Сказки.

[Магомедовна]

.......процитировать слова великого немецкого теолога и борца с фашизмом Мартина Нимеллера, который вначале предпочитал молчать о фашизме, ведь его лично это не касалось: «Когда нацисты пришли за коммунистами, я молчал, я же не был коммунистом. Потом они пришли за социалистами, я молчал, я же не был социал-демократом. Потом они пришли за профсоюзными деятелями, я молчал, я же не член профсоюза. Когда они пришли за мной, больше не было никого, кто бы мог протестовать".
Грустно, но такая аналогия. Сказки ведь тоже бывают печальными. Спасибо, Eld-Tsoro!

[Steel]

.......процитировать слова великого немецкого теолога и борца с фашизмом Мартина Нимеллера, который вначале предпочитал молчать о фашизме, ведь его лично это не касалось: «Когда нацисты пришли за коммунистами, я молчал, я же не был коммунистом. Потом они пришли за социалистами, я молчал, я же не был социал-демократом. Потом они пришли за профсоюзными деятелями, я молчал, я же не член профсоюза. Когда они пришли за мной, больше не было никого, кто бы мог протестовать".
Грустно, но такая аналогия. Сказки ведь тоже бывают печальными. Спасибо, Eld-Tsoro!

Его осадили за фразу " «Больше мы не можем хранить молчание, повеленное человеком, когда Господь велит нам говорить. Мы должны повиноваться Господу, а не человеку!», — заявил Нимеллер на проповеди 27 июня 1937 года в Берлине, ставшей для него последней." Ссылка
Что вполне согласуется с исламом.

[Магомедовна]

Горец и Асса

Записал А. О. Мальсагов в 1964 г. на ингушском языке от А. Ведзижева, г. Грозный.
Личный архив А. О. Мальсагова.

Один горец переходил вброд Ассу. Вода в реке была до того холодная, что у него мозг в костях замерз. Перейдя Ассу, он сказал:

— Я-то тебя перешел, но неужели тебе самой не тяжко быть такой холодной?

[Эжи Ахк]

. Цаген и его глупая жена

У Цагена была глупая-преглупая жена, о чем знал весь аул. Как-то в отсутствие Цагена мимо их сакли проходил один человек.
— Ва, мужчина, откуда ты идешь? — обратилась к нему жена Цагена.
— Иду с того света,— ответил мужчина.— А ■ почему ты спрашиваешь?
— Да у нас недавно умер отец. Не видел ли ты его на том свете?

— Так ты его дочь?
— Да! Не видел ли ты там нашего отца?
— Я сейчас иду с того света. Ваш отец просил меня сказать о своем бедственном положении и попросил прислать ему двадцать тума.
— Когда ты обратно возвратишься на тот свет?
— Да через несколько дней.
—Передашь ли ты ему деньги?
— Конечно, передам,— обещал незнакомец.
Жена Цагена продала за двадцать пять тума последнюю корову.
— За двадцать тума он замолит свои грехи, а пять тума ему пригодятся,— с такими словами жена Цагена отдала незнакомцу деньги.
Через некоторое время возвратился Цаген, и жена обо всем ему рассказала. Цаген быстро оседлал коня и пустился на поиски незнакомца. Увидев погоню, человек, взявший деньги у жены Цагена, забежал на мельницу и говорит мельнику:
— Спасайся, сюда приближается человек, который убивает мельников. Давай поменяемся одеждой, а ты спрячься в бункере под зерном.
Только мельник спрятался, как в мельницу влетел запыхавшийся Цаген:
— Куда делся вор, который только что сюда заскочил? — вакричал Цаген.
Незнакомец, переодетый в мельника, ответил:
— В этот бункер он не спускался,— а сам так а тычет пальцем в бункер.
Вытащил Цаген из него држащего мельника и спрашивает:
— Ты что здесь делаешь?
Мельник рассказал Цагену обо всем. Настоящий мельник и Цаген повздорили, а незнакомца и след простыл: он ускакал на коне Цагена. Понял Цаген, что его надули и, понурив голову, пешком возвратился домой. Увидела его жена и спрашивает:-
—. Куда ты так быстро исчез и почему возвратился без коня?
— Да я беспокоился, что отцу твоему на том свете придется ходить пешком, поэтому догнал незнакомца и отдал ему нашего коня,— ответил Цаген.
Жена была очень довольна, что Цаген с таким уважением относится к своему тестю.

