Ингушские национальные праздники

[Menina]

Меня попросили рассказать о любимом национальном празднике и я вдруг поняла, что не знаю ни одного(который отмечался бы всей нацией), кроме мархаш. Но мархаш - праздник всех мусульман, не мы его придумали.
У нас есть национальные праздники?

[Сергей_Ингушевич]

Конечно есть

[Menina]

Конечно есть

назови) и подскажи, где про них можно узнать побольше)

[Сергей_Ингушевич]

Недавно в Ингушетии праздновался праздник весны Тушоли, например
http://www.ingushetia.ru/m-news/archives/009820.shtml

[Сергей_Ингушевич]

http://www.newstube.ru/media/prazdni...y-v-ingushetii

[06rus]

4 июня-День Ингушетии
27 февраля-день конституции
лето или начало осени-Сесарий цIай "День женщин"

[Тот_Самый]

Сесарий ц1ай, тушоли и т.д. история, и не все ингуши их отмечали.

[Menina]

я не попадаю на празднование, значит) а они отмечаются по всей республике? когда я училась в школе, помню, отмечали день республики, а сейчас его отмечают не с тем размахом, мне кажется.

[Menina]

Ок) Нашла книгу, где рассказывается о наших праздниках (история и современность). Кроме праздников там много других интересных вещей.

Книга - Дзарахова З. М.-Т. "Национальное самосознание ингушей: этнокультурные факторы".

Сюда выложу часть про праздники.


Календарные праздники и обряды

Календарные праздники выражали взаимосвязь природного (космического), биологического и социального времени. Как правило, ими отмечены переломные, кризисные моменты в жизни природы, общества, человека. Календарные праздники знаменовали начало и окончание тех или иных видов сельскохозяйственных работ годового цикла. Отмечались они активно у ингушей до конца 19 в.

Праздник Нового года

В доисламский период Новый год у ингушей начинался в первый же день зимнего солнцестояния (ориентировочно 25 декабря). В преддверии Нового года, в последний четверг, вечером, жрец по три раза кричал на все четыре стороны, что завтра наступает Новый год. Наутро жрец, после совершения молитвы, рассылал детей в окрестные села для объявления начала Нового года.
Важным новогодним ритуалом было обновление огня в очаге. Именно на новом огне варили и пекли все необходимое для праздника. Укладывание длинного, неразрубленного бревна в очаг было частью новогоднего ритуала. Бревно сокращалось. Начиналось веселье с обильной едой, питьем, танцами, представлениями. Считалось хорошим знамением, если огонь горел ярко и не гас. С целью предохранения от какой-либо беды и порчи в наступающем новом году взрослые и дети перепрыгивали через конец бревна. Этот обычай восходит к магии «очищения огнем». Праздник отмечали в каждом доме. Новогодние бревна заготавливались заранее, дерево, чаще всего дуб, сушили на корню. Обильный новогодний стол, по народным представлениям, был гарантией благополучия семьи в наступающем году. С этой целью сытно кормили всех в новогоднюю ночь.
Обязательными являлись и обрядовые лепешки – одна треугольная и три круглые. Самым главным и почитаемым из новогодних угощений являлся большой ритуальный хлеб, имевший форму диска с лучеобразными линиями, идущими от центра. Пироги были с различной начинкой – мясом, фруктами, яйцами, сыром.
Вера в магию «первого дня» Нового года, известная почти всем народам мира, определяла поведение: в новогодние дни старались ничего не занимать у других, и ничего не оставлять вне дома. На себя и детей стремились одеть все самое новое и дорогое. Все рано вставали и поздравляли друг друга. Ряженные молодые люди и подростки, приходящие с поздравлениями, давали в качестве подарков продукты, как правило, яйца, которые, как известно, являются символом жизни. Они ходили по дворам с большим шумом, выражая добрые пожелания односельчанам.
Празднование Нового года сопровождалось и интересной обрядовой игрой молодых людей.
В этот праздник к засватанным девушкам могли приехать с поздравлениями братья и друзья жениха с подарком к невесте. Им являлось 1а1а – украшенное сувенирами деревце.
Главными богами, к которым обращались люди в новогоднюю ночь, были Мать мерзлоты (Г1ора нана) и Дед мороз (Г1ор дада). На третий день новогоднего праздника были скачки, излюбленное занятие горцев.

