Самый секретный узник мира
Самый секретный узник мира - его имени не знает даже тюремная охрана
http://kp.ru
Именно в этой суровой тюрьме «Аялон», возможно, и содержат самого тайного заключенного современности.
http://kp.ru/upimg/5a3e8f353c90697f8...b0/1692976.jpg
Оказывается, легендарная «железная маска» существует и сегодня - в израильской тюрьме «Аялон» содержится заключенный, имени которого никто не разглашает
Денис КАБАНОВ — 07.07.2010
На днях на сайте влиятельной израильской газеты Yedioth Ahronoth сверкнула сенсация. Издание сообщило, что в сверхохраняемой израильской тюрьме «Аялон» содержится таинственный узник. Его камера находится в отдельном блоке, и другие заключенные никогда не видели собрата по несчастью. К нему не приходят посетители, и даже охранники не знают имени подопечного и не имеют права с ним разговаривать. Словом, «железная маска» ХХI века, да и только!
Однако через несколько часов сообщение с сайта бесследно исчезло. Как удалось разузнать «КП» через свои источники, на публикацию изначально наложила запрет израильская военная цензура, однако из-за технической ошибки заметка все же попала в Интернет. Спецслужбы спохватились, но было уже поздно: информацию успела перепечатать британская The Daily Telegraph, сообщившая следующие подробности. Таинственный заключенный содержится в изолированном секторе тюрьмы, сооруженном в свое время для Игаля Амира, который застрелил в 1995 году премьер-министра Израиля Ицхака Рабина. Но сейчас в «Аялоне» сидит вовсе не он, потому что четыре года назад осужденного на пожизненное заключение убийцу перевели в другую тюрьму.
http://kp.ru/upimg/3dbcf1e95a9df2bc3...4af/314572.jpg
Сейчас израильский «шпион № 1» Маркус Клинберг живет в Париже.
Его место занял кто-то другой, причем этот человек представляет серьезнейшую угрозу для безопасности Израиля. Кто это: пойманный жестокий террорист, разоблаченный супершпион или крайне неудобный диссидент?
Журналисты принялись гадать и вспомнили самых известных врагов Израиля. Например, Авраама Маркуса Клинберга, «шпиона № 1», передававшего СССР секретные сведения об израильских биологических разработках. В 1983 году на закрытом процессе Клинберга приговорили к 20 годам лишения свободы, но о факте его существования мир узнал только в 1991 году. Однако эта история уже канула в Лету, и теперь отсидевший полный срок шпион, любуясь красотами Сены, живет в Париже.
Вспомнили и о судьбе израильского «атомного диссидента» Мордехая Вануну, который в 1986 году раскрыл в зарубежной прессе информацию о ядерной программе Израиля. Израильские спецслужбы похитили Мордехая в Риме, тайно доставили на родину и упекли в тюрьму на 18 лет. Но и он на роль новой «железной маски» не годится. После отсидки Вануну выпустили под домашний арест и наложили ряд строгих ограничений: правдолюбцу запретили пользоваться Интернетом и мобильной связью, а также общаться с зарубежными журналистами. Как раз за нарушение этих правил Вануну в мае этого года снова на 3 месяца лишился свободы. Только содержат его не в кошмарном «Аялоне», а в военной тюрьме «Эшель», где тоже несладко, но тайны из этого власти не делают.
А вдруг таинственный узник вовсе и не израильтянин? Как пояснил «КП» информированный источник, в случае если пленник - это похищенный местными спецслужбами иностранец (а израильская разведка Моссад по таким делам - большой специалист), то жертву без всяких юридических оснований и в полном секрете могут держать в застенке. И застенок этот должен быть супернадежным - вроде тюрьмы «Аялон»...
http://kp.ru/upimg/3dbcf1e95a9df2bc3...4af/314573.jpg
«Атомный диссидент» Мордехай Вануну отбывает 3-месячный срок в тюрьме «Эшель».