[Эжи Ахк]

. Цаген и горец
На пхегате собрались горцы. Один из них начал хвастаться:
— Самым богатым человеком в нашем крае был мой отец. Много табунов коней, стад коров, отар овец было у него. Он вагонял их на ночь в огромный сарай, такой огромный, что не успеет молодой жеребенок пройти по нему из одного конца в другой, как становится настоящим конем.
— Разве это богатство? — вмешался в разговор Цаген.— Богатством счастлив не будешь. Вот мой отец, действительно, был счастливым человеком. Даже его жердь была счастливой. Этой жердью он доставал до небес. По своему желанию он разгонял тучи, и на землю падали благодатные лучи солнца.
— Ты врешь,— говорит горец,— где это видано, чтобы жердью можно было достать до небес?
— Откуда ты знаешь, что я вру?
— Если в твоих словах есть доля правды, то скажи, где же хранил твой отец эту жердь?
— Эх, разве ты не знаешь? Да ее хранили в сарае твоего отца!
Так Цагеп вывел горца на чистую воду.

[Эжи Ахк]

ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С ГОРДЫМ ЮНОШЕЙ
Прослышал некий гордый юноша, что есть человек по имени Цаген, который любого может обхитрить. Дело было зимою, на сельском майдане. Вокруг толпились люди, и тот гордый юноша сказал:
- Может быть Цаген обманывает разных дурней, но меня ему не обмануть.
- Не зарекайся понапрасну,- урезонивали его окру¬жающие.
- Мне нечего зарекаться. Пусть только появится этот Цаген, тогда видно будет, насколько он хитер,- настаивал юноша.
Как раз в это время мимо проходил Цаген. Люди остановили его и передали слова того гордеца.
- Это ты утверждаешь, что не позволишь себя обхит¬рить?- поинтересовался Цаген.
- Да, это я. И никто до сего дня меня не дурил,- высо¬комерно ответил юноша.
- Ах, как жаль,- выразил свое сожаление Цаген,- если бы я знал о нашем разговоре, я бы прихватил с собою бумагу, с помощью которой я хитрю людей. Делать нече¬го, придется нам встретиться в другой раз.
Юноша сказал:
- Ведь ты живешь в этом селе, не правда ли? Сходи и принеси эту свою бумагу, которая помогает тебе в твоих хитростях, раз ты так уверен в себе.
- Да сходить и принести недолго, но есть одна за¬минка...
- Что за заминка? Мне кажется, что ты настроен выду¬мывать разные причины, лишь бы уклониться от спора,-сказал гордец.
- Нечего мне их выдумывать. Я думаю совсем о дру¬гом: уйду я за бумагой, а ты тем временем покинешь это место, испугавшись меня,- подзадорил его Цаген.
- Как такое можно говорить про меня, который никогда и ничего на свете не боялся.
- Не спеши укорять меня,- продолжил Цаген,- я хотел сказать, что могу надолго задержаться, а ты можешь проЧТО СЛУЧИЛОСЬ С ГОРДЫМ ЮНОШЕЙ
Прослышал некий гордый юноша, что есть человек по имени Цаген, который любого может обхитрить. Дело было зимою, на сельском майдане. Вокруг толпились люди, и тот гордый юноша сказал:
- Может быть Цаген обманывает разных дурней, но меня ему не обмануть.
- Не зарекайся понапрасну,- урезонивали его окру¬жающие.
- Мне нечего зарекаться. Пусть только появится этот Цаген, тогда видно будет, насколько он хитер,- настаивал юноша.
Как раз в это время мимо проходил Цаген. Люди остановили его и передали слова того гордеца.
- Это ты утверждаешь, что не позволишь себя обхит¬рить?- поинтересовался Цаген.
- Да, это я. И никто до сего дня меня не дурил,- высо¬комерно ответил юноша.
- Ах, как жаль,- выразил свое сожаление Цаген,- если бы я знал о нашем разговоре, я бы прихватил с собою бумагу, с помощью которой я хитрю людей. Делать нече¬го, придется нам встретиться в другой раз.
Юноша сказал:
- Ведь ты живешь в этом селе, не правда ли? Сходи и принеси эту свою бумагу, которая помогает тебе в твоих хитростях, раз ты так уверен в себе.
- Да сходить и принести недолго, но есть одна за¬минка...
- Что за заминка? Мне кажется, что ты настроен выду¬мывать разные причины, лишь бы уклониться от спора,-сказал гордец.
- Нечего мне их выдумывать. Я думаю совсем о дру¬гом: уйду я за бумагой, а ты тем временем покинешь это место, испугавшись меня,- подзадорил его Цаген.
- Как такое можно говорить про меня, который никогда и ничего на свете не боялся.
- Не спеши укорять меня,- продолжил Цаген,- я хотел сказать, что могу надолго задержаться, а ты можешь про-
-

