ОН ПРИШЕЛ ДАТЬ НАМ ВОЛЮ,
но ему это не позволили


О первом секретаре Ингушского обкома ВКП (б) Кириллове (август 1930 г. — август 1931 г.)
Если помнит читатель, рубрику "Они возглавляли Ингушетию" мы открыли рассказом о М. И. Черноглазе, который был избран (а фактически назначен) первым секретарем Ингушского обкома партии, о его трагическом конце, явившемся последствием его непродуманных и оскорбительных действий в автономной национальной области. После убийства Черноглаза в течение полугода в Ингушетии сменилось пять руководителей областной парторганизации. А некто Усачев, несмотря на решение секретариата Северокавказского крайкома партии, вообще отказался от этой должности. Нужно оговориться, этот материал мы даем, без каких-либо стилистических вмешательств в той его части, где воспроизводятся документы тех лет.
Чувствуя, что среди опытных коммунистов не удается найти желающих даже в добровольно-принудительном порядке поработать в автономной национальной области первым лицом, стали искать такового среди комсомольских работников. И выбор пал на действующего секретаря Северокавказского крайкома ВЛКСМ Андрея Григорьевича Евсеева.
Пообещав всяческую помощь и поддержку, Северокавказский крайком партии в апреле 1930 года рекомендовал, а затем и представил ингушским коммунистам в качестве секретаря А.Г. Евсеева.
Однако, новый партийный вожак задержался в Ингушетии ненадолго: сказались отсутствие какого-либо опыта работы в самобытной автономной области, незнание культуры, традиций, обычаев ингушского народа. За неполные три месяца работы Андрей Григорьевич допустил ряд серьезных семейно-бытовых ошибок, в результате чего ему пришлось покинуть не только свой пост, но и Ингушетию. Его проступки стали предметом специального обсуждения на заседании партийной тройки Северокавказской краевой контрольной комиссии. В выписке из протокола №118 заседания парттройки от 22 июля 1930 года сказано: "Слушали: Евсеев Андрей Григорьевич, год рождения 1899, член ВКП (б) с апреля 1919 года, партийный билет №0958249, из крестьян, служащий. В красной армии служил с ноября 1921 года по январь 1923 года, образование — окончил досрочно Свердловский университет. В настоящее время занимает должность секретаря Ингушского обкома ВКП(б), содержание — 215 руб. в месяц.
Товарищ Евсеев является виновным в том, что не учел национальных особенностей и обстановки — в смысле постановки своего личного быта таким образом, чтобы не дать никаких поводов к различного рода дискредитирующих его как руководителя областной парторганизации разговорам. В результате чего объективно создались условия и обстановка, при которой дальнейшее его пребывание на посту руководителя облпарторганизации стало невозможным, ввиду чего крайком ВКП(б) из Ингушской организации товарища Евсеева отозвал."
После доклада об этом члена парттройки товарища Гришина в присутствии А.Г.Евсеева, парттройка приняла постановление, в котором отмечалось, что "товарищ Евсеев не учел национальных особенностей в смысле постановки своего личного быта, таким образом, чтобы не дать никаких поводов к различного рода дискредитирующим его как руководителя областной парторганизации разговорам, в результате чего объективно создались условия и обстановка, при которой дальнейшее его пребывание на посту руководителя облпарторганизации является невозможным, а потому считать вполне целесообразным и необходимым отзыв товарища Евсеева из Ингушетии".
Было принято к сведению заявление Евсеева о том, что "он признает и вполне понимает серьезность сделанной им ошибки и извлечет из нее необходимые уроки для своей дальнейшей работы. Этим самым и отзывом его из Ингушетии считать вопрос исчерпанным".
Такой либеральный подход и неадекватное проступку наказание не удовлетворил секретариат Северокавказского крайкома ВКП (б).
Заслушав сообщение товарища Ларина секретариат крайкома партии 11 августа 1930 года постановил: "Просить краевую контрольную комиссию еще раз рассмотреть дело товарища Евсеева А.Г.".