Праздник весны

Начало сельскохозяйственного года приурочивали ко дню весеннего равноденствия – 22 марта. Праздник, в первую очередь, предполагал «разбудить» заснувшие на зиму природные силы, небесные светила и, прежде всего, солнце. В этот день все старались навести в хозяйстве особую чистоту, чтобы все в доме сверкало. Всю бронзовую и медную посуду натирали до блеска и выставляли на солнце, считая, что красный цвет меди призывает солнце. Все поднимались рано и выходили во двор, навстречу восходящему солнцу. Праздники, как правило, предполагали обилие еды для всех. В этот праздник особое внимание уделялось сиротам, одиноким старикам, все должны были быть сытно накормлены.
Вечером у костров, символизировавших солнце, проходили развлечения. Костры могли быть семейные, для всей улицы и даже для всего села. Их разжигали молодые люди, старались сделать так, чтобы костер был побольше и поярче. С огнем была связана идея очищения.
Традиционно устраивалась игра – бегашха зоахалол (шуточное сватовство). Игра в некоторой степени снимала напряжение реальной жизни, мобилизовывала духовные и физические силы людей. Вопросы-загадки в виде головоломок, зажигательные танцы на фоне костров придавали особый колорит чувствам молодых. После праздника парни и девушки расходились с хорошим настроением. Для некоторых молодых людей это становилось началом их мыслей друг о друге, после чего юноша все время искал встречи с приглянувшейся ему девушкой, одновременно узнавал о ее роде, семье.
Праздник выхода плуга
Праздник выхода плуга проходил обычно на четвертый день Праздника весны. Он отмечался в течение двух дней. Выбранный для ритуала пахарь должен был строго соответствовать следующим требованиям: быть беркате саг (несущим изобилие), быть хьаьнала къахьега саг (честным тружеником). Старший, часто наиболее почитаемый в селении, засевал семена, жрец произносил при этом молитвы о даровании богатого урожая. Перед началом основной пахоты и сева каждая семья дарила в три дома различные продукты растительного происхождения. Жена пахаря встречала процессию, идущую в поле с полными ведрами воды. Всех участников обряда старались обрызгать водой, высказывая пожелания хорошей погоды и обильного урожая. Перед началом пахоты собирались всем аулом. Каждый приносил по мере возможности продукты (муку, мясо), некоторые баранов – все это шло на общественную трапезу. На второй день праздника устраивались скачки и различные состязания.

Праздник богини Тушоли

Огромную популярность в народе имел древнейший праздник Тушоли – богини весны, плодородия и деторождения, который отмечали в апреле. «Из более десяти почитаемых мест Тушоли выделялись два храма: фяппинский и галгаевский. Галгаевский находился в центре Хамхинского общества, фяпинский – в Мецхальском обществе, близ села Лежг».
В день праздника жрец выносил к народу идола Тушоли с бронзовой маской. Для жертвоприношения Тушоли не жалели ничего.
В этот день выбирали невест. Заключенные в этом месяце браки считались счастливыми. К празднику готовили специальную пищу, варили пиво, испрашивали счастливого потомства, плодородия полей и размножения скота.
Во время праздника, продолжавшегося обычно трое суток, жрец толковал сны целомудренных юноши и девушки, давал предсказания об урожае, погоде и т.д. праздник Тушоли был одним из самых значимых и почитаемых праздников у ингушей до конца 19 в.
Праздник уборки
Наиболее торжественно справлялся осенний праздник по случаю окончания полевых работ, после уборки сена и хлеба – Праздник уборки. Во время этого праздника проводилась массовая игра под названием «урожайная» или «изобильная». Ужин ингуши в этот день устраивали в честь умерших родственников. И так после каждой жатвы или сенокоса. В день совершения праздника отлучаться из аула не разрешали. Это считалось святотатством. Во время праздника каждый просил: «…чтобы в хлебе было плодородие, в скотоводстве изобилие, и в детях счастье». Затем в течение суток продолжалось празднество с песнями и танцами.
В самый большой день покосного месяца – «Мангал бутт», соответствующий июлю-августу, в святилище Маго-Ерды собирались жители Салги для молитвы. Приносили жертву. К этому празднику откармливались бараны в каждой семье, готовилось пиво. Женщины пекли круглые лепешки и одну треугольную с сыром. После окончания молитв шел трехдневный пир. Мужчины и женщины пировали отдельно. В отличие от других праздников, где бывали различные игры, здесь были еще и соревнования по метанию палки. Бросалась она так, как бросалось копье, т.е. острым концом вперед. Все праздничные дни сопровождались танцами, весельем.

