Мусульманский шанс России
Христианство и ислам: сохранится ли вековая традиция добрососедства?
Александр Сабов, Российская газета
http://www.rosfoto.ru/photos/big/0019000/019332_317.jpg
Россия. Москва.Торжественные намазы в честь праздника Ураза-Байрам в московской мечети на проспекте Мира.
Чем дальше, тем назойливее: "исламский джихад", "исламский терроризм", "радикальный ислам", "исламисты"... Почти полтора миллиарда верующих ислама, одной из ведущих мировых религий, подобными ярлыками все больше стремятся уравнять с приверженцами некой зловредной секты, которая лишь тщится говорить от его имени. Как же созрел этот феномен, уже ставший фактором глобальной политики, да и всей современной истории? И что это за "секта", паразитирующая на учениях ислама, похоже, с одной только целью - навлечь на него праведный гнев "неверных"?
В ходе нашей беседы с депутатом Госдумы, кандидатом исторических наук Шамилем Загитовичем Султановым преобладал жесткий научный анализ. Но важнее всего мне показались выводы, к которым мой собеседник пришел вместе со многими своими - кстати сказать, далекими от ислама - единомышленниками.
Российская газета| Шамиль Загитович, два года назад вы стали депутатом Госдумы и наверняка можете ответить: сколько в нашем парламенте мусульман?
Шамиль Султанов| Ответить не так просто. Из 450 депутатов мусульманские фамилии носят 37 человек. Но многие из них, конечно, не являются мусульманами в полном смысле этого слова.
РГ| Как понять: они не молятся по пять раз в день?
Султанов| Да, пять намазов ежедневно - это для правоверных обязательно. Но ведь есть и другие столпы ислама: настоящий мусульманин должен совершать хадж, как можно часто произносить про себя шахаду, давать закят, то есть помогать бедным, соблюдать ежегодный пост...
РГ| Помощь бедным определяется в исламе двумя понятиями: закят и садака. Какая между ними разница?
Султанов| Закят - это система обязательных отчислений из своих доходов, иными словами, это религиозный долг мусульманина. А садака - это личные и добровольные пожертвования из религиозного чувства. Мусульманин обязан исходить из того, что Всевышний, давая ему богатство, деньги, использует его для того, чтобы он же эти деньги перераспределял между нуждающимися. История ислама - это, если хотите, история щедрости, не случайно в мусульманской среде столь авторитетны и популярны люди, которые конкурировали и конкурируют в щедрости друг с другом. Вот пример Кувейта. Приблизительно 10-15 процентов своих доходов Кувейт тратит на помощь мусульманам в других странах, где много бедных людей. Это миллиарды долларов. В самом Кувейте бедных нет. Вернее, бедным там считается человек, у которого нет собственного дома, нет машины и нет прислуги, таким государство обязано помогать. Но это не все. В Кувейте учрежден и так называемый фонд будущих поколений, чего, к сожалению, нет у нас. Там отдают себе отчет в том, что через сорок лет нефть кончится, и рассуждают так: вправе ли мы оставить своих детей, внуков, правнуков посреди этой песчаной пустыни ни с чем? Поэтому принят закон, согласно которому 20-25 процентов доходов от нефти откладываются в фонд будущих поколений.
РГ| Сколько же остается кувейтцам сегодня?
Султанов| Дай бог, половина. Но этой половины им вполне хватает. Вы бывали в мусульманских странах?
РГ| Палестина, Ирак.
Султанов| Ну, тогда вы не могли не заметить: чем беднее страна, тем резче социальная дифференциация граждан. И, напротив, чем страна богаче, тем больше ее правящий класс заботится о гомогенности общества, о выравнивании имущественного состояния своих граждан. Давайте оглянемся на себя. Наши северокавказские республики называют себя мусульманскими, а между тем уровень социальной дифференциации в этих республиках в несколько раз выше, чем в среднем по России. Разве это соответствует законам ислама? Есть немало стран, вроде Нигерии, которые провозгласили ислам своей официальной религией, однако там продолжают господствовать трайбалистские, иерархические структуры, несовместимые с принципами ислама. В этом, кстати, трагедия Чечни, которая продолжается еще с восстания Шамиля в XIX веке: адат, национальные и племенные обычаи, социальные традиции в Чечне до сих пор сильнее, чем исламские принципы. Поэтому закят там до сих пор не прижился, а значит, не соблюдается главный социальный принцип ислама - справедливость.