Следующим секретарем Ингушского обкома партии в августе 1930 года стал бывший председатель Кубанского окружного совета профсоюзов Кириллов, который входил в счет так называвшейся тогда "двадцатки" — специально подготовленной для работы в национальных областях группы работников. О серьезности намерений нового руководителя области, его готовности принести пользу на новом месте говорит одно то, что он с первого дня начал укреплять область подготовленными кадрами. По просьбе Кириллова решениями секретариата Северокавказского крайкома партии в Ингушетию были направлены заведующая сектором профсоюза кооперации распредотдела крайкома партии тов. Мелещенко, ответственный работник Краснодарской парторганизации тов. Дегтярева, заведующий отделом культурно-пропагандистской работы Бело-Калитвенского райкома ВКП (б) тов. Баллод, заведующая группой речной промышленности крайотдела труда Белявская, которые были назначены заведующими соответствующих отделов Ингушского обкома партии. Кроме того, на заседании секретариата крайкома партии 17 ноября 1930 года, заслушав вопрос об укреплении аппарата Ингушского областного административного отдела (по докладу Кириллова и Горчханова), было принято постановление: "Предложить распредотделу и партчасти краевого административного отдела в двухдневный срок выделить одного работника из числа бывших окружных работников для работы в Ингушской автономной области".
Решением крайкома ВЛКСМ, подтвержденного секретариатом краевого комитета ВКП (б) от 3 ноября 1930 года на руководящую работу в Ингушский обком ВЛКСМ был командирован секретарь Ставропольского райкома комсомола товарищ Ладовиров В.И.
В числе первых вопросов, затрагивающих интересы Ингушетии, рассмотренных Северокавказским крайкомом партии после прихода в нашу область Кириллова, был вопрос "О созыве конференции по унификации алфавита в Чечне и Ингушетии", после чего было принято постановление секретариата крайкома ВКП (б) от 9 ноября 1930 года: "Придавая серьезное политическое значение работе по унификации алфавита в Чечне и Ингушетии, как одному из важнейших культурных мероприятий, — говорилось в нем, -признать целесообразным созыв 10-го декабря конференции по унификации алфавита из представителей Чечни и Ингушетии в г. Грозном".
Чеченскому и Ингушскому облкомам, Крайнацсовету и Научному комитету было предложено немедленно начать подготовку к конференции, привлекая к этой работе все научные силы Чечни и Ингушетии, а Крайнацсовету — командировать своего представителя для руководства работой конференции.
В рассмотрении такого непопулярного для Ингушетии вопроса не было "заслуги" нового секретаря обкома партии, скорее всего — это можно было отнести к стечению обстоятельств — вопрос давно был подготовлен, и, как мы сегодня понимаем, вызван он был наметившейся тенденцией объединения двух автономий. Рассмотрение его пришлось на период руководства Кириллова, который пробыл в этой должности чуть больше года.
Забегая несколько вперед, хотелось бы заметить, что Кириллов единственный секретарь Ингушского обкома партии за все время его существования (естественно, после Зязикова Идриса), который своими действиями не принес вреда становлению и развитию автономной области. Более того, он сделал много полезных дел за время своего пребывания в этой должности. За столь короткий период руководства ему удалось изучить область, вникнуть в проблемы, стоящие перед ним, обозначить их перед краевыми органами Северного Кавказа и принять зависящие от него меры по их реализации.
Одной из серьезных проблем, которую удалось разрешить Кириллову вместе с Али Горчхановым -это то, что они добились передачи Ингушетии в партийное и профессиональное влияние части объединения "Грознефть", расположенной на ее территории. На заседании секретариата Северокавказского крайкома партии от 3 июня 1931 года был заслушан вопрос "Об обслуживании партийной и профессиональной работой рабочих, занятых на работах, производимых "Грознефтью" на территории Ингушской области".
В принятом постановлении сказано: "Считать необходимым обслуживание партийной и профессиональной работой рабочих, занятых на работах, производимых "Грознефтью" на территории Ингушской области — передать Ингушской областной партийной организации." Это был первый шаг к тому, чтобы часть средств от деятельности объединения "Грознефть" поступала в бюджет Ингушской области.
