Дело Путина

Сейчас много времени тратится на рассуждения, знал - не знал Путин, отдавал указания - не отдавал для совершения серии громких политических убийств и покушений в России и за ее пределами. Как человек, не один год проработавший в высшем эшелоне российской политической власти, постараюсь внести некоторую ясность.

До прихода в Кремль Путина, прямое согласие высшего должностного лица на совершение политического убийства или иных силовых мероприятий схожего характера давались в экстренных случаях. За исключением того, что творилось в Чечне, мне известно два прецедента таких указаний.

В 1995 году Ельцин "дал добро" на мероприятия по "мобилизации российской общественности" (первая серия взрывов в Москве 1995 -1996 гг.) все же предупредив силовиков, что "не должны пострадать люди". Отсутствие ожидаемой Кремлем волны ненависти к жителям Чечни со стороны СМИ и населения российской столицы послужило весомым доводом в пользу заключения Хасавюртовских соглашений.

Три года спустя, после некоторых колебаний и представления дополнительных данных о подготовке силового варианта смены власти, им же было дано разрешение на физическое уничтожение 3 июля 1998 года Героя России (отказался принять звезду за участие в гражданской войне) генерала Льва Рохлина. Плюс указание на проведение в этой связи целого ряда сопутствующих мероприятий. Начиная со смещения Льва Яковлевича еще весной с должности председателя Комитета по обороне Государственной Думы РФ и заканчивая расформированием 8 - го гвардейского корпуса с последующим увольнением офицеров сразу после убийства Рохлина.

Под вопросом остается попытка физического устранения в ночь на 13 февраля 1998 года тогда уже бывшего министра обороны России Павла Грачева. Известно, что с Ельциным состоялся разговор о возможных ответных мерах на предупреждение Грачева об огласке определенных сведений, в случае продолжения "скотского отношения" к нему (вызов в суд по делу подрыва корреспондента "Московского Комсомольца" Дмитрия Холодова, вместо главного редактора Павла Гусева). Одной из предлагаемых мер была ликвидация Грачева. О согласии или не согласии Ельцина достоверных сведений нет. Утверждения якобы о прямом указании устранить бывшего министра обороны, не вписывается в общую картину последующих событий. Покушение состоялось, но после неудачи (погибла женщина, Грачев уцелел) другие попытки не предпринимались. Можно лишь допустить, что сработала установка, не раз применяемая Ельциным за время его правления: "Предупредили и хватит!".

Однако, до такой жизни дошли не сразу.

Чтобы понять механизм и роль разных звеньев в политическом терроре, ныне разворачиваемым Кремлем, мы должны, хотя бы в кратком изложении, ознакомиться с его истоками.

Опомнившись после длительного празднования победы над руководством СССР (с конца августа 1991 по февраль 1992 года) Ельцин был вынужден признать, что время для разумного строительства государства с опорой на широких слоев своих сторонников и демократические процедуры упущено.

"Не беда!", сказал тогда Борис Николаевич и взял курс на укрепление единоличной власти. Но к тому времени он уже имел вполне реальную оппозицию в лице своевременно не распущенного им Верховного Совета. На местах совершился откат. Новые выборы с опозданием на полгода, да еще под старую Конституцию РФ, уже не гарантировали набор сторонников Ельцина. Срочно понадобился противовес. Тут еще "подвешенные" союзные структуры безопасности дышали в затылок, ожидая момент для нажатия курка.

Тогда (в начале 1992 года) и возникла идея создания неконституционного органа - Совета Безопасности. Свою главную ошибку - что нельзя управлять новой страной старыми методами - его организатор и первый секретарь Юрий Скоков понял год спустя, когда 10 марта 1993 года состоялось знаменитое телевизионное выступление Ельцина о введении в стране особого порядка управления. Но было уже поздно.

Образование "выдернутой" из надзора конституционных органов власти, на деле, ключевой управленческой структуры породило самое опасное явление в новой России. В место гласной и законной централизации государственного управления получилась кулуарная и противозаконная децентрализация власти. В том хаосе, что тогда царил в стране, усилиями самой власти были созданы условия для образования нескольких центров принятия политических решений. Закономерным следствием закрытости и заведомо противозаконных решений стали роковые ошибки. Такие, как армейская "защита" независимости (на самом деле - генеральских дач) в Абхазии, или начало чеченской бойни, переплетенное шкурными финансовыми интересами должностных лиц (доходы от новороссийского нефтепровода - Шумейко и др.).

