Подковерная война

ДОНОСЧИКИ СНАРЯДОВ

Роль боеприпасов и картечи в кремлевских подковерных сражениях выполняют уголовные дела и доносы силовиков друг на друга

[RIGHTx]http://novayagazeta.ru/ai/article.89883/pics.2.jpg[/RIGHTx]С приближением 2008 года возможные преемники Владимира Путина все отчетливее “метят территорию”, стараясь закрепить влияние в силовых структурах и службах, контролирующих значительные товарные и денежные потоки. Среди президентских друзей, которые заняли командные высоты в кремлевской администрации, правительстве и спецслужбах, нет единства. Их конкурентная борьба по своему характеру не публична, близка по духу к интригам царского двора и ориентирована не на общество, а на пристальный взгляд монарха. Но именно эта борьба, а не создание бутафорских оппозиционных партий в парламенте в настоящее время определяет реальную российскую политику.
Чтобы понять, какими преимуществами обладают возможные наследники, мы очертили сферы влияния основных кандидатов в преемники, полагаясь на мнения бывших руководящих сотрудников ФСБ, МВД, Генпрокуратуры и таможни.

Боевые позиции противоборствующих группировок — это кресла руководителей, заместителей, начальников департаментов силовых министерств и ведомств. Иногда линия фронта разрезает одну госструктуру на две части и проходит между кабинетами ее руководства. Роль снарядов и картечи выполняют уголовные дела и доклады, а проще говоря, доносы друг на друга, которыми участники схватки периодически развлекают президента. А он реет над полем боя, время от времени задвигая одних и выдвигая других игроков. В атаку идут сослуживцы, однокурсники, друзья друзей и просто знакомые. Правила игры довольно гуманны: во избежание напрасных жертв посторонние на поле не допускаются, но своих при этом могут съесть живьем.

Штабная культура

Во главе штабов стоят самые влиятельные знатоки подковерного пространства: замглавы президентской администрации, помощник и приближенный российского президента Игорь Сечин, первый вице-премьер, не менее близкий Владимиру Путину Дмитрий Медведев, еще один первый вице-премьер Сергей Иванов и руководитель президентской администрации Сергей Собянин.

Несмотря на манеру поведения школьного отличника, первый вице-премьер Дмитрий Медведев успел завоевать большой административный ресурс в Генпрокуратуре, ФСБ и МВД. И даже потеснил в этом плане серого кардинала — заместителя главы президентской администрации Игоря Сечина. Бывшие сотрудники ФСБ, которых нам удалось опросить, единодушно выразили мнение, что Сечин и Медведев — чуть ли не основные игроки, которые делят силовой блок. В отличие от Сечина Медведев — фигура публичная. В последнее время государственное телевидение, на котором ничто не происходит случайно, тратит на него массу эфирного времени и делает все более узнаваемым.

В случае с Ивановым и Собяниным не вполне понятно, на какой государственный ресурс они готовы опереться. Армейские генералы не замечены в преданности бывшему разведчику Иванову, хотя он и возглавлял Минобороны с 2001 года. А Собянин был губернатором Тюменской области в далекой Сибири, его назначили главой кремлевской администрации только в 2005 году. Есть еще и вице-премьер правительства Сергей Нарышкин, который тоже не обладает выраженным ресурсом, но его портреты рядом с портретами Путина уже висят в кабинетах некоторых осведомленных чиновников.

Отсутствие ярко выраженных сторонников Иванова, Собянина и Нарышкина в ключевых структурах не обязательно минус. Не факт, что президент назначит преемником тяжеловеса, который оброс множеством связей в лагере силовиков. Если учитывать возможный сценарий, что Путин оставит за себя “технического преемника” и вернется через четыре года или даже раньше, то тяжеловес в роли временщика ему не нужен. Тут подходит как раз такой лично преданный кадр, как тот же Иванов, Собянин или Нарышкин. Отсутствие мощного окружения при таком сценарии — большое преимущество. Не столь велика опасность, что “технический преемник” успеет пустить корни.

