Террористическая операция началась.

[Галгай.Ком]

Первые жертвы новой "контртеррористической операции" - четверо мирных жителей ранены сотрудниками мобильного отряда МВД РФ

Вчера ночью на федеральной автодороге "Кавказ" недалекот от села Яндаре сотрудниками мобильного отряда МВД РФ обстрелян автомобиль с жителями Назрани. В результате водитель и трое пассажиров машины получили огнестрельные ранения различной тяжести.

Инцидент произошел на контрольно-пропускном пункте "Волга-7". Со слов сотрудников мобильного отряда МВД России, огонь по машине был открыт после того, как она не остановилась на посту.

Ингушетия.ру

[dt52]

Это уже 1937 год СССР.Это уже Гаити 1960-х времиен Папы Дюка-Дювалье. Такое чувство что эти люди, племя людоедов.

[висмар]

Не хотелось,чтобы это было бы началом чего-то большего.

[dt52]

Деньги "окопные", стаж, ордена, звания через это дело тоже уже привычно и почти безопасно. Это же не с фашистской Германией, или с Китаем воевать, где лампасников мочили пачками и могут замочить и без сортира.А тут "прогулка" на Кавказ,карты, понты, бюджетные ассигнования, рейтинги и пансионы обеспечены. Да и к выборам привыкли рейтинг подымать через войнушки. Местные вожди тоже рады, свою безмоглозсть и вороватость можно списать на народ. Дескать народ у нас, тяжелый регион понимаешь.Типа буйный.Исправлять надо.Поэтому с хозяйством проблемы и т.д. Списать можно всё на это дело.Они привыкли народ под себя подгонять, а не под народ себя.У них вечно народ не тот. Поэтому рулят через террор.Всегда так было в Российской Империи, СССР, соответственно и в РФ.Привычка, учителя и школа одна и та же. ВПШ, ВШКГБ и т.д.
Видимо к масштабной карательной акции дело идёт.
Ингушетия & Белоруссия 1942 года.

[Ваш знакомый]

В Ингушетии в машине расстреляны двое офицеров погрануправления ФСБ

Неизвестные преступники в среду вечером обстреляли на въезде в Назрань автомашину Toyota, в которой находились двое офицеров погрануправления ФСБ по Ингушетии.

В результате обстрела на улице Тутаева были убиты старший лейтенант Максим Руских и лейтенант Александр Горбуля. Стрелявший, по имеющимся данным, находился на автомашине ВАЗ-21010 серебристого цвета. С места нападения нападавшие скрылись, введен план "Перехват" и "Вулкан-5".

За последний месяц это 16-й подобный инцидент. Между тем власти республики продолжают уверять, что никакой напряженности в регионе нет, отмечает "Эхо Москвы".


Обстановка в Ингушетии накалилась до предела в середине прошлого месяца, когда неизвестные обстреляли дом, где живет семья президента Ингушетии Мурата Зязикова. Через несколько дней прогремел взрыв на похоронах учительницы средней школы, убитой, по некоторым данным, боевиками.

21 июля был убит сотрудник республиканского министерства. А 27-го июня средь бела дня в Магасе подверглись обстрелу здания УФСБ по Ингушетии и администрации президента.

Несмотря на то, что нападения и взрывы происходили чуть ли не каждый день, президент Зязиков продолжал сохранять спокойствие и заявлял, что ситуация в республике под контролем, и все разговоры об осложнении обстановки - надуманные. Но уже через неделю по распоряжению главы МВД Рашида Нургалиева в Ингушетию были введены дополнительные две с половиной тысячи военнослужащих.

Но с началом спецоперации число нападений уменьшилось ненамного. Неизвестные продолжали обстреливать патрульные автомобили, посты ДПС, административные здания и даже устроили засаду колонне внутренних войск МВД. И при этом продолжали в сводках из Ингушетии оставаться неизвестными - нападавшим каждый раз удавалось скрыться.