Праздник женщин

Праздник женщин, наиболее древний, как нам кажется, из зафиксированных праздников, в силу того, что уже в 19 в. проводился крайне редко. Проводили его осенью. После успешного осуществления всех работ, т.е. убрав, обмолотив хлеб, отправив его для засыпки в закрома, женщины могли позволить себе отдых.
В свой праздничный женский день они с хорошим настроением отправлялись в горы. Проходил праздник обычно в уединении, высоко в горах. В празднике принимали участие женщины всех возрастов и со всех аулов. Из своего круга женщины выбирали царя, который определял дальнейший ход праздника. По составленному издревле сценарию, устраивались скачки, в которых девушки, переодевшись в боевые доспехи, показывали поразительные результаты в джигитовке и скорости в преодолении дистанции. Праздник проходил весело: с хороводом, шутками, смехом, веселым общением.

[Menina]

Праздник посвящения мужчин

Основным содержанием данного праздника были: состязания между юношами, испытания на выносливость, силу, ловкость, умение управлять конем, быть остроумным в разрешении мудрых загадок – задач. В активной памяти ингушей весь праздник не сохранился, но элементы еще в начале 20 в. имели место в ингушском обществе.
Перед началом соревнований на склонах гор рассаживались зрители-мужчины, правее – женщины, позади них девушки. Почетные старики-судьи праздника – садились в первых рядах.
К такому празднику невозможно было подготовиться за один день. Юноши готовили лошадей к состязаниям за 2-3 месяца до начала скачек, иногда по методам, известным только хозяевам. Их приучали не бояться обрывов, пропастей, горных речек, плохих дорог. Во время тренировок лошади пробегали по 30-40 километров за один пробег в различных горных условиях. Смелые всадники приучали своих скакунов бросаться стремглав с утесов и крутых берегов в реку, не разбирая глубины и высоты. Готовя к соревнованиям, лошадей купали в холодной воде по 3-4 раза в день и кормили чистым зерном. Некоторые наездники кормили своих лошадей жареной кукурузой и поили чаем. Кавказцы вообще любили скачки. Поводы для их устройства были различны: в честь рождения сына, в знак уважения к почетному гостю, в день первой запашки, и , наконец, просто по решению общества. Скачки обычно превращались в большое общенародное празднество, на которое собирались люди из разных аулов.
В ингушских аулов бывали народные школы по физическому и военному обучению детей. Важной задачей воспитания юношей у ингушей являлась выработка морально-волевых качеств: мужества, решительности, стойкости, отваги, самообладания.
100-летний житель селения Барсуки Эсмурза Куриев в 1940 году рассказывал о том, как его дед, а затем и отец обучали детей физическим и военным упражнениям. Помимо владения верховой ездой и владения оружием, их учили стрелять, совершать многодневные походы. Для этого выбирали ущелье недалеко от реки, и там проверяли их на выдержку. Дети сами добывали себе питание. И начинались дни, заполненные скачкой и рубкой лозы, джигитовкой и стрельбой, лазанием по деревьям и скалам, плаванием и переправой с оружием в руках через горную реку, бегом и прыжками, метанием камня и поднятием тяжести. «Горец должен быть сильным, отважным, ловким, - считали сами горцы. – Умение рубить не топором, а шашкой, уметь стрелять метко и скакать на коне сквозь непроходимую чащу девственных лесов и прятаться в них от врагов. Все воспитание горцев этому и было подчинено», - пишет Н.Семенов.
Ученый-кавказовед Ф.И. Леонтович в своей рукописи «Быт и воспитание горцев» приводит интересные сведения о состоянии физического воспитания ингушей, указывая сложные элементы состязаний. Это могло быть метание камня в цель, толкание на дальнее расстояние, проверка гибкости рук при подъеме камня. Исследователь И. Семенов писал о предмете, который встречался на таких состязаниях: «В местном музее имеются следующие предметы, поступившие в 90-х годах из святилища Маго-ерды: небольшой черный камень, имеющий с одной стороны пять круглых углублений, с другой – два; камень этот некогда служил для испытания зрелости юноши: испытуемый должен был вложить пальцы в углубления камня и поднять его….». Такой камень постоянно хранился в святилище, откуда жрец выносил его только в дни состязаний.