РГ| По этой логике выходит: тот, кто скупится, кто отворачивается от бедных единоверцев, тот не мусульманин?
Султанов| Это мусульманин, нарушающий шариат - закон, который Всевышний дал людям. Тем самым он, в соответствии с другими законами, подлежит наказанию. Вера - это высшая форма жизни. К сожалению, в наше время по-настоящему верующих очень мало. Вот говорят, в России 20 миллионов мусульман... а де-факто, это только мусульманские фамилии, мусульманские корни. По тем критериям, о которых мы говорили, дай бог, чтобы истинно верующих набралось миллион-полтора.
РГ| По статистике 1989 года, мусульман в России насчитывалось чуть больше 11 миллионов. Но очень скоро их численность выросла втрое - если считать "целыми республиками", получается действительно 30 миллионов. А в докладе межфракционного депутатского объединения "Россия - Исламский мир: стратегический диалог", которое образовалось в Думе в прошлом году, опять другая цифра. Можете объяснить, откуда такой разнобой?
Султанов| Среди прочих данных, мы основывались и на официальных сведениях Центрального разведывательного управления США. Это ведомство постоянно ведет мониторинг численности мусульманского населения в мире по различным критериям, и на 11 мая 2004 года оно насчитывало в России 26 миллионов мусульман, включая и мигрантов, в том числе нелегальных.
РГ| Поразительно: в ЦРУ нашу демографию знают лучше, чем мы сами?
Султанов| С определенного времени это ведомство самым тщательным образом отслеживает процессы в мусульманском мире: там считают, что это важно для безопасности США. Уже в 70-80-е годы они предполагали, что где-то на грани ХХ-ХХI веков в Советском Союзе может настолько усилиться исламский компонент, что в результате может измениться и вектор его внешней политики. Запад беспокоила возможность создания стратегического альянса между Советским Союзом с его ядерным потенциалом и странами исламского мира, где сосредоточено свыше 80 процентов мировых запасов нефти. Некоторые конспирологи утверждают, что главной задачей "холодной войны", которая привела к развалу Советского Союза, было не допустить образования такого альянса.
РГ| Из кого состоит межфракционное депутатское объединение? Это объединение конфессиональное?
Султанов| Нет. В МДО 45 депутатов, из них мусульман - только шесть человек. Нас объединило сознание важности мусульманского фактора для России. Единомышленники нашлись во всех политических структурах: в президиум входят двенадцать человек от всех пяти думских фракций.
РГ| Попытки создать подобные парламентские объединения уже случались в нашей истории?
Султанов| Нет. Это впервые. Если коснуться истории вопроса, то в последний раз в нашей стране целенаправленная восточная политика была заявлена в 1920 году в контексте реализации ленинской концепции "Лицом на Восток". Помните: Афганистан, отношения с Ираном, с Ататюрком и т. д.? Советское руководство всегда уделяло много внимания Востоку. Сегодня политика стратегического взаимодействия в равной степени необходима и России, и исламскому миру. И хотя такого субъекта международного права на глобальной сцене пока еще нет, все идет к тому, что он скоро появится. Российская мусульманская община не может оставаться в стороне от этого процесса.
РГ| Сегодня в моде евразийская идея. Вы идете в ее русле?
Султанов| Понятие евразийства сегодня настолько разбухло, столько спекулянтов подвизаются в этом течении, что мы остерегаемся олицетворять себя с ним. Нас побудила действовать очевидная реальность, которая заключается в следующем. Заканчивается очень важный исторический период. Полезные ископаемые, на которых выросла современная цивилизация, подходят к концу. Нефти и газа осталось на тридцать-сорок лет. В своих прогнозах мы не оригинальны: еще в начале 70-х годов о скором истощении природных ресурсов предупреждали Римский клуб, авторы многих прогремевших тогда докладов. Но потом эти предупреждения вдруг прекратились и... забылись. И вот пришло время вспомнить о них потому, что глобальный системный кризис уже явно начался. Об этом говорят скачки цен на нефть, на газ и другие природные ресурсы. Правда, тогда предрекали, что кризис начнется где-то в 1995-1998 гг., а реально он начал ощущаться с 2002-2003 гг. Такое "опоздание" было связано с тем, что огромные запасы стратегического сырья, которые хранились в Советском Союзе, после его развала были вброшены на мировой рынок. За счет этого удалось немного притормозить. Но в целом это не меняет картины: своей, российской нефти у нас остается реально на 12-15 лет.