Президент Ингушетии Мурат Зязиков сегодня вновь заверил общественность в том, что ситуация в республике в целом не отличается от других субъектов федерации. По его словам, происшествиям в Ингушетии уделяется чрезмерное внимание со стороны СМИ. Если это можно назвать войной, то только информационной, заявил Зязиков.

http://www.newsru.com/russia/29aug2007/pogran.html

[Adler]

Да, не в каждом регионе обстреливают военнослужащих пограничников.

[Adler]

Латынина об Ингушетии.
http://www.echo.msk.ru/programs/code/54645/

"Вторая вещь, которая привлекла мое внимание, довольно страшная вещь. Тоже в понедельник по всем средствам массовой информации, по всем телеканалам прошел рассказ о том, как в Ингушетии задержаны убийцы русской учительницы и задержаны террористы, совершившие чуть ли не все последние теракты в течение нескольких недель, что один из них задержан, другой – некто Апти Далаков – убит накануне при задержании. И вообще, видимо, в Ингушетии тишь и мир, и последние террористы ликвидированы. Надо сказать, эта информация была довольно удивительная, потому что этих задержанных и этого убитого показывали по всем каналам. Не так часто нам показывают убитых в Ингушетии. И возникал вопрос, а что же такое случилось в Ингушетии в воскресенье, что этого человека, убитого Далакова, показывают по всем каналам. А случилась действительно страшная вещь. На мой взгляд, последняя вещь перед восстанием. В воскресенье в Карабулаке… по городу Карабулаку ехала белая «ГАЗель» без номеров, в которой обыкновенно ездят мобильные группы или сотрудники спецслужб, вообще-то говорят, что она постреливала в воздух, говорят, что она кого-то по ходу дела избивала. Но не важно. Она подъехала к игровому клубу. Из игрового клуба вышло несколько парней, в том числе этот Апти Далаков, из «ГАЗели» выскочили люди, начали стрелять. Парни разбежались, Далаков был ранен в ногу, он забежал на территорию детского сада. Напоминаю, он был ранен в ногу. То есть вообще-то можно было его брать и допрашивать. К этому времени уже довольно много свидетелей вокруг собралось, толпа начала собираться. Далакову выстрелили сначала в живот. Обратите внимание – сначала в живот, то есть чтобы помучился. И видимо, потому что у него не было оружия, то есть безопасно это было стрелять в живот, – потом в голову. Потом один из ФСБэшников на глазах толпы положил к нему гранату – кстати, Далаков был в облегающих джинсах и футболочке – и сфотографировал его так с гранатой. А после этого… собственно, все это знакомо, все это много раз повторялось в Ингушетии, все это много раз делалось на глазах населения, но дальше произошла самая жуткая вещь. Приехал ингушский ОМОН к уже убитому и де-факто задержал ФСБэшников на глазах толпы. Мне передавали самые разные подробности, не знаю, насколько они правильные. Мне говорили, что их избили, мне говорили, что их там чуть ли не ползать заставили. Но факт остается в том, что ингушский ОМОН, то есть те люди, которые менты, те люди, которые должны быть на стороне федералов, задержали федералов и, в общем, хотели с ними что-то делать. В конце концов, всех этих убийц сдали РУВД. Там глава МВД Ингушетии господин Медов лично распорядился освободить федералов. Прокурор республики господин Турыгин заявил, что произошла ликвидация боевика. И, собственно, вот почему я эту историю рассказываю. Потому что следующая стадия – это восстание. Уже в Ингушетии все было. Уже была ситуация, как, допустим, в село Сурхахи приезжают БТРы и федералы и забирают какого-то человека. И село его отбивает. Уже были ситуации, когда ночью идет бой, и этой ночью военные