Излечима ли болезнь этноцентризма? ч.1 http://xn--c1acc6aafa1c.xn--p1ai/?page_id=2482
Излечима ли болезнь этноцентризма? ч.2 http://xn--c1acc6aafa1c.xn--p1ai/?page_id=2500
Вид для печати
Излечима ли болезнь этноцентризма? ч.1 http://xn--c1acc6aafa1c.xn--p1ai/?page_id=2482
Излечима ли болезнь этноцентризма? ч.2 http://xn--c1acc6aafa1c.xn--p1ai/?page_id=2500
Болезнь у них идет отчасти на спад генетически они не показывают родства с аланами, скифами, сарматами и даже яссами венгрии.
Битва за аланское наследие. Осетины, ингуши, карачаевцы
На Северном Кавказе продолжается конкуренция за историческое прошлое
Борис Семенов
http://onkavkaz.com/upload/000/u1/146/6dc33e81.jpg
В конце 2015 года новый импульс получила многолетняя дискуссия о том, какие народы на Северном Кавказе могут претендовать на статус прямых потомков алан и Аланского царства.
Поводом к новому витку дискуссии послужило открытие в Ингушетии въездной арки в город Магас, которая получила более чем символическое название «Аланские ворота». Данное событие не осталось незамеченным в Северном Осетии.
Первый шаг осетин
Мы уже писали ранее о ходе давней дискуссии между тремя народностями Северного Кавказа о том, кому принадлежит аланское наследие – осетинам, ингушам или карачаево-балкарцам.
Напомним, что средневековое царство Алания существовало на Кавказе с начала I тысячелетия до середины XIV века, пока не пало под нашествием монголов. История его возникновения и расцвета занимает умы не только ученых, но и огромного количества общественников, блогеров и активистов Кавказа.
Поскольку считаться наследниками одного из древнейших и могущественных государств Кавказа хочется многим. Оттого, сразу три народа Кавказа – осетины, карачаево-балкарцы и ингуши претендуют на то, чтобы считаться потомками легендарного царства.
http://onkavkaz.com/upload/000/u1/146/3d609d94.jpg
Так случилось, что осетинам в этом споре удалось в политическом отношении добиться большего. После краха Советского Союза именно осетины в 1995 году добавили к названию своей республики Северная Осетия слово Алания.
Застолбив за собой аланский бренд и в других культурных и политических нишах, осетинам удалось добиться того, чтобы большая часть россиян начала устойчиво ассоциировать с наследием древних алан именно современных осетин, как потомков древнего ираноязычного народа.
Кто что успел застолбить
Однако, и другие претендующие на аланское наследие народы Кавказа преуспели немало. Так, ингушским властям удалось в 1998 году присвоить новой столице Ингушетии, заложенной четырьмя годами ранее, название – Магас.
Это решение было с дальним историко-политическим прицелом. Поскольку Магас – это название столицы древнего Аланского царства. Так, согласно средневековому автору аль-Масуди «столица царства аланов называется Ма’ас, что означает — благочестие».
Однако, свое слово в этом споре еще суждено было сказать карачаево-балкарцам, проживающим в двух соседних республиках Кавказа – Карачаево-Черкесии и Кабардино-Балкарии.
http://onkavkaz.com/upload/000/u1/147/305b2904.jpg
В силу многонационального характера республик их проживания, карачаевцы и балкарцы не могли подобно осетинам и ингушам, проживающим в мононациональных республиках, закрепить за собой аланское наследие политическими решениями.
Однако, свой родной язык карачаевцы и балкарцы между собой весь этот период называли аланским, а самих себя аланами. Тем не менее, это никак не фиксировало в сознании остальных народов Кавказа аланское наследие за карачаево-балкарцами.
Однако, в ноябре 2014 года в Москве на базе Российской академии наук прошла весьма представительная Международная научная конференции "Этногенез, история, язык и культура карачаево-балкарского народа".
По итогам конференции вышло много статей, интервью, передач и сюжетов. Главной целью, ради которой и была созвана эта Конференция, было подтверждение тезиса 1959 года языковеда Умара Алиева об аланском происхождении карачаево-балкарцев.
Реакция Северной Осетии
Что касается политического посыла постройки "Аланских ворот" в Ингушетии, то на открытии арки Юнус-Бек Евкуров отметил: «Новая арка станет визитной карточкой Ингушетии, символом её древней и героической истории», - отметил глава республики Юнус-Бек Евкуров. «Аланские ворота» должны служить напоминанием о славной истории народа, наших предков».
В Северной Осетии реакция на это событие неоднозначная: одни считают, что предпринята очередная попытка переписать историю, другие не видят ничего зазорного в том, что соседи хотят отождествлять себя с предками осетин, - сообщает осетинское радио.
Доктор исторических наук Людвиг Чибиров сообщил, что открытие арки «Аланские ворота» в Ингушетии, на его взгляд, «носит политический, но никак не исторический и тем более научный характер».
http://onkavkaz.com/upload/000/u1/146/39371b4c.jpg
С его слов, «кавказские народы схлестнулись в борьбе за исключительное право называться аланами». Карачаевцы, ингуши пытаются отнять алан у осетин, игнорируя мнение мировой академической науки, давно определившейся в вопросе этногенеза осетинского этноса, - считает Чибиров.
Противоположного мнения придерживается первый заместитель председателя осетинского парламента Станислав Кесаев. «Возмущения некоторой части нашего населения по поводу открытия «Аланских ворот» – это продолжение возмущения по поводу названия столицы Магас», - считает он.
«Мы не можем любому народу, в том числе, братскому ингушскому запретить считать, что у него есть право выбирать себе предков. Ингушетия опередила нас с проектом знаменитого «Шелкового пути»…
И организовала туристический маршрут, который начинается в ингушском Магасе, и я хочу нашим патриотам сказать, что, чем говорить, лучше делать. Ура-патриоты должны просто знать, что Родину надо любить не словами, а делами», - заявил Кесаев.
Аланы раздора
Ингушские историки уже долгие годы выстраивают доказательный ряд относительно аланского происхождения своего народа. Так Нурдин Кодзоев вообще пишет, что на древнеингушские племена «этноним аланы начинает распространяться с начала нашей эры».
При этом, в «Истории Ингушетии», изданной в 2011 году, утверждается, что «ингушский народ – один из древнейших народов мира, а корни ингушей восходят к аланам».
http://onkavkaz.com/upload/000/u1/147/932370cf.jpg
Карачаевская и балкарская сторона также приводит большое количество свидетельств того, что именно они являются прямыми потомками древних алан. При этом они ссылаются на такие имена советской науки, как Крупнов, Серафимович, Абаев, Алексеева и т.д.
Более примирительной выглядит версия ряда историков, что в средневековье предки и осетин, и ингушей, и карачаево-балкарцев входили в племенной союз алан, ставший основой формирования влиятельного Аланского царства.
Однако, пока, как справедливо замечает «Осетинское радио», аланы из истории постепенно превращаются в политику, что чревато последствиями. "Аланы сегодня разъединяют Кавказ, становясь объектом спекуляций в руках различных маргиналов. Об этом можно только сожалеть", - сообщает ресурс.
http://onkavkaz.com/news/638-bitva-z...rachaevcy.html
Кто такие аланы, и причем здесь осетины
Не гунны положили конец Римской империи. Она пала под копытами аланской конницы. Восточный народ с длинными черепами принес в Европу новый культ войны.
http://weekend.rambler.ru/imgs/2016/...95b58fbe6e.jpg
Непобедимые воины
Римская империя за всю свою историю не раз сталкивалась с нашествием кочевых племен. Задолго до аланов границы античного мира сотрясались под копытами сарматов и гуннов. Но в отличие от своих предшественников аланы стали первым и последним «негерманским» народом, которым удалось основать значительные поселения в Западной Европе.
Долгое время они существовали рядом с империей, периодически нанося им соседские визиты. Многие римские полководцы рассказывали о них в своих воспоминаниях, описывая их как непобедимых воинов.
Согласно римским источникам, аланы жили по обе стороны Дона, то есть в Азии и Европе, поскольку, по мнению географа Клавдия Птолемея, граница проходила по этой реке.
Тех, что населяли западный берег Дона, Птолемей называл скифскими аланами, а их территорию «Европейской Сарматией». Те, что жили на Востоке, именовались скифами в одних источниках (у Птолемея) и аланами в других (у Светония).
