Заложник политики

Мамсуров - заложник политики, направленной на создание Великой Алании. А что Москва?

[LEFTx]http://galgai.com/images/news/attachment.jpg[/LEFTx]
Коллаж: galgai.com

Политические отношения с Грузией с каждым днем все более осложняются. Россия стала перед фактом того, что следует начать разработку совершенно иного политического курса, если Москва заинтересована в своем политическом и экономическом присутствии в Грузии, если она заинтересована в отстаивании своих национальных интересов в этом регионе. Многовековая практика взаимоотношений России и Грузии свидетельствует о том, что царская Россия, а затем и Советский Союз строили свои отношения с Грузией и единоверным христианским грузинским народом исходя именно из этих геополитических интересов.



Интересы в Закавказье должны наконец принудить политическую элиту Москвы переступить через ложное самолюбие и немедленно начать переговорный процесс с Грузией, который бы учитывал обоюдные интересы обоих государств. Думается, что время для этого ещё есть, хотя не так уж и много.

Чтобы исправить серьезно осложнившиеся межгосударственные отношения, первым долгом нужно разобраться в истинной природе произошедшего. А она такова, что с развалом Советского Союза в руководство молодой России пришли политики, гораздо более обеспокоенные личными интересами, чем интересами государства. Сегодня это уже не секрет даже для рядового обывателя. С первых дней самостоятельного и очень не простого экономического и социально-политического развития Грузии, региональные политики из Северной Осетии часть которых оказалась в высших властных структурах .страны, а также ответственные государственные деятели, попавшие под влияние политики, продиктованной из обеих Осетий, сумели направить политику государства в конфронтационное русло в отношениях с исторически естественным союзником России, коей являлась Грузия.

Министерство иностранных дел России, со времён Козырева, а затем и Дзасохова, убедило руководство страны и все соответствующие госведомства в том, что Грузию можно удержать в рамках интересов России и СНГ лишь путём угрозы её дробления на несколько составляющих: Южная Осетия, Абхазия, Аджария и т.д. Участие российских силовых структур в борьбе мятежных республик против Грузии - следствие этой, как показала жизнь, глубоко ошибочной политики.

В результате Москва столкнулась с реальными обстоятельствами, когда она может бесповоротно потерять своего геополитического партнёра в Закавказье.

Как свидетельствует действительность, федеральный центр не только не стремится изменить ситуацию во взаимоотношениях с Грузией, но по непонятным причинам продолжает усугублять противоречия в регионе. Москва спокойно продолжает погружаться в бесперспективное противостояние с Грузией, отстаивая и даже фактически добиваясь расчленения Грузии, путём поддержки мятежных республик Абхазия и Южная Осетия.

Ошибочность и пагубность этой политики слишком очевидна по нескольким причинам. Во-первых, Россия не может пойти на военное вмешательство во внутренние дела Грузии, по причине того, что это вмешательство станет началом непредсказуемых по масштабам военных действий с привлечением мировых держав, заинтересованных в своем присутствии в этом регионе. Во-вторых, Грузия никогда не согласится на навязываемое ей дробление своего государства. В-третьих, позволь Москва и впредь развиваться событиям в заданном ключе, то потеря Грузии, как политического партнера России, станет неизбежной.

Логика подсказывает, что развитие событий в этом русле Россию не может устраивать. Если так, то настораживает молчаливое согласие Москвы по поводу необдуманных и авантюрных заявлений главы Северной Осетии Теймураза Мамсурова по проблеме российско-грузинских отношений и не менее важной внутригосударственной проблеме урегулирования последствий т.н. осетино-ингушского конфликта. "В отличии от событий пятнадцатилетней давности, у нас твердые позиции. ...", - безапелляционно и с уверенностью безоговорочной поддержки со стороны федерального центра, заявилМамсуров в интервью 30 журналистам, работающим на Северном Кавказе, опубликованном в газете "Владикавказ" от 18 июля 2006 года . В связи с этим невольно возникает вопрос: получил ли он индульгенцию на подобного рода ультимативно-провокационные заявления от федерального центра или это заявление недальновидного и зарвавшегося регионального политика, находящегося в плену националистической политики Осетии, культивирующейся с начала прошлого столетия и направленной на создание Великой Алании? Аннексионистская политика Осетии в отношении ингушских территорий берёт начало с прошлого века. Так, глава города Буро (Владикавказа) осетин Геппо Баев еще в 1909 году обращался в администрацию Терской области с просьбой выселить ингушский народ в Сибирь, а освободившиеся земли передать осетинам.

