В московском центре Карнеги 3 марта состоялся семинар "Северный Кавказ после выборов". Основным докладчиком на нём была известный эксперт по Чечне и Ингушетии, исследователь международной правозащитной организации "Хьюман Райтс Вотч" по России Татьяна Локшина. Вёл мероприятие политолог, член научного совета Центра Карнеги профессор Алексей Малашенко.
Послушать экспертов в помещении Центра Карнеги на Тверской улице собрались более 30 человек: интересующиеся Северным Кавказом учёные, руководители правозащитных информационно-аналитических центров "Сова" и "Демос", социологи Левада-центра, сотрудники посольства Австрии и Эстонии, журналисты.
Татьяна Локшина сразу оговорилась, что посвятит своё выступление в основном ситуации в Ингушетии, как наиболее интересной и опасной. Увидев журналистов, она также заметила, что её высказывания, не относящиеся к сфере прав человека, являются её личной оценкой, а не официальной позицией "Хьюман Райтс Вотч" (ХРВ).
Начала доклад Локшина с анализа достоверности официальных результатов голосования на выборах президента РФ в Чеченской Республике (ЧР). По данным ЦИК республики в Чечне проголосовало 91,2% избирателей. При этом 87,7% - за Дмитрия Медведева.
"Не имея возможности оценить реальную явку по Чеченской Республике, тем не менее, можно сказать, что очень многие люди проголосовали, и очень многие - за господина Медведева. Являлось ли это выбором? Безусловно, нет. Это к выборам не имеет никакого отношения", - заявила Татьяна Локшина.
Жители столицы Чечни Грозного, по словам Локшиной, на всех выборах "голосуют достаточно неактивно". Опасаясь действий со стороны вооружённого подполья, они предпочитают уезжать из города в сёла.
"И хотя сейчас в Чечне уровень вооружённых столкновений крайне низок, судя по тому, что рассказывают мои коллеги из Грозного, очень многие жители, уже по привычке, на день выборов город покинули", - говорит Локшина.
Это частное мнение Локшной, не более! Спросите у Рамзана,он знает,он хозяин.
В сёлах же Чечни наоборот - голосуют активно: "В селе всё на виду. Укрепившийся режим в Чечне крайне жёсткий и никому не хочется выделяться. Не голосование на выборах само по себе является действием протестным, и сельчане себе этого позволить не могут".
Кроме того, свидетельствует правозащитница, ещё с выборов 2003 года между администрациями районов, сёл, в Чечне существует аналог неформального "социалистического соревнования" - у кого проголосует больше. "Победители удостаиваются почестей, получают высокоценные подарки, например, автомобили. Поэтому, жителей, фактически, понуждают являться на избирательные участки. В первую очередь, это касается бюджетных работников", - сообщила Локшина.
А в самых цивилизованных субъектах РФ было не так?
"Несмотря на то, что число похищений людей значительно сократилось за последние пару лет, случае пыток в ЧР стало меньше - люди крайне напуганы и не могут позволить себе не то что протеста, а просто выражения инакомыслия, - поясняет представительница ХРВ.
В Ингушетии по официальной версии явка на выборах президента России составила 92,3%. При этом Дмитрия Медведева поддержали 91,6% голосовавших. По данным же местной оппозиции, группирующейся вокруг сайта Ингушетия.ру, в республике голосовало 3,5% избирателей.
"Безусловно, явка в 92,3% сильно завышена и власти не говорят правду. Но видит бог, явка в 3,5% в республике - столь же чудовищно занижена. Эти цифры не выглядят реалистичными", - считает докладчица.
Повторяю для Локшиной: а на то,что с первого тура прошел уважаемый Медведев, повлияли голоса наших,чеченских и ингушских 400 тысяч избирателей? В России больше избирателей нет?
По её словам, на парламентских выборах в декабре явка, по официальной статистике, была и вовсе скандальной - 98,35%. "Такого, на самом деле, не бывает. Естественно, эта цифра вызвала море критических публикаций в СМИ. Поэтому, на президентских выборах "данные", видимо, для приличия, немного занизили", - полагает эксперт.