В 337 году Константин Великий принял аланов в состав Римской империи на правах федератов и поселил их в Паннонии (Центральная Европа). Из угрозы они разом превратились в защитников границ империи, за право поселения и жалование. Правда, ненадолго.
Спустя почти сотню лет, недовольные условиями жизни в Паннонии, аланы вступили в союз с германскими племенами вандалами. Именно эти два народа, выступая вместе, сыскали себе славу разорителей Рима после того, как в течение двух недель грабили Вечный город. Римская империя так и не смогла опомниться от этого удара. Спустя двадцать один год германский вождь Одоакр формально «оформил» падение Рима, заставив последнего из римских императоров отречься от престола. Имя вандалов, и по сей день, остается нарицательным.
Мода на «аланское»
Представьте себе граждан Рима, которые начали подражать варварам. Нелепой кажется одна мысль о том, что римлянин, одетый в шаровары на сарматский лад, отрастил бороду и рассекает на низкорослой, но быстрой лошади, стараясь соответствовать варварскому образу жизни. Для Рима V века нашей эры это не было редкостью.
Вечный город буквально «накрыла» мода на все «аланское». Перенимали все: воинское и конное снаряжение, оружие; в особенности ценились аланские собаки и кони. Последние не отличались ни красотой, ни ростом, но славились своей выносливостью, которой приписывали чуть ли не сверхъестественный характер.
Пресытившиеся материальными благами римские патриции искала отдушину во всем простом, естественном, примитивном и, как им казалось, близком к природе. Варварская деревня противопоставлялась шумному Риму, античному мегаполису, а самих представителей варварских племен идеализировали настолько, что следы этой «моды» легли в основу последующих средневековых преданий о куртуазных рыцарях. Нравственные и физические преимущества варваров были излюбленной темой романов и повестей того времени.
Для алан, как в целом и для остальных федератов, был характерен прямо противоположный процесс. Варвары предпочитали пользоваться достижениями крупной цивилизации, на периферии которой они оказались. В этот период произошел полный обмен ценностями –аланы романизировались, римляне «аланизировались».
Деформированные черепа
Но далеко не все обычаи аланов приходились по душе римлянам. Так, они обошли своим вниманием моду на удлиненную голову и искусственную деформацию черепа, которая была распространена среди аланов. Сегодня подобная особенность у аланов и сарматов существенно облегчают работу историкам, позволяя определить места распространения последних, благодаря встречающимся в захоронениях длинным черепам.
Так, удалось локализировать место обитания аланов на Луаре, в Западной Франции. По словам Сергея Савенко, директора Пятигорского краеведческого музея, до 70% черепов, относящихся к эпохе аланов, имеют удлиненную форму.
Чтобы достигнуть необычной формы головы, новорожденному, у которого еще не окрепли черепные кости, плотно их бинтовали ритуальной кожаной повязкой, украшенной бусами, нитями, подвесками. Носили ее до тех пор, пока кости не укреплялись.
Удлинение черепа имело ритуальный характер. Есть версия, что деформация влияла на мозг и позволяла аланским жрецам быстрее в транс. Впоследствии, традицию перехватили представители местной аристократии, а потом это вошло в широкое употребление вместе с модой.
Предки короля Артура
Согласно Флавию Арриану, аланы и сарматы были конными копьеносцами мощно и быстро атакующими врага. Он подчеркивает, что фаланга пехоты, снаряженная метательными снарядами – самое эффективное средство отбить атаку алан. Главное после этого, не купиться на знаменитый тактический ход всех степняков: «ложное отступление», которое они нередко превращали в победу.
Когда пехота, с которой они только что стояли лицом к лицу, преследовала убегающего и расстроившего свои ряды врага, то последний поворачивал коней и опрокидывал пеших воинов. Очевидно, их манера ведения боя впоследствии оказала влияние на римский способ ведения войны.
По крайней мере, рассказывая впоследствии о действиях своего войска, Арриан отмечал, что «Римская конница держит свои копья и бьет врага на тот же манер, что и аланы и сарматы». Это, равно как и соображения Арриана относительно боевых возможностей алан, подтверждает бытующее мнение, что на западе серьезно считались с военными достоинствами аланов.
Боевой дух у них был возведен в культ. Как пишут античные авторы, смерть в бою считалась не просто почетной, но радостной: «Счастливым покойником» у алан считался тот, кто погибал в бою, служа богу. Те же «несчастные», которым довелось дожить до старости и умереть в своей постели, презирались как трусы и становились позорным пятном в семье.
Аланы оказали значительное влияние на развитие военного дела в Европе. С их наследием историки связывают целый комплекс как военно-технических, так и духовно-этических достижений, которые легли в основу средневекового рыцарства. Если верить исследованию Говарда Рейда, военная культура аланов сыграла немалую роль в формировании легенды о короле Артура.
Он основывается на свидетельствах античных авторов, согласно которым император Марк Аврелий принял на службу 8 000 опытных всадников – аланов и сарматов. Большая часть из них была послана на Адрианов вал в Британии. Они сражались под знаменами в виде драконов, а поклонялись богу войны — обнаженному мечу, воткнутому в землю.
Идея поиска аланской основы в легенде об Артуре не нова. Так американские исследователи, Литтлтон и Малкор, проводят параллель между священным Граалем и священной чашей из нартского (осетинского) эпоса, Нартамонгой.
Королевство вандалов и аланов
Неудивительно, что отличающиеся подобной воинственностью аланы в союзе с не менее воинственным племенем вандалов, представляли собой страшную напасть. Отличаясь особой дикостью и агрессивностью, они не шли на договор с империей и не оседали в какой-то местности, предпочитая кочевой грабеж и захват все новых и новых территорий.
К 422-425 годам они подошли к Восточной Испании, завладели находящимися там кораблями, и под предводительством вождя Гейзериха высадились в Северной Африке. В то время африканские колонии Рима переживали не лучшие времена: они страдали от набегов берберов и внутренних мятежей против центрального правительства, в общем, представляли лакомый кусок для объединенного варварского войска вандалов и аланов.
Буквально за несколько лет они покорили огромные африканские территории, принадлежавшие Риму во главе с Карфагеном. К ним в руки перешел мощный флот, с помощью которого они неоднократно наведывались на побережья Сицилии и Южной Италии.
В 442 году, Рим был вынужден признать их полную независимость, а еще через тринадцать лет - свое полное поражение.
Аланская кровь
Аланы за все время своего существования успели побывать на многих территориях и во многих странах оставить свой след. Их миграция растянулась от Предкавказья, через большую часть Европы, и в Африку. Неудивительно, что сегодня множество народов, живущих на этих территориях, претендуют на то, чтобы считаться потомками этого знаменитого племени.
Пожалуй, наиболее вероятные потомки алан – современные осетины, которые считают себя приемниками великой Алании. Сегодня среди осетин даже есть движения, выступающие за возвращение Осетии ее якобы исторического названия. Стоит отметить, что у осетин есть на основания претендовать на статус потомков аланов: общность территории, общность языка, который считается прямым потомком аланского, общность народного эпоса (Нартовского эпоса), где ядром якобы служит древний аланский цикл.
Основные противники данной позиции – ингуши, которые также выступают за свое право называться потомками великих аланов. По другой версии, аланы в античных источниках были собирательным названием для всех охотничьих и кочевых народов, находившихся к северу от Кавказа и Каспийского моря.
Согласно наиболее распространенному мнению, лишь часть аланов стали предками осетин, в то время как другие части слились или растворились в других этнических группах. Среди последних - берберы, франки и даже кельты.
Так, по одной из версий, кельтское имя Алан происходит от патронима «аланы», которые обосновались в начале V века в Луаре, где смешались с бретонцами.
http://weekend.rambler.ru/read/2016/...dies-osietiny/
Осетинский протест за «Аланское право»
Накануне, 5 марта в столице Северной Осетии состоялся митинг с участием около 1 тысячи человек, как сообщают Северо-Осетинские СМИ. Поводом для бунта стала петиция по переименованию Ингушетии в Аланию, распространенная в социальных сетях и привлекшая внимание «соседей», которые претендуют на историческую принадлежность к древним аланам.