Генпрокуратура

Генпрокурора Юрия Чайку ассоциировали с Сергеем Собяниным — оба они выходцы из Сибири и еще в восьмидесятые годы могли пересекаться там по партийной линии. Однако выяснилось, что Чайка нашел общий язык с главой Госнаркоконтроля Виктором Черкесовым — питерским чекистом и другом Владимира Путина. Как полагают наши эксперты, Чайка не возражает против идеи, которую давно поддерживает Черкесов: создать в России единый Следственный комитет. К нему постепенно могут отойти следственные функции других министерств и ведомств.

Первый шаг уже сделан. В марте этого года депутаты вынесли на обсуждение Госдумы проект Следственного комитета Генпрокуратуры вместе с необходимыми поправками в закон о прокуратуре и в Уголовно-процессуальный кодекс. Проект прошел первое чтение. Подразумевается, что прокурорский комитет пока объединит следственные управления и отделы прокуратур разного уровня, в том числе военных и специальных. Возглавлять его будет первый зам генпрокурора, как и генпрокурор, назначаемый и освобождаемый от должности Советом Федерации по представлению президента.

Помимо общих глобальных идей, Юрий Чайка и Виктор Черкесов замечены в активности, которая ударила по людям Дмитрия Медведева в ФСБ. Черкесова называют одним из инициаторов доклада Путину о контрабандном канале, к которому были причастны сотрудники Лубянки. Речь идет об уголовном деле № 290724, возбужденном Следственным комитетом при МВД в апреле 2005 года. Дело касалось порядка 400 вагонов контрабандного китайского ширпотреба, который, согласно дорожным ведомостям, шел в адрес воинской части 54729, обслуживающей хозуправление ФСБ (подробнее — “Новая газета”, № 36, 46 за 2005 год).

При генпрокуроре Устинове дело забрали из МВД и передали в следственное управление ФСБ, где оно, наверное, испустило бы дух. Но в прошлом году о нем вспомнил новый глава Федеральной таможенной службы Андрей Бельянинов — и не просто вспомнил, а доложил Путину. После этого, как сообщают, президент вызвал начальника службы экономической безопасности (СЭБ) ФСБ Александра Бортникова — у него в подчинении, в частности, отдел по борьбе с контрабандой. Считается, что Бортников имеет прямой доступ к Дмитрию Медведеву и самому президенту, только в данном случае это обстоятельство обернулось неожиданной стороной. Уверяют, что президентский крик было слышно за двумя дверями. По совпадению из ФСБ затем тихо уволили восемь высокопоставленных сотрудников, среди которых был и заместитель Бортникова — начальник управления “К” (борьба с контрабандой) Сергей Фоменко.

В августе 2006 года ген-прокурор Юрий Чайка забрал из ФСБ скандальное уголовное дело о контрабанде и теперь расследование продолжается, что может инициировать новую волну отставок на Лубянке и в региональных УФСБ.

В период активных мероприятий прокурорский ресурс имеет огромное значение — как штурмовое орудие, способное сокрушить любые стены. Роль уголовных дел в российской политике и бизнесе понимают все конкурирующие стороны. Недавно в прокурорской среде появился человек, знакомый с Дмитрием Медведевым. 13 апреля первым заместителем генпрокурора по Северо-Западному округу утвержден Александр Гуцан, который был однокурсником Медведева на юрфаке Ленинградского госуниверситета.

ФСБ

Если Генпрокуратура — штурмовое орудие, то ФСБ — система наведения. Директор ФСБ Николай Патрушев близок Владимиру Путину еще и потому, что многое помнит о начале и середине девяностых, когда видные питерцы переправляли в Финляндию деньги, нефть, нефтепродукты и металлы. Патрушев тогда возглавлял Министерство госбезопасности Карелии, а затем, вслед за Путиным, устремился к политическим вершинам. Считается, что после некоторых разногласий директор ФСБ все же нашел компромисс с замглавы президентской администрации Игорем Сечиным. Сын Патрушева Андрей стал советником Сечина в “Роснефти”.

