Противоречивое наследие Сергея Багапша

[dt52]

ПРАГА, 29 мая, Caucasus Times

29 мая в Москве после тяжелой болезни скончался глава самопровозглашенной республики Абхазия Сергей Багапш.

Сергей Багапш, избранный в 2005 году, был вторым президентом автономии, которая отделилась от Грузии в начале 90-х годов после кровопролитной войны с Грузией. Именно во время его президентства Абхазия одновременно с Южной Осетией получила признание своей независимости со стороны Российской Федерации, Никарагуа, Венесуэлы и тихоокеанского государства Науру.

Сергей Багапш родился и всю жизнь прожил в Сухуми. В советское время работал агрономом, инкассатором, после армии сделал карьеру комсомольского функционера.
После распада СССР и провозглашения Абхазией своей независимости Багапш возглавил Очамчирский районный совет. В 1997 году стал премьер-министром непризнанной республики.

На выборах президента Абхазии в 2004 году Багапш был ведущим оппозиционным кандидатом, однако несмотря на сильную конкуренцию сумел одолеть второй тур и набрать преимущественное количество голосов по сравнению с другим оппонентом. Его соперником был Рауль Хаджимба, пользовавшийся неприкрытой поддержкой Москвы.

Власти не признали победы Сергея Багапша и попытались отменить результаты выборов. Это вызвало волнения, демонстрации и столкновения между сторонниками противоборствующих кандидатов на должность главы самопровозглашенной республики. В Сухуми и Гаграх произошли беспорядки.

В этот же период Россия закрыла контрольно-пропускной пункт на границе с непризнанной Абхазией, запретила ввоз на свою территорию абхазских мандаринов, ссылаясь на их несоответствие санитарно-гигиеническим нормам. Было также прекращено железнодорожное сообщение с Сухумом. Население оказалось в кольце экономической блокады. Многими в Абхазии это было расценено, как давление с целью отнять голоса избирателей у Сергея Багапша.

После длительного политического противостояния Рауль Хаджимба снял свою кандидатуру, а Сергей Багапш со своей стороны, сделав встречное предложение, взял его в пару в качестве кандидата в вице-президенты. Москва отменила жесткие меры и открыла границу для абхазского населения , вывоза сельскохозяйственной продукции и ввоза потребительских товаров.

В январе 2005 года в Абхазии состоялись повторные выборы, на которых Сергей Багапш одержал убедительную победу.

Абхазский лидер неоднократно заявлял, что готов налаживать добрососедские отношения с Тбилиси, но лишь при условии признания независимости республики. При Багапше официальный Сухум отверг предложения об урегулировании отношений с Грузией путем вхождения Абхазии в ее состав на правах автономии с широкими правами.

В июне 2008 года в Абхазию были введены дополнительные подразделения российских войск, превышающие предусмотренный мандатом ООН порог численности российского миротворческого контингента. В ответ на протесты Тбилиси в Сухуми заявили, что это железнодорожные войска, которые будут ремонтировать дорогу.

Спустя два месяца из-за попытки штурма южноосетинской столицы грузинскими войсками разгорелся военный конфликт между Грузией и Россией. Абхазия напрямую не участвовала в военных действиях, но сам президент не раз выказывал своё отношение к конфликту, подчеркивая, что республика также пострадала от экспансии грузин.

Одним из следствий августовской войны стало признание независимости Абхазии вместе с Южной Осетией со стороны Российской Федерации. Президент России Дмитрий Медведев объявил о признании государственности Абхазии 26 августа 2008 года. Однако мировое сообщество так и не признало независимости Абхазии.
В 2009 году Сергей Багапш вновь победил на президентских выборах и начал второй президентский срок. Наблюдатели от ЕС пришли к заключению, что эти выборы не соответствуют европейским стандартам. Тем не менее, с момента вхождения Сергея Багапша во власть российскими экспертами принято говорить о внешнеполитическом курсе абхазского суверенного государства.

Во время частых встреч и переговоров с членами российского правящего тандема абхазский лидер подписал договоренности о создании в Абхазии новой российской военной базы.

В 2010 году премьер-министр России Владимир Путин пообещал выделить Сухуми кредит размером в 10 млрд. рублей.

При Сергее Багапше Абхазия сумела добиться существенного экономического прорыва, который стал возможен благодаря абхазо-российской экономической интеграции.

