АРИФМЕТИКА КУЛИКОВСКОЙ БИТВЫ

[Адам]

Подтасовывание фактов и манипулирование цифрами, например, как в случае с «неравным» боем под Улус-Кертом - 2500 против 86, имеет глубокие в историческом плане традиции. Простая арифметика иногда лучше раскрывает истинные масштабы события. Разные источники, по разному указывают соотношение сил. Но все сходятся в одном – Мамай привел войско в разы превосходящее противника. Одни говорят, что «русских» (в войске, которое выставила орда, против сепаратиста Мамая, большая часть была из степняков, татар и прочих народов) было в три раза меньше мамаевских, другие пишут в 5 раз. В общем, если учесть, что у Мамая было не более 1-2 туменов (тумен – 10000 сабель), а именно в таком составе действовали в основном экспедиционные корпусы монголов, при проведении каких либо карательных мероприятий, Мамай привел от 10 до 20 тысяч бойцов. Учитывая, что «Общая площадь княжеств, где был услышан призыв из Москвы, составляла около 60 тысяч квадратных километров, а проживало на этой территории до 400 000 человек, а по современным нормативам, мобилизационные возможности промышленно развитого государства – не выше 3 процентов всего населения», против Мамая собраться могли от 12000 ратников, плюс народное ополчение и того не более 15-20 тысяч. Но, победа была, а раз так, необходимо героизировать ее, но не путем пересказа моментов героических схваток ратников, а путем преувеличения численности врага, чтобы победа была эффектной, причем ярко свидетельствовала о незаурядных воинских способностях победителей. А раз так, то противник не просто должен превосходить, а превосходить существенно, его должно быть неправдоподобно много, чтобы победители были не просто победители, а чудо-богатыри, которые, тем не менее, до этого ни разу не могли одолеть монголов, даже имея численный перевес. Поэтому и не было на месте сражения массовых захоронений, точно также, как не могли найти массовых захоронений то ли 700, то ли 1700 боевиков, которых, якобы, покромсали 86 псковских десантников. Кстати, войско Донского было направлено на войну тогдашним руководством золотой орды, чтобы проучить зарвавшегося сепаратиста Мамая. И войско это состояло на 60 процентов из степняков и прочих народностей, обитавших в бескрайних просторах степей Тмутаракани. В золотой орде в то время начался разброд. Дело было в 1380 году. Через 10 лет Тимур разгромил Тохтамыша Еще. через 5 лет, в 1395 году Тимур еще раз прошелся по всем владениям золотой орды, загнал Тохтамыша в самый дальний медвежий угол его владений, потом подошел к русскому городу Елец, с ходу взял его и сжег. Затем внезапно повернул в юном направлении и больше в этих местах не появлялся. С этого момента золотая орда практически перестала существовать, раздробившись на несколько мелких орд. Тем не менее, русичи еще долго ездили к ордынцам и платили им дань, пока не поняли, что платить то уже некому. Вот, таким образом, Тимур посодействовал освобождению Руси от, так называемого, татаро-монгольского ига. Я бы назвал его Тимуром-освободителем земли русской и канонизировал бы его, иначе неизвестно, как пошла бы история дальше.

АРИФМЕТИКА КУЛИКОВСКОЙ БИТВЫ

Сколько же ратников сражалось на поле Куликовом?

По традиции, идущей еще от «Задонщины», повести XIV века, принято считать, что Мамай привел на Куликово поле «бесчислено бесчисленное множество» воинов, в то время как московский князь Дмитрий Иванович противопоставил ему около 300 000 окованной рати, в основном «сынов крестьянских от мала до велика». Последние, мол, и решили судьбу боя, разгромив противника, хотя и сами понесли колоссальные потери – чуть ли не 90 процентов личного состава.

В монографиях последних лет летописные сведения о численности сражавшихся армий были пересмотрены. Историки пришли к выводу, что у русских не могло быть больше 100 000, а у ордынцев – 150 000 человек. Таким образом, соотношение сил 8 сентября 1380 года составляло 1:1, 5 в пользу Мамая.

