След сатаны на тайных тропах истории. Дени Баксан.

Вы читали эту книгу. Тут много чего интересного написано.

К примеру, хотя бы это:

"Перенесясь из древности в средневековье, мы обнаруживаем множество фактов ритуально-лечебного поедания детей в возрасте от нескольких месяцев до двенадцати-тринадцати лет. В этом людоедстве и церковный и светский суды дружно обвиняют евреев. Обвинения имели под собой столь серьезные основания, что приводили к поголовному изгнанию евреев из ряда европейских стран - из Франции в 1080 году, из Англии в 1290 году, из Испании в 1492 году и т.д.32 Наш источник сообщает, что “повсюду обнаруживали одни и те же признаки мучений ребенка в подражание мукам Иисуса Христа (распятие) и полного обескровливания жертв, причем собранная в сосуды кровь детей, согласно бесчисленным признаниям обвиняемых во всех концах Европы, рассылалась еврейским общинам для употребления при изготовлении “мацы” (пасхальные пресные лепешки - авт.).33
В.И Даль, знаменитый составитель “Толкового словаря великорусского языка”, занявшийся в 1844 году по поручению министра внутренних дел графа Л.А. Перовского расследованием фактов ритуальных убийств детей, приводит некоторые любопытные места из Талмуда:
“...разрешается, в известных случаях, употреблять в смеси с яствами кровь рыбью и человечью” (кн.”Иоредео”, разд. 66, лист 53).
“...кровь скота и зверя употреблять в снедь нельзя, а кровь человеческую, для пользы нашей, можно” (кн. “Сулхан Орух”, ст.67, стр.42).34
В.И. Даль свидетельствует, что в министерстве внутренних дел он видел книгу “Эц Хаим” (“Древо жизни”), написанную раввином Хаимом Выгалом, жившим в XVIII в. в Польше. Раввин, ссылаясь на Тору, говорит о нееврейских народах, что “они, как заколотые животные или хлеб, в пищу нам предоставлены”.35
Мы приводим из современной канонической Библии две выдержки, на которые ссылался Хаим Выгал, уверенный, что они разрешают людоедство и питье человеческой крови:
“Только против Господа не вставайте, и не бойтесь народа земли сей, ибо он достанется нам на съедение: защиты у них не стало; а с нами Господь, не бойтесь их” (Числа, 14:9);
“Вот, народ (израильский), как львица встает и как лев поднимается; не ляжет, пока не съест добычи и не напьется крови убитых” (Числа, 23:24). Вполне возможно, что Хаим Выгал правильно истолковал Тору, входящую в христианскую Библию как пять начальных её книг. Тогда ситуация становится особенно любопытной- христиане воспринимают как “слово божье” утверждения Торы, отдающие их на съедение (в буквальном смысле!) “богоизбранному” еврейскому народу...

Впрочем, нельзя утверждать, что одни только евреи “лечились” человеческой (младенческой) кровью. Перед нами лежит исследование русского автора XIXвека П.И. Мельникова о некоторых российских христианских сектах. Вот что он пишет о секте хлыстунов:
“Барон Гакстгаузен, путешествовавший по России в начале сороковых годов, которому нашим правительством предоставлены были все способы, как вещественные, так и невещественные, к собранию всевозможных сведений, так передает откровенный рассказ одного хлыста Ярославской губернии: “Во время моления, в чан, наполненный теплой водой, сажают пятнадцатилетнюю или шестнадцатилетнюю девушку, которую успели склонить к оскоплению. Когда она усядется в чане, к ней подходят старухи, делают глубокий надрез на ее груди, потом отрезают один из сосцов, левый, и с удивительною ловкостью останавливают течение крови... Во время этой операции девушке дают в руки икону святого духа, чтоб она, углубившись в благоговейное созерцание, легче переносила страшную боль. Потом отрезывают часть тела, кладут на блюдо, разрезают на мелкие куски и раздают присутствующим, которые и едят их. Когда кончается это людоедство, ту девушку сажают на возвышенное место, особо для нее устроенное, и все собрание начинает вокруг нее плясать, припевая:
“Поплясахом, погорахом
На Сионскую гору”.36
Песенка о “Сионской горе”, как оказывается, служит лишь увертюрой к основной церемонии, которая происходит девять месяцев спустя. Продолжим цитату:
“Если от изуродованной таким образом девушки родится дочь, ее отдают матери, и эта девочка впоследствии обыкновенно сама делается богородицей или пророчицей. Но если родился мальчик, он почитается сыном божьим и называется “христосиком”. На восьмой день его закалывают в левый бок таким же копьем, какое употребляется в церквах, пронзают ему сердце и причащаются горячею кровью (т.е., попросту, пьют ее- авт.). Тело сушат и превращают в порошок, с которым после пекут калачи, коими и причащаются вместе с водою”.
Евреи, как мы видим, не составляли исключения в ритуальном поедании детской крови и плоти. И у нас нет оснований утверждать, что порядочный человек, будь он русским, евреем или чеченцем, согласится сегодня пойти на то, чтобы его лечили “фетальной” медициной. Порядочность, нравственная чистота присущи людям самых разных национальностей. Столь же интернациональны и проявления сатанизма. Мы говорим не о национальных пристрастиях, а о явлении. И частые упоминания в этой связи евреев вызвано не тем, что мы антисемиты. Просто, у других народов все эти безумные “ритуально-медицинские” проявления отошли в область преданий, или фиксируются (как в случае с Чикатило) на уровне психических патологий, тогда как евреи воспринимают их и по сей день как догмат веры, узаконенный религией. Мы убедились в этом, обратившись к Торе и Талмуду. Следует помнить еще одно. Принцип, сформулированный Парацельсом (“лечить подобное подобным”), легший в основу суперсовременной “фетальной медицины”, за многие столетия до “отца европейской медицины” был сформулирован “иудейскими мудрецами” в тайной книге иерусалимского раввина Раваша “Рамбам”. В передаче В.И. Даля этот принцип звучит так: “всякая зловредная вещь не иначе может быть уничтожена, как через сочувственное (контактное) приложение другой вещи того же рода.”38 Словосочетание “зловредная вещь” может в иудаизме трактоваться очень широко- от болезни до человека и даже целого народа. И перед нами оказывается четко сформулированный принцип контактной (“сочувственной”) черной магии, которую на сегодняшний день в состоянии объяснить лишь теория корреляции квантовых систем. Но обо всем этом- в другой главе, более подробно и более “научно”...
Иногда из плотной тени, отбрасываемой человечеством, выходят на свет люди, подобные Генделю, Штайнеру, Богданову и Юдину, те, кого называют “водителями человека”, “посвященными”. И тогда вдруг оказывается, что древние, казалось бы навечно похороненные в бездне ушедших эпох магические ритуалы и проявления безумных культов становятся “последним словом в науке”, и снова, но уже в наукообразной оболочке, овладевают жизнью и помыслами миллионов людей. И мы должны осознать, что меняется лишь оболочка этих проявлений, но не суть их. Иначе, без такого осознания, мы будем вечно попадаться в ловушки дьявола.
Повторяем, принцип тут один, он извечен и меняет только свою терминологическую окраску: слово “магия” заменяется словом “медицина”, “ритуал” становится “научной методикой”, “магический состав” переходит в “рецепт”, а “поедание детей” обретает вполне благозвучное название “фетального лечения болезней”.
Дьявол, пойманный за хвост, ускользает из рук фокусом переформулировок."

Советую почитать кто еще не читал, там много интресного про нардические сказания, и вообще Дени Баксан обличает евреев и язычников, приводит очень серьезные аргументы.

ХI. Маздакиты на Тереке


Книга, посвященная истории того или иного народа, не стоит и ломаного гроша, если у читателя, после ее прочтения, не сложится ясная и последовательная картина прошлого. А теперь давайте вспомним, были ли написаны и опубликованы такие внятные книги про историю вайнахов? Сколько бы мы не напрягали свою память, мы не сможем вспомнить название ни одной такой книги.
Вообще-то книги, конечно, были. Издавались даже какие-то академические труды наподобие двухтомной “Истории народов Северного Кавказа”. Однако, вместо связной истории- какие-то фрагменты, заполненные археологическими горшками, могилами, названиями культур, малопонятными неискушенному в археологии читателю, беглое упоминание о древних племенах, внезапно появляющихся и столь же внезапно исчезающих со страниц этих “монументальных трудов”.
Свихнувшись на марксизме, отдельные ученые столь назойливо вещают о “земледелии и скотоводстве”, что читатель затуманенным разумом уже перестает понимать, что, собственно, означают эти простые понятия. Ему начинает казаться, что предки его не жили в эпохах, полных драматических коллизий, а прошли через них, таща соху и гоняя по пастбищам мычащие стада. Добавим ко всему этому еще и отвратительный своей заштампованностью суконный язык изложения, поминутные ссылки на “классиков” и мы воссоздадим содержание и форму большинства из этих книг, написанных не для просвещения, а, скорее, для еще большего запутывания читателя. Разумеется, иной цели у этих “научных трудов” и не было.
