ДИКАЯ ДИВИЗИЯ

Потомкам рыцарей чести и достоинства - офицеров и всадников "Дикой дивизии"

БОЕВАЯ СЛАВА ИНГУШЕЙ

Страница из истории
Кавказской туземной конной дивизии
Справочный материал для подготовки этой страницы мне три года назад предоставил патриот своего народа, историк и педагог Тамерлан Хаджибикарович Муталиев. (Дала гешт долда цунна!) Отдавая дань уважения и памяти этому замечательному человеку сегодня, решил вынести материал на страницы газеты и благодарен "Сердало" за предоставленную возможность его опубликовать. Уверен, что потомкам (родным и близким) будет приятно еще раз прочитать о славных сынах нашего народа - офицерах и всадниках Ингушского конного полка. Как и мне дорога память о своем родном деде подпоручике Алисхане Плиеве, служившем в этом полку. (С его автобиографией, о боевых и морально-нравственных качествах я намерен подготовить отдельный материал).

Подлинные свидетельства прошлого, дошедшие до нас из глубины веков и тысячелетий, дают нам твердые основания утверждать, что мирный созидательный труд наших предков всегда сопровождался необходимостью его надежной защиты. Такое сочетание предопределялось самим географическим расположением, в частности, Ингушетии, и в целом Кавказа, стратегическое значение которого состоит прежде всего в том, что он является проходом, соединяющим Европу и Азию с ближним Востоком, выходом на мировые просторы. Поэтому столь же древней и богатой является военно-политическая история народов Кавказа, и ингушского народа в их числе.
Меня давно интересовали сведения о Кавказской туземной конной дивизии (КТКД), чуть ли не с первых дней своего существования в дополнение к официальному названию получившей неофициальное название "Дикой дивизии". Однако, если вначале в это название вкладывалось впечатление о своеобразном отношении ее рядового личного состава к военно-уставным требованиям, то с первых боевых отличий дивизии ее неофициальное название наполнилось подлинным уважением соратников по оружию в русской армии и столь же подлинным страхом и даже ужасом, наводимым ею на противника.
Формирование КТКД было продолжением практики создания иррегулярных воинских формирований из горцев Северного Кавказа. Первой подобной частью являлся Кавказский конно-горский полк, созданный в середине 30-х годов 19 века по инициативе генерал-фельдмаршала И. Паскевича. Полк дислоцировался в Варшаве, в 1849 г. принял участие в Венгерском походе русских войск. Расформирован в 1856 г. В его составе служило в общей сложности до 40 ингушей, для которых, как и для других горцев, он являлся заметной кузницей первых офицерских кадров.
Отдельные горские формирования (в виде конных сотен) создавались для участия в Крымской войне 1853-1856 гг. В русско-турецкую войну 1877-1878 гг. в составе Терско - Горского конно-иррегулярного полка Ингушский дивизион заслужил под командованием подполковника Банухо Базоркина и ротмистра Николая Альдиева высшую награду русской армии - Георгиевский штандарт. В русско-японской войне 1904-1905 гг. в составе Терско-Кубанского конного полка высокую боевую репутацию обрела Ингушская конная сотня под командованием войскового старшины Эльберта Нальгиева.

