ИЗ ИСТОРИИ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ ОСЕТИН И КАЗАКОВ
[LEFTx]http://galgai.com/misc/news/kazaki.jpg[/LEFtx]
За последние 250-300 лет идет планомерная аннексия осетинами земель всех сопредельных народов: грузин, кабардинцев, казаков, ингушей. В Осетии активно действуют силы, озабоченные своей национальной исключительностью, силы, которым не дает покоя «древнее арийское происхождение» или лавры Фридриха Барбароссы. О том, как происходила аннексия осетинами чужих территорий, с целью создания «Великой Алании» и какие грязные средства для этого использовались, мы расскажем в этой работе.
Обратимся к взаимоотношениям осетин и казаков и рассмотрим, как осетины – «радетели» казачьих интересов аннексировали территории, на которых проживали казаки и, кто на самом деле защищал, а кто грубо попирал интересы и права казаков.
За истекшие годы казачья карта периодически разыгрывается руководством Северной Осетии, когда им это выгодно. «Между тем создается впечатление, что «дружба» с казаками и «забота» об их населении – это искусственно выработанная версия, каждый раз используемая для нагнетания антагонизма между казаками и ингушами. И в этой связи возникает резонный вопрос, почему руководство Северной Осетии не представило возможность тем же терским казакам в 1944 году, после депортации ингушей «поселиться в местах их дореволюционного проживания»? (Профессор Х. Ибрагимбейли. Газета «Народ»№3, ноябрь 1993 г.) На этот вопрос мы ответим ниже.
У меня возникает к «радетелям» казачества ну очень интересный вопрос: «Куда делись проживавшие на территориях, в разное время включенных по воле осетина Сталина в состав Осетии, казаки станицы Александровской, Архонской, Ардонской, Х.Ардонский, Николаевской, Змейской, а также огромного казачьего Моздокского района?»
В газете «Осетия. Свободный взгляд» № 69 (70), 6 октября 2005 г. опубликован пасквиль доктора исторических наук, профессора Юрия Хоруева «За тремя соснами не увидели цели», на статью С. Перевалова «Свободный взгляд: что мешает». В этом пасквиле Ю. Хоруева приводятся данные о численности людей в Северной Осетии, относящих себя к тем или иным народностям и национальностям. Так вот по этим данным в Осетии проживают 722 (семьсот двадцать два) казака. Куда же девались десятки тысяч казаков, проживавших на территории республики?
Ответы на этот другой вопросы мы дадим ниже. Не собираясь вступать в полемику с Хоруевым (в статье, что ни предложение, то ложь – С.Х.) все-таки хотел бы остановиться на одном моменте. Полемизируя с С. Переваловым, Хоруев утверждает, что К. Кулов не имел отношения к выселению ингушей и что Берия не согласовал с ним это решение. Можно подумать, что Хоруев – инопланетянин, а не солидный ученый в возрасте. В Северной Осетии (да и на всем Кавказе) каждый ребенок знает, что Кулов самолично возил свою дочь Зарему на дачу к Берия, чтобы удовлетворять его жеребячью похоть. Как же мог Берия не согласовать с «тестем» решение о выселении ингушей?
В село Дачное (бывшее ингушское село Яндиево), превращенное в публичный дом для Берия и его опричников, возили самых красивых девушек Осетии. А злые языки поговаривают, что один из самых больших политиков Осетии, как две капли воды похож на Лаврентия Павловича.
Продолжим тему взаимоотношений осетин с казачеством. Для сведения казаков приводим весьма любопытный документ.
Как видим осетины «во Христе» за казачьи станицы готовы пролить кровь своих единоверцев. Вот вам и христианский оплот России на Северном Кавказе.Цитата:
РСФСР Уполномоченному ВЦИК тов. Невскому
Владикавказский
Докладная записка Исполкома Владикавказского/Осетинского Округа
Окружной Ревком
Отдел Земельн .
марта 8 1921 г.
№ 485
В Осетии в настоящее время из всех вопросов, большой и малой
важности, выдвинутых переживаемым моментом и текущими событиями, нет другого более жгучего, более острого и более срочного вопроса, как
вопрос земельный, а между тем, основной и самый важный вопрос - наделение землею беженцев южной Осетии и безземельных горцев, остается в прежнем положении, т.е. беженцы продолжают по- прежнему ютиться в случайных пристанищах, горцы остаются в своих горах, в ожидании того счастливого момента, когда они получат возможность бросить свои звериные условия жизни и спуститься на землю. В том и другом случаях нужна земля и до тех пор, пока земли не будет, вся работа исполкома Владикавказского Округа сводится к нулю.