Склонность к присваиванию чужой истории в международных отношениях, к искажению исторических фактов, посягательство на историческое сознание народа в этом деле уже имеет второстепенное значение в ряду фактов о разумности случившегося накануне во Владикавказе. Петиция, из которой сплетено народное негодование, подписали менее 200 человек, что на 480 000 тысяч душ населения, была бессмысленном актом для ингушского народа и поводом подкинуть дров в межнациональные отношения для Северной Осетии, в том числе и для ее руководства. Удивительно, что главную роль в этой пьесе сыграл сам Вячеслав Битаров, чьи резкие высказывания в частности привели к иллюзорному представлению о петиции, которой не придали особого значения популярные общественные деятели Ингушетии, активные пользователи социальных сетей, равно как и официальные власти, которые подтвердили информацию о том, что к данной инициативе отношения не имеют.
Вячеслав Битаров, организовавший собрание депутатов для обсуждения «аланского» вопроса, «пригрозил» федеральным центром, пообещав, что не допустит провокаций, несмотря на то, что своими высказываниями подтолкнул осетинский народ к провокационным действиям и принял активное участие в провокационном митинге в ряду других представителей официальной власти: руководителя Администрации Главы и Правительства Рустема Келехсаева, председателя ПравительстваТаймураза Тускаева, депутата Государственной думы Казбека Тайсаева и руководителей министерств и ведомств. Присутствие в массовом скоплении «бунтарей», вызванного «мертвой петицией», высших должностных лиц региона весьма иронично. Протестовали и активные пользователи интернета, вспоминавшие осетино-ингушский конфликт и призывавшие к повторной депортации ингушей. Видимо, довольно резкие высказывания допустимы только с осетинской стороны. «Я не позволю раскачивать ситуацию. Провокации нам не нужны. Обладая теми полномочиями, которые вы доверили мне в статусе Главы республики, даю слово, что буду предпринимать все меры для защиты наших интересов»,- отметил Глава Северной Осетии. Эти высказывания напоминают предвыборную речь кандидата, пытающегося укрепить свой авторитет и поднять рейтинг за счет вымышленных проблем и тем самым, не понимающего, что проблему он создает сам «здесь и сейчас».
Стоит отметить, что в вопросе по переименованию Ингушетии в Аланию, жителями региона, в следствие неиссякаемого народного желания, вероятно, были бы использованы более результативные методы и способы с привлечением масштабного количества людей, кроме малозначимой петиции. Порядок провокационных действий некоторых высокопоставленных чиновников в Северной Осетии способствуют разжиганию межнациональной розни. Вмешательство руководства Осетии оборачивается только новыми вспышками агрессии в межнациональных отношениях соседских регионов. http://kavpolit.com/blogs/ingushetiya_segodnya/32622/
Аланское наследие и историческая мифология
https://gdb.rferl.org/8B88A865-E177-...w1023_r1_s.jpg
Историки - о том, кто такие "аланы" на самом деле
Не утихают споры вокруг исторического наследия Алании. "Кавказ.Реалии" уже писал, что на нее претендуют разные кавказские народы, поэтому решил обратиться к представителям научного сообщества - к доктору исторических наук Зареме Кипкеевой и историку Сергею Перевалову для разъяснения ряда спорных моментов в научном ключе. Мы задали одни и те же вопросы обоим ученым.
Почему, на Ваш взгляд, проблема принадлежности к исторической Алании так сильно актуализировалась сейчас?
Кипкеева: Очевидно, актуализация "аланского" этногенеза в Южной Осетии лежит в плоскости, далекой от исторической науки. Однако я не готова обсуждать современную политическую ситуацию в республике, где используют любые зацепки для объединения с Северной Осетией и войти в состав России.
Перевалов: На Северном Кавказе идет бурный процесс этногенеза малочисленных наций, политическим элитам требуется соответствующая историческая мифология (потому что научной истории у младописьменных народов не было до прихода русских). Аланская тема всплыла (ранее существовала в латентной форме) сразу после распада СССР в 90-е годы как замена социалистической утопии. Тогда появилась приставка "Алания" к названию Северная Осетия, название Магас для новой столицы Ингушетии. Хороший очерк распространения аланской темы в общественно-политической сфере дает В.А.Шнирельман в книге "Быть аланами" (М., 2006). Нынешняя вспышка борьбы за аланское наследство не первая, она вызвана получившими широкое освещение в СМИ событиями: постройкой пышных "Аланских ворот" ингушами в Магасе, и референдумом в Южной Осетии о новом названии республики - "Государство Алания" (назначен на 9 апреля).
С точки зрения науки, какие народы имеют право на аланское наследие? Наука оценивает этот вопрос однозначно или есть разные теории?
Кипкеева: Если бы в науке утвердилась однозначная теория аланского наследия, это было бы по меньшей мере странно. Во-первых, слишком мало достоверных источников, во-вторых, изначально эта научная проблема была тенденциозно привязана европейскими авторами к политическим и идеологическим концептам об "ираноязычности скифов и алан" и "индоевропейской семье", в которых не было места тюркоязычным народам, зато нашлось для ираноязычных осетин. Вот их и "назначили" потомками алан и в 19-20 вв. еще долго убеждали и уговаривали признаться, что они есть аланы-асы-осы. Но последние упорно не хотели отказываться от своего самоназвания "ирон", в отличие от названия "осетин", от которого, похоже, скоро легко откажутся.
Между тем карачаевцы и балкарцы - единственный народ, сохранивший в своем языке название "алан" в качестве обращения друг к другу. Археологические памятники, лингвистические данные, письменные свидетельства средневековых данных свидетельствуют в пользу теории аланского этногенеза карачаевцев и балкарцев. Впрочем, историческая Алания включала в себя многие народы Северного Кавказа. Неудивительно, что "аланский след" прослеживается в этногенезе, культуре и языке различных народов.
Перевалов: На аланское наследие претендуют осетины, карачаевцы и балкарцы (это две части практически одного тюркоязычного народа), вайнахи (ингуши и в меньшей степени чеченцы). Основание - язык (у осетин), территория - у других (средневековая Алания имела центр на территории нынешнего Карачая и захватывала ингушские и чеченские земли до Дагестана). Отношения аланов и позднейших народов трактуются как "предки" и "потомки". Основатель научного осетиноведения Вс.Ф.Миллер считал аланов предками ряда выше перечисленных кавказских народов - не только осетин, но, поскольку он больше занимался языком, а имеющиеся данные по аланскому языку достаточно убедительно указывают на то, что это - язык восточно-иранской группы (той же, что и осетинский), осетины настаивают на своем аланском первородстве. Современная историческая этнография выделяет ряд критериев для этнической идентификации, язык не считается единственным или основным, предпочтение дается самосознанию, выраженному этнонимом. Поскольку письменных текстов на аланском языке до нас не дошло (есть только пробные надписи), мы не знаем особенностей аланского менталитета, как они себя называли, поэтому их связь с современными нациями гипотетична. Ведущие специалисты по аланам - В.А.Кузнецов (Россия) и Я.Лебединский (Франция) достаточно сдержанно прокомментировали аланские претензии наиболее активных протагонистов аланского мифа - осетин. "Осетины - не аланы, а потомки одной из аланских групп, причем средневековые аланы не идентичны античным" (перевод с французского по памяти). Примерно то же следует сказать о других претендентах, унаследовавших какие-то аспекты аланской культуры (материальной, духовной), генетический код и др. Аланы могут считаться языковыми предками осетин (но надо иметь в виду, что в процессе расселения аланов по просторам Евразии они подвергались ассимиляции: переходили на другой язык, в частности, тюркский, так что название иранский "аланский язык" следует относить только к наиболее древней его ветви), но не этническими предками. Об этом, в частности, говорит видный специалист по североиранским народам в древности Аскольд Иванчик, член-корреспондент РАН. На мой взгляд, нынешние северокавказские народы сформировались как этносы уже после падения Аланской державы в результате разгрома Тамерлана, то есть в научном плане говорить о преемственной связи с аланами как этносом не может ни один современный народ.
Оправдано ли, с точки зрения науки, желание политиков Южной Осетии переименовать республику в Аланию?