Однако сомнительно, чтобы 250 000 воинов, в том числе конных, не только разместились на сравнительно небольшом Куликовом поле, но еще и маневрировали, атаковали одновременно с разных направлений. Особенно если учесть, что за прошедшие шесть с лишним веков часть речек и болот на нем высохла, поредели леса, а потому оно ныне заметно расширилось. Непонятно и другое: каким образом полководцы управляли такими массами, ведь даже при современных средствах связи и сигнализации эта задача представляется весьма сложной.

Давайте предположим, что русских на самом деле было около 100 000 человек. Известно, что взрослому человеку в сутки требуется не меньше двух килограмм только сухой пищи. Следовательно, для пропитания такого войска понадобилось бы до 200 тонн мяса, овощей, крупы и хлеба в день, а на время перехода с 15 августа по 8 сентября – 4800 тонн. На себе воины тогда провиант не носили – хватало и оружия. Если принять среднюю грузоподъемность упряжной телеги за 200 килограммов, тогда обоз, сопровождавший вышедшую из Коломны армию, должен был насчитывать 24 000 «экипажей». Поскольку длина каждого из них 5–6 метров, а дистанция в походе соблюдается около 3 метров, волей неволей напрашивается ошеломляющий вывод – колонна растянется на… 192 километра. Даже если полки двигались раздельно, по нескольким дорогам, и в этом случае выходит: в то время как авангард уже приближался к Дону, арьергард только покидал Коломну…

С Доном связана и другая проблема. Русское войско форсировало его практически мгновенно, в ночь с 7 на 8 сентября. Предположим, что ширина реки 200 метров. Допустим также, что 100 000 человек двигались по переправе рядами по пять «солдатским шагом» (со скоростью 5,5 километров в час) с интервалами 2 метра между шеренгами. Тогда один такой переход занял бы 1250 часов! Поскольку продолжительность сентябрьской ночи в наших широтах не превышает 11 часов, получается, что для обеспечения скрытного, быстрого броска через Дон «саперы» Дмитрия Ивановича заранее возвели не менее 117 мостов, а это не прошло бы незамеченным. Остается предположить: либо никакой переправы не было, – что не соответствует фактам, – либо войско русское было в несколько раз меньше, чем указывают источники.

Теперь обратимся к вражеской коалиции. Говорить о 150–300 тысячной орде столь же несерьезно, ибо она вместе с огромным числом заводных лошадей и гигантским обозом оказалась бы совершенно неповоротливой и неуправляемой, а полки Мамая действовали довольно стремительно и умело. А раз так, то цифру 150 000 следует уменьшить в несколько раз. Не стоит преувеличивать и роли генуэзских наемников. По данным Феодосийского историко краеведческого музея, вооруженные силы этой итальянской колонии в Кафе насчитывали тысячу пехотинцев и до 20 тяжеловооруженных рыцарей. Вряд ли магистрат презентовал Мамаю больше, чем располагал сам…

То же самое относится и к Ягайло, который, судя по источникам, «поставил под ружье» 30 000 человек. Ведь спустя 30 лет он, став польско литовским королем, собрал под Грюнвальдом, где решалась судьба его короны, всего навсего 15 000 воинов . Силы Олега Рязанского, очевидно, не превосходили войска Дмитрия Донского. Но действия этого князя не носили ярко выраженного антимосковского характера. Так каким же войском располагал московский князь Дмитрий Иванович? По мнению большинства исследователей, он получил сведения о движении неприятелей не раньше середины июля, а примерно через семь недель состоялось Куликовское побоище. Переход русской рати в район боевых действий занял 18 суток, двое из них ушло на стоянку в Коломне. Таким образом, за 16 дневных переходов отряды Дмитрия прошли по кратчайшему маршруту 280 километров.

