"Борьба с угрозой нацизма» как спецоперация Кремля

"Борьба с угрозой нацизма» как спецоперация Кремля Политика

12 августа 2013
Ирина Павлова, Историк, публицист, доктор исторических наук.

Ажиотаж вокруг кандидата в мэры Москвы Алексея Навального вновь актуализировал проблему понимания национализма в России. Его высказывания о грузинах, украинцах и других национальностях дали многим повод задуматься над его политическими взглядами и пристрастиями. К сожалению, никакой содержательной дискуссии не последовало, а все свелось к обычным обвинениям в национализме, нацизме и т.п. В этих спорах интересен не столько сам Навальный, сколько общественность, которая, как оказалось, до сих пор весьма слабо разбирается в вопросе. Многие, похоже, не ознакомились даже с весьма грамотно написанной статьей о национализме, которая есть в русскоязычном сегменте Википедии.

Как правило, спорящие не видят различий между «гражданским национализмом», который иначе можно именовать национал-демократией, «государственным национализмом», «этническим национализмом» и «нацизмом». Более того, они демонстрируют свою приверженность как раз тому пониманию, которое все эти годы посредством информационной спецоперации внедряла в сознание россиян верховная власть. Люди, не задумываясь, легко бросаются словом «нацизм» и легко ставят знак равенства между «гражданским национализмом» и «нацизмом». Вот наиболее яркий недавний пример из воспоминаний бывшей соратницы Алексея Навального по партии «Яблоко», которая убеждена, что национал-демократия — это оксюморон. «Демократ, — говорит она, — не может быть националистом, а националист демократом. Возможны национал-социализм и национал-большевизм. А национал-демократом быть нельзя».

Если говорить об Алексее Навальном, то, судя по его высказываниям, он никакой не национал-демократ, а типичный российский государственный националист с очевидным уклоном в бытовой этнический национализм. В этом он ничем не отличается ни от представителей российской власти, ни от ее элиты, ни от подавляющего большинства так называемой прогрессивной общественности. Он — из ряда националистов «в хорошем смысле слова», как сказал о себе и Дмитрии Медведеве Владимир Путин.

Государственные националисты — это великодержавники, разделяющие ценности русского фундаментализма. Среди них: а) представление о том, что русский народ может быть только государственным народом и носителем особого «культурного кода», особой нравственности и особого чувства справедливости, б) отрицание бездуховного Запада как модели общественного развития, в) видение России как империи и великой державы и г) уверенность в ее особой исторической миссии.

Со времен татаро-монгольского ига московские князья, получая ярлык на княжение, управляли своей территорией по принципу завоевателей, оккупантов, что постепенно стало государствообразующей российской традицией. Постепенно и древнерусский этнос сменился великорусским, а главной ценностью российской цивилизации стали не народ, не общество, не свобода, а самодержавие, деспотизм и подчинение верховной власти. Этот государственный национализм получил свое законченное выражение при Сталине, особенно после Победы во Второй мировой войне.

Вот почему Кремль с приходом во власть Владимира Путина взял за основу «сборки» российского народа именно Победу, а во внешней политике, в первую очередь в отношениях с бывшими советскими республиками, решения Нюрнбергского трибунала о борьбе с нацизмом. За последние 15 лет в результате агрессивной и целенаправленной пропаганды антизападничества, великодержавия и огламуренного Сталина-государственника государственный национализм вошел в плоть и кровь российского общества. Кремль на удивление быстро внедрил в сознание населения России не только чувство обреченности быть государственным народом, полностью зависимым от верховной власти, но и ощущение безальтернативности своей исторической судьбы. Конечно, эта успешность была исторически обусловлена: представление о том, что Россия окружена врагами, а потому должна сплотиться вокруг верховной власти и утверждать в мире свой статус великой державы, созвучно базовым представлениям народа о стране и окружающем мире.