Кипкеева: Возвращение исторического этнического названия, на мой взгляд, оправдано, если оно стойко сохранилось в родном языке в качестве самоназвания, а название, данное соседними народами, упорно воспринимается как чуждое и неприемлемое. Известно, что грузины назвали территории к северу от Главного Кавказского хребта - Осети, т.е. земля осов (асов, алан). Так, собственно, и стали ираноязычные горцы называться осетинами. В науке же известно их самоназвание "ирон", но, как мы видим, к нему возвращаться осетинские политики и историки не призывают.
Перевалов: С научной точки зрения и с точки зрения здравого смысла неоправдано желание РЮО переименовать республику в "Государство Алания". Это - политический проект, он может иметь негативные последствия для взаимоотношений с соседними регионами (субъектами РФ на Кавказе и Грузией), и, я полагаю, с Россией, т.к. осетины претендуют в среднесрочной перспективе объединить обе республики под одним названием (Алания) на этнической основе, а это противоречит курсу российской национальной политики на создание "единой гражданской нации" без политически организованных этнических анклавов.
Может ли научное сообщество предотвратить межэтническую напряженность, которая может быть стимулирована борьбой за аланское наследие?
Кипкеева: Для этого есть один верный способ: оставить аланскую проблему для научных поисков, конференций, исследований, монографий, учебников по средневековью. Однако если в Осетии с "аланским наследством" действительно планируют получить какой-то "политический капитал", то в этой сфере научное сообщество бессильно. В то же время общественные организации различных народов, конечно, не могут не высказывать от имени своих народов крайнюю озабоченность по поводу провокаций, стимулирующих межэтническую напряженность.
Перевалов: "Может ли научное сообщество предотвратить межэтническую напряженность"? Может, но для этого надо перевести разговор в чисто научную плоскость - изучение источников ради восстановления - максимально честного - аланской истории на фактах, полученных при непредвзятом изучении материала. В кавказских республиках (в том числе Северной и Южной Осетии) нет специалистов-античников и медиевистов со знанием древних языков (главные - латынь и греческий) и умением работать с современной зарубежной литературой. В каждой из республик (РСО-Алания, Карачаево-Черкесия, Ингушетия, Чечня) есть свои академические институты, ведущие не столько исследования, сколько этноцентристскую пропаганду роли аланов в истории своих ("титульных") народов. Историческая наука в российских столицах и международных центрах в целом менее политизирована и историки редко вмешиваются в споры претендентов на аланское наследие (пример - Агусти Алемань из Барселоны).
Алий Тоторкулов, руководитель Российского конгресса народов Кавказа, сетовал на слабость положения тюркологов в научном сообществе страны и в этом он видит причину того, что карачаево-балкарцы все еще не воспринимаются как наследники алан. Вы разделяете эту точку зрения?
Кипкеева: Да, у нас серьезные проблемы с развитием исторической науки. И так было, не побоюсь этого слова, всегда. К истории тюркоязычных народов нашей страны, наследникам великих древних и средневековых государств отношение складывалось предвзятое и уничижительное, принимались как бы превентивные меры по недопущению неведомого, но пугающего "пантюркизма", в том числе и с помощью псевдонаучных фальсификаций. Так что да, у карачаево-балкарских ученых несравненно меньше возможностей и поддержки, чтобы широко вводить свои исследования в научный оборот. Однако это не значит, что наука стоит на месте, особенно по вопросам аланского происхождения.
Перевалов: Относительно слабости позиций тюркских трактовок истории (в сравнении с иранскими). Отчасти. Нужно помнить, что ряд тюркоязычных народов (карачаевцы и балкарцы) были депортированы в годы Великой Отечественной войны, и традиция изучения этих народов была прервана. Но сейчас дело изучения их прошлого восстанавливается, недавно (2015 г.) в московском Институте этнологии и антропологии состоялся крупный конгресс по этногенезу карачаевцев, там затрагивались и смежные темы тюркологии, так что дело налаживается. Профессиональный уровень некоторых тюркологов, занимающихся аланским прошлым, оставляет желать лучшего. http://www.kavkazr.com/a/expert-alan.../28331007.html
Страсти по Алании
http://free-view.org/wp-content/uplo...byyvzglyad.jpg
В последнее время особо актуальной стала тема аланизации. Споры об исторической принадлежности к потомкам полумифической цивилизации Алан из кабинетов историков перекочевали на улицы кавказских городов и грозят стать причиной межнациональных войн на Кавказе. Вслед за осетинами и карачаевцами о своей принадлежности к аланам заявили и ингуши, назвав свою столицу Магасом и выстроив на въезде в республику так называемые «Аланские ворота».
Мнение простых граждан в этом вопросе, конечно же, не может быть воспринято серьезно. Другое дело — мнение историков и политиков, которое может иметь конкретные последствия в виде руководства к действию. И проблема в том, что нет никаких достоверных фактов о древнем государстве «Алания», а тем более об их потомках. Что и является благоприятной почвой для ведения как профессиональных, абсолютно противоположных дискуссий, так и бытовых, которые могут перерасти в серьезные межнациональные конфликты.
Мнение редакции в данном вопросе нейтрально. Поэтому мы считаем, что подобные недоказуемые исторические вопросы следует отложить в сторону, в кабинеты ученых, подальше от политики и межнациональных взаимоотношений. На самом деле же не важно, что было раньше, а важно то, кто мы сегодня и что мы оставим нашим потомкам, которые о нас будут знать все и достоверно.
Сегодня мы предлагаем вниманию читателей два противоположных взгляда на тему аланизации Осетии. Известный наш ученый-историк Сергей Перевалов считает, что осетины не являются потомками алан. Другой же известный российский ученый Сергей Арутюнов утверждает противоположное, что осетины являются прямыми потомками алан. Где правда, а где заблуждение? Возможно, на этот вопрос нет ответа. Поскольку все мнения основываются не на исторически доказанных фактах, а на других мнения, что в принципе ненаучно.
Не быть аланами
Когда не исправляют имена, перестают понятными быть вещи.
Перестают понятными быть вещи – не совершаются дела.
Конфуций
Призрак бродит по Кавказу – призрак аланизма. Ищет, где бы и как бы найти пристанище. Такие места находятся: Карачай, Балкария, Ингушетия, Чечня. Но лидером по части погони за призраком является Осетия. Разговор в настоящей статье пойдет о претензиях на аланство, выдвигаемых осетинской общественностью. Претензии эти – сразу сформулирую свой тезис, не имеют под собой достаточных оснований, но будоражат общественно-политическую жизнь изрядно. Вот и сейчас мы наблюдаем очередной виток полемики по аланскому вопросу из-за объявленного референдума в Южной Осетии. В связи с текущими событиями будет, полагаю, нелишним упорядочить аргументы против навязчивой идеи переименования Осетии (в любых границах, переименования случившегося и планирующегося) в Аланию, а осетин – в аланов.
Почему встал вопрос о переименовании народа? Сотни лет осетины назывались осетинами, под этим именем, засвидетельствованным европейскими и российскими путешественниками, они вошли в историю. Но с некоторых пор этот этноним, полученный от грузин, перестал удовлетворять осетинскую интеллектуальную элиту, и в поисках подходящей замены они остановились на аланах, усиленно продвигая в общество версию о преемственности и даже полной идентичности с этим средневековым народом. Попытки соседей приобщиться к аланскому наследию расцениваются осетинами как посягательство на их национальную историю, которое следует отвергать «с порога», используя не только научные средства, но и политические.
Как распутать клубок взаимопротиворечащих этногенетических версий? Имя «аланы» вошло в обиход из науки, изучающей людей прошлого – истории. Оттуда же черпают аргументы «за» и «против» отождествления с ними современных этносов. Слово за специалистами в аланской истории. Если научный вердикт окажется отрицательным, то очевидно, что аланский проект на осетинской почве потеряет свою основательность и привлекательность. При всех вариантах доводы аланофилов стоит подвергнуть критической проверке с позиций разных научных дисциплин.
Начнём с истории.
Аланы = осетины? Что говорят ученые?
Сторонники аланизации утверждают, что вопрос об отождествлении осетин, и только их, с аланами уже решен «мировой наукой», причем решен однозначно и окончательно.
Это не так. Вот мнения ученых первого ряда – тех, кто делает «мировую науку».