Отсутствие знаний заполняют какие-то наукообразные мифы. И весьма показательно, что наши местные церберы от науки, получив соответствующие инструкции в обкоме КПСС или в кабинетах КГБ, боролись не с этими экзотическими мифами, а с проблесками настоящих знаний о прошлом, ибо второе для них было более опасным. Затем настали времена, когда всем стало не до науки, а сегодня наши дети в полуразрушенных “конституционными бомбами” школах (там, где они сохранились хоть в таком состоянии) снова садятся за учебники, полные фальсификации и абсурда. Но можно почти не сомневаться в том, что эти учебники не оболванят детей нынешнего поколения, так как настоящую историю они читают не со страниц лживых книг, а с улиц своих обращенных в руины и пепелища городов и сел, хотя фальсификаторы, переворачивая все с ног на голову, стараются покрыть извращениями и домыслами и эти страшные в своей реальности картины новейшей истории...
Если книги по истории не дают нам связной информации о прошлом, то, может быть, следует обратиться к первоисточникам, к древним кавказским летописям, в которых очень много написано о наших предках? Конечно, так будет разумнее для всех, кто ищет знаний и имеет доступ к этим летописям. Но нам не обойтись без помощи тех, кто переводит древние тексты на современные языки и снабжает их разъяснениями и комментариями. И тут читателя ожидает новая опасность - комментарий может оказаться фальшивкой, отражающей современную этно-политическую конъюнктуру. С одной из таких фальшивок, превращенной усилиями многих поколений ученых почти в непогрешимую научную истину, мы и хотим ознакомить читателя. Не потому, что наша книга посвящена истории вайнахов в узком смысле этого слова. Просто, это одно из мест, где занимающая нас проблема пересеклась с проблемами древней вайнахской истории.
2
Ученый-монах Леонти Мровели, живший в ХI веке, написал исторический труд, носящий название “Жизнь картлийских царей”. Труд этот, основывающийся на еще более древних летописных источниках грузин и, может быть, армян, является началом всех известных списков свода древнегрузинских летописей “Картлис цховреба” (“Жизнь Грузии”), сведенных в единую книгу между ХII и ХIV веками1.
Три северокавказских народа (вайнахи, дагестанцы и осетины) должны быть благодарны монаху Леонти Мровели за то, что он почти тысячу лет назад описал их древнейшее происхождение, историю расселения по нынешним местам обитания и отметил то влияние, которое они оказывали не только на общекавказские дела, но и, в значительной мере, на узловые события международной жизни.
Происхождение коренных кавказских народов Леонти Мровели рисует так: “Прежде всего упомянем, что у армян и картлийцев, ранов и моваканов, эров и леков, мегрелов и кавкасианов - у всех этих народов был единый отец по имени Таргамос. Сей Таргамос был сыном Таршиса, внуком Иафета - сына Ноева. Был тот Таргамос героем. По разделении языков, когда воздвигали башню Вавилонову, различились и рассеялись оттуда языки по всему свету. Пришел Таргамос со всем племенем своим и утвердился между двумя недоступными человеку горами - Араратом и Масисом. И было племя его велико и бесчисленно, обзавелся он многодетным потомством, детьми и внуками сыновей и дочерей своих, ибо жил он шестьсот лет. И не вмещали их земли Арарата и Масиса.
Страны же той, что досталась им в удел, сии суть рубежи: с востока - море Гургенское, с запада - море Понтийское, юга - море Оретское и севера - гора Кавказ.
Среди сынов его отличились восемь братьев, герои многосильные и славные, которых звали так: первого – Гаос, второго- Картлос, третьего- Бардос, четвертого- Мовакан, пятого- Лек, шестого- Эрос, седьмого- Кавкас, восьмого- Эгрос...”2.
Этой пространной цитатой мы хотели показать несколько вещей. Во-первых, ограничен круг кавказских народов, воспринимаемых древним историком как “потомки Таргамоса”. Если с армянами, картлийцами (грузинами), мегрелами и ранами (албанцами) все ясно, то другие наименования требуют расшифровки, которую мы получаем у Г.В. Цулая в соответствующих примечаниях. Так, моваканы оказываются племенем Кавказской Албании, родственным современным лезгинам 3, эры - древний могущественный народ, живший на сопредельных территориях современных восточной Грузии и западного Азербайджана (историческая Кахетия)4, леки - “грузинское название народов Дагестана в целом “5 и, наконец, кавкасиане - предки не только современных чеченцев, ингушей и бацбийцев, но и других нахских племен и этнических групп, которые до нашего времени не сохранились.6 Во-вторых, четко очерчены границы “страны Таргамоса”, в которой ученые видят воспоминания о царстве Урарту в период его могущества.7 И, в-третьих, мы хотели бы обратить внимание читателей на то, что назвав эпоним (имя легендарного родоначальника) того или иного народа, Мровели нигде больше не путает эту взаимосвязь, то есть дагестанцы для него всегда остаются “потомками Лекоса”, вайнахи - “потомками Кавкаса”, грузины - “потомками Картлоса” и т.д. При этом могут называться и новые эпонимы (например, у дагестанцев Хозоних), но всегда подчеркивается, что вводимый на страницы повествования новый легендарный персонаж - сын, внук или более дальний, но всегда прямой, потомок одного из восьми братьев - сыновей Таргамоса.
В дальнейшем Мровели повествует о победоносной борьбе таргамосиан (в которых, как уже отмечалось, можно видеть халдов-урартийцев) с Ассирией. Отразив натиск ассирийцев и разгромив их силы, восемь братьев - сыновья Таргамоса, получают для жительства свои уделы на Кавказе. Шесть братьев и соответствующие им народы (армяне, грузины, мегрелы, “моваканы”, албанцы, эры) остаются в Закавказье. О заселении Северного Кавказа Мровели пишет так:
“Земли же к северу от Кавказа не только не были уделом Таргамоса, но не было и жителей к северу от Кавказа. Были безлюдными пространства те от Кавказа до Великой реки, что впадает в море Дарубандское (Каспийское море; “Великая река” - Волга - авт.). Потому-то и избрал Таргамос из множества героев двух - Лекана (Лекоса) и Кавкаса. Дал Лекану земли от моря Дарубандского до реки Ломека (Терека), к северу - до Великой реки Хазарети. Кавкасу - от реки Ломека до рубежей Кавказа на Западе”.8
Итак, дагестанцы расселились от Каспийского моря до Терека, а вайнахи - от Терека “до рубежей Кавказа на Западе”. Интересно, что у Мровели мы находим и древнейшее название Терека (Ломеки), которое составлено из вайнахского словосочетания “горная река” (ломе - хи). Что касается географического термина “Кавказ”, то следует учитывать, что древнегрузинские авторы, в том числе и Мровели, под этим термином всегда подразумевали Центральный Кавказ и конкретно - гору Эльбрус.9 Следовательно, границы “удела Кавкаса” доходили до Эльбруса и включали в себя эту гору. Позднее, в главе, посвященной древней религии, которую Гитлер возродил в 30-е годы в Германии, мы еще поговорим о символическом значении этой горы и о той роли, которую сыграло ее почитание нацистами в трагедии вайнахов 1944 года.
Далее, после описания заселения дагестанцами и вайнахами Северного Кавказа, Мровели возвращается к событиям, происходившим в Закавказье, в “уделе Картлоса”. Он рассказывает о его потомках, о попытках ввести в Грузии царскую власть, о междоусобицах и т.д. Повествование доводится до античной эпохи и, несмотря на хронологическую неопределенность, явно подчеркивается два характерных момента - возвышение и расцвет среди древних грузинских городов столицы Мцхеты и язычество грузин, которые в отмечаемый период поклонялись “солнцу и луне и пятирице звезд, и первой и главной их святыней была могила Картлоса”.10
3
“Жизнь картлийских царей” подводит нас к эпохе, когда на Северном Кавказе появляется еще один народ - осетины. Приведем цитату из источника:
“В ту пору усилились хазары и начали войну с племенами леков и кавкасов. Таргамосиане в то время пребывали во взаимном мире и любви.
Над сыновьями Кавкаса был владыкой Дурдзук, сын Тирета. Решили шестеро Таргамосианов искать помощи в борьбе против хазар.
