, когда в конце 90-х годов ислам, наряду с православием, законодательно причислили к числу традиционных религий, мусульмане не вспоминали о равенстве перед законом (католики, например, оказались в числе нетрадиционных конфессий).

Во-вторых, по словам Евгения Никифорова, председателя православного общества "Радонеж" и главного редактора одноименной радиостанции, "мусульмане должны понимать - после Бали, "Норд-Оста", Лондона, обычные люди, в том числе и православные, ассоциируют ислам с кровью и убийствами.

Им не легче от официальных деклараций, что это, дескать, религия мира". По мнению Никифорова, "не православные виноваты в том, что к мусульманам в России относятся с подозрением, а радикальное мусульманское богословие, сделавшее возможным ужасы Шарм-аш-Шейха и Беслана".
Религия и государство

Если отбросить экивоки, говорит он, отношения ислама и православия в России можно охарактеризовать как "вежливо-враждебные".

Марк Смирнов, главный редактор приложения к "Независимой газете" под названием "НГ-Религии", согласен с этим, но только отчасти. По его убеждению, и православные, и мусульмане переживают похожие сложности.

Большинство простых верующих принимает в штыки характерную для крупных городов ультрасветскость, показной гедонизм и аморализм массовой культуры.

В условиях отсутствия общероссийской идентичности, гражданского чувства, вероисповедание оказывается едва ли не единственной опорой для людей.

Национальные проблемы в этих условиях тоже часто обретают религиозную окраску.

"Когда муфтий Равиль Гайнутдин предлагает ввести пост вице-президента России и отдать его "этническому" мусульманину, ясно, что речь идет о представителе прежде всего национального, а не религиозного меньшинства. Однако это заявление ставит под сомнение нейтральный подход государства к религиозным конфессиям, и этим опасно, прежде всего, для самих мусульман", - считает Смирнов.

Православной церкви, в свою очередь, может быть, стоит вести себя чуть сдержаннее, например, не быть настолько на виду в армии, не освящать каждую субмарину или пушку. Это способствовало бы укреплению позиций умеренных мусульман
Марк Смирнов, редактор "НГ-Религии"

Впрочем, говорит он, "православной церкви, в свою очередь, может быть, стоит вести себя чуть сдержаннее, например, не быть настолько на виду в армии, не освящать каждую субмарину или пушку. Это способствовало бы укреплению позиций умеренных мусульман".

Видный российский эксперт по исламу Алексей Малашенко из Московского центра Карнеги, считает, что исламу труднее всего адаптироваться к современному обществу, потому что он исходно не приемлет отделения религии от государства.

"Государство должно выработать линию на поощрение не столько межконфессионального диалога - в конечном счете, все религии претендуют на обладание истиной в последней инстанции - сколько создания атмосферы толерантности, вежливого и взаимного согласия не соглашаться, когда это невозможно, и при этом жить вместе, тем более, что ислам в России, в отличие от Запада - религия части коренного населения, а не иммигрантов".

Миграция, глобализация, грядущие политические перемены, конфликты на Северном Кавказе и непростая демографическая ситуация - вот лишь некоторые из вызовов, на которые придется отвечать двум крупнейшим религиозным общинам России. Как и страна, они стоят на перепутье двадцать первого века.