Популяционная генетика о проблеме происхождения осетинского этноса.Х.Чокаев
Популяционная генетика о проблеме происхождения осетинского этноса.
Работа генетика Хусейна Чокаева.
http://forum.nohchidu.com/index.php/topic,72.0.html
Одной из важнейших нерешенных проблем человечества
является проблемa его собственного происхождения. В течение
многих тысячелетий ученые и обычные люди пытались ответить
на простые и вместе с тем очень значимые вопросы: кто мы,
откуда мы и для чего мы существуем? Такие гуманитарные науки
как история, археология, антропология, компаративистика и
прочие, не обладая надежным и точным инструментарием, не
могли дать однозначных и исчерпывающих ответов на эти
вопросы. Нерешенность же проблем происхождения людей,
наций и народов, через ангажированных ученых, активно
использовалась политиками и политическими группами в своих
корыстных интересах. Созданные по заказу политических элит
теории расового или этнического превосходства в недавнем
прошлом идеологически обосновывали эксплуатацию или даже
убийство не только отдельно взятых людей, но и целых народов.
В настоящее время теории генетической неполноценности
отдельных народов и рас не менее востребованы.
Но, совсем недавно, в области знаний о природе человекa и
общества, произошли огромные позитивные сдвиги. Благодаря
развитию такой новой науки как генетика и ее подразделения -
популяционная генетика, возникла возможность однозначного
решения проблем происхождения как человеческого индиви-
дуума в частности, так и человеческого общества в целом. Уже
сейчас можно говорить о том, что многие глобальные вопросы
происхождения человека, этносов и рас близки к своему окон-
чательному разрешению. Тем не менее, остаются нерешенными
многие не менее значимые для людей вопросы неглобального
характера. И эта незавершенность целостной картины формиро-
вания человеческого общества позволяет все тем же аферистам-
псевдоученым продолжать извращать науку, возвеличивая
отдельные этносы и расы с целью их противопоставления другим
людям или получения каких-либо иных политических диви-
дентов. Особенно актуально все вышесказанное для Кавказа,
мультинациональный состав которого является прекрасной базой
для манипуляции людьми. Основная цель настоящей работы и
заключается в противодействии аферистам от науки, разде-
ляющим народы Кавказа на коренных и некоренных, лояльных и
нелояльных, великих и не очень великих... Современныe данныe,
накопленныe в таких областях знаний, как популяционная
генетика, антропология, история и языкознание, убедительно
свидетельствуют, что нет никаких оснований для подобного
разделения - все народы Кавказа имеют местное происхождение
(т. е. являются коренными народами) и в той или иной степени
родственны друг другу. И это касается не только народов
кавказской языковой макросемьи, но также индоевропейских и
тюркских народов Кавказа. В настоящей работе мы рассмотрим
генетический состав, родственные связи и закономерности
формирования этноса, происхождение которого по настоящее
время бурно дискутируется не только в научной среде, но и не
менее активно на бытовом уровне. Речь идет об осетинском
этносе и теории аланского (сарматского) его происхождения.
Первое и наиболее полнoе генетическoе исследование этносов
Кавказa былo осуществленo И. Насидзе [1-3]. Им же было
установлено, что несмотря на индоевропейский (иранский) язык
и многочисленные заверения осетинских ученых о индоевро-
пейском (сармато-аланском) происхождении этноса, на самом
деле, с генетической точки зрения, осетины являются самым
неиндоевропейским народом Кавказа. И действительно, генети-
ческие исследования выявили практическое отсутствие мужской
индоевропейской (сармато-аланской) гаплогруппы R1а (M17) [4]
у представителей Осетии-Алании. Согласно данным И. Насидзе
[1], безусловными индоевропейцами (сармато-аланами) являются
абхазцы (часта встречаемости «индоевропейской» гаплогруппы
R1а (M17) составляет 33%), далее следуют абазины (14%),
народы Южного Кавказa (6-10%), чеченцы (5%) и осетины-
ардонцы (4%), a осетины - дигорцы вообще отношения к аланам
не имеют (0%). Необходимо отметить, что аналогичные
результаты в части низких частот встречаемости гаплогруппы
R1а (M17) у осетин неоднократно подтверждены и другими
генетиками в более поздних исследованиях (см. таблицу 1) [5-11].
В своей работе, посвященной генетическому исследованию
исключительно осетинского этноса, И. Насидзе определяет
наличие у них очень высокой частоты встречаемости субгруппы
G2 (M287) [2, 3]. Этот факт мгновенно подхватывается неотяго-
щенными тонкостями исторической науки генетиками, которые
выдвигают ошибочную версию. Суть этой версии в следующем:
поскольку осетины ираноязычны и на этом основании считают
себя потомками аланов, то высокая частота встречаемости
субгруппы G2 (P287) у осетинского населения свидетельствует,
что именно она, а не R1а (M17), и являлась основной сармато-
аланской гаплогруппой. В нашей предыдущей работе [12],
посвященной проблеме происхождения народов Кавказа, мы
выступили с критикой как данной версии в частности, так и
теории аланского происхождения осетин в целом. Опираясь на
данные популяционной генетики и антропологии, нами была
убедительно доказана их несостоятельность. В настоящей работе
мы вновь возвращаемся к этой теме по той причине, что за
последнее время в свет вышел ряд новых работ по популяцион-
ной генетике [6-9, 11], подтверждающих нашу позицию с одной
стороны и существенно дополняющих картину формирования
осетин как этноса с другой.
Прежде чем приступить к рассмотрению вопроса происхож-
дения осетинского этноса на основе данных популяционной
генетики, очень важно отметить следующие моменты. Во-
первых, поскольку в духовной и материальной культуре осетин
отсутствуют какие-либо степные элементы, то самым главным и
пожалуй единственным основанием, позволяющим ученым
настаивать на аланском происхождении осетин является их
ираноязычность. Но ираноязычность собственно скифо-сармат,
предполагаемых предков осетин, не является строго доказанным
научным фактом и существует множество свидетельств их
тюркоязычности [13, 14]. Поэтому на право наследования аланам
претендуют не только ираноязычные осетины, но также тюрко-
язычные карачаевцы и балкарцы [15]. Каждый из перечисленных
народов приводит свои, кажущиеся им убедительными,
аргументы. Теория ираноязычности основана главным образом
на индоарийском происхождении некоторых скифо-сарматских
личных имен, приводимых античными авторами, и гидронимике
юга Восточной Европы. Но надо отметить, что античные авторы
давали крайне противоречивую и неоднозначную информацию
относительно скифо-сармат, основанную, очевидно, не на
собственных данных, а разного рода рассказах и домыслах. Как и
современные европейцы, считающие, что в России живут только
русские, так и античные историки считали, что страна, населен-
ная различными племенами и простирающаяся от Германии до
Китая, заселена исключительно сарматами. Мы же убеждены, что
скифо-сарматы, как и все кочевые орды, несмотря на одинаковый
образ жизни, близкие материальную и духовную культуры, тем
не менее были этнически и генетически неоднородны.
Очевидно, что под названием скифо-сармат скрывался широкий
спектр тюркских, уральских, индоиранских и сибирских народов,
что подверждается антропологическими данными. Антрополо-
гами установлено (Г. Ф. Дебец [16], В. В. Гинзбург [17]), что
сарматские черепа относились к разным антропологическим
типам. Среди них преобладали европеоидные черепа (60%),
близкие к черепам андроновской культуры - мезокранный
широколицый тип, сходный с андроновским; брахицефальный,
так называемый памиро-ферганский тип; долихо- и мезокранный
тип, близкий к средиземноморскому. Присутствовали также и
круглоголовые (брахицефальные) черепа монголоидного
населения степных районов Средней Азии и угорского населения
Западной Сибири (20-40%). Монголоидальность скифо-сармат
подтверждается не только антропологией [16-18], но и историчес-
кими свидетельствами. Так, необычная для европеоида не совсем
европейская внешность сармат, обитавших когда-то в предгорьях
Кавказа, вспоминается и в настоящее время в виде пословиц и
высказываний. Чеченцы о человеке неприятной наружности
говорят: «Он как сярмак», кабардинцы говорят: «Он и не черт, и
не сармат, кто же он?». О внешности сармат пишет К. Тацит [19].