ЗНАМЕНИТЫЕ ПРЕДШЕСТВЕННИКИ
За историю человечества таинственных узников хватало, но, пожалуй, самым известным из них можно назвать француза, известного как Железная Маска. Историки до сих пор спорят о личности заключенного Бастилии времен Людовика XIV. Кто-то считает, что это был незаконный сын короля Франции, давший пощечину своему сводному брату, Великому Дофину, за что несчастного бросили в тюрьму и надели на него маску, скрывающую от окружающих лицо узника. Некоторые видят в этом историческом персонаже безродного простолюдина, который был настоящим отцом Людовика XIV. Но самым ярким и романтическим предположением, без сомнения, является легенда о том, что Железная Маска - это брат-близнец французского монарха, так красочно описанная Александром Дюма в романе «Виконт де Бражелон».
Свои «железные маски» были и в России. В декабре 1830 года по личному указанию императора Николая I в один из казематов Шлиссельбургской крепости был посажен польский офицер Валериан Лукасиньский, организатор влиятельного тогда в Польше тайного общества «Национальное масонство». В своем письме коменданту крепости император повелел: «государственного преступника Царства Польского содержать самым тайным образом, чтобы, кроме вас, никто не знал даже его имени и откуда он привезен». В итоге Лукасиньский просидел в одиночной камере 37 лет.
МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА
Александр ШУМИЛИН, директор Центра анализа ближневосточных конфликтов Института США и Канады РАН: Может быть, это иранский ученый?
http://kp.ru/upimg/3dbcf1e95a9df2bc3...4af/314574.jpg
Где же на самом деле находится иранский ученый Шахрам Амири?
- Мне почему-то пришла на ум история с иранским физиком-ядерщиком Шахрамом Амири. По заявлению Тегерана, ученого похитили в 2009 году в Саудовской Аравии, а в конце апреля СМИ сообщили, что он, якобы находясь в США, просит у Израиля политического убежища. Может быть, заключенный «Аялона» - это и есть похищенный иранский ученый. Ведь для Израиля сейчас Иран - проблема № 1. И физик, знающий о ядерных планах Исламской Республики, представляет огромную ценность для израильских спецслужб. Как и Вануну, его могли украсть в какой-то стране, но, чтобы не взрывать ситуацию, держат пленника под особым секретом. Однако пока что это все домыслы: для того чтобы рассуждать на эту тему, необходимо обладать хотя бы минимумом информации. А ее у нас нет.
А КАК У НАС?
Сергей ШУМИЛОВ, и. о. начальника ФБУ ИК-9 (колонии строгого режима) УФСИН России по Ивановской области: «Сейчас в России это просто невозможно»
Так, в советское время политических заключенных и тех, кто неугоден власти, держали во «Владимирском централе». Тогда это решалось просто: надо - значит, надо. А сейчас такая ситуация практически невозможна. Арестанта всегда сопровождает большое количество различных бумаг, удостоверяющих его личность, и без них никто за него даже не возьмется. У него снимают отпечатки пальцев, преступник фотографируется, его имя заносится в специализированные учеты. До того как попасть в камеру, заключенный контактирует с таким количеством людей, которые по долгу службы обязаны знать его имя и фамилию, так что сохранить в секрете личность преступника просто не получится.
В Израиле, конечно, другая система правосудия, и я не берусь ее сравнивать с российской. Видимо, это какой-то серьезный преступник, я бы сказал, суперпреступник.
КОГДА ВЕРСТАЛСЯ НОМЕР
Амири все же в Америке?
По иранскому ТВ показали ролик, в котором мужчина, назвавший себя похищенным американцами в 2009 году иранским ученым Шахрамом Амири, рассказывает, что убежал от агентов ЦРУ и сейчас находится в безопасном месте в американском штате Вирджиния. Правда, в то, что иранец смог улизнуть из лап американской спецслужбы, верится с трудом. Все это попахивает фальсификацией.