Однако в то время невозможно было обеспечить быстрой концентрации контингентов в центре государственного объединения, и Москва в этом отношении не являлась исключением. Начнем с того, что система оповещения вассалов не выходила за рамки фельдъегерской связи. Обычно великий князь обращался с призывом собираться в поход к ограниченному кругу «бояр больших», те, в свою очередь, созывали подчиненных им «просто бояр», «бояр меньших», «детей боярских». Если князь Дмитрий оповестил «больших бояр» в середине июля, то собралось войско примерно 25–28 июля. Еще дней десять ушло на организацию и доукомплектование, и в район сражения оно стало выдвигаться 4–5 августа. Учитывая среднюю скорость продвижения войск, великий князь просто не имел времени созвать владельцев уделов, расположенных на расстоянии более 200 километров от столицы. Общая площадь княжеств, где был услышан призыв из Москвы, составляла около 60 тысяч квадратных километров, а проживало на этой территории до 400 000 человек. По современным нормативам, мобилизационные возможности промышленно развитого государства – не выше 3 процентов всего населения, вряд ли в XIV веке они были больше…

Хотя в распоряжении Дмитрия Ивановича имелось сравнительно небольшое войско, оно было отлично обучено и прекрасно вооружено. Никаких ополченцев с рогатинами и кольями в его рядах не было – ведь великий князь, сражавшийся в самой гуще боя в доспехах простого ратника, отделался лишь ушибами – пример, достаточно ярко характеризующий качества русских массовых средств защиты.

Так какой же ценой досталась нашим предкам победа на поле Куликовом? В самом ли деле прав летописец, утверждавший, что там осталось почти девять десятых московской рати? Впрочем, автор и переписчики «Задонщины» на этот вопрос отвечают достаточно точно: «А нету с нами 553 боярина и князя, всего посечено от безбожного Мамая полтретья ста тысяч да еще и три тысячи». Даже приняв за основу легендарные 300 тысяч, делаем логическое заключение: войско Дмитрия Донского, наголову разгромив намного превосходящего его противника, лишилось всего навсего 6 процентов первоначального состава! Но ведь на самом деле русских было гораздо меньше! Кстати говоря, возможно, в этом и кроется разгадка старой тайны, которая давно уже волнует историков, – почему на месте сражения нет массовых захоронений.

Таким образом, лишившись всего 6 процентов ратников, а это наверняка были бойцы Передового и Левой руки полков, воинство Дмитрия Ивановича представляло настолько грозную силу, что Ягайло благоразумно повернул в «родные пенаты».

В заключение остается сделать вывод, что действия князя Дмитрия 8 сентября 1380 года блестяще продемонстрировали «золотое» правило военного искусства: побеждать не числом, а умением!
http://megaznanie.ru/index.php/encyc...-10-09-55.html

[Инфанта]

Есть мнение, что битвы вообще-не было. Как пишут историю-мы может убедится на примере наших соседей. Много в истории лжи и вранья. У нас тоже убивают парней а потом называют их террористами. Без суда и следствия. Студентов, строителей, тренеров спортивных. Вот так делают историю.

[Steel]

Есть мнение, что битвы вообще-не было. Как пишут историю-мы может убедится на примере наших соседей. Много в истории лжи и вранья. У нас тоже убивают парней а потом называют их террористами. Без суда и следствия. Студентов, строителей, тренеров спортивных. Вот так делают историю.

Вот именно.О этой битве нет данных у европейских и исламских современных событию историков.А такая битва не могла быть незамеченной для них.Явно миф времен очередного писания истории и подозреваю, что это происходило с постпетровских времен и наехавших иностранных лангснехтов, а после и немецких "историков" которые творили мифы и фактически германцы боролись со славяно-тюркской элитой которую начал уничтожать еще Петр. Переняв фамилию "Романовы" немцы русскую историю упрятали вместе с гусельниками, устными сказителями, в чем власти очень помогала и церковь.Сплошная бироновшина.)))
Но это ладно.Неладно что нынешняя власть наверняка зная всю правду , снова мифы выдает за историю. Врут все истории, но Россия странная страна в которой за столетие уже раз десять переписывали школьные учебники истории. Ладно один раз в сто лет. Но тут одно поколение может знать несколько истории своего народа и все лживые.