Говоря о Свебии (Швабии) он упоминает: «Здесь конец Свебии.
Отнести ли певкинов, венедов и феннов к германцам или
сарматам, право, не знаю. Из-за смешанных браков их облик
становится все безобразнее, и они приобретают черты сарматов».
Интересен факт существенного возрастания степени монголоид-
ности скифо-сармат Востока, например, Алтая. Этот факт может
быть использован сторонниками тюркоязычности скифо-сармат
как подтверждение главенствующей, структурообразующей роли
тюрков-монголоидов, тогда как снижение концентрации
монголоидного компонента в периферийных от ядра зонах есть
явление закономерное. Ведь известно, что тюркоязычные авары,
обитавшие одно время в Европе, только на 20% состояли из
тюрков-монголоидов, тогда как остальные 80% относились к
выходцам из различных европейских народов [20, 21].
Несмотря на антропологическое многообразие сармат, тем не
менее все они существенно отличались от осетин. Вот что пишут
по этому поводу антропологи В. П. Алексеев и Ю. В. Бромлей:
«Средневековые аланы отличались от осетин настолько сильно,
что разница между ними соответствует разнице между крайними
вариантами европеоидной расы» [22]. Есть еще одна деталь,
отличающая сармат от осетин или иных народов - это
бытовавший у них обычай искусственной деформации черепа. По
мнению ученых, обычай тотальной искусственной деформации у
скифо-сармат не был связан c отдельным этническим компо-
нентом, а выполнял функцию идеологически мотивированного
взаимного уподобления людей различной этнической принадлеж-
ности в целях создания единой общности - союза племен.
Наоборот, осетины в антропологическом отношении объеди-
няются с другими народами Центрального Кавказа в единый для
данного региона кавкасионский антропологический тип [23]. Это
антропологическое единство кавказских народов, как и огромное
их физиологическое и культурное отличие от сармат, позволило
известному советскому антропологу В. П. Алексееву еще в 1989
году дать следующее исчерпывающее заключение по проблеме
аланского происхождения осетин: «...Из факта древности и автох-
тонного формирования кавкасионского типа уже был сделан
вывод, что осетины представляют собой потомков местных
этнических групп, населявших Центральный Кавказ с глубокой
древности. То обстоятельство, что тип этот представлен у
народов в основном картвельской, нахской и аваро-андо-
дидойской языковых семей, свидетельствует о том, что местные
этнические группы говорили на одном из местных кавказских
языков. Серьёзные морфологические различия между аланами и
современными коренными жителями Осетии, отсутствие
специфического сходства между ними и сарматами не дают
возможности принять гипотезу, согласно которой предками
осетин были ираноязычные народы. Как примирить эти твердо
установленные антропологией и не вызывающие сомнений факты
с ираноязычностью осетинского народа? Единственное удовлет-
ворительное объяснение заключается в том, что мы допускаем
переход предков осетин с местной кавказской на иранскую речь
на каком-то отрезке их истории. Все другие объяснения не
выдерживают критики с точки зрения антропологических фактов.
Переход предков осетин - местных племен, говоривших на
кавказских языках, на иную речь - речь пришлого населения - не
единичное событие в истории народов Северного Кавказа. С
аналогичным процессом мы сталкиваемся при рассмотрении
происхождения балкарцев и карачаевцев - тоже типичных пред-
ставителей кавкасионского типа...» [24]. Но это исчерпывающее
заключение, тем не менее, чем-то не устроило осетинскую науч-
ную общественность. К аналогичному выводу на основе анализа
объективных генетических данных пришел и генетик И. Насидзе
[1, 2], но его заключение также подвергается сомнению.
Существует также версия происхождения осетин не от алан, а
переселившихся на Северный Кавказ из Юго-Западного Ирана
(областей Месопотамии) евреев-маздакитов после их изгнания в
531 г. н. э. Хосровом I (B. Б. Пфафф [25, 26], Д. Баксан [27]). Это
мнение перекликается со свидетельством грузинского историка
Леонти Мровели о происхождении овсов от Уобоса – сына кагана
иудейской Хазарии. В сводe древнегрузинских летописей «Жизнь
картлийских царей» [28] он пишет, что: «...Был у него сын по
имени Уобос, которому дал пленников Сомхити (Армении
) и
Картли. Дал ему часть страны Кавкаса, к западу от реки Ломека
до западных пределов гор. И поселился Уобос. Потомками его
являются овсы...». Считается также, что потомками евреев-
маздакитов являются современные горские евреи – таты, разгова-
В настоящее время название Сомхити носит историческая область
Грузии, расположенная в южной части Картли. Но в грузинских
исторических источниках до XVIII века под названиями Сомхети или
Сомхити подразумевалась Армения [29]. Сомхити употреблялось также
для обозначения пограничной с Арменией части Южной Грузии. С XVIII
века постепенно Сомхети утверждается для Армении, а Сомхити -
пограничной с Арменией части Южной Грузии.
ривающие на одном из юго-западных диалектов иранского языка.
Поскольку у осетин, язык которых, по мнению специалистов [30],
относится к одному из ныне не существующих восточноиранских
диалектов, отсутствуют типичные для евреев гаплогруппы
G1 (M285), G5 (M377) или J1e (P58) [31], мы считаем маздакскую
версию происхождения осетин не очень убедительной. Хотя,
необходимо признать, что некоторое участие в формировании
осетинской и особенно югоосетинской популяций маздакиты все-
таки могли принимать. Тому имеются генетические подтверж-
дения в виде не характерной для Кавказа или севера Турции и
Ирана [1-3, 5-10, 32, 33], но типичной для Месопотамии и
Ближнего Востока в целом [31, 34-36] высокой частоты встре-
чаемости «семито-хамитской» субгруппы E1b1b1a1 (M78) у
населения Южной Осетии (9,5-18%). Эта субгруппа часто встре-
чается также у лезгин Азербайджана (17%), в Армении (3,5-6%) и
Грузии (1-3%) [1, 9, 37], что подтверждает нашу версию – именно
в этих местностях расселились более 200 тыс. маздакитов, из
которых евреями являлись менее половины. Очевидно в этноге-
незе осетин принимали также участие и иранцы, переселенные на
Кавказ в целях обороны северных рубежей Ирана от нашествий
хазар. Например, о крепости с иранским гарнизоном, построен-
ной в Дарьяльском ущелье при иранском правителе Исфендиаре
– сыне Густасфа, писал арабский историк Масуди [38].
