Гурия МУРКЛИНСКАЯ Горькая правда Севили
Дагестан
Людям, далеким от кавказской и исламской проблематики, порой сложно понять происходящее сегодня в республиках Северного Кавказа. Почему столько времени продолжаются контртеррористические операции, почему уходят в леса молодые люди из самых разных, иногда даже благополучных семей?
Если кто-то помнит, был такой замечательный роман «Тени исчезают в полдень» о сектантах, действовавших в годы гражданской войны и некоторое время после нее в Сибири. К сожалению, идейная суть романа – разоблачение тактики сектантов по вовлечению в секты молодежи – была в фильме выхолощена. А в самом произведении разоблачению сибирских «старцев», которые приходили в староверческие скиты или основывали собственные, а потом сжигали их вместе с адептами, посвящены самые яркие и потрясающие страницы.
Часть молодых людей, ставших приверженцами «старца», брала в руки оружие для его охраны и защиты, а другая кормила и ублажала какое-то время. Затем под видом очищения от грехов и прямого вознесения в рай «старец» подводил жителей поселения от мала до велика к коллективному самосожжению, сам же по заранее подготовленному лазу скрывался, прихватив с собой общинную казну, чтобы начать свою адскую работу уже в следующем ските. Волны таких самосожжений происходили в Сибири в разные времена: и при Петре I, и при Екатерине Великой, и в годы, описанные в романе. Кое-кому удавалось поставить их на поток. Были такие «старцы», которые уводили на самосожжение исключительно женщин, были – предпочитавшие молодых, независимо от пола. Характерно, что в правоохранительных органах эти, якобы «святые старцы», числились в розыске как опасные преступники-душегубцы и грабители, совершившие до того, как скрыться в лесах, самые страшные кровавые злодеяния.
Сегодня в Дагестане происходит, по сути, то же самое: на поток поставлено уничтожение целыми партиями молодых ребят и девушек. Роль «старцев» здесь отводится главарям банд и вербовщикам. Они проникают в дома и в души молодых тихо, под аккомпанемент религиозной проповеди, приводя в пример тех, кто бросил вызов грязи и извращенности этого мира и стал «на путь Аллаха». Исподволь рассказывают о том, как нужно понимание и поддержка тем, кто пошел по этому пути. Показывают видеокассеты и записи на мобильных телефонах, героизирующие и романтизирующие «лесных братьев» и их жизнь в лесу. Затем следует стандартное запугивание карами божьими тех, кто не хочет помогать своим «страдающим» братьям. Постепенно молодые люди втягиваются в конспиративную деятельность и уже не только уходят в религию, но и начинают запугивать и третировать тех, кто не разделяет их убеждений.
Большинство ребят начинают отдаляться от родных и близких и замыкаются в кругу единомышленников, где основной и доминирующей становится мысль о следовании «по пути Аллаха», что означает вступление в «джихад с неверными и их властью». Сначала это – только пособничество боевикам, передача им денег и продовольствия, предоставление квартир и машин для передвижения и встреч с единомышленниками или с женщинами. Но наступает время и, когда уведенная до этого в лес партия молодых людей погибает, оставшийся без «паствы» «старец»-боевик начинает рассылать сигналы своим вербовщикам, чтобы они спровоцировали уже этих юношей и девушек – новую партию – к уходу в лес. Для убеждения используются кассеты, где воспевается «шахидский» подвиг их погибших друзей, которым они еще недавно помогали скрываться и таскали из дому деньги и продукты, приводили своих сестер и родственниц «в жены».
«Лесные шариатские жены» – это вообще отдельная песня. Некоторым из них, как, впрочем, и главарям, удается пережить не одну партию молодых людей, пришедших в лес, так что за год-два они умудряются выйти замуж «по шариату» до шести-семи раз. Молодым людям говорят, что спецслужбам уже известно об их пособничестве и не сегодня завтра их заберут и будут пытать, так что у них нет другого выхода, как самим уйти в лес, а кроме того, они теперь еще и обязаны отомстить за своих погибших друзей. В большинстве случаев все это срабатывает, и «старец» получает новую партию молодых последователей и последовательниц.