подразделения боятся выдвинуться к месту боя. Уже были ситуации, я не знаю, насколько они справедливы, но рассказывают, что несколько мобильных групп выдвигалось в лес, и там из леса не вернулась, потерялось. Известно, что леса бомбят в Ингушетии. Войны нет, но леса бомбят. А мобильные группы официально в леса не ходят. А неофициально они там теряются. Так вот, все это было. Но ситуация, когда люди, которые теоретически являются палачами, вступаются и пытаются арестовать федералов, это последняя грань перед восстанием. Вы меня спросите, а вот этот Апти Далаков – убитый боевик или нет. Я отвечу, что это иррелевантный вопрос. Это вопрос не релевантен для федералов, потому что для них застрелил – значит, боевик. Этот вопрос нерелевантен для толпы, которая там стояла. Для толпы было важно, что федералы убийцы, и если они убили того, кто не мочил федералов, значит они убили невинного, а если мочил, значит убили героя. Вот это самый важный момент, потому что террорист – это когда в Италии убивают (Альдемора) какие-то отморозки, и вся Италия, за исключением десятка каких-то придурков, говорит, это террористы убили. А когда в Ингушетии взрывают «ГАЗик» федералов, никто не говорит: ой, террористов. Говорят: ой, наконец, федералов убили. И когда этот мальчик там лежал, никто из стоявшей рядом толпы не думал, вот, мол, если он убивал федералов, то хорошо, что его замочили, а если не убивал, то плохо. Думали, федералы – убийцы. Они убили либо невинного, либо героя. И вот это очень страшный момент, потому что мы видим, что в Ингушетии происходит нечто, устроенное еще Басаевым, и то, что можно назвать цепной ядерной реакцией. Вот такой социальной цепной реакцией, когда каждое несправедливое убийство порождает новых боевиков. Собственно эта история началась с 22 июня 2004 года, когда боевики ночью зашли в Назрань и стреляли всю ночь тех милиционеров, кого хотели. И когда на следующее утро президенту Путину вместо того, чтобы доложить, что боевики могут контролировать Назрань лучше федералов, президенту Путину доложили, что федералы отбили наступление боевиков и ведут их преследование. И президент Путин распорядился найти и уничтожить, а кого поймали живым, то судить. Вот это "уничтожить", собственно, и было целью той спецоперации, которую проводил Басаев. Потому что Басаев не столько хотел замочить милиционеров, сколько хотел сделать так, чтобы новые зверства федералов умножали количество боевиков. Басаев мертв, но план его живет. И план его живет прежде всего благодаря тому, что власти республики не признают, что происходит беспредел. И это происходит, знаете, как с раковым больным. Рак не обязательно убьет человека, хотя это очень тяжелая болезнь. Но если больному говорят, что он абсолютно здоров, и что если он не здоров, и тот, кто говорит, что то, что он нездоров, это происки врагов, то тут рак убьет этого человека точно. Фактором главным, который сейчас происходит в Ингушетии, является то, что ОМОН готов был стрелять в федералов, в Карабулаке. И вот эти люди, у которых под ногами земля горит – я федералов имею в виду – они еще показывают по «Первому каналу», как они боевика убили. Они кому показывают? Они кому пытаются объяснить, что происходит? Очень страшная история, потому что эта история достаточно бесполезного достаточно бессмысленного восстания, бессмысленной вражды, потому что ясно, что Ингушетия слишком маленькая, чтобы из нее получилась вторая Чечня. И ясно, что народ стоит на грани взрыва. Это, в общем-то, никому не нужно. Но тот социальный механизм, который запущен, видимо, к этому может вот-вот привести."