Северная Осетия, всего лишь один из субъектов Российской Федерации, а Мамсуров лишь его глава. И насколько известно, Москва не делегировала субъектам Российской Федерации полномочия по объявлению войны суверенным государствам. А может быть заявление Мамсурова всего лишь издержки безнаказанности и вседозволенности со стороны федерального центра? В противном случае, как подсказывает логика, Москва просто обязана соответствующим образом отреагировать на «дипломатический» демарш главы республики, до сих пор считающейся форпостом России на Юге страны. И реакция эта, думается, должна быть вразумительной настолько, чтобы региональный лидер впредь должен был бы глубоко поразмыслить, прежде чем позволить себе делать заявления, слишком далеко выходящее за рамки его полномочий.

Рассуждения главы Северной Осетии по вопросу возможности вторжения северо-осетинских бандформирований на территорию Грузии, как и во время осетино-грузинского конфликта 1992 года, спровоцированного политическими верхушками обеих Осетий, с целью отторжения территории Цхинвальского региона (Южной Осетии), вызывает, по меньшей мере, полное недоумение. То, что было возможно в условиях политического и экономического коллапса России того периода, вряд ли возможно рассматривать реальным в условиях сегодняшней России.

В начале 90-х годов непосредственное руководство страны (президент, примьер-министр, многие вицепремьеры, а также министры обороны и внутренних дел России Шапошников и Ерин и.т.д.) фактически пошло на поводу осетинских экстремистов того периода и вторжение осетинских бандформирований на территорию Грузии, без объявления войны со стороны России, оказалось возможным без каких-бы то ни было последствий для инициаторов этой провокации. И этот факт Т. Мамсуров в своём интервью признаёт. Больше того, он даже бахвалится этим, тем самым угрожая не только суверенной Грузии, но и своим непосредственным соседям внутри страны, возможностью повторения военных действий 1992 г. против Грузии, а также против ингушей.

Угрозы Мамсурова, адресованные своим соседям внутри государства и иностранному государству имеют под собой реальную силу. Ведь во время бытности Министром внутренних дел СССР Шапошникова, женатого на осетинке Земфире Николаевне, значительная часть военного госзаказа поступала на промышленные предприятия Осетии. В результате, Осетия стала одним из самых милитаризованных субъектов Российской Федерации.

Дальше больше. С каждым новым ответом на вопросы журналистов Мамсуров становится всё более раздражителен, неадекватен и категоричен. Он непроизвольно переходит на язык членов незаконных вооруженных формирований, которым он покровительствует. Благо, что пока ещё не на язык военных действий. Бряцанье оружием, откровенное признание возможности повторения военной авантюры, которое позволяет себе Мамсуров, дают достаточное основание федеральному центру, руководству ЮФО, и особенно руководству Ингушетии, задуматься над перспективой развития событий в регионе. Откровенно экстремистские заявления главы Северной Осетии живо напоминают военно-политические провокации, осуществленные галазовщиной в 1992 г. и в Цхинвальском регионе и в Ингушетии.

Что же касается досужих попыток главы Осетии переложить на ингушскую сторону вину за события четырнадцатилетней давности и всё более обостряющиеся политические отношения Ингушетии и Осетии, то они объективно не удаются при всём его старании. Да и как они могут удастся, если всему миру известно, что этническая чистка ингушей, состоявшаяся в 1992 г., Осетией была запланирована задолго до начала этого кровавого конфликта (см. Справка об обстоятельствах возникновения осетино-ингушского вооружённого конфликта, его развития и роли в нём федеральных органов власти и управления.Старший следователь по особо важным делам при Генпрокуратуре РФ В.Е. Костарев, М. 14,06.1993г; Постановление о прекращении уголовного дела. Помощник Генпрокурора РФ, госсоветник юстиции 3 класса Г.Т. Чуглазов. 8.02. 1995г. ). Более того, 17 февраля 1992 г. на четвёртом заседании тринадцатой сессии Верховного Совета Северо-Осетинской АССР двенадцатого созыва под председательством А. Галазова детально был разработан план первого на территории постсоветской России кровавого конфликта, направленного против ингушского народа.

