Об опере "Великая дружба" В.Мурадели

Постановление Политбюро ЦК ВКП(б)
Об опере "Великая дружба" В.Мурадели
10 февраля 1948 г.
СТР.
№ 62. п. 33 — Об опере "Великая дружба" В.Мурадели. 630
ЦК ВКП(б) считает, что опера "Великая дружба" (музыка
В.Мурадели, либретто Г.Мдивани), поставленная Большим театром
Союза ССР в дни 30-й годовщины Октябрьской революции, является
порочным как в музыкальном, так и в сюжетном отношении,
антихудожественным произведением.
Основные недостатки оперы, коренятся прежде всего в музыке
оперы. Музыка оперы невыразительна, бедна. В ней нет ни одной
запоминающейся мелодии или арии. Она сумбурна и дисгармонична,
построена на сплошных диссонансах, на режущих слух
звукосочетаниях. Отдельные строки и сцены, претендующие на
мелодичность, внезапно прерываются нестройным шумом, совершенно
чуждым для нормального человеческого слуха и действующим на
слушателей угнетающе. Между музыкальным сопровождением и
развитием действия на сцене нет органической связи. Вокальная
часть оперы — хоровое, сольное и ансамблевое пение — производит
убогое впечатление. В силу всего этого возможности оркестра и
певцов остаются неиспользованными.
Композитор не воспользовался богатством народных мелодий,
песен, напевов, танцевальных и плясовых мотивов, которыми так
богато творчество народов СССР и, в частности, творчество
народов, населяющих Северный Кавказ, где развертываются действия,
изображаемые в опере.
В погоне за ложной "оригинальностью" музыки композитор
Мурадели пренебрег лучшими традициями и опытом классической оперы
вообще, русской классической оперы в особенности, отличающейся
внутренней содержательностью, богатством мелодий и широтой
диапазона, народностью, изящной, красивой, ясной музыкальной
формой, сделавшей русскую оперу лучшей оперой в мире, любимым и
доступным широким слоям народа жанром музыки.
Исторически фальшивой и искусственной является фабула оперы,
претендующая на изображение борьбы за установление советской
власти и дружбы народов на Северном Кавказе в 1918-1920 гг. Из
оперы создается неверное представление, будто такие кавказские
народы, как грузины и осетины, находились в ту эпоху во вражде с
русским народом, что является исторически фальшивым, так как
помехой для установления дружбы народов в тот период на Северном
Кавказе являлись ингуши и чеченцы.
ЦК ВКП(б) считает, что провал оперы Мурадели есть результат
ложного и губительного для творчества советского композитора
формалистического пути, на который встал т. Мурадели.
Как показало совещание деятелей советской музыки,
проведенное в ЦК ВКП(б), провал оперы Мурадели не является
частным случаем, а тесно связан с неблагополучным состоянием
современной советской музыки, c распространением среди советских 631
композиторов формалистического направления.
Еще в 1936 году, в связи с появлением оперы Д.Шостаковича
"Леди Макбет Мценского уезда", в органе ЦК ВКП(б) "Правда" были
подвергнуты острой критике антинародные, формалистические
извращения в творчестве Д. Шостаковича и разоблачен вред и
опасность этого направления для судеб развития советской музыки.
"Правда", выступавшая тогда по указанию ЦК ВКП(б), ясно
сформулировала требования, которые предъявляет к своим
композиторам советский народ.
Несмотря на эти предупреждения, а также вопреки тем
указаниям, какие были даны Центральным Комитетом ВКП(б) в его
решениях о журналах "Звезда" и "Ленинград", о кинофильме "Большая
жизнь", о репертуаре драматических театров и мерах по его
улучшению, в советской музыке не было произведено никакой
перестройки. Отдельные успехи некоторых советских композиторов в
области создания новых песен, нашедших признание и широкое
распространение в народе, в области создания музыки для кино и
т.д., не меняют общей картины положения. Особенно плохо обстоит
дело в области симфонического и оперного творчества. Речь идет о
композитоpax, придерживающихся формалистического, антинародного
направления. Это направление нашло свое наиболее полное выражение
в произведениях таких композиторов, как тт. Д.Шостакович,
С.Прокофьев, А.Хачатурян, В.Шебалин, Г.Попов, Н.Мясковский и др.,
в творчестве которых особенно наглядно представлены
формалистические извращения, антидемократические тенденции в
музыке, чуждые советскому народу и его художественным вкусам.