"Ю. ЛАТЫНИНА – Добрый вечер. В эфире Юлия Латынина. Телефон прямого эфира 363-36-59. И SMS-ки присылайте по телефону 985 970-45-45. И вот по SMS-ке Бекханн пишет: «Юлия не кажется ли вам возможным, что Ингушетию готовят к поднятию рейтинга преемника президента по уже опробованной схеме прихода преемника Ельцина. Бигханн, в том-то и дело, что не кажется, то есть я не вижу, что убийство и теракты, которые происходят в Ингушетии, ну, может, я не вижу, может, я не понимаю, имеют некую цель. Цель в данном случае – спровоцировать новую войну, там, введение чрезвычайного положения, продления срока Путина или что-нибудь в этом роде. Потому что мне кажется, что они проистекают не из цели, а из причины. То есть вот из той цепной реакции насилия, которая убивает одного местного жителя, а получается из этого пять боевиков. Вот как уран размножается делением, и в результате получается неконтролируемая ядерная реакция. То же самое происходит и в Ингушетии, и, собственно, количество насилия так увеличилось потому, что туда введены войска. А что такое, что туда введены войска? Ну, туда добавлен делящийся материал. Туда добавлены те люди, которых обстреливают, и которые убивают мирных жителей, которые в свою очередь обстреливают тех людей, которые убивают мирных жителей. Вот что касается, Илья Локтев мне пишет тоже по Интернету: «Вы по-прежнему считаете, что первую русскую учительницу и ее детей убили федералы?» Да дело не в том, что я это считаю, дело в том, что два федерала-контрактника, осетин и русский, сидят за это дело во Владикавказе. И поэтому мне очень странно, когда власти, расстреляв вот этого несчастного Далакова, причем власти очень интересно говорят, власти говорят, что мы считаем, что он причастен к убийству другой русской семьи – семьи учительницы Веры Драганчук. Власти очень аккуратно именно это заявляют. Но почему-то потом во всех СМИ, которые уже не отвечают типа за свои слова, появляются слова, что проверяют убитого и на причастность к убийству первой русской учительницы Людмилы Терехиной, которая, как я уже сказала, ее убийцы сидят. То есть вот это очень интересный момент. И я не беру на себя ответственность сказать, что происходит с убийством русских семей, потому что это вопрос, на который не надо тыкать пальцем в небо. Я уже сказала, что для раскрытия преступления нужна не логика, нужны киллеры. Вот в случае Терехиной мы знаем – киллеры сидят. А в случае Драганчук мы ничего не знаем кроме того, насколько я знаю, были свидетели, что Драганчук слышала, что убийцы говорили по-русски. В случае с последним убийством – убийством вчерашним главврача станции переливания крови Натальи Мударовой – это тоже парадоксальная вещь. Мы опять же ничего не знаем кроме того, что женщину на улице расстреляли из автоматов и написали, что русских убивают в Ингушетии. Но покойница была замужем за чеченцем, что по местным обычаям все равно, что она уже вайнашка, она уже внутри вайнашской семьи. У нее дети, соответственно, которые просто даже будут мстить убийцам, если они их найдут. У нее муж вайнах. Ей естественно было под 60: косыночка, юбочка, она выглядела, и она, собственно, была местным жителем. Если ее расстреляли случайно на улице, ее нельзя было принять за русскую. Если ее специально отслеживали, то трудно представить себе, что это делали боевики. поскольку для них она тоже не была русской, она была женой чеченца. Это очень странные вещи. Это пока только вопросы. У меня нет на них ответов. Это просто вопросы."

"СЛУШАТЕЛЬ – Добрый вечер, Юлия. Алло!

Ю. ЛАТЫНИНА – Да-да.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло! Добрый вечер.

Ю. ЛАТЫНИНА – Вы говорите, вы в эфире. Да-да.

СЛУШАТЕЛЬ – Я вам хотел… зовут меня Михаил. Я вот что хотел спросить ту вас. Не кажется ли вам, что именно средства массовой информации муссируют обстановку в Ингушетии, и тем самым мне кажется, что именно средства массовой информации делают все возможное, чтобы побольше нагнетать обстановку.

Ю. ЛАТЫНИНА – Простите, а когда человека расстреливают на глазах у населения – это не нагнетание обстановки?