Секретарю обкома партии довелось в середине 1931 года выступить на втором национальном совещании, организованном национальным отделом Северокавказского крайкома ВКП (б), на котором обсуждались итоги работы и перспективы развития промышленности в национальных областях Северокавказского края. Очень обстоятельное и аналитическое сообщение Кириллова высветило много интересных фактов о запасах природных ресурсов Ингушетии и эффективных путях их добычи и использования.
"Достижения, которые имеют национальные области, несомненно огромны и нам здесь нужно будет поговорить об отдельных неполадках, которые в отдельных национальных областях не способствуют и мешают развитию более высоких темпов, которые могла бы взять промышленность, развивающаяся в национальных областях, -сказал в начале своего выступления Кириллов. — Я согласен с тов. Кириенко (основной докладчик, зав. Отделом крайкома партии — А.Я.) в том, что национальные области недостаточно изучены и исследованы, но здесь нужно сказать, что у нас уже изучено в достаточной мере, не в полной мере используется. В данном случае я имел в виду остановиться на ряде отдельных моментов по Ингушской автономной области, где ряд уже исследованных, испытанных недр в части или совсем не используется, или используется таким образом, что всякая дальнейшая работа дискредитирует и делает нерентабельным те или иные разработки.
Если тов. Кириенко говорит, что для нас сейчас главное — металл, топливо и стройматериалы, я бы хотел на этом остановиться.
В части металлов: 5 лет тому назад в Армхинском ущелье было произведено исследование медных и угольных руд. Не доведя этого дела до конца, партия, которая стояла уже твердо на том, что в этом месте имеются довольно богатые залежи, была снята не доведя до конца и теперь на этом месте остались недоисследованные дыры, в которые вложили капитал и в конечном итоге ничего не сумели из этих недр использовать.
Мне кажется, что мало себе представить о главном, но нужно это главное решительно проводить в жизнь".
Переходя к вопросу о стройматериалах секретарь Ингушского обкома партии отметил, что лесная промышленность в национальных областях в целом, а в Ингушетии, в частности, совершенно до сих пор не изучена. Это колоссальное богатство, которое здесь имеется, как бук, ясень и т.д., т.е. дерево, которое ценно и которое является наиболее дефицитным сейчас в развивающейся промышленности, особенно в производстве сельхозмашин, оно нами никак не используется и наоборот, мы сейчас стоим перед таким фактом, что наши леса погибают из-за того, что они перерастают, лес стареет, рушится, падает, загнивает и мы сейчас имеем в Ингушетии по Фортанге и ущельям довольно богатые лесные угодья, но они находятся в таком состоянии, что если мы в течение ближайших трех-четырех лет не примем решительных мер к их оздоровлению, то мы лесную промышленность погубим. Что нужно для этого дела? Завод обрабатывающей промышленности, который у нас проектирует ВСНХ, он в условиях горных лесоразработок невыгоден. Стационарный лесокомбинат, стационарный мощный завод, который мы начинаем строить и бросать, они нас из положения не выведут. Нам нужна сейчас легкая дорога в лес и легкий передвижной обыкновенный двухрамный лесопильный завод. Вот что решит в условиях горной полосы рентабельно использовать тот лес, который мы имеем. В условиях лесных массивов центральной России, Владимирской и Нижегородской губерний рентабельным заводом считается тот, который может передвигаться в лесной массив. Нам легче перебросить с горы совершенно обработанный материал на плоскость, чем оттуда тащить бревно.
Этот вопрос никаким образом у нас серьезно нигде не подработан и от этого мы бросаемся от крупных лесокомбинатов к ничегонеделанию в области легкой промышленности и мы по легкому экспорту план не выполняем.
В чем причина этого? Причина в том, что кряж сейчас никакими тягловыми силами вы из леса не вытащите, лучше было бы вытащить его легко распилив.