И собрались все из племени Таргамосианов, преодолели горы Кавказа, покорили пределы Хазарети и, воздвигнув города на ее подступах, возвратились”.11
Прервем на минуту цитирование. Здесь необходимы некоторые разъяснения. В древнеармянской версии “Картлис цховреба” приведенный нами выше отрывок передается в следующих словах: “В это время укрепилось племя Хазрацов, стали бороться против рода Лекаца и Кавкаса, которые от этого впали в печаль; просили помощи у шести домов Торгома, которые в это время пребывали в веселии и мире, дабы пришли к ним для спасения, которые и пошли в полной готовности на помощь и перевалили горы Кавкаса и полонили земли Хазраца руками сына Тирета - Дуцука, который и призвал их на помощь”.12
Древнеармянская версия существенно дополняет грузинскую. Во-первых, становится ясно, что основная тяжесть войны с хазарами легла на плечи вайнахов (дурдзуков, как их почти до ХIХ столетия называли грузины), и именно они обратились к закавказцам с просьбой о помощи. Помощь была оказана, но завоевание хазарских земель было проведено вайнахскими силами (“полонили земли Хазраца руками сына Тирета - Дуцука...”). Вернемся, однако, к прерванной цитате:
“Вслед за этим (то есть после военного разгрома - авт.) хазары избрали себе царя. Вся хазарщина стала повиноваться избранному царю, и возглавляемые им хазары прошли Морские ворота, которые ныне именуются Дарубанди (то есть Дербент - авт.). Не в силах оказались Таргамосиане противостоять хазарам, ибо было их бесчисленное множество. Полонили они страну Таргамосианов, сокрушили все города Арарата, Масиса и Севера...”13
Далее повествуется о частых набегах хазар в Закавказье, об уводе в плен людей и т.д. Отмечается, что для набегов хазары использовали не только Дербентский проход, но и Дарьяльское ущелье. Затем Мровели фиксирует первое появление на Кавказе осетин:
“В первый же свой поход хазарский царь перевалил горы Кавказа и полонил народы, о чем выше писано мною. Был у него сын по имени Уобос, которому дал пленников Сомхити и Картли (то есть Армении и Грузии - авт.). Дал ему часть страны Кавкаса, к западу от реки Ломека до западных пределов гор. И поселился Уобос. Потомками его являются овсы. Это и есть Овсети (Осетия), что была частью удела Кавкаса. Дурдзук же, что был самым знаменитым среди сынов Кавкаса, ушел и расположился в горной теснине, которой и дал имя свое - Дурдзукети..."14
Таким образом, древнегрузинский автор недвусмысленно показывает, что Осетия является искусственным образованием, устроенным хазарским царем для переселенцев на древней земле нахов (“потомков Кавкаса”).
Мы уже упоминали, что для Мровели “быть сыном того-то” означает сугубо этническое родство и, следовательно, осетины являются хазарами, так как Уобос, этнарх осетин, предстает перед читателем сыном хазарского царя. Но тут всплывает проблема, которая совершенно похоронена под многотомным спудом научных трудов и стала чуть ли не запретной в кавказоведении. Заключается эта проблема в том, что хазары - народ тюркский, а осетины, как известно, народ иранский. Что породнило эти два разноязыких этноса настолько, что они стали восприниматься как единое целое?
Чтобы как-то решить эту проблему, ученые заявили, что под хазарами Мровели подразумевает вовсе не хазар, а... скифов, и, чтобы обосновать эту интерпретацию, перенесли описываемые средневековым автором события на тысячу лет назад от их реальной эпохи.
Усилиями этих ученых в кавказоведении сложилась такая конструкция: Скифы являлись народом ираноязычным. У скифов появились потомки - сарматы и аланы, тоже, разумеется, носители иранских наречий. От последних, в свою очередь, появились ираноязычные осетины. А Мровели все напутал, и походы скифов, происходившие за полтора тысячелетия до его времени, отнес к хазарам, которые действительно были тюрками, но к происхождению осетин не имеют никакого отношения. Авторов этой причудливой гипотезы нимало не смущает даже такой очевидный парадокс - как Мровели, подробнейшим образом описав события, происходившие за 15 веков до его времени, не заметил походы реальных хазар, разгромленных за несколько десятилетий от его времени киевским князем Святославом? Ведь если под “хазарами” подразумевать скифов, деяния настоящих хазар остаются в труде грузинского историка неосвещенными. Явное недоразумение!
Профессор Ленинградского (ныне, стало быть, Петербургского) университета А.В. Гадло так разъясняет это недоразумение:
“В начальной части свода, составленной Леонти Мровели, после повествования о происхождении картвелов, их родоначальников и соседей имеется раздел, который... выделяется подзаголовком “Нашествие хазар”. В начале ХIХ в. Ю.Клапрот, принимая во внимание то, что этот раздел помещен в своде перед походом в Картли Александра Македонского, высказал мысль о том, что, говоря о нашествии хазар, составитель свода имел в виду вторжение в Закавказье скифов. Эта мысль получила признание. Особую достоверность ей придало то, что заключительная часть раздела посвящена усилению персов в их борьбе с хазарами. Таким образом, выстраивалась цепь событий, казалось бы, отражающая историческую реальность, зафиксированную античной историографией: вторжение скифов (хазар) в Мидию через Закавказье, усиление Ахеменидов, столкновение скифов с Персией, распространение персидского влияния на Переднюю Азию, походы Александра Македонского. Такое толкование названному разделу “Картлис Цховреба” дают и современные исследователи...
Однако в таком понимании раздела “Нашествие хазар” допущен ряд просчетов. Увлеченные нарративной стороной источника исследователи, во-первых, упустили из виду сложный состав этого раздела, и, во-вторых, его идейное и общее композиционное значение. Этот раздел органически связан со всей вводной частью свода в целом и по существу заключает ее. “Все были в Картли, где говорили на шести языках: армянском, грузинском, хазарском, сирийском, еврейском, греческом, которые понимали и которыми пользовались все грузины, мужчины и женщины”, - так завершает его автор. Таким образом, приведенный выше рассказ - это повествование о том, как складывалось в Картли многоязычие, отражающее многосторонние политические и культурные связи страны, которыми автор-патриот явно гордится. Не случаен здесь и перечень языков. Это живые языки, которые звучали в Грузии ХI в. Причем под хазарским языком здесь следует понимать тюркский язык, который в ХI в. был языком северных кочевников-печенегов. Царевич Вахушти (ХVIII в.) обратил внимание на приведенную выше фразу Леонти Мровели и почти полностью перенес ее в свою “Географию Грузии”, заменив при этом в перечне армянский иранским, а хазарский турецким, что в большей степени соответствовало эпохе. Совершенно очевидно, что автор ХI в. описал столкновение картвелов и их сородичей с хазарами с целью показать, в силу каких причин Хазарский (тюркский) язык распространился в Грузии”.15
Итак, А.В.Гадло объясняет, что произведение Леонти Мровели построено не по хронологическому принципу, предполагающему поэтапное описание событий в их взаимной последовательности, а блоками-рассказами, каждый из которых имеет свою тематику, внутреннюю логику и особую хронологию, обусловленную развертыванием изолированного сюжета. В данном блоке-рассказе грузинский историк повествует о происхождении народов Кавказа, об их расселении в своих “уделах” и завершает этот рассказ описанием эпохи и обстоятельств появления на Северном Кавказе осетин. Появление осетин на исторической арене Кавказа замыкается упоминанием о постройке на берегу Каспийского моря персами крепости Дербент,16 что произошло, как известно в VI веке.17 Этот пассаж и позволяет нам датировать нашествие хазар концом или второй половиной VI века, а не какими-то доисторическими временами, как пытаются нам внушить.
Эта датировка подтверждается и сирийским автором Иоанном Эфесским, написавшим приблизительно в эту же эпоху о завоевании хазарами страны алан.18 Кто такие аланы и как получилось, что осетины, пришедшие с хазарами в их страну в качестве завоевателей, стали в науке отождествляться с аланами?
4
Это отождествление - целиком на совести ученых. Сами осетины ни одной легендой, ни одним преданием, ни одним фразеологизмом своего языка не говорят о своем происхождении от алан. Более того, осетины - единственный, пожалуй, народ на Кавказе, в чьем языке не только нет слова “алан”, но отсутствует даже смысловая расшифровка этого слова.