Отвечая на вопрос из зала политтехнолога Алексея Куртова о том, есть ли данные независимых, в частности международных, наблюдателей о нарушениях во время выборов президента РФ в Ингушетии, Татьяна Локшина ответила, что таких данных нет, поскольку ни международные организации, ни российские НПО на избирательных участках в Ингушетии мониторинг 2 марта не вели.
Нечего там мониторить! Уж так на мониторились, куда бы деться!
Тем не менее, она поделилась собственной информацией. Так, ей поступали жалобы о том, что сотрудники школ, в которых были организованы избирательные участки, "начиная от учителей, кончая уборщицами, были вынуждены весь день находиться на территории избирательных участков, создавая массовку". Также ей сообщали, что педагогов заставляли голосовать по несколько раз на своих же участках.
"Кроме того, я слышала от людей в Ингушетии, что они приходили 2 марта на участки и узнавали, что за них уже кто-то проголосовал", - добавила Локшина.
Значительную часть своего выступления Татьяна Локшина посвятила ингушской оппозиции, и её взаимоотношениям с властями.
Так, владелец единственного оппозиционного информационного ресурса республики - сайта Ингушетия.ру - Магомед Евлоев, находится в федеральном розыске по подозрению в совершении им в период работы в прокуратуре в 1999 году пособничества убийству и по подозрению в разжигании межнациональной розни на этом сайте.
Пока его "скрывают" он будет скрываться, пока его кормят - он будет сыт!
"Скрывается он достаточно давно. При этом, Евлоев регулярно выступает на радиоканалах, журналисты могут с ним связаться. Я лично, буквально месяц назад, была с ним в прямом эфире Радио "Свобода". Возможно человек, которому так легко позвонить по мобильному телефону не то, чтобы не скрывается, но его недостаточно активно ищут", - рассуждает Локшина.
По её мнению, такое прохладное отношение правоохранительных органов к подозреваемому может быть обусловлено его связями: "Магомед Евлоев не является независимым деятелем. За ним стоит другой известный человек - Муса Келигов".
Воевавший под командованием Руслана Аушева в Афганистане Муса Келигов с 1993 года был вице-президентом кампании "Лукойл-Интернешнл". С 2000 года занимал ряд постов в исполнительной власти, а с октября 2003 года стал замом полпреда президента РФ в ЮФО. В мае 2004 года, когда число заместителей полпреда было сокращено, он вернулся в бизнес.
"Евлоев является человеком Келигова. Связаны они давно, а у последнего такая интересная биография, что возможно то, что мы знаем как принципиальную оппозицию в Ингушетии, на самом деле завязано на ту или иную группировку внутри администрации президента России", - предполагает Татьяна Локшина.
Косвенное подтверждение такой версии эксперт видит в том, что, "фактически, каждый раз, когда митинг оппозиции объявлялся перед выборами, оргкомитет потом отказывался от его проведения и говорил, что, основываясь на просьбах со стороны федерального центра, он согласен его перенести".
"В ноябре митинг всё-таки состоялся, - продолжает Локшина. - Но не усилиями Магомеда Евлоева и других людей, связанных с сайтом Ингушетия.ру, а теми активистами, у которых похитили близких родственников. Присоединяясь в своё время к оппозиции, они пытались выразить свой протест против похищений своих близких, и не стали от этого отказываться".
Митинги местных "несогласных" организуются под лозунгами поддержки федерального центра: "За Путина, против Зязикова", "За Россию, против коррупции в республике". Тем самым, оппозиция, по мнению Татьяны Локшиной посылает непрерывные сигналы в Москву о том, что Мурата Зязикова надо снять.