Летом 1914 г., в связи с обозначившейся войной стран Антанты против германо-австрийского военного блока, на Северном Кавказе приступили к формированию туземной конной дивизии в составе 6 полков, каждый из которых был 4-сотенного состава. Полки получили свои названия по признаку этнической принадлежности личного состава: Кабардинский и 2-й Дагестанский (1 бригада), Татарский (Азербайджанский) и Чеченский (2 бригады) , Ингушский и Черкесский (3 бригады).
Принцип формирования личного состава рядовых (нижних чинов), как и во всех предыдущих случаях, был основан на добровольном призыве. Всадники за общественный счет обеспечивались лошадьми, обмундированием, амуницией и традиционным горским оружием - шашками и кинжалами. Винтовки выдавались казенные. Всадникам выплачивалось жалование в размере 20 руб., вахмистрам - по 40 руб., ст. урядникам - по 35 руб., урядникам- по 30 руб.
Штаты дивизии и унифицированный штат полка были утверждены императором 16 августа 1914 г.
Офицерский состав полка насчитывал 22 человека. Строевых нижних чинов было 480 всадников, а вместе с нестроевыми (обозными, писарями, денщиками и т.д.) - 643 человека.
Формирование дивизии преследовало следующие отчетливо выраженные цели:
Политическая цель - необходимо было показать миру, что непокорные в прошлом горцы стали ревностными защитниками России. Именно для подчеркнутого обозначения этой идеи командовать дивизией был назначен великий князь генерал-майор Михаил Романов. Этим же объясняется присутствие большого количества представителей высшей российской и кавказской знати в офицерском составе дивизии.
Военная цель - организаторы подчеркивали пользу использования в военных целях прекрасных боевых качеств горцев, прирожденных воинов и наездников.
Полицейско-административная задача - начальник Терской области генерал-лейтенант Флейшнер настойчиво напоминал о необходимости удаления на Западный фронт "наиболее беспокойной части местного населения" с учетом того, что намечается участие Турции в войне против России. Однако на практике эта задача была реализована далеко не в той форме и степени, в какой это планировалось начальством.
Создание Ингушского конного полка завершилось к октябрю 1914 г. Недостатка в добровольцах не было, и это потребовало довольно тщательного отбора всадников. Одним словом, служить в полку было делом престижным. Ингушский полк в дивизии был единственным, который на войну выступал со своим знаменем - с Георгиевским штандартом, заслуженным Ингушским конно-иррегулярным дивизионом за участие в войне 1877-1888гг. Все остальные полки до марта 1915 г., когда им были вручены простые полковые знамена (и ингушам в их числе), знамен не имели. Ингушский же полк в дополнение к полковому знамени вывозил в строй в качестве почетного знамени названный нами Георгиевский штандарт, как свидетельство доблести и отваги своих дедов и отцов.
В войну дивизия вступила в ноябре 1914 г. в составе 8 армии генерал-адъютанта Брусилова. До конца войны попеременно входила в состав 2,3 и 4 конных корпусов. Большую часть войны провела в 9-й армии генерала Лечицкого на Юго-Западном фронте и лишь несколько месяцев (зима 1916-1917 гг.) на Румынском фронте.
Современники, и военные специалисты в первую очередь, давали очень высокую оценку боевым качествам полков "Дикой дивизии". Особенно выделялся ими факт 16 конных атак частей и подразделений дивизии только в одном 1916 году, кстати, самом насыщенном боевыми победами русской армии за всю войну, достигнутыми в основном войсками Юго-Западного фронта под командованием генерал-адъютанта Брусилова.