Однако профессор-иранист В.И.Абаев отыскал-таки в осетинском слово, похожее на этноним “алан”. Речь идет о выражении “аллон-биллон”, встречающееся в осетинском фольклоре: “здесь пахнет аллон-биллоном”. Эти слова обычно произносит великан-людоед, почувствовав спрятавшегося в своей пещере героя сказки. В.И.Абаев приводит аналогию из славянских сказок, когда людоед произносит такие же слова о “русском духе”. Из этой аналогии почтенный профессор делает вывод, что “аллон” - древнее название осетин и связав это слово с этнонимом “алан” завершает свой анализ предположением, что ингушский социальный термин аьла (“князь”) возник из того же аллона-биллона. По мнению В.И.Абаева предки осетин, в которых он видит алан, господствовали когда-то над ингушами и их название последними воспринято в значении “князь”, “господин”.19
Появляется несколько вопросов, на которые ни В.А.Абаев, ни какой-нибудь другой осетинский ученый-языковед, не дали пока вразумительного ответа. Если слова великана-людоеда “аллон-биллон” действительно относятся к осетину, и если аллон - это алан, то как быть с “биллоном”? Этот таинственный “биллон”, к сожалению, основательно все запутывает. Ведь среди предполагаемых предков осетин не удалось еще обнаружить народа с названием “биллон”. Кроме того, чтобы превратить “аллон”, сделавшийся у В.И.Абаева аланом, в самоназвание осетин, нужно допустить, что и великан-людоед является осетином - иначе, как не крути, слово “аллон” никак не сделаешь самоназванием осетин. Засим обнаруживается еще одна неувязка - этот “аллон-биллон” в форме “алла-белла” присутствует, как выясняется, и в вайнахских сказках. Чтобы избежать каких-то подозрений в подтасовке фактов сошлемся на чеченскую сказку “Черкес Иса и Чеченец Иса”, опубликованную за 88 лет до “открытия” В.И.Абаева - в 1870 году.20 Имя Алла-Белла носит один из горных духов, в чьей пещере заночевали два друга - черкес и чеченец. Следовательно, использовав доводы В.И. Абаева, аланами могут назваться и чеченцы, так как упомянутая пещера в сказке помещена в Чечне, и “алла” более созвучно этнониму алан, нежели “аллон”, если применить к нему вайнахский суффикс принадлежности -н-.
Существует еще одно притязание на вышеупомянутого "аллона-биллона", на этот раз - тюркское. Кумыкский ученый Мурад Аджи утверждает, что "Эллой, Биллой" есть тюркское (кипчакское) выражение "Бог с нами" ("Полынь Половецкого Поля", М. 1994 год., стр. 108).
Нелишним будет напомнить и арабское выражение "Валлахи-Биллахи", которое означает клятву именем Аллаха.
Теперь о термине “князь”. Непонятно, почему профессор В.И.Абаев ограничивается только ингушами в качестве давних подданных осетин. Ведь этот термин (эла, аьли) в обозначенном значении присутствует и в языке чеченцев. Более того, подданными осетин могут считаться и урартийцы, и хурриты, и гаргареи Кавказской Албании, и бацбийцы, и далекие во времени и пространстве вавилоняне, и эблаиты, и финикийцы, и евреи, и карфагеняне, и арабы - у всех этих древних и современных народов зафиксирован этот термин в различных огласовках (алаи, алаини, алу, илу, ал и т.д.) в значении “князь”, “господин”, “повелитель”, “владыка”. В древнем своем значении (“владыка”, “бог”) слово эла (аьли) можно найти в теонимах вайнахского языческого пантеона - Дела, Села, Тушоли, Раола, Магал и т.д. 21
Еще академик Н.Я.Марр писал об осетинах, что “нельзя отождествлять с ними кавказских аланов, или точнее ал - ов, так как алан, как теперь выяснилось, есть одна из форм множественного числа коренного кавказского этнического термина, в основе звучащего al или с сохранением спиранта hal”.22
Вывод Н.Я.Марра подтвердился и данными из античных источников. Так, у Плиния Секунда (I в. н.э.) мы находим упоминание племени галов (hal) рядом с меотами.23 На территории Чечено-Ингушетии обнаруживается огромное количество географических названий (в основном, на равнине) с корнем ал, алан и само это слово имеет безупречный перевод с вайнахского как “равнинный” 24. И, наконец, “непосредственно от этнонима алан ведет свое происхождение и вайнахское имя Алони” 25, которое отыскивается не в какой-то сказке сомнительного происхождения, а в живом обращении народа без современных искусственных внедрений, какое мы видим у наших западных соседей. Известно, что антропоним Алан появился в осетинской среде с легкой руки интеллигенции после разработки идеи об “аланском происхождении”.26
Аланы упоминаются в античной литературе начиная с I в. н.э. За несколько столетий их знают уже во многих регионах - в Европе, Азии и даже в Северной Африке.27 Этот народ, в отличие от многих, необычайно громко заявил о себе с самого момента выхода на арену истории. Смелые походы по всем направлениям, непрерывные войны с могущественными народами, удивительные коллизии исторических судеб наподобие той, что привела алан совместно с вандалами в Северную Африку, где они основали королевство на месте бывшей Карфагенской державы - все это создавало аланам гремящую славу, продержавшуюся до ХIII-ХIV веков, когда нашествия монголов и полчищ Железного Хромца привели Аланию к гибели.
Аланы жили на Северном Кавказе около тысячи лет, когда Леонти Мровели начал писать свой исторический труд. Конечно, грузинский средневековый автор не мог не знать о соседнем сильном народе, известном даже далеким китайцам. Однако на страницах “Жизни картлийских царей” нет ни одного упоминания об аланах. Чем это объяснить?
Ответ довольно прост: Леонти Мровели очень много и подробно пишет об аланах, об их воинственных нравах, об их славных деяниях, но называет их другим именем - кавкасиане. Чтобы пояснить ситуацию, возьмем типологически схожий пример. Предположим, что два средневековых хрониста, француз и итальянец, задались бы целью описать соседнюю Германию. Французы называют немцев германцами, а итальянцы - тедеско. А теперь представим себе современного историка, который, сравнив описания Германии, сделанные французом и итальянцем, стал бы утверждать, что речь в них идет о двух разных народах - германцах и тедеско. И, более того, начал бы фантазировать о “взаимоотношениях” этих якобы “двух разных народов”. Нечто подобное происходит сегодня относительно алан и кавкасиан, которых целая плеяда историков тщится показать разными и даже враждебными друг другу древними народами. Чтобы понять всю абсурдность такого “чтения истории” достаточно было бы сравнить труд Леонти Мровели с трудами его армянских предшественников и современников. Там где грузинский автор размещает и описывает кавкасиан, армянские средневековые авторы размещают и описывают алан - для них это один народ. 28
Подобное разночтение этнонимов одного и того же народа в армянских и грузинских средневековых сочинениях - вещь обычная. Достаточно обратиться к описаниям самого могущественного народа Кавказской Албании, который в армянских источниках называется гаргареями, а в грузинских - эрами. Этот народ хорошо известен ученым-кавказоведам, известно его поэтапное продвижение с юга на север, известны его локализация и история, и нет сомнений в том, что описывая эров и гаргареев грузинские и армянские авторы обращаются к одному и тому же этносу, обозначая его разными названиями. То же самое, как убеждает нас сопоставление армянских и грузинских источников, происходит и с описанием алан и кавкасиан.
Можно долго, шаг за шагом, опровергать нелепости, на которых построена теория об “ираноязычности” алан и о том, что сегодняшние осетины - их потомки. Но этих нелепостей столь много, что их опровержение требует соответствующих объемов с анализом бесчисленных мелочей, а это увело бы нас далеко в сторону от темы и задач данной книги. Для доказательства тождества алан с осетинами некоторые авторы приводят совсем уж оригинальные доводы. Так, В.Б.Ковалевская, процитировав некоторые высказывания античных авторов об аланах, отметивших их физическую красоту, отвагу и любовь к оружию, призывает своих читателей сравнить это описание с описанием кавказских горцев ХIХ века, у которых отмечены те же физические и нравственные качества - причем, в этих горцах В.Б.Ковалевская явно видит осетин. Последние, однако, совершенно неизвестны в русской и зарубежной литературе как образец воинственности и отваги. Сошлемся на авторитетное мнение М.Ю.Лермонтова, “своего человека” на Кавказе, которое знаменитый поэт вложил в уста одного из своих героев:
“- Жалкие люди! - сказал я штабс-капитану, указывая на наших грязных хозяев, которые молча на нас смотрели в каком-то остолбенении.
- Преглупый народ! - отвечал он. - Поверите ли? Ничего не умеют, не способны ни к какому образованию! Уж по крайней мере наши кабардинцы или чеченцы хотя и разбойники, голыши, зато отчаянные башки, а у этих и к оружию никакой охоты нет: порядочного кинжала ни на одном не увидишь. Уж подлинно осетины!”29 Как мы видим, сравнение с осетинами ХIХ века едва ли польстило бы воинственным и отважным аланам, хотя такое сравнение и пытаются превратить в аргумент их тождества. Примечательно, что, начиная с 1992 года, когда осетины проявили себя “верными сынами России”, произведение М.Ю.Лермонтова при публикации стали “подрезать”, изымая из него приведенный нами выше диалог.
И если, как отмечает В.И.Абаев, жители южных склонов Большого Кавказа называют своих северокавказских соседей “аланами” в значении “герой, удалец, друг”,30 то эпитеты эти, как и слово алан, едва ли могли относиться к осетинам.