СЛУШАТЕЛЬ – Я понимаю. Это преступление. Но мне кажется, что…

Ю. ЛАТЫНИНА – Спасибо. Вы ответили на свой вопрос. Когда человека федералы на глазах населения, которое стоит, остолбенев, расстреливают, причем сначала стреляют в ногу, потом в живот и только потом в голову, а потом подкидывают гранаты, мне кажется, это является провокацией. Мне кажется, население может чрезвычайно от этого обидеться. Что же касается средств массовой информации, то я вынуждена констатировать, что обстановка в Ингушетии действительно оценивается крайне неадекватно и наибольшее, например, число сообщений связанно с убийствами русских, хотя при всем моем ужасе и непонимании того, почему убили вот эти три раза (русских убийства), и я не понимаю, как они и отчего. Я должна сказать, что самое основное то, что происходит в Ингушетии – это не это. Самое основное, что произошло, еще раз повторяю, на прошлой неделе – это то, что ингушский ОМОН чуть не арестовал федералов. Следующая ступень – восстание. Этого никто из средств массовой информации не пишет. Перерыв на новости."

[Ваш знакомый]

Строителей убили за то, что они не так молились

// Отряд МВД провел спецоперацию в Ингушетии



Вчера пресс-служба МВД Ингушетии сообщила о спецоперации в селении Сагопши Малгобекского района, в результате которой были уничтожены активные участники незаконных вооруженных формирований братья Саид-Магомед и Руслан Галаевы. Третий брат был задержан. Правозащитники утверждают, что братья с боевиками связаны не были, а пострадали только потому, что исповедовали ваххабизм.

Вчера пресс-служба МВД Ингушетии сообщила, что в результате проведенной мобильным отрядом МВД России в селении Сагопши Малгобекского района спецоперации были уничтожены два активных участника незаконных вооруженных формирований, которые при задержании оказали сопротивление, а третий боевик -- задержан. "Один из уничтоженных, Саид-Магомед Галаев, имел позывной 'Абдул-Малик' и являлся так называемым эмиром районных боевиков",-- уточнили в МВД. Во время спецоперации ранения получили два сотрудника ГУВД Курганской области, служившие в мобильном отряде МВД: "Оперативники пытались взять братьев-боевиков живыми, но те, открыв стрельбу из пистолетов, ранили наших ребят. Только после этого участники операции были вынуждены открыть огонь на поражение".

Совсем иную версию событий в Сагопши Ъ рассказал депутат народного собрания Ингушетии, член комиссии по расследованию нарушений прав человека Баматгири Манкиев. "Я был сегодня в доме Галаевых, которых, к слову, хорошо знаю, и попытался разобраться в причинах трагедии. И могу вам сказать, что милицейские источники распространяют неверную информацию",-- заявил депутат. По его словам, в дом #77 по улице Осканова, где проживала семья Галаевых, на рассвете ворвался десяток спецназовцев. "Одного из братьев Галаевых, 20-летнего Руслана, застрелили прямо в кровати, а другого, 22-летнего Саида,-- во дворе. Парень, видимо, пытался убежать",-- рассказал господин Манкиев.

Спецназовцы уехали, забрав с собой старшего брата убитых 26-летнего Тагира, его жену и мать. По словам депутата, уходя, бойцы обстреляли дом Галаевых из подствольных гранатометов. "Никто не знает, где находятся задержанные Галаевы, до сих пор не выданы для захоронения и трупы убитых братьев",-- говорит господин Манкиев. По словам депутата, ни к чему не привели и его обращения в местные правоохранительные органы. "В Малгобекском райотделе милиции даже не знали о спецоперации в Сагопши, местные милиционеры приехали на место происшествия, когда услышали выстрелы, и околачивались там как зеваки",-- посетовал депутат.

