Боевик в шаговой доступности

Алихана Маркуева обвинили в организации терактов в Чечне. В качестве доказательства предъявили… мелодию мобильного телефона

08.08.08. Кадр из спец. репортажа «Зов родной крови», вышедшего в эфир республиканского ТВ. В кадре: мэр Аргуна Ибрагим Темирбаев (слева) клянется отцу Алихана Маркуева (справа), что его сын теперь в безопасности

Алихан Маркуев

За последний месяц в Чечне подорвались уже четыре смертника. В результате терактов погибли 14 человек, еще столько же получили ранения.

Перехватывать «живые бомбы» и работать на опережение у местных силовых структур получается плохо. Поэтому они делают то, что у них получается хорошо.

Министр внутренних дел Чечни Руслан Алханов торжественно поклялся раскрыть самый громкий теракт — взрыв в центре Грозного 26 июля. Хотя, казалось, что тут раскрывать? Заказчик — Доку Умаров — известен. Личность шахида — установлена: это 21-летний житель города Аргуна Рустам Мухадиев.

Два года назад из Аргуна ушли в лес четверо молодых парней: Руслан Мухадиев, Шамиль Солтаханов, Асхаб Сельмурзаев и Алихан Маркуев. Известен и вербовщик, переправивший их в подполье, — Адам Гайсумов. Через год двое из боевиков — Асхаб Сельмурзаев и Алихан Маркуев — вернулись из леса и написали явку с повинной.

Последние пару лет добровольный возврат боевиков — это неординарная ситуация для Чечни. Власти республики пытаются подавить подполье такими способами, что бегут не из леса, а в лес.

Возвращение Сельмурзаева и Маркуева широко освещалось в республиканских СМИ. Они были амнистированы, гарантом неприкосновенности парней стал мэр Аргуна Ибрагим Темирбаев. Бывших боевиков и их родителей показывали по чеченскому телевидению. Они рассказывали, как к ним хорошо отнеслись местные власти и правоохранительные органы, прославляли Рамзана Кадырова, который принес стабильность в республику, и призывали возвращаться из леса тех, «кому шайтаны-ваххабиты задурили голову». В общем, из бывших боевиков сделали практически местных героев.

Однако и Асхаб Сельмурзаев, и Алихан Маркуев оставались под плотным контролем правоохранительных органов. Каждый месяц их без повесток доставляли в местные органы милиции. Там им предъявляли для опознания фотографии боевиков, а потом отпускали домой. Довольно скоро Асхаб Сельмурзаев и его родственники решили все-таки уехать из Чечни. На всякий случай. А вот Алихан Маркуев не успел. Чтобы он не сбежал, против него возбудили два уголовных дела и объявили в федеральный розыск. Хотя следователь Шалинского следственного комитета Джамбулат Муртазов прекрасно знал, по какому адресу в любой момент может найти Маркуева, который до недавнего времени проживал по месту прописки и работал вместе с матерью маляром-штукатуром.

…Через десять дней после взрыва в центре Грозного мне позвонил мужчина, представился другом семьи Алихана Маркуева. Я не сразу поняла, о ком идет речь. Мужчина напомнил: в январе вышла наша совместная с Натальей Эстемировой статья «Чеченский лес. Война поколений», в которой было написано об этих двух «возвращенцах».

Мужчина сказал, что после убийства Натальи и закрытия грозненского «Мемориала» ему больше некого просить о помощи. Он сказал, что Алихан Маркуев был схвачен сотрудниками Аргунского РОВД, его пытали, добиваясь признания в причастности к организации теракта в центре Грозного. С тех пор он исчез…

…Семья Маркуевых живет на окраине Аргуна в «хрущевке». Двухкомнатная квартира, в которой практически нет обстановки. Затертые ковры на полу, дряхлый диван, два допотопных телевизора стоят рядышком на табуретках. В одном работает только кинескоп, по-другому — идет звук.

В квартире тесно от множества взволнованных женщин, и все равно есть ощущение пустоты. Совсем недавно тут жили четверо мужчин — отец и три сына. Теперь остался только отец. Он сидит в соседней комнате, пока женщины (мать Алихана Хава, сестра Мадина и целая толпа соседок по пятиэтажке) рассказывают о событиях последних дней. Отец участвует в разговоре из-за стенки. Он выкрикивает на чеченском жесткие короткие фразы. Но в какой-то момент все-таки не выдерживает, выбегает из соседней комнаты. У старика ярко-синие глаза и очень черные, длинные ресницы. Глаза особенно выделяются на поросшем многодневной щетиной лице.