От алан до нас дошли всего три надписи, составленные на их языке латинскими и греческими буквами. Так, в сочинении готского историка VI века Иордана “Getika” (об Иордане известно, что он был по происхождению аланом), переводчики всегда натыкаются на “нелепую” по их мнению фразу, которую не могут понять: “alano wu a”. С вайнахского эта фраза, единственная во всем произведении Иордана, составленная по-алански, без всяких затруднений переводится как “алан он есть”.31 Затем идет аланская надпись с Маяцкого городища, состоящая всего из двух слов: “...алануй кан” (начало надписи, где стояло имя человека, отбито и не сохранилось). Кан - это тюркское слово “князь”. Алануй кан, по-вайнахски, значит “князь (кан) алан” и слово “алануй” безупречно оформлено по законам вайнахской грамматики в родительном падеже множественного числа.32 И, наконец, знаменитая Зеленчукская надпись, которая без перестановок букв, добавления новых знаков и т.д. (как приходится делать тем, кто хотел бы видеть в языке этой надписи осетинский), читается по-вайнахски: “Иисус Христос, Святой Николай. Сахари рода сыновья: Хоба, сын Шиты, Багатар, сын Багатая, Анбалан, сын Анбалана - погибли молодцы на равнине Ладо”.33 (Ладо - имя человека, оставившего эту посвятительную надпись приблизительно в Х веке). И сколько бы осетинские ученые не делали “научные” заявления типа: “Я должен с полной ответственностью заявить: Зеленчукская надпись всегда была и будет осетинской (!)”,34 факт остается фактом - эта аланская надпись составлена на вайнахском языке.
Столь же безупречную вайнахскую этимологию имеют и два города (“две столицы”) исторической Алании - Дадиков и Магас.35 Доказывать это - все равно что доказывать чеченскую этимологию известных исторических названий Дади-юрт и Мааст.
И, наконец, как неопровержимый и бесспорный довод в пользу того, что аланы - это вайнахи, недавно обнаружена рукопись-оригинал алана Аздина Вазара. Рукопись эта, составленная на арабском языке, найдена историком из Иордании Абдул-Гани Хасаном аль-Шашани среди 30 тысяч древних рукописей, хранящихся в мечети ал-Азхар в Каире. Аздин, по рукописи, родился в год нашествия полчищ Тамерлана на Кавказ - в 1395 году. Себя он называет представителем “аланского племени нохчий”. Отец Аздина- Вазар, был офицером высокого ранга, одним из военачальников-наемников монголо-татарского войска и жил в столице татар - городе Сарай. Будучи мусульманином, Вазар послал сына учиться в мусульманские страны.
Затем тот вернулся на родину с целью проповедовать ислам среди своих соотечественников. По его словам, одна часть алан-вайнахов исповедывала христианство, другая- язычество (“магос цIера дин” - то есть солнце - и огнепоклонничество). Миссия исламизации вайнахов в тот период не имела ощутимого успеха.
В своей книге Аздин Вазар описывает границы и земли расселения алан-вайнахов: к северу от реки Куры и Тушетии, от реки Алазань и Азербайджана - до северных пределов Дарьяла и течения Терека. И от Каспия (по равнине) до реки Дон. Сохранилось и название этой равнины - Сотай. В рукописи упоминаются и некоторые населенные пункты Алании: Мажар, Дади-ке (Дади-ков), крепость Баланжар, Балх, Малка, Нашах, Макжа, Аргун, Килбах, Терки. Описывается и местность в нижнем течении Терека, при впадении его в Каспийское море - равнина Кешан и остров Чечен. Везде аланы и вайнахи для Аздина полностью тождественны. Среди вайнахских кланов, перечисляемых историком-миссионером, большинство сохранилось и по сей день. Однако он упоминает и те кланы, которых сегодня нет в вайнахской тайповой номенклатуре, например: Адой, Ваной, Суберой, Мартнах, Нартнах и др. 36
5
Осетины пришли на Кавказ в составе хазар - этот факт запечатлен на страницах “Жизни картлийских царей”, единственном источнике, в котором отражены обстоятельства появления осетин на Кавказе. Все ученые сходятся на том, что хазары разговаривали на тюркском наречии. Осетины, как известно, разговаривают на языке иранского происхождения. Между тем, Леонти Мровели пишет о хазарах и осетинах как о едином народе. Родоначальник осетин Уобос назван сыном хазарского царя. Если это родство отражает какую-то историческую реальность, то и сам хазарский царь должен иметь иранское происхождение. Но ведь хазары - тюрки. Есть ли выход из этого тупика?
Однако тупик этот - не более, чем видимость. Хазарские цари, начиная с самого первого среди них, Булана, действительно являются выходцами из Ирана, как и купеческая и аристократическая верхушка в Хазарском каганате. И, чтобы как-то объяснить ираноязычность осетин, совсем необязательно пытаться сделать ираноязычными алан или сарматов, а затем доказывать, что они представляют собой предков осетин.
Когда В.Б.Ковалевская пишет, что “из народов, обитающих на Кавказе в наши дни, только осетины сохранили иранскую речь”,37 она, как бы это помягче сказать, не совсем точно отражает этнографические реалии Кавказа. Этот регион с давних времен заселен народами, которые и по сей день сохранили в живом обращении иранскую речь. Мы говорим о татах и талышах или, как их обобщенно называют, горских евреях. Автор ХIХ века, два года изучавший их быт, нравы, язык и легенды, И.Я.Черный так характеризует длительность их пребывания на Кавказе: “Горские евреи, живущие с незапамятных времен между горскими племенами Кавказа, отличаются весьма резко от всех своих европейских соплеменников нравами и обычаями, которые они позаимствовали у своих соседей-горцев, живя между ними в течение веков и даже тысячелетий”.38 Иранский язык горских евреев И.Я.Черный объясняет тем, что “во время персидского владычества в Закавказье, евреи усвоили себе древнеперсидский язык,который они называют фарсидским и татским, и, вероятно, образовался у них жаргон, составленный из этих двух языков, с примесью древнееврейских, т.е. библейских слов, и со множеством слов из языков местных, соседних племен”.39
Иранский язык горские евреи усвоили, может быть, на Кавказе, но с такой же вероятностью можно предположить, что они принесли этот язык с собой из Ирана. Второй вариант на наш взгляд предпочтительнее. Ведь в ином случае может появиться вполне резонный вопрос - почему из всех кавказских народов, живших под персидским владычеством, только горские евреи потеряли свой родной язык и перешли на иранский? И это при общеизвестной замкнутости евреев, стимулируемой иудаизмом. Впрочем, этот вопрос в разбираемой нами проблеме не играет существенной роли. Нам просто нужно было показать, что осетины - не единственный народ на Кавказе, сохранивший иранский язык.
В самом Иране в YI веке произошли события, которые, в конце концов, и сделали возможным внедрение в тюрко-хазарскую среду “иранского” элемента и последующее выделение из нее ираноязычных осетин. Мы имеем в виду так называемое маздакитское движение.
6
В 491 году на Иран обрушилась целая серия бедствий -засуха, недород, нашествие саранчи. Царь Кавад попытался предотвратить голодные бунты, открыв амбары с резервным зерном, но волнения все же вспыхнули. Тогда, как пишет Л.Н.Гумилев, “один из вельмож, Маздак, предложил шаху свою концепцию спасения государства. Она была дуалистична, но в ней, в отличие от манихейства, “царство света” наделялось качествами воли и разума, а “царство тьмы” - качеством неразумной стихии. Отсюда вытекало, что существующая в мире несправедливость - следствие неразумности и исправить ее можно средствами разума: введением равенства, уравнением благ (т.е. конфискацией имущества богатых и разделом его между маздакитами) и ... казнями “стороников зла”, т.е. тех, кто был с Маздаком несогласен”.40
Неизвестно, какое помутнение разума нашло на шаха Кавада, но он воспринял и одобрил эти “мистико-коммунистические” идеи и фактически вручил власть Маздаку и его сторонникам. Те вскоре превратили шаха в марионетку на троне и развернули в стране неслыханный террор. В 496 году Каваду удалось сбежать от своих министров к эфталитам и привести в столицу верные ему войска. Но маздакизм обрел в стране такую силу и размах, что не поддавался никакому контролю. И только в 529 году царевич Хосрой, собрав армию, подавил мятежи, повесил Маздака и казнил многих его сторонников. Безумие, царившее в Иране целых 33 года, постепенно улеглось.