РГ| Цифры не секретные, можете их назвать?
Султанов| Запасы российской нефти оцениваются в 8 миллиардов тонн, в том числе извлекаемые запасы - в 6,7 миллиарда. Наши нынешние технологии не позволяют добыть всю разведанную нефть, очень велики потери. Не говоря уже о хищнических способах нефтедобычи. Наука обещала нам альтернативные источники энергии на основе термоядерного синтеза к 2000 году, на основе водорода к 2010 году, но все это оказалось иллюзией, и теперь прогноз отнесен на середину столетия. Что касается возобновляемых источников энергии - солнца, ветра, воды и т. д., то это вообще детский лепет. Говорят, что единственная альтернатива нефти - атомная энергия. Во многих странах спешно принимаются программы по активному развитию атомной энергетики. Но ведь запасы урана на Земле тоже не беспредельны. Не исключено, что через несколько лет России придется импортировать природный уран для своих атомных энергостанций. А Япония, которая на 93 процента зависит от импорта нефти и газа, решила принять новую конституцию, которая позволит ей создать сильную армию, причем по этому вопросу в стране полное единство взглядов. Нужны комментарии? Тот, кто будет контролировать убывающие запасы энергии, тот и выиграет время, чтобы адаптироваться к новым условиям.
РГ| Несколько лет назад обнаружилось, что самое экстремистское течение в исламе - ваххабизм. Как это могло случиться, учитывая, что родилось оно два века назад и все это время оставалось замкнуто в рамках Саудовской Аравии?
Султанов| Два с половиной века назад. Главный труд Мухаммеда ибн Абд аль-Ваххаба, основателя этого течения, называется "Чистое единобожие". Смысл его учения в том, что любой верующий, если он не будет прилагать максимум усилий для поддержания своей внутренней веры, так или иначе будет скатываться к язычеству. Вы верите в Бога, но молитесь не ему, а скажем, на медицину, на своих детей, на некие законы природы...на свои коллекции, на свои деньги... вот оно, подспудное язычество! Против него и ополчился ваххабизм. Что тут экстремистского? Да ничего. И тем не менее через два с лишним века запущена версия о "ваххабитах-террористах".
РГ| Допустим, миф об "агрессивном ваххабизме", как и искаженную терминологию, можно оспорить, но от этого само явление не исчезнет. Как же его правильно называть? Несколько лет назад в Москве прошла международная конференция "Исламская угроза или угроза исламу?", и там, помню, бурно обсуждался термин "ихванство".
Султанов| Да нет, это другое. Аль-Ихван аль-Ислами - "Братья-мусульмане", одна из самых мощных в исламе фундаменталистских школ. Сопротивляется интервенции западных ценностей и стандартов жизни, защищает традиционные для ислама модели поведения. В ряде мусульманских государств нет ни террористической, ни даже экстремистской деятельности именно потому, что власть и общество там негласно опираются на "Братьев-мусульман". Поэтому "ихванством" можно лишь запутать мозги, свои и чужие. А радикалы в исламе, конечно, есть, ими-то и манипулирует "третья сила" в своих политических интересах.
РГ| Ну, вот мы и дошли до самой тревожной проблемы: так кто же эти радикалы? Есть у них свое имя, свое лицо?