Чем тогда руководствовалась Галазовская клика? Ответ прост. С момента восстановления Чечено-Ингушской АССР в 1957 г. ингуши интенсивно начали возвращаться в Пригородный район и г. Владикавказ. Вопреки постановлению Совета Министров СОАССР 1956г. за №063, Постановлению Совета Министров СССР 1982г. за №183, Постановлению Верховного Совета СОАССР 1990г., направленных на предотвращение прописки граждан ингушской национальности, купли-продажи домов, выделение им земельных участков со дня восстановления ЧИАССР по 1992г. в Пригородном районе и г. Владикавказе поселилось более 65 тыс. ингушского населения. Однако в результате принятых в Осетии дискриминационных актов, документальное подтверждение факта проживания имели лишь половина из них. В этих условиях руководство Осетии, озабоченное интенсивным приростом ингушского населения, а также принятием закона О реабилитации репрессированных народов
, руководствуясь принципом «нет ингушей, нет территориальных проблем», запланировало и с помощью российских вооружённых сил и югоосетинских бандформирований, осуществило этническую чистку ингушского населения. А затем с поддержки многочисленных ангажированных электронных и печатных СМИ, как центральных так и местных, посредством безудержной, тысячекратно повторявшейся лживой информации о якобы осуществленной ингушами агрессии против Осетии, ввели сознание российской общественности в заблуждение.

В пылу безудержной клеветы и абсолютного пропагандистского прессинга на ингушей, вернувшихся в свои населенные пункты, а также использования всей мощи силовых структур Осетии, в том числе и полулегальных бандформирований
, руководство Осетии всячески стремится спровоцировать ингушское население на неадекватные действия. Этот прием осетинскими экстремистами был использован и в 1992 г., когда с подачи галазовского руководства была начата охота на ингушей: массовые убийства, похищения, аресты и т.д. Этот же опыт, как руководство к действию, взяли на вооружение Мамсуров и его команда и в настоящее время. То, что происходит в пос. Карца и в других населенных пунктах Западной Ингушетии (Пригородного района), в настоящее время, является тому подтверждением. Людей, как и накануне 1992г., похищают, убивают
, арестовывают, в последствии подбрасывая им наркотики, оружие, боеприпасы и даже взрывчатые вещества
. Параллельно идёт тотальная обработка общественного мнения страны, что мол ингушский народ и его руководство нагнетают межнациональные отношения и не дают мирного житья осетинскому народу.

Апофеозом всей этой клеветы, возведенной в ранг национальной политики, явилась речь, выданная Мамсуровым. Здесь и критические выпады по поводу медленно, но уверенно развивающейся экономики Республики Ингушетия, и зубоскальство по поводу стремительно растущего образовательного уровня ингушского народа, и совершенно недопустимый для политика такого уровня моветон, допускаемый главой Осетии в оценке деятельности своего ингушского коллеги и многое другое, что не совместимо с этикой поведения политиков такого уровня.

Что на это сказать? Да экономика Ингушетии не столь развита как в Осетии. На то масса причин. Когда осетины добились присоединения города Владикавказа к Осетии в начале тридцатых годов, почти все ингушское промышленное наследство перешло к Осетии; до 1944 года, а затем и с 1957 до начала 90-х годов прошлого столетия промышленность Ингушетии по известной причине развивалась по остаточному принципу. С 1944 по 1957 год, во время всеобщей депортации ингушского народа, ингуши вовсе были поставлены в условия выживания. Все эти глобальные катаклизмы ингушскому народу пришлось переживать благодаря «братской помощи» ультра-националистических кругов Осетии ещё с начала прошлого столетия начавших ставить вопрос о всеобщем выселении ингушей в Сибирь и передачи их земель осетинам. Это политика Осетии в отношении ингушского народа была успешно осуществлена в середине прошлого столетия, когда весь ингушский народ был депортирован.