Во-вторых, версии скифо-сарматского происхождения суб-
группы G2 (P287) и собственно осетин противоречат генети-
ческим данным. Археогенетические исследования останков
андроновского населения южных регионов Сибири - родины
индоарийцев, надежно установили, что основной скифо-
сарматской мужской гаплогруппой являлась «индоевропейская»
R1а (M17) [39, 40]. Учитывая этническую и генетическую
неоднородность скифо-сармат, о которой мы писали ранее,
можно предположить, что наряду с основной гаплогруппой
R1а (M17) (современные восточноевропейские индоевропейские,
уральские и тюркские народы), у них присутствовали и другие
близкородственные гаплогруппы центральноазиатского проис-
хождения (так называемый «азиатский» клан) - N1c (M46)
(уральские, тюркские и сибирские народы), P (M45) (тюркские
народы), Q (M242) (сибирские и тюркские народы) [5]. Согласно
многочисленным историческим свидетельствам [19], скифо-
сарматские племена доминировали в количественном и военно-
политическом отношении на всем пространстве Восточной
Европы, что позволяет ожидать высоких частот встречаемости
сарматских гаплогрупп на этих территориях. И действительно,
все вышеперечисленные гаплогруппы широко представлены в
Восточной Европе и Азии - на территориях обитания скифо-
сарматских племен [5]. В этой связи интересен факт высокой
частоты встречаемости гаплогруппы R1а (M17) в Польше
(56,4%), где еще недавно дворянское сословие хвалилось своим
сарматским происхождением. Или у населения Таджикистана
(16-68%) – потомков согдийцев (саков) [5]. Но на всех этих
«скифо-сарматских» территориях субгруппа G2 (P287) либо
отсутствует, либо ее частота встречаемости не превышает 1-2%
[5]. Генетическая же карта Осетии диаметрально противо-
положна – частота встречаемости гаплогруппы R1a (M17)
составляет 0-4% при абсолютном доминировании субгруппы
G2 (P287) (21-75%) (см. таблицу 1). Совершенно очевидно
существование огромного генетического различия между скифо-
сарматами Восточной Европы - Азии и «скифо-сарматами»
Осетии. Возможно аланы, предполагаемые предки осетин,
генетически отличалась от всего остального скифо-сарматского
массива? Но в этом случае остается не ясным, почему на других
территориях, за исключением Кавказа, где когда либо обитали
аланы, практически отсутствует субгруппа G2 (P287)? Она почти
не обнаруживается ни в Каталонии, названной так, по мнению
некоторых ученых-фантастов, от этнонима аланы, ни в Тунисе,
где аланы и вандалы создали свое государство (это же касается и
гаплогруппы R1a (M17)), ни в Венгрии, где до сих пор живут
потомки яссов (алан), ни даже на Украине и в России [4, 5]. Тем
не менее, этот факт не может быть использован как строго науч-
ный аргумент неаланского происхождения субгруппы G2 (P287)
и осетин, поскольку остается вероятность (хоть и не большая)
того, что потомкам алан в других регионах мира выжить не
удалось. Такие строго научные аргументы, подтверждающие или
опровергающие осетино-аланское генетическое родство, могли
быть получены в результате археогенетических исследований
останков именно кавказских алан. Но поскольку такие исследо вания не проводились, остается последняя возможность - это
сравнение населения Осетии с населением Ирана. Подобное
сравнение имеет смысл, так как современные иранцы также
являются индоарийцами с одной стороны (oни представляют
собой продукт индоевропеизации коренного населения Ирана
распространявшейся из Индии миграционной волной носителей
гаплогруппы R1a (M17)), и, что наиболее важно, на территории
Ирана также распространена субгруппа G2 (P287) с другой
стороны [5, 32]. Поэтому не исключено, что аланы, в отличие от
остальных скифо-сарматских племен, могли быть выходцами
Северо-Восточного Ирана.
Что представляет собой иранское население? Данные генети-
ческих исследования населения Ирана демонстрируют, что даже
современный индоевропейский Иран проявляет большую генети-
ческую близость на юге и севере с Анатолией, а в центральной
части – с Кавказом и иранским Узбекистаном, но не с Индией
или «сарматской» Польшей [1, 5, 32]. С другой стороны,
исследование Кавказа также подтверждает генетическое родство
его населения с населением северa Среднего Востока (Турция,
Иран) [1-9, 32, 33]. Этот бесспорный факт свидетельствует, что
народы Кавказа, как в генетическом, так и языковом отношении,
являются выходцами с древнего, еще доиндоевропейского и
досемитского Среднего Востока. Именно поэтому мы считаем,
что доиндоевропейский Иран был кавказоговорящим [12]. Об
этом же свидетельствуют пракавказский (алародийский) язык
древних племен Западного Ирана [41], реликт эргативно-
образной конструкции в ваханском и пуштунском языках [42]
или факт существования современных народов сино-кавказской
макросемьи на территориях, расположенных даже значительно
восточнее Ирана.
Древнее генетическое родство народов Кавказа и Ирана
означает их генетическую близость, но не их генетическую
идентичность. Формирование современного населения Кавказа
осуществлялось главным образом за счет миграции средне-
восточного земледельческого населения на север в эпоху мезо-
лита и, особенно, неолита [12]. Но с тех давних пор генетический
состав популяций обеих регионов частично изменился как за счет
новых миграций населения, так и за счет новых генетических
мутаций. Поэтому при сравнении населений Осетии и Ирана,
проводимом с целью поиска аланских корней осетин, необходимо
учитывать фактор древнего генетического родства этих
популяций и игнорировать новые местные мутации или не
имеющие прямого отношения к аланской проблеме миграции.
Так, например, из 17 мужских гаплогрупп Северного Ирана 4
гаплогруппы (С3 (М217), N1b (P43), O (M175), Q1a2 (M25) -
21,2%) не имеют отношения к аланам, так как появились на
Среднем Востоке и Кавказе в результате более поздней тюрк-
ской экспансии [1-9, 31-33]. Другие 5 гаплогрупп (G1 (М285),
J2a4 (DYS413˂18), J2b (M12), R1 (M173), R1a1 (SRY1532) -
27,3%) практически отсутствуют на Кавказе и совершенно
отсутствуют в Осетии [1-9, 32], а еще 4 гаплогруппы (J1 (M267),
J2a (M410), J2a4b (M67), R2 (M124) - 18,2%) хотя и присутствуют
в осетинской популяции, но попали в нее из других кавказских
этносов (от дагестанцев - J1 (M267) (19,18-91,04%) [8], нахов -
J2a4b (M67) (46,67-87,4%) [6-8], грузин и балкарцев - J2a (M410)
(10,6-15,8%) [12, 37], курдов Грузии (курманджи) - R2 (M124)
(44%) [43]) [12]. И только 4 гаплогруппы (G2 (P287), L3 (M357)
(L1 (M76), L2 (M317) - юг Ирана), R1a1 (M198), R1b1a2 (M269) -
33,3%), теоретически могли бы прибыть в Осетию с неким
иранским народом (предположительно аланами), но, как свиде-
тельствует анализ генетических данных кавказских популяций
[3, 6, 12, 37], не прибыли. Рассмотрим эти 4 гаплогруппы.
Гаплогруппа L-M11 зародилась 40 тыс. лет назад на юге
Центральной Азии, но с древнейших времен присутствует на
Среднем Востоке. Широко представлена в Пакистане, откуда
мигрировала в Индию в 4 тыс. до н. э. вместе с земледельческим
населением [45]. Максимальные частоты встречаемости этой
гаплогруппы отмечены на юге Индии (до 33%), а также у таких
центральноазиатских народов, как калаши (25%), бурушаски
(16,5%), пуштуны (12,5%), ягнобцы (9,7%) [5, 46]. Частоты
встречаемостей гаплогруппы L (M11) на Среднем Востоке,
Кавказе и юге Европы, напротив, не очень высоки и составляют:
Иран - 2,3-5,3% [3, 32], Грузия -1,5% [3, 37], Турция - 1,4-4,2% [3,
33] Азербайджан - 1,4% [3], Авария - 9,5% [8], Чечня - 15,8-20%
[3, 8], Ингушетия - 0-8,6% [3, 8], Кабарда – 0,7-7% [3, 8, 47],
Балкария – 0-5,3% [37, 47]. Изучение полиморфизма гаплогруппы
L (M11) выявило интересную особенность - если в Пакистане, на
юге Ирана, Среднем Востоке и в Европе доминирует субгруппа
L2 (M317), то на севере Ирана, предполагаемой родине алан, а
также у таких индоарийских народов как калаши, пуштуны или
кавказоязычного народа бурушаски, обнаружена только суб-
группа L3 (M357). В отличие от субгруппы L1 (M76), широко
распространенной у дравидских народов Индии, субгруппа
L2 (M317) и, особенно субгруппа L3 (M357), вполне могли быть
распространены среди алан. Но это нисколько не способствует
решению проблемы осетино-аланского родства, поскольку если
субгруппа L2 (M317) в осетинской популяции присутствует на
уровне следов, то наиболее вероятностная «аланская» субгруппа
L3 (M357) отсутствует в ней абсолютно (см. таблицу 1). И
наоборот, субгруппа L3 (M357) имеет максимальную частоту
встречаемости у такого неарийского народа Кавказа как чеченцы
(15,8-20% [3, 8]), в меньшей степени у ингушей, грузин,
кабардинцев [3, 8, 37, 47]. На основе первичных данных [6, 7] мы
произвели расчет возраста предка-основателя нахского клана суб-
группы L3 (M357), который оказался равным 780180 лет. Расчет
свидетельствует, что представитель (или близкородственная
группа представителей) субгруппы L3 (M357) внедряется в
нахскую среду в эпоху татаро-монгольского нашествия. Но это
совершенно не означает, что он появился на Кавказе в тот же
исторический период. Вполне вероятно, что предок нахского
клана субгруппы L3 (M357) был единственно уцелевшим
представителем некоего древнего народа, обитавшего в
предгорьях Кавказа и уничтоженного татаро-монголами (то есть
имел место так называемый эффект «бутылочного горлышка»).