Характерными признаками такой музыки является отрицание основных
принципов классической музыки, проповедь атональности, диссонанса
и дисгармонии, являющихся якобы выражением "прогресса" и
"новаторства" в развитии музыкальной формы, отказ от таких
важнейших основ музыкального произведения, какой является
мелодия, увлечение сумбурными, невропатическими сочетаниями,
превращающими музыку в какофонию, в хаотическое нагромождение
звуков. Эта музыка сильно отдает духом современной модернистской
буржуазной музыки Европы и Америки, отображающей маразм
буржуазной культуры, полное отрицание музыкального искусства, его
тупик.
Существенным признаком формалистического направления
является также отказ от полифонической музыки и пения,
основывающихся на одновременном сочетании и развитии ряда
самостоятельных мелодических линий, и увлечение однотонной,
унисонной музыкой и пением, зачастую без слов, что представляет
нарушение многоголосого музыкально-песенного строя, свойственного
нашему народу, и ведет к обеднению и упадку музыки.
Попирая лучшие традиции русской и западной классической
музыки, отвергая эти традиции, как якобы "устаревшие",
"старомодные", "консервативные", высокомерно третируя
композиторов, которые пытаются добросовестно осваивать и
развивать приемы классической музыки, как сторонников
"примитивного традиционализма" и "эпигонства", многие советские
композиторы, в погоне за ложно понятым новаторством, оторвались в
своей музыке от запросов и художественного вкуса советского 632
народа, замкнулись в узком кругу специалистов и музыкальных
гурманов, снизили высокую общественную роль музыки и сузили ее
значение, ограничив его удовлетворением извращенных вкусов
эстетствующих индивидуалистов.
Формалистическое направление в советской музыке породило
среди части советских композиторов одностороннее увлечение
сложными формами инструментальной симфонической бестекстовой
музыки и пренебрежительное отношение к таким музыкальным жанрам,
как опера, хоровая музыка, популярная музыка для небольших
оркестров, для народных инструментов, вокальных ансамблей и т.д.
Все это с неизбежностью ведет к тому, что утрачиваются
основы вокальной культуры и драматургического мастерства и
композиторы разучиваются писать для народа, свидетельством чего
является тот факт, что за последнее время не создано ни одной
советской оперы, стоящей на уровне русской оперной классики.
Отрыв некоторых деятелей советской музыки от народа дошел до
того, что в их среде получила распространение гнилая "теория", в
силу которой непонимание музыки многих современных советских
композиторов народом объясняется тем, что народ якобы "не дорос"
еще до понимания их сложной музыки, что он поймет ее через
столетия и что не стоит смущаться, если некоторые музыкальные
произведения не находят слушателей. Эта насквозь
индивидуалистическая, в корне противонародная теория в еще
большей степени способствовала некоторым композиторам и
музыковедам отгородиться от народа, от критики советской
общественности и замкнуться в свою скорлупу.
Культивирование всех этих и им подобных взглядов наносит
величайший вред советскому музыкальному искусству. Терпимое
отношение к этим взглядам означает распространение среди деятелей
советской музыкальной культуры чуждых ей тенденций, ведущих к
тупику в развитии музыки, к ликвидации музыкального искусства.
Порочное, антинародное, формалистическое направление в
советской музыке оказывает также пагубное влияние на подготовку и
воспитание молодых композиторов в наших консерваториях, и, в
первую очередь, в Московской консерватории (директор т. Шебалин),
где формалистическое направление является господствующим.
Студентам не прививают уважение к лучшим традициям русской и
западной классической музыки, не воспитывают в них любовь к
народному творчеству, к демократическим музыкальным формам.
Творчество многих воспитанников консерваторий является слепым
подражанием музыке Д.Шостаковича, С.Прокофьева и др.
ЦК ВКП(б) констатирует совершенно нетерпимое состояние
советской музыкальной критики. Руководящее положение среди
критиков занимают противники русской реалистической музыки,
сторонники упадочной, формалистической музыки. Каждое очередное
произведение Прокофьева, Шостаковича, Мясковского, Шебалина эти
критики объявляют "новым завоеванием советской музыки" и
славословят в этой музыке субъективизм, конструктивизм, крайний
индивидуализм, профессиональное усложнение языка, т.е. именно то, 633
что должно быть подвергнуто критике. Вместо того, чтобы разбить
вредные, чуждые принципам социалистического реализма взгляды и
теории, музыкальная критика сама способствует их распространению,
восхваляя и объявляя "передовыми" тех композиторов, которые
разделяют в своем творчестве ложные творческие установки.
