Рамазан Цуров

http://as-alan.com/index/index.php?v...tent&Itemid=86

Здесь публикую стихи из сборника "Бесконечная песня"

Первоначальный свет (1981 - 1986)


***

Тропическая зелень. Синева.
Безбрежное и ласковое море.
Какие краски! Дышит зал едва,
не веря в то, что все исчезнет вскоре.

Там жизнь течет, как вечная весна,
полна цветов и сладостного хмеля,
горячего волнения полна...
И, кажется, всего лишь миг смотрел я
на жизни блеск, исполненной всего...

Исчезло все стремительно и странно
и на прямоугольнике экрана
так холодно и пусто - ничего.

Дождь проливной на улице и грязь,
как будто в небесах пробиты дыры.
Внутри опять огни горят, искрясь,
прямоугольно-красочного мира.

***

За все благодарен - за горечь и радость,
за звезды в судьбе,
за то, что и малые брал я награды
в тяжелой борьбе...

Пусть радость уходит и лучше поется
мне песня тоски...
Спасибо за то, что не все продается.
Всему вопреки!

Одиночество

Каждому сердцу - сердце...
Чье-то сгорает раньше
и не бывает встречи.

***

Мерцали огоньки в траве...
"Я, как к звездам, к ним отношусь", -
сказала ты, положив светлячка на ладонь,
и я понял, что с тобой можно говорить о звездах.

Мечта

Ты со мной иль нет тебя со мною?
Все, как сон, проходит - не понять.
Окруженный суетой земною,
смерть тебе пророчу - но опять

синих крыльев легкое шуршанье
еле слышно где-то впереди...
Убивает долгое прощанье.
Если ты уходишь - уходи!

Так тревожна жизнь и так беспечна...
Все пройдет, но без тебя не жить.
Видно, суждено тебе навечно
не ушедшей уходящей быть!

***

А.Б.

Среди суеты, клеветы и злословья
был островом счастья ваш дом.
Мы в нем говорили с тоской и любовью,
о самом прекрасном, святом.

Ни царь, ни бунтарь покачнуть не сумеют
бесстрастного времени власть,
и в мир, пред которым все краски бледнеют,
уже никогда не попасть...

Но поняли мир мой из песен и сказок,
в котором лишь чувство поет,
и в доме, где запах бумаги и красок,
останется сердце мое!

***

Идрису Базоркину

Не радуют слова пустых похвал,
но выше похвалы никто не знал.
Творец, гордись! -
Народ тебя признал.
Народ себя узнал.

***

Забуду я? И время беспощадно?
Да, если небо вечно будет серым
и если все погибнут незабудки
и этих звезд зеленоватый отблеск,
давно знакомый, вдруг в ночи исчезнет
и ничего напоминать не будет
о днях любви, безумных и прекрасных,
тогда, быть может, я тебя забуду.

***

Словно ночь, опустилась на землю Тщета.
Не трудись, с нищетою роднись, нищета!

Я не знаю зачем и не помню когда,
словно ночь, опустилась на землю Тщета...

От земли отдаленней, чем звезды, земля,
но земля натянулась, цепями звеня.

Дай же Бог хоть душе, отлетевшей моей,
на излете увидеть обломки цепей!

***

Над крышей дома гроздья звезд зависли.
В такую ночь сбываются желанья.
Дни матери моей продли Всевышний.

Очень красивые стихи!!! Баркал Медина. Они "льются" легко и свободно.

Мадина) да, он чудесно пишет

Спасибо, Мenina! Ты умница, угодила мне конкретно.

***

Замер долго падавшего снега
тихий звон... Ни звука, ни следа.
На вершине розовой Казбека
стынет одинокая звезда.

Всюду - ты! И не встревожу словом
чистую, сияющую даль!
Тишиной и сказочным покровом
о тебе поет сама печаль!

Читая Джебрана

Этот день, как последний, прожить я хочу!
Отпустите меня до заката в Ливан,
где вметнувшийся кедр подобен лучу,
где о жизни томительной плакал Джебран.

Мне не нужно ни хлеба, ни золота их...
От кипящих ущелий и розовых скал,
от стремительных башен и сосен моих
я бы кедрам Ливана привет передал!

***

Золотистая ночь! Замираю, недолгому внемля,
от дневной суеты остывавшую душу коря...
Как горят светлячки! Словно звезды опустились
на землю...
А за темным хребтом затаилась и зреет заря.

Сколько света в душе, сколько мягкого, тихого света!
До последней звезды эти звезды земли не умрут.
На опавшей листве, исчезая до нового лета
золотую, прощальную песню цикады поют!

***

Этот вечер такой соленый...
Плачут сосны и плачут клены
о забытых ростках зеленых.
Даже воды озер стоячих
о ручьях серебристых плачут.
Мы печали с тобой не спрячем.

***

Встал за окном невиданный закат,
и в ярости перо изгрыз поэт;
он думал, к небу устремляя взор,
о тех словах, которых в мире нет.

Горел закат, пылал багров и ал...
В слезах тоски хранитель красоты,
художник, кисти тонкие сломал
и растоптал безмолвные холсты.

Но знал огонь - ему не отгореть.
Его в сердца не ветры занесли...
сгорел закат и пусть запечатлеть
перо и кисть сегодня не смогли.

Чтоб мгла покоя в сердце не вошла,
чтоб было сердцу что еще сказать
и чтоб поэзия всегда жила,
встал за окном невиданный закат.

***

Гаснет парус. Горизонт не виден.
Не поднять, не бросить якоря.
В двадцать вспоминал ты, Мартин Иден,
бури, бирюзовые моря.

Медленно живу я и ночами
мне перо в смятении не грызть,
в двадцать лет имея за плечами
бурную, просоленную жизнь!

Там, где в узкие долины
гор спускаются хребты,
есть кусочек неба дивный,
невозможной красоты.

Это место, как оконце
в мир, неведомый пока,
где пронизанные солнцем
золотые облака,

а под ними, в час вечерний,
замирают до утра
черная гора Оленей
и Столовая гора…