Вот, что говорят цифры: горцев, не имеющих земли и подлежащих наделению землею на плоскости и в горах около 40.000 душ; беженцев южной Осетии около 20.000 душ итого 60.000 душ, которым землю нужно давать во что бы то ни стало. Внутри самого Округа лишних земель нет, наоборот, коренное население округа, в свою очередь испытывает земельный голод: в среднем на 1 душу земли удобной приходится 1,1 десятина. Нечего думать о том, чтобы хотя бы малая незначительная часть беженцев и горцев могла быть наделена землей за счет земель юртовых наделов плоскостной Осетии. Если к этому прибавить отсутствие частновладельческих земель (всего в Осетии наберется до 10.000 дес.), то надо сказать прямо, что для разрешения земельного вопроса в Осетии, надо добыть землю где-то извне. Количество земли, которое нужно добыть для более или - менее справедливого решения, земельного вопроса в Осетии, исчисляется в 120 тыс. дес. Имея в виду 60 тыс. душ подлежащих наделению считая по 2 дес. на душу (всей земли).
Откуда же взять это количество земли? Отвечая на это вопрос, прежде всего, надо остановиться на казачьих. В округе тесно, трудовая масса задыхается в тесноте, кому-то надо встать и уйти из пределов округа, чтобы дать возможность оставшимся вздохнуть свободно. Не может быть двух мнений о том, что из округа должны уйти казаки. Не говоря о причинах исторического характера, подходя к вопросу переселения с практической стороны, ясно, что переселиться легче, хозяйствам, более мощным экономически, более обеспеченным живым и мертвым инвентарем. Станица Орхонская, Ардонская, х.Ардонский, Николаевская и Змейская должны уйти на Терек.
С их уходом освободится 55.000 дес. земли. Где найти остальные 67.000
тыс. дес. Рядом с Владикавказским Округом - Кабарда, раскинулся на
громадном пространстве (588.145 дес.), на 112.860 душ, в среднем на
1 душу 4,9 дес. в то время, как в плоскостной Осетии наиболее обеспеченной землею имеется лишь 110.000 дес. на 28.000 душ. В среднем на 1 душу 1,1 дес. Ответ напрашивается сам собою. Землю надо искать в Кабарде "КОРОЧЕ ГОВОРЯ, НАДО ОСВОБОДИТЬ всю малую Кабарду в пользу Осетинского округа. Всего в Малой Кабарде имеется 9 селений - Остемирово, Барашево, Бурукаево, Исламово, Ахлово, Инаево, Булатово, Ханцево и Абаево. С переселением названных аулов и большую Кабарду освободится около 62-х тыс. дес. Кроме того в районе Малой Кабарды имеется частновладельческие земли в общей сложности около 20.000 дес., которые также должны отойти к Осетинскому округу. Итак, казачья и малокабардинские земли составляют 53.000 плюс 62.000 плюс 20.000 дес в сумме 135 тыс. дес., т.е. как раз то количество земли, которое необходимо для удовлетворения земельного голода в Осетии. Если органы, решающие земельный вопрос, слышат стоны, умирающих от нечеловеческих условий жизни, беженцев южан, если они слышат умоляющий голос горцев осетин - дайте земли, то надо найти конец кормлению голодного "завтраками", надо решительно остановиться на решении – дать землю теперь же.
На основании вышеизложенного, а также принимая во внимание, что горцы юга Осетии не могут возвратиться на юг, даже в. том случае, если
представится эта возможность, ибо на юге у них нет земли и не откуда
её взять и что разрешение земельного вопроса не терпит отлагательства
в Осетии ни в какой мере, исполком Владикавказского округа настоятельно и убедительно просит ВЦИК:
1. Переселить казачьи станицы: Архонскую, Ардонскую, Николаевскую, Армейскую и хутор Ардонский и освободившиеся земли в количестве 53.000 дес. предоставить горцам на горной полосы Осетии.
2. Осуществление этого переселения признать, как революционную необходимость срочным и переселение закончить к 1-му Мая 1921 года.
3. Чтобы прийти в ближайшее время на помощь революционным беженцам
Южной Осетии, вымирающих без крова, без средств и без земли -
ускорить переселение станиц: Змейской и Архонской в течение ближайшего месяца и в первую очередь заселить туда юго-осетинских беженцев.
4. Для выполнения переселения предоставить в распоряжение местных и
специальных органов советской власти необходимые и достаточные денежные, технические и транспортные средства.
Предоставляя на решение ВЦИК настоящую просьбу жизни и смерти
горской бедноты, Исполком Владикавказского Округа заявляет, что оттяжка решения может вызвать столкновения горской бедноты с казаками при захвате революционным путем указанных земель.
ПРОЕКТ ГРАНИЦ ОСЕТИНСКОГО ОКРУГА И РАССЕЛЕНИЯ.
1. Проект границ. С Юга и Юго-Запада - Грузия.
С Северо-Запада по старой границе до р.Урух, далее по р.Урух, пересекая земли Сунженского отдела до р.Терек (клин Кабардинской земли между рекой Урух и землями ст.ст. Николаевской и Змейской, отходит к Осетинскому округу). Далее западная граница идет по р.Терек до впадения р.Малки. Северная граница по р.Терек до кол. Гнаденбург.
Восточная граница от кол. Гнаденбург по направлению к югу параллельно течению р.Курп до изгиба р.Мурука. Далее по верховью р.Иуруки до прежней северной границы, далее по прежней границе с Ингушетией до Дарьяла.