…Алихана увезли из дома вечером 28 июля. За ним пришел знакомый оперуполномоченный Аргунского РОВД. Алихан собрался и пошел без всякой задней мысли, так как это — привычная ситуация. Всегда отпускали…

В этот раз Алихан вернулся домой где-то через час в сопровождении аргунских милиционеров, взял флешку, и его снова увезли в РОВД. А в восемь вечера к Маркуевым нагрянули с обыском. Перерыли все вещи, что заняло не так уж много времени. Нашли две видеокассеты и одну аудиозапись, на которой были записаны советы мусульманам (хехам).

Забрали с собой отца Алихана, сестру Мадину и соседку Зему, которая, впрочем, увязалась за милиционерами совершенно добровольно.

Они сидели в РОВД до полуночи. Потом Мадину завели в кабинет начальника Аргунского РОВД Романа Усмаева. Там находился мэр города Аргуна — Ибрагим Темирбаев. Человек не чужой для семьи Маркуевых. Именно при его посредничестве удалось вернуться двум боевикам — Маркуеву и Сельмурзаеву — из леса. Он гарантировал их безопасность. Но в тот вечер он снял свои гарантии. Так и сказал: «Мы вашего сына оберегали, но теперь не будем».

Что же произошло? Все очень просто. Была установлена личность шахида, взорвавшегося в центре Грозного. Им оказался Руслан Мухадиев — аргунский парень, с которым Алихан Маркуев в августе 2007 года уходил в лес. Этот эпизод есть в показаниях Маркуева, которые он давал бесчисленное количество раз после возвращения из леса. Видимо, шахида Мухадиева после идентификации пробили по базе данных, и так всплыл Алихан Маркуев. Что удобно, этого боевика не нужно было ловить в лесу, он жил в шаговой доступности. Ну и взяли.

Сестре Алихана Мадине сказали, что шахид накануне теракта приходил к Алихану на улицу Гудермесская (где Алихан работал штукатуром). Алихан шахида снарядил, обеспечил взрывчаткой и проводил на «подвиг».

Мадина безуспешно пыталась рассказать, что ее брат и мать в двадцатых числах июля работали совершенно по другому адресу на другом объекте. Это могут подтвердить много свидетелей. Но начальник угрозыска Аргунского РОВД Саид-Магомед тряс пред Мадиной мобильным Алихана и кричал: «У нас есть железные доказательства». А какие доказательства? В мобильном Алихана нашли фотографию, где какой-то парень поставил ногу на бюст Ахмата Кадырова и улыбается. И еще звонок на мобильном телефоне Алихана был неправильный: вместо треньканья завывал волк. Это позволило аргунским сыщикам сделать вывод: Алихан Маркуев поддерживал связи с подпольем. И принимал активное участие в организации теракта в Грозном. Милиционеры даже не подумали, насколько вредна для них эта версия. Ведь тогда получается, что они не смогли предотвратить теракт, который готовили под самым их носом!

На следующий день Маркуевы подали заявления в следственный комитет Шалинского района. Знакомая адвокат пыталась пройти на свидание с Алиханом, но ее ни разу не пустили. Девушке угрожали: если защищаешь боевиков, то будь готова ко всему. Пытались Маркуевы обратиться лично к Нурди Нухажиеву, уполномоченному по правам человека в Чечне. Но в аппарате Нухажиева им было сказано: «Заявления не принимаем в связи с убийством Натальи Эстемировой».

И все-таки активность родственников имела результат. Следователь СК Шалинского района Руслан Мовлаев провел проверку по их заявлению и обнаружил признаки преступления в действиях сотрудников Аргунского РОВД. Именно после этого рапорта матери Алихана позвонил начальник уголовного розыска Аргунского РОВД и передал трубку ее похищенному сыну. Алихан попросил приехать за ним. Это было 2 августа в 21.30.

В машину набились оба брата, мать и соседки. Соседи вообще в этой истории принимали с самого начала активное участие. Они не только не оставили семью Маркуевых один на один с бедой, но проявили неслыханную для нынешних чеченских времен смелость.

К РОВД они подъехали в 21.40. Долго ждали. Наконец вывели Алихана. Он едва шел, на лице налились фиолетовые синяки. Его поддерживал начальник угрозыска. Когда Алихана усадили в машину, мент сердечно обнял мать Алихана и сказал: «Твой сын не виновен. Произошла ошибка. Вот, запиши мой номер мобильного телефона и звони, если что…».

Хава не стала ругаться, быстро записала номер, быстро уселась в машину. На большой скорости они поехали прочь от ужасного места. Но не проехали и пяти минут. На улице Сахзаводской дорогу перегородили две «Лады Приоры». Из машин вышли восемь человек. Они были в камуфляже и маскарадных масках с носами и усами. В полном молчании, направив пистолеты на свидетелей, они стали выдергивать Алихана с заднего сидения. Алихан закричал, вцепился в кресло. По его пальцам стали бить пистолетом. Случайно ударили Хаву. Вытащили Алихана, закинули в машину, увезли. Похищение №2 заняло каких-нибудь три минуты.