Какое-то время в горах Южного Дагестана действовала банда Ильгара Моллачиева, состоявшая из нескольких групп, дислоцировавшихся в горно-лесных зонах нескольких районов. Через банду прошло несколько партий молодых людей. Одни погибали в боестолкновениях, а вербовщики приводили взамен новых. Вот как это происходило по словам Севиль – сестры одного из погибших в лесу юношей, с которой мне удалось недавно поговорить: «Эти люди (вербовщики) приходили к нам домой под видом друзей моего брата. Мы не ожидали от них зла, когда они говорили о религии. У нас обеспеченная семья, и для друзей единственного и любимого брата мы все были как родная семья, куда можно было прийти в любое время. Как-то само собой повелось, что они не только засиживались у нас, но, оказывается, стали просить, чтобы мой брат помогал еще деньгами и продуктами семьям ребят из леса, затем и лесным. Они умели вызвать сочувствие и объяснить, что так надо. Но когда погибла первая группа ребят у нас в Юждаге, я стала вслушиваться в то, что говорят эти люди, чему учат, и многое уже насторожило меня. В 2007 году я обратилась по телемосту к президенту Путину и рассказала вкратце о ситуации в Юждаге и своих опасениях, сказала, что есть только в Дербенте несколько семей, чьих детей надо спасать. Но в Дагестане меня не поняли, стали вызывать в кабинеты местных начальников, высмеивать мои страхи и объяснять, что мне лучше вообще не лезть не в свои дела, что все вокруг хорошо и под контролем, ничего страшного не происходит. Я дала себя успокоить и подумала, может, действительно, так и есть, я преувеличиваю. Но время показало, что я была права, может быть, если бы тогда уже начали бить тревогу и бросились спасать наших мальчиков, сегодня они были бы с нами».
Недавно матери и сестры погибших обратились с открытым письмом к президенту Республики Дагестан, в котором обличают деятельность таких организаций, как «Матери Дагестана», потому что именно они толкнули их мальчиков на уход в лес. Даже тогда, когда к «Матерям» обратились с просьбой помочь в их розыске, они не только не помогли, но и сделали все, чтобы запугать ребят и не позволить им встретиться с родственниками. А родственникам в то же время говорили, что, по достоверным сведениям, ребят похитили спецслужбы.
Вот, что рассказывает об этом трагическом для их семьи времени Севиль: «На самом деле в это время связные от организации «Матери Дагестана» уже использовали других молодых ребят, чтобы посылать в лес к нашим, и прекрасно знали, где они находятся. Их привели в лес вместо уничтоженной до этого группы, которой они помогали. Сказали, что это были их друзья, они уже стали «шахидами». Вы, мол, обязаны за них отомстить. А возвращаться в город нельзя, вас уже ищут. Они, вербовщики, дошли до такой подлости, что пытались запугать нас, когда узнали, что мы заявили в правоохранительные органы о пропаже наших мальчиков и в контакте с милицией ходим пешком, ищем их с матерью по горам и лесам. Когда не вышло, натравили на нас тех ребят, которых мы считали друзьями своего брата и которых тоже хотели найти и вернуть домой, родителям. Только случайность спасла жизнь нашей семье: разъяренные боевики – те ребята, кого мы кормили и принимали у себя как родных – пришли к нам домой, чтобы вырезать нашу семью. Спасло то, что нас предупредили и успели вывезти из дома буквально за несколько минут до их налета. За всеми этими делами стояли так называемые «Матери Дагестана», именно их связные передали в лес, что мы не успокаиваемся. Когда я подошла к одной из связных и потребовала, чтобы она передала в лес, пусть нашего брата отпустят, она грубо ответила мне, что эти люди «на пути Аллаха», а на этом пути обратной дороги нет, они должны, как их друзья, идти дорогой «шахидов». Я вцепилась в эту женщину и нечаянно толкнула коляску, в которой, оказывается, был ее ребенок от «шариатского лесного мужа». На следующий день нас всех уже хотели убить».
По словам родственников, все мальчики из этой группы были воспитанными, спокойными, домашними, почти все – единственные мальчики в обеспеченных и прежде не религиозных семьях. Именно их обеспеченность и отзывчивый характер во многом и сделали их объектами для вербовки. Итогом психологической обработки стало то, что уже после нескольких месяцев пребывания в лесу домашние мальчишки превратились в убежденных религиозных фанатиков и боевиков, готовых умереть в бою. Долгое время, по словам Севили, правоохранительные органы не предпринимали боевых действий против этой группы, давая возможность близким, если удастся, вытащить своих мальчиков из лесного капкана. Но после нападения на семью Севиль стало ясно, что в сознании этих людей уже пройдена точка невозврата, они становились опасными бандитами, и только тогда было принято решение о ликвидации группы.
Вот сухие милицейские сводки о событиях в Юждаге, о гибели десяти любимых братьев, сыновей, которых родные не смогли образумить после лесного «зомбирования» и вернуть домой, и о тех молодых сотрудниках органов безопасности, что погибли в бою, а их тоже ждали дома любящие семьи. «После нейтрализации Ильгара Моллачиева и ряда его сообщников, 8 сентября 2008 года в рамках КТО были организованы разведывательно-поисковые мероприятия в отношении одной из бандгрупп Моллачиева (численность 10-12 боевиков, главарь группы - Наврузов Закир Нейбуллаевич), скрывающейся на территории Табасаранского, Сулейман-Стальского и Хивского районов. В результате этих мероприятий обнаружена брошенная в спешном порядке база боевиков. В ходе преследования и боестолкновения погибли трое сотрудников МВД по РД, а бандитам удалось скрыться.