Послевоенный Сухум сегодня утопает в строительных лесах, а на абхазских дорогах новое покрытие и дорогие автомобили. Все эти признаки наступившего мира и благополучия, не идут ни в какое сравнение с прежними временами блокады и разрухи, когда люди страшились вечерами выходить на неосвещенные улицы, а в домах текли крыши, дороги были разбиты, а заработать на жизнь можно было только продажей цитрусовых на российско- абхазской границе.

В оппозиционной среде принято считать, что успехи есть не потому, что у власти находился именно Багапш, а потому, что вокруг республики сложилась благоприятная внешняя конъюнктура. Однако те же оппозиционеры признают, что Багапш смог создать здоровую конкурентную среду в политической и экономической сферах нынешней Абхазии.

Багапш разрушил систему клановости, сложившуюся при предыдущем президенте Абхазии Ардзынба. Открыв элитам доступ к бюджетным средствам и хозяйственному комплексу он наделил должностями почти всех, к кому подходит определение - «влиятельный человек».

Однако, несмотря на значительные успехи Абхазии при Багапше, его рейтинг последние годы имел заметную тенденцию к снижению.

Причина тому откровенная промосковская позиция Багапша во внешнеполитической деятельности, а также недопустимое игнорирование общественного мнения в некоторых вопросах общегосударственной важности.

Так, 31 января 2011 года во время встречи с мэром Москвы Сергеем Собяниным глава Абхазии заявил: «Никто не заставит меня не считать Москву моей столицей. Москва - это наша столица». Пафос его заявления вызвал соответствующий гнев в Абхазии. Не многие согласились с тем, что столица Абхазии находится в России. Ранее этому заявлению предшествовала череда сомнительных с позиции национальных интересов решений и соглашений.
В частности, еще одним сегментом политической нестабильности в Абхазии стал приход на абхазский рынок российской нефтяной компании «Роснефть». Компания утвердила за собой два направления деятельности в Абхазии: исследования залежей нефти и создание заправочных комплексов по всей территории республики. Сегодня три из двенадцати планируемых автозаправочных комплексов «Роснефти» уже действуют с полной нагрузкой. Простой расчёт показывает, что двенадцать заправочных комплексов на сто тысяч автомобилей дают покрытие большей части рынка топливной розницы, что означает изгнание игроков наименьшего масштаба с этого абхазского сектора экономики. Многим абхазским предпринимателям такой расклад вещей далеко не по нраву. Приход иностранного бизнеса на внутренний рынок Абхазии демонстрирует иной, качественный уровень услуг, но не оставляет при этом местному бизнесу малейшего шанса выжить.

Переоценив роль России во внутриполитическом процессе, президент утратил живую связь с обществом, и самое главное, забыл о некоторых нюансах абхазской демократии, главный из которых базируется на отношении абхазов к своей земле и собственности. Для абхазов вопрос государственности - это прежде всего вопрос абсолютного права и владения собственной землей и ресурсами. Абхазам жизненно важно знать, какие конкретно выгоды получат от российских инвестиций люди, живущие в местах, куда конкретно должен прийти иностранный капитал.

Кроме этого, в небольшой по численности стране практически каждый считающий себя гражданином абхаз стремится участвовать в политической и общественной жизни своего народа. Соответственно, общественность не ограничивает свое участие в политике формальными институтами представительства, такими как парламент и общественная палата. Так как эти институты слишком зависимы от конъюнктуры власти и не могут похвастаться в полной мере эффективным представительством своих избирателей. В Абхазии - стране с 300-тысячным населением - власть может себе позволить прямой диалог с гражданами своей страны.

На подобные тонкости управления с каждым годом Багапш все реже обращал внимание, в ответ абхазская общественность остро реагировала на отход от правил народной демократии. Так, не поставив абхазское общество в известность, глава государства отдал в собственность России несколько крупных объектов государственной недвижимости, подписал контракты с крупнейшими российскими банками, значительно увеличил присутствие российских военных на территории республики.

Двусмысленность его положения не только подтачивали авторитет и физическое здоровье Багапша последние несколько лет, но и подкармливали оппозицию новыми аргументами в их пользу.

29 мая Багапша не стало. Абхазскому обществу еще предстоит оценить исторический вклад Сергея Багапша в становление Абхазии как суверенного государства.

По мнению экспертов, теперь уже ставшая неизбежным смена главы Абхазии не должна повлечь за собой жесткого политического противостояния элит и последующего политического кризиса в республике. А также не приведет к кардинальным изменениям в векторе внешнеполитических отношений с Россией и Грузией, которые сложились при жизни президента Сергея Багапша.