Подлежат выселению станицы Сунженского Отд. - Архонская,Змейская,
Николаевская, Ардонская, хут. Ардонский, всего освобождается - 53,000
дес. Аулы Малой Кабарды - Муртазово, Бороково, Баташево, Исламово,
Актемирово, Ахлово, Булатово и Хапцево - освобождаются земли - 57.000 дес.
В районе же малой Кабарды частновладельческие земли по р. Акмазу
и Курпу - с площадью около 20.000 дес., а всего около 130.000 дес.
В первую очередь на землях казачьих станиц вселяются беженцы, горцы выселяются в Малую Кабарду. Уничтожаются границы юртовых наделов, и проводится уравнительное землепользование на всей территории Осетинского округа. Средний душевой надел не будет превосходить 1,75 дес.
Председатель Исполкома /подпись/
Члены исполкома / подписи/
Секретарь / подпись/.
Удар в спину казакам был рассчитан точно. Именно в 1921 году начались репрессии казаков Советской властью. После депортации ингушей в 1944 году осетинам при прямой поддержке Сталина и Берия удалось изъять у казаков Моздокский район Ставропольского края…» (Б.У. Костоев «Кавказский меридиан». Москва, ООО «Типография ИПО профсоюзов Профиздат», стр. 41)
Проливая крокодиловые слезы по поводу выселения казаков их станиц Тарской, Сунженской, Воронцово-Дашковской и хутора Тарский нынешнего Пригородного района, осетинские экспансионисты прекрасно знают, что эти три станицы и хутор были основаны ингушами и назывались Ангушт, Ахки-Юрт и Таузен-Юрт. В 1859-1868 гг. ингуши были изгнаны из этих сел и на их месте были заложены казачьи станицы. Около 60 лет в этих станицах жили казаки. Станица Фельдмаршальская была основана в 1860 г. на месте ингушского села Алхасты, расположенного в другом районе и к пригородному району отношения не имеет.
Станицы Тарская, Сунженская, Аки-Юртовская и Фельдмаршальская, замкнув входы в ущелья рек Камбилеевка, Сунжа и Асса, отделили горную Ингушетию от плоскостной, перекрыв ингушам выходы на плоскость (равнину). Ингушам, чтобы не умереть с голоду, приходилось арендовать излишки земли у казаков, бывшей их вековой собственностью.
«В мае 1918 г. на III съезде народов Терека, которым руководил Симон Такоев (осетин – С.Х.) приняли решение о переселении четырех казачьих станиц – Тарской, Сунженской, Воронцово-Дашковской и хутора Тарского». В числе принимавших это решение было меньше всего ингушей - всего два человека. Кстати, у нас имеются документы, прошение жителей самих этих станиц, где они просят переселить их в другое место.
Я скажу, что переселение этих станиц было исторической необходимостью. Оно было понятно даже самим казакам. Именно эти станицы, в отличие от других станиц Сунженской линии, наглухо закрывали горловину - выход горной Ингушетии на плоскость. Вы отлично знаете, что сено скоту – а горцы в основе своей были скотоводами – хватало на двадцать дней, хлеба – чуть-чуть больше. Это была петля, что признавалось в 1919 г. и в «Терском казаке». В Гражданскую войну эту петлю казаки на горле ингушей стягивали пять раз. Таким образом, переселение готовилось по просьбе самого казачества. Имеются на этот счет документы, принятые в мае 1918 г. представителями народов Терека, всеми фракциями, в том числе осетинской и казачьей фракцией. Зачем же, имея столько документов, зная эти факты, на каждом шагу извращать историю? Было принято решение, было определено, как это будет делаться, были отведены земли для этих целей, выделены деньги, технические средства. Было достигнуто согласие.
А в статье («Северная Осетия: на перекрестке эпох», напечатанной в трех номерах газеты «Социалистическая Осетия», где в числе других, совершенно искажается история взаимоотношений ингушей и казаков – С.Х.) все это выдается, как антинациональная деятельность Орджоникидзе, которого, кстати, тогда еще здесь не было, он появился на Тереке в начале июля 1918 г., во время Гражданской войны.
Реализации решений о переселении помешал бичераховский мятеж (ред.). Хорошо известно, что казаки этих станиц во главе с полковником Рощупкиным принимали участие в мятеже, ворвались во Владикавказ, захватили Шалдон, ударили по ингушам, прервали сообщение горной и плоскостной Ингушетии, поставили в критическое положение горных ингушей. И после этого по приказу Орджоникидзе эти станицы были осаждены.
Более того, когда находящиеся там осетины оказались в роли заложников казаков, именно Мусса Саутиев, главнокомандующий ингушскими вооруженными силами, настоял та том, чтобы их выпустили. Они на коленях целовали землю и говорили: «Мы птицы из одного гнезда». И после этого станицы, семь тысяч населения были выселены, а вовсе не уничтожены ингушским населением. Не было уничтожено ни 35, ни 70 тысяч казаков, как говорится в ваших публикациях. Всего Терское и Сунженское казачество в это время насчитывало 240-250 тысяч.