А БЫВАЕТ И ТАК
Пропавший в Пакистане
В 2007 году пакистанский министр по правам человека Ансар Бурни, инспектируя тюрьмы страны, случайно наткнулся на полоумного старика, сидящего в одиночной камере. Оказалось, что это 61-летний гражданин Индии Кашмир Сингх. В 1973 году за шпионаж он был приговорен военным трибуналом Пакистана к смертной казни, но про него просто забыли. 35 лет несчастный провел в ожидании приговора и за это время ни разу не выходил из камеры! Узнав об этом, президент Пакистана сразу же помиловал бедолагу.
Джадд.Ситуация в Чечне влияет на мировое сообщество
Лорд Фрэнк Джадд: «Ситуация в Чечне влияет не только на жителей республики, но и на мировое сообщество в целом»
июль 15 2010
http://www.kavkaz-uzel.ru
Российским властям удалось изолировать Чеченскую Республику от западных журналистов и почти полностью блокировать поступление независимой информации из региона. Однако решение действовать в Чечне самыми жесткими методами на самом деле является признаком слабости Москвы. Лучшим же выходом из положения является улучшение социально-экономической жизни в Чечне и организация переговорного процесса. Об этом в интервью «Кавказскому узлу» сообщил участник межпартийной парламентской группы по защите прав человека парламента Великобритании, бывший докладчик по Чечне в ПАСЕ лорд Фрэнк Джадд, посетивший республику во главе делегации британского парламента 15-18 февраля 2010 года.
Григорий Шведов (Г.Ш.): Вы подготовили прекрасный доклад по результатам вашей поездки. В нем содержится длинный список рекомендаций. Я был бы Вам весьма признателен, если бы Вы прокомментировали некоторые из них. К примеру, первая рекомендация, обращенная к российским и чеченским властям: обеспечить большую прозрачность и отчетность размещения федеральных средств в Республике Чечня. Что именно навело Вас на мысль о необходимости обеспечения большей прозрачности и отчетности?
Фрэнк Джадд (Ф.Д.): У меня нет никаких сомнений в том, что часть средств уходит не по назначению. Коррупция есть на разных уровнях. С этим надо что-то делать. Следует добиваться большей прозрачности и отчетности и от тех, кто выделяет средства, и от тех, кто их тратит.
Г.Ш.: Другая рекомендация, пятая по счету, касается необходимости бороться с воцарившейся в Чечне атмосферой безнаказанности и содержит подпункт о необходимости предоставить защиту свидетелям и членам их семей.
Ф.Д.: Во время нашей февральской поездки мы столкнулись с проблемой давления, которое испытывают на себе семьи жертв, их родственники и друзья. Речь идет о запугивании. Правосудие невозможно в таких условиях. Свидетели должны быть уверены в собственной безопасности, в том, что они могут говорить открыто, не рискуя при этом навлечь на себя страшные последствия. Поджоги домов (родственников боевиков - прим. "Кавказского узла") и тому подобное — все это запугивает людей.
Г.Ш.: Вы также составили рекомендации для правительств Великобритании и стран членов ЕС, одна из них касается необходимости более полного освещения событий, происходящих в регионе, независимыми СМИ. Почему чиновникам европейских стран нужно заботиться о том, чтобы предоставлять доступ для своих граждан к информации с далекого Кавказа?