Мусульманский автор так описывает суть учения и действий маздакитов: “Маздак считал, что поскольку все люди происходят от одних и тех же общих предков, они имеют равные права на женщин и богатства друг друга. Это, утверждал он, положит конец всем ссорам и раздорам, которые возникают по одной из этих причин... Маздак провозгласил общность женщин и сделал богатство и женщин свободно и равно доступными для всех мужчин, как доступны огонь, вода, пища... Это движение приняли с распростертыми объятиями молодежь и развращенные слои общества, и, в довершение всего, иранский император Кубад (Кавад) принял его под свое покровительство и проявил живой интерес к его развитию. Поощряемое монархом, учение Маздака распространялось как лесной пожар, и весь Иран был ввергнут в сексуальную анархию и эротический кризис... Невоздержанные и любящие удовольствия люди ухватились за такую возможность и стали рьяными маздакитами. Простые люди тоже были захвачены этой бурей. Движение стало настолько мощным, что каждый мог зайти в дом любого человека и завладеть его женой и имуществом. Маздакиты обратились к Кубаду и угрожали, что свергнут его с трона, если он не станет на их сторону. Император уступил, и вскоре после этого дело дошло до того, что ни родители не признавали своих детей, ни дети родителей. Никто не имел прав на свое собственное имущество...”. 41
В этот период на территории Иранской державы обитала самая крупная в мире колония евреев. Идеи маздакизма внесли раскол и среди них. Евреям-ортодоксам, воспитанным в строгом духе талмудизма, разгул, грабежи и сексуальная анархия, воцарившие в стране, были противны и они эмигрировали в Византию. Однако другая часть евреев превратилась в горячих сторонников Маздака и приняла самое активное участие в этом шабаше.42 Затем начались репрессии царевича Хосроя и, спасаясь от них, из Ирана пришлось бежать и евреям-маздакитам. Л.Н.Гумилев рисует эту эмиграцию следующими выражениями: “Связанные с маздакитским движением евреи тоже удрали на Кавказ, но подальше от разъяренных персов. И очутились они на широкой равнине между Тереком и Сулаком...”43
Вот как! Оказывается, в 529 году на равнинной части Чечено-Ингушетии и Дагестана осело значительное количество евреев-маздакитов, давно утерявших свой родной еврейский язык и разговаривающих по-ирански.
Там, на указанной равнине между Тереком и Сулаком, к тому времени уже давно (еще со II века) обитали хазары, и евреи-маздакиты расселились среди них.44 Именно здесь и кроется разгадка того обстоятельства, что внутри тюркоязычных хазар оказались ираноязычные осетины, потомки бежавших от репрессий Хосроя Ануширвана иранских евреев-маздакитов.
7
Пройдемся вновь по привлеченным нами источникам и проверим, не упустили ли мы в наших сопоставлениях что-нибудь важное.
В тексте “Жизни картлийских царей” присутствуют два надежных хронологических ориентира, которые способны помочь нам в датировании хазарского похода на Северный Кавказ и появления осетин в этом регионе. Но прежде коснемся самых общих вопросов истории хазар в ее начальном периоде.
По мнению Л.Н.Гумилева в III веке хазары переселяются с равнин Терека и Сулака на Волгу,45 где позднее и сложилось их мощное государство - Хазарский каганат. Но и присутствие хазар на Тереке сохранялось очень длительное время - известно, что русский князь Святослав разгромил хазарский город Семендер, находившийся между станицами Шелковской и Гребенской в 965 или 966 году.46 Следовательно, существовало два центра хазарского государства: один на Волге, другой на Тереке, самый древний, первичный.
Как известно, хазары вошли в историю как единственный народ нееврейского происхождения, принявший иудаизм как государственную религию. Было принято считать, что обращение хазар в иудаизм произошло в YIII веке, когда император Лев Исавр в 723 году издал указ о насильственном крещении византийских евреев, и те, спасая свою религию, переселились в Крым, а оттуда проникли в волжскую столицу хазар - город Итиль. Однако Л.Н.Гумилев приводит средневековые источники, по которым видно, что хазары жили “по законам Моисея” задолго до прихода в Итиль византийских евреев, переняв иудаизм от иранских евреев-маздакитов, бежавших на Кавказ в 529 году.47
Первым царем, принявшим в Хазарии иудаизм, считается Булан. Этот царь, повторим, назван не первым царем Хазарии вообще, а первым, принявшим иудаизм. Были ли у хазар цари до Булана - неизвестно. Источники ничего об этом не говорят.
Единственный источник, в котором упоминается этот царь - знаменитое письмо хазарского царя Иосифа, отправленное им в середине Х века придворному сановнику кордовского халифа Абдаррахмана III, еврею Хасдаю Ибн-Шафруту. Иосиф в своем письме описывает Булана как первого хазарского царя, принявшего иудаизм. Кроме того, Иосиф сообщает своему испанскому корреспонденту, что Булан, дабы поднять среди хазар авторитет новой религии, совершил поход в страну “Д-ралан” и страну “Ар-д-вил”.48
Крупнейший авторитет по истории хазар М.И. Артамонов, не имея других данных о царе Булане, датировал его правление и упоминаемый Иосифом поход 731 годом, когда хазары действительно вторглись в Азербайджан и, в числе других городов, захватили и город Ардебиль (“Ар-д-вил” в письме Иосифа).49 Л.Н.Гумилев считает, что поход этот был предпринят в 718 году.50 Все эти неувязки свидетельствуют о том, что ученые произвольно приписывают Булану любой, более или менее удачный поход хазар в Закавказье. Хотя, как уже говорилось, хазарский царь Булан (его имя по-тюркски означает “лось”) упоминается лишь в письме Иосифа, который видит в нем первого царя в ряду хазарских правителей, принявших иудаизм.
Л.Н.Гумилев на наш взгляд противоречит сам себе, перенося время правления царя Булана в столь позднюю эпоху - в начало YIII века. Ведь он сам выявил произведения раннесредневековых авторов, которые писали об исповедывании хазарской элитой иудаизма задолго до начала YIII века. Более того, распространение иудаизма среди хазарской верхушки Л.Н.Гумилев связывает с миссионерской деятельностью евреев-маздакитов, расселившихся среди северокавказских хазар в 529 году. А Булан, как пишет Иосиф, был не только первым царем, но и, пожалуй, первым хазаром, принявшим иудаизм.51 Он даже боялся сообщить своим подданным о своем обращении в новую религию и за него это проделал некий “главный князь” - личность весьма таинственная, ибо Иосиф больше о нем ничего не пишет. 52 “Главный князь”, “князь изгнания” или экзиларх - так евреи диаспоры называли своих правителей, часто засекреченных, которые непременно должны были происходить от царя Давида - первого царя из колена Иуды.53 Очень похоже на то, что “главный князь”, стоявший за спиною обращенного в иудаизм царя Булана и был одним из этих экзилархов, которые и в других восточных странах нередко пользовались огромным влиянием на царей.54
Если следовать выводам Л.Н.Гумилева (а они в данном случае основаны на достоверных письменных источниках), то обращение хазарской знати в иудаизм началось еще стараниями евреев-маздакитов. А первым царем-иудаистом Хазарии Иосиф называет Булана. Следовательно, мы вправе считать, что Булан жил не в YIII веке, а гораздо раньше, и если удачные хазарские походы в Закавказье - единственная примета, позволяющая определить время его правления, то один из таких походов состоялся именно в том YI веке, когда иранские евреи-маздакиты и расселились среди хазар.
Сирийский автор Иоанн Эфесский во второй половине YI века поведал о нашествии хазар на страну алан, отметив следующее: “Когда над той страной (то есть страной алан - авт.) стал господствовать чужой народ, они были названы хазарами по имени того старшего брата, которого имя было Хазарик”.55 Так как сочинение Иоанна Эфесского (“История”) написано во второй половине YIвека, а нашествие хазар на страну алан он описывает как уже случившееся событие, то у нас появляется возможность отнести этот поход к эпохе правления в Иране уже упоминавшегося нами врага маздакитов, Хосроя Ануширвана.
Поход этот не ограничился территорией Северного Кавказа. Так, албанский историк Моисей Каганкатваци в “Истории агван” пишет, что в первую половину царствования Хосроя Ануширвана “страна наша подпала под власть хазар, церковь и писания были преданы огню”.56 Нападению подверглась не только Кавказская Албания, но и Армения. Персы с трудом справились с этим нашествием и после него построили знаменитую крепость Дербент.57
8
Сопоставим между собой источники и посмотрим, насколько они совпадают. Леонти Мровели так передает ход событий:
Таргамосиане “руками дурдзуков” (то есть войсками вайнахов) наносят хазарам поражение и заставляют их отступить вглубь степей. “Вслед за этим”, по выражению Леонти Мровели, хазары избирают себе царя, которого, надо полагать, до этих пор у них не было. Этот первый царь возглавляет ответный поход хазар, чья ярость почему-то направлена не на вайнахов (дурдзуков), как того следовало бы ожидать, а на закавказские провинции Персии. Здесь невозможно не ощутить ауру мести, более актуальной, чем месть вайнахам; действительно, евреи-маздакиты к тому времени еще не могли забыть репрессий Хосроя Ануширвана, подвергшего страшному разгрому еврейский центр в Иране - город Махузу и повесившего на городском мосту экзиларха Мар-Зутру, горячего сторонника Маздака.58
Однако, как повествует Леонти Мровели, вайнахам и дагестанцам пришлось отступить в горы, так как поход хазар в Закавказье прошелся через равнины Северного Кавказа. Далее повествуется о жестокой войне между хазарами и персами, которым с величайшим трудом удалось оттеснить завоевателей за Дербентский проход. Завершается победа персов постройкой мощной крепости Дербента.59
Хосрой Ануширван правил Ираном в 531-579 годах и ученые единодушны в том, что Дербентскую крепость построил именно он.60 М.И.Артамонов определил даже время постройки - между 562 и 571 годами.61 Следовательно, отмечаемый Леонти Мровели поход хазар в Закавказье произошел раньше этого периода. Грузинский средневековый историк отмечает, что в этот поход “хазары освоили оба пути, как то: Морские ворота Дарубанди (Дербентский проход) и ворота Арагвские, которые суть Дариала (Дарьяльский проход)”. Затем Мровели пишет, что равнинные земли вайнахов хазарский царь отдал в удел своему сыну Уобосу (эпоним осетин), а приморские равнины Дагестана вручил “своему двоюродному брату”.62
Царь Иосиф в своем письме описывает поход Булана, первого царя хазар, принявшего иудаизм. Снова повторим, что нам неизвестно, были ли у хазар цари и до Булана; Иосиф о них ничего не пишет, а других данных у нас нет. Однако, если принять во внимание соображения Л.Н.Гумилева о том, что хазарскую знать в иудаизм обратили еще евреи-маздакиты, то у нас появляются основания считать Булана не только первым царем-иудаистом, но и первым царем хазар вообще. Если это так, то топономические ориентиры похода Булана, отмеченные в письме Иосифа (Дарьял и Ардебиль) полностью совпадают с маршрутом похода хазар, описанным Леонти Мровели. Совпадают и хронологии: евреи-маздакиты поселились среди хазар в 529 году и у них в запасе оставалось еще 30-40 лет для того, чтобы побудить одного из вождей хазар принять иудаизм и отправить его воевать с персами.