[Эжи Ахк]

сто не дождаться меня и уйти: ведь я живу на другом краю села.
- Да хоть бы ты жил за Тереком, я все равно буду ждать тебя,- начал сердиться гордый юноша.
- Тогда стой где стоишь, пока я не вернусь со своей бумагой,- сказал Цаген и через все село пошел к себе домой.
Дома Цаген в тепле расположился отдыхать. А юноша тем временем стоял на морозе до посинения. Проходивший мимо некий сельчанин спросил его:
- Чего ты стоишь здесь на морозе? Когда я шел по делу, ты стоял, теперь я возвращаюсь, а ты продолжаешь стоять?
- Я дожидаюсь Цагена. Он обещал вернуться со своей бумагой.
- Какой такой бумагой?- удивился мужчина.
- С бумагой, которая ему помогает обхитрить людей. Он хочет попытаться ею одурачить меня, но ничего у него из этого не выйдет. Еще узнаем, кто кого обхитрит!
Мужчина громко рассмеялся.
- Почему смеешься?- спросил юноша.
- Не обижайся на мой смех. Да за то время, что от тебя отошел Цаген, можно трижды, а то и четырежды, обойти вокруг этого села. Разве ты не понял, что он одурачил тебя? Своею хитростью он заставил тебя многие часы провести на морозе,- опять не сдержался и засмеялся мужчина.
Тут только дошло до юноши, что Цаген его обхитрил. С тех пор он перестал гордиться и чваниться. Понял он, что так вести себя нельзя, что мужчине не приличествует возноситься перед другими людьми.


А ТЫ СЪЕШЬ КОТА
Стояли мужчины и беседовали. Речь зашла о Цагене. Кто-то из них сказал, что если кто пожелает насмехаться над Цагеном, то пожалеет об этом. Тогда один из собеседников сказал:
- Я посмеюсь над ним!
- Ничего у тебя не получится,- возразили ему.
- Давай спорим,- сказали и на спор положили деньги. Разыскал тот мужчина Цагена и говорит ему:

- Сегодня невзначай я проглотил мышку. Говорят, ты владеешь лекарским искусством. Скажи же, что мне теперь делать?
- А мышь была живая или мертвая?- начал издевать¬ся Цаген, поняв, что его пытаются дурачить.
- Живая, шустрая,- ответил тот.
- Ежели так, то трудно тебя исцелить,- сказал Цаген и определил плату за лечение.
Плата была ниже, чем деньги, положенные на спор, и потому мужчина, не задумываясь, выложил назначенную Цагеном плату.
- Говори же теперь, как мне вылечиться?- нетерпеливо потребовал тот спорщик.
- Теперь тебе необходимо проглотить живого кота. Он изловит твою шуструю мышку. Поспеши, не то мышь перегрызет тебе все твои внутренности,- дав такой совет, Цаген тут же пошел прочь, не дожидаясь, пока тот мужчина придет в себя от удивления.
Спорившие мужчины стояли невдалеке. Они слышали весь этот разговор и дружно грохнули смехом. Пришлось тому мужчине отдать проспоренные деньги.
Все поняли, что с Цагеном шутки не пройдут.

[Эжи Ахк]

Сборник сведений об ингушах

Публикуется впервые

Берснако Газиков

Книга 2



Орхустойцы и Ботоко-Ширтга

(Ингушская сказка)

Много лет тому назад в нынешней Ингушетии жили богатыри по прозванию орхустойцы. Были они злы, коварны и лукавы. Недалеко от них жил ингуш Ботоко-Ширтга - их постоянный советник и участник многих их проделок. Орхустойцы завидовали ему, относились к нему с презрением, но так как он был еще хитрее, лукавее и коварнее их, побаивались его и охотно пользовались его услугами.