Другой лагерь представлен замдиректора ФСБ, начальником Службы экономической безопасности (СЭБ) Александром Бортниковым, которого ассоциируют с Дмитрием Медведевым. После скандала с китайской контрабандой Бортников не ушел в тень и не был забыт. В конце декабря 2006 года ему присвоили звание генерала армии.

А в феврале 2007 года СЭБ пополнили проверенными людьми. Туда, в частности, перевели Юрия Алешина, который последовательно побывал начальником службы по Находке, первым замначальника УФСБ по Хабаровскому краю и начальником УФСБ по Амурской области. 20 декабря прошлого года Алешин получил звание генерал-лейтенанта, а затем и назначение в центральный аппарат (первым замначальника пятой службы СЭБ).

Юрий Алешин — давний герой наших публикаций. Он руководил службой по Находке в то время, когда предприниматели и близкие им силовики делили акции Находкинского рыбного и других портов. Мы публиковали материалы прослушивания телефонных переговоров, полученные в рамках уголовного дела № 4802, возбужденного прокуратурой Находки 18 марта 2002 года в отношении бывшего гендиректора Находкинского порта. Дело оперативного учета, в которое входили материалы легальной прослушки, имело романтическое название “Русалка”. В разговорах о том, как арестовывать акции порта, какие взятки давать судьям и под каким предлогом не исполнять решения судов, были замечены 11 сотрудников ФСБ, 10 милицейских начальников, несколько судей, федеральный министр и полпред президента. Один из участников телефонных бесед голосом, напоминающим Юрия Алешина, советовал помощнику руководителя порта (то есть основного фигуранта уголовного дела), на кого из сотрудников ФСБ лучше выйти, чтобы не позволить предпринимателям получить акции, как организовать милицейскую поддержку и остановить судебных приставов (подробнее “Новая газета” № 60, 61 за 2002 год).

По совпадению, через другой находкинский порт — “Восточный” — примерно в тот же период шла уже упомянутая контрабанда китайского ширпотреба. На взгляд наших источников, подобная кадровая политика свидетельствует о том, что существование крупных контрабандных каналов не считается проблемой, поскольку не исключено, что контрабанда является частью предвыборного ресурса. Вопрос только в том, кто получит над ней контроль.

В лубянских кулуарах бытует мнение, что прокуратура не станет беспокоить ФСБ понапрасну. В августе прошлого года начальником управления Генпрокуратуры по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности назначен Вячеслав Сизов — бывший прокурор Амурской области. Напомним, что недавно переведенный в СЭБ ФСБ Юрий Алешин, по совпадению, успел поработать начальником областного УФСБ.

МВД

МВД в аппаратных играх — это ресурс для артподготовки, предварительного обстрела лагеря противника перед решающей атакой. Позицию министра Рашида Нургалиева бывшие сотрудники, которых нам удалось опросить, не считают достаточно сильной. Полагают, что он не намного изменился с тех пор, когда был начальником Медвежьегорского районного отдела госбезопасности (Петрозаводск, Карелия). Затем Нургалиев двигался вслед за нынешним директором ФСБ Николаем Патрушевым. Среди неоспоримых преимуществ министра называют то, что любое, даже самое незначительное поручение или просьбу вышестоящего руководства он всегда исполняет лично, не доверяя никому. В этом его стиль.

После недавних отставок и назначений в МВД, по версии экспертов, появилось некоторое преимущество у лагеря Дмитрия Медведева. К примеру, начальника Департамента экономической безопасности (ДЭБ) Сергея Мещерякова, который общался лично с Игорем Сечиным, в прошлом году перебросили на Департамент по борьбе с оргпреступностью и терроризмом (ДБОПТ). Возможности этих департаментов несопоставимы. Именно подразделение ДЭБ (56-й отдел оперативно-розыскного бюро 10) предоставило информацию, которая легла в основу уголовного дела по факту контрабанды китайских товаров в адрес склада ФСБ. Дело ударило, в частности, по людям Дмитрия Медведева на Лубянке.