Родственники пришли в себя и рванули в Аргунское РОВД. Мобильник начальника угрозыска не отвечал. Зато он сам встречал их у въезда в РОВД. Хава бросилась к нему, отчаянно ругаясь: «Что за спектакль ты тут нам устроил?».

Мент ответил: «Как ты со мной разговариваешь? Я хорошее дело тебе сделал, сына отпустил. Мы не знаем, кто его в этот раз похитил!». Повернулся и пошел.

На следующее утро возмущенные соседи по дому устроили у РОВД несанкционированный митинг. Было человек сорок. Перед ними выступили мэр Аргуна Ибрагим Темирбаев и начальник Аргунского РОВД Роман Усмаев. У милиционера в руках был мобильный телефон Алихана. Тот самый, который накануне вечером ему выдали вместе с паспортом перед тем, как отпустить из РОВД. Роман Усмаев демонстрировал завывания волка, несущиеся с мобильного Алихана, и призывал людей «не защищать ваххабита».

Но жители, наоборот, все, как один, подписались под заявлением в прокуратуру Чечни о повторном похищении Алихана Маркуева. Жители написали в заявлении, что они возмущены беспределом, который творят сотрудники Аргунского РОВД, и готовы свидетельствовать в защиту Алихана Маркуева.

С тех пор прошло уже три недели. От Алихана никаких вестей не поступало. Зато преследования семьи Маркуевых продолжились. Стали звонить из Аргунского РОВД и требовать, чтобы явились два старших брата Алихана. Наученные горьким опытом, братья тут же покинули республику. В доме остались только мать, отец и сестра Алихана Мадина. Каждый день им звонят из РОВД и спрашивают, когда вернутся Аюбхан и Райбек. Телефоны Маркуевых прослушиваются. Впрочем, по этим телефонам боятся говорить только сами Маркуевы. Один из руководителей Аргунского РОВД позвонил Мадине и сказал: «Если уж правозащитников убивают, ничего не стоит убрать и вас».

P.S. Как показывает реальность, запугивание населения, принцип «коллективной ответственности», сожженные дома родителей, чьи сыновья ушли в лес, — не самый эффективный способ борьбы с пополняющимся подпольем. А вот амнистия зарекомендовала себя еще при Ахмат-Хаджи Кадырове (именно при нем вернулось самое большое количество боевиков). Но во времена Ахмата Кадырова и Алу Алханова амнистированным в подавляющем большинстве случаев действительно давались хоть какие-то гарантии. Как показывает пример Маркуева, сейчас слово «амнистия» — пустой звук.

Но проблема в том, что амнистия, возможно, единственный способ возвращения молодежи из леса. Правда, только в одном случае: если действует закон. Это хорошо понимает сосед Кадырова — президент Ингушетии. Даже после страшного теракта, в котором пострадал сам, Юнус-Бек Евкуров не объявил джихад подполью. Наоборот, президент Ингушетии заявил: «Вернуться из леса — это не трусость, а мужество. Мы гарантируем честный светский суд тем, кто это мужество проявит».

Под текст

Весной Доку Умаров заявил о том, что в подполье подготовлены 20 смертников. Только в Чечне и только за последний месяц взорвались уже четверо. Надо сказать, что в доставке «живых бомб» до цели боевики стали крайне изобретательны. Например, шахиды-велосипедисты. Кстати, один из этих велосипедистов — тоже житель Аргуна. Тот самый, который ушел когда-то в лес вместе с Алиханом Маркуевым.

Вот, что известно о судьбе пятерых чеченских парней из Аргуна, примкнувших в августе 2007 года к боевикам.

Адам Гайсанов стал террористом-смертником и подорвался в Введенском районе.

Шамиль Солтаханов, инвалид III группы по слуху, — один из взорвавшихся шахидов-велосипедистов.

Рустам Мухадиев взорвал себя в центре Грозного.

Алихан Маркуев, добровольно вернувшийся из леса и сотрудничавший с правоохранительными органами, был похищен этими самыми правоохранительными органами. Надежды на то, что он жив, почти нет.

Из пятерых жителей Аргуна, которым в среднем было по 24 года, сумел спаститсь только Асхаб Сельмурзаев. Потому что успел бежать из Чечни и России.

Елена Милашина
Аргун — Грозный — Москва
http://www.novayagazeta.ru/data/2009/094/01.html