Знать наизусть!

[Small]

МИГ

Свет в моих волосах разливает мерцающий блеск
Тихий шелест листвы, в тон дыхания трепет легкий
Все вокруг распустилось, проснулось и негой поет
Буйство красок налет, чудо утренней терпкой свежести…

Манит дивный простор, отражает река небосвод
я бегу босоногая, юная, легкая…
Радость комом в груди обжигает слезами мой взор
Унося отголоски прошедших печалей горестных

Мне б продлить этот миг, утаить бы его
Разменять на года, на столетья, на радости бренные
Чтобы ты, моя жизнь, ощутить мне позволила вновь
Буйство красок налет, чудо утренней терпкой свежести

[Denis]

Иван Бунин

У ворот Сиона, над Кедроном.
На бугре, ветрами обожжёном,
Там где тень бывает от стены,
Сел я как-то рядом с прокажённым,
Евшим зёрна крупной бузины.

Он дышал невыразимым смрадом,
Он, безумный, отравлялся ядом.
А меж тем с улыбкой на губах.
Поводил кругом блаженным взглядом,
Бормоча: "Благословен Аллах!"

Боже милосердный, для чего Ты
Дал нам страсти, думы и заботы,
Жажду дела, славы и утех?
Радостны калеки, идиоты,
Прокажённый радостнее всех.

16 сент. 1917

[Denis]

Георгий Иванов (1894-1958)

Упал крестоносец средь копий и дыма,
Упал не увидев Иерусалима.

У сердца прижата стальная перчатка,
И на ухо шепчет ему лихорадка:

- Зароют, зароют в глубокую яму,
Забудешь, забудешь Прекрасную Даму,

Глаза голубые, жемчужные плечи...
И львиное сердце дрожит как овечье.

А шёпот слышнее: - Ответь на вопросец:
Не ты ли о славе мечтал, крестоносец,
О подвиге бранном, о битве кровавой?
Так вот, умирай же, увенчанный славой!

(1924 - 1958, Париж)


Иван Бунин и Надежда Тэфии

На старом кладбИще два жёлтых скелета
Блуждают в мерцании лунного света.
Дама и рыцарь, склонившийся к даме:
Череп безносый и череп безглазый.

- Это сближает нас, то что мы с Вами
Вместе скончались от чёрной заразы.
Я из девятого века, решаюсь
Полюбопытсвовать,Вы из какого?

И отвечает она, оскаляясь,
- Ах, как вы молоды, я из шестого.

(к сожалению по памяти и, скорее всего не совсем точно).



Н. Тэффи

Белолапка-серокошка
раз уселась на окошко.
А по улице идёт
Толстый рыжий тигрокот.

Увидал лн белолапку
Сразу хвать её в охапку.
Под себя её подмял....
...Тигрокот, ну и нахал!


Вадим Шефнер (1922-1906)

Рыжий кот по кличке Гриша
Шёл желанием влеком.
И под ним гремела крыша
И раскачивался дом.

Он грустил о кошке Наде
Проклинал свою судьбу.
И мочился, шутки ради,
в водосточную трубу.

2001

[Магомедовна]

Ю.Друнина.

Истосковалась я
По благородству —
Да, мушкетеры
Сделались не те...
И если честно —
Нелегко бороться
Мне на своей
Последней высоте.

Но все же я
Не опускала руки,
Торжествовать
Не позволяя злу.
Враги мне только помогают
Ругань
Всегда воспринимала
Как хвалу.

[Denis]

Георгий Адамович

Без отдыха дни и недели.
Недели и дни без труда.
На серое небо глядели,
Влюблялись, и то - не всегда.

И только. Но брезжил над нами
Какой-то невидимый свет.
Какое-то лёгкое пламя -
Которому имени нет.
май 1934, Париж

Стихотворение посвящено поэтессе и переводчице Аделаиде (Аде) Львовне Онушкевич-Яцыне, в замужестве фон Шведе (ум. 1934 в Ленинграде от холеры). Адамович так никогде и не узнал об этом.