Ф.Д.: Мне кажется, российским властям удалось весьма эффективно изолировать Чечню. Иностранным журналистам попасть туда очень сложно. Условия их пребывания там весьма ограничены. В результате мы имеем дефицит информации внутри России и, конечно же, в мировом сообществе нет информации о том, что на самом деле происходит на Кавказе. Как же мы можем помочь? Прежде чем предлагать помощь, мы должны знать, только потом предлагать помощь. Это важно. Хуже всего то, что изоляцией дело не ограничивается. Существуют многочисленные свидетельства запугивания журналистов, знающих и освещающих ситуацию. Не говоря уж про русских журналистов, Анна Политковская, Наталья Эстемирова (Политковская была убита 7 октября 2006 года, Эстемирова – 15 июля 2009 года - прим. «Кавказского узла») — яркие тому примеры. Все это создает напряженную атмосферу, ограничивает объем информации, доходящий до широкой общественности, в то время как сведения оттуда должны поступать в полном объеме. Это не уменьшает ответственность внешнего мира, который должен постоянно добиваться правдивой информации о том, что творится в Чечне. Слишком часто я слышу разговоры о том, что в Чечню попасть слишком сложно, и поэтому мы обстановку там освещать не будем. Я считаю, что это неприемлемо. Ситуация в Чечне конечно же тяжелая; но то, что там происходит, влияет не только на жителей республики, но и на мировое сообщество в целом. И СМИ просто обязаны освещать происходящее там
Освещая отдельное событие, нельзя забывать о контексте происходящего. Подача материала журналистами напрочь лишена контекста непрекращающегося противостояния, непрекращающихся, позвольте мне назвать это так, военных действий. Об этом ни слова. Событие преподносят вне контекста, и вы не сможете по-настоящему разобраться в ситуации.
Я уверен, что авторитарная система сама обеспечивает приток новобранцев в армию мирового экстремизма, потому что люди, главным образом молодые, теряют надежду, отчаиваются. Но насилие имеет место не только в Чечне. Оно уже вышло за ее пределы, и я говорю не только об Ингушетии и не только о Северном Кавказе. Разве не очевидно, что новобранцы из Чечни уже принимают участие в глобальных экстремистских операциях? И с этой точки зрения, в решении чеченской проблемы заинтересован весь мир. Мы должны заняться этим в интересах собственной безопасности, поскольку, если мы закроем на это глаза, то сами же подготовим армию людей, угрожающих нашему обществу.
Г.Ш.: Служит ли пример конфликта в Северной Ирландии пониманию того, как жестокость армии и полиции мобилизовала людей на протест? Ведь британские спецслужбы своим насилием достигали результатов, схожих с кавказскими. Можно ли извлечь опыт из их ошибок, проанализировать действия британского правительства и их последствия, чтобы предложить меры, которые можно предпринять для разрешения конфликтов на Северном Кавказе, предотвращения дальнейшей конфронтации в обществе и грубых нарушений прав человека?
Ф.Д.: У меня не вызывает никаких сомнений тот факт, что годы угнетения и несправедливости упрочили позиции экстремизма в Северной Ирландии. С момента возникновения конфликта меры по его разрешению лишь усугубляли ситуацию. Экстремисты действуют особенно эффективно в атмосфере отстраненного, неоднозначного отношения к ним со стороны широких слоев населения. Люди не просыпаются по утрам с мыслью: «Надо сообщить об этом в полицию». Поэтому так важно преодолеть это неоднозначное отношение. Люди должны понять, что криминальные действия недопустимы. Но это возможно только тогда, когда правосудие обретает силу и переходит в новое качество, когда люди обретают новые экономические возможности и начинают верить в социальную справедливость. В таких условиях экстремистам действовать гораздо сложнее. С тех пор как мы стали искать возможности мирного урегулирования в Северной Ирландии, число неуверенных значительно сократилось, нет уже почти людей, симпатизирующих насильственным методам, потому что все увидели конкретные достижения. Чтобы добиться успеха, необходимо было смириться с тем, что нам придется решиться на диалог с политическим крылом ИРА. А если вы решились на диалог, чтобы положить начало процессу мирного урегулирования, то вы не можете начать с выдвижения всякого рода предварительных условий, потому что все необходимые условия должны определяться уже в ходе переговоров. Процесс сам собой приводит к положительным изменениям шаг за шагом. Только недавно в результате этого процесса мы достигли окончательного решения. Но добиться этого можно только в ситуации, когда обе стороны берут на себя взаимные обязательства. Это тяжелый путь, он требует интеллектуальных сил, эмоциональных, психологических. Гораздо легче пойти по пути наименьшего сопротивления. Решение действовать с помощью грубой силы я считаю проявлением слабости и пораженческих настроений. Возможно, мысли мои не всегда понимают правильно, но я терпеть не могу глупость. А ведение политики, в результате которой число экстремистов только растет, я считаю проявлением глупости. Надо быть умнее.
