Орхан Джемаль: Популярность Юнус-бека Евкурова объективна сошла на нет
16/11/2012.
Наблюдатели отмечают, что ситуация на Кавказе неизбежно накаляется на всех уровнях. Идет рост недовольства населения, количества силовых акций, не выстраиваются и отношения на уровне руководителей отдельных республик. Споры между Рамзаном Кадыровым и президентом Ингушетии Юнус-беком Евкуровым стали уже обычным делом. На фоне внутрикавказской эскалации, закончилась эпоха назначений глав субъектов, уже в сентябре 2013 года на Кавказе пройдут выборы самых разных уровней, в том числе и глав республик. При этом, накануне стало известно, что Юнус-бек Евкуров не уверен в том, пойдет ли на выборы главы.
Не станут ли "завоевания Болотной площади" – выборы глав регионов – причиной новой эскалации на Кавказе, специально для Накануне.RU рассуждали исламовед Роман Силантьев и военный корреспондент Орхан Джемаль.
Орхан Джемаль: Кавказ должен переболеть выборами
Я не уверен, что могу как наблюдатель комментировать деятельность Евкурова, потому что с огромной симпатией отношусь к самому Юнус-беку, но как журналист попытаюсь дать объективную оценку его как политика. Популярность Юнус-бека Евкурова объективна сошла на нет. Сейчас, в отличие от ситуации 4-х летней давности, у него довольно слабые шансы возглавить республику, победив на прямых выборах. Между тем, когда он получил кресло президента в конце 2008 года, он, несмотря на то, что был назначенцем, был удивительно популярным политиком в Ингушетии, кроме того, у него был огромный задел поддержки населения за счет того, что Юнус-бек сменил чудовищно непопулярного Зязикова.
В 2008-2009 годах от Евкурова в народе и во власти ждали очень многого. Первый запрос общества, самый важный и самый главный, как мне кажется, - введение антитеррористической деятельности хоть в какие-то законодательные рамки. В Ингушетии по любому подозрению любого человека могут задержать или убить, а потом сказать, что на него имелась некая оперативная информация и никто во власти не может это остановить, возвысить голос, прикрикнуть. Юнус-бек Евкуров пытался это сделать, когда имелись совершенно очевидные факты, что людей убили по ошибке или под видом борьбы с терроризмом решались какие-то экономические вопросы группировок, но у него ничего не вышло - закончилось все покушением на его жизнь. Такое положение в маленькой Ингушетии, где все друг друга знают и большинство жителей приходятся друг другу родственниками, отчего реальная ситуация известна очень многим, автоматически настраивает людей против власти. Второй немаловажный вопрос - проблема Пригородного района. Большинство ингушей уверенно и твердо стоят на позициях того, что Пригородный район должен вернуться под эгиду Ингушетии, что, по их мнению, следует из так и неотмененного закона о реабилитации репрессированных народов.
И на этот запрос Евкуров тоже не дал ответа. С другой стороны, он четко следовал установкам Кремля, а власти от него ждали решение либо других проблем, любо тех же, но принципиально в другом ключе. Так, была установка на проведение муниципальных выборов и нарезке муниципальных округов таким образом, чтобы снимались претензии представителей Пригородного района. Евкуров успешно справился с задачей, однако в результате оказался в сложной ситуации - на хорошем счету у властей, но без поддержки населения.
Да, дела у него не так ужасны, как у Зязикова, такой ненависти народа нет, но шансов переизбраться у него действительно мало. Поэтому с практической точки зрения его решение не избираться правильное. К чему ему проигрывать кандидату, который заведомо менее тяжеловесен, чем он, менее влиятелен? Фактически сейчас в Ингушетии есть только одна фигура, которая сравнится с Евкуровым по тяжеловесности, Руслан Аушев, но будет ли он выдвигаться? Я сомневаюсь. Очевидно, что выдвигаться будут люди рангом ниже, и Евкуров правильно делает, что решает не лезть в это сейчас, на волне собственной непопулярности.
Есть и другой момент.
Юнус-бек - прекрасный офицер спецназовец, отличный оперативный разведчик. Он не публичный политик, он существует в абсолютно иной реальности: вызвали, дали задачу - расшибется, но выполнит. Если он сейчас пойдет на выборы, то он окажется в положении русского офицера в 1917 году, когда офицер со своим армейским менталитетом вдруг попадал в зависимость от солдатских депутатов, и были вынуждены либо юлить и идти на поводу, либо перечить и отправиться "к стенке". Все плюсы и достоинства Евкурова как блестящего русского офицера не смогут стать достоинствами в условиях демократических выборов.
Юнус-бек Евкуров: Я сегодня не готов сказать, буду ли участвовать в выборах или нет, но одно скажу, можете потом напомнить мне, если я буду выставлять свою кандидатуру, – категорически не стану вести предвыборную избирательную кампанию.