«Несмотря на то, что казаки указанных станиц принимали участие в боях, убивали ингушей, уничтожали большевиков – как вы знаете, были убиты два предсовнаркома, сначала Буачидзе, потом Пашковский – Советская власть им не мстила. На IV-V съездах народов Терека опять-таки было принято решение о возмещении им убытков, выделении средств. Ингуши соглашаются выплатить им 120 миллионов рублей». («Сознавать меру ответственности», газета «Голос Чечено-Ингушетии», 14 ноября 1990 г.)
Эту пространную цитату из выступления на «Круглом столе» ученых Чечено-Ингушетии и Северной Осетии чеченского ученого Магомеда Музаева, я привел, чтобы показать, как бессовестно искажают историю ученые Северной Осетии.
«Осуществление мероприятий, намеченных переселенческой политикой партии в 1918 г., явилось первым крупным этапом решения земельного вопроса. Правительство Терской республики, образованное в марте 1918 г., частично осуществило решение III съезда народов Терека о переселении трех казачьих станиц, находившихся на территории Ингушетии» (Из истории борьбы партийных организаций Северного Кавказа за укрепление и развитие союза рабочего класса и крестьянства. Е.Ф. Жупикова, стр. 4-5).
Хотел бы здесь привести одно малоизвестное высказывание белогвардейского генерала Шкуро: «Еще со времен покорения Кавказа отчаянно защищавшие свою независимость, храбрые и свободолюбивые ингуши, были частично истреблены, а частично загнаны в горы. На принадлежавших им прежде плодородных землях расселили терских казаков, основавших на врезавшемся в Ингушетию клине станицы. Лишенные возможности зарабатывать свой хлеб честным путем, ингуши жили грабежами и набегами на казачьи земли. Отношения создавались совершенно непримиримые. Нужно было или уничтожить ингушей, или выселить казаков с бывших ингушских земель, вернув таковые их бывшим хозяевам». («Трагедия казачества». Москва. Изд-во «Молодая гвардия», 1990 г.)
Как видим, генерал Шкуро, не пылавший любовью к ингушам, как честный человек говорит правду о необходимости выселить казаков с исконных ингушских земель.
Ингуши в 1918 г. вернулись в свои бывшие села на родную землю, а осетины, как мы писали выше, готовы были пролить кровь своих братьев «во Христе» - казаков, чтобы захватить их земли.
«После изгнания белогвардейцев сразу же было намечено выселить 18 казачьих станиц (60 тысяч человек), земли которых клином врезались в горские угодья. Предполагалось таким образом ликвидировать земельный голод горской бедноты и чересполосицу» (Орджоникидзе Г.К. Статьи и речи М., 1956 г., с. 130-131).
Однако в сложных условиях 1920 г. выселение станиц оказалось ошибочной мерой, так как вызвало недовольство со стороны трудовых масс казачества, обострило отношения между горцами и казаками, к тому же не покрыло нужды горских народов в земле. 14 апреля 1921 г. Президиум ВЦИК РСФСР запретил дальнейшее выселение казачьего населения из пределов Горской АССР, образованной в январе того же года на территории бывшей Терской республики (Гиоев М.И. «Ленинская аграрная политика в горском ауле». Орджоникидзе, 1969, с. 188).
Общее число выселенных казаков, включая и выселенных за участие в восстании против Советской власти в октябре 1920 г., составило 25 тыс. чел. (т.е. 10 % казачьего населения Терека). (ЦГА ЧИАССР, фонд 614, оп.1, д.48, л.8; ПАСОО, ф. 1849, оп.1, д.37, л.49).
В это же время Осетинский исполком добивался выселения казаков из станиц: Змейской, Николаевской, Архонской, Ардонской с хутором Ардонский (документ мы приводили выше – С.Х.), где осетины никогда не проживали. Имелись у осетин необоснованные территориальные притязания и к другим соседям. Только вмешательство ВЦИК спасло казаков от выселения. И все-таки, руководство Северной Осетии не отказалось от этой мысли. Так, Нарком земледелия Горской республики Датиев в октябре 1921 г. сумел «протащить» через Президиум Всероссийского Федерального Комитета по земельным делам решение о «выселении части населения из пределов Горреспублики» (восстановительный период. с.86. Цит: Бастионы лжи. Для чего они возводятся? Т.Муталиев, кандидат исторических наук).
Лишь новое энергичное вмешательство ВЦИК спасло жителей перечисленных станиц от переселения из своих домов. При этом совершенно было ясно, что осетинское руководство посягало на земли, никогда осетинам не принадлежавшие.
Интересно, известно ли нынешним атаманам и хорунжим, включившимся в мощный хор антиингушской пропаганды, что их станицы при сильном противодействии руководства Северной Осетии в 1921 г. были сведены в самостоятельный Ардонский казачий округ (на правах района) (там же стр. 345). Чуть позже этот район стал именоваться Притеречным, а в 1934 г. и вовсе был упразднен. Эта же тактика была применена здесь и по отношению к ингушам (там же).