Еще в 19-ом веке основатель научного осетиноведения академик В.Ф.Миллер отмечал, что исторические сведения об аланах, при отсутствии «этнографической отчетливости», «только отчасти касаются оссов (осетин – С.П.), а частью могут относиться к другим племенам северного Кавказа». Какие это племена? Те, что располагались на территории средневековой Алании от среднего течения Кубани до Чечни – предки карачаево-балкарцев и вайнахов.
День сегодняшний. Развернутую критику аланизации осетинской истории дал виднейший в стране представитель этноархеологии В.А. Шнирельман в получившей широкий резонанс книге «Быть аланами» (М., 2006). Его коллега, академик Валерий Тишков, ведущий этнолог страны, в качестве примера «узурпации древнего наследия в пользу одного народа» приводил осетин: «осетины прибрали в свою пользу все аланское наследие, не оставив места другим народам Северного Кавказа на древнюю культуру».
О соотношении понятий «предки» и «потомки» применительно к этнической истории осетин высказывался крупнейший алановед В.А. Кузнецов. «Аланы не осетины, а их предки, но предки и потомки не одно и то же» (кн. «Аланы и Кавказ». Вл., 2014). В другой своей книге, «Les Alains» (Париж, 2005), выпущенной в соавторстве с Я.Лебединским на французском языке, эта мысль (за счет его французского визави) подчеркнута еще сильнее: «осетины не аланы (les Ossètes ne sont pas Alains): они частично – потомки одной части аланов, причем аланы древности не идентичны аланам средневековья».
Современные осетины не есть аланы, но их «потомки», причем не единственные, – на такой точке зрения стоят вышеперечисленные авторитетные ученые. Им противостоят те, кто ставит знак равенства между аланами и осетинами (вариант – признает прямую преемственность), отвергая наличие неосетинского элемента среди аланов. Причины научного характера такого расхождения коренятся в разных подходах к отбору критериев, определяющих этногенез и основные понятия этнической теории. Переходим к этнологии.
Аланы как «предки»?
Осетиновед-лингвист М.И. Исаев так трактовал проблему. «Народы — как люди. Подобно тому, как у каждого человека своя собственная биография, любой этнос обладает историей, присущей только ему». По аналогии с человеческой родословной Исаев выстраивает преемственную цепочку: скифы — аланы — осетины, основываясь на «важнейшем» (как он считает) определителе этноса – языке: «генетические классификации языков и народов (этносов) почти полностью совпадают». Язык в качестве основного маркера этнической идентификации принимают большинство сторонников аланской теории осетинского этногенеза, включая В.И. Абаева и его последователей.
«Народы — как люди» – это метафора. Такой прием годится для литературы, но не для науки, где требуется точность формулировок. Большая разница: у человека один отец и одна мать, у народа много источников. Ограничиваясь языком, можно определить «предков» и «потомков», как это делал Вс.Ф. Миллер для кавказских народов. А вот его знаменитый современник историк В.О. Ключевский, работающий на более широком материале, писал о дославянском населении южной России в таких словах: «сами эти народы остаются этнографическими загадками. […] Если эти племена и имели общую генетическую связь с позднейшим населением Европы, то отдельным европейским народам трудно найти среди них своих прямых специальных предков и с них начинать свою историю».
Вопрос о «предках» и «потомках» целого народа (этноса) выводит нас на другой: чем определяется этническая принадлежность? Если брать в качестве критерия язык, то связь между аланским и осетинским (оба относятся к восточно-иранской языковой ветви) считается вполне доказанной, хотя и на крайне скудном (из-за отсутствия у аланов литературы) сопоставительном материале. Но современная этнология иначе подходит к проблеме, не сводя этничность (полностью, или преимущественно) к языку или антропологии, ставя более сложные вопросы, чем двести или сто лет назад.
Как определяют национальность в ходе Всероссийских переписей? Через самоидентификацию. Методология переписи предписывает, чтобы «вопрос о национальной принадлежности заполняется непосредственно самими опрашиваемыми». Этот же принцип зафиксирован в Конституции РФ: «Каждый вправе определять и указывать свою национальную принадлежность. Никто не может быть принужден к определению и указанию своей национальной принадлежности».
Рискну потревожить читателей терминами из философии Канта. Кенигсбергский мудрец делил мир на феномены («вещь для нас») и ноумены («вещь в себе»). Язык – феноменальная категория и познается средствами чувственного восприятия, этничность – ноуменальна, выявляется только умопостигаемыми средствами, именно – через самоотождествление. Биологическую природу может извне определить антрополог, языковую – лингвист. Знание того, к какому этносу принадлежит человек, можно получить только от него. Российский византинист С.А. Иванов с полным основанием заявляет: «Народы не люди и родителей у них не бывает». Критерием отнесения к тому или другому народу выступает не происхождение, а этническое самосознание – фактор, конечно, субъективный, но формирующийся объективно в конкретной исторической среде, о чем писал в свое время русский философ Г. Шпет. Иванову вторит античник и иранист А.И. Иванчик: «И единственное, как можно определить принадлежность того или иного человека к народу – это его спросить — «ты кто?» И он ответит, и этот ответ будет единственно возможным». Применительно к осетинам Иванчик уточняет: «Когда осетины говорят, что они потомки алан, это верно с точки зрения лингвистической, но если мы возьмем аспект того, что называется «кровью», генетический аспект, то выяснится, что аланы участвовали в этногенезе, в происхождении и многих других народов Северного Кавказа. А сами осетины генетически близки к своим соседям и в значительной степени восходят к доаланскому населению Северного Кавказа. То есть, биологически они не имеют больше прав, чем другие, считаться потомками алан».
На сегодняшнем этапе развития науки мы можем говорить не об этническом, а о языковом (с оговорками, поскольку не все аланы были ираноязычны) родстве осетин с аланами. Считаю неверным переносить бинарное понятие «предки–потомки», присущее человеческой родословной, на сферу, связанную с этническим самоопределением. Точнее говорить об аланском «наследии» (культурном в широком смысле), разные стороны которого были по-разному восприняты разными народами.
Важнейший показатель преемственности в этнической общности – унаследованное самоназвание. Как у осетин обстоит дело с этим?
Критерий этнонима.
Что отвечали аланы на вопрос: «кто ты?» — мы достоверно не знаем, из-за отсутствия таковых сведений на аланском языке. Широкое распространение термина «алан» в языках разных письменных народов (китайцы, греки, римляне, арабы, армяне), видимо, говорит о том, что это было самоназвание (эндоэтноним). Аланы жили разбросанно на огромном пространстве Евразийского континента, от Китайской стены до Атлантики. Различные их группы не составляли этнического единства, в качестве «предков» нынешних народов могут рассматриваться только аланы Аланского царства на Северном Кавказе. После разгрома Тамерланом в конце 14-го века, аланская государственность прекратила свое существование. Вопрос в том: сохранились ли (дали ли продолжение) аланы, как народ. Было ли унаследовано их имя, и кем?
В карачаево-балкарском языке присутствует слово «алан», но не в этническом значении, а как обращение. У осетин оно не сохранилось, за исключением гапакса аллон-биллон в нартовском эпосе. Нынешнее русифицированное название «осетины» происходит от грузинского слова Осети (страна осов), восходящего, как полагают лингвисты, к альтернативному аланскому этнониму асы (ясы русских летописей). На своем языке разные племенные группы осетин назывались иронцы, дигорцы, туальцы. Кроме того, существовало деление по ущельским обществам (тагаурцы, куртатинцы, алагирцы и др.). В литературе (грузинской, русской, европейской, осетинской) и быту в качестве общего названия для народа закрепился этноним овсы/осы/осетины. Историческим мифом, поддерживающим национальное единство, стала не память об известных в европейской историографии походах аланов и их царях, а грузинская историческая традиция о деяниях овсов-осов и прародителе осетин Ос-Багатаре. Смена этнонима (хотя и заимствованного, но воспринятого в народе), тем самым, фиксировала разрыв исторической памяти – основы этнического самосознания. Люди перестали воспринимать себя аланами (их частью), и самоопределились как осетины. Так было веками, но бурный рост национального самосознания на развалинах СССР привел к тому, что национальную элиту перестало устраивать не слишком знаменитое осетинство, захотелось чего-нибудь более экзотического. Искать было недолго: аланы, по которым уже существовала значительная литература. Интеллигенции понравилось, аланизм вошел в моду, процесс пошел: «мы не осетины, мы аланы» (Р. Бзаров, Т. Камболов, Т. Туаева). Исторические доказательства тасовались в угоду коньюнктуре.