В стратегическом видении государственного национализма Кремля русский народ может быть только подданным верховной власти. Поэтому в России народ не nation в западном смысле этого слова, поэтому не народ, а государство — ценность самого высокого уровня. Власть здесь не civil service, а демиург, освящаемый к тому же государственным православием. В этой картине мира никакая федеральная структура не свойственна российскому государству. Его идеал — только централизованное и только унитарное государство. Здесь власть заодно с самыми разными представителями так называемой элиты страны. Среди них — системные либералы во главе с Анатолием Чубайсом с его заявлением о либеральной империи. Националисты, в большинстве своем имперцы, взгляды которых выражают Сергей Кургинян и Максим Калашников. Левые, позиция которых ясно представлена в заявлении писателя Захара Прилепина: «Русский империализм — и есть мой национализм». Да и оппозиционная общественность не выходит на улицу с требованием соблюдать 1-ю статью конституции, в которой записано, что Россия является «демократическим федеративным правовым государством».

Последовательно возвеличивая государственный национализм, власть в то же время блокировала сколько-нибудь разумное обсуждение проблемы гражданского национализма. В ответ на пробуждение русского национального самосознания она разработала настоящую спецоперацию под прикрытием «борьбы с угрозой нацизма», пугая общество распадом страны и неконтролируемым ростом русского фашизма/нацизма. Эта спецоперация решала для Кремля несколько принципиальных задач:

Во-первых, она дезориентировала общественное мнение тем, что намеренно идентифицировала не только всплески этнического национализма, но и робкие зачатки гражданского национализма в стране с фашизмом/нацизмом, внедрив таким образом в общественное сознание существование серьезной угрозы нацизма. Для этой цели власть не гнушалась поддерживать в качестве пугала откровенно фашистские группировки и акции. Под предлогом борьбы с ними в Уголовный Кодекс была внесена 282-я статья, изначально предполагавшая самое широкое ее толкование. При поддержке спецслужб проходили акции ДПНИ, «русские марши», которые тоже способствовали внедрению в массовое сознание идеи об опасности любых проявлений национализма. При этом верховная власть воспринималась как единственная надежная гарантия защиты от появления русского фашизма/нацизма.

Во-вторых, «борьба с угрозой нацизма» стала ответом на формирование национального самосознания в бывших союзных республиках, ныне ставших суверенными государствами, прежде всего в Украине и республиках Прибалтики — Эстонии, Латвии и Литве. Эта спецоперация оказалась весьма эффективным способом давления на них и удержания их, хотя бы частично, в зоне влияния интересов российской власти. На этот «фронт» брошены Александр Дюков, Владимир Симиндей и другие псевдоисторики специально созданного фонда «Историческая память» и им предоставлен самый широкий доступ к материалам центрального архива ФСБ. Цель их сочинений, названия которых говорят сами за себя (см. указанный сайт), — разжигание розни между силами национального возрождения этих стран и просоветскими/пророссийскими силами. В них проводится просталинская версия как начала Второй мировой войны, так и послевоенного устройства союзных республик бывшего СССР и стран Восточной Европы. В рассмотрении самых сложных и болезненных сюжетов для исторического самосознания народов этих стран историки фонда «Историческая память» крайне агрессивно пропагандируют точку зрения советских/российских спецслужб, следуя букве и духу документов НКВД/МГБ того времени.

В-третьих, «борьба с угрозой нацизма» — это ответ на незаконченную и поверхностную десталинизацию конца 1980-х — начала 1990-х годов, внедрение в массовое сознание клише, что Сталин лучше Гитлера и что никакое сравнение сталинизма с нацизмом недопустимо. С этой же целью создана организация «Мир без нацизма», задача которой закрепление этих постулатов уже в мировом общественном мнении. Может последовать вопрос: а как же быть с недавним выделением дополнительных средств на федеральную программу десталинизации, которую поручено проводить в жизнь таким привластным деятелям, как Михаил Федотов и Сергей Караганов? Цель этой программы предельно ясна — приватизировать идею подлинной десталинизации и тем самым дискредитировать ее на многие годы вперед. Установить рамки обсуждения этой темы. Свести «политические» репрессии только к жертвам Большого террора 1937/38 гг. В условиях утвердившейся вертикали власти сталинского типа и всевластия спецслужб не может быть никакой десталинизации.