Как военный человек, Евкуров не может быть популистом, и его принцип - тебя назначили, поставили задачу, ты ее выполняешь, оборотная сторона этой черты - он даже лишен потребности идти на поводу у желаний большинства. Евкуров, при этом, очень вежливый и интеллигентный человек. Прекрасная иллюстрации этой черты его характера – это то, что он в ситуации, когда ему практически не подчиняются силовые структуры, но при этом вся ответственность за их действия целиком ложится на него, идет на встречу с родственниками погибших, пытается минимизировать эмоциональные последствия от происходящего, выступает гарантом и посредником при сдачах людей, причастных подполью. Но, к сожалению, это лишь косметика, а, повторюсь, самое главное, что от него ждали - полное прекращение похищений, исчезновений, убийств, – сделать то, что сделало популярным Аушева, не позволившего беспределу захватить республику.
Закономерно возникает вопрос – нужны ли вообще при таких раскладах выборы на Кавказе, не взорвут ли они ситуацию? Любая теория проявляется на практике. В период выборности кавказских лидеров, которая существовала в 90-х годах (а она была разная, в Дагестане, например, не было прямых выборов, существовал Госсовет, который выдвигал своего председателя, в других регионах выборы глав были прямыми) была ничуть не хуже, чем сейчас, такой же была и ситуация с коррупцией. Классический пример – карьера Муху Алиева (бывший президент республики Дагестан, – прим. Накануне.RU). Он был кристально честным назначенцем Кремля, к рукам которого ни рубля ворованного не прилипло, но при этом он ничего не делал с коррупцией в республике. Назначение глав не имело оздоравливающего эффекта. Оглядываясь назад, мы можем понять, как ухудшение ситуации не зависело от того, отменили выборность глав республик, так и плюсов особых не появилось. Объективно, плюсов от назначений вообще не существует. Я понимаю, что так управлять приятнее и просто удобнее эмоционально. Но давайте честно, у федерального центра был шанс – семилетний период назначений - и он его не реализовал. Мы видим, что есть рост межнациональной враждебности, уровень коррупции, скорее, растет, чем падает, число боевиков не снижается, задавленные в Чечне, "лесные партизаны" просто расползлись по остальному русскому Кавказу.
На Кавказе есть своя специфика. Лидер на Кавказе – это не просто политический лидер, а лидер клана, лидер рода, экономический лидер, и очень часто один человек все эти характеристики в себе совмещает, поэтому трудно сбалансировать всеобщий интерес назначением и можно сделать это на выборах. На Кавказе всегда будут влиятельные люди, которые никогда не смирятся с выбором Кремля.
Роман Силантьев: В результате выборов во главе кавказских республик могут встать пособники террора
Идея назначать губернаторов была разумнее, чем выбирать. Ведь по сути, нормальная федеральная власть и так будет разбираться в этой кухне, чтобы отсеивать неадекватные и опасные элементы. Так спрашивается, зачем тратить время и деньги, когда дешевле просто назначать? Особенно это актуально для Кавказа, как региона, где идет война. Какая может быть реальная демократия на войне?
В регионах, где периодически объявляют контртеррористические операции, проводить выборы – странная идея.
Однако, выборы глав кавказских регионов это теперь наша с вами реальность. В этой связи, я, если честно, не понимаю, почему Евкуров держит в уме возможность не идти на выборы. Но если Евкуров действительно сказал так, как сказал, значит, он так считает.
И это лишний раз доказывает, как прав Рамзан Кадыров, который не сомневается, что победит на выборах, в том, что мягкость по отношению к лесному подполью не вызывает симпатий у избирателя. Сложно сказать, потерял ли Евкуров популярность. Я не слышал, чтобы в регионе проводились опросы населения. Однако, если "Черновик" не исказил его слова, то, видимо, потерял.
В чем-то это оправдано. В Ингушетии есть проблемы и кардинально ситуацию исправить не удалось. Всем, конечно, мил не будешь. С другой стороны, есть ощущение, что покушение подорвало в Евкурове веру в победу. После него, на мой взгляд, Евкуров стал слишком мягким, что не ценит ни население, ни, тем более, террористы, с которыми мягким быть просто нельзя.
Главное теперь – чтобы на этих выборах не победил ставленник террористов. А такая опасность – реальна и для Дагестана, и для Ингушетии. Особенно она явно проявляется на муниципальном уровне, но можно утверждать, что и на республиканском уровне эта опасность уже вырисовывается четко. Если выборы будут бесконтрольными, во главе ряда республик могут стать прямые пособники террористов. Я напомню, что и ранее террористы становились главами муниципальных образований, прокурорами, министрами – откуда уверенность, что они не доберутся до более высоких уровней?
http://www.nakanune.ru