Султанов| Крайний фланг исламского спектра составляет так называемый салафият аль-джихад. Это они, салафиты, считают, что борьба с неверными должна вестись с применением силы и безо всяких компромиссов. Сколько их? Точно никто не знает, но вряд ли больше 10-15 тысяч человек. Да, очень многие салафиты - выходцы из "Братьев-мусульман", но борьба между ними ведется, может, еще более ожесточенная, чем между салафитами и умеренными мусульманами. Считать салафият аль-джихад каким-то самостоятельным, автохтонным направлением в исламе нет ни идеологических, ни концептуальных оснований. Кстати, Ваххаб - одно из 99 священных имен Аллаха, значит, любой правоверный мусульманин вправе назвать себя последователем Ваххаба, т. е. ваххабитом. И только салафиты не имеют на это никакого морального права, но их-то и сделали "ваххабитами"! Так чудовищно исказить это понятие можно было только преднамеренно, чтобы бросить тень на всех мусульман. И если это удалось, то потому, что так называемые исламские радикалы сами крайне невежественные люди, далекие от ислама.
Каким бы богам ни молиться...
Краткий конспект доклада "Россия и исламский мир"
Новая парламентская группа в Госдуме с самого начала заявила о своем намерении продолжить политическую линию, намеченную еще в октябре 2003 года. Тогда - впервые в истории - глава российского государства принял участие в заседании Организации Исламская конференция (ОИК), проходившем в столице Малайзии. "Сложение наших финансовых, технологических и кадровых ресурсов, - сказал Владимир Путин с трибуны ОИК, - способно стать реальным фактором мировой политики, началом прорыва на многих направлениях мировой экономики. Мусульманский мир, его интерес заключается в том, чтобы иметь мощного и долгосрочного, прогнозируемого, хорошо прогнозируемого союзника в виде Российской Федерации".
"Союзником" нельзя быть с одной стороны, это дело равноправных партнеров. И постепенно оно приобретает реальные черты: в июне нынешнего года Российская Федерация официально получила статус наблюдателя в ОИК.
В ходе реализации этой линии и родился доклад "Россия и Исламский мир: проблемы, предпосылки и перспективы долгосрочного взаимодействия". Автор коллективный: помимо членов новой парламентской группы, еще добрых полтора десятка консультантов.
СКОЛЬКО В МИРЕ МУСУЛЬМАН? Мировая статистика отвечает: уже 1,3 миллиарда. В 2000 году каждый пятый житель планеты был приверженцем ислама. Прогноз на 2025 год: мусульмане составят не меньше 30 процентов населения Земли. Они уже составляют большинство более чем в 40 странах мира, еще в целом ряде государств являются значительным и влиятельным меньшинством.
"ИСЛАМСКИЙ ЮГ": в Индонезии живут 210 миллионов мусульман, в Пакистане - 150, Бангладеш - 110, Нигерии - 80, Иране и Турции - по 65, Египте - 60, Марокко и Алжире - по 30, Судане - 25, Саудовской Аравии - 20. В Индии с ее миллиардным населением численность мусульманской общины достигает 140 миллионов человек.
"ИСЛАМСКИЙ СЕВЕР" (Россия, Кавказ и Центральная Азия): общая численность мусульман составляет 50 миллионов человек.
ИСЛАМ И ХРИСТИАНСТВО. Вопреки распространенному мнению, ислам в своих теологических основаниях очень близок к христианскому наследию. Обе религии признают единобожие, придерживаются авраамической традиции Откровения, обосновывают верой этические нормы, почитают Иисуса. При этом их ценностные модели резко отличаются: европейская христианская цивилизация строится на базе индивида, тогда как для мусульман главной точкой отсчета служит приверженность общине, коллективу единоверцев - умме, в том числе и мировой умме. Мировая умма на 90 процентов суннитская и, в отличие от шиитской ветви ислама, не признает вертикального управления религиозной жизнью.
РОССИЙСКОЕ МУСУЛЬМАНСКОЕ СООБЩЕСТВО - это примерно 20 миллионов человек, а с учетом иммигрантов - почти 26. К мусульманам относят себя 30 процентов представителей среднего и мелкого бизнеса в России. Во время избирательных кампаний политическая активность российских мусульман заметно выше, чем других групп населения.