Последовал симметричный ответ. Весной 2006 года 56-й отдел ОРБ 10 буквально вычистили. В отставку отправились два замначальника отдела Попов и Исаров, старший оперуполномоченный Соколов и двое оперативников. А в ноябре и самого Мещерякова переместили в другой департамент. Вместо него руководителем ДЭБа назначили Евгения Школова — разведчика, который служил в Германии вместе с Путиным и был помощником Дмитрия Медведева, когда тот возглавлял президентскую администрацию.

В МВД, как известно, случились и другие не менее важные перестановки. В прошлом году пост замминистра оставил Андрей Новиков. Его место занял бывший сотрудник КГБ Олег Сафонов, который работал с Путиным в питерской администрации, а до недавнего времени был аудитором Счетной палаты. Следует учитывать, что глава Счетной палаты Сергей Степашин — почетный председатель Ассоциации юристов России (АЮР), которую называют “предвыборным штабом” Дмитрия Медведева.

В апреле прошлого года начальником Следственного комитета при МВД стал Алексей Аничкин. Полагают, что этому назначению способствовал замминистра Андрей Новиков, которому в свое время помогали глава Федеральной службы охраны (ФСО) Евгений Муров и руководитель службы безопасности президента Виктор Золотов. По сообщению наших источников, ФСО обеспечивает неформальные встречи Дмитрия Медведева и начальника службы экономической безопасности ФСБ Александра Бортникова, которые в последнее время общаются довольно часто. Не исключено, впрочем, что ФСО действует лишь в рамках охраны первого вице-премьера, не поддерживая его лагерь.

Таможня

Федеральная таможенная служба (ФТС) контролирует товарно-денежный поток, объемы которого оцениваются в миллиарды долларов. Бывший разведчик Андрей Бельянинов, который возглавил ФТС в мае прошлого года, на взгляд наблюдателей, интегрируется в систему с большим трудом. К тому же его оппонентами являются выходцы из ФСБ. Сообщают, что именно Бельянинов доложил президенту о китайской контрабанде в адрес лубянского склада, после чего, по совпадению, отправился в отставку начальник управления “К”, замначальника СЭБ ФСБ.

Заместителя Бельянинова — бывшего сотрудника госбезопасности Игоря Завражнова — эксперты склонны связывать как раз с начальником СЭБ ФСБ Александром Бортниковым. Бывшие сотрудники таможни отмечают, что в период, когда Завражнов возглавлял управление собственной безопасности ФТС, многие таможенники были заменены прикомандированными офицерами ФСБ. Полагают также, что представители лагеря Дмитрия Медведева пытались проявлять интерес к прошлому Бельянинова — ситуации на терминалах федерального государственного унитарного предприятия “Промэкспорт” (занималось экспортом продукции предприятий оборонного комплекса) в период до 2000 года, когда он был заместителем гендиректора, а также к деятельности “Рособоронэкспорта”, когда с 2000 по 2004 год Бельянинов возглавлял эту структуру.

Сравнивая сферы влияния первого вице-премьера и замглавы президентской администрации, как их представляют опрошенные нами бывшие руководящие сотрудники госструктур, можно заметить, что первых лиц силового блока обычно ассоциируют с Игорем Сечиным, а большинство их заместителей, руководителей департаментов и служб относят к лагерю Дмитрия Медведева. Не исключено, что это и есть система сдержек и противовесов, которая в отсутствие общественного контроля и реальной политической оппозиции позволяет президенту получать более полную информацию и сохранять баланс в собственном окружении. Проблема в том, что будет происходить с этой выстроенной для одного человека системой в 2008 году: распадется ли она на жестко оппозиционные друг к другу лагеря и даст начало новой политической жизни или, по традиции, будет обслуживать назначенного наследника престола?

Роман Шлейнов Новая Газета