Текущие события 2009 г.

Горбачев: Россия - не полностью свободная страна
("Star Tribune", США)
Дэн Перри (Dan Perry), 06 марта 2009


В четверг корреспондент Associated Press Дэн Перри взял интервью у семидесятивосьмилетнего Михаила Горбачева, последнего советского лидера. Эта беседа состоялась примерно через двадцать лет после начала крушения коммунистических режимов в Европе; кульминацией этого процесса стала отставка самого Горбачева с поста президента СССР в 1991 г.

О 'Единой России' - правящей партии, возглавляемой премьером Владимиром Путиным - и российской власти в целом:

Эта тема вызывает одни из самых резких критических замечаний Горбачева в адрес своих преемников: он полагает, что путинская партия унаследовала худшие черты КПСС, которой он когда-то руководил, а парламент и судебную систему в сегодняшней России нельзя назвать полностью свободными. 'Я часто - и без обиняков - критикую 'Единую Россию'. Это партия чиновников - ухудшенный вариант КПСС [Коммунистической партии Советского Союза]. Что же касается нашего парламента, то я не могу назвать его независимым, и наша судебная система также не полностью соответствует положениям Конституции'.

О мировом экономическом кризисе:

Похоже Горбачев отчасти считает его результатом долгого периода, когда Запад проявлял высокомерие и не знал удержу в своих желаниях. 'Американские СМИ трубили . . . о победе в 'холодной войне', о крушении социализма. Именно эта болезнь - крайняя самоуверенность - привела к такому результату, эта убежденность, что так будет продолжаться всегда. . . Думаю сейчас все на горьком опыте усваивают урок. . . Необходимо преодолеть эти ошибки - сверхпотребление, погоню за сверхприбылями'. Что же делать? Необходима смешанная система, сочетающая 'весь прошлый опыт капиталистического строя, например, конкурентоспособность, с достижениями социализма - особенно системой социальной защиты'.

О распаде СССР и шансах на воссоединение бывших советских республик:

'Я был твердым противником роспуска Союза', отметил Горбачев, и добавил, что по-прежнему надеется на объединение Украины, Казахстана и Беларуси с Россией в рамках нового союзного государства.

О превратностях собственной судьбы и своем наследии:

'В личном плане, как политик, я потерпел поражение. Но идея, которую я выражал и проект, который я реализовывал, сыграли большую роль в судьбе всего мира и нашей страны. Сейчас, однако, сложилась ситуация, когда все больше людей начинает понимать, что сумел сделать Горбачев. . . В любом случае, мы прошли большой путь, и возврат к прошлому невозможен'.

INFOX

Лидер «Справедливой России» Сергей Миронов выборами в регионах в целом доволен. Исключение составили Татарстан, Карачаево-Черкесия и Санкт-Петербург. В Петербурге фальсификации в пользу «Единой России» были и вовсе откровенно грубыми, поделился впечатлениями Миронов в интервью Infox.ru.1 марта в ходе единого дня голосования в регионах партия «Справедливая Россия» заняла третье место. В Архангельской области и Кабардино-Балкарии справороссы показали второй результат. В некоторых субъектах — четвертый. Но выборами лидер партии Сергей Миронов в целом доволен. «За исключением Татарстана и Карачаево-Черкесии, — уточнил он в интервью Infox.ru. — Для меня совершенно очевидно, что в Татарстане официальные результаты выборов не соответствуют реальному волеизъявлению. Но это — специфика республик».

Разочаровал Миронова и Санкт-Петербург. «К сожалению, мой родной город оказался среди тех субъектов, где были нарушения, — пояснил он. — Например, на некоторых участках, в восемь утра, когда началось голосование, наши наблюдатели потребовали продемонстрировать пустую урну. Урны были открыты, а там уже 200 бюллетеней с отметкой за «Единую Россию» спокойно лежат».

По нарушениям в Петербурге справороссы направили отдельное письмо президенту Дмитрию Медведеву, где обратили внимание, что «в Санкт-Петербурге была проведена беспрецедентная по масштабу нарушений выборная кампания депутатов городских муниципальных советов». Глава Центризбиркома Владимир Чуров, отчитываясь по итогам выборов перед президентом, сообщил, что в целом по стране за период до, во время и после дня голосования поступило 303 жалобы и заявления.

«Но все-таки, хочу заметить, что ситуация меняется, — подчеркнул в интервью Infox.ru лидер «Справедливой России» Сергей Миронов. — Фальсифицировать выборы становится труднее. И мы надеемся, что доведем до логического завершения персональную ответственность тех, кто смел нарушать закон».
Infox.ru