СПЕЦИФИКА ИСЛАМА В НАШЕЙ СТРАНЕ. Она вытекает из специфики суннитского ислама, к которому относятся почти все российские мусульмане: единого центра по управлению их религиозной жизнью в нашей стране нет. В Российской империи существовали четыре крупных региональных мусульманских центра. Главы двух из них, бухарский эмир и хивинский хан, входили в Госсовет и участвовали во всех важнейших государственных церемониях, в том числе в интронизации православного императора, который официально носил титул "защитника правоверных". Четыре крупных духовных центра мусульман сохранялись и в СССР. Теперь эти структуры исчезли, а взамен образовалось свыше 40 духовных управлений. Мусульманское сообщество России фактически разобщено на региональные и этнические анклавы.
ИСЛАМСКАЯ СОЛИДАРНОСТЬ. Организация Исламская конференция (ОИК) объединяет уже 57 мусульманских государств, в том числе 6 стран СНГ и по 2 страны Европы и Латинской Америки. В рамках ОИК создана широкая сеть ассоциированных учреждений: Исламский банк развития (ИБР), аналоги ЮНЕСКО, Олимпийского комитета, Международного Красного Креста и др. За последние десять лет ИБР увеличил свой уставный оплаченный капитал до 8 миллиардов исламских динаров (более 12 миллиардов долларов США) и по этому ключевому показателю обогнал Всемирный банк реконструкции и развития. Образована "большая исламская восьмерка", на долю которой приходится уже около 8 процентов мировой торговли. Разрабатываются проекты по формированию полноценного общего рынка исламского мира, для реализации которых предусматривается использовать доходы от нефти. Начата реализация программ по переходу стран-членов ОИК к единой исламской валюте. Происходит сближение позиций ОИК и ОПЕК, консолидируется позиция мусульманских стран по иракскому кризису, появляются общеарабские каналы телевидения и т. д.
СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПАРТНЕРСТВО В ГЛОБАЛЬНОМ МИРЕ. По разным оценкам, через 10-15 лет наступит пик производства нефти, а затем - неминуемый спад. Россия и мусульманские страны - поскольку на их долю приходится свыше двух третей нефтегазовых запасов на планете - становятся объектами стратегических устремлений ведущих глобальных игроков. Вот почему выработка ясной стратегической линии России по отношению к исламскому миру и исламского мира по отношению к России - обоюдный императив.
ИНТЕРЕСЫ РОССИИ. На мировой арене у нас много партнеров и конкурентов, декларирующих свою заинтересованность в развитии отношений с РФ. В прагматическом плане это определяется четырьмя основными факторами: наличием у России ядерного потенциала, ее нефтегазовым экспортным ресурсом, особым геополитическим и геоэкономическим положением страны и степенью ее готовности следовать правилам однополюсного мира. Однако Россия отстаивает приоритет национальных интересов всех участников глобальной системы. Это сближает наши позиции с исламским миром, который свои надежды на развитие и на достойное будущее также связывает с новым, справедливым многополюсным мировым порядком. Экономическая интеграция исламского мира предполагает создание крупных промышленно-энергетических комплексов, ориентированных на замещение импорта, и тут у России серьезный козырь: около 350 таких комплексов было построено еще во времена Советского Союза. Но все эти благоприятные возможности могут реализоваться только в том случае, если Россия начнет выстраивать стратегическую модель сотрудничества с исламским миром.
ИНТЕРЕСЫ ИСЛАМСКОГО МИРА. Он объективно заинтересован в мощной и динамичной России со статусом великой державы. Именно на этой основе и происходит сближение политических позиций России и исламского мира, например, в оценках иракского, палестинского, чеченского кризисов. Россия голосовала за последние резолюции Генеральной Ассамблеи ООН, направленные на облегчение условий жизни на оккупированных палестинских территориях. Организация Исламская конференция и Лига арабских государств поддержали усилия по возвращению Чеченской Республики в правовое поле Российской Федерации. Но от политической поддержки друг друга пора уже переходить к тесному и многостороннему экономическому сотрудничеству, в том числе и на территории России.
РАДИКАЛИЗАЦИЯ ИСЛАМСКОГО МИРА. Соотношение ВВП на душу населения в богатых и бедных странах составляло в 1950 году примерно 20:1, в 1971-м - 30:1, в конце 90-х - 75:1. Отсюда убеждение, господствующее в мировой умме: глобализация лишь усугубляет фактическое деление мировой системы на "золотой миллиард" и "остальное человечество".