16 сентября была получена информация о том, что члены бандгруппы предпринимают попытки покинуть зону проведения КТО. В этих целях бандитами в качестве водителя был привлечен пособник, житель города Дербент – Гаджибеков Аслан Магомедович, водитель автомашины "Газель". Были установлены пути вероятного передвижения бандитов и выставлены засады для блокирования автомашины.
В целях пресечения преступных действий бандитов было принято решение о проведении КТО в период с 01.00 до 11.30 часов 17.09.2008 г. в пределах сел Цмур, Качалкент и Ичин Сулейман-Стальского района и Цнал Хивского района. В процессе реализации информации в 01:00 вблизи села Цмур силами ЦСН ФСБ России при оказании ожесточенного вооруженного сопротивления были нейтрализованы следовавшие на автомашине "Газель" 10 боевиков:
- Наврузов Закир Нейбулаевич, 1979 г.р. (лидер бандгруппы, прозвище "Харрис");
- Аллахкулиев Рустам Нурмагомедович, 1987 г.р.;
- Велибеков Гаджибек Рафикович, 1987 г.р.;
- Рамазанов Мадрид Рафикович, 1987 г.р.;
- Рамазанов Фарид Рафикович, 1989 г.р.;
- Заидов Шамиль Заидович, 1986 г.р.;
- Гаджиев Тимур Гаджибекович, 1989 г.р.;
- Асланбеков Сабир Абдулнасирович, 1986 г.р.;
- Наврузов Рамиль Сафаралиевич, 1988 г.р.;
- Гаджибеков Аслан Магомедович, 1986 г.р. (водитель), все жители города Дербент.
При них обнаружены и изъяты: автоматы Калашникова с большим количеством боезапаса к ним, подствольный гранатомет, гранаты "РГД-5" - 5 шт.; самодельные гранаты "хаттабки" - 2 шт.; фугас - 1 шт.; электродетонаторы - 17 шт.; исполнительные механизмы к СВУ на базе радиостанции "Кенвуд" - 3 шт.; взрывчатые вещества (тротил, пластид) - 300 г; двужильные провода по 50 м - 3 бухты; мобильные телефоны, диктофоны - 3 шт.; компьютерный винчестер - 1 шт.; радиостанции "Кенвуд" - 5 шт.; камуфляжная форма - 18 комплектов; вещевые мешки со сменным бельем, ковриками, медикаментами и продуктами питания - 10 шт.; спальные мешки - 10 шт.; религиозная литература; топографические карты местности (г.Дербент, районы Южного Дагестана) - 3 штуки. (Не хилая, прямо скажем, экипировка для серьезных заданий. – Г.М.).
Таким образом, в результате проведенной спецоперации удалось предотвратить планируемые бандитами преступные акции и практически полностью ликвидировать боевое звено бандподполья, организованное неким "Персом" на территории южных районов Дагестана. В ходе боестолкновения несовместимые с жизнью ранения получил один сотрудник ЦСН ФСБ России, еще один с ранениями средней тяжести госпитализирован».
Но на этом история не заканчивается. Как перенесли такой удар семьи этих молодых людей? Вот что об этом пишут их родственники в открытом письме: «Посмотрите на то, во что превратили религиозные экстремисты наши семьи. Люди в безумстве. Мать братьев Рамазановых Фарида и Мадрида в психиатрической больнице, отец ушел из опустевшего бездетного дома. Отец Гаджиева Тимура – Гаджибек перенес не первый инфаркт и стал очень слабо видеть. Отец Аслана спивается от горя, чтобы даже не заходить в свой роскошный дом, где теперь нет сына, а мать уехала. Тетя Соня – мама Аллахкулиева Рустама до сих пор еще как живого ругает сына за то, что он поддался чьим-то уговорам. Родители Асланбекова Сабира отказываются общаться с людьми и находятся под наблюдением врачей. Трудно все выразить в словах. За что эти нелюди отнеслись так к нашим матерям, отняв у них самое дорогое, что было, - их сыновей?! Неужели наши мамы заслужили это? И все это – «чистый ислам» со всеми вытекающими последствиями нетрадиционного характера? А может, это вовсе и не «ислам», а политическая интрига, прикрывающаяся святыми идеями для вовлечения в свои ряды молодых людей для дальнейшего использования их в своих целях и раскола Дагестана и России?»