Моисей Каганкатваци уточняет дату этого похода - “первая половина царствования Хосроя Ануширвана”. Следовательно, до 555 года. У Иоанна Эфесского мы находим любопытную деталь, подтверждающую сведения Леонти Мровели. Сириец, почти современник описываемых событий, отмечает, что “царь Хазарик” отдал своему младшему брату в управление приморскую часть Дагестана, примыкающую к Дербентскому проходу.63То же самое, по сути, писал и Леонти Мровели, только у него вместо младшего брата хазарского царя фигурирует двоюродный брат.
Таким образом, появление осетин на Северном Кавказе можно датировать промежутком времени между 529 и 555 годами и всплывает несомненный факт - осетины представляют собой потомков ираноязычных евреев-маздакитов, бежавших на Кавказ от репрессий Хосроя Ануширвана. Их оседание на Северном Кавказе является одним из эпизодов знаменитого похода хазар в Закавказье, примерную дату которого мы попытались определить.
9
Интересная особенность древнегрузинских летописей, которая теперь нам не покажется странной - в этих летописях хазары постоянно “путаются” с осетинами (овсами), а последние - с евреями.64 Но здесь нет никакой путаницы - грузинские авторы были прекрасно осведомлены об истинном происхождении осетин и, называя их то хазарами, то евреями, отражали общеизвестные в те времена факты наличия среди хазар ираноязычных евреев. Однако нынешние осетины считают почему-то для себя зазорным признать факт своего еврейского происхождения и всеми силами стараются отмежеваться от своих собратьев и соседей - горских евреев Кавказа, которые, как пишет Л.Н.Гумилев, также являются потомками иранских евреев-маздакитов.65 Впрочем, Л.Н.Гумилев выявляет еще потомков евреев-маздакитов, которые путаются в своем происхождении: это - терские казаки и караимы Крыма.66 Если караимы породили такого прославленного деятеля советской истории, как Лаврентий Берия 67 (кстати, Берия - типичное еврейское имя, присутствующее в Библии и означающее “несчастье” - см. 1-я Паралипоменнон 7-23;), то из горских евреев вышел знаменитый на все времена Иосиф Джугашвили (Сталин) 68 - слово “джуга”, опять же, кстати, означает по-грузински “еврей” ( у вайнахов - джугти), а “швили” - антропонимический суффикс в значении “ребенок”.
Все помнят, как в начале 90-х, в эпоху Горбачевской оттепели, когда в центральной печати стал дискутироваться вопрос, не убрать ли захоронение Сталина от кремлевской стены, в Осетии стали устраивать какие-то сходки с требованием передать им для захоронения останки великого вождя и соотечественника осетин. Уже тогда можно было задуматься - как горский еврей Сталин, никогда в Осетии не живший, стал вдруг соотечественником осетин? Они-то ведь считали и до сих пор считают себя потомками алан и даже свою республику назвали Аланией, хотя ей, несомненно, больше подошло бы название “Маздакия” или “Махузия”. Тем более, есть и город с созвучным названием - Моздок, знаменитый теперь на весь мир своей военной российской базой и своим концлагерем, в котором “вахтовым” методом проходят практику садисты и живодеры со всей России.
Несмотря на то, что иудаизм, перемешанный с маздакизмом, давным-давно выветрился из среды осетинского народа, многие и далеко не лучшие его представители и сегодня не забыли одну из главных заповедей Талмуда, которая гласит: “если вы идете на войну, то идите не в первых рядах, а лучше в последних рядах, чтобы вы были первыми, кто вернется домой” (“Пезахим, 113а). Так было во время резни ингушей осенью 1992 года, так было и во время резни чеченцев зимой 1995 года, когда “доблестные потомки алан”, словно шакал Табаки из сказки Киплинга, следовали за российским “Шарханом”, грабя, насилуя и добивая беспомощных женщин, детей и стариков. Но вайнахи - не тот народ, с которым такие вещи можно проделывать безнаказанно, и когда наступит время предъявления счетов, едва ли поможет издевательский (по мнению опьяневших от крови и водки палачей-мародеров) лозунг, который неоднократно украшал борта следующих через Осетию в Чечено-Ингушетию грузовых машин: “С вами Аллах, а с нами Россия”. Мы с благодарностью принимаем своего Покровителя, ибо Он вечен, в отличие от любых империй.
Но это - дела дней сегодняшних и складывающегося на наших глазах будущего Кавказа. Все имеет свой черед и свои причины. Мы еще станем свидетелями многих удивительных изменений. А пока обратимся снова к истокам.
10
Существует старый анекдот о “внутреннем голосе ковбоя”. Ехал себе ковбой на лошади по прериям. И вдруг видит перед собой широкий и глубокий овраг. Остановился он и слышит какой-то голос: “Перепрыгни через овраг”. Ковбой, не видя кругом ни единой души, кроме себя и лошади, спросил в испуге: “Кто это разговаривает со мной?” Послышался успокоительный ответ: “Я твой внутренний голос. Прыгай”. Ковбой разогнал лошадь и прыгнул. Лошадь сорвалась в овраг и погибла. “Ну все, конец мне”, - подумал ковбой, оставшись без лошади. “Еще не конец, - проговорил голос, - видишь дымок вон за тем холмом? Иди туда”. Ковбой обогнул холм и наткнулся на толпу свирепых индейцев, сидящих у костра. “Все, мне конец”, - подумал он. “Еще нет, - успокоил его голос, - подойди к вождю и врежь ему как следует”. Ковбой подошел к индейцам, они поднялись ему навстречу, и ковбой ударом в челюсть сшиб вождя с ног. Индейцы завопили от ярости и обнажили ножи и томогавки. “Конец мне”, - подумал ковбой. “Н-да, похоже, что теперь тебе действительно конец, - сказал голос. - Ну, я полетел искать другого ковбоя”.
У хазар с евреями получился примерно такой же этнический симбиоз, какой вышел у ковбоя с внутренним голосом. Пришедшие в 723 году в Крым, а оттуда перебравшиеся на Волгу, византийские евреи-рахдониты в скором времени вытеснили из политической и экономической жизни Хазарии своих соплеменников, евреев-маздакитов, которых презирали за то, что те “запачкали” чистый иудаизм примесями из манихейства (маздакизма). А уж евреи-рахдониты взялись за хазар основательно!
Заняв прочные позиции в управлении и торговле, византийские евреи приступили к биологическому порабощению хазар. Известно, что евреи и по сей день являются единственным цивилизованным народом в мире, сохранившим при смешанных браках материнское, а не отцовское определение национальности. Поэтому рахдониты охотно выдавали еврейских красавиц замуж за знатных хазар, а их обращенных в иудаизм сыновей принимали в еврейскую общину. Сами хазары, как и другие народы, определяли этническую принадлежность ребенка по национальности отца и воспринимали этих детей-метисов как своих соплеменников. Те, вырастая, снова женились на еврейках, но продолжали в глазах хазарских простолюдинов считаться потомками древних степных родов, хотя, на самом деле, давно уже стали евреями не только по религии, но и по крови.69
Лариса Васильева в своих “Кремлевских женах”, несмотря на умилительную лояльность к евреям, вынуждена признать, что система “еврейских невест” сохранилась и в нашем уходящем столетии. Правда, она склонна видеть в этом историческую случайность, тогда как Л.Н. Гумилев видит в этой системе историческую закономерность. Впрочем, дадим слово самой Л. Васильевой: “Веками по миру бродит сплетня, прочно утвердившаяся в роли легенды: существует якобы единый еврейский центр, рассылающий евреям, рассыпанным по всему миру, необходимые указания для тех или иных действий.