Ада одной из первых начала переводить на русский Киплинга. Многие её переводы до сих пор издаются: "День и ночь, день и ночь, мы идём по Африке... День и ночь, день и ночь, всё по той же Африке... Только пыль, пыль, пыль, из-под шагающих сапог, отдыха нет на войне".

[КАЗБЕК]

ИЗ РОБЕРТА БЕРНСА
БЫЛ ЧЕСТНЫЙ ФЕРМЕР МОЙ ОТЕЦ
в переводе С.Маршака


Был честный фермер мой отец.
Он не имел достатка,
Но от наследников своих
Он требовал порядка.
Учил достоинство хранить,
Хоть нет гроша в карманах.
Страшнее - чести изменить,
Чем быть в отрепьях рваных!

Я в свет пустился без гроша,
Но был беспечный малый.
Богатым быть я не желал,
Великим быть - пожалуй!
Таланта не был я лишен,
Был грамотен немножко
И вот решил по мере сил
Пробить себе дорожку.

И так и сяк пытался я
Понравиться фортуне,
Но все усилья и труды
Мои остались втуне.
То был врагами я подбит,
То предан был друзьями
И вновь, достигнув высоты,
Оказывался в яме.

В конце концов я был готов
Оставить попеченье.
И по примеру мудрецов
Я вывел заключенье:
В былом не знали мы добра,
Не видим в предстоящем,
А этот час - в руках у нас.
Владей же настоящим!

Надежды нет, просвета нет,
А есть нужда, забота.
Ну что ж, покуда ты живешь,
Без устали работай.
Косить, пахать и боронить
Я научился с детства.
И это все, что мой отец
Оставил мне в наследство.

Так и живу - в нужде, в труде,
Доволен передышкой.
А хорошенько отдохну
Когда-нибудь под крышкой.
Заботы завтрашнего дня
Мне сердца не тревожат.
Мне дорог нынешний мой день,
Покуда он не прожит!

Я так же весел, как монарх
В наследственном чертоге,
Хоть и становится судьба
Мне поперек дороги.
На завтра хлеба не дает
Мне эта злая скряга.
Но нынче есть чего поесть, -
И то уж это благо!

Беда, нужда крадут всегда
Мой заработок скудный.
Мой промах этому виной
Иль нрав мой безрассудный?
И все же сердцу своему
Вовеки не позволю я
Впадать от временных невзгод
В тоску и меланхолию!

О ты, кто властен и богат,
Намного ль ты счастливей?
Стремится твой голодный взгляд
Вперед - к двойной наживе.
Пусть денег куры не клюют
У баловня удачи, -
Простой, веселый, честный люд
Тебя стократ богаче!

[Menina]

ИЗ РОБЕРТА БЕРНСА
БЫЛ ЧЕСТНЫЙ ФЕРМЕР МОЙ ОТЕЦ
в переводе С.Маршака


Был честный фермер мой отец.
Он не имел достатка,
Но от наследников своих
Он требовал порядка.
Учил достоинство хранить,
Хоть нет гроша в карманах.
Страшнее - чести изменить,
Чем быть в отрепьях рваных!

Я в свет пустился без гроша,
Но был беспечный малый.
Богатым быть я не желал,
Великим быть - пожалуй!
Таланта не был я лишен,
Был грамотен немножко
И вот решил по мере сил
Пробить себе дорожку.

И так и сяк пытался я
Понравиться фортуне,
Но все усилья и труды
Мои остались втуне.
То был врагами я подбит,
То предан был друзьями
И вновь, достигнув высоты,
Оказывался в яме.

В конце концов я был готов
Оставить попеченье.
И по примеру мудрецов
Я вывел заключенье:
В былом не знали мы добра,
Не видим в предстоящем,
А этот час - в руках у нас.
Владей же настоящим!

Надежды нет, просвета нет,
А есть нужда, забота.
Ну что ж, покуда ты живешь,
Без устали работай.
Косить, пахать и боронить
Я научился с детства.
И это все, что мой отец
Оставил мне в наследство.