Решили однажды орхустойцы переселиться с гор на плоскость. Пригласили они с собой и Ботоко. Согласился Ботоко, но выговорил себе право пасти единственную свою лошадь у самой дороги. Через три месяца мастак его разжирел до того, что нельзя было нащупать, где у него спинной хребет; лошади же орхустойцев, несмотря на то, что паслись на привольи, были худы. Стали орхустойцы завидовать Ботоко-Ширтга. Дошла их зависть до того, что решили они назло ему обрезать губы у его лошади. Видел это Ботоко с высокого пригорка, но не показал вида, что заметил это, и молча поклялся в душе жестоко отомстить орхустойцам за своего коня.

Прошло несколько дней. Отправился однажды Ботоко на охоту в горы. Долго ходил он - вдруг, видит, сакля.

- Откуда тут сакля? - подумал он про себя. - Кто же живет в ней? Не слышал я что-то про здешних жителей.

Так размышляя, вошел он в саклю и к ужасу своему увидел он женщину огромного роста.

– Горбож! (Горбож – в ингушских сказаниях, примерно, то же, что в русских Баба Яга.) - воскликнул он в страхе. - Где твои сыновья?

- Они отправились искать добычи, и вот уже более месяца как их нет дома, - отвечала старуха.

- Послушай, Горбож, - заискивающим голосом спросил Ботоко, - если приведу тебе тринадцать человек, можешь ли ты справиться с ними?

- Пусть будет с ними сам Соско-Солса, - воскликнула в гневе Горбож, - и тогда я с ними справлюсь так же легко, как и с тобой.

Обрадовался Ботоко: одним ударом двух зайцев убил! Сам невредим остался и случай хороший отомстить орхустойцам нашел. Побежал он домой быстрее джайрана; вдруг видит: навстречу ему идут орхустойцы, а с ними и предводитель их Соско-Солса.

Говорит Ботоко:

- О, великий Солса, сильнейший из сильных, хитрейший из хитрых, нашел я в горах такую добычу, какой никогда еще не встречал. Доверься мне, возьми с собой еще двенадцать орхустойцев, таких же сильных и хитрых, как и ты, и отправимся завтра на охоту.

- Хорошо, - сказал Солса, - пойдем!

Сказано - сделано. На следующий же день в сопровождении Ботоко и двенадцати орхустойцев отправился он в горы за добычей. Шли они, шли, а добычи все нет и нет.

- Где же добыча твоя? - спрашивают орхустойцы Ботоко.

- Подожди, Солса, сейчас будет.

Шли они, шли, опять спрашивают.

- Подожди, Солса, сейчас будет, - отвечает опять Ботоко, - вот подымемся в гору, потом спустимся, потом опять подымемся, повернем в лес - там и добыча.

Поднялись они в гору, спустились, опять поднялись, повернули в лес - видят: гигантская сакля стоит на скале. Дым тоненькой стрункой вьется. Очаг горит.

- Вот и добыча, - говорит Ботоко, - идите за мной.

Только показались они на пороге сакли, как выбежала Горбож, вырвала из своей косы волос и связала им Солса с орхустойцами.

- Неужели эта ведьма хочет меня обесславить перед целым светом?! - вскричал Солса и рванулся так сильно, что волос, который связывал его, врезался до самых костей.

Смотрит Ботоко-Ширтга на связанных своих врагов, смотрит как Горбож натачивает свой нож и ухмыляется от удовольствия. Орхустойцы от злости скрежещут зубами, рвутся, бьются, проклинают Горбож, но не вырваться им из страшных и крепких пут.

Опустились сумерки. Засверкала в небе серебряная подкова, замигали весело звезды. Вдруг раздался страшный топот, как будто чудовищный конь галопом пронесся по лесу. Это возвращались с охоты сыновья Горбож.

- Ну, матушка, искали, искали мы, да все напрасно, хотя бы на одни сутки нашли что-нибудь,- говорят они, - так и вернулись с пустыми руками.

- Ничего, детки, - отвечает Горбож, - пока вы странствовали так долго и я не сидела сложа руки. Посмотрите, какой я нам обед приготовила. Точите ножи свои. Хватит нам этой добычи на целый месяц.