[Адам]

То, что никакой битвы не было, косвенно признают и сами «летописцы», постоянно путаясь в цифрах. Еще более сумятицы вводят современные монографисты, усилиями которых «…В монографиях последних лет летописные сведения о численности сражавшихся армий были пересмотрены». Дело в том, что исказив в одном месте, просто необходимо подгонять другие, не менее важные факты, даты т. д. А это сделать практически невозможно, хотя теоретически осуществимо, но для этого нужно заинтересованность всего сообщества, плюс господдержка и конечная цель. Все это, более менее, удалось сегодня только осетинам. Они единственные, из известных фальсификаторов, кто виртуозно, на протяжении последних 60-70 лет, определив как приоритетную задачу в своей национальной политике (идее), провели колоссальную работу в этом направлении.
Правда, сегодня от них не отстают чеченцы, они идут точно по проторенному пути, один в один, даже иногда сомнения закрадываются, уж не соседи ли наши, те, которые за потомков алан канают, водят их руками, передавая свой богатый накопленный опыт. Ну, да ладно, оставим братьев наших меньших, вернемся к нашим баранам. Допустим, что битва была, пусть и не с 300000 войском со стороны «русичей! Допустим, хотя, имея столько воинов, напрашивается вопрос – а почему тогда они не накостыляли Тохтамышу и не покончили с игом раз и навсегда?! Да потому что, не было никакой битвы, не было у этих удельных князьков никакой власти, они грызлись между собой и подбирали объедки со стола ордынцев. Ордынцам не было нужды ездить за данью к ним, ее русские князья сами, наперегонки привозили в орду, не забывая и себя, свою челядь. Двойной грабеж своего народа. И всю эту идиллию разрушил Тимур, непобедимый и беспощадный, который и мысли не допускал, что кто либо может ему противостоять. Он практически уничтожил золотую орду, выжег дотла и пустил по миру ордынцев. Причем, даже тогда, когда ордынцы ходили по миру, русские князья продолжали исправно платить им дать и грызться между собой.