Этим народом могли быть и аланы, но мы считаем, что им были
авары – некий центральноазиатский народ, мигрировавший в
Европу через Кавказ в 6 веке н. э. [12, 48]. Предполагается, что
часть аваров осела на Кавказе и основала на территории совре-
менного Дагестана государство Сарир. Так, арабский историк 10
века н. э. Ибн-Руста упоминает о царе Аваре и народе абар,
соседствующем с аланами [49]. В чеченских народных преданиях
также говорится о некоем племени авхаров, обитавшем ранее на
территории современного Ауха.
Субгруппа R1a1 (M198) зародилась 10 тыс. лет назад и также
относится к «азиатскому» клану. Она практически единодушно
признается сугубо «индоевропейской» и «скифо-сарматской»
субгруппой [4, 39, 40]. Основанием такого отнесения является
высокая частота ее встречаемости у некоторых индоиранских
народов и славянских народов Восточной Европы (индийцы –
10,4-45,4%, таджики – 16-68%, поляки – 56,4%, украинцы – 54%,
русские – 36-47%...) [4, 5, 45]. Мы были против однозначного
отнесения субгруппы R1а (М198) исключительно к индоевро-
пейцам [12], поскольку частота ее встречаемости высока также и
у уральских (венгры – 60%, удмурты – 37,2%, саамы – 22%...), и у
алтайских (киргизы – 63%, узбеки – 13-30%, татары – 24%...), и у
дравидских (индийцы – 11,8-28,8%) народов [4, 5, 45]. И
наоборот, нас удивило полное или практически полное ее отсут-
ствие у индоевропейских народов Западной Европы (Ирландия,
Андалузия, Франция – 0%, Уэллс – 1%, Германия – 6,2%...),
Среднего Востока (Иран – 0-4% или 3,03-15,38%) и собственно
Кавказа (осетины – 0-4%, грузины – 4-10,6%, армяне – 6-9%) [1-5,
32, 37]. Мы обратили также внимание на тот факт, что в сравне-
нии с индоевропейскими народами Кавказа, тюркские народы
или народы, имевшие дружественные отношения с господство-
вавшими в Предкавказье кочевниками, демонстрируют высокую
частоту встречаемости субгруппы R1а1 (М198) (караногайцы –
9%, кумыки – 13,9%, балкарцы – 13,2-26,5%, карачаевцы – 27,5%,
кабардинцы – 14,2%) [1, 8, 12, 37, 47]. На этом основании нами
был сделан вывод, что появление субгруппы R1а1 (М198) в
кавказском регионе (и особенно в центральной и восточной его
частях) связано не столько с миграцией скифо-сармат или первых
индоевропейцев - носителей Ямной культуры, сколько с много-
численными тюркскими кочевыми племенами. Поэтому совер-
шенно необязательно, чтобы чрезвычайно редкие представители
субгруппы R1а1 (М198) в осетинском этносе являлись потомками
именно алан или иных индоевропейцев, но вполне вероятно их
тюркское происхождение. К сожалению, современная генетика
пока не обладает какими-либо прямыми методами, позволяю-
щими различать индоевропейскую, скифо-сарматскую или тюрк-
скую принадлежность представителей субгруппы R1а1 (М198)
(так, как, например, удается идентифицировать славяно-угорскую
или пакистанскую принадлежность индивидуума по наличию у
него характерных SNP-мутаций R1a1a7 (M458) и R1a1a6 (M434)
[11]). Но существуют косвенные методы, позволяющие нам
несколько глубже осветить происхождение осетинских пред-
ставителей этой субгруппы. Так, сравнением двух осетинских
гаплотипов с гаплотипами 10 других популяций Кавказа [6], нам
удалось установить их идентичность одному чеченскому и
одному абхазскому гаплотипам по всем 19 маркерам (см. рисунок
1). Этот факт свидетельствует, что скорее всего, осетинские
представители субгруппы R1а1 (М198) являются выходцами из
Чечни и Западного Кавказа. Возраст нахского клана субгруппы
R1а1 (М198), включающего в себя одного иронского предста-
вителя и соответствующего правой ветви дендограммы (см.
рисунок 1), составляет 2250±460 лет, что не исключает скифо-
сарматского его происхождения. Возраст же западнокавказского
клана с одним дигорским представителем, соответствующего
левой ветви дендограммы, составляет 3630±630 лет. Таким
образом только один из двух осетин, иронский выходец из Чечни,
может иметь скифо-сарматское происхождение, что, тем не
менее, не означает положительного решения проблемы осетино-
аланского родства.
Гаплогруппа R1b (M343) также зарождается на юге Централь-
ной Азии 18 тыс. лет назад [50], но максимальные частоты ее
встречаемости отмечены в Западной Европе (Баскония – 86,4-
88,9%, Великобритания – 66-89%) [4, 51, 52]. В недавнем генети-
ческом исследовании широкого ряда европейских популяций
было установлено, что субгруппа R1b1a2 (M269) распространи-
лась в Европе из Анатолии с неолитическими «земледельцами» 8-
4 тыс. лет назад, а возраст ее кланов плавно снижается с востока
на запад (Турция – 8 тыс. лет, Баскония – 5,8 тыс. лет, Ирландия –
5,5 тыс. лет) [53]. В еще более новой работе, на основе глубокого
генотипирования представителей этой гаплогруппы, было
установлено, что если в Центральной Азии доминируют
субгруппы R1b1a1 (M73) и R1b1a2 (M269), на Среднем Востоке
R1b1a2 (M269) и R1b1a2a (L23), на Кавказе R1b1a2a (L23), то в
Европе R1b1a2 (M269), R1b1a2a1 (L150) и ряд ее последующих
дериватов [51, 54]. Если «азиатская» субгруппа R1b1a1 (M73)
широко представлена у народов тюрко-монгольского генезиса
(балкарцы – 9,6% [47], хазарейцы – 32% [45], башкиры – 1-55%
[55]...), то все остальные субгруппы ассоциируются с кельтскими,
латинскими и германскими народами и языками (кентум). Тем не
менее, совершенно очевидно, что та часть представителей суб-
групп R1b1a2 (M269) и R1b1a2a (L23), которая не мигрировала из
Азии в Европу и проживает в современном индоиранском мире
[5, 32, 45, 46, 54], в какой-то исторический период перешла на
индоиранские языки и могла, хоть и с низкой степенью вероят-
ности
, участвовать в скифо-сарматских миграциях. Следова-
тельно, мы можем также предположить, что кавказские или
только осетинские представители субгруппы R1b1a2a (L23) могут
оказаться потомками алан. Но и это предположение, как два
предыдущих, оказалось несостоятельным по следующим причи-
нам. Во-первых, наши расчеты возраста «кавказской» субгруппы
R1b1a2a (L23) на основе имеющихся в [6] и [54] данных (3660±
530 и 4500±840 лет соответственно) свидетельствуют об одном и
том же – клан этой субгруппы существовал на Кавказе задолго до
скифо-сарматской эпохи. Во-вторых, ближайший общий предок
собственно осетинского клана субгруппы R1b1a2a (L23),
наоборот, появляется в Осетии много позже скифо-сарматской
миграции - всего 590±150 лет назад. Время зарождения этого
клана точно совпадает с посттимуровской эпохой внутренних
миграций кавказских народов. И в-третьих, как свидетельствует
филогенетическое дерево субгруппы R1b1a2a (L23), предок-
основатель осетинского клана является выходцем более древнего
(5040±910 лет) аварского клана (см. рисунок 2). В этой связи
следует отметить, что нами фиксируется появление в Осетии того
исторического периода и других кланов - выходцев с Восточного
Кавказа. К ним относится клан субгруппы J2a4b (M67), предок-
основатель которого прибыл из Чечни 370±140 лет назад.