Ислам Текушев, Caucasus Times

[dt52]

30 Мая 2011
Политические контуры будущей Абхазии
СУХУМ, 30 мая, Caucasus Times

Сергей Багапш ушел неожиданно. И дело не только в том, что для абхазского мужчины 62 года – не возраст. Багапш ушел, не оставив духовного завещания для будущего Абхазии.

Он ушел в самом разгаре своего второго президентского срока, когда позади остались тяжелые годы политической и экономической нестабильности, внутреннего гражданского противостояния, и самое главное – напряженности всего населения маленькой страны, связанное с необходимостью перманентной готовности к войне с Грузией. Впереди Абхазию Багапша ожидали политическая стабильность и экономический подъем.

Ближайший электоральный цикл - это парламентские выборы 2012 года. «Большие», президентские выборы должны были быть только в 2015 году. И это время политическая среда отводила себе на становление. К тому же после событий 15 мая в Новом Афоне появилась надежда на новый национальный проект, который вполне мог сформироваться в течение нескольких лет, и наконец, явить стране новых политических лидеров. В общем, все надеялись на эпоху Багапша, как на времена долгожданной стабильности и спокойствия. Но эпоха Багапша неожиданно для всех закончилась.

Смерть президента обрушила в Абхазии сотовую связь. Не смолкают мобильники и с наступлением поздней ночи. Люди высказывают соболезнования друг другу с кончиной своего президента. Вести о смерти Сергея Багапша действительно никто не ожидал. И от того скорбь утраты вдвойне отягощает каждого, кто причисляет себя к абхазскому сообществу. Уже можно сказать, что основными эпитетами, которыми общество посмертно награждает Багапша - это «благородный», «добрый», «человечный», «мягкий», люди пытаются передать свое искреннее сожаление о случившемся. И в этом нет фальши и лицемерия. Высокий, статный, он как-то с большим трудом нарабатывал жесткую харизму, необходимую для высокого чиновника его ранга. Для него это было неестественно. И сейчас, когда его душа соприкоснулась с вечностью, люди говорят о нём, как о человеке, сохранившем своё лицо. И эпоха его правления останется в памяти, кто бы, что не говорил - все-таки временем свободы. Он не был «истиной в первой инстанции» и никогда не строил из себя авторитарного лидера. Теперь уже можно сказать, что и как Владислав Ардзинба Сергей Багапш был выдающейся личностью.

Сергей Багапш навечно «застолбил» свое место в истории Абхазии. Из его эпохи страна вышла признанной Россией. Мне не нравится, когда говорят, что Абхазии достаточно только российского признания, но факт, что без признания Российской Федерацией у маленькой страны по-прежнему были бы очень большие проблемы. Багапш, как национальный лидер, ответственный за судьбу своего народа, даровал Абхазии и военную безопасность, и совершенно другой уровень экономического развития. Эпоху Багапша в 2005 году Сухум встречал полуразрушенным и бедным. В 2011 году Багапша в последний путь будет провожать отстроенный, пленяющий своей красотой город, живой памятник его заслугам.


Что будет дальше? Ближайшие три месяца страной будет руководить вице-президент Александр Анкваб. Очень интересно пожить в стране, которой будет руководить этот политик. Нынешний вице-президент, после Владислава Ардзинба, несомненно, самая яркая фигура на политическом горизонте страны. Анкваб – политик того же поколения, что и Ардзинба и Багапш. Но это личность совершенно иного типа. В свое время самый молодой полковник системы МВД СССР, Анкваб всегда был жестким, педантичным и не приспособленным к компромиссу. Их пути с Владиславом Ардзинба разошлись почти сразу же после войны, и с тех пор первый лидер Абхазии воспринимал Анкваба как самого опасного своего соперника. Многие годы нынешний вице-президент Абхазии провел в Москве, а по существу - находился в положении политического беженца. В Абхазию он вернулся в канун президентских выборов 2004 года, и сразу же принял участие в предвыборной кампании Багапша. Без сомнения, широкая общественная поддержка Анкваба помогла Багапшу прийти к власти. С тех пор между двумя политиками сохранялись на удивление стойкие отношения. Пять лет Анкваб пребывал на посту премьера, после победы Сергея Багапша на прошлогодних выборах, стал вице-президентом.

