В ЮФО антикоррупционная кампания победила коррупцию
[LEFTx]http://www.reporter-ufo.ru/issues/2006-87/21_b.jpg[/LEFTx]Антикоррупционная кампания, под знаком которой в ЮФО прошел практически весь 2006 год, очередной раз радует своими итогами. Согласно милицейской статистике, такие республики Северного Кавказа, как Адыгея, Калмыкия, Дагестан и Ингушетия, отличаются кристальной чистотой чиновничьих рядов и показателями сводок. Между тем, согласно опросам общественного мнения, в том же Дагестане 73% граждан считают для себя допустимым подкуп власти. Об этих и других парадоксах на минувшей неделе говорили сразу в двух силовых «главках» — управлении Генпрокуратуры и МВД по ЮФО. Большая часть обсуждения прошла за закрытыми дверями. Но и в открытом доступе было что послушать.
За истекший период на Юге России выявлено 18 преступлений, которые связаны с получением взятки в крупном и особо крупном размере. По словам замгенпрокурора по ЮФО Ивана Сыдорука, создается впечатление, что в отдельных субъектах, такого явления, как взяточничество, попросту нет. Но, несмотря на видимость, в окружном управлении Генпрокуратуры признают: меры, которые принимаются, неадекватны ситуации, сложившейся в обществе.
— Информация, поступающая в управление, в прокуратуры субъектов Федерации, другие правоохранительные органы, говорит о том, что сегодня все органы власти пронизаны коррупцией, — констатировал замгенпрокурора.
Половина выявленных взяточников — это врачи и учителя, а степень их нарушения квалифицируется как «преступления небольшой и средней тяжести». И если судить исключительно по официальным данным — больше взяток в ЮФО не берет никто.
Как отметил присутствовавший на совещании полпред Дмитрий Козак, когда вопрос касается борьбы с коррупцией, складывается странная картина: нет коррупции в таких республиках, как Адыгея, Дагестан, Ингушетия. А вот Ростовская область, наоборот, демонстрирует просто «расцвет коррупции» с точки зрения той же милицейской статистики. Между тем трижды проведенные соцопросы показали — там, где «коррупции нет», этот вопрос волнует людей больше всего.
— В Дагестане 56% опрошенных вынесли его на первое место, — резюмировал Козак.
Причины ситуации замгенпрокурора Сыдорук разделил на «объективные» и «субъективные». Так, например, розыскные мероприятия продолжают носить бессистемный характер, много формализма, имеют место факты нарушения закона об оперативно-розыскной деятельности.
— Я думаю, что в этой аудитории нет необходимости говорить о том, что любые нарушения, которые были допущены на стадии возбуждения уголовного дела, на стадии расследования делают доказательства недопустимыми. Это и сводит на «нет» всю прокурорскую работу, — печально констатировал он.
Замгенпрокурора посетовал, что меры ориентированы прежде всего на количественный показатель (который пресса успела окрестить «палочной системой» — «ЮР»). Но все же привел цифры, на основании которых «за 11 месяцев текущего года по ЮФО зарегистрировано 4941 преступление против государственной власти и интересов госслужбы, что на 18% больше, чем за аналогичный период прошлого года».
В оценке судебной стадии следствия, правда, Сыдорук был не столь категоричен, как по отношению к собственной структуре. Он только аккуратно отметил, что приговоры взяточникам сегодня «крайне либеральны» и «в большинстве случаев при рассмотрении таких дел суды, как правило, выносят не реальную меру наказания, а условную».
В этой части помог полпред. Заметив, что «не надо бояться квалификационных коллегий судей», Козак назвал статистику по приговорам в отношении коррупционеров «угрожающей» и удручающей».
— Только 15,3% из числа приговоров по коррупционным делам в округе связаны с лишением свободы. Это подрыв основ человеческого общежития, и так мы можем разрушить государство.
Полпред напомнил, что во всем мире в отношении взяточников и коррупционеров выносятся самые суровые наказания, а у нас «за что раньше голову сносили, сейчас даже уши не трогают». А ведь полномочия «огромные».
— Если исходить из полномочий, то в прокуратуре должны работать ангелы, а у руководителей нимб должен светиться, — недвусмысленно заметил он.
После двух лет работы Козака в должности полпреда в округе знают — он говорит тихо, но слышно, даже если не прислушиваться. Правда, в полной тишине зала было сложно разобрать, кто из участников просто слышал, а кто понял, о чем говорили…
Южный репортер