Так и живу - в нужде, в труде,
Доволен передышкой.
А хорошенько отдохну
Когда-нибудь под крышкой.
Заботы завтрашнего дня
Мне сердца не тревожат.
Мне дорог нынешний мой день,
Покуда он не прожит!

Я так же весел, как монарх
В наследственном чертоге,
Хоть и становится судьба
Мне поперек дороги.
На завтра хлеба не дает
Мне эта злая скряга.
Но нынче есть чего поесть, -
И то уж это благо!

Беда, нужда крадут всегда
Мой заработок скудный.
Мой промах этому виной
Иль нрав мой безрассудный?
И все же сердцу своему
Вовеки не позволю я
Впадать от временных невзгод
В тоску и меланхолию!

О ты, кто властен и богат,
Намного ль ты счастливей?
Стремится твой голодный взгляд
Вперед - к двойной наживе.
Пусть денег куры не клюют
У баловня удачи, -
Простой, веселый, честный люд
Тебя стократ богаче!

Класс..

[КАЗБЕК]

ИЗ РОБЕРТА БЕРНСА
ЭПИГРАММЫ



К ПОРТРЕТУ ДУХОВНОГО ЛИЦА



Нет, у него не лживый взгляд,
Его глаза не лгут.
Они правдиво говорят,
Что их владелец - плут.


ПОКЛОННИКУ ЗНАТИ



У него - герцогиня знакомая,
Пообедал он с графом на днях.

Но осталось собой насекомое,
Побывав в королевских кудрях.



НАДПИСЬ НА МОГИЛЕ ШКОЛЬНОГО ПЕДАНТА



В кромешный ад сегодня взят
Тот, кто учил детей.

Он может там из чертенят
Воспитывать чертей.



ПРИ ПОСЕЩЕНИИ БОГАТОЙ УСАДЬБЫ



Наш лорд показывает всем
Прекрасные владенья...

Так евнух знает свой гарем,
Не зная наслажденья.


ЭПИТАФИЯ БЕЗДУШНОМУ ДЕЛЬЦУ



Здесь Джон покоится в тиши.
Конечно, только тело...
Но, говорят, оно души
И прежде не имело!

[КАЗБЕК]

ИЗ РОБЕРТА БЕРНСА
ЭПИГРАММЫ

ЛОРД-АДВОКАТ



Слова он сыпал, обуян
Ораторским экстазом,
И красноречия туман
Ему окутал разум.

Он стал затылок свой скрести,
Нуждаясь в смысле здравом,
И где не мог его найти,
Заткнул прорехи правом...


О ПЛОХИХ ДОРОГАХ



Я ехал к вам то вплавь, то вброд.
Меня хранили боги.
Не любит местный ваш народ
Чинить свои дороги.

Строку из Библии прочти,
О город многогрешный:
Коль ты не выпрямишь пути,
Пойдешь ты в ад кромешный!



НАДПИСЬ НА МОГИЛЕ ЧЕСТОЛЮБЦА



Покойник был дурак и так любил чины,
Что требует в аду короны сатаны.

- Нет, - молвил сатана. - Ты зол, и даже слишком,
Но надо обладать каким-нибудь умишком!



ЭПИТАФИЯ ТВЕРДОЛОБОМУ ТРУСУ



Клади земли тончайший слой
На это сердце робкое,
Но башню целую построй
Над черепной коробкою!




ЭПИТАФИЯ ВЛАДЕЛЬЦУ УСАДЬБЫ



Джемс Грив Богхед
Был мой сосед,
И, если в рай пошел он,
Хочу я в ад,
Коль райский сад
Таких соседей полон.


КРАСАВИЦЕ, ПРОПОВЕДУЮЩЕЙ СВОБОДУ И РАВЕНСТВО



Ты восклицаешь: "Равенство! Свобода!"
Но, милая, слова твои - обман.
Ты ввергла в рабство множество народа
И властвуешь бездушно, как тиран.