Президента Ингушетии упрекают в том, что он не борется за возвращение ингушам Пригородного района Северной Осетии, что он и его команда коррумпированы, что он не смог противостоять расширению пограничной зоны с Грузией с 5 до 25 км, в результате чего ингуши потеряли доступ к своим родовым кладбищам. Теперь доступ туда можно получить только по разрешению пограничников. Наконец, Зязикова упрекают в том, что он допустил произвол силовиков в республике, а также рост и активизацию вооружённого подполья.
Алексей Малашенко высказал согласие с теми, кто считает нужным сменить президента Ингушетии. "Но на кого?", - задаётся он вопросом. "Любой, кто придёт на его место, унаследует зязиковскую трясину и проблему Пригородного района", - предупреждает доктор исторических наук.
В трясину попал и Зязиков, он пришел в нее. А Пригородный район? Малашенко, Локшина и пр. имели достаточно времени и до Зязикова заняться этим вопросом!
Далее сотрудница "Хьюман Райтс Вотч" подробно рассказала о том, как, охотясь на боевиков в Ингушетии, силовики часто арестовывают, похищают и убивают невиновных людей, либо вина которых сомнительна.
Она привела в пример убийство 6-летнего мальчика, которому после этого подложили автомат; Апти Далакова, которого застрелили сотрудники ФСБ, а затем подложили ему гранату; ранение 17-летнего Ислама Белакиева, к которому в течение 40 минут никого не подпускали, и он умер, истекая кровью.
Рассказала правозащитница и про похищение сына инвалида Мухмеда Гадзиева, убийство родственника бизнесмена Макшарипа Аушева Руслана, аресты других его родных, похищение его сына и племянника. Теперь Аушев и Гадзиев - одни из лидеров оппозиции. Макшарип Аушев даже арестован по обвинению в организации беспорядков в Назрани и объявлен своими товарищами политзаключённым.
А когда Газдиев не был в оппозиции? Он всю свою жизнь в оппозиции и далеко не несчастья в РИ его к этому сподвигли.
Подобная информация моментально распространяется в маленькой республике и вызывает огромное возмущение её жителей, служит почвой для роста радикальных настроений среди молодёжи.
"Сейчас много говорят о распространении радикального ислама в Ингушетии и о том, что боевики в подполье - сплошь исламские фундаменталисты. На самом деле, жители республики исповедуют тарикатский суфийский ислам, называемый традиционным, и существует меньшинство, сформировавшееся, в первую очередь, под влиянием внешних проповедников в последние годы, придерживающееся салафийского ислама. В этом регионе, как и в Чечне, их неверно называют ваххабитами", - говорит Локшина.
По утверждению исследователя, сотрудники правоохранительных органов заносят салафитов в специальные списки. Если в регионах происходит та или иная акция со стороны боевиков, то первыми под удар силовиков попадают заподозренные в "ваххабизме", в первую очередь, молодёжь.
"В Ингушетии нет независимых СМИ, митинги разгоняют, нет способов выразить свой протест. Создаётся атмосфера, в которой какие-то молодые люди уходят в горы. Мне кажется, они всё время чувствуют себя под угрозой и не видят другого выхода, - размышляет Татьяна Локшина. - Ведь человек, один раз попав в спектр внимания правоохранительных органов, может быть задержан ещё много раз. Это те люди, преимущественно которых похищают, задерживают, расстреливают на месте, пытают".
По мнению Локшиной, для исправления ситуации в Ингушетии необходимо предпринять следующее: "Конттеррористические практики должны быть введены в русло закона. Преследования последователей салафийского ислама должны быть исключены. Наконец, политику властей РИ, направленную на пресечение любых информационных потоков, что порождает слухи - необходимо прекратить".
Алексей Малашенко заявил, что Ингушетия в настоящее время является главным очагом напряжённости в стране, но не согласился с теми, кто утверждает, будто республика становится подобной Чечне недавнего прошлого.
Кандидат исторических наук, сотрудник Института Востоковедения РАН Бадерхан Фасих напомнил что, как и ныне Магомед Евлоев, в 1990-х и начале 2000-х в федеральном розыске был бывший первый вице-премьер Ичкерии Хожахмед Нухаев.