Вторая группа — это сланцы. С этими сланцами у нас анекдот. В течение одного года сланцевые рудники сменяют пятого хозяина, причем каждый хозяин забирает все проекты, ни один из них до сих пор ни одного проекта развития сланцев не дал, ни один не знает, что он будет делать и по существу дела поставили сланцевые рудники так, как сумеют местные силы. То начинают идти карьером, то и ширвом ничего конкретно и, короче говоря, сланцы вогнали в такую стоимость таким руководством, что мы его продаем в 40% его фактической себестоимости. "В чем дело, товарищи?» — спрашивает Кириллов. И отвечает: "Дело вот в чем, что-то, что мы сейчас находим, нашли сланцы, за которые все дерутся, то, что там отсутствует хозяин, то, что это дело сконцентрировано в Москве, то, что сделали Стандартстрой этим делом заниматься — все занимаются вообще, но конкретно никто не хочет знать этого дела. Это касается и нашего краевого совнархоза. Доклад тов. Кириенко был блестящим подтверждением того, что мы не знаем того, что делается в горах, но мы требуем, нельзя ли знать конкретно, что у нас находится и помогать нам в разработке. Мы сейчас себя дискредитируем тем, что никто нам не помогает и этот наиболее ценный продукт поставить на твердую ногу".
Останавливаясь в своем выступлении на вопросе о капиталовложениях, Кириллов говорит: "Я не хочу оспаривать тех крупных капиталовложений, о которых говорил тов. Кириенко, и если они правильны, а у меня сомнений нет, то очевидно у нас где-то происходит очень неправильное распределение капиталовложений по отдельным автономным национальным областям. Я не хочу плакать об особой отсталости Ингушетии, но, например, если взять капиталовложения: в Ингушской промышленности в 1927/1928 годы — 306 тыс. руб капиталовложений, 1 млн. 164 тыс. руб. в 1929 году, в 1929/1930 годы — 1 млн. 297 тыс. руб. Мне кажется темпы по Ингушской автономной области за 1928/1929 годы никаким образом не соответствуют тем капвложениям, которые делают по всем национальным областям. Дело в том, что мы не равномерно распределяем капвложения в национальные промышленности и этим самым не стремимся к тому, чтобы было соответствующее правильное распределение капвложений ибо база есть. Если в эту имеющуюся базу вкладывать в соответствии с другими областями, тем самым имеются все основания к более равномерному культурному росту национальных областей, а при таких темпах по нашим областям, не соответствующим системе, о которой докладывали здесь, у нас может получиться большой разрыв в том, что отдельные национальные области могут далеко выдвинуться вперед, а другие останутся позади, что может оказаться тяжелым моментом. На это нам необходимо обратить внимание, у нас можно развивать сланцы, лес, консервную промышленность".
Касаясь проблем разворачивания промышленности народного комиссариата торговли, Кириллов отметил, что не совсем правильно определять характер разворачивания промышленности национальных областей из опыта заготовки, потому что опыт заготовки — это момент данного времени, а они должны исходить из перспективы возможностей.
Если на сегодняшний день для национальных областей целый ряд земель используется под кукурузу, то ведь это варварство на завтра, когда на целом ряде мы можем создавать прекрасные огородные культуры. Поэтому вопрос о возможности разворачивания промышленности должен исходить не только из того, что мы на сегодня сеем, сколько из того, что мы можем сеять и, несомненно, увязывать вопрос с проблемой в целом для национальных областей, т.е. с вопросом животноводства. Мне кажется, что животноводство в национальных областях абсолютно ничего не потеряет, если они одновременно довольно крепко пойдут по линии создания пищевой промышленности. Лишь только потому, что каждая пищевая промышленность, какая бы она ни была, она сохранит целый ряд отходов от самого растения, отходов от целого ряда производств, довольно сильных кормов, которые по существу являются базой, а подчас более лучшей, чем простое снятие сенокосных или прочих угодий. Поэтому вопрос о развитии перерабатывающей промышленности в национальных областях довольно серьезный, но здесь есть вопрос — а сколько намечается нам на этот год? На этот год нам по Ингушетии на пищевую перерабатывающую промышленность намечается 2100 тыс.руб.
А когда эти деньги будут?