В дни знаменитого летнего Брусиловского прорыва русской армии дивизия была придана в поддержку войскам 41-го армейского корпуса, находившегося в авангарде наступающих армий. Здесь 5-го июля 1916 г. всадники и офицеры Ингушского конного полка покрыли свои знамена неувядаемой славой. В этот день с раннего утра части корпуса прорвали оборону противника. Не взятым оставалось лишь упорно обороняемое немцами в центре фронта корпуса село Езержаны . В ходе двух атак на него не добились успеха и понесли большие потери полки Заамурской пехотной дивизии.
После очередной неудачи этих полков командир 3 бригады кавказцев генерал-майор Гагарин бросил на село в неожиданную для противника атаку 4 сотни Ингушского конного полка. Цитирую изложение хода атаки по официальному приказу, изданному 25 июля 1916 г. : "Доблестные 1,2 и 3 сотни ингушей, пройдя на рысях посотенно цепи заамурцев, лихо развернулись в боевую лаву,- отмечено в приказе. - Уступами вправо и влево от шоссе под командою подполковника Абелова, имея в головном уступе 1-ю сотню штабс-ротмистра Баранова, в правом уступе сотню ротмистра Апарина, в левом - штабс-ротмистра Султана Бек-Борова, а за центром 4-ю сотню поручика Крым-Султана Базоркина, руководимый своим командиром полковником Мерчуле, полк со свойственной ему удалью кинулся в атаку под ружейным, пулеметным и артиллерийским огнем германцев, отчаянно защищавших селение Езержаны…
Порыв ингушей вызвал восторженное "Ура!" доблестных Заамурских полков, перешедших за ингушами в решительное наступление.
Первою врубилась в передовые немецкие ряды и, переколов их пиками, ворвалась в Езержаны в 7 часов вечера ингушская сотня штабс-ротмистра Баранова, правее ее сотня ротмистра Апарина и за ними сотня поручика Базоркина. Сотня же штабс-ротмистра Бек-Борова бросилась на высоту, откуда противник поражал фланговым огнем нашу атакующую лаву и куда пытались спасаться отступающие из с. Езержаны немцы.
Несмотря на упорное сопротивление немцев на каждом перекрестке улиц, во дворах и в домах, откуда их пришлось выбивать огнем и даже кинжалами, все же к 8-ми часам с помощью заамурцев село Езержаны было окончательно в наших руках. Лишь только вошли в село передовые цепи заамурцев, ингуши бросились преследовать немцев, отступивших из деревни к северу. Здесь была замечена вдали, взятая на передки, батарея орудий, на которую и налетели ингуши. Сопротивляющееся прикрытие батареи было частью перерублено и переколото. Прислуга, обрезав постромки, ускакала. Пять тяжелых 6-ти дюймовых, совершенно исправных орудий с угломерами и зрительной трубой и 20-тью зарядными ящиками было взято ингушами, кроме того, пленными 109 человек.
Преследование разбитых германцев прекратилось с наступлением полной темноты. Пали смертью храбрых в лихой атаке командир сотни поручик Крым-Султан Базоркин и 19 всадников, скончалось от полученных ран еще 18 ингушей. Вечная память храбрым джигитам" - писал в своем приказе по дивизии генерал-лейтенант Дмитрий Багратион.
В результате этой блестящей атаки были разбиты считавшиеся отборными германскими частями 46-ой и 58-ой Прусские пехотные полки.
Столь подробного внимания этот подвиг ингушских воинов заслуживает по всем канонам. Оценка и значение этой атаки ярко было изложено в приказе по 41-му армейскому корпусу и в сообщение Штаба Верховного Главнокомандующего изложено в №190 газеты "Русский инвалид" - официозе военного министерства России. Атака ингушей явилась, самым громким успехом не только "Дикой дивизии", но и одним из наиболее заметных дел русской кавалерии в этой войне.

Здесь уместно вспомнить, что столь же широкую известность получила конная атака против батальона пехоты, совершенная Ингушским конным дивизионом в ноябре 1877 г. в Болгарии в период русско-турецкой войны 1877-1878 годов. Тогда этот редкий пример успешной атаки кавалерии против пехоты стал предметом изучения военной науки и вошел в труды по тактико-оперативному использованию кавалерии против пехоты во встречном бою.
Возвращаясь к основной теме, отметим, что история Ингушского конного полка весьма богата примерами личного мужества и отваги, верности присяге, долгу и боевому товариществу, понимание почти каждым всадником, что за его действиями стоит честь и репутация родной семьи, своей фамилии и целого народа. И в этом, прежде всего, непреходящая ценность жизни и подвигов этих людей, содержащие в себе большие потенциальные возможности не только для военно-патриотического воспитания, но и духовно-нравственного совершенствования современной молодежи.
Даже первичное обращение к истории этого полка способно укрепить в этом убеждении. Только движимые подобными чувствами могли десятки простых ингушских парней за полтора - два года войны стать полными георгиевскими кавалерами и получить чин юнкера и офицерский чин прапорщика. Назовем по именам хотя бы некоторых из них. Это - Арчак Арчаков, Хаджи-Мурат и Мусса-Хаджи Местоевы, Хадис Аушев, Бота Гагиев, Мурат и Хаджи-Бекир Мальсаговы, Магомед Фаргиев, Батырбек Осканов, Хасултан Евлоев, Магомет Боголов, Асланбек Маматиев-геройски погибший летом 1916 г. в одном бою с кавалером золотого Георгиевского оружия штабс-ротмистром Султаном Бек-Боровым и многие другие всадники и офицеры Ингушского конного полка.
В чин прапорщика был произведен и полковой мулла Товбот-Хаджи Горбаков: вполне заслуженно - за боевые заслуги. Не обязанный по положению ходить в атаки или отбивать неприятеля из окопов, он по доброй воле и вполне профессионально исполнял и первое и второе. Несколько боевых орденов и медалей, офицерский чин были заслужены им личной храбростью и отвагой. Согласитесь, что его пример убедительно опровергает бытующую в нашем народе поговорку: "Молла дер ма де - молла яхар де". Понятно, что имея такого духовного пастыря Ингушский полк являл собой не часто встречающийся случай весьма удачного дополнения боевой службы не формально воспринимаемой духовно-воспитательной работой среди личного состава.
Отличительная особенность "Дикой дивизии" состояла также и в том, что она в числе немногих соединений и частей сохранила военный порядок и высокую боеспособность после февральской революции 1917 года. Именно поэтому 9 июля 1917 г. в дивизию пришла телеграмма от командующего Юго - Западным фронтом генерала Корнилова следующего содержания: " По случаю Священного праздника Курбан - Байрам передайте от меня боевой привет офицерам и всадникам вашей доблестной дивизии, покрывшей себя новой славой в боях у Калуша и Новица. Положение на фронте 11-й армии таково, что мне нужна там беззаветная доблесть, твердость в исполнении долга и несокрушимая мощь доблестных полков дивизии. Я твердо верю, что, забыв усталость, она (дивизия - авт.) двинется не ожидая конца праздников, в указанный ей район, чтобы помочь мне восстановить положение на фронте 11-й армии".
Дивизия не обманула ожиданий генерала. Она внесла решающий вклад в дело устранения паники и начавшихся в г. Калуш диких погромов и грабежей отступавших войск, случившихся в результате позорного провала армии в ходе июньского наступления на фронте.