Участие представителей субгрупп R1b1a2 (M269) и R1b1a2a (L23) в
скифо-сарматских миграциях маловероятно потому, что и в Сибири, и в
Восточной Европе - исконных областях скифо-сармат, отсутствуют даже
следы этих субгрупп. Исключение составляет Башкирия, где были обнару-
жены многочисленные кланы субгрупп R1b1a1 (M73) и R1b1a2a (L23) [55].
Но возраста этих кланов, согласно нашим расчетам, составляют только
380±230 и 560±180 лет соответственно и поэтому говорить об их скифо-
сарматском происхождении не приходится.
Последней гаплогруппой Ирана, которая могла иметь отно-
шение к аланам, является гаплогруппа G (M201). В отличие от
рассмотренных ранее трех субгрупп, эта гаплогруппа зародилась
на Среднем Востоке 9,5-17 тыс. лет назад [4, 33]. Данные поли-
морфизма гаплогруппы G (M201) демонстрируют, что если на
Среднем Востоке в равной степени присутствуют субгруппы
G1 (M285) и G2 (P287), в Афганистане G5 (M377), то в Турции
доминирует G2 (P287) [1-9, 12, 31-33, 36, 45, 46]. В неолите суб-
группа G2 (P287) распространяется из Анатолии в Европу и на
Кавказ вместе с земледельческим населением. С этой субгруппой
специалисты связывают Майкопскую культуру Западного Кав-
каза (3 тысячелетие до н. э.), такие этносы прошлого как хатты и
каски, а также современные адыгские народы [9, 12, 33]. Более
глубокие исследования показали, что в отличие от Турции, в
Грузии и на Западном Кавказе преобладают субгруппы G2a (P15),
G2a3b1 (P303) и G2a3a (M406), на Центральном Кавказе и,
особенно, в Осетии доминирует субгруппа G2a1a (P18), а на
Восточном Кавказе все вышеперечисленные субгруппы либо
отсутствуют, либо представлены на уровне следов [6-9, 33, 37,
47]. Автор исследования [7] считает, что субгруппа G2a1a (P18)
встречается только на Кавказе и поэтому она является сугубо кав-
казским дериватом «переднеазиатской» субгруппы G2a1 (P16). И
если это так, то вопрос ее аланского происхождения снимается
сам собой. Но мы, тем не менее, сомневаемся в истинности этой
гипотезы по двум следующим причинам. Во-первых потому, что
в базе генетических данных (www.ysearch.org) и научной
литературе мы, хоть и редко, но все-таки находим людей,
проживающих вне Кавказа (в различных регионах мира - от
Британии до Южного Афганистана [56]) и относимых генетиками
к субгруппе G2a1a (P18). Возможно, что это отнесение ошибочно
и данные люди имеют иной, отличный от кавказского, тип
мутации (например, одну из мутаций P18.1, P18.2 или P18.3). Но
пока ошибочность их генотипирования не доказана, мы не имеем
права настаивать на кавказском генезисе субгруппы G2a1a (P18).
Во-вторых потому, что согласно антропологическим и генетичес-
ким данным, население Северного Кавказа формировалось двумя
миграционными потоками, распространявшимися из Северной
Месопотамии и Восточной Анатолии вдоль Каспийского и
Черного морей [8, 12]. Согласно нашим расчетам [12] и литера-
турным данным [3, 6-9, 58], представители вышеперечисленных
субгрупп (включая и субгруппу G2a1a (P18)) заселяли Кавказ по
западному маршруту. И действительно, построенное нами
филогенетическое дерево кавказской субгруппы G2a1a (P18) (см.
рисунок 3) демонстрирует наличие трех четко различимых
кластеров. Первый кластер, наиболее древний, является смешан-
ным общекавказским, тогда как остальные два, более молодые,
являются преимущественно осетинскими [6]. Причем, третий
«иронский» кластер отличается от второго «дигорского» тем, что
составляющие его люди имеют характерный только для Осетии и
не встречающийся более нигде в мире тип мутации с 9
тандемными повторами в локусе DYS391. Данная мутация обна-
ружена и у внука И. Сталина, поэтому осетинское происхождение
«грузинского» рода Джугашвили является научно доказанным
фактом. Мы рассчитали возраста этих кланов и выяснили, что
если первый общекавказский клан зародился 2870±470 лет назад,
второй и третий осетинские 1460±250 и 1100±180 лет назад
соответственно, то возраст предка-основателя всех трех кланов
составил 3110±480 лет. Мы также рассчитали возраста предков-
основателей этой субгруппы для различных этносов Кавказа и
увидели, что они примерно одинаковы (чеченцы 2820±590,
осетины 2810±430, черкесы и абхазцы 2710±520 лет) и мало
отличаются от возраста общекавказского предка-основателя
(3110±480 лет). Расчеты свидетельствуют, что представители
субгруппы G2a1a (P18) появляются во всех регионах Северного
Кавказа практически одновременно - на рубеже II-I тыс. до н. э.,
что, во-первых, исключает их скифо-сарматское происхождение
и, во-вторых, ставит под сомнение даже их осетинское проис-
хождение. Поэтому мы и предполагаем, что они также, как и
представители субгруппы G2a3b1 (P303), скорее всего приходят
на Центральный Кавказ с Западного Кавказа. Кроме того, время
их появления в Чечне и Осетии с удивительной точностью
совпадает со временем распространения на этих территориях
Кобанской культуры. Причем, совпадают не только возраста, но
и ареалы распространения Кобанской (1200-400 г. г. до н. э.) и
родственной ей Колхидской (1800-700 г. г. до н. э.) культур с
ареалом субгруппы G2a1a (P18). Обращает на себя внимание и
корреляция частоты встречаемости этой субгруппы с ареалом
распространения нартского эпоса. Возможно, что представители
субгруппы G2a1a (P18) и были теми самыми нартами, тем более,
что зарождение нартского эпоса (как и появление этой субгруппы
на Кавказе) относится Е. И. Крупновым к доскифской эпохе [57].
Высокая же частота встречаемости данной субгруппы именно в
Осетии свидетельствует только об одном - в процессе формиро-
вания осетинского этноса имело место широко распространенное
среди малых народов Кавказа явление дрейфа генов
.
Последней субгруппой осетинского этноса, которую мы
исследуем на предмет ее аланского происхождения, является
субгруппа G2a3b1 (P303). Наш расчет возраста малочисленного
(1,3-4,7%) осетинского клана этой субгруппы показал, что его
предок-основатель появляется в Осетии 2010±490 лет назад. Но
это не означает его аланского происхождения по двум причинам.
Первая причина заключается в том, что осетинский клан является
всего лишь частью более многочисленного общекавказского
клана (см. рисунок 4, левая ветвь), возраст которого составляет
3980±670 лет. А вторая причина заключается в том, что надеж-
ным археогенетическим методом установлена принадлежность
носителей этой субгруппы к потомкам земледельческой культуры
линейно-ленточной керамики, распространявшейся 7500-6900 лет
назад со Среднего Востока не только в Центральную и Западную
Европу, но и на Кавказ [58, 59].
Явление дрейфа генов реализуется в небольших, замкнутых и панмикс-
ных этносах - именно таких, какими являются большинство кавказских.