Нам в прошлом году должны были быть даны деньги на консервный завод в Базоркино. Мы стали создавать базу. Базу мы создали: мобилизовали колхозников и единоличников на то, чтобы они сеяли огородные культуры, т.е. культуры, которые они никогда не сеяли. У нас много из прошлого урожая погибло ввиду того, что мы, рассчитывая на консервный завод, не сумели использовать полностью — переброска от нас была далекая, условия с транспортом были известны — из-за того, что вовремя не перебросили, попортили много огородных культур и этим себя дискредитировали. В этом году заверили, что консервный завод будет вновь создан. Уже посеяли 340 гектаров, создали прекрасный совхоз консервтреста. Этот совхоз организует вокруг себя единоличника и колхозника для расширения своей огородной базы. В этом году завода не будет.
Куда пойдет вся продукция? В Грозный перевозить? У нас есть решение о том, чтобы подписать договор с Грозным и мы его подпишем, но помидоры в Грозный возить очень тяжело. В Сунжу ближе возить, но помидоры такой продукт, на котором мы можем очень крепко оскандалиться. Такие темпы развития нашей пищевой промышленности, они могут уже сейчас в значительной степени попортить нам настроение на внедрение этих культур, потому что всякое внедрение культур в сельское хозяйство выгодно и полезно для нас только тогда, когда мы раз мобилизовав, сумеем сразу же все это использовать.
Останавливаясь на росте национальной промышленности, Кириллов подверг критике основного докладчика за незнание истории появления в Ингушской области заводов. "Это те заводы, что были и до войны, но они от города Владикавказа в порядке раздела Горской республики были получены — это винокуренный, крахмальный, кожевенный заводы и по существу вы оперируете такими данными, что будто бы очень много построено. Мы получили все это в городе и вот тут стоит вопрос о кадрах. В эту городскую промышленность, где уже сложился свой определенный старый кадр, переходящий в самом городе, к которому ингуш, находясь в селении, не особенно сильно тяготеет и в этих условиях решается вопрос от того, как мы будем строить наши новые заводы в районе сельской базы. Возьмите сланцы — мы там имеем целый кадр националов. Верно, этот труд не прельщает, не привыкли трудиться в таких условиях, имеем в совхозе, на строительстве наших заводов, имеем на МТС, т.е. то, что непосредственно приближено к самой нашей массе и поэтому вопрос кадрами решается в зависимости от нашего строительства. Мы одну мельницу строим, там национальные кадры сильнее и мне кажется, что этот вопрос будет решаться не из формальных определений того, что мы построили, а из того, что мы будем строить. А те капвложения, которые складываются, они, в частности, для Ингушской области окажутся очень малыми.
В отношении меди я сказал, что мы это забросили, но вопрос не ясен. Медь есть, украинский институт это разрабатывал.
Теперь насчет нефти — вся Ингушетия сейчас опоясана вышками, начиная от Даттых, Плиевский и Барсукинского участка и потом участок Пседахинского района. Там недавно выбили нефть в незначительном верно количестве на буровой №67, но тут у нас неувязка, по которой мы недавно решили вопрос. Эту нефть изыскивают на нашей территории, и до последнего момента никто к нам не пришел поговорить о том, как добывать, чем помогать и пришли, как это ни странно, только тогда, когда скрывающиеся наши бандиты обеспокоили кое-кого на этих промыслах. Когда они приходят к нам и интересные установки делает "Грознефть". "Товарищи, на нашей территории нас беспокоят, нельзя ли вам как-нибудь поработать вроде того, чтобы милиционеров ваших поставить". Такой характер работы со стороны "Грознефти" по-моему немножко пахнет великодержавным шовинизмом. Я не хотел так заострять вопрос, но раз спросили, — ставлю этот вопрос, потому что не раз, когда мы ставили этот вопрос к нам не пришли поговорить как дело делать, а приходят и говорят: дайте транспорт для перевозок, дайте охрану и т.д. Мы сейчас договорились по ряду вопросов в части хозяйственного, партийного, профессионального руководства и т.д.
Что предлагает "Грознефть"?
Она предлагает, что на территории Ингушетии старые майкопские пласты очень богаты нефтью и если Грознефть будет расширяться, то только на участке Грозный, Вознесенка, Пседах, Даттых".