Так, на рубеже нашего столетия, а может и раньше, этот центр “повелел” еврейским женщинам выходить замуж за перспективных во всех отношениях русских мужчин, стремящихся к власти, всемерно содействовать им на этом пути, влиять на них и, достигнув желаемого, направлять их властную деятельность по руслу, нужному этому еврейскому центру” (Л. Васильева, “Кремлевские жены”, М. 1995, стр. 184).
Рассказы о “еврейском центре” Л. Васильева считает сплетней, но далее вынуждена отметить, что “к началу революции и позднее, в двадцатых-тридцатых годах, многие партийные вожди и их окружение оказались женаты на еврейках” (стр. 185).
Вожди, женатые на еврейках. Эта схема, как мы видели у Л.Н. Гумилева, была действенным способом еврейского влияния на хазарских вождей за тысячу с лишним лет до всецарствия в России большевиков. Значит, слухи о “еврейском центре”, поставляющем “эсфирей” сильным мира сего, больше чем сплетня, больше чем легенда. Это - факт. Примечательно, что осетины, потомки хазарских евреев, в полной мере переняли эту тактику и ныне числят в своих зятьях немало влиятельных российских политиков и военных.
Постепенно в Хазарии сложилось двоевластие, которое Л.Н.Гумилев называет “грандиозным обманом” хазарского народа. Номинально на троне восседал потомок рода Ашина, носивший титул кагана, но фактическую власть осуществлял еврейский царь (“пех”).70 Наконец, в 866 году, еврейские цари перестали прятаться за спинкой трона и открыто взяли власть в свои руки. Каганы, которые давно уже стали евреями, все же были оставлены - их раз в году демонстрировали народу.71
Еврейская верхушка в Хазарии опиралась на наемников из сопредельных стран, не доверяя оружие “своему” народу. Оплачивать этих наемников заставляли самих же хазар. Как пишет Л.Н.Гумилев, “за все приходилось платить самим хазарам, превратившимся в собственной стране в покоренных бесправных подданных правительства, чуждого им этнически, чуждого по религии и задачам”.72 Об этих “задачах” мы скажем позже, а пока коснемся вопроса о том, как жилось хазарам под управлением евреев-рахдонитов.
Жилось очень тяжело. Их угнетали так, как не угнетался правителями ни один народ в сопредельных странах. Из хазар выжимались все соки, их заставляли за свой счет содержать огромную армию, нанятую евреями из среднеазиатских тюрок и печенегов. И, что странно, хазары ни разу не восстали против своих угнетателей! Л.Н.Гумилев замечает в этой связи: “Хазар нельзя винить, так как их положение было не только тяжелым, но и безнадежным. Любое восстание их против правительства, располагавшего регулярной армией, было обречено”.73
Потом, в Х веке, когда киевский князь Святослав подверг хазар страшному разгрому, евреи переселились со своими богатствами в Крым и там занялись прибыльным бизнесом - продажей рабов-славян во все страны, где нуждались в рабах. Совсем как в том анекдоте - хазары, к которым все окружающие народы питали жгучую ненависть, обвиняя в грабительских походах их, а не евреев, прикрывавшихся хазарским именем, погибли, а евреи, не ожидая варяжских дружин Святослава, заблаговременно ушли к своим крымским соплеменникам. Ковбой погиб, а “внутренний голос”, управлявший им, улетел искать другого ковбоя.
Зачем мы это пишем, зачем нам нужно копаться в трагической истории давным-давно погибшего народа? Для того лишь, чтобы сказать то, на что Л.Н.Гумилев, умерший в 1992 году, лишь намекает своей книгой. Сказать, что описывая судьбу хазар, он усиленно старался показать трагическую судьбу русского народа ХХ столетия; предупредить свой народ, чтобы он не дал увести себя к гибели безжалостным, расчетливым и чужеродным правителям, засевшим ныне в Кремле. “Овцу режут, а блохи спасаются”, - писал Э.М.Ремарк. Ненависть народов направляется против русских, которых стравливают со всеми народами вокруг, и когда возникнет настоящая, большая драка, “блохи” улетят к своим заграничным счетам, к своим семьям, к своему награбленному и наворованному. А когда страсти поулягутся, русские очередной раз изумятся тому, какие жулики и ничтожества управляли все эти годы их действительно великой страной. Если, конечно, эта страна, Россия, сохранится великой...
11
Но мы забыли о евреях-маздакитах, оттесненных своими более предприимчивыми и удачливыми соплеменниками на самые задворки Хазарии, в Предкавказье. Они мирно и тихо дожили до наших дней, особо не вмешиваясь в разные исторические передряги. Нашествие монголов в ХIII веке окончательно загнало их в горные трущобы и лишь приход русских на Кавказ позволил им снова вылезти на равнину. “Деяния овсов”, фиксируемые на страницах средневековых летописей, это походы и войны хазар, которых, как уже говорилось, часто путали с овсами, а последних нередко называли евреями.
Маздакизм - форма манихейства. Теперь мы можем понять, почему и как на Кавказ проникли все эти истории о “сыне вдовы”, которые были затронуты в предыдущей главе. Мани называл себя “сыном вдовы” и воплощением солнца - Митры. Митра родился из камня. Мы не будем повторять все то, что вращается вокруг символов Солнца, Огня и Камня. Об этом уже написано достаточно подробно в предыдущих главах. Скажем только одно.
Когда осетинские ученые яростно доказывают, что нартовский эпос на Кавказ принесли их предки, в этом есть резон. Этот эпос - не более, чем остатки разных преданий и легенд, сложившихся вокруг личности Мани, “сына вдовы”, воплощения, по его утверждениям, солнечного бога Митры. В нартовский эпос вошло и множество иных сюжетов, например, популярные анекдоты о Ходже Насреддине, которого мы легко узнаем в образе “нарта” Сырдона (так в осетинском языке было воспринято имя “Насреддин”). Впрочем, это не отрицает и В.И.Абаев.74
В нартовском эпосе нет ни одного оригинального сюжета, аналога которому нельзя было бы отыскать в других эзотерических концепциях, обрамляющих древний культ Верховного Существа. И рождение из камня, и некрофилия, и богоборчество, и “мудрость огня”, и масса других мотивов - все имеет свои повторы в древних мистериях и в философских моделях их преемников - тайных обществах и орденах (альбигойцы, манихеи, тамплиеры, исмаилиты, розенкрейцеры, франкмасоны и т.д.). Но, к сожалению, вайнахи не могут сказать, что их предки были чисты от культа Верховного Существа, что нартовский эпос лишь заимствован ими в форме безобидного фольклора. Символы этого культа мы обнаруживаем задолго до появления на Кавказе предков осетин. Так, бронзовые изображения отрубленных рук и отрубленные человеческие головы на спицах Солнечного Колеса можно увидеть среди кобанского бронзового литья, датируемого концом II - началом I тыс.до н.э.,75 и само это колесо даже в осетинском нартовском эпосе носит вайнахское название Малсаг (“солнце-человек”).76 Все это - свидетельство того, что не только вайнахи заимствовали нартовские сюжеты у осетин, но и те кое-что переняли у вайнахов. Впрочем, углубление в тему вайнахо-осетинских культурно-лингвистических взаимоотношений увело бы нас слишком далеко.
Необходимо знать, что многие из концепций манихейства и маздакизма, обнаруживаемые в фольклоре и эпических традициях вайнахов, пришли из Ирана не через посредничество закавказских народов, у которых эти концепции отсутствуют почти начисто, а привнесены на Северный Кавказ самими маздакитами - бежавшими в 529 году от репрессий Хосроя Ануширвана иранскими евреями, попавшими в историю как осетины.
Происхождение этого народа не являлось тайной для ученых и прошлого века. Так, видный кавказовед прошлого столетия В.Б.Пфафф оставил о происхождении осетин такие замечания:
“Осетины никогда не были чистыми сарматами, - они уже в глубочайшей древности перемешались со многими другими племенами, прежде и раньше всего - с каким-то семитическим племенем”. “Наружность, жесты, говор у весьма многих осетин напоминают евреев. Осетинские обряды погребения и жертвоприношения во многом сходны с древне-еврейскими”. “В этнологическом отношении осетины представляют огромную, и поэтому в высшей степени интересную, смесь еврейских и мидо-персидских элементов, с заимствованиями от других народностей, с которыми они в продолжении своей многовековой истории бывали в соприкосновении”. 77
У осетин действительно очень древняя и богатая история и знатное происхождение, но это история не скифов, сарматов и алан, а другого народа, имеющего всемирную славу и старинные корни - евреев одного из двенадцати колен Израилевых.

Отличный у Вас сайт! Есть пару предложений по поводу дизайна.

С Уважение Алена Стригина.