Еще раньше, в 1919 г., осетины изгнали из Алагира несколько тысяч человек, большинство которых являлись потомками уральских рабочих, переселенных сюда в 1850 г. для разработки серебряно-свинцовых руд. За годы вынужденных скитаний по области сотни из них погибли. Проблемой их устройства центральные и местные власти занимались даже в середине 20-х годов (Восстановительный период. стр.25, 275). Сохранились подлинные свидетельства о горькой участи этих людей. И этот пример не единственный…
Однако авторы статьи («Северная Осетия: на перекрестке эпох» - С.Х.) излагают эту проблему так, словно она затронула на всем Северном Кавказе исключительно одну лишь Ингушетию. В который уже раз в Северной Осетии в откровенно подстрекательских целях (теперь сомнений в этом не остается) грубо извращается история возвращения ингушам в годы Гражданской войны земель, отнятых у них в 1859 – 1867 гг. под станицей Сунженская, Тарская, Воронцово-Дашковская, Фельдмаршельская и хутор Шолхи.
Материал подается таким образом, что у читателя невольно складывается впечатление, что именно ингуши явились инициаторами репрессий, обрушившихся зимой 1920-1921 гг. на казаков станиц бывшей Сунженской линии: Ермоловской, Закан-Юртовкой, Самашкинской и Михайловской. Жители этих станиц, обвиненные в конце 1920 г. в антисоветском восстании, подверглись жестоким репрессиям: мужчин от 18 до 50 лет отправили «на принудительные работы в шахты Донецкого бассейна», а всех остальных расселили в другие станицы и хутора (ЦГА ЧИАССР, ф. Р-613, от. 1, д.1, лл.1-1 об. Цит.: Т.Муталиев. Бастионы лжи. Для чего они возводятся?).
Судьбу восставших у Грозного в 1920 г. казачьих станиц осетинские ученые выдают за судьбу казачьих станиц, которые находились в Пригородном районе у Владикавказа.
Когда ингушам в 1921 г. ВЦИК предложил занять казачьи станицы Слепцовскую, Вознесеновскую, Троицкую, Карабулакскую, Ассиновскую и Нестеровскую, они категорически отказались это делать, заявив, что мы с казаками живем веками рядом, у нас схожий образ жизни и делить нам нечего. Благодаря настоянию ингушей эти станицы не были переселены.
А теперь хотел бы, опираясь на осетинские источники, описать подробности изъятия осетинами казачьих земель. В период строительства Советской власти в Терской республике (1917-1918 гг.), хотя и была проделана значительная работа по претворению в жизнь ленинской аграрной программы на местах, тем не менее земельный вопрос в Северной Осетии практически не потерял своей злободневности (Гиоев М.И. Борьба большевиков Терека за разрешение аграрного вопроса в период победы социалистической революции и установление Советской власти. Орджоникидзе, 1966, с. 174. Цитир: здесь и далее Б.П. Березов «Переселение осетин с гор на плоскость». Орджоникидзе, 1980).
В распоряжении Осетинского окружного ревкома для наделения безземельных горцев в период посевной кампании было 12007 десятин земли. Однако вскоре стало ясно, что такого количества земли недостаточно для решения поставленной задачи. Поэтому приказом от 17 апреля 1920 года ревком для этой цели выделил еще 1500 десятин из излишков Архонской и Ардонской станиц, а затем согласно приказу от 27 апреля еще 1500 десятин из надела станицы Николаевской (ЦГА СОАССР, ф.39, оп.1, д.4. лл3-4) (Речь идет о землях, на которых осетины никогда не жили и никогда им не принадлежали – С.Х.).
Осетинский окружком для распределения «земельного фонда между безземельными горцами» образовал четыре участка. «Безземельным горцам Алагирского ущелья был отведен участок размером 3083 десятины в районе Алагира (откуда осетины изгнали тысячи русских как мы писали выше – С.Х.) и станицы Архонской. Самым большим участком был четвертый – около 5 тыс. десятин земель станиц Ардонской, Змейской и Александровской. Предназначалось горцам Дигорского ущелья» (Там же, оп. 5, д.5,лл. 12-24).
«В том же 1920 году летом по приказу Окружного ревкома был создан еще один специальный фонд из земельных наделов станицы Змейской (200 десятин), Ардонской (200 десятин), Архонской (300), Николаевской (600) и селения Кадгарон (600), всего около 2 тысяч десятин. Этот фонд был распределен между остронуждающимися крестьянскими хозяйствами по сенокос на 1920 год.»
«В плоскостной части Осетии землеустроительные органы были заняты устройством жителей разгромленный контрреволюцией плоскостных селений Батако-юрт и Дигоро-Алексеевское (Ахсарисар)». (Наглая и циничная ложь! Эти села были разгромлены революцией, а не контрреволюцией)
Решением Осетинского окружкома жителям Батако-юрта весной 1920 г. была выделена земля недалеко от Беслана в местечке Джанхотов-Ларс. А жители Дигоро-Алексеевского (Ахсарисар) «получили 564 десятины из земель станицы Николаевской в Мостиздахском урочище» (ЦГА СОАССР, ф.50,оп. 1,д.64,лл.1-20).
