Голодовка – оружие отчаявшихся

Голодовка – оружие отчаявшихся

[LEFTx]http://ingform.ru/images/news/1779/golodovka2a.jpg[/LEFTx]Каждый раз, когда я приезжаю в лагерь беженцев в Майском, даю себе обещание: «В этот раз – не плакать!» И всякий раз нарушаю обещание. Потому что их боль, ставшая постоянной, хронической, непреходящей, постепенно переходит в удушье, когда нестерпимо трудно уже не просто жить – дышать. И это удушье распространяется на все окрестности, покрывая тяжкой, свинцовой, угарной пеленой и это поле, и вагоны, и долину, и поселок, и всю страну. Вот только страна привыкла жить удушливо, несвободно и мрачно, и потому не замечает низко висящей пелены чужого горя.

Каждый раз вагонов в Майском становится все меньше, потому что безжалостные краны с КамАЗами, будто в русской рулетке, выбирают жертву произвольно – как фишка ляжет, - и увозят на соседнее мрачное поле, которое по злой чиновничьей иронии назвали поселком Новым. Поле это отличается от лагеря беженцев в Майском разве что тем, что надежно скрыто от взгляда – оно далеко от дороги, и никакой проезжий журналист или правозащитник не увидит его и не удивится: «А это что за концлагерь?..»
В этот раз на одном из немногих уцелевших вагонов висели самодельные плакаты: «Требуем обеспечить нам равные права с другими народами Северной Осетии! Требуем вернуть нас в места прежнего проживания!» Внутри вагона на матрасах сидят и лежат 11 человек. С 5 июля они голодают. Это бессрочная голодовка: или власти вернут их домой, или… Врач Лиза Салахова, добрый ангел Майского, врач-беженка из Грозного, которая приезжает в лагерь каждый день лечить несчастных обитателей железных ящиков, рассказала: «Они сначала вообще хотели сухую голодовку объявить! Я еле-еле их убедила пить воду! Они же все больные!» Все правильно: человек, который держит сухую голодовку, умирает быстро. Его протеста могут попросту не заметить. Просто не успеют.

Возле вагона голодающих неподвижно сидит старик Юсуп Точиев. В вагоне голодает его сын Магомед. Рядом с Магомедом, на соседнем матрасе – Руслан Даскиев. Несколько месяцев назад он похоронил 18-летнего сына. Юноша умер от порока сердца. Его можно было спасти, если бы нашлись деньги на операцию. Но кто их даст человеку без паспорта, без прописки, без работы? Такого человека как будто вообще не существует в природе. Он – призрак. Сегодня Руслан Даскиев действительно похож на привидение. В его глазах обреченность и та пугающая пустота, которая возникает во взгляде всякого уставшего жить и бороться. Юный красавец-джигит Ислам Марзиев иронично говорит: «Мне как-то даже неловко чувствовать себя более бесправным, чем поросенок Фунтик…» Оказывается, недавно по всем телеканалам прошли сюжеты о поросенке Фунтике, который в семимесячном возрасте вдруг перестал расти. Судьбой Фунтика озаботилась вся страна. Ему каждый день измеряли рост и вес и докладывали об этом российскому народу. У Фунтика даже есть паспорт. У Ислама паспорта нет. И, будь он жив или мертв, стране на это глубоко плевать.

Семидесятитрехлетний Муса Бекбузаров, присоединившийся к голодовке, ничего мне сказать не может. Он глухонемой. Его артериальное давление перескочило за 200, и врач Лиза Салахова едва ли не на коленях умоляла его прекратить голодовку. Бекбузаров отказался. А зачем? Их общий вывод таков: «Разве наше существование можно назвать жизнью? Нет, это смерть, только медленная, растянутая во времени. Так, может, если мы умрем, это хотя бы кого-нибудь заставит задуматься?».

Лейла Амерханова качает головой: «Я не знаю, что сказать. Мой муж пропал без вести еще тогда, в девяносто втором. И я знаю, каково это – потерять своего мужчину…» Зато Марьям Дидигова знает, что сказать: «Если с ними что-нибудь случится, мы, женщины, их заменим! Мы продолжим голодовку!»
Поддержать голодающих приходит и невестка героя войны Саадула Арсамакова Ханифа. Сам старик уже почти не встает. Их семью перевезли в Новый, и теперь имя героя войны власти Северной Осетии изо всех сил используют в пропагандистских целях. Ханифа плачет: «Мы все хотим обратно. Там, в Новом, - не жизнь, а пытка. Там дед уже не выходит из вагончика на улицу - тошно вокруг смотреть. Ему был положен хотя бы отдельный вагон - не дали. Живем все вместе в одном вагоне. Но он и сейчас говорит, что вернется домой. Я вообще не знаю, что защищал мой свекор, - мы снова в ссылке, за колючей проволокой. Дед раньше, в Майском, из своего окна вагончика хоть на трассу смотрел, на дорогу в сторону дома, а сейчас он уже не встает - смотреть не на что...".