Между тем, как сообщил Ъ депутат Манкиев, возмущенные действиями федералов жители Сагопши собираются провести в Малгобеке акцию протеста. "Братья Галаевы не имели никакого отношения к бандформированиям, с утра до вечера работали на стройке, ходили в мечеть",-- заявил депутат. По его словам, братья Галаевы могли находиться в черных списках, поскольку исповедовали ваххабизм, но ничего противоправного при этом они не совершали: "Вся их вина была лишь в том, что они не так молились".
http://www.kommersant.ru/doc-y.aspx?DocsID=809251

[dt52]

Это уже по Хичкоку - неперерывный ужас для людей.Когда это кончится? Или граждане Путин и Ко хотят в Гаагу?

[незарегистрированный]

И во время первой, и во время второй войны в Чеченской Республике я сам повидал немало смертей, видел убитых людей. Видел множество раненных и ставших калеками детей и взрослых. Видел горе, кровь и слезы. И в то время, и теперь услышал немало историй о зверствах, чинимых российскими военными в отношении мирных жителей. Причем что примечательно, большинство этих преступлений совершали так называемые «контрактники». То есть военнослужащие, которые проходят службу по контракту. Не 18-20-летние юнцы, а достаточно взрослые мужчины. Жители Чечни обычно зовут их наемниками. И это определение, на мой взгляд, подходит для них лучше всего. Ведь эти люди едут на войну, едут убивать других за деньги. Хотят построить свое счастье на горе, крови и несчастье других. Таких даже сами солдаты, те, кто призван на срочную службу по призыву, как я понял, не уважают и даже ненавидят.



Во время одной из своих поездок на конференцию в Москву, это было летом прошлого года, мне встретился бывший российский солдат, который служил в Чечне в 1999-2000 годах. Мы были в одном купе, познакомились, разговорились, вместе пообедали. Он немного выпил, и как-то между делом рассказал мне историю, которая потрясла меня до глубины души. Я его не просил мне об этом рассказывать, но его почему-то потянуло на откровения.



По словам этого бывшего военнослужащего, назовем его Владимиром, дело было зимой 2000-го года, а точнее в конце января. Подразделение, в котором он служил, бросили на «зачистку» в район поселка «Березка», что расположен по Старопромысловскому шоссе города Грозного. Среди них было много контрактников, которых солдаты-срочники называли «контрабасами». И все они, как утверждал Владимир, практически всегда находились в нетрезвом состоянии. В то время в Грозном было очень мало людей, поскольку, ожесточенные бои за город еще продолжались, и все кто мог, бежали оттуда, бросив свои жилища и все имущество.



В одном из домов, по словам Владимира, военнослужащие наткнулись на семью из семи человек. Взрослых мужчин и женщин, а также молодых парней и двух малолетних детей солдаты сразу же расстреляли. В живых оставили только девочку, лет 13-14-ти, единственную дочь убитых хозяев дома. Дом был разграблен, как впрочем, и все близлежащие домовладения, покинутые хозяевами, а затем подожжен. Девочку солдаты забросили в БТР и привезли на место своей дислокации, у поселка Загряжский в Старопромысловском районе.



Владимир рассказывал, что практически в течение недели, девочку насиловали офицеры этого подразделения. Происходило это каждую ночь, а нередко и днем. Вдоволь поиздевавшись над ребенком, командиры отдали ее затем на растерзание контрактникам.



То, что над ней вытворяли эти изверги, не поддается описанию. Ее избивали и насиловали по нескольку часов ежедневно. Причем не только по одному, но и группами по несколько человек. Девочка часто теряла сознание, и ее приводили в чувство, обливая холодной водой. Через несколько дней непрерывных издевательств она была практически полумертвой. Девочка могла умереть в любой момент, и тогда ее решили, как заявил один из контрактников «в последний раз использовать с пользой для дела».



