15 жестких цитат о русских и России из скандальной книги писателя Виктора Ерофеева

15 жестких цитат о русских и России из скандальной книги писателя Виктора Ерофеева
http://showbizdaily.ru


19 сентября отмечает свой 66-й день рождения российский писатель Виктор Ерофеев, широко известный не только в нашей стране, но и по всему миру (его роман «Русская красавица», напечатанный в 1989 году, переведен более чем на 20 иностранных языков, экранизирован итальянским режиссером Чезаре Феррарио) Самому писателю фильм не понравился.

Виктор Владимирович – популярный телеведущий, 13 лет, (до 2011-го), Ерофеев вел на канале «Культура» авторскую программу «Апокриф». Активный участник общественной (и светской) жизни. Бесконечно женится, разводится и опять женится на молоденьких красивых девушках (интересно, что первую известность Ерофееву принесла публикация эссе о Маркизе де Саде с обилием любовных подробностей). Виктор Владимирович никогда не боялся высказать публично свое оригинальное и смелое мнение (нередко обличенное в легкие скабрезные формы). Да и что может испугать писателя, пережившего 10-ти летнее забвение, запрет на издания, исключенного в свое время из Союза писателей за организацию в самиздате знаменитого альманаха «Метрополь»?

Ведет программу «Энциклопедия русской души» на радио «Свобода», названной так по аналогии с одноименным романом Ерофеева, за который писателю пришлось пережить серьезные обвинения преподавателей и выпускников филологического факультета МГУ в экстремизме и русофобии. Ерофеев назвал обвинение «травлей» и ответил, что плохо себе представляет, что такое русофобия, подчеркнув, что текст книги нельзя трактовать как его позицию.

Мы подготовили самые знаменитые цитаты писателя из скандальной книги и представляем их вашему вниманию.


– Ты посмотри, как они красиво страдают! – любовался Серый, ломая русские кости, позвоночники, черепа. – Нет, только глянь! Выносливы и неприхотливы. Цены вам нет, – обращался он к мученикам.

В ответ русские дико орали. Никто не ушел от пытки. Все сознались во всем.





Русских надо пороть. Особенно парней и девушек. Приятно пороть юные попы. В России надо устраивать публичные казни. Показывать их по телевизору. Русские любят время от времени поглядеть на повешенных. На трупы. Русских это будоражит.





Русских надо бить палкой.

Русских надо расстреливать.

Русских надо размазывать по стене.

Иначе они перестанут быть русскими.

Кровавое воскресенье –– национальный праздник





У русских нет жизненных принципов. Они не умеют постоять за себя. Они вообще ничего не умеют. Они ничего не имеют. Их можно обдурить. Русский – очень подозрительный. Русский – хмурый. Но он не знает своего счастья. Он любую победу превратит в поражение. Засрет победу. Не воспользуется. Зато всякое поражение превратит в катастрофу.





Россию можно обмануть, а когда она догадается, будет поздно. Уже под колпаком. Россию надо держать под колпаком. Пусть грезит придушенной. Народ знает, что хочет, но это социально не получается. Он хочет ничего не делать и все иметь. «Русские – самые настоящие паразиты».





«У русского каждый день – апокалипсис». Он к этому привык. Он считает себя глубже других, но философия в России не привилась. Куда звать непутевых людей? Если бестолковость – духовность, то мы духовны. Нам, по большому счету, ничего не нужно. Только отстаньте. '''Русский невменяем'''. Никогда не понятно, что он понял и что не понял. '''С простым русским надо говорить очень упрощенно'''. Это не болезнь, а историческое состояние.





Идея национального характера, которая в Европе после Гитлера считается скользкой темой, – единственная возможность понять Россию. «Русские – позорная нация». Тетрадка стереотипов. «Они не умеют работать систематически и систематически думать». Они больше способны на спорадические, одноразовые действия. «По своей пафосной эмоциональности, пещерной наивности, пузатости, поведенческой неуклюжести русские» долгое время были прямо противоположны большому эстетическому стилю Запада – стилю cool.





Россия – это вид страны, которая производит людское несчастье. Существуют исторически все условия, чтобы страна бесперебойно была несчастной. Русская власть верно справляется со своими заданиями, какой бы ориентации она не придерживалась.