Музыкальная критика перестала выражать мнение советской
общественности, мнение народа и превратилась в рупор отдельных
композиторов. Некоторые музыкальные критики, вместо
принципиальной объективной критики, из-за приятельских отношений
стали угождать и раболепствовать перед теми или иными
музыкальными лидерами, всячески превознося их творчество.
Все это означает, что среди части советских композиторов еще
не изжиты пережитки буржуазной идеологии, питаемые влиянием
современной упадочной западноевропейской и американской музыки.
ЦК ВКП(б) считает, что это неблагоприятное положение на
фронте советской музыки создалось в результате той неправильной
линии в области советской музыки, которую проводили Комитет по
делам искусств при Совете Министров СССР и Оргкомитет Союза
советских композиторов.
Комитет по делам искусств при Совете Министров СССР
(т. Храпченко) и Оргкомитет Союза советских композиторов
(т. Хачатурян) вместо того, чтобы развивать в советской музыке
реалистическое направление, основами которого являются признание
огромной прогрессивной роли классического наследства, в
особенности традиций русской музыкальной школы, использование
этого наследства и его дальнейшее развитие, сочетание в музыке
высокой содержательности с художественным совершенством
музыкальной формы, правдивость и реалистичность музыки, ее
глубокая органическая связь с народом и его музыкальным и
песенным творчеством, высокое профессиональное мастерство при
одновременной простоте и доступности музыкальных произведений, по
сути дела поощряли формалистическое направление, чуждое
советскому народу.
Оргкомитет Союза советских композиторов превратился в орудие
группы композиторов-формалистов, стал основным рассадником
формалистических извращений. В Оргкомитете создалась затхлая
атмосфера, отсутствуют творческие дискуссии. Руководители
Оргкомитета и группирующиеся вокруг них музыковеды захваливают
антиреалистические, модернистские произведения, не заслуживающие
поддержки, а работы, отличающиеся своим реалистическим
характером, стремлением продолжать и развивать классическое
наследство, объявляются второстепенными, остаются незамеченными и
третируются. Композиторы, кичащиеся своим "новаторством",
"архиреволюционностью" в области музыки, в своей деятельности в
Оргкомитете выступают как поборники самого отсталого и затхлого
консерватизма, обнаруживая высокомерную нетерпимость к малейшим
проявлениям критики.
ЦК ВКП(б) считает, что такая обстановка и такое отношение к
задачам советской музыки, какие сложились в Комитете по делам
искусств при Совете Министров СССР и в Оргкомитете Союза
советских композиторов, далее не могут быть терпимы, ибо они 634
наносят величайший вред развитию советской музыки. За последние
годы культурные запросы и уровень художественных вкусов
советского народа необычайно выросли. Советский народ ждет от
композиторов высококачественных и идейных произведений во всех
жанрах — в области оперной, симфонической музыки, в песенном
творчестве, в хоровой и танцевальной музыке. В нашей стране
композиторам предоставлены неограниченные творческие возможности
и созданы все необходимые условия для подлинного расцвета
музыкальной культуры. Советские композиторы имеют аудиторию,
которой никогда не знал ни один композитор в прошлом. Было бы
непростительно не использовать все эти богатейшие возможности и
не направить свои творческие усилия по правильному
реалистическому пути. ЦК ВКП(б) постановляет:
1. Осудить формалистическое направление в советской музыке,
как антинародное и ведущее на деле к ликвидации музыки.
2. Предложить Управлению пропаганды и агитации ЦК и Комитету
по делам искусств добиться исправления положения в советской
музыке, ликвидации указанных в настоящем постановлении ЦК
недостатков и обеспечения развития советской музыки в
реалистическом направлении.
3. Призвать советских композиторов проникнуться сознанием
высоких запросов, которые предъявляет советский народ к
музыкальному творчеству, и, отбросив со своего пути все, что
ослабляет нашу музыку и мешает ее развитию, обеспечить такой
подъем творческой работы, который быстро двинет вперед советскую
музыкальную культуру и приведет к созданию во всех областях
музыкального творчества полноценных, высококачественных
произведений, достойных советского народа.
4. Одобрить организационные мероприятия соответствующих
партийных и советских органов, направленные на улучшение
музыкального дела.
--------------------------------------------------------------------------------
Опубликовано: Правда. 11 февраля 1948.

Выверено по изданию: Власть и художественная интеллигенция.
Документы ЦК РКП(б) — ВКП (б), ВЧК — ОГПУ — НКВД о культурной
политике. 1917-1953. Под ред.А.Н.Яковлева. Cост. А.Н.Артизов,
О.В.Наумов. М.: Международный фонд "Демократия", 1999.