Под горьким письмом подписи тех из родственников, кто в состоянии осознать случившееся и бороться: «Наших детей не вернуть, но наша трагедия не должна повториться! Молодые люди должны понять, что те, кто зовет их на «джихад», - это и есть враги Аллаха».
Даже на горе этих людей «Матери Дагестана» и их прикормленные журналисты пытались сделать себе пиар. Севиль рассказывает: «Они стали сначала говорить нам, чтобы мы сделали заявления для печати, потому что нам не отдадут трупы наших детей. Потом сказали, что надо взять с собой деньги, и мы пришли в морг с деньгами. Кто-то под залог имущества, кто-то занял у родных, одни даже принесли миллион рублей, но никто из работников морга нас о деньгах не спрашивал, нам просто выдали тела наших покойных, и мы увезли их хоронить. Только потом мы осознали, что журналисты-то ждали до последнего совсем по другой причине: о том, что денег никто не просил, никто из них не написал. Зато очень многие семьи подвергаются сильнейшему давлению со стороны боевиков, которые требуют, чтобы с любого бизнеса их сборщикам платили определенную сумму денег. Тем, кто попался им на крючок, уже трудно сорваться. Есть даже такие, кто уезжает на заработки в другие места, но, чтобы не тронули оставшуюся в Дагестане семью, вынуждены перечислять до 50% заработка ежемесячно сборщикам боевиков. Только ведь те газеты и их продажные журналисты об этом не напишут».
Недавно эта история получила новый импульс. Оставшиеся без паствы «старцы»-командиры лесных групп стали рассылать вербовщиков с требованием привести в леса новые партии молодых людей. В рассылаемых с вербовщиками видеописьмах «старцы» с не влезающими в экран от недоедания и трудов праведных лицами вещают о том, что крайне нуждаются в продовольствии, деньгах, оружии, свежих последователях и последовательницах… И вербовщики идут по семьям, куда ранее уже забросили ядовитые сети, уговаривают и запугивают. Уже используют имена погибших ребят из этой группы для подталкивания других к «мести за друзей» и «джихаду». Выступления Севили и других родственников погибших юношей с разоблачениями деятельности «Матерей Дагестана» и других вербовщиков и их целей, их искренний рассказ о судьбе своих детей, конечно, очень мешают боевикам. Это нарушает работу налаженного конвейера по «самосожжению» молодых на так называемом «пути Аллаха».
Дагестанские суды, по некоторым причинам неспособные понять существо подобных дел и пачками оправдывающие пойманных боевиков, также способствуют появлению у «лесных братьев» эйфории и чувства вседозволенности и безнаказанности. Едва выйдя на волю, а то и даже из мест заключения, они передают своим подручным указания покончить с семьями юждаговских ребят, пропавших в лесах, чтобы заставить их замолчать.
«Нас снова пытаются запугать, - говорит Севиль, - передают дружкам, что с нами надо что-то делать, чтобы мы замолчали. Но должно же это закончиться. Уже более тридцати семей в Дербенте фактически морально уничтожены, у них уже никогда не будет продолжения рода. В опустевших домах только горе, память и фотографии тех счастливых времен, когда в наши дома еще не ступала нога этих нелюдей, которые отравили души и погубили наших ребят. Если проклятия матерей, сестер, жен и детей что-то значат в этом мире: мы проклинаем тех, кто увел в лес наших мальчиков, кто вложил им в души ненависть, а в руки оружие! Сегодня мы говорим всем дагестанцам: не верьте тем, кто зовет молодежь «на путь Аллаха», их «джихад» – это дорога в ад, на которой они сеют только горе, кровь, смерть! Остановите своих близких, пока не поздно. Не верьте, когда они поют о «чистоте» шариатского брака вашим девочкам. Не может быть «чистым» брак, когда девочки сбегают от родителей, которые якобы ведут «грешную жизнь», а сами в лесах по пять-шесть раз за год выходят «замуж». Под прикрытием религии эти нелюди занимаются удовлетворением своих прихотей, а для этого используют наших еще незрелых и наивных девочек и мальчиков, а потом посылают их умирать за интересы своих хозяев».
С каждым из этих родственников, кому здоровье еще позволяет говорить, можно вести разговор часами. Они со слезами будут рассказывать о том, чем занимались их дети и братья до того, как семена экстремизма упали в их души… Они учились в хороших вузах, были веселыми, красивыми, общительными, хорошо танцевали, многие занимались спортом, были хорошими надежными друзьями, считались завидными женихами. А сегодня их уже нет…
Горькая правда Севили, рассказы родителей и близких – это предупреждение всем семьям: спасайте своих детей от экстремистской заразы, удержите их от общения с теми, кто уводит их на смерть.
