БОЛЬШОЙ ПЕРЕРЫВ
[LEFTx]http://galgai.ru/news/photos/1174304333.jpg[/LEFTx] В издательстве "Пилигрим" вышла книга ингушского писателя Иссы Кодзоева "Над бездной"
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
Отрывок из книги:
Эту стену студенты университета прозвали Стеной Свиданий.
Когда-то до перестройки здесь стоял военный гарнизон. Стена высокая и длинная – ее хватает на сотни влюбленных. Зимой она укрывает юные пары от северного пронзительного ветра и преподавательских глаз, а летом она дает благодатную тень. Хорошая стена! Дай Бог ей сто лет жизни!
Был большой перерыв – полная чаша счастья для влюбленных. Парни приносили с собой в целлофановых сумочках пирожки, печенье, пепси и разные вкусные разности, чтоб у девушек не было повода убежать на обед. И вот…
Первый БТР вырулил из-за угла, проехал вдоль всей стены и остановился. Потом выехали еще два БТРа. Пьяные солдаты выскочили с криками:
– Ложись на землю! Лож-жись! А ну ё… мать!
Студенты не поняли к кому относится эта команда. Потом им доходчиво объяснили:
– Все, кто в штанах – ложись! Кто окажет сопротивление, стрелять на поражение!
Девушки от испуга начали кричать, прижавшись к стене. А солдаты хватали тех парней, которые еще стояли и швыряли лицом вниз на землю в грязь.
Хасан и Зина предъявили свои гражданские права:
– Вы не имеете права! Мы – студенты!
– Чивво?.. Чивво?? Права? Вам, ингушне, права? Во дают! Сейчас дадим вам ваши права!
Хасана скрутили дюжие спецназовцы и бросили, как мешок, лицом вниз прямо в лужицу от вчерашнего дождя.
Один наступил ему на спину тяжелым ботинком и придавил к земле.
– Это твой Ромео? – спросил спецназовец оцепеневшую от ужаса девушку. – Он трус. Почему он молчит? Знаешь, почему? Потому, что он трус.
– Он не трус! – взвизгнула девушка. – Вы… вы не имеете права! Вы все пьяны!..
– Мы на все имеем права! Лучше помалкивай, а то и ты ляжешь рядом…
Несколько преподавателей вступились за своих студентов, но им пригрозили оружием. Интеллигенты в страхе отступили. Они привыкли к уважению к себе, а здесь уважения не было.
Тут старая преподавательница выступила вперед:
– Это бесчинство! Во всем цивилизованном мире университеты неприкосновенны!
Дуло пулемета развернулось в сторону преподавателей – она тоже замолчала…
Натешившись вдоволь, пьяные спецназовцы уехали восвояси, никого, к счастью, не убив и не похитив, а парни поднимались из грязи и уходили прочь от Стены Свиданий, не оглядываясь на своих любимых – стыдно было за свое унижение и бессилие.
Хасан встал весь в грязи, даже лицо было запачкано. Он жалко улыбнулся девушке:
– Вот какой мужчина твой Ромео! – «Ромео» он сказал очень некрасиво, брезгливо скривив губы.
– Но что ты мог сделать против силы? – Зина попыталась оправдать любимого.
– Мог, – сказал он. – Мог умереть. Я должен был умереть. Прощай, не суждено… нам было… Не до учебы тут.
– Постой, Хасан! Постой! Куда ты? Ты что задумал?
Он остановился, но не обернулся.
– Если этот русский прав, мне не зачем жить, а тебе тем более не нужен муж-трус. Зина, зачем он тебе? Я должен проверить это: трус я или не трус. Ты потом об этом узнаешь, все узнают.
– Что ты… Как?
– Для этого становятся лицом к смерти.
Он ушел. Ушел навсегда.
Через год его окружили в недостроенном доме на краю села. Он отбивался до последнего патрона и погиб.
Материал взят с интернет-портала Ингушетия.ру