Децентрализацию государственного управления, утвержденную Указом Ельцина ("О порядке реализации решений Совета Безопасности" от 7 июля 1992 года) без преувеличения можно считать зачатием политического террора в современной России.

Однако, созданная во времена Советского Союза система и воспитание офицеров спецподразделений еще целый год не позволили пустить по стране пламя политических убийств в качестве средства решения возникающих и вообще - то рядовых проблем.

Но движение в сторону "много полярности" принимаемых политических решений началось. Разные центры власти, порой имеющие прямо противоположные интересы, не минуемо должны были встретиться на узкой тропинке.

Такая встреча состоялась 1 августа 1993 года, когда одновременно были убиты: первый вице - премьер Виктор Поляничко (15 пулевых отверстий), командующий 42 -го армейского корпуса генерал Анатолий Корецкий и старший лейтенант "Альфы" Виктор Кравчук. Еще трое сопровождающих "альфовца" получили тяжелые ранения. Ввиду предполагаемых договоренностей между центрами власти виновных "не нашли".

Сдается, что не плохое представление о происшедшем имеет Геннадий Зайцев (тогда - командир "Альфы"), но он молчит. Не он один. Многие молчат до поры, до времени.

Дальше события двинулись по накатанной дорожке. Во время операции, которую журналисты окрестили как "Преемник", Ельцин уже не сопротивлялся. Правда, осенью 1999 года во время второй серии взрывов, ему не обо всем рассказывали. Тем не менее, надо было обеспечить безопасность собственной семьи и, как тогда казалось, преемственность курса. Но, официально декларированное направление развития страны - одно, совсем другое - подлинные намерения и, тем более, реальные действия власти.

Политическая ответственность Путина в первую очередь заключается в том, что он согласился управлять государством, не имея ни малейшего представления об этом занятии. Что он имел, так это приличный комплекс неполноценности, который в отсутствие какого - либо контроля, быстро превратился в маниакальную любовь этой властью безраздельно пользоваться.

Взрывы домов с "благородной" целью поднять волну ненависти для занятия кремлевского кабинета № 1 могли иметь только одно продолжение. Именно такое мы сегодня имеем.

Приход к власти подобным способом отнюдь не означал полную подчиненность старой "элите", как это предположили менее дальновидные ее представители. Наоборот - многие российские аналитики с самого начала утверждали, что теперь последует физическое устранение наиболее осведомленных представителей ельцинского призыва, и запугивание - до диареи во сне - остальных. Что Путиным и было сделано. Причем сразу и без лишних церемоний.

Но всех не запугаешь. Поэтому машина физического уничтожения политических оппонентов, находящиеся в российских тюрьмах повстанцев, журналистов, правозащитников и просто состоятельных граждан (с примитивной целью наживы), с приходом в Кремль Путина начала работать без выходных.

Нет оправдания никому, кто в те дни или, тем более, теперь занимает политические должности, или руководящие посты в силовых структурах. Истинную природу взрывов домов с мирно спящими в них россиянами знали все. Именно знали, а не догадывались, ибо политические сторонники Путина в своем кругу гордились совершенным. Детали, а несколько позже и имена организаторов второй серии терактов (звезда Героя России зам. начальнику ФСБ Герману Угрюмову в декабре 2000г.) были "гвоздем программы" на любой пьянке этой публики. С присказкой: "Тсс! Только никому!" они хвастали друг перед другом, как ловко это придумали и четко (почти без проколов, за исключением Рязани) провернули сие мероприятие.

Совершенно очумевшие от успеха, который принесла чудовищная провокация (свой человек на месте Ельцина и огромная популярность новой войны на Кавказе) сторонники "силовиков" самых разных мастей и окрасок попытались с ходу легализовать систему тотальной пропаганды и репрессий.

Еще в декабре 1999 года корреспондентам зарубежных информационных агенств и другим пассажирам, прилетавшим из Кавказа, прямо во Внуково подбрасывали боевые патроны и наркотики. Забыв при этом, что они только что прошли спецконтроль тех же российских служб в аэропорту вылета.

Но зубы обломали, пытаясь под дымовой завесой демагогии убить корреспондента радио "Свобода" Андрея Бабицкого. Был использован весь арсенал средств и сил. "Кремлевский соловей" Ястржембский на пресс конференциях зачитывал фальшивку за фальшивкой, спецслужбы задерживали и изымали, ангажированные российские СМИ лгали на пропалую, прокуроры возбуждали и возбуждались - все мимо. Кроме дураков - их в России оказалось не мало - в мире не поверил никто.