Дрейф генов подразумевает, что под влиянием случайных факторов
происходит естественное изменение генетического состава популяции,
приводящее рано или поздно к генетическому единообразию за счет
фиксации одних генотипов и утраты других. В результате такого процесса
происходит медленное, но неуклонное замещение одних генов другими
вплоть до полной смены генофонда этноса. Поэтому иначе дрейф генов
можно назвать процессом стирания генетической памяти популяции. Это
широко распространенное в кавказских популяциях явление, приведшее к
генетическому единообразию мужской части многих народов Кавказа
(даргинцы и кубачинцы - 91-98,5% J1 (M267), багаулинцы - 67,9%
R1b1b2a (L23), ингуши - 87,4% J2a4b (M67), осетины - 72,6% G2a1a (P18),
шапсуги - 86% G2a3b1 (P303)... [1-3, 6-9]), было обнаружено и подробно
описано нами в предыдущей работе [12].
Таким образом, мы последовательно и очень скурпулезно
обосновали тот факт, что ни одна мужская гаплогруппа Осетии
или Ирана, включая и субгруппу G2 (P287), не может претен-
довать на звание «аланской» гаплогруппы. В широком смысле
это означает, что ни с генетической, ни с антропологической
точки зрения осетинские мужчины потомками алан не являются.
К этому выводу пришел и И. Насидзе, установивший, что муж-
ская часть населений Северной и Южной Осетий генетически
ближе к мужскому населению других народов Северного Кавказа
и Закавказья соответственно, чем друг к другу. Наоборот,
женская часть населения обеих Осетий сближается как между
собой, так и с женским населением Ирана. Аналогичный
результат получен и для другого ираноязычного народа Кавказа -
талышей. Было установлено, что мужская часть талышской попу-
ляции генетически родственна мужчинам соседних кавказских
народов, тогда как женская часть демонстрируют генетическую
близость с женщинами Ирана, Армении и Осетии [60]. Это озна-
чает, что формирование современных осетинского и талышского
этносов происходило путем вытеснения иранских мужчин кавказ-
скими при почти неизменной женской, близкой к иранской,
составляющей. Но такой механизм формирования по крайней
мере осетинского этноса абсолютно не приемлем с точки зрения
данных археологических и анропологических исследований [22-
24]. А иной механизм формирования осетинского этноса, способ-
ный примирить противоречие между иранским генезисом
осетинок и кавкасионским фенотипом осетин в целом, такой как
механизм дрейфа генов, в данном случае реализован не был и об
этом свидетельствует чрезвычайное генетическое разнообразие
женщин Осетии [8, 12]. Поэтому возникает естественное сомне-
ние в надежности данных авторов [1-3, 60] в части генетической
близости осетинских (талышских, армянских) и иранских
женщин, тем более, что о подобной близости ничего не говорится
в самом последнем и самом фундаментальном генетическом
исследовании кавказского региона [8]. Следовательно, чтобы
иметь полную картину формирования осетинского этноса необ-
ходимо выяснить достоверно – действительно ли осетинские
женщины близки к иранским и если да, то насколько. А также
откуда, когда и с кем они пришли на Кавказ. Вероятность того,
что они пришли на Кавказ со скифо-сарматами крайне низка,
поскольку популяционная генетика свидетельствует, что кочев-
ники либо не брали в свои европейские походы собственных
женщин, предпочитая захватывать при необходимости чужих,
либо они погибали в силу различных причин [12]. Именно
поэтому в Европе практически отсутствуют женские линии
«восточного» генезиса, а абсолютное большинство мужчин-
пришельцев женаты на европейках. И нет никаких оснований
считать скифо-сармат исключением из этого общего правила.
Возможно, что осетинские женщины пришли еще во времена
Кобанской культуры, в поздних захоронениях которой, наряду с
черепами понтийского типа, обнаруживаются широколицые
брахикранные варианты «иранского» типа [61]. Возможно также,
что они попали в Осетию из персидской Месопотамии или
Армении в хазарскую эпоху [25-28]. Подтверждением тому могут
служить предполагаемая генетическая близость женских линий
Осетии и Армении [60], а также неоспоримое присутствие
представителей ираноязычной «семито-хамитской» субгруппы
Е1b1b1a1 (M78) в Южной Осетии [5, 8, 9]. Таковы основные
направления поиска истоков иранских корней осетин, в которых
должны двигаться осетинские ученые. Конечно, если они хотят
иметь реальную, а не выдуманную историю.
Х. К. Чокаев
Список использованной литературы
1. Nasidze I. et al. Mitochondrial DNA and Y - Chromosome
Variation in the Caucasus. Annals of Human Genetics 2004,
68:205-221.
2. Nasidze I. et al. Genetic Evidence Concerning the Origins of
South and North Ossetians. Annals of Human Genetics 2004,
68:588-599.
3. Nasidze I. et al. Haplotypes from the Caucasus, Turkey and
Iran for nine Y-STR loci. Forensic Science International 2003,
137:85-93.
4. Semino O. et al. The Genetic Legacy of Paleolithic Homo
sapiens sapiens in Extant Europeans: A Y Chromosome
Perspective. Science 2000, 290:1155-1159.
5. Wells R. S. et al. The Eurasian Heartland: A continental
perspective on Y-chromosome diversity. Proceedings of the
National Academy of Sciences of the USA 2001,
98(18):10244-10249.
6. Balanovsky O. et al. Parallel Evolution of Genes and
Languages in the Caucasus Region. Molecular Biology and
Evolution 2011, 28(10):2905-2920.
7. Дибирова Х. Д. Роль географической подразделенности и
лингвистического родства в формировании генетического
разнообразия населения Кавказа. Автореферат
диссертации. М., 2011, с. 26.
8. Кутуев И. А. Генетическая структура и молекулярная
филогеография народов Кавказа. Автореферат
диссертации. Уфа, 2010, с. 44.
9. Литвинов С. С. Изучение генетической структуры народов
Западного Кавказа по данным о полиморфизме Y-
хромосомы, митохондриальной ДНК и ALU-инсерций.
Автореферат диссертации. Уфа, 2010, с. 23.
10. Rosser Z. H. et al. Y-Chromosomal Diversity in Europe Is
Clinal and Influenced Primarily by Geography, Razer than by
Language. The American Journal of Human Genetics 2000,
67:1526-1543.
11. Underhill P. A. et al. Separating the post-Glacial coancestry of
European and Asian Y chromosomes within haplogroup R1a.
European Journal of Human Genetics 2010, 18:479-484.
12. Чокаев Х. К. Случайность или историческая реальность?
М., Мэйлер, 2010, c. 304.
13. Дроздов Ю. Н. Тюркская этнонимия древнеевропейских
народов. М., 2008, с. 392.
14. Гасанов З. Царские Скифы. Этноязыковая идентификация
«царских скифов» и древних огузов. Нью-Йорк, 2002.
15. Мизиев И. М. Шаги к истокам этнической истории
Центрального Кавказа. Нальчик, 1986.
16. Дебец Г. Ф. О физических типах людей скифского
времени. Проблемы скифской археологии. М., 1971.
17. Гинзбург В. В. Антропологические материалы из раскопок
на р. Маныче. T.X. М.-Л., Сборник МАЭ, 1949, с. 285-292.
18. Багашев А. Н. Mатериалы к краниологии сарматов.
Тюмень, ИПОС СО РАН, 1996.
19. Корнелий Тацит. О происхождении германцев и
местоположении Германии. В кн: Сочинения в 2 томах.
Т.1. Анналы. Малые произведения. Л., 1969.
20. Мудрак О. А. Заметки о языке и культуре дунайских
булгар. Аспекты компаративистики 1. М, 2005, c. 83-106.
21. Эрдейи И. Исчезнувшие народы. Авары. «Природа» 1980,
№ 11.
22. Алексеев В. П., Бромлей Ю. В. К изучению роли
переселений народов в формировании новых этнических
общностей. Советская Этнография, 1968, с. 35.
23. Алексеев В. П. Происхождение народов Кавказа.
Краниологическое исследование. М., 1974.
24. Алексеев В. П. Антропологические данные и
происхождение осетинского народа. Историческая
антропология и этногенез. М., Наука, 1989.
25. Пфафф В. Б. Материалы по древней истории осетин. T.1.