Из этого одного только выступления, в котором о развитии промышленности Ингушетии так подробно рассказал первый секретарь обкома партии Кириллов, видно, как он с душой, чувством высокой ответственности, заботой об области, о народе взялся за разрешение стоящих перед Ингушетией проблем. Это вскоре заметили и в руководстве Северокавказского крайкома партии, а это явно не входило в их планы. Им нужен был здесь "Второй Черноглаз", который бы рьяно, слепо претворял в жизнь установки края и центра.
Через полгода после прибытия в Ингушетию Кириллова, распоряжением Северокавказского крайисполкома был отозван опытный руководитель, хорошо знавший финансово-экономическое положение в области, много сделавший для ее улучшения председатель Ингушского облисполкома Али Исаевич Горчханов. Никакие возмущения, никакие возражения не помогли в сохранении его в области. Единственным, думаю, немаловажным утешением было то, что А. Горчханов, работая и в крайисполкоме, проявлял неравнодушие к проблемам Ингушетии и делал все возможное для их решения.
Этот вопрос рассматривался на заседании бюро крайкома партии 20 июня 1931 года: "Слушали: О заместителе председателя КСНХ (краевой совет народного хозяйства — А.Я.) национале. Постановили: Согласиться с предложением фракции крайисполкома об отзыве Председателя Ингушского Облисполкома тов. Горчханова для использования в качестве заместителя Председателя КСНХ.
Около месяца Кириллову пришлось работать без "правой руки" -утвержденного председателя областного исполнительного комитета, хотя представление в Ростов и Москву было отправлено своевременно.
Пленумом Ингушского облисполкома с 22 июня 1931 года был избран председателем Сосланбек Куркиев, заведовавший культурно-пропагандистским отделом Ингушского обкома партии с августа 1930 года. Однако, утвержден он был в этой должности 23 июля 1931 года на секретариате Северокавказского крайкома ВКП (б), где заслушав этот вопрос было принято постановление: "Согласиться с предложением крайисполкома об утверждении тов. Куркиева председателем Ингушского облисполкома".
А в отношении первого секретаря Ингушского обкома партии Кириллова был применен почти тот же прием, что и в свое время в отношении Идриса Зязикова.
На заседании секретариата Северокавказского крайкома партии 28 июня 1931 года, на котором, кстати, присутствовал в качестве члена крайкома ВКП (б) Али Горчханов, был заслушан вопрос об отпусках и учебе. В принятом здесь постановлении говорится: "Предрешить посылку на учебу осенью 1931 года секретарей ОК и РК: Кириллова — секретаря Ингушского ОК ВКП (б)..."
Но, не дождавшись осени. Кириллова отправляют туда, откуда в свое время был направлен в Ингушетию запомнившийся здесь Черноглаз.
7 августа 1931 года, заслушав вопрос о секретаре Адыгейского ОК ВКП (б), секретариат Северокавказского крайкома партии принял Постановление: "1. В связи с избранием Кириллова секретарем Адыгейского ОК ВКП (б) отозвать тов. Кириллова из Ингушской парторганизации, утвердив его секретарем Адыгейского ОК ВКП (б). 2. Секретарем Ингушского ОК ВКП (б) рекомендовать тов. Маурера — секретаря Белокалитвепского РК ВКП (б)".
Буквально на второй день ингушские коммунисты "избрали" Маурера своим секретарем. А 12 августа 1931 года на своем очередном заседании секретариат крайкома ВКИ(б) заслушал: «решение Ингушского обкома ВКП (б) о секретаре обкома". В принятом постановлении говорится: "В связи с избранием тов. Маурера секретарем ингушского ОК ВКП (б) утвердить тов. Маурера секретарем Ингушского ОК ВКП (б), отозвав его из Белокалитвенского райкома ВКП (б)".
Маурер до работы в Белокалитвенском районе имел определенный опыт работы в должности заведующего орготделом Ставропольского окружкома ВКП (б), откуда постановлением секретариата Северокавказского крайкома партии от 18 сентября 1930 г. был переведен в крайком ВКП (б) и утвержден ответственным инструктором крайкома ВКП (б).

А. ЯНДИЕВ