Более того, госдепартамент США сделал ряд жестких заявлений и, специально прибывшая в Москву в конце января 2000 года, госсекретарь Мадлен Олбрайт объяснила нашему Вовочке, что произойдет, если он вздумает свинячить дальше. Тут впервые открылась удручающая картина миропонимания и подготовки только что названного преемника Ельцина, с которым лидеры цивилизованных стран теперь вынуждены иметь дело.

До Путина на самом деле не доходило, почему он - без пяти минут президент - теперь (после всего, что натворил в Москве) не может прикончить какого то Бабицкого, который мешает ему разворачивать на полную мощь карательную машину в Чечне. Позже стали известны подробности, с каким трудом тогда старой ельцинской "гвардии" удалось убедить Вовочку, что нет у него таких сил, чтобы пойти на открытую конфронтацию с США. Что он просто получит в пятак и, может случиться, не смотря на истерический вопль черни, вовсе не станет президентом России.

Научили другому - говорить одно, делать прямо противоположное. Тактика, которая до бесланских и украинских событий осенью 2004 года приносила ему не малый успех.

Но внутри России решили не церемонится. Последовательно перекрыли практически все доступные населению каналы информации, превратив российские СМИ в лебезящий перед хозяином скотный двор. Потом начали (на Кавказе продолжили) последовательно "мочить в сортире" всех, кого только посчитали лишним на кремлевском празднике жизни. И крайне редко прощали холопам самодеятельность в этом деле. Исключение - Кирсан Илюмжинов, который остался при своем после убийства Ларисы Юдиной, которую удалось представить как "общего врага".

Те, кто полагают, что мало - мальски скандальная физическая расправа - будь то убийство находящегося в заключение полевого командира, расстрел известного журналиста или, тем более, взрыв в Катаре и отравление радиоактивным веществом в Лондоне - сегодня могут быть совершены помимо прямого указания, или, на крайний случай - одобрения Кремля, просто не в курсе происходящего.

Информация из администрации президента, силовых и иных структур говорит о другом. Что Николай Патрушев, что Сергей Иванов после "антитеррористических" совещаний с Путиным, как правило, вызывают "на ковер" руководителей совершенно конкретных подразделений. Те, в свою очередь, со слов очевидцев, вылетают от туда как после хорошей бани. Коррективы, которые после таких встреч вносятся в ранее намеченные сценарии, позволяют доказательно предположить, что наш Вовочка лично интересуется деталями подготавливаемых терактов.

Достоверно известно, что после провала (ареста) исполнителей взрыва в Катаре, и последующими за этим событиями, начальник правового управления администрации президента Лариса Брычева получила указание в кратчайшие сроки подготовить и "проштамповать" в Государственной Думе закон РФ, предоставляющий Путину право на организацию таких мероприятий за рубежом.

Аналитики не ошиблись. Прошло всего несколько месяцев со дня думского "голосования", как началась серия терактов уже в Европе. Если Вовочку сейчас не посадить на цепь - толи еще будет. Следует понять, что зарвавшихся полковник не очень адекватен в оценке собственных действий. Чего стоит его недоумение по поводу оглашения посмертной записки Александра Литвиненко после его гибели. Как будто кто - то публикует такие вещи до окончания жизненного пути. Просто Кремль застигли врасплох. Там уже не соображают, что внутренняя демагогия в цивилизованном мире бесполезна.

Среди российского аналитического сообщества, чьи ведущие эксперты практически в полном составе отказались прислуживать нынешней власти, никогда не было сомнений в географической привязке основного центра мирового терроризма.

Последние споры на эту тему прекратились после 11 сентября 2001 года (самолетная атака Аль - Каеды на США). Ведь ни для кого из осведомленных наблюдателей не было секретом, что сразу после выражения официальных соболезнований Джорджу Бушу и американскому народу, ближайшее окружение Путина до поросячего визга праздновали успех террористической атаки на Нью - Йорк и Вашингтон.

Несколько изменив определение Юрия Левады десятилетней давности (по поводу опасности фашизма в России), сегодня можно утверждать, что Аль - Каеда, "конечно, представляет несколько большую опасность, чем Солнцевская преступная группировка, но значительно меньшую, чем администрация президента России".

22 ноября 2006г

2.ph..

Георгий Гордин
http://www.ruscomment.com/