Власть игнорирует антикризисные программы оппозиции из принципа04.03.09

Экономический кризис в той или иной степени затронул все страны глобального мира. Но в каждом случае сила его влияния была разной. Ясно, что это напрямую зависит от устойчивости экономики отдельного государства и прозрачности тех механизмов, которые обеспечивают функционирование государственной системы.
И еще ясно, что более других от кризиса пострадали экономики, зависимые от таких внешних факторов, как цены на нефть, кредиты, а также импорт высокотехнологичной продукции, товаров народного потребления и продовольствия. Россия, к сожалению, попала в число именно таких стран. Столь сильное поражение российской экономики, которое мы сегодня не только наблюдаем, но и ощущаем на собственной шкуре, связано с тем, что страна так и не преодолела зависимость от нефтегазового сектора.
Поэтому Россия подвержена двойному удару – финансовому и нефтяному.
Положение российской экономики в 2009 году будет крайне серьезным, а длительность кризисного периода будет коррелировать с эффективностью применяемых правительством антикризисных мер. И тут встает главный вопрос: насколько эти меры соответствуют запросу и способны ли они действительно улучшить положение в стране?
Основным комплексным документом, включающим антикризисные меры в части различных секторов экономики, является "План действий, направленных на оздоровление ситуации в финансовом секторе и отдельных отраслях экономики", утвержденный председателем правительства Владимиром Путиным 6 ноября 2008 года. В рамках реализации "Плана действий" уже принято 15 федеральных законов, 23 постановления правительства, одно распоряжение и три ведомственных акта.
Мероприятия "Плана действий" можно условно подразделить на четыре основных направления: развитие финансовой и банковской системы; поддержка рынка труда и социальная помощь гражданам; стимуляция спроса на продукцию соответствующих секторов экономики и производства продукции промышленными предприятиями.
На практике мы видим, что власть сосредоточилась исключительно на вливании государственных средств в финансовые структуры, оказании господдержки узкому кругу "избранных" компаний. А для того, чтобы помочь гражданам, ведется "разработка пакета социальных мер".
Кремль вынужден идти у бизнеса на поводу, так как иного способа, кроме экономического стимулирования, для обеспечения лояльности у него нет. В результате в течение последних четырех месяцев представителям крупного бизнеса были выделены весьма значительные финансовые субсидии. При этом общим местом стало практически полное отсутствие реального контроля над их использованием. Характерно также, что средства выделялись представителям тех отраслей экономики, которые отнюдь не испытывали серьезного кризиса (например, нефтяным компаниям). И это неудивительно, так как самые сильные лоббистские группы в России отстаивают интересы именно нефтегазового сектора.
Социальную же функцию взяла на себя "Единая Россия". На повестке дня стоит задача не допустить народного бунта.
Партия взяла на "контроль" акции протеста в регионах, а также принятие федерального бюджета.
Необходимо жестко отделить важное от второстепенного при верстке бюджета — таков был главный призыв Владимира Путина, адресованный "Единой России". А уж правительство примет "ответственное решение", и, "как уже было объявлено, сокращение общего объема расходов не планируется".
Опыт времен Великой депрессии и начала 1980-х годов показывает, что без глубоких структурных реформ, без развития импортозамещения и высокотехнологичных производств любые подобные действия являются лишь временными мерами. Кроме того, ресурс у российского правительства весьма ограничен, и уже очень скоро свободные финансовые средства будут исчерпаны.
Тем не менее в руководстве страны окончательно пришли к убеждению, что только опора на сверхкрупные корпорации, тесно связанные с государством или находящиеся под его прямым управлением, способна, с одной стороны, обеспечить выживание отечественной экономики в условиях мирового кризиса, а с другой, что не менее, а может, и более важно для тех, кто принимает решения, — обеспечить "выживание" действующей элиты.
Представители же той части крупного бизнеса, чьи интересы не были полностью учтены властной верхушкой, достаточно критически относятся к мерам по преодолению финансового кризиса.
В первую очередь речь идет о владельце "Базового элемента" Олеге Дерипаске. В одном из своих последних интервью газете "Ведомости" он вполне конкретно определил нынешний кризис как системный.
"Уже сейчас надо думать, как сделать рубль более надежным источником для инвестиций, а не только инструментом для удобной конвертации, ведь на ближайшие семь лет основным источником прибыли для нас всех будет внутренний рынок", – уверен бизнесмен. "Инфляция же у нас не из-за того, что предложения (товаров) недостаточно, а из-за того, что возникает огромный объем издержек на пути товара к потребителю, просто спрос удовлетворяется неэффективным образом во многих местах. Цена на зерно упала в два раза – что, хлеб упал в два раза?" – отметил Дерипаска.
Кроме всего прочего, предложенные российским руководством меры по борьбе с финансовым кризисом не совпадают и с виденьем европейского сообщества.
Итогом саммита Евросоюза, который прошел в Брюсселе 1 марта, стало заявление о стремлении избегать протекционизма и приверженности принципам единого рынка. В России об этом говорить уже не приходится — власти попытались "поддержать отечественного производителя" путем повышения импортных пошлин на легковые и грузовые автомобили. Как известно, эти действия спровоцировали акции протеста в регионах.
Впрочем, существуют и альтернативные версии антикризисных мер. В первую очередь следует упомянуть программу движения "Солидарность", ориентированную на поддержку граждан. Такой вывод легко сделать, если проанализировать поставленные оппозицией цели:
1. Поддержать покупательную способность граждан (совокупный спрос) и экономическую активность, прежде всего, в малом и среднем предпринимательстве – локомотиве выхода из кризиса.
2. Бороться с инфляцией.
3. Компенсировать гражданам потери от девальвации рубля вместо сжигания резервов ЦБ на бирже.
4. Защищать финансы граждан.
Еще одно виденье выхода из финансового кризиса было предложено политкомитетом партии "Яблоко". Согласно предложенной концепции, избавлению от последствий кризиса в России должно послужить массовое жилищное строительство. России жизненно необходимо перейти к "чрезвычайной по своим масштабам общенациональной политике развития внутреннего спроса", центром которой должно стать массовое жилищное строительство, финансируемое за счет всех возможных источников резервных и бюджетных средств, считает партия "Яблоко". В концепции говорится, что "инвестиции в жилищное строительство в ближайшие семь лет должны составлять более половины всех инвестиций в России. Жилищное строительство и содействие строительным работам позволит преодолеть спад и будет способствовать экономическому росту. ...Инвестиции в жилищное строительство в значительной мере сберегут нынешние рабочие места, а также создадут новые предприятия, способные обеспечить экономический рост, как сегодня, так и в отдаленной перспективе".
Не стоит забывать о так называемом экспертном сообществе. Хотя более или менее серьезные аналитики в большинстве своем скорее пытаются найти ответ на вопрос: достиг