Тифлис, ССКГ, 1981, c. 5, 6, 23.
26. Пфафф В. Б. Народное право осетин. T.1. Тифлис, ССКГ,
1981, c.192-193.
27. Баксан Д. Следы Сатаны на тайных тропах истории.
Грозный, 1998.
28. Леонти Мровели. Жизнь картлийских царей. М, Наука,
1979.
29. Сумбат Давитис-дзе. История и повествование о
Багратионах. Перевод, введение и примечания М. Д.
Лордкипанидзе. Тбилиси, Мецниереба, 1979.
30. Абаев В. И. Историко-этимологический словарь
осетинского языка. T.1. М.-Л., 1958.
31. Behar D. M. et al. Contrasting patterns of Y chromosome
variations in Ashkenazi Jewish and host non-Jewish European
populations. Human Genetics 2004, 114:354-365.
32. Regueiro M. et al. Iran: Tricontinental Nexus for Y-
Chromosome Driven Migration. Human Heredity 2006,
61:132-143.
33. Cinnioglu C. et al. Excavating Y-chromosome haplotype strata
in Anatolia. Human Genetics 2004, 114:127–148.
34. Semino O. et al. Origin Diffusion and Differentiation of Y-
Chromosome Haplogroups E and J Inferences of the
Neolithization of Europe and Later Migratory Events in the
Mediterranean Area. The American Journal of Human
Genetics 2004, 74:1023-1034.
35. Cruciani F. et al. Tracing Past Human Male Movements in
Northern/Eastern Africa and Western Eurasia: New Clues
from Y-Chromosomal Haplogroups E-M78 and J-M12.
Molecular Biology and Evolution 2007, 24(6):1300-1311.
36. Al-Zahery N. et al. Y-chromosome and mtDNA
polimorphisms in Iraq, a crossroad of the early human
dispersal and of post-Neolitic migrations. Molecular
Philogenetics and Evolution 2003, 28(3):458-472.
37. Battaglia V. et al. Y-chromosomal evidence of the cultural
diffusion of agriculture in the southeast Europe. Europeans
Journal of Human Genetics 2009, 17:820-830.
38. История Ширвана и Дербенда X-XI веков. М.,
Издательство восточной литературы, 1963.
39. Bouakaze C. et al. Pigment phenotype and biogeographical
ancestry from ancient skeletal remains: inferences from
multiplexed autosomal SNP analysis. International Journal of
Legal Medicine 2009, 123:315–325.
40. Keyser C. et al. Ancient DNA provides new insights into the
history of south Siberian Kurgan people. Human Genetics
2009, 126(3):395-410.
41. Дьяконов И. М. Алародии (хурриты, урарты, кутии,
чеченцы и дагестанцы). Алародии (этногенетические
исследования). Махачкала, 1995, c. 5.
42. Пахалина Т. Н., Лашкарбеков Б. Б. Ваханский язык. Языки
мира. Иранские языки. Т. 3. М., 2000.
43. Nasidze I. et al. MtDNA and Y-chromosome Variation in
Kurdish Groups. Annals of Human Genetics 2005, 69 (Pt 4):
401–412.
44. Mendez F. L. et al. Increased Resolution of Y Chromosome
Haplogroup T Defines Relationships among Populations of the
Near East, Europe, and Africa. Human Biology 2011,
83(1):39-53.
45. Sengupta S. et al. Polarity and Temporality of High-Resolution
Y-Chromosome Distribution in India Identify Both Indigenous
and Exogenous Expansions and Reveal Minor Genetic
Influence of Central Asian Pastoralists. The American Journal
of Human Genetics 2006, 78:202-221.
46. Firasat S. et al. Y-chromosomal evidence for a limited Greek
contribution to the Pathan population of Pakistan. European
Journal of Human Genetics 2007, 15(1):121–126.
47. Боготова З. И. Изучение генетической структуры
популяций кабардинцев и балкарцев. Автореферат
диссертации. Уфа, 2009, c. 24.
48. Эрдейи И. Исчезнувшие народы. Авары. «Природа», 1980,
№ 11.
49. Ибн-Руста. Из книги драгоценных камней. Сб. материалов
для описания местностей и племен Кавказа. Тифлис, 1903,
32:35-54.
50. Karafet T. M. et al. New binary polymorphisms reshape and
increase resolution of the human Y chromosomal haplogroup
tree. Genome Research 2008, 18:830-838.
51. Alonso S. et al. The Place of the Basques in the European Y-
Chromosome Diversity Landscape. European Journal of
Human Genetics 2005, 13:1293-1302.
52. Wilson J. F. et al. Genetic evidence for different male and
female roles during cultural transitions in the British Isles.
Proceedings of the National Academy of Sciences of the USA
2001, 98(9):5178-5183.
53. Balaresque P. et al. A Predominantly Neolithic Origin for
European Paternal Lineages. PLOS Biology 2010, 8(1):1-9.
54. Myres N. et al. A major Y-chromosome haplogroup R1b
Holocene erа founder effect in Central and Western Europe
European Journal of Human Genetics 2011, 19:95–101.
55. Лобов А. С. Структура генофонда субпопуляций башкир.
Автореферат диссертации. Уфа, 2009, с. 23.
56. Lacau H. et al. Y-STR profiling in two Afghanistan
populations. Legal Medicine 2011, 13(2):103-108.
57. Крупнов Е. И. Древняя история Северного Кавказа. М.,
1960, с. 374.
58. Haak W. et al. Ancient DNA from European Early Neolithic
Farmers Reveals Their Near Eastern Affinities. PLOS Biology
2010, 8(11):1-16.
59. Lacan M. et al. Ancient DNA reveals male diffusion through
the Neolithic Mediterranean route. Proceedings of the National
Academy of Sciences of the USA 2011, 108(24):9788-9791.
60. Асадова П. Ш. Генетическая характеристика талышей
Азербайджана по данным о полиморфизме
митохондриальной ДНК, Y-хромосомы и иммунно-
биохимических маркеров. Автореферат диссертации.
Москва, 2010, c. 20.
61. Герасимова М. М. Е. И. Крупнов и палеоантропология
Северного Кавказа. XXIV Крупновские чтения. ТД. М.,
2004.
Вот незнаю как сюда с пдф файла таблицы и рисунки вставить с работы Чокаева.
http://shot.qip.ru/00agmE-2169kK9DY0/
http://shot.qip.ru/00agmF-1dUFH0rYz/
http://shot.qip.ru/00agmL-2Ha2NTI45/
http://shot.qip.ru/00agmP-2XlyR6QoX/
http://shot.qip.ru/00agmQ-1cuDY7Z6L/
Критика работы И. Кутуева от профф. А.Клёсова
Критика работы И. Кутуева от профф. А.Клёсова
Информация богатая, что делает работу значимой. К сожалению, поскольку работа сделана по канонам "популяционной генетики", она содержит целый ряд ошибок и погрешностей. Но тут ничего не сделать, это системные проблемы популяционной генетики вообще и российской попгенетики в частности. Если бы этот комментарий прочитал сам диссертант, то из его данных мы с ним могли бы сделать конфетку, но об этом можно только мечтать.
Одна крупная ошибка - это использование в работе "метода Животовского", что моментально обессмыслило все временнЫе расчеты по датировкам гаплотипов и субкладов. Величина ошибки непредсказуема, она зависит от популяции, и обычно гуляет в диапазоне ошибки от 150% до 400%. Поэтому там, где у диссертанта 12 тысяч лет, это может быть и 3 тысячи лет, и 5, и 8 тысяч. То есть датировки в самом деле никакого смысла не имеют. А автор сопоставляет их с датировками климатологов и археологов, что делает работу в этом отношении еще хуже, чем она на самом деле есть. Что странно - метод Животовского давно рассмотрен и отвергнут специалистами (кроме тех, кто в "академической науке", которая плетется в хвосте, неужели диссертант совсем не следит за обсуждениями предмета его исследований? Тайна сия глубокая есть.