«Теорема Томаса» для аланской проблемы.
Аланизм, весьма уязвимый с исторической точки зрения, можно попытаться защитить с точки зрения социологии. Американский профессор Уильям Томас сформулировал следующее правило: «ситуации, определенные людьми как реальные, реальны по своим последствиям». Пусть аланы, о которых мечтают осетины – миф. Но если люди поверят в него, это может стать стимулом к обновлению и «возрождению».
История знает немало случаев строительства утопий. На наших глазах растворился советский миф о строительстве светлого коммунистического будущего. Миф должен обладать сходством с реальностью, иначе он долго не продержится.
Несколько исторических примеров, близких нашему. В Польше 16–18 веков процветал «сарматизм» – идеология и культура польской шляхты, возводившей свои истоки к древним сарматам. Скандинавы в новое время подчеркивали связь с готами, сотоварищами аланов в их походах на далекий Запад; с 1540 по 1973 год шведские короли носили титул королей «шведов, готов и вендов», хотя ни готов, ни вендов (венетов) уже не существовало. И сарматизм и готизм сошли на нет в эпоху Просвещения, как апология варварства и невежества. Более удачными были случаи возвращения древних названий странам: Великобритании, Бельгии по кельтским (бриттским, галльским) названиям, сохраненным латинской литературой. Но при этом, замечу, новые народы, насельники некогда кельтских территорий, оставались англичанами, шотландцами, валлийцами, фламандцами, валлонами. В тех случаях, когда претензии на древнее имя принимают этническую окраску и сопровождаются территориальными претензиями, возникают конфликты, аналогичные тому, который имеет место между бывшей югославской республикой Македония и одноименной областью в Греции. Как общий принцип, тяга к переименованиям проходит по мере развития исторических знаний, и развенчания наивной веры, что корни современных наций берут начало в глубокой (и великой) древности, а не в политике наших дней.
«Славные» предки?
Еше один критерий – здравого смысла. Насколько вообще целесообразно поднимать на щит «аланских предков» – реальных или вымышленных? Для чего? Гордиться «великим аланским наследием»? Никаких великих свершений за аланами в истории не числится. Ни кто иной, как Всеволод Миллер, наблюдая в конце 19-го века за жизнью осетин, отметил такую черту: «два тысячелетия культурного развития человечества прошли для этого народа бесследно, культура осталась на уровне их далеких предков», т.е. сарматов, аланов, овсов. На рубеже 21-го века другой крупный исследователь Агусти Алемань предварил свою книгу «Аланы в древних и средневековых письменных источниках» (М., 2003) эпиграфом из книги пророка Аввакума о «народе жестоком и необузданном», который «идет для грабежа», кичится насилием – «надмевается дух его, и он ходит и буйствует». Как и Миллер, Алемань подчеркивает застойность аланского общества, «они (аланы) едва ли изменились за всю свою историю», и представляют интерес для историка только в силу «своей архаичности». Народ, стоящий в стороне от культурного и цивилизационного развития, запомнившийся своим соседям как грабитель и насильник, – действительно ли пример для подражания новым поколениям? Слово «аланизм», по сути, синоним «вандализму» (в Уголовном кодексе РФ, кстати, есть специальная статья), связанному с племенем вандалов, разграбивших Рим в 455 году вместе с аланами. Исторический контекст аланских деяний никак их не красит.
От общей родины – к этническому заповеднику.
Аланизм рожден на исторической почве, но взращен на политической. Те, кто заговаривают о возвращении к якобы аланским истокам, предают свою реальную историю, надеясь выиграть в политике. Протагонистами аланизма являются носители «осетинской национальной идеи», для которых канувшие в Лету аланы становятся аргументом в повышении собственного статуса, как преемников независимой Алании, а не задавленной Осетии, в течение веков находившейся под «гнетом» Грузии и России. Присвоение аланского имени Северной Осетии в 1994 году, и намечающееся в Южной – части общего политического проекта, антироссийского по духу и сепаратистского по целям.
Переименования бывают необходимы, особенно те, что связаны с «исправлением имен» в эпоху перемен. В перестроечный и постперестроечный периоды страна, «возрождая суверенную государственность», вернула свое историческое имя – Россия, многие ее регионы отказывались от навязанных коммунистической идеологией названий и восстанавливали дореволюционные: Санкт-Петербург, Екатеринбург, Тверь. Не обошло это веяние и Северную Осетию: Орджоникидзе снова стал Владикавказом, но когда зашла речь о названии всего субъекта, националистическое лобби в руководстве республики добилось внесения в наименование приставки «Алания», несмотря на протесты представителей ученого сообщества, того же В.А. Кузнецова.
«Как яхту назовешь, так она и поплывет». Переименованием республики в «Аланию» был взят курс на ее суверенизацию и этнизацию, что противоречит букве и духу Основного закона Российской Федерации, не признающего национального деления государства и гарантирующего равные права гражданина на всей территории страны, независимо от происхождения. Осетинизация, усиленная аланизацией, продвигает идею национального осетинского государства, в котором нет места интересам других народов. Мы наблюдаем со стороны осетинской интеллигенции откат от той программы модернизации, которая была выдвинута плеядой осетинских просветителей и самим Коста Хетагуровым: усвоение европейских ценностей через последовательное проведение российских реформ – «вот самый достойный, самый верный и кратчайший путь к приобщению к благам культуры туземцев и к духовному слиянию их с нашей общей родиной». Вместо этого нынешними претендентами на роль властителей умов выбран путь самоизоляции в форме этнического заповедника со средневековым идеалом. Лучшим вариантом переименования республики было бы возвращение дореволюционного названия Терской области, как форпоста русской цивилизации, но взяться за это дело некому.
Алановеды РСО — Алании. «А судьи кто?»
Пример отчуждения от России демонстрируют представители «осетинской исторической науки» (так! не североосетинской, а национальной осетинской, настаивают в республике). Именно они фильтруют информацию об аланских исследованиях и подают ее в препарированном виде для местной аудитории, убеждая, что мировая наука ставит знак равенства между аланами и осетинами, отвергая причастность к аланской истории других народов.
Я привел мнения ведущих ученых страны, противоположные этому утверждению. Но на территории республики они игнорируются, либо шельмуются. С ними «воюют», обвиняют в фальсификациях и «разжиганиях», их работы объявляются лженаучными поделками. Доверяют только «своим», национально ангажированным, они высший авторитет, из них пытаются даже изобразить светил мировой науки. Так, как делает директор СОИГСИ Залина Канукова: «Многими поколениями ученых Осетии (опять Осетия без России – С.П.) создано уникальное, общепризнанное в мировой науке комплексное научное направление, представленное фундаментальными исследованиями в области скифо-алано-осетинских истории и культуры».
Такие субъективные оценки надо, все-таки, как-то обосновывать. Где доказательства? Как измерить, если не «вклад в науку» (это вопрос профессиональный), то научное признание, да еще на мировом уровне?
Для этих целей используется наукометрический подход. С некоторых пор он активно применяется и в России. С 2005 года действует специальная платформа – Российский индекс научного цитирования (РИНЦ) на базе Научной электронной библиотеки (НЭБ). Его изначальным недостатком было отсутствие контроля за качеством индексируемых материалов, ресурс охватывал все виды публикаций, безотносительно к их значимости. Между тем, перед российской наукой поставлена задача интеграции в мировую научную среду, в том числе, через рост количества публикаций в международных базах данных. В президентском указе от 7 мая 2012 г. «О мерах по реализации государственной политики в области образования и науки» установлено достижение доли «публикаций российских исследователей в общем количестве публикаций в мировых научных журналах, индексируемых в базе данных «Сеть науки» (Web of Science)»» – в 2,44 процента. WoS индексирует, в основном, англоязычные издания, поэтому для русскоязычных публикаций в 2015 году был создан собственный проект «русской полки» WoS. С этой целью при участии экспертной комиссии РАН был проведен отбор ведущих научных журналов России – «ядра РИНЦ», Russian Science Citation Index (RSCI) на платформе Web of Science (WoS). Критерии отбора были очень жесткие: вместо предполагаемой тысячи конкурс прошли только 652 журнала, но это были действительно лучшие российские издания национального уровня. В перспективе этот список предназначен заменить излишне разутый список ВАК для защиты диссертаций (на этот счет есть рекомендация Совета по науке при Министерстве образования и науки РФ), пока он вполне способен выполнять роль национального рейтинга как организаций, так и индивидуальных ученых на основе объективных наукометрических показателей.