Под 1392 годом в летописи записано: «Того же лета сложил князь великий Василий Дмитриевич крестное целование к великому князю Борису Константиновичу (Нижегородскому)… и пошел в Орду к царю Тохтамышу со многою честью и с дарами; и начал просить великого княжения Нижнего Новгорода… к своему великому княжению к Москве, и умзди (забашлял, как сказали бы сейчас. – Прим. авт.) князей царевых, чтобы печаловались о нем царю Тохтамышу; они же взяли многое злато и серебро и великие дары, так же и царь их Тохтамыш взял многое злато и серебро и великие дары. И дал царь Тохтамыш… великое княжение Новгородское к Москве великому князю Василию Дмитриевичу, и пошел князь великий Василий Дмитриевич из Орды от царя Тохтамыша с радостью, с послом царевым, на Русь, и пришел на Коломну, и оттуда сам пошел к Москве, а посла царева Тохтамышева отпусти в Новгород Нижний с боярами своими».
То есть Василий Дмитриевич самовольно, без каких-либо причин разорвал мирное докончание с великим князем Нижегородским Борисом Константиновичем, поехал к Тохтамышу и купил у него чужое великое княжество, при живом великом князе! Прежде такого беспредела на Руси не случалось. Но в 1392 году, после поражения на Кондурче, хану Тохтамышу очень нужны были поддержка и деньги великого князя московского.
«Слышав же это князь великий Борис Константинович Нижнего Новгорода… созвал бояр своих и начал их молить с плачем и со слезами, говоря: «господа мои, и братья, и бояре и друзья! Вспомните, господа, крестное целование, как вы крест целовали ко мне, и любовь нашу и усвоение к вам». Был же тогда у него старейший боярин его, ему же имя Василий Румянец, и сказал он господину своему, князю Борису Константиновичу: «не скорби, ни печалуйся, господине княже! Все мы единомыслены к тебе и готовы за тебя главы свои сложить и кровь пролить». Это же говорил, обманывая господина своего, и ссылаясь с великим князем Василием Дмитриевичем, и хотя господина своего выдать ему».
Борис Константинович не захотел добровольно сдать город послу Тохтамыша и московским боярам. Но «сказал ему старейший его боярин Василий Руменец: «господине княже, это царев посол Тахтамышев, а с ним великого князя Василия Дмитриевича Московского бояре, хотят мир заключить и любовь утвердить вечную, а ты сам брань и рать начинаешь; пусти их в град, ведь мы все с тобою, и что могут они сотворить?» И так Татары вошли в град, и бояре Московские, и начали в колокола звонить, и собрались люди. Князь великий же Борис Константинович посылал к своим боярам, говоря: «господа мои и братья и милая дружина, вспомните крестное целование, что вы целовали ко мне, и не выдайте меня врагам моим». И отвечал от них один старейший боярин Василий Румянец: «господине княже, не надейся на нас, уже мы отныне не твои, и не с тобою, но на тебя мы». И так пойман был князь великий Борис Константинович Нижнего Новгорода».
Весьма показательно предательство нижегородских бояр и переход их на сторону Василия Дмитриевича. Силу Москвы действительно признали все соседи, и бояре-изменники поторопились перебежать на службу к великому князю московскому.
Вскоре в Нижний Новгород приехал сам великий князь Василий Дмитриевич и посадил в городе своих наместников, а князя Бориса Константиновича с женой и с детьми, а также немногих оставшихся его сторонников приказал заковать в кандалы «и в великой крепости (строгости. – Прим. авт.) держать их».
Василий Дмитриевич еще раз ездил к царю Тохтамышу, и, видимо, снова не с пустыми руками. «И дал ему царь Тохтамыш Новгород Нижний и Городец со всеми волостями, и Мещеру, и Тарусу; и много любезно его жаловал и отпустил его на Русь».
Но племянники Бориса Константиновича – сыновья Дмитрия Константиновича не сдались. Они начали войну за свою отчину. В 1393 году великий князь Василий Дмитриевич ходил ратью к Нижнему Новгороду на Василия Дмитриевича Кирдяпу и на брата его Семена Дмитриевича.
И братья не сумели устоять перед московскими силами. Тогда они попытались искать правды в Орде. В 1394 году «побежали в Орду князья суздальские и Новгорода Нижнего и Городца, Василий Дмитриевич Кирдяпа да брат его князь Семен Дмитриевич, к царю Тохтамышу, добиваясь своей отчины Нижнего Новгорода и Суздаля и Городца, и послал за ними князь великий Василий Дмитриевич Московский погоню, и много трудились, но не настигли их».
С этих пор братья Суздальцы на долгое время становятся головной болью московского князя. Они служат ордынским ханам и периодически тревожат набегами московские владения.
Так в 1399 году князь Семен Дмитриевич напал на Нижний Новгород вместе с татарским царевичем Ейтяком, у которого было 1000 человек войска. Три дня длился бой. Город сдался под слово Семена, что грабежей не будет. Однако татары стали грабить. Семен оправдывался перед горожанами, «что де он над татарами не волен». Потом пришло известие о приближающихся московских войсках, и Семен спешно отступил.
Но братьям Суздальцам так и не удалось вернуть свою отчину. Нижегородское великое княжение прекратило свое существование.
Присоединив в 1392 году Нижний Новгород и Городец с помощью Орды к своим землям, князь Василий Дмитриевич был заинтересован в том, чтобы связать их и в церковном отношении непосредственно с Москвой. Митрополит Киприан отнял эти города у суздальского епископа и включил в свою митрополичью епархию. Оскорбленный епископ пожаловался патриарху. Однако явившиеся на Русь в 1393 году патриаршие послы окончательно решили дело в пользу митрополита.
В это же время Муром становится союзником Москвы. Видимо, муромский князь был вынужден подписать с Василием Дмитриевичем докончальную грамоту, не отменившую, однако, его договорной зависимости от Рязани. С этого момента муромский князь ходит в походы как в составе войска Олега Рязанского, так и войск московского князя.

[Адам]

А тем временем, человек, которому русские обязаны по гроб, принимает решение покончить с золотой ордой, чтобы раз и навсегда обезопасить пределы своих северных границ. Дело в том, что все интересы Тамерлана были на юге, районы великих торговых путей, богатые торговые регионы ближнего востока, передней азии, аравийского полуострова, индии и китая. Он заключил с Тохтамышем договор, который ордынец нарушил, в то время, когда Тамерлан находился в походе в Иране. Тохтамыш прошелся по северным районам владений Тамерлана, разорил и опустошил несколько городов.


В 1394 году возобновилась пограничная война между Золотой Ордой и державой Тимура. Разгромив Тохтамыша в 1391 году Тамерлан не добился умиротворения Золотой Орды. Подчинить своей власти степных кочевников и удаленные от Средней Азии городские центры Золотой Орды он больше не надеялся. Однако для того чтобы спокойно продолжать свои завоевания на юге, Тамерлану необходим был прочный мир на своих северных границах. И Железный хромец нашел для этого способ – такой, от которого содрогнулись все окрестные народы. Он решил уничтожить Золотую Орду, уничтожить буквально, стирая города с лица земли, вырезая народ, оставляя за собой выжженную землю.
Обстоятельно подготовившись к новому походу, Тамерлан вторгся с основными силами в пределы Золотой Орды весной 1395 года. На этот раз армия Тамерлана двигалась на Тохтамыша с юга, через Азербайджан, по побережью Каспийского моря.
Армия Тохтамыша попыталась воспрепятствовать переправе войск Тамерлана через Терек. Три дня шли бои на переправах. На третий день, под прикрытием ночи, войска Тимура перешли через реку и напали на Тохтамыша. После кровопролитного двухдневного боя Тамерлан одержал победу. Тохтамыш с остатками сил бежал на север, в район Булгара.
Разгромив армию Тохтамыша, Тимур двинулся по территории Золотой Орды, методично разрушая или грабя все встречающиеся ему золотоордынские города. Так были разрушены города Булгар, Жукотин, Кременчук, Астрахань, Аккерман.
После похода Тамерлана большинство городов Орды так и осталось лежать в развалинах посреди степей, так как ни средств для их восстановления, ни ремесленников уже не было. Вся градостроительная золотоордынская культура была уничтожена в течение одного года.
Маршрут войск Тимура исчертил территорию государства во всех направлениях, нацеливаясь на разрушение и грабеж. Это была богатая и легкая добыча, так как большая часть городов Золотой Орды не имела фортификационных сооружений. Отсутствие стен вокруг городов было предметом гордости монголов. Они считали, что их надежно оберегает многочисленная конница и бескрайние степи. Что приводило в крайнее изумление иностранцев. Жители всех государств Европы и Азии в то время соревновались между собой в возведении как можно более высоких и толстых стен из камня и дерева, а здесь среди ровной степи стояли огромные открытые города, буквально набитые сокровищами, свезенными со всех сторон света.
Правда, во времена Мамая наиболее крупные города государства были обнесены земляными валами с бревенчатыми стенами поверху, но эти сооружения не остановили Железного хромца.
Овладев Крымом, войска Тамерлана разрушили Солхат. Потом они 18 дней осаждали Кафу. Город был взят, и все его христианское население было ограблено и захвачено в плен.
Затем завоеватели двинулись к верховьям Дона. Пока Тимур шел на север, его сын, Мираншах, захватил торговый город Азак и находившуюся в нем венецианскую колонию – Тану. Овладев венецианской крепостью, он сжег дома и предал все немусульманское население смерти. Затем Мираншах разорил Кубань и уничтожил ее главный город Маджар. На обратном пути в Среднюю Азию Тамерлан разрушил оба Сарая и все другие крупные города Золотой Орды.

Великая Русь составляла часть Тохтамышева улуса. Ее ждала та же участь, что и богатые золотордынские города Поволжья. Тамерлан вошел в русские пределы, взял Елец, пленил его князя, опустошил окрестности и двинулся на Москву. Но до города он не дошел. Постояв в пределах Рязанского княжества пятнадцать дней, Тамерлан 26 августа ушел обратно.

[Адам]

А вот как фальсифицируют историю "летописцы" и современный монографисты, пытаясь придать законченную форму бастионам лжи по воссозданию "героической" эпопеи "борьбы" русского народа против монголо-татарских захватчиков, которые, если сказать правду, таковыми не были, они были большим государством в составе которого , наряду со множествами народов и народностей, состояли и славянские племена. Точно таким же, каким стало впоследствии российская империя. Понятно, что Тамерлан, обезопасив себя с севера, не видя больше угрозы своим владениям, повернул на юг, туда, где были его интересы. А вот мнение "историков" об уходе тамерлановых войск. Выходило, что Тамерлан, разгромив сильнейшего противника, побоялся кучки тохтамышевых холопов, готовых платить дань хоть черту рогатому, лишь бы их жалким жизням ничего не угрожало. Рабская психология.


Согласно церковной легенде, дабы спасти Москву от нашествия, митрополит Киприан приказал перенести в Москву почитаемую икону Владимирской Божьей Матери, «заповедав тогда всем людям поститься и молиться».
Посланцы Москвы прибыли во Владимир 15 августа, в день Успения Пресвятой Богородицы. Отслужив молебен, икону вынесли из Успенского собора и по Владимирской дороге крестным ходом двинулись к Москве. Весь город вышел на проводы иконы. Одиннадцать дней крестный ход с иконой шел по Владимирской дороге. 26 августа вся Москва от мала до велика во главе с митрополитом Киприаном встречала икону за городом на Кучкове поле. Икона была поставлена в Успенском соборе. Вскоре по всей Москве разнеслась весть, что в день встречи иконы Тамерлан снялся со стоянки на Дону и ушел в степь. Якобы ему приснился страшный сон, и он увел свои войска.
Несомненно, Киприан был талантливым организатором «чудес». Он устроил пышное мистическое действо. В то же время к войне были изготовлены войска Василия Дмитриевича, уже вышедшего из Москвы навстречу Тимуру. Пройдя Коломну, московский князь занял оборонительные позиции на берегу Оки, а своим наместникам и городским воеводам приказал «укрепить осаду». В это же время великий князь литовский Витовт собрал свои войска, повсеместно распустив слух, что он идет на татар. Таким образом, Тамерлану наглядно продемонстрировали, что, напав на Москву, он будет иметь дело не с остатками Тохтамышевых владений, а с силами всей православной Руси. Именно эта демонстрация единства русских и литовских князей послужила причиной «страшного сна» Тамерлана.
А затем Киприан инициировал утверждение нового общерусского праздника – Сретенья иконы Божьей Матери.

Смех, да и только. Выходит, что Тамерлан воевал с остатками тохтамышевых владений! Железный хромец, ни разу не испытавший поражения, который в три захода закрыл проблему, которую не могли закрыть на протяжении 3-х веков. Кишка потому что была тонка. Для этого и была придумана "куликовская битва", якобы, положившая начало освобождению от татаро-монгольского ига. Сегодня просто необходимо, чтобы Государственная Дума вынесла на всенародный референдум вопрос о причислении Тамерлана к лику святых, со всеми вытекающими, пригласив на торжества потомков Тамерлана и представительную делегацию из Узбекистана. Учредить орден "Тимура непобедимого, освободителя Святой Руси от иноземной нечисти".