Г.Ш.: Вы рекомендуете Великобритании и странам ЕС пересмотреть запрос чеченской администрации об открытии своих представительств на их территории…
Ф.Д.: Полагаю, следует проявить в этом вопросе особую осторожность. Нынешний чеченский авторитарный режим пытается открыть свои представительства. Какого рода будут эти представительства? Будут ли (с их помощью - прим. «Кавказского узла») иметь место операции по слежке, высылке на родину? Существуют самые разные угрозы...
Г.Ш.: То есть Вы полагаете, решение о возможном открытии представительств Чеченской Республики в Европе требует особого обсуждения?
Ф.Д.: Если Чечня является частью России, то интересы свои она должна представлять посредством структур федерального правительства России. Если Чечня добивается некоторой автономии, тогда возможно говорить о сотрудничестве, но только с честно избранной представительной властью. А разве нынешнее правительство, нынешний чеченский парламент представляет собой честно избранное, свободное, демократическое собрание? Потому, черт возьми, кого будут представлять эти чеченские офисы?
Г.Ш.: Вы также рекомендуете пересмотреть политику предоставления убежища и возвращения беженцев с целью обеспечения защиты чеченцев, жизни которых угрожает опасность. Данный доклад посвящен Чечне, но Вы говорите и о ситуации на Северном Кавказе в целом. Полагаете ли Вы, что в будущем эту политику следует пересмотреть по отношению ко всему региону?
Ф.Д.: Конечно. Возвращение беженцев я считаю совершенно неправильным до тех пор, пока нет полной уверенности в том, что по возвращении домой они не рискуют подвергнуться какому бы то ни было недопустимому обращению. Пока существует малейший риск притеснений, физического насилия или тем более убийства, репатриация, на мой взгляд, совершенно недопустима.
Г.Ш.: На первой странице Вашего доклада фотография Наташи Эстемировой, и в предисловии Вы упоминаете о пропавших без вести…
Ф.Д.: Мы уже говорили о запугивании и притеснении свидетелей, все это ужасно. Но что, на мой взгляд, еще ужаснее, так это исчезновение людей. Когда ты не знаешь, где твои родные, что с ними случилось — это трагедия.
Г.Ш.: Скоро исполнится год с убийства Наташи Эстемировой, а следствие по этому делу так и не дало никаких убедительных результатов. Как Вы думаете, имеет ли смысл напоминать о важности этого расследования? Какой Вы увидели атмосферу вокруг "Мемориала" в ходе своего визита?
Ф.Д.: Меня весьма и весьма печалит тот факт, что ситуация никак не изменилась Когда расследование этого преступления только началось, делались заявления вроде: «Все в порядке, следствие уже ведется». Меня это возмущает. Кто угодно может начать расследование. Но было ли расследование хоть одного преступления завершено удовлетворительно? Было совершено тяжкое преступление ... - никаких результатов нет. Разумеется, дела известных правозащитников имеют особое значение, но и преступления против простых людей вызывают большое огорчение.
Мы хотели обсудить ситуацию и нашу критику непосредственно с Кадыровым. Глубокое разочарование вызвала информация об отсутствии у него возможности встретиться с нами (встреча с Р.Кадыровым стояла в повестке на первый день визита, но была отменена - прим. "Кавказского узла").