Используем этот инструмент (список RSCI) для сверки того, кто из участников обсуждения аланского вопроса имеет более высокие публикационные показатели в передовой науке и, следовательно, более конкурентоспособен. Беру официальные данные, обладающие статусом достоверности, хотя в них, надо заметить, содержится немало неточностей.
Ученые, подвергающие критике с разных сторон примордиальную (естественного происхождения) теорию происхождения осетин от аланов. Академик РАН В.А. Тишков имеет 80 публикаций (1662 цитирований), В.А. Шнирельман – 88 (507), член-корреспондент РАН А.И. Иванчик – 30 (218). Это очень высокие цифры, но надо учесть, что московские ученые из ведущих академических центров страны находятся в наиболее благоприятных условиях. Приблизим ситуацию к нашей действительности, возьмем мой случай, он находится в, своего рода, пограничной зоне между столичной и провинциальной (по локализации) наукой. Я выпускник московской исторической школы, учился и защищался в МГУ им. М.В. Ломоносова, в дискуссии об аланах занимаю позицию, близкую перечисленным выше коллегам, работаю в тех же условиях, что и осетинские историки, но при этом не вхож в их тусовку и идейно, а с некоторых пор – и организационно. Мои показатели – 15 публикаций в RSCI (25 цитирований).
Сравним с тем, что есть у сторонников аланизма из Осетии. Представляя в газете «Северная Осетия» (4.02.2017) проект «Алания от А до Я», З.В. Канукова назвала четырех сотрудников СОИГСИ, внесших «существенный вклад» в то самое «общепризнанное в мировой науке» скифо-алано-осетиноведение.. Ф.Х. Гутнов имеет 2 публикации в RSCI (7 цитирований), А.А. Туаллагов – 0 (0), Р.Г.Дзаттиаты – 4 (7), А.В.Дарчиев – 0 (0).
Добавим сюда же наиболее известных сотрудников из Центра скифо-аланских исследований, ныне отдела Владикавказского научного центра, перечисленных его руководителем Алексеем Чибировым. Сам А.Л. Чибиров имеет 0 (0), показатели других – Ю.С Гаглойты, Ю.А. Дзиццойты, Т.К. Салбиева – не отражены в РИНЦ вообще. Что за кадровая политика в ВНЦ, стремящаяся к нулю?
Есть еще СОГУ и при нем Институт истории и археологии РСО — А. В нем тоже есть убежденные сторонники аланской идеи. Директор Р.С. Бзаров – 1 (2), директор музея М.Э. Мамиев – 0 (0). Что-то медленно растет общий показатель. Возьмем еще бывшего декана истфака СОГУ, ныне министра Аслана Цуциева, у него – 1 (1). Один из самых суперактивных идеологов переименования осетин в аланов Т.Т. Камболов, профессор, завкафедрой ЮНЕСКО, бывший проректор СОГУ – 2 (2).
Кажется, «выгреб все сусеки», но набралось немного, суммарно не дотягивает и до моего скромного результата. Вот истинная цена той «мировой известности» осетинской аланистики, которой совсем не к месту гордятся в республике. Я взял формальные, максимально объективные показатели научной деятельности, проверка которых доступна всем, владеющим Интернетом. Более глубокий анализ только подтверждает предварительный неутешительный диагноз состояния исторической науки в лице ее представителей в Северной Осетии. Нулевое знание древних языков, слабое (а у большинства – никакое) – современных языков, отсутствие навыков критики источников, незнание зарубежной историографии, и все это – результат в корне неверной установки, будто бы цель науки – не поиск истины, а доказательство не подвергаемой сомнению догмы, в нашем случае звучащей как: «аланы есть осетины, а осетины – аланы».
***
В завершение сказанного.
«История народа принадлежит царю», – писал монархист Н.М. Карамзин. Кому принадлежит аланская история? Царей у нас нет, и переживать по этому поводу не стоит. Аланскому народу? И его нет. Нынешним претендентам на аланское наследие: осетинам, ингушам, карачаевцам, балкарцам? А, может быть, насельникам Франции (бывшей Галлии), Африки (бывшего Вандало-Аланского королевства), Венгрии (область Ясшаг), сохранивших некоторый процент генов от аланских переселенцев. Как разделить общее прошлое? Со времени гибели кавказской Алании столько воды утекло, столько событий изменило этнический ландшафт кавказских народов. «Не только народы, но и языки за много веков перемешивались […] Нет таких весов, на которых можно было бы взвесить удельное значение различных этнических включений», – слова Васо Абаева.
Так кому принадлежит история?
Рискну сказать, что человечеству, во всеобщей истории которого найдется страница и для аланов. Историческая память, связывающая людей сегодняшних с людьми далеких эпох, достояние всех. Но основа народной памяти – научная история, доступна немногим, тем, кто ее воссоздает – историкам.
Для этого не надо быть аланом. Надо быть человеком, взыскующим истину.
Сергей Перевалов,
кандидат исторических наук http://free-view.org/2017/03/25/strasti-po-alanii/
Про Южную Осетию
http://a-orlusha.ru/?p=689#more-689
орлуша Андрей Орлов 28.03.2017 Для "OpenEconomy. Отвечаем на вопросы"
Страны перессорились, как дети,
В мире крик стоит со всех сторон
Признавать ли Южную Осетию?
— Нет и никогда! — сказал ООН.
НАТО говорит про оккупацию,
Им американцы вторят хмуро,
Но как суверенную формацию
Осетинов южных чтит Науру.
Чтобы прекратить нападки этих,
Как сказал Сергей Лавров, «дебилов»
С карты мира Южную Осетию
Удалить решил на днях Тибилов.
Он, ища всемирного признания,
Так свою идею мотивировал:
— Государство назовём «Алания»,
А его никто не оккупировал!
Объясню на пальцах, очень грубо:
Вор, украв пальто, грустит и прячется…
Выход? Назови пальтишко шубой!
Шуба-то ведь в розыске не значится!
Южной Осетии 9 апреля предстоит проголосовать за или против «возвращения республике исторического названия» — государство Алания.
Переименование «создаст условия и предпосылки» для вхождения республики в состав РФ, считает ее глава Леонид Тибилов. https://goo.gl/VjS5yb
Как нам разрешить «аланский кризис?»
http://free-view.org/wp-content/uplo...yy-vzglyad.jpg
Внимательно изучив статьи Заура Дзарахохова в газете «Свободный взгляд» в последних трех номерах, мы улавливаем в них сильную озабоченность и заостренность на аланской проблеме. Состояние автора нам понятно. Аланизм может (или уже?) превратиться в орудие подрыва мира на Кавказе. Может стать ускорителем разворачивающейся межнациональной розни. Что мы, впрочем, и наблюдаем реально. В этих условиях становится крайне актуальным пересмотр аланско-осетинской концепции. Заур Дзарахохов свою линию высказал. Предлагаем свою.
Не секрет, что аланизм становится названием осетинской этнической идеологии. Идеологии, которая пожирает все кровно осетинско-иронское. Все направлено на то, чтобы люди были охвачены аланским экстазом. Осетинские мифы переназывают аланскими. Нартская Шатана становится аланской Сатиник. Ос-Багатар – аланским царем. И прочее, прочее. В общем, аланизируемся на тысячи процентов.
Полноте! Надо остановиться и подумать. Как бывает на крутом перевале. А мы сейчас именно на такой крутизне находимся, в связи с обострением межсоседских отношений на Кавказе. Именно по причине аланского экстаза.
Ситуацию может разрешить правильная История.
Сейчас в наших межнациональных трениях на Кавказе все в руках исторической науки. Люди бросаются в бой за аланов, не зная, кто такие аланы. И что за термин – аланизм?
Это простое семя, выросшее в огромную ядовитую колючку. В переводе на нашу историю – аланизм. То есть, аланизм – это заложенный в реальные древние племена ядовитый политический стержень под названием «арийство». Мы думаем, что в данном материале нет надобности выплескивать весь этот яд, заложенный в созданном термине. Только скажем, что История изрядно пострадала из-за него, и, устав от него, предала анафеме само слово «арийство». Совсем недавно Институт этнографии РАН выпустил двухтомник, впервые раскрывающий всю ядовитую суть этого явления и проанализировала его исторические корни.