НАДПИСЬ НА МОГИЛЕ ЭСКВАЙРА, КОТОРЫЙ БЫЛ ПОД БАШМАКОМ У ЖЕНЫ



Со дней Адама все напасти
Проистекают от жены.
Та, у кого ты был во власти,
Была во власти сатаны.


ДЕВУШКЕ МАЛЕНЬКОГО РОСТА



На то и меньше мой алмаз
Гранитной темной глыбы,
Чтобы дороже во сто раз
Его ценить могли бы!



СТИХИ, НАПИСАННЫЕ АЛМАЗОМ НА ОКНЕ ГОСТИНИЦЫ



Мы к вам пришли
Не тешить взгляд
Заводом вашим местным,
А для того,
Чтоб смрадный ад
Был местом,
Нам известным,

Мы к вам стучались
Целый час.
Привратник не ответил.
И дай нам бог,
Чтоб так же нас
Привратник ада встретил!


ЭПИТАФИЯ ВИЛЬЯМУ ГРЭХЕМУ, ЭСКВАЙРУ



Склонясь у гробового входа,
- О смерть! - воскликнула природа,
Когда удастся мне опять
Такого олуха создать!..



ЭПИТАФИЯ СТАРУХЕ ГРИЗЗЕЛЬ ГРИМ



Лежит карга под камнем сим.
И не могу понять я,
Как этой ведьме Гриззель Грим
Раскрыла смерть объятья!


ЗНАКОМОМУ, КОТОРЫЙ ОТВЕРНУЛСЯ ПРИ ВСТРЕЧЕ С ПОЭТОМ



Чего ты краснеешь, встречаясь со мной?
Я знаю: ты глуп и рогат.
Но в этих достоинствах кто-то иной,
А вовсе не ты виноват!




НАДПИСЬ НА ОФИЦИАЛЬНОЙ БУМАГЕ,
КОТОРАЯ ПРЕДПИСЫВАЛА ПОЭТУ "СЛУЖИТЬ, А НЕ ДУМАТЬ"


К политике будь слеп и глух,
Коль ходишь ты в заплатах.
Запомни: зрение и слух -
Удел одних богатых!

[КАЗБЕК]

ЛОРДУ, КОТОРЫЙ НЕ ПУСТИЛ В СВОИ ПАЛАТЫ ПОЭТА И ЕГО ДРУЗЕЙ,
ИНТЕРЕСОВАВШИХСЯ АРХИТЕКТУРОЙ

Пред нами дверь в свои палаты
Закрыли вы, милорд.
Но мы - не малые ребята,
А ваш дворец - не торт!



ЭПИТАФИЯ САМОУБИЙЦЕ



Себя, как плевел, вырвал тот,
Кого посеял дьявол.
Самоубийством от хлопот
Он господа избавил.



ЭПИТАФИЯ КРИКЛИВОМУ СПОРЩИКУ



Ушел ли ты в блаженный рай
Иль в ад, где воют черти, -
Впервые этот вздорный лай
Услышат в царстве смерти.



ЭПИТАФИЯ ЦЕРКОВНОМУ СТАРОСТЕ, САПОЖНИКУ ГУДУ



Пусть по приказу сатаны
Покойника назначат
В аду хранителем казны, -
Он ловко деньги прячет.


МИСТЕРУ ВИЛЬЯМУ МОЛЬ ОФ ПАН МУР, КОТОРОГО ПОЭТ УВИДЕЛ
В НОВОМ ЭЛЕГАНТНОМ ФАЭТОНЕ НА СКАЧКАХ (БЕГАХ)

Я согласиться должен, что бесспорно
Твой новый фаэтон имел успех.
Так некий вор мечтал, чтоб выше всех
Ему соорудили столб позорный.


x x x



Недаром, видимо, господь
Когда-то посулил:
Не только души, но и плоть
Восстанет из могил.

А то б вовеки не воскрес
Души лишенный Кардонесс!