Самое страшное в глазах голодающих – это полная готовность к худшему. Обреченность, какая бывает разве что перед расстрелом. Голодовка – это оружие отчаявшихся. Это метод тех, у кого больше не осталось сил. Это последняя попытка докричаться до глухих стен, за которыми в прохладе кондиционеров скрываются лоснящиеся чиновники с тяжелыми, любовно выращенными в мягких креслах задами. Этим чиновникам ничего не стоит поставить размашистую подпись на паре бумажек, которые могли бы спасти этих людей. Но они давно отвыкли делать это бесплатно. Это же какой труд – удержать ручку толстыми пальцами и вывести на бумаге подпись! Ради собственного блага – вернее, ради многочисленных собственных благ, - можно, конечно, постараться. Но что взять с нищих беженцев, кроме их отчаяния?...

Я преклоняюсь перед этими людьми. Я смотрю на их изможденные, но от этого еще более красивые трагической красотой лица, как на тициановские полотна. Я верю в их победу, потому что они сильнее неповоротливого и злобного государства. У них есть вера, опыт выживания в любых условиях, любовь к своей земле и память о предках. Они выживут и вернутся домой. Потому что без их добрых домов Россия погибнет. Только бы она в конце концов поняла это…


Ирина ХАЛИП, «Новая газета», специально для «Ингформ бюро»

почему о каких нибудь шахтерах ,которые обьявляют голодовку будут по 10 раз в день переловать....а о наших людях...токо среди нас и слышно...
хотя возможно я ошибаюсь...давно телик не смотрела...

http://www.ingushetiya.ru/news/7913.html

Лагерь беженцев в Майском: голодающих взяли в оцепление

Ирина Мурадова / Ингформ бюро, 17.07.2006 20:15

На 12-е сутки голодовки, которую объявили отчаявшиеся жители городка ингушских беженцев «Майский», власти Северной Осетии недвусмысленно отреагировали на требования голодающих. Они подтянули к лагерю спецназ и оцепили лагерь. С наступлением темноты разграбленный и разломанный городок все больше напоминает концентрационный лагерь: дежурящие вокруг него сотрудники МВД Северной Осетии устраивают жесточайший допрос и обыск всех, кто пытается пройти на территорию «Майского» и поддержать близких.

Под предлогом проверки документов милиционеры изымают у родственников голодающих паспорта «для освидетельствования личности» и порой забывают вернуть документы. Изможденные участники голодовки лишены последнего шанса – услышать слова поддержки от своих родных.

«Они берут нас измором» - уверены участники голодовки. По их мнению, таким образом власти Северной Осетии стремятся предотвратить возможность продолжения акции. Как ранее писало «Ингформ бюро», готовность подменить участников голодовки и продолжить акцию изъявили жители поселка Новый – вынужденно переселенные из «Майского» в чистое поле, которое некоторые СМИ без зазрения совести называют «поселком с проложенными дорогами, водопроводом и будущими детскими садами». При этом в Новом до сих пор нет ни газа, ни питьевой воды.



Отчаявшиеся люди обратились к Президенту Международной Хельсинской Федерации по правам человека Людмиле Алексеевой с просьбой довести их проблемы до Мирового Сообщества, поскольку они находятся в информационной блокаде, а осетинские власти пытаются представить их голодовку как «политическую акцию, спровоцированную под давлением деструктивных сил РИ».

«На самом деле осетинские власти постоянно предпринимают всевозможные ухищрения с целью недопущения возвращения вынужденных переселенцев в свои родные села, впервые в истории человечества придумав тезис о невозможности совместного проживания с ингушами. Наша голодовка спровоцирована прсотоянным игнорированием проблем ингушей – вынужденных переселенцев из РСО-Алания», - пишут участники акции.

Ниже публикуется полностью данное обращение.




Президенту Международной

Хельсинской Федерации

по правам человека

Алексеевой А. М.

от вынужденных переселенцев

из РСО-Алания с.Терек,

с. Южное, с.Чернореченское,

с.Ир, с.Октябрьское



Обращение



Мы граждане РФ, проживающие в РСО-Алания с 1992 года, являемся вынужденными переселенцами. После осетино-ингушского конфликта, живем в ужасных, нечеловеческих условиях, в маленьких, тесных вагончиках, под высоковольтными линиями. Начиная с 1992 года, полностью игнорируются наши права и свободы, закрепленные в международно-правовых документах и в Конституции РФ. Вот уже более 13 лет мы не можем добиться соблюдения своих прав:

- получить регистрацию по месту жительства;

- вернуться в свои дома, расположенные в 10-15-ти км. от нашего городка «беженцев»;

- добиться оформления своих домовладений;

- получить или обменять паспорта;

- получить мед. обслуживание.