Далее, автор постоянно напирает на субклад R1a1-M458 и его значимость для популяций Кавказа, более того, на нем (в частности) делает вывод, что миграций из Европы на Кавказ почти не было (или были незначительные). Но дело в том, что этого субклада на Кавказе и быть не должно, если не считать случайных "туристов". Этот субклад происхождения польско-украинско-белорусского, и в значительной степени ушел на запад примерно 2500 лет назад, осев в Центральной Европе и среди западных славян. Сам автор, Андерхил (хотя эти выводы по ЦЕ и ЗС, конечно, он сделать не мог именно по причине своей "популяционнной генетики") тоже пришел к выводу, что миграций на восток этого субклада не было. Что, диссертант об этом не знает? Поэтому для Кавказа этот субклад совершенно неинтересен и не показателен. Его могли оставить, скажем, солдаты-украинцы или белорусы, служившие в тех краях, или что-то в этом духе.
То, что диссертант пишет , что им "впервые показано существование отчетливого потока генов из популяций Восточной Европы в популяции Кавказа", говоря в первую очередь о R1a1, то это немного смешно. Не говоря о том, что R1a1 - это не гены, а негенные области Y-хромосомы. Генами диссертант, как я понимаю, и не занимался.
Далее, диссертанет все время педалирует, что гаплогруппа R1b1 пришла на Кавказ из Передней Азии и из Ирана (что, в общем, одно и то же в данном контексте). Никаких доказательстств к этому не дается, просто повторяются некие клише. Митохондриальные - может быть, не знаю, но не R1b1b2, тем более что автор сам пишет, что корреляций между мтДНК и хромосомными данными практически нет. Дело в том, что в Иране R1b1 тоже очень мало. В недавней статье Myres, специально посвященной R1b, показано, что основное скопление R1b1 в Азии (она смотрела только до Урала) - в Поволжье, у башкир. Кавказ на картах зачернен не в пример сильнее Ирана. Показаны 14 карт, по субкладам, и практически на всех в Иране просто белое пятно, ничего нет. Наконец, вот цифровые данные по Ирану - из 150 протестированных человек гаплогруппу R-M207, то есть R как таковую, имеют 0, гаплогруппу R2 - 1.3% (то есть 2 человека из 150), R1b-M343* - 0, и древний V88 (которого на Кавказе нет) 0.7%. R1b1b2-M269 в Иране тоже меньше, чем в Поволжье (где ее общий предок датируется 7600 лет назад), и в таблицах в статье вообще не отмечается (а вот в Турции - есть и отмечается). Субклада этой группы, L-23, в Иране тоже не отмечено (из 150 человек), а у башкир и на Кавказе 29 и 32 человека, соответственно. В Пакистане - всего 5 (из 176 человек). В Турции - 58 из 611 человек (9.5%). Короче, в Иране R1b практически нет, а в Поволжье и на Кавказе полно. Что, диссертант об этом не знает? А если не знает, зачем постоянно педалировать Иран, когда их там нет или мало по сравнению с Кавказом? И в Поволжье они что, из Ирана появились? Нет, они из южной Сибири, с Алтая и прилегающих краев. Не зря их нет ни в Индии, ни в Пакистане.
Так что и здесь у диссертанта прокол. Он пишет - "наличие гаплогрупп G, J и R1b1b2-M269 свидетельствует о преимущественно переднеазиатском происхождении генетического пула Кавказа". Он что, не понимает, что это разные рода и передвигались они исторически разными путями? G может и из Ирана, вытесненная оттуда ариями (R1a1) начиная с 3500 лет назад и далее медянями-R1a1, J1 и J2 - из Месопотамии и Средиземноморья, может, и из Ирана, а R1b1b2-M269 - c севера, от "курганной культуры" и ей предшествующих, включая и средневолжскую культуру, и сероглазовскую.
Хотя далее сам же диссертант пишет, что Alu инсерция в популяциях Кавказа такая же, как и в Волго-Уральском регионе и в Центральной Азии. Такая же величина "генетической дифференциации" этой инсерции на Кавказе и в Волго-Уральском регионе. Неужели у диссертанта в голове не зашевелилось, что это неспроста? Что это отражение миграций на Кавказ именно оттуда? Нет, видимо, не зашевелилось. И никто не подсказал.
То, что у чеченцев много J2а (47%) - интересно. Это явно вбрасывание с юга. Может, от ингушей. У них есть и J1, и R1a, и другие гаплогруппы.
Автор злоупотребляет некими постулатами, даже не сообщая, что это просто постулаты, а просто пишет - "распространение трех субклейдов... I1*, I2b и I2a... шло из трех европейских рефугиумов (Франко-Кантабрийского, балканского и стоянки на юге современной Украины". Ни ссылок, ничего. Откуда он это взял - непонятно. Очередная басня? Нет же у автора ничего, что бы это подтверждало, хоть что бы. Похоже, что у них там на юге Украины было общежитие - и R1a1 туда прописывали, теперь вот I2a. I1* вообще пока не нашли, только после бутылочного горлышка 3500 лет назад, а диссертант уже знает, где она зимовала, не видя самой гаплогруппы.
А.Клёсов Тема : Древний род J2 пост.№ 487
http://www.rodstvo.ru/forum/index.ph...ic=1219&st=480
Популяционная генетика и ДНК-генеалогия
Коллизия популяционной генетики и ДНК-генеалогии (часть 1) http://pereformat.ru/2014/12/dnk-genealogiya/
У россиян лишь 16% генов коренных русских
Исследование: у современных россиян лишь 16% генов коренных русских
Короткая ссылка 15 марта 2017
РашаТудей
Учёные пришли к выводу, что у современных россиян имеется лишь 16,2% генов коренных русских — тех, кто некогда проживал на территории Центральной России.
Об этом свидетельствуют данные исследования медико-генетического центра Genotek, специалисты которого проанализировали результаты тестов ДНК более 2 тыс. россиян в возрасте от 20 до 45 лет.
Как сообщили RT в пресс-службе центра, анализ проводился с сентября 2015 года в рамках ДНК-теста «Генеалогия», по географии исследование охватило страны России и ближнего зарубежья. Больше всего образцов поступило из Москвы, Санкт-Петербурга, Сочи, Краснодара, Ростова-на-Дону, Владивостока, Новосибирска, Симферополя и Киева.
По результатам исследования был составлен этнический портрет среднестатистического россиянина. У него 89,5% европейских генов, 9,7% азиатских, 0,4% африканских и ещё 0,4% генов американских индейцев и представителей Океании.
К европейским относятся гены представителей Центральной и Восточной (67,2%), а также Западной Европы (22,3%).
У современных россиян 16,2% генов коренных русских — тех, кто некогда проживал на территории Центральной России. От предков из Белоруссии и с Украины жителям России и ближнего зарубежья досталось 19,2% генов, из Финляндии —13,1%, из Венгрии — 6,3%.
При этом значительный вклад в геном россиян вносят этнические группы Северного Кавказа, Балкан, Англии, Шотландии и других стран и территорий.
Исследователи отметили, что под данными этногруппами понимаются не современные представители, а скорее их предки. Геном современного человека представляет собой мозаику, образовавшуюся при смешении нескольких крупных древних популяций. Этим объясняется тот факт, что в геномах современников учёные находят близкие участки, например у жителей Финляндии и центральной России.
Генеральный директор центра Genotek Валерий Ильинский полагает, что каждому человеку важно знать, откуда он родом и кто его предки.
«Когда мы проводим исследования, мы определяем, откуда человек родом и откуда родом его предки. Поскольку мы знаем, что коренной национальностью, которая живёт на территории Центральной России, являются русские, то мы можем сказать, что коренные русские — это генетические выходцы с территории сегодняшней Центральной России», — отметил Ильинский.
Он пояснил, что специалисты центра работали с информацией и результатами исследований, которые накоплены учёными всего мира о генах 36 групп, в том числе характерных для российских популяций. Задача центра заключалась в применении этой информации к генам людей, проживавших и проживающих в настоящее время на территории России.