И наконец, «борьба с угрозой нацизма» — это ответ на поиски правды о Второй мировой войне, в том числе и о настоящих виновниках ее развязывания. Это ответ на появление книги Виктора Суворова «Ледокол» и на публикацию в конце 1980-х — начале 1990-х ряда принципиальных документов о кануне войны из российских архивов. Эти документы неопровержимо свидетельствуют, что Сталин и Гитлер несут равную ответственность за развязывание Второй мировой войны, причем главным провокатором этой войны был Сталин. «Борьба с угрозой нацизма» — это закрепление сталинской версии начала войны. Готовящийся сегодня в Госдуме закон «О реабилитации нацизма» уже не просто запрещает, а делает уголовно наказуемыми любые независимые исследования по истории Второй мировой войны. Вот почему официальные пропагандисты постоянно апеллируют к решениям Нюрнбергского трибунала, стремясь таким образом навсегда закрыть вопрос об их тенденциозности, обусловленной обстоятельствами того времени, когда судьями и обвинителями на процессе были представители не нейтральных государств, а стран-победителей — Советского Союза, Великобритании, США и Франции.

Однако правда истории требует помнить о той роли, которую сыграли на этом процессе сталинские юристы-генералы Иона Никитченко и Роман Руденко, настоявшие по праву победителей на рассмотрении вины только нацистской Германии и при содействии и малодушии союзников заблокировавшие рассмотрение всей истории скатывания Европы к войне, включая прежде всего провокационную роль сталинского руководства, стремившегося к развязыванию войны в Европе в надежде на «расширение социалистического фронта силой оружия».

Печально, но факт: спецоперация Кремля по «борьбе с угрозой нацизма» находится вне поля зрения прогрессивной общественности. Отсюда следует закономерный вывод о том, как далека Россия от возможности изменения традиционной российской системы взаимоотношений власти и общества, от развития гражданского национализма и от превращения ее народа из объекта в субъект собственной истории, способный самостоятельно распоряжаться своей судьбой.
http://rufabula.com/articles/2013/08...mbating-nazism