Выше мы приводили докладную записку Исполкома Владикавказского (Осетинского) округа уполномоченному ВЦИК тов. Невскому, в котором пишется, что осетины для захвата казачьей земли собираются пролить кровь своих единоверцев-казаков. Захватив значительную часть казачьих земель, осетины на этом не успокаиваются и настаивают на выселении из пределов Осетии (образованных за счет захвата чужих земель – С.Х.) всех казачьих станиц. При этом самым бессовестным образом завышается число «нуждающихся», а также число беженцев из Южной Осетии. Каждый раз осетинские национал-экспансионисты при захвате земель сопредельных народов разыгрывают карту юго-осетинских беженцев, безбожно завышая их число. По данным Осетинского окружкома (в докладной записке Невскому) число беженцев 1920 г. – 20 тысяч, по данным Березова – 7 тысяч (а фактически еще меньше – С.Х.).
«По данным народного комиссара земледелия Горской республики в горах Осетии проживало 47 тысяч человек. В горной полосе было 158038 десятин удобной земли, в том числе пахотной – 9744,5 и леса – 19124. Эта земля была в состоянии до 10 тысяч человек (Датиев И. Земельный вопрос в Горской социалистической республике. Владикавказ, 1921, с.26».
По данным комиссара горской республики на плоскости необходимо было землеустроить 40 тысяч осетин, а также 7 тысяч беженцев из Южной Осетии.
Когда провокация с поголовным выселением казачьих станиц провалилась, расчет осетинское руководство строит на захват земель Малой Кабарды. Из-за притязания осетин на кабардинские земли сентябре 1921 года Кабарда выделилась в самостоятельную автономную область, чем было положено начало развалу Горской республики. По логике осетинских национал-экспансионистов, соседние народы должны уступать осетинам понравившуюся им территорию. О том, как осетины присвоили значительную часть кабардинских земель , мы будем говорить ниже.
«В своем докладе на заседании специальной земельной комиссии ВЦИК в 1921 году народный комиссар ГАССР И. М. Датиев говорил: «Невольно является вопрос, куда же выселять горцев (читай осетин – С.Х.) и где их устраивать? Вопрос назрел давно и должен быть разрешен в недалеком будущем. Единственный выход – это выселение казачьих станиц: Архонской, хутора Ардонского, станиц Ардонской, Николаевской, Змейской и Александровской. Осуществление этого переселения признать как революционную необходимость и закончить его к маю 1921 года». (ЦГА СОАССР, ф.50,оп.1, д.71, л.61) Вот как! Понравилась осетинам казачья земля, как «революционную необходимость» ее надо отдать осетинам.
Руководящими органами Горской республики, решениями правительстенных органов РСФСР такой метод решения вопроса был запрещен. И все-таки осетинское руководство решило избавиться от казаков не мытьем, так катаньем, постепенно прибирая к рукам казачьи земли как излишки.
«Оставался один выход – создать земельный фонд в пределах Осетинской равнины (чтобы присвоить чужие земли осетинские национал-экспансионисты Владикавказскую равнину упорно называют «осетинской», хотя осетины там никогда не жили! – С.Х.) «за счет уплотнения плоскостного населения и урезывания излишков земель сел и станиц».(ЦГА СОАССР, ф.50, оп. 1,д. 71, л.33)
Плоскостное население (читай русские и казаки – С.Х.) встретило враждебно приказ №14 Окружного исполкома (читай осетинского – С.Х.) об изъятии излишков земель равнинных сел и станиц. Оно, как свидетельствует документ, «категорически заявило, что землю не даст ни под каким предлогом, так как у него совершенно нет излишков, что, наоборот, сами в течение пяти лет ждут от Советской власти прирезок земли». (ЦГА СОАССР,ф.50, оп.1, д.71, л.34)
Четвертая партийная конференция Осетинского округа в июне 1921 года принимает решение «произвести отвод излишков земель из наиболее обеспеченных населенных пунктов и, в первую очередь из земель казачьих станиц для постоянного наделения безземельных горцев с правом заселения их» (там же, л.30). Исходя из решения партийной конференции Осетинский окружной исполком издал приказ №14, о котором уже говорилось.
«В течение 1921 года Осетинский окружной отдел выделил в земельный фонд для горцев более 10 тысяч десятин из земель станиц Ардонской, Архонской, Змейской и Николаевской (из Ардонской дачи было отрезано 5515 десятин, Ардонской – 4000, Николаевской – 1431) (ЦГА СОАССР, ф. 50, оп.1, д.67, л.3-9).
И это несмотря на категорический отказ населения этих станиц, о котором мы писали выше.
Для жителей селения Фарн была выделена земля станицы Архонской. Жители станицы обратились с жалобой в Наркомзем Горской республики, который отменил приказ осетинского Окрземотдела. Совнарком республики (Председатель Совнаркома осетин С.Мамсуров) восстановил приказ Окрземотдела и земля у казаков была изъята в пользу осетин.