Нас (авторов доклада, лорда Фрэнка Джадда и Джо Свинсон - прим. «Кавказского узла») весьма настораживают непрекращающиеся попытки (власти - прим. «Кавказского узла») сделать небезопасным положение критически настроенных организаций, например такой как «Мемориал». Никакой критики от НПО в ходе наших встреч в адрес «Мемориала» не прозвучало, некоторые наоборот выражали свое уважение к «Мемориалу». Настойчивое желание разделить «Мемориал» и местные правозащитные организации представляется нам еще более отвратительным. Власти Чечни сначала высказали надежды на более тесное сотрудничество, но затем они осудили деятельность «Мемориала» (23 сентября 2009 в интервью газете «Завтра» Рамзан Кадыров сказал: «"Мемориал" — это организация, придуманная для подрыва России. Люди, которые там собрались, не патриоты России. Человек родился в России, живет в России — как он может говорить о своей Родине так плохо? Мне с такими людьми противно разговаривать" - прим. «Кавказского узла»). А когда мы встречались с сотрудниками офиса чеченского уполномоченного по правам человека, многое из того, что говорил Нухажиев, произвело на нас весьма неприятное впечатление. Людям, которые обязаны отстаивать правду, не пристало выступать с подобными весьма пагубными замечаниями.
Отчет Парламентской группы по правам человека
июль 15 2010, 10:30
Рекомендации делегатов
I. Органам власти России и Чечни:
1) обеспечить большую прозрачность и подотчетность по вопросу выделения средств из федерального бюджета для Чеченской Республики и других средств, расходуемых администрацией Чечни;
2) организовать более широкие и вдумчивые публичные обсуждения в Чечне, в особенности по вопросам приоритетов расходов на общественные нужды и социальные программы;
3) обеспечить соответствие законодательству Российской Федерации в правоприменительной практике Чечни;
4) создать более свободную и безопасную среду для деятельности НПО в Чечне, включая поддержание и укрепление связей чеченских правозащитников и жертв с московскими и международными организациями;
5) преодолеть с климат безнаказанности в Чечне и обеспечить эффективные механизмы для подотчетности спецслужб, включая:
i. увеличение политической поддержки верховенству закона в Чечне и выстраивание эффективных механизмов судебной власти, позволяющих судебное преследование и наказание нарушителям прав человека;
ii. углубленный, тщательный анализ масштаба угрозы терроризма в Чечне и соседних республиках, чтобы обеспечить проведение более эффективных контртеррористических операций;
iii. развитие (программ – прим. «Кавказского узла») поддержки свидетелей и их семей, чтобы обеспечить присутствие ключевых свидетелей для дачи показаний;
iv. изучение решений Европейского суда по правам человека с целью повторного рассмотрения дел, по которым Суд указал новые направления расследования или конкретных нарушителей;
v. применение дополнительных усилий для раскрытия дел о похищениях; необходимость положить конец продолжающемуся преследованию семей подозреваемых боевиков;
6) разрешить проблему жестокого обращения с чеченскими заключенными, в том числе с теми, кто отбывает наказание за пределами республики;
7) расширить доступ в Чечню представителям иностранных правительственных и парламентских делегаций, независимых СМИ и неправительственных организаций;
8) способствовать развитию диалога с международным сообществом о ситуации в Чечне.
II. Правительствам Великобритании и стран-членов ЕС, широкому международному сообществу:
1) более активно сотрудничать с российскими и чеченскими государственными органами по вопросам безопасности и прав человека в Чечне и регионе;
2) рассмотреть влияние ситуации в Чечне на обстановку во всем регионе и в мире в целом, на примере настоящего и будущего времени, способствовать улучшению освещению обстановки в регионе независимыми СМИ;
3) оказать помощь российским и чеченским органам власти в эксгумации массовых захоронений и идентификации тел, в том числе в связи с двумя предыдущими войнами в Чечне;
4) найти лучшие способы поддержки гражданского общества и правозащитных организации в Чечне;
5) пересмотреть запросы чеченской администрации об открытии представительств в своих (европейских – прим. «Кавказского узла») странах;
6) пересмотреть политику предоставления убежища и возврата беженцев, чтобы обеспечить защиту чеченцам, которым грозит опасность.
15-19 февраля 2010 г.
Неофициальный перевод фрагмента отчета (страницы 29-30) подготовлен "Кавказским узлом". С полной версией отчета на английском языке можно ознакомиться здесь.