Алексей Навальный: А ты, черножопая, вообще молчи!
http://shuum.ru/opinion/31
Воспоминания о Навальном его бывшей соратницы из «Яблока», 86-летней Энгелины Борисовны Тареевой, которая проработала с ним несколько лет. Напомним, что в 2007 году Навальный был исключен из партии «Яблоко» за пропаганду националистических идей.
...В «Яблоке» не принято проявлять национализм, и Навальный, я думаю, старался сдерживаться. Но иногда срывался. В пылу спора сказал яблочнице-азербайджанке: «А ты, черножопая, вообще молчи, твое место на рынке». Женщина выбежала в слезах, пожаловалась, поведение Навального обсуждалось, он оправдывался, ему поверили. Таких эпизодов было несколько.
...Отношения Навального к тому или иному человеку во многом определялось национальной принадлежностью этого человека. Я этого не могла понять. Мне казалось, какие бы ты ни исповедовал националистические убеждения, когда перед тобой стоит конкретный человек, ты видишь в нем все-таки личность, а не представителя нации, но здесь было не так. Навальный не любил и презирал яблочника-грузина только за то, что он грузин. Называл его всегда с презрением в голосе «старый грузин», хотя он не был старым и был красивым. Я его любила. Я написала о нем пост «Мой грузинский друг». Мы с ним работали в Комиссии по партстроительству и организовали дискуссионный клуб «Вольнодумец». Но для Навального все это ничего не значило. Главным было то, что перед ним грузин. Когда я произносила слова «грузинская поэзия», он смеялся своим вышеуказанным смехом. Его смешило само словосочетание «грузинская поэзий». Если я говорила, что грузины приняли христианство на несколько столетий раньше, чем русские, и что у них появился великий эпос мирового значения письменный памятник «Витязь в тигровой шкуре», когда в России были только «Поучения Владимира Мономаха», он пропускал это мимо ушей. Сдвинуть Навального с его националистических позиций было невозможно. Особенно презирал он страны и народы Юга и Юга-Востока.
...Я считаю Алексея Навального самым опасным человеком в России. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, что самое страшное, что может случиться с нашей страной – это приход к власти националистов. Память о нацисткой Германии еще жива. Даже столь нелюбимый мною Прохоров понимает, что национализм это дорога в ад. Поражение в Холодной войне и падении империи - лучшая питательная среда для национализма. Но пока националисты – это ДПНИ, РНЕ, бритоголовые зиговцы - приход националистов к власти нам не грозит. Совсем другое дело Навальный.
...Он боролся как лев за то, чтобы остаться в нашей партии, похоже, что исключение воспринималось где-то как провал, иначе зачем бы ему эта партия. Оказавшись вне ее Навальный в 2007 году стал соучредителем национал-демократического движения «Народ». С Навальным ушли еще три человека из аппарата Яблока, получавшие в партии зарплату, один Илюша в 101 комнате остался. Ушедшие сняли офис вблизи офиса Яблока. В самом центре города аренда дорогая, не знаю, кто их финансировал. Всех ушедших я любила, скучала по ним, не могла войти в опустевшую комнату, звонила им, все собиралась их навестить, радовалась, когда встречала на улице, «и тех, кого я полюбил, я разлюбить уже не в силах». Но в июне 2008 года на конференции «Новый политический национализм» движение «Народ» подписало соглашение о сотрудничестве с ДПНИ. И здесь слабость, которую я питала к Навальному испарилась в одно мгновение.
...сразу стало ясно, что название ДПНИ (Движение против нелегальной иммиграции) не отражает сущности движения. Это просто способ легитимизировать движение, представить его как борца за законность. На самом деле незаконная миграция их интересовала меньше всего, она даже была им полезна, что ясно из вышесказанного. На встрече с нами они о незаконной миграции и не упоминали. На первый взгляд могло бы показаться, что ничего страшного они не говорили. Но Елена Николаевна не выдержала и десяти минут и с криком выбежала из зала. Я потом читала запись об этой встрече в ЖЖ одного из националистов: «Какая-то тетка, вероятно, вспомнив кишиневский погром, с криком выбежала из зала». Елена Николаевна – чистокровная казачка по матери и по отцу. Так что кишиневский погром не имел к ней никого отношения, но ДПНИвцы не могли себе этого представить. Мне тоже было сильно не по себе. У меня было ощущение, что меня поместили в темное холодное безвоздушное пространство, и я замерзаю и задыхаюсь. Наши явно терпели поражение в так называемой дискуссии, и это неудивительно. Я тоже не знала бы, что возразить, но я и не стала бы возражать. Дискуссия здесь невозможна. Это как разговор ягнёнка с волком в басне Крылова: «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать». Тон был агрессивный. Тон бескомпромиссного презрения и неприязни ко всем нерусским. Мы и они. И ничего общего быть не может. ДПНИвцы говорили, что русские самая обиженная нация в России, у них нет даже своей государственности. У ненцев, у чукчей, у якутов есть свои автономии, а у русских нет. То, что Россия и есть русское государство, и что автономии выделены для малых народов, чтобы они чувствовали себя равными, для ДПНИвцев ничего не значило. Непонятно было, в каких границах они представляют себе и требуют русское государство. Еще они говорили, что ненцам или бурятам легко пойти в гости к своим единоплеменникам, а русским трудно. Русскому, чтобы повидать другого русского иногда надо пересечь всю страну. Ну, например, от Москвы до Владивостока. А это очень дорого. И русский не может себе позволить навестить другого русского. Словом, они так всем заморочили голову своей русской обездоленностью, национальными меньшинствами, что А. Бабушкин почти согласился, что русским нужно предоставить бесплатные билеты для проезда и пролета по стране.
...Но повторяю: к ДПНИвцам, к РНЕ, к бритоголовым с железными прутьями в руках порядочные люди не примкнут. Другое дело Навальный. Ему в голову пришла идея столь же бредовая, сколь гениальная. А может, это не он придумал, а ему откуда-то спустили. Я имею в виду национал-демократию. Это сочетание слов – оксюморон. Они не сочетаемы. Демократ не может быть националистом, а националист демократом. Возможны национал-социализм и национал-большевизм. А национал-демократом быть нельзя. При демократии людей не делят ни по национальному, ни по классовому признаку. Однако, это словосочетание и причастность к нему Навального, который не щадя сил и средств борется с коррупцией и другими отрицательными явлениями нашей жизни, легитимизируют дикую ксенофобию и этнический национализм, уровень которых сейчас в России беспрецедентный. Националисты любого пошиба, благодаря Навальному, смогли почувствовать себя респектабельными людьми. Ведь движение Навального заключило с ними договор о сотрудничестве. Демократы с националистической червоточинкой, которые боролись с этим в себе, скрывали это от других и от самих себя, теперь могут этого не стыдиться. Это допустимо и чуть ли не престижно.