С большой долей уверенности можно утверждать, что Александр Анкваб – следующий президент. В его руках административный ресурс, и наверняка, все та же общественная поддержка. В отличие от Абхазской церкви, гражданское общество не явило стране новых лидеров, которые могли бы успешно конкурировать со старой командой. Если бы Сергей Багапш смог отработать второй пятилетний срок, то шанс создать и развить новые политические силы, несомненно, был бы. Теперь же обществу придется выбирать вероятнее всего между вице-президентом Александром Анквабом, премьер-министром Сергеем Шамба и лидером оппозиции Раулем Хаджимба. Реальную конкуренцию Анквабу может составить только Хаджимба.

Надо признать, что оппозиция сегодня серьезно видоизменилась, в ней аккумулируются идеи развития новых национальных институтов, таких, как например, церковь. К оппозиции близки по взглядам СМИ и интеллектуальный потенциал нации. Однако, совсем не исключено, что какая-то часть влиятельных политиков и СМИ поддержит кандидатуру Анкваба. Он будет лидером значительно более сильным, чем Багапш во время последних выборов. Нельзя исключать и различные альянсы. В любом случае нужна широкая политическая реформа, чтобы противостоять кому- либо из названных возможных претендентов на освободившуюся должность главы государства после трагического ухода из жизни Сергея Багапша.

Вряд ли внешняя политика новой власти, которая появится через три месяца, принципиально изменится. Власть уже традиционно придерживается в отношениях с Россией линии уступок, однако на практике, эта уступчивость нивелируется жесткой общественной позицией. При «уступчивом» Багапше, реально до конца не была доведена ни одна из «уступок» России. Вот список таких «уступок». Передача госдачи в Пицунде в пользование РФ, пограничный вопрос, когда российская сторона настаивала на передаче 160 кв. километров абхазской территории, церковный вопрос и вопрос вокруг крупнейшего в Сухуме санатория, который находился под управлением министерства обороны России. По госдаче договоренности не были доведены до конца под общественным давлением, пограничный вопрос решен в целом в пользу Абхазии, а что касается религии - опять- таки из-за жесткого общественного протеста, отправленный Московским патриархатом в новоафонский монастырь настоятель был изгнан. Военный санаторий, который планировалось то ли ремонтировать, то ли продать, после решительного протеста коллектива, также решено вернуть под юрисдикцию Абхазии.
Взаимоотношения с Россией в последние годы напоминают игру в одни ворота: власть готова на уступки - своего рода компенсацию за признание и безопасность, но общественный протест не дает возможности этим проектам осуществиться. Может это и есть хитрая абхазская игра?

Не думаю, что во внутренней политике возможны какие-то принципиальные изменения, хотя и жива теория о том, что прирожденному реформатору Анквабу, осуществить изменения мешал конъюнктурщик и мастер компромисса Багапш. Возможно. Но факт, остается фактом: с 2005 года никакого модернизационного проекта, хотя б даже на бумаге, создано не было.

Наверняка Анкваб займется «наведением порядка». В полицейское государство при Анквабе я не верю, а в полицейский режим …..вполне.

Анкваб, если ему суждено стать новым лидером Абхазии, безусловно, быстро обретет имидж президента-государственника. Это одновременно и хорошо, и плохо. «Порядок» - в сегодняшней Абхазии вещь востребованная. Однако, если Анкваб укрепится в кресле президента и не совершит существенных ошибок, то 2015 год с его надеждами на приход новой политической элиты, окажется пустой иллюзией. Вне сомнения, Анкваб организует себе второй президентский срок и тогда поколение политиков начала 90-х сохранит свою, кажущуюся уже почти вечной, монополию на власть.

Впрочем, остановиться хочется ещё на той самой концепции стабильности, которая не должна быть опровергнута последующим ходом политических событий и по которой сегодня слышен многоголосый плач абхазского народа. Сохранить достигнутое первым президентом Ардзинба и взять более высокую планку возможностей для своей страны удалось богатырю Сергею Багапшу, удастся ли следующему преемнику абхазской власти вынести такие же тяготы на своих плечах, не уронив при этом шапки с головы, вот вопрос вопросов!!!
Но все эти расклады впереди. Пока Абхазия провожает в последний путь своего президента. Сергей Багапш всего на год и три месяца пережил Владислава Ардзинба. Но, безусловно, сумел сделать многое – вывел страну из экономической безысходности и политической летаргии, добился признания её независимости, а потому благодарные абхазы, все как один, скорбят о нём, как о лучшем из своих сыновей.

И как бы ни мудрили политические прорицатели, и после смерти Сергея Багапша Абхазия, скорее всего, останется сама собой.

Антон Кривенюк, Сухум, Caucasus Times