Нам, жителям населенных пунктов Пригородного района РСО-Алания, не выдаются паспорта, а если и выдаются, то без штампа о регистрации по месту жительства. Отказывают в оформлении домовладений. Искусственно создаются препятствия в продлении статуса вынужденных переселенцев. Постоянно издаются новые постановления по вопросу вынужденных переселенцев, которые противоречат друг другу и которые вводят людей в заблуждение. Мы требуем элементарного человеческого отношения со стороны властей Осетии. У нас не политические требования, а социальные и правовые. Власти Осетии, которые должны поддерживать и защищать свой народ, изгоняют его, делают все, чтобы коренные жители - ингуши не возвращались в свои родные села.

Мы обращались во все компетентные инстанции Осетии с вышеизложенными проблемами, но нерешение наших проблем вынудило нас объявить официальную и бессрочную голодовку. С целью обратить внимание Федеральных властей, в частности Президента РФ В.В. Путина, так как мы уверены, что В.В. Путина дезинформируют о состоянии дел в Пригородном районе. Но и тут мы оказались в информационной блокаде. Ни одно из центральных и местных СМИ не озвучили наши требования, хотя мы объявили голодовку с 5-го июля. А власти РСО-Алания пытаются представить нашу акцию как политическую, «спровоцированную под давлением деструктивных сил РИ».

Так, в газете «Северная Осетия» от 15 июля 2006 года под №128(24679), пресс-служба министерства РСО-Алания по делам национальностей утверждает, что «процесс ликвидации последствий конфликта постоянно осложнялся деструктивными действиями некоторых представителей Республики Ингушетия». Хотя на самом деле осетинские власти постоянно предпринимают всевозможные ухищрения с целью недопущения возвращения вынужденных переселенцев в свои родные села, впервые в истории человечества придумав тезис о невозможности совместного проживания с ингушами. Наша голодовка спровоцирована постоянным игнорированием проблем ингушей – вынужденных переселенцев из РСО-Алания.

Просим Вас посодействовать в решении наших проблем, связанных с нарушениями прав человека и довести наши проблемы до Мирового Сообщества.



15.07.2006г.

Вынужденные переселенцы п. Майский РСО-А

ГОЛОДОВКА С ОТКРЫТЫМ КОНЦОМ
Ирина ДЕНИСОВА, "Московский комсомолец", №156 (24.219), 17.07.2006

Ингушские беженцы перешли на воду с лекарствами
Пока в Центральной России кипят страсти по “Большой восьмерке”, на Кавказе в разгаре — очередной скандал. Связан он с ситуацией, в которой находятся ингушские беженцы, живущие в лагере “Майский”. Президент Путин потребовал разрешить последствия осетино-ингушского конфликта до конца этого года. Ингуши мечтают вернуться в родные места — Чернореченск, Октябрьский, Южный, Ир, Терк... Однако такой возможности власти Северной Осетии им по-прежнему не дают. И вот уже почти две недели продолжается голодовка 12 ингушских беженцев в “Майском”...
Требования голодающих — вернуть их в места исторического проживания и сделать им паспорта с пропиской в этих населенных пунктах. Участники акции отказываются принимать что-либо, кроме лекарств и воды, пока их требования не будут выполнены. Люди говорят, что станут “голодать до последнего”. В конце прошлой недели один из голодающих, уроженец села Чернореченское Пригородного района Северной Осетии 45-летний Руслан Даскиев, был увезен в Республиканскую клиническую больницу Назрани — он недавно перенес серьезную операцию, но из голодовки выходить отказывался. Еще у двоих участников акции — Руслана Куштова и Мусы Безбузарова — резко ухудшилось здоровье (Безбузарову 73 года). За состоянием голодающих наблюдает лишь медсестра из беженцев, тоже живущая в “Майском”, на восьмой день акции власти Северной Осетии прислали врачей, которые заявили, что “положение тяжелое”. Однако с тех пор они в лагере больше не появлялись.
А 11 июля голодающих посетила делегация чиновников — и из ФМС, и из правительства Северной Осетии. Но ответов на свои вопросы беженцы так и не получили. Замглавы МВД РСО — Алании Сослан Сикоев, например, сослался на внутренние документы своего ведомства, по которым претендовать на прописку в Пригородном районе могут лишь те беженцы, которые смогут подтвердить права на утраченное жилье, и заявил: “Паспорта я вам выдам, но без прописки!”
Переезжать в новую “резервацию” — поселок Новый — участники акции категорически не хотят. Там до сих пор нет ни воды, ни газа. Зато есть колючая проволока по границе и блокпост с автоматчиками... Беженцы считают: автоматчиков поставили, чтобы не позволить им вернуться назад в “Майский”.
Чем закончится акция в “Майском” — пока непонятно. Никаких реальных шагов навстречу голодающим не сделано. “Если им станет совсем плохо — мы, женщины, их заменим”, — заявила одна из беженок Марьям Дедигова. Так что голодовка грозит стать “долгоиграющей”...

http://ingform.ru/?action=view&id=17...новости