Однако, вопреки воле осетинских националистов, ингуши 1957 году вернулись на Родину. Но и в этой ситуации руководство Осетии сумело убедить Центральный Комитет Партии в целесообразности оставления за собой Западной части Ингушетии (Пригородного района) и части территорий Малгобекского района. Несмотря на все эти потрясения ингушский народ, добившись образования собственной государственности, идёт по пути неуклонного прогресса во всех сферах человеческой жизни. К сожалению, это поступательное движение ингушскому народу даётся нелегко. В становлении экономики, развитии социальной сферы молодой республике приходится испытывать массу трудностей. Однако неуёмное стремление к образованию, достижению успехов в экономике и в других сферах человеческой жизни дают свои весомые плоды. И негоже Мамсурову злорадствовать по поводу трудностей, которые испытывает ингушский народ на пути своего прогресса. Согласитесь, не много времени ему было отпущено историей для свободного и самостоятельного развития.

Сегодня перед ингушским народом и его руководством стоит затянувшаяся на четырнадцать лет проблема по своей полной реабилитации за кровавый конфликт, учинённый осетинской стороной против ингушского народа в 1992 году. С момента окончания конфликта ингушская сторона всегда настаивала и продолжает настаивать на окончательной юридической и правовой оценке этих событий. Ингушский народ добивался и будет добиваться всеобщей реабилитации, в том числе и территориальной, на основе существующей Российской законодательной базы. Ингушетия настаивала и будет настаивать на безукоснительном выполнении поручений Президента РФ по вопросу безусловного возвращения всех вынужденных переселенцев во все населенные пункты, откуда они были изгнаны в 1992 году. Ингушетия не устанет добиваться справедливого уголовного расследования всех дел, возбужденных по поводу массовых убийств, похищений, задержаний правоохранительными органами, с последующим выбиванием признательных показаний, ингушской молодежи. И, наконец, Ингушетия с последовательной настойчивостью будет добиваться обеспечения всех конституционных прав своих граждан, в том числе и тех, кто проживает в населенных пунктах, незаконно удерживаемых Осетией под своей юрисдикцией с 1944 года!

В этих условиях Мамсурову, стоически продолжающему проводить курс по недопущению вынужденных переселенцев на свои подворья, ничего другого не остается кроме как делать циничные и ничем не прикрытые лживые утверждения, подобно этому: «... нет ни одного населенного пункта в котором ранее жили ингуши, и где теперь они снова не живут». Из этого заявления явствует, что руководитель субъекта самой жизнью поставлен в условия, когда он, чтобы как-то закомуфлировать националистическую политику, осуществляемую в отношении ингушского народа, вынужден пускаться во все тяжкие и делать столь безответственные и, мягко выражаясь, совершенно не соответствующие действительности заявления. Тем самым он признаёт непреложность прав вынужденных переселенцев на возвращение. По поводу же софистики Мамсурова следует заметить, что ни в один из семи населенных пунктов, полностью закрытых для возвращения ингушей, за последний год не возвращена ни одна ингушская семья, в том числе и в Шолхи (Октябрьское), в которое, по словам завравшегося Мамсурова, якобы завезено пять семей. Не завезена ни одна семья и в так называемые частично закрытые населенные пункты. И не по той причине, что они не желают туда возвращаться, а по той, что их туда не пускает осетинское руководство, а Москва уже четырнадцать лет молчаливо взирает на этот правовой беспредел, геноцид части ингушского народа.

В этих условиях абсолютно правомерна постановка вопроса, от кого бы она ни исходила, о начале процедуры немедленного осуществления Закона «О реабилитации репрессированных народов», в котором предусмотрена и территориальная реабилитация. Но, исходя из того, что этот процесс требует значительного времени, следует незамедлительно ввести на всех ингушских территориях, удерживаемых Осетией с 1944 года, особую форму федерального управления. Это единственный способ уберечь ингушское население, ныне проживающее в населенных пунктах Западной Ингушетии, от поголовного уничтожения или очередного изгнания их из своих же населенных пунктов.

И последнее. Рассматриваемое интервью по своей бульварной тональности, по своей лживости, политической провокационности не заслуживало столь пристального внимания, если бы оно не было дано человеком, являющимся главой субъекта Российской Федерации. Но коль скоро так, то, оно, на мой взгляд, засуживает внимания не только с точки зрения журналистики. Как представляется, на него должны обратить внимание и в администрации Президента Российской Федерации, ибо оно несет в себе тлетворный заряд нагнетания напряженности не только внутри страны, но и за её пределами.


Заместитель председателя ингушского Госкомитета по делам беженцев и вынужденных переселенцев Магомед-Рашид Плиев