Однако дивизия не позволила втянуть себя в политическую авантюру, связанную с корниловским мятежом августа-сентября 1917 г. Брошенная в числе корниловских войск на Петроград, она в последний момент отказалась от участия в непродуманных и дурно пахнувших политических маневрах верхов России и не запятнала своей чести кровью рабочих и солдат столицы. Причем ближе всех к Петрограду подошел Ингушский конный полк, шедший в авангарде дивизии и первым отказавшийся проливать кровь своих соотечественников. Командир Ингушского полка полковник А. Котиев, накануне сменивший полковника Мерчуле, не только не допустил расправы над матросской делегацией Петрограда, но и самолично водрузил на место красный флаг, сорванный на одной из станций. Так, закончилась фронтовая жизнь дивизии и Ингушского конного полка.
Думаю, уместным будет здесь назвать, кроме отмеченных выше ингушских офицеров полка, также и имена других офицеров-ингушей, составивших его заслуженную боевую славу. Это - ротмистр Гуда Гудиев , поручики Дунда Добриев, Магомет Бекбузаров, Умат-Гирей Куриев, корнеты Измаил Бек-Боров, Дудар Добриев, Султан Долтмурзиев, Созырко Мальсагов , подпоручики Мусса Аушев, Кагерман Дудаев, Эльмурза Гулиев, Алисхан Плиев ( мой родной дед - авт.), прапорщик Бексултан Бекмурзиев, Магомет -Султан Дахкильгов, Арсануко Добриев (в полку служили офицерами 2 его сына и племянник - авт.), Беслан и Зураб Маршани и другие.
Кавалерами самой почетной среди российских офицеров - Ордена Святого Георгия и золотого Георгиевского оружия стали ингуши - генералы Сосланбек Бекбузаров, Созырко Мальсагов, Эльберт Нальгиев, Тонта Укуров, полковник Асланбек Котиев, подполковник -артиллерист Касим Маматиев и другие.
С проявлениями лучших национальных черт в тот период связаны не только имена мужчин, но и имена ингушских женщин. Позвольте привести в качестве примера прошение жительницы с. Барсуки Нати Котиевой (в девичестве Оскановой), направленной ею императорскому наместнику на Кавказе великому князю Николаю Николаевичу Романову в декабре 1915 г. "Ваше императорское высочество, - обращается она. - Сын мой штабс-ротмистр Осетинского конного дивизиона Зубаир Котиев 5-го мая сего года на Австрийском фронте геройски отдал жизнь свою за царя и Отечество. Геройская смерть старшего сына за столь великое дело в переживаемый родиной тяжелый момент побудила меня и последнего единственного сына своего Магомета Котиева благословить на великое дело, на борьбу с врагом. Горя желанием быть в рядах нашей славной армии и отомстить за смерть своего брата, он, Магомет, добровольно оставил службу учителя в Ордубадском высшем начальном училище и поступил в Тифлисское военное училище, дабы получить надлежащую военную подготовку и вступить в ряды воинов. Мое желание, посылая последнего сына, чтобы он, Магомет, был в той же 3-й Кавказской казачьей дивизии, где служил и покойный сын мой Зубаир…"
Величие духа и нравственная глубина материнского и гражданского подвига этой простой ингушской женщины во всей полноте для меня раскрылись после того, как стало известно, что Зубаир не был ее родным сыном, а мстить за его гибель она отправляла своего единственного и неженатого сына. Аллах был милостив к этой великой женщине. Сын ее Магомет вернулся живым, продолжил общественно-политическую деятельность. Отторгнутый политическими катаклизмами от Родины, этот выдающийся человек до конца своей жизни боролся в эмиграции за судьбу своего народа, депортированного с Кавказа.
После знакомства с этим негромким и забытым, к сожалению, подвигом ингушской женщины Нати Котиевой-Оскановой, меня много лет согревает мысль о том, что не может не иметь будущего народ, у которого были и есть такие женщины.