«Селения Хетаг и Кирово основались также на землях, вырезанных из юрта станиц Архонской и Ардонской в количестве 3570 десятин».(ЦГА СОАССР, ф.50, оп. 1, д.87,л.12)
«Нартовцам была отведена земля частью из Ардонской , а частью из Архонской станичных дач – всего 1350 десятин» (Архив СОНИИЭЯЛ, ф.5,оп.1,д.27, л.4)
«Селение Красногор основали горцы из Унальского, Архонского, Бадского, Нузальского приходов Алагирского ущелья в августе – октябре 1922 года на бывших землях станицы Николаевской.»
«В период советского этапа переселения горцев (везде, где есть слово «горцы» читай «осетин») на плоскости осело 3179 семей (17469 чел.)» (Баев А. Устройство горцев- переселенцев Северной Осетии – «Известия СОНИ», т. 2, 1926, с.278).
Как видим, при созданных для них самых благоприятных условий осетин-переселенцев, в том числе и «беженцев», на казачьи земли переселились 17469 человек. Вспомним, что исполком Осетинского округа требовал от ВЦИК выселить казаков и поселить на казачьих землях 60 тысяч бедных осетин, умирающих от голода. В противном случае Осетинский исполком собирался пролить кровь своих братьев «во Христе».
На самом деле цифра «60 тысяч душ» - это обман с целью захватить казачьи земли, где никогда осетинами и не пахло!
«Вот ведь какой счет предъявили осетинские экстремисты к своим друзьям – казацким атаманам год спустя после окончания гражданской войны в бассейне Терека, хотя и клялись они в вечной дружбе друг к другу и совместными усилиями боролись против большевиков и поддерживающих их тогда ингушей. Можно подумать , что осетины, численность которых в то время не превышала 120-130 тысяч человек, были столько стеснены, что непременно требовалось выселить казаков из четырех станиц и одного хутора, чтобы поселить туда «революционные массы» из горной Осетии, а также «беженцев из Южной Осетии», т.е. из Грузии, которая в то время не входила в состав России и была независимым Грузинским государством меньшевистского толка. Нет конечно! У осетинских руководителей проснулся их вечный инстинкт, зов отцов, призывающий к захвату чужих территорий и богатств. У осетин было более чем достаточно земель, чтобы наделить ими всех нуждающихся. Дело в другом. Они хотели выселить казаков с земель, отнятых когда-то последними у кабардинцев и создать себе на всякий случай, так называемый Госземфонд (Запас) («Россия и ингушский вопрос» Б.Б.Богатырев).
И если в 1918 году ингуши вернулись в свои села Ангушт, Ахки-Юрт, Таузен-Юрт, откуда они 50 лет назад были выселены и на их месте основаны казачьи станицы, то осетины в своем большинстве боровшиеся против Советской власти (вспомните Бичераховский мятеж, нападение «белоказачьих и белоосетинских банд» на Владикавказ – С.Х.), после ее победы вдруг все оказались ее сторонниками, завладев с помощью осетина Сталина землями вышеназванных казачьих станиц, а также огромной территорией казачьего Моздокского района, большим куском Наурского района Ставропольского края.
На сегодняшний день, по данным осетинских источников в Северной Осетии проживают 722 казака. Куда же они делись? Если казаков в Осетии только 722 человека, то откуда берутся люди, называющие себя атаманами, да еще подвизающиеся в роли политических марионеток осетинских националистов?
«В этой связи примечательна статья осетинского журналиста Петра Плиева, опубликованная в «НГ» за 28 марта 1997 г. под заголовком «Казаки ищут пути к примирению» Автор статьи приводит сердитые слова атамана Терского казачьего войска (интересно, какова его численность – С.Х.) Владимира Шевцова, которому указом первого Президента России присвоен чин казачьего генерала: «Сегодня наиболее остро стоит вопрос о Пригородном районе, который ингушские национал-патриоты считают своей исторической родиной. Так пусть ингуши не забывают, что в нас … казаках сидит генетическая память. И Пригородный район мы не отдадим. Если там начнется заваруха, я поведу своих людей на защиту Осетии».
Так и подмывает спросить у воинствующего казачьего атамана: «В каком месте сидит эта самая «генетическая память»? Во всяком случае, мне думается, что эта «генетическая память» у атамана Шевцова сидит не в голове, а где-то в другом месте». (Беслан Костоев «Кавказский меридиан», Москва- 2001,стр. 48-49).
И чтобы освежить память Шевцова и ему подобным, мы приводим здесь документы, из которых видно, как осетинские национал-экспансионисты захватывали казачьи земли.
Другой атаман Северо-Осетинского регионального округа Межрегионального объединения казачества России казачий генерал Лозневой А.В., как сам себя пышно именует сей муж, разродился в проосетинской газете «Северный Кавказ» за декабрь 2005 года публикацией «Не буди …, атаман», в которой он обрушился с критикой на атамана казачьего Кубанского войска В.П.Громова, который считает, что аннексированные территории должны быть возвращены репрессированным народам согласно закона «О реабилитации репрессированных народов».
Во-первых, у этого «сам себе атамана да еще генерала в подчинении нет и одного полка казаков. Ведь во всей Осетии их 722! Во-вторых, этот горе-атаман, поющий с чужого голоса, как будто не знает, что закон «О реабилитации репрессированных народов» касается не только 14 репрессированных народов, но и 20 миллионов казаков».