Кто бы сомневался. Урод он конкретный, этот навальный. Еше и вор, и казнокрад.

УКАЗ
ПРЕЗИДЕНТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
О Политическом совете
В соответствии с предложением ряда политических партий, движений и общественных организаций о более активном привлечении их к общественно-политической деятельности при создании правовой и законодательной базы экономических и политических реформ, а также для привлечения к этому процессу широких кругов общественности в регионах Российской Федерации постановляю:
1. Создать Политический совет при Президенте Российской Федерации (далее именуется - ПС).
2. Предложить политическим партиям и движениям общероссийского, межрегионального и регионального уровня, зарегистрированным органами юстиции Российской Федерации, войти в состав ПС. Предложить политическим партиям и движениям, имеющим фракции в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации, а также политическим партиям и движениям, не получившим в результате выборов депутатских мест в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации, войти в первоочередном порядке в состав ПС. Руководителю Администрации Президента РФ сформировать рабочую группу по обеспечению деятельности ПС.
4. Рабочей группе в недельный срок представить на утверждение:
- положение о Политическом совете;
- предложения по кандидатурам руководящего состава ПС.
5. Признать утратившим силу Указ Президента Российской Федерации № 989 от 25 июня 1996 г. «О Политическом консультативном совете при Президенте Российской Федерации».
Президент Российской Федерации В.В. Путин
Москва, Кремль
« » 2000 года №


Реформирование Администрации Президента Российской Федерации

Новому Президенту Российской Федерации, если он хочет действительно обеспечить порядок и стабильность в стране на период своего правления, не нужна саморегулирующаяся политическая система, ему нужна политическая структура (орган) в составе своей Администрации, которая сможет не только прогнозировать и создавать «нужные» политические ситуации в России, но и реально управлять политическими и общественными процессами в Российской Федерации, а также в странах ближнего зарубежья.
Моральное состояние общества в настоящий момент отвергает любые прямые заявления и действия со стороны Президента РФ и его Администрации, которые могут быть направлены на подавление оппозиции и ее лидеров, а также на взятие под контроль средств массовой информации и информационных коммуникаций, поэтому разработчики данной программы определяют исключительно важной стратегическую тактику ведения Политическим Управлением Президента РФ...«двойной» линии, в построении своей работы — «открытой» (официальной) и «закрытой».
Закрытая (базовая) часть в работе Управления должна конкретно, в том числе с прямым использованием возможностей спецслужб, сейчас и в дальнейшем влиять на формирование состава Государственной Думы РФ, на проведение сейчас и в дальнейшем выборов Президента РФ по «нужному» сценарию, на деятельность региональных политических и финансовых элит, на различные электоральные (избирательные) группы российской общественности. (Закрытая информация полностью печатается в программе «Дезориентация протестного электората»).
...Ни один оппозиционер никогда не обладал и не будет обладать теми возможностями, которыми обладает Президент РФ и его Администрация (имеются в виду управленческие, кадровые, информационные, авторитетные, финансовые и др. ресурсы)... Функции координации этих возможностей для борьбы с оппозицией и должно взять на cебя Управление Президента РФ по политическому планированию.«

Чтобы «Президенту РФ В.В. Путину избежать „ошибок“ Б.Н. Ельцина, ему необходимо...предоставить право вести политические словесные и разоблачительные „перепалки“ с оппозиционерами... таким же политикам — „крикунам“ и „скандалистам“, входящим в Политический совет, но играющим по конкретным „сценариям“, разрабатываемым в Политическом Управлении Президента РФ».

Источник Архив Коммерсант

А кто же тот политсовет..?

http://youtu.be/W-BPLnjQbPQ

Судя по всему Вовины пацаны подожгли дом соседям, а огонь уже перекидывается к поджигателям.((