Возвращаясь к Ингушскому конному полку, через службу в котором прошло не менее 2-х тысяч ингушей, хотелось бы отметить, что после прибытия осенью 1917 г. на родину, в период революционных катаклизмов, он стал надежным щитом, прикрывшим свой народ от многих кровавых бед. Его всадники и офицеры явились основой для многих отрядов и частей, принявших участие в гражданской войне. И в этом состоит его большая заслуга перед Ингушетией, Кавказом и Россией. Как и другие национальные полки, он прекратил свое существование в марте 1918 г., после установления Советской власти на Тереке.
Однако лучшие воинские традиции Ингушского конного полка получили свое развитие в ратных подвигах наших земляков в годы Великой Отечественной войны. Прямыми наследникам славных воинов этого полка являются Герои Советского Союза и России Руслан Гудантов, Ширвани Костоев, Ахмет Мальсагов, Мурат Оздоев и ряд других сынов и дочерей Отечества.
Конечно же, славные традиции нашего народа, присущие ему черты уважения к своему прошлому, способности к созидательному труду, защите своего народа, республики и страны намного шире, разнообразнее и глубже, чем это удалось отразить в небольшой странице из истории КТКД. Учитывая все это, акценты были расставлены на той части нашей истории, которая, как представляется, наиболее созвучна задачам нашей молодежи.
Возрождение и сохранение исторических и культурных, нравственных и духовных ценностей кавказских народов - задача архиважная и это не случайно. Элементы бездуховности, резкого падения общего уровня нравственности, участившиеся случаи антиобщественных проявлений, рост преступности, как взаимосопутствующие явления, к сожалению, наглядно проявляются в нашем северокавказском регионе. Нас не может успокаивать, что все это в гораздо более заметных размерах и формах поразило всю страну. Федеральное руководство ищет разнообразные формы и методы противостояния этим негативным явлениям. Думается, что указы Президента и Правительства Российской Федерации о поддержке деятельности различных общественных организаций, обращение Государственной Думы Российской Федерации по поводу нравственного и военно-патриотического воспитания молодежи и повышения уровня культуры военнослужащих, сотрудников правоохранительных органов и органов безопасности как раз и направлены на решение этих проблем.
Эти задачи ставит перед собой руководство и общественность нашей республики.
На уровне своего знания и понимания истории нашего народа я вижу одну доминирующую, основную черту ее развития. По меньшей мере, несколько последних столетий самосохранение и развитие нашего народа обусловлено жаждой создания и развития государственно-организующих форм общественной жизни. Поэтому, восстановление государственности Ингушетии, убежден в этом, - не только по-настоящему серьезное наше достижение, но и вместе с тем - желанная мечта десятков поколений ингушского народа, надежда и опора для тех, кто должен наследовать нам. Больше всего остерегаюсь риторики и громких слов в таком вопросе. Но нельзя не помнить, что никто другой, а в первую очередь мы с вами, несем огромную ответственность за судьбу нашей республики перед ушедшими и будущими поколениями.
Да, мы нередко, и имея на то достаточно твердые основания, ссылаемся на свою нелегкую и изломанную национальную судьбу. Наверное, об этом следует помнить. Но если ссылки на превратности судьбы сколь-либо заметно не помогли нам до сих пор, то какие имеются основания уповать на них и впредь? Один из выводов, очевидно, лежит на поверхности.