С этими словами Горбож вышла на двор и стала советоваться с сыновьями, как зарезать гостей - поодиночке или же всех вместе.

Соска-Солса, видя, что дело разыгрывается не на шутку, стал умолять Ботоко, чтобы он спас их, давши совет, как избавиться от неминуемой гибели.

Подумал Ботоко и, как ни хотелось ему отомстить орхустойцам, сообразил, что без них тяжело ему будет жить, не с кем будет производить отважные набеги.

Пожалел он еще раз своего коня, но больше пожалел в беду попавших товарищей, простил он им все их оскорбления и решил спасти их от кровожадной Горбож.

Смотрит - легка на помине, идет со своими сыновьями, чтобы зарезать всех орхустойцев.

- Послушай, Горбож, - говорит Ботоко, - я знаю, что ты сильна и не выпустишь гостей от себя живыми, но прежде чем зажарить их, разгадай загадку, которая была причиной моей с ними ссоры.

Тут Ботоко переждал, откашлялся и, убедившись, что Горбож и ее сыновья с любопытством приготовились слушать, продолжал:

- На одной горе лежал бык: был он такой большой, что, лежа на горе, щипал траву на плоскости и пил воду из реки, протекавшей у подошвы горы. Пролетал однажды орел, схватил этого быка и унес. Сел орел со своей добычей на рогах козла, под бородою которого сидел пастух. Сидя на рогах козла, пожрал орел свою добычу и уронил кость (лопатку), которая попала в глаз пастуху, сидевшему под бородою козла.

- Посмотри мой глаз, - говорит жене пастух, возвратившись со стадом с поля, - чем-то я засорил его нынче.

Жена посмотрела в его глаз и вынула оттуда лопатку быка, говоря:

- Пустяки, вот этой лопаткой засорил ты себе глаз, - и бросила ее на землю.

Прошло много лет. Нанесло на эту лопатку земли, а на земле этой построили аул с девятью тысячами жителей.

Все было бы хорошо в ауле, но часто содрогалась под ним земля, как будто от землетрясения. Долго думали жители аула, отчего бы это могло быть, и решили, что подземный бог прогневался на них. Но вот стали они замечать, что бог тут не при чем, что во всем виновата лисица, которая приходит грызть жилу, оставшуюся на лопатке быка. Убили жители эту лисицу, содрали с нее шкуру, но только с одного бока, потому что не могли повернуть ее на другой, разделили они между собой шкуру и каждому из них достался такой кусок, что из него можно было сшить себе шубу.

В это время родился у одной из жительниц аула сын. Пришла она через несколько дней после рождения сына к тому месту, где лежала убитая лисица. Перевернула она ее на другую сторону, содрала с нее остальную половину шкуры и сшила своему сыну шубу, но так как меха все-таки не хватило, то шуба вышла без рукавов.

- Теперь отгадай, Горбож, - сказал Ботоко, - или пусть твои сыновья отгадают, кто больше по своей величине и силе: бык ли, который был так велик, что, лежа на горе, щипал траву на равнине, и на лопатке которого построили аул с девятью тысячами жителей; орел ли, унесший этого громадного быка; козел ли, на рогах которого орел пожрал свою добычу; а, может быть, пастух, которому лопатка показалась пылинкой; или лисица, из половины шкуры которой каждому жителю досталось по шубе; или женщина, перевернувшая лисицу на другой бок; или же сын ее, которому не хватило половины такой шкуры на шубу?

Стала Горбож с сыновьями разгадывать диковинную загадку. Один говорит, что бык больше всех; другой - что орел, который унес этого быка; третий настаивал на том, что козел больше всех по величине и силе. Между матерью и сыновьями произошел горячий спор - и в конце концов они схватились за ножи и перерезали друг друга.

Тогда Ботоко развязал орхустойцев и отправился с ними домой. С этого времени жил он с ними в большой дружбе, и часто смеялись они, вспоминая у костра глупую Горбож и ее сыновей, так и не разгадавших загадки.

А ну-ка, попробуй - отгадай.

(Томашевский К. Кавказские сказки. 1926.)

[Инфанта]

Там случайно ответа не было в сказке)?

[Ovod]

Там случайно ответа не было в сказке)?

Тебе не кажется , что о женщине речь!