Огорчительно, что в виде примера сохранившегося явления «арийства» в книге приведена Осетия, где, как сказано в книге, «арийство сохранилось в виде «аланизма».
Значит, наша задача номер один. Отнестись к нашему аланизму в соответствии с тем, как относится мировое сообщество с явлением арийства.
Нет. В Осетии не было арийских проявлений. Но сам термин аланизм делает свое дело. Он формирует характер людей. Придает некое высокомерие, как бы подчеркивает исключительность племени-народа.
Но что худшего еще может сделать термин? Он делает, что может. Вот нынче он делает страшное – межнациональную «войнушку». Значит, надо дезактивировать яд, содержащийся в термине «аланизм».
Как осетины стали аланами, это особый длинный разговор. Отметим лишь, что ранее 19 в. осетин с аланами не связывали. Не отождествляли. Но в 19в., когда уже аланов в природе даже не осталось, за осетинами закрепили «аланский статус». 19 век – век возведения на Олимп арийцев, в жестоком понимании этого слова. Но осетины попали как куры в ощип. Они стали впитывать в себя «арийские соки». Вот этот процесс и обозначен в упомянутой книге как арийство, сохранившееся у осетин в термине «аланизм».
Как бы то ни было, термин «работает» и приносит нам большую беду. Он пожирает наше естественное происхождение, наш предковый этноним Иратта — Дигоронта, и даже последующий – объединительный термин – осетины.
То есть, из сказанного следует, что в осетинах нет ни йоты аланского вещества. ЗАТО ПОСТАРАЛИСЬ ВЛОЖИТЬ В ОСЕТИН нематериальное производное от него — Аланизм. Искусственно созданный политический термин.
Но уже теперь, тем более, когда арийство признано мировым злом, нам не нужен этот термин. Выкинув его, в нашей природной сути ничего не потеряется. Наоборот. Мы возвратим чистоту нашего этноса. Такой, какой она была до 19 века, пока осетинам не «присудили аланов».
Вот и вся проблема. Не простая, даже для восприятия и в коротком описании. Как раз она и есть задача для историков. Но ее не только не решили, а, напротив, умножили пороки явления. Увеличивают ядовитость и срезают природно-осетинское. Уже и язык осетинский все чаще называют аланским. Так разрушается наш природно-этнический код.
Как будут поступать наши соседи, это их проблемы. Но, похоже, что аланы и к ним не имеют никакого отношения. Тем более, если историки определят истинное предковое происхождение аланов. Другое дело, что уже в средневековье аланы «гуляли» и по Европе, и по Кавказу. Но ведь они нигде долго не задерживались. Они не создавали государств. А мимо любых племен – кто не проходил? Но даже при создании государств есть исконная природная автохтонность на земле, на которой создано государство. У аланов на Кавказе автохтонности нет. Говорят о монастырях. Но монастыри для аланов строила Византия. Аланы же не были, ахти какими христианами. Это тоже легко доказуемый из литературы факт.
Вернемся снова к осетинскому аланизму. Если аланизм не имеет ни миллиграмма реального, природного содержания, то это явление надо считать исключительно политическим. В решении этого вопроса мы не советчики. Политические вопросы решает политическая власть. В Республике есть власть. И это ее преференция и долг – решить вопрос.
Мы же видим выход в том, чтобы перевести «аланскую идею» из политической в научно-историческую плоскость.
Что можно ожидать от такого поворота?
Ожидать можно главное. Правдиво исследуя алано-сарматскую природу, можно прийти к выводу, что Аланы не относятся к иранскому пласту, ни в древности, ни после. Кроме иранского пласта были ведь и другие. И, если аланы представляют самостоятельный, не связанный с древнеиранским, пласт, значит, аланство осетин входит в противоречие с реальной историей осетин, с нашим корневым древне-иранским происхождением. Если аланы самостоятельное племя, не связанное и с другими кавказскими народами, значит, они выключаются из межнациональной сегодняшней борьбы за аланство между осетинами, ингушами и даже карачаевцами-балкарцами автоматически. Осознав сказанное, сегодняшняя, чреватая большими потрясениями межнациональная возня по поводу аланов – потеряет свою причину. И закончатся сегодняшние битвы за аланов между Республиками.
Значит, дело за исторической наукой! Сможет она решить эту очень сложную, не только методологически, но и организационно, задачу? Учитывая уже накопленные навыки работы по определенным направлениям, привыкнув к ним, возникает вопрос: перестроятся ли? Вот вопросы. Хорошо, если бы смогли перестроиться. Конечно, переобдумать идеи — можно! И можно перестроить работу. Особенно сегодня, когда необходимость гонит.
Но ведь иные могут предпочитать остаться при аланизме! И тогда что? Разрешение вопросов через войны? Это было бы ужасно и преступно! Нет! У исторической науки большой шанс выиграть битву. Как она поступит? Мы не знаем.
Но в одной из статей Заура Дзарахохова есть упоминание.
Министр национальностей Аслан Цуциев предлагает создать Центр по изучению аланизма. Это прекрасно. Будет еще один Центр. Но и скепсис возникает! В научных Центрах в Осетии, кажется, недостатка нет. Вот если перестраиваться методологически, и не глядя на ошибки прежние, то конечно. Но мы не знаем, как пытается перестраиваться осетино-аланография. По каким принципам. Какие проблемы видит Аслан Цуциев как приоритетные для изучения. Будет ли система по-прежнему закрытая, подобно масонско-кастовых лож? Будут ли по-прежнему гонимы инакомыслящие? Ну и т.д.
Пока мы всего задуманного новым министром не знаем, но выносим на рассмотрение предложение. Создать «Общество любителей осетинской истории». Там будут собираться люди разные, которых объединяет одно. Страстное желание знать истоки истории своего народа. Племени, языка, подплемен и т.д. Множество вопросов, на которые официальная история ответов не дает. Или дает неправильные ответы.
Мы полагаем, и рассчитываем на то, что предлагаемое нами Общество создаст мосты между официальной историографией и народом. Ведь сейчас сосуществуют две истории. Официальная, аланская, и народная, осетинская. При наличии рядом нашего Общества само официальное осетиноведение, возможно, тоже станет менее схоластичным, более предметным и близким людям. Да и более разумным. Обстановка будет теребить. Официоз, надеемся, скинет свой презрительный взгляд на «неспециалистов», вторгающихся в их закрытую сферу. Мы исходим из того, что наука – сфера открытая. Это ее природная особенность. Иначе в Обществе образуется затхлость.
Безусловно, мы будем заниматься и аланистикой. По крайней мере, до тех пор, пока не станет совершенно ясно, что аланы и осетины – это выходцы из этнически разных племен и пластов. И в истории ни те, ни другие «свой пол» не переменили. Аланы не стали иронцами — дигорцами. Ироно-дигоро-осетины остались потомками выходцев из древне-иранского пласта. С разными примесями? Безусловно.
А, в общем. Мы устали от того, что осетинский официоз нас кормит, как вороны кормят своих птенцов. В раскрытый рот прямо бросают кусочки из свалки, и птенцы это «качество» глотают, не раздумывая.
Сегодня кризис наступил из-за того, что мы неправильно исторически вскормлены. Мы надеемся, что сосуществование двух центров исторического знания – официального и любительского, изменит сущность нашего осетинского бытия.
Члены Общества любителей истории осетин:
Вадим Баскаев, Тина Дзокаева, Измаил Хузмиев, Хасан Дзуцев, Анатолий Сидаков, Борис Гусалов, Алексей Хатагов, Валерий Цомартов, Батраз Бигаев Джабраил Габачиев и другие. http://free-view.org/2017/04/01/kak-...anskiy-krizis/
Благодаря новым научным изыскам в ДНК технологиях, осетинские культрегеры попали впросак, но никак не хотят это признать.Да и кушать хочется.Программы "аланства" то финансируются. Вот и кударцы сели в возок аланизма. Тоже хотят урвать денежку у Москвы на реформы.Но Москва похоже уже не даст грошей, - на себя не хватает. Кризис. ))