В Пригородном районе только в трех станицах и одном хуторе временно проживали казаки, выселив оттуда ингушей (1867-1918 гг.). Всего же в этом районе было 39 населенных пунктов, в которых жили ингуши.
Чем идти воевать за чужую землю, которая по Закону принадлежит ингушам, лучше этот «бравый вояка» удовлетворил бы свой зуд к подвигам во славу Осетии, защищая интересы казаков там, где они действительно ущемляются. Почему бы ему не потребовать от руководства Северной Осетии вернуть бывшие казачьи земли станиц Ардонской, Архонской, Николаевской, Александровской, х.Ардонский? Кто их выселил, ингуши или осетины?
Почему бы этому, существующему только на бумаге, атаману регионального округа казачества не потребовать возвращения Ставропольскому краю казачьего Моздокского района? Не задается атаман Лозневой и вопросом, почему в изданной СОИГС 1, разрекламированной «Истории Северной Осетии: ХХ век (М., 2003), РСО-Алания обьявлена не как история всех населяющих ее народов, а как история «осетинского народа» (стр.6). А где же русские, казаки, ингуши? Задаться подобным вопросом для Лозневого значит лишиться осетинской кормушки.
И наконец, помнит ли атаман Лозневой, если у него генетическая память на своем месте, что осетин генерал Плиев отдавал приказ о расстреле донских казаков в 1962 году в городе Новочеркасске?
И еще, мне хотелось бы с сердечной болью напомнить воинственным атаманам, что мы – народы со схожей судьбой. Казаки, как и другие репрессированные народы, были гонимы, также подвергались геноциду, умирали и возрождались.
После октябрьского переворота 1917 года большевики приступили к выполнению своего сатанинского плана по поголовному уничтожению казаков. В феврале 1919 года в газете «Известия народного комиссариата по военным делам» опубликована статья Л.Троцкого «Борьба с Доном», где он пишет: «Старое казачество должно быть сожжено в пламени социальной революции», «Дон необходимо обезлошадить, обезоружить, обезнаганить». И далее там же: «На всех них революционное пламя должно навести страх, ужас, и они, как свиньи, должны быть сброшены в Черное море». (Такая же мера некоторыми членами Политбюро прелагалась в отношении ингушей – сбросить в Каспийское море – С.Х.).
Вот выдержки из циркулярного секретного письма ЦК РКП (б)от 24 января 1919 года. «… Необходимо, учитывая опыт года гражданской войны с казачеством, признать единственно правильным самую беспощадную борьбу со всеми верхами казачества путем поголовного их истребления. Никакие компромиссы, никакая половинчатость недопустимы. Поэтому необходимо:
Провести массовый террор против богатых казаков, истребив их поголовно; провести беспощадный террор по отношению ко всем казакам, принимавшим какое-либо прямое или косвенное участие в борьбе с Советской властью.
К среднему казачеству необходимо применить все те меры, которые дают гарантию от каких-либо попыток с его стороны к новым выступлениям против Советской власти».
Я.М. Свердлов, подписавший этот документ от имени РКП (б) «деловито» раскрывает механизм физического удушения казачества.
Казачье население высылалось в далекие северные лагеря, за Полярным кругом, лагеря смерти. Для этого была создана специальная организация из отпетых, жестоких чекистов-садистов во главе с Л.М. Кагановичем.
И везут в товарных вагонах казачьи семьи на верную смерть. То, что сотворили сталинские палачи с другими репрессированными народами, сначала на практике было опробовано на казаках. К еще не остывшим очагам казачьих домов устремились сельские люмпен-пролетарии, точно также как осетины устремились занимать ингушские дома и земли.
Возрождение казачества сродни возрождению ингушей и других репрессированных народов.
Летом 1992 года казачество государственными актами признано репрессированным народом. Следовательно, казаки имеют также право на территориальную реабилитацию. И если осетины согласно закона «О реабилитации репрессированных народов» вернут ингушам Пригородный район, мы с удовольствием приглашаем желающих казаков туда на жительство, чего не сделали осетины после нашей депортации. Непонятно только, за что собираются воевать господа атаманы.
Так что думайте, казаки! Позорный для настоящего мужчины хлеб ест атаман Лозневой. Настоящий казак – это рыцарь без страха и упрека, а не марионетка, поющая с чужого голоса за осетинскую похлебку.
Так что «не буди … атаман», во имя чужих корыстных, интересов. Отец Ваш, может и был сын казачий, но из Вашей публикации слишком заметно торчат осетинские «уши».
Как видно из всего вышесказанного, осетинские национал-экспансионисты отобрали у казаков их станицы, добились их расказачивания и репрессий. А попытка осетинского руководства разыграть казачью карту, не более чем фарс с целью стравить ингушей и казаков.
Рано или поздно Северной Осетии придется вернуть казакам Моздокский район, который подпадает под действие закона «О реабилитации репрессированных народов».
Так что слово за Вами, господа атаманы!
С. Хамчиев