Главным физическим воспитанием детей-горцев было обучение отличному владению оружием, умению выезжать боевого коня, безропотно переносить голод и нужду. Незаменимым физическим упражнением являлось хождение по тонкому бревну, переброшенному через горную реку. Была популярна национальная борьба. Предание гласит, что зародилась национальная борьба ингушей от поединка далекого предка с медведем.
О смелых и отважных мужах слагали песни. Джигиты приводили в восторг зрителей головокружительными кульбитами молниеносной быстроты. Этих мастеров можно было назвать акробатами. Они безукоризненно владели свои тело, выполняя различные трюки и упражнения на полном скаку. Вот что писал очевидец об этом: «Ловкие наездники, имея луч и стрелы наготове, летят на лихих скакунах один за другим. Всадник не управляет поводьями, а только левая нога его остается в седле, а весь корпус держится ниже гривы лошади. Мчась, как вихрь, в этом трудном положении мимо шеста, к верху которого прикреплен кувшин с призом, всадник спускает лук в то мгновение, когда его лошадь на всем скаку равняется с шестом, и пернатая стрела вонзается в столб. Кувшин разбившись, падает иногда к ногам зрителей, а возвращающийся всадник поднимает приз с земли на полном скаку».
Н. Грабовский восторженно описывал один из видов состязаний. Выкапывали яму в земле, в которой помещался баран так, чтобы спина была на уровне земли. Затем на плетень с четырех сторон клали камни, после чего начинались скачки. «Цель этого состязания заключалась в том, чтобы наездник на полному скаку лошади вытащил барана из ямы, поймав за рога. Это было под силу не каждому. К этому виду долго и упорно готовились. Вытащить барана мог смелый, сильный, умеющий хорошо и свободно держаться на лошади наездник». Точа Дзарах из с. Фалхан исправно мог выиграть такое состязание. Часто случалось, что вытащить барана не удавалось никому. Тогда хозяин устраивал простые скачки или джигитовку.
Джигиты в любом положении на коне производили выстрелы по мишеням: из-под живота коня, сбоку, а также свесившись с седла. Наездник мог безукоризненно координировать движения, выполняя головокружительные трюки на полном скаку. Джигиты с увлечением показывали искусство владения конем. «Они бросали лошадей с места в карьер, мгновенно осаживали их и, подняв на дыбы, вихрем неслись в обратную сторону. Многие на скаку вскакивали мчались стоя. Иные, спрыгнув на землю, снова прыжком садились в седло».
«Победитель получал барана. Все родственники и друзья отправлялись к победителю, и там продолжали праздник, который сопровождался обязательно танцами». Дело было даже и не в призе, а в чести и славе победившей лошади и его хозяина.
Важное место в системе народных игр занимали «скачки до обрыва». Они вырабатывали решимость, смелость, быстроту. Всадник, изъявивший желание продемонстрировать свое умение управлять лошадью, должен был скакать в сторону обрыва на полной скорости и остановиться за 15-20 шагов не доходя до пропасти. Детей и подростков не допускали до участия в этих состязаниях. Бывали случаи, когда всадник с лошадью падали в пропасть. Наиболее искусные наездники умудрялись на краю пропасти еще и поднять лошадь на дыбы.
Девушек этот праздник волновал не меньше. Где, как не на празднике юношей, могли они показать себя и увидеть сразу всех своих сверстников, да еще в лучшем свете. Это торжество всегда завершалось танцами и игрой в сватовство. Победитель награждался обязательно оружием, занявший второе место – черкеской, третье – башлыком. Черкеску и башлык шили самые красивые девушки села, они и вручали награды. Оружием награждал старик, признанный как майра къонах (смелый мужчина).
После этого обязательно устраивались танцы.
Юноша, победивший в соревнованиях, получал право на первый танец с девушкой, слывшей в народе красивой и благородной, заслужившей такое отношение умением достойно вести себя в обществе и знанием всех тонкостей ингушского этикета. Юноши проявляли особую галантность, зная, что за ними наблюдают девушки.
На празднике посвящения мужчин юноши соревновались и на гибкость ума и тонкость юмора. Здесь проходил своего рода поединок слов. Молодые под звуки гармони перебрасывались рифмованными фразами, в которых одновременно и восхвалялись достоинства соревнующихся, и задевались некоторые пороки, выражая представления народа о должном и достойном, испытывая друг друга на чувство юмора, на остроту слова, но, не ущемляя чести и достоинства.
Праздник заканчивался, оставляя массу приятных впечатления у молодежи. В настоящее время общественностью Ингушетии активно обсуждается вопрос о возрождении подобных мероприятий.