Основная мерзость русской жизни — не хамство, даже не отношение к человеку как к говну, но негласное согласие на продолжение недостойной жизни и стремление к ее оправданию. В умении все оправдать заключается русская правда.





Западный человек видит реальность как поле деятельности. Русский — как сказочное пространство. Оно заселено существами, обладающими магической силой. Иногда эта сила равна нулю, иногда переворачивает мир. Сказочность внутреннего поля России — в его принципиальной нерасшифрованности. Враги организуются как нечисть. Причины и следствия меняются местами. Завязываются зазеркальные связи. Сказка конспиративна. Черные кошки приравнены к проискам Провидения. Русский впускает в себя сказочное мышление и зависает на пороге двух миров, не находя покоя ни в жизнетворчестве, ни в созерцании. Самобытность русского мира — в самопоглощении. Магический мир привлекает меня волшебными фантазмами и напрягает неспособностью справиться с колдовством. Россия интровертна в своих возможностях и экстравертна в своей беспомощности.





Можно договориться с черепахой, но попробуй, договорись с ее панцирем. То же самое и Россия. Россия радикальнее русских. Создание сильнее создателей. С русскими кое-как еще можно иметь дело; с Россией никогда не договоришься. Слишком много говна в нее слито.Понимая, что что-то не то происходит, но сказать не умея, русские придумали себе вымышленную родину и поверили в нее. Одни называют ее так, другие — иначе. Надо отделить русских от России. Россия говнистее русских...





Россию пора, наконец, колонизировать. Как Африку. Колонизация Африке помогла. Проложили дороги, столбики вдоль них поставили, красно-белые, как во Франции. Научились говорить «спасибо» и «пожалуйста». Завезли в магазины нормандские сыры. Не все, конечно, получилось, не все полюбили сыры, по-прежнему прозябают, керосин жгут, но что-то все-таки удалось. Попросить, чтобы русских колонизировали. Без всяких поблажек. Кого? Только не немцев. У тех нервы плохие. Могут русских перебить. Выгоднее всей Россией попроситься в Японию новым островом. Или, по примеру Аляски, уйти на торгах за семь миллионов. И русские научатся есть нормандские сыры, запивать их бургундским вином. Преобразятся неслыханно. Но своеобразие останется. Как у африканцев. Те все равно едят руками. Верят в своих, не французских богов. Носят божественные одежды бубу с королевским достоинством. Чем Россия хуже Африки? А если хуже, раз у нас нет бубу, нет умения достойно носить одежду, нет гибкости в пальцах и танцах, что тогда?





В России методично перебили всех лучших. Перебили лучшую аристократию, лучших попов и монахов, лучших предпринимателей, лучших меньшевиков, лучших большевиков, лучшую интеллигенцию, лучших военных, лучших крестьян. Остались худшие. Самые покорные, самые трусливые, самые никакие. И я — среди них. Тоже — из худших. Из отбросов. Мы засоряем землю. И понять, какими были эти лучшие, уже нельзя. Да и не надо. Все равно из худших не слепишь лучших.





Русские не терпят хорошего к себе отношения. От хорошего отношения они разлагаются, как колбаса на солнце. Всю жизнь вредят сами себе. Не заботятся о здоровье, разваливают семью. Они живут в негодных условиях и приживаются. Трудно представить себе, чего только не вытерпят русские. У них можно все отнять. Они неприхотливы. Их можно заставить умыться песком. Тем не менее, русские ужасно завистливы. Если одних будут перед смертью пытать и мучить, а других просто приговорят к расстрелу, то первые будут с возмущением кричать, что вторым повезло.





Даже странно, что в России так грязно живут. Это не объяснить отсутствием денег. Помыть пол можно и совсем безденежному человеку. Но полы грязные, обои засраные. На люстре висят штаны. Холодильник лежит боком на полу. Все потолки залиты. Одни — желтые, другие — черные. Если черные, это плохо, значит балки гнилые. Даже непонятно, почему уж так засрано. Правда, есть дома, где почище. И думаешь: вот ведь суетятся, пыль вытирают. Но не с уважением. А так — между прочим.

Все-таки, самое главное русское слово — грязь. В России все грязное: машины, помыслы, девушки, цветы, поля, весна. О грязной весне писал Пушкин, а потом задумался и не напечатал, постеснялся. А, может быть, если бы напечатал, получилась бы другая, чистая Россия, кто знает...