Я до конца разделяю убеждение Президента нашей республики, неоднократно им высказанное: "Наш путь - это созидание, развитие своей государственности". Судьба не любит нытиков, она благосклонна к людям, взращивающим в себе и в окружающих чувство собственного достоинства, к людям сильным духом и телом. Трудная задача, конечно, да! Думаю, в первую очередь, этому и должна содействовать наша сегодняшняя и последующая работа.
Амерхан Плиев, полковник Вооруженных Сил РФ

Х. ПЛИЕВ

В Ингушском конном полку
Марков А. Л.

К читателям

Кавказская Конная Туземная Дивизия в рядах Российской Императорской Армии являлась одной из самых красочных боевых частей, принимавших участие в Первой мировой войне. С началом борьбы против большевизма офицеры и всадники дивизии приняли участие в рядах белых армий и своей кровью запечатлели верность и преданность Российским государственным идеям. Так как годы летят неудержимо и в настоящее время большинство "туземцев" уже перешло в лучший мир, то я взял на себя смелость собрать и редактировать записки и воспоминания участников Первой мировой и Гражданской войн в рядах туземных конных полков, дабы оставить на страницах русской военной печати для потомства страницы бессмертных подвигов Кавказской Туземной Дивизии во главе с ее Августейшим командиром.

Быть может, сборник этих воспоминаний послужит в будущем материалом для истории Кавказской Туземной Дивизии, которую напишут люди, более меня знавшие и компетентные в военном деле.

Всем же соратникам моим по Туземной Дивизии, которые прочтут эти воспоминания, я шлю мой братский привет и просьбу прислать, со своей стороны, их воспоминания о службе в Дивизии.

Ротмистр Анатолий Марков


Слово Издателя


Перелистывая пожелтевшие страницы подшивок внешне не привлекательных эмигрантских журналов, еще совсем недавно покоящихся в спецхране за десятью печатями, в одной из них ("Военная Быль", 1957, № 22-25) были обнаружены четыре интересных очерка Анатолия Леонидовича Маркова под общим названием "В Ингушском Конном Полку".

Огромная социальная ценность очерков, особенно в наше непростое время, была очевидной. Они, безусловно, заслуживали издания отдельной небольшой книгой.

За поддержкой мы обратились к известному и авторитетному политику М.С. Гуцериеву - ингушу, убежденному интернационалисту, выходцу из репрессированной семьи, ныне крупному предпринимателю и финансисту.

Заместитель Председателя Государственной Думы России Михаил Сафарбекович Гуцериев благословил эти святые пожелтевшие страницы на вторую - более долгую - жизнь, принял на себя все расходы по изданию книги и по своей инициативе подготовил к ней предисловие.

Из уважения к светлой памяти автора очерков А.Л. Маркова, эмигранта, человека очень нелегкой судьбы, умершего на чужбине, нами сохранен текст его журнальных публикаций. Между тем, при подготовке книги к изданию сделан новый набор текста и проведено его художественное оформление.

Когда рукопись книги А.Л. Маркова была готова к печати, возникла необходимость дополнить ее кратким очерком о всей Кавказской Конной Туземной Дивизии и устами участников событий того времени воссоздать контуры политического климата в Дикой Дивизии и вокруг нее. Так перед очерками А.Л. Маркова воцарилась вступительная глава.

Написана первая глава Р.Н. Ивановым на основе оригинальных исторических источников с использованием статьи А. Арсеньева "Кавказская Конная Туземная Дивизия" ("Военно-исторический вестник", Париж, 1958, № 12), мемуары генералов А.А. Брусилова и П.Н. Краснова, воспоминания о Корниловском мятеже и др.

Пользуясь случаем, Издатель выражает свою признательность заведующему отделом Российской Государственной Библиотеки Н.В. Рыжак за содействие в поиске литературы и доброжелательность, а сотруднику НПО "Школа" Союза БИН Асе Амирхановой - за многократную техническую помощь при создании этой книги.

Поиск и сбор материалов по "Кавказской Конной Туземной Дивизии" продолжаются. Для следующего издания книги мы ждем от Читателей откликов и различных материалов по истории Дивизии и о судьбах ее воинов.

Действительный член
Международной Академии Информатизации
Р.Н. Иванов.

"Ничто так не поддерживает народную нравственность, как знание своей истории"
М.С. Гуцериев

далее...
http://www.groznycity.ru/museum/hist...nt4335_1.shtml

"Дикая дивизия" ротмистр А.П. Марков