Как рассказывал Владимир, полуживого, раздетого догола ребенка подвесили за руки в одном из подвальных помещений так, что ее ноги едва касались пола. Затем туда привели задержанного ранее молодого парня. В течение нескольких дней несчастного жестоко избивали и пытали, требуя сказать, где спрятано оружие, и указать местонахождение боевиков. Но тот упорно молчал, несмотря на изуверские пытки, которые к нему применялись озверевшими контрактниками. Они прижигали ему тело раскаленным железом, кололи и резали ножами, били дубинками и тяжелыми армейскими башмаками, но юноша постоянно твердил, что он ничего и никого не знает, так как совсем недавно вернулся из России. Владимир знал, что ни у этой крохотной девчушки, ни у задержанного парня, нет никаких шансов выйти оттуда живыми.



Как утверждает солдат, именно ему было приказано привести задержанного в помещение, где собралась группа контрактников и находилась девочка. По пути он шепнул задержанному, чтобы тот ничего на себя не наговаривал и предупредил, что в любом случае его на свободу не выпустят. Еле стоящего на ногах юношу завели в помещение и поставили перед распятой девочкой.



Контрактники вновь потребовали от него, сказать, где он спрятал оружие, сказав, что в противном случае они «возьмутся» за девочку. Тот продолжал молчать. Тогда один из контрактников подошел к подвешенной девочке и ножом отрезал ей грудь. Та дико закричала от боли, а юноша буквально помертвел, и попытался отвернуться от этого ужасного зрелища, Но его стали жестоко избивать, требуя, чтобы он смотрел, как «по его вине» умирает девочка. Затем все тот же контрактник отрезал ребенку вторую грудь, и та потеряла сознание. Парень стал просить контрактников прекратить это изуверство, и сказал, что случайно видел, как один из местных жителей спрятал в водосточной трубе автомат, и назвал место. Это страшно развеселило контрактников.



Сказав, «ну теперь ни она, ни ты нам не нужны», они принялись добивать уже и так полумертвую девчушку. Вначале ей отсекли ноги топором для рубки мяса, затем отрубили руки, а когда окровавленный обрубок упал на пол - отрезали голову. Куски тела бросили в огромный пакет, после чего вывели задержанного парня на улицу. Они отвели его на пустырь, привязали к ящику с тротилом, сверху положили останки девочки и подорвали обоих. Мертвого ребенка и еще живого молодого юношу.



Владимир сам плакал, когда рассказывал мне это. Он говорил, что «контрабасы» постоянно издевались над людьми, убивали без всякой жалости всех, невзирая на пол, возраст и даже национальность. Что даже солдаты срочной службы часто становились объектами для глумлений со стороны контрактников. Владимир сошел с поезда где-то в Воронеже. Больше я его не встречал. Правда он оставил мне свой номер телефона и взял себе мой, но мы так никогда и не созванивались. Да и зачем?



История, рассказанная этим бывшим солдатом российской армии, наверное, самое ужасное, что мне довелось услышать за все эти годы. Хотя повторюсь еще раз, я слышал и видел немало. К сожалению, я не знаю ни имен, ни фамилий этой девочки и парня, Наверное, их родственники, если не близкие, то дальние, до сих пор ведут поиски, надеются, что возможно когда-нибудь они вернутся домой, и даже не представляют себе, какой мучительной и страшной была их смерть. А ведь у них нет даже могилы. Их просто разметали взрывом на куски и все. И сделали это военные, которые прибыли сюда «освобождать» нас от «международных террористов».



Я где-то читал такое выражение: «Кто убивал – будет убит, кто убивал по приказу – будет убит, кто отдавал приказ убивать – будет убит». И я очень надеюсь на то, что изверги в военной форме, зверски расправлявшиеся с безоружными людьми, женщинами, детьми, стариками, рано или поздно понесут должное наказание. И если не на этом свете, то хотя бы на том ответят перед Всевышним за свои деяния.




Асланбек Апаев,

Председатель АНО «Комитет по защите прав вынужденных переселенцев», эксперт Московской Хельсинской группы