При чем тут Х.Нухаев? До него Евлоеву,как до луны, а то и дальше. Хотя оба - два сапога-пара.
"Будучи в федеральном розыске, он находился в Президент-отеле на учредительном съезде движения "Евразия" в Москве. Сотрудничал ли тогда Нухаев с администрацией Ельцина, как, предположительно, Евлоев с администрацией Путина, это тоже вопрос", - сказал Бадерхан Фасих, отмечая что "не замечать" находящихся в федеральном розыске при наличии соответствующих указаний сверху, для правоохранительных органов России, видимо, нормальная практика.
Затем Фасих, обратился с вопросом к Татьяне Локшиной, похожа ли, по её мнению, ситуация в Ингушетии на обстановку в других республиках Северного Кавказа.
"Все республики региона объединяет одно: в них мы не наблюдаем условия для свободного волеизъявления граждан. Правда, в контексте последних выборов, эта фраза уже ничего не значит - ни о каком выборном процессе говорить уже по всей России не приходится", - отвечала Локшина.
Ингушетия, по её мнению, является наиболее ярким очагом напряжённости на Северном Кавказе, но типичной ситуация там не является: "В Чечне ситуация совсем иная. Президент Кадыров, как бы он этого не делал, контролирует положение. В Дагестане, который в отличие от Ингушетии и Чечни не моноэтничен, существует огромный слой кланов, национальных групп, реальная свобода слова. Разные группы стоят за разными СМИ. В результате, получается вполне объективная картина по целому ряду вопросов. В Кабардино-Балкарии обстановка тоже другая. Преследования салафитов, которые мы видели в КБР в 2005 году, затем, в результате более разумной политики со стороны нового руководства КБР снизились. Всё по-разному, кроме того, что контртеррористические действия силовых структур во всех этих республиках неадекватны".
Сотрудник Чеченского госуниверситета Муса Басункаев, задал вопрос: "Является один из лидеров ингушской оппозиции Макшарип Аушев родственником бывшего президента республики Руслана Аушева и влияет ли сейчас Р. Аушев каким-то образом на обстановку в Ингушетии?".
Локшина ответила, что близкими родственниками Макшарип и Руслан Аушеву не являются. Руслан Аушев, по её словам, в Ингушетии сейчас почти не бывает и в её судьбе участия не принимает. Несмотря на это, он остаётся крайне популярным среди населения республики, и если бы возглавил её снова, возможно, пользуясь своим авторитетом, смог бы улучшить там обстановку.
Откуда знает локшина.кто кому родственник? Сурхахинские Аушевы,это как, чужие люди?
Подводя итоги встречи, профессор Малашенко назвал ситуацию в Ингушетии "исключением", хотя "если там что-то произойдёт, то будет цепная реакция".
"Причём не только в России, не забывайте про Южную Осетию. Кто воевал за Пригородный район? Наиболее мобилизованная, наиболее вооружённая часть осетинского общества. Тут так много намешано, что действительно что-то может произойти", - предостерегает учёный.
Высказываясь о методах властей в борьбе с радикальным подпольем на Северном Кавказе, Малашенко сказал: "Насколько раньше было всё проще. Вся методология выражалась во фразе - "мочить в сортире". Что сейчас? Кого мочить, за что, надо ли, кто будет мочить? У меня такое ощущение, что пока от старой методологи осталось одно слово - "мочить". А кого, как, и долго ли это продлится - непонятно".
"Извечный вопрос - рванёт на Северном Кавказе или нет? То, что там что-то произойдёт - однозначно. Процессы в регионе развиваются совсем не так, как нам бы хотелось. У меня ощущение, что наш новый президент, не сам будет этим заниматься. Он кому-то это поручит. Кому - это очень интересно", - такими словами завершил семинар Алексей Малашенко.
http://www.kavkaz-uzel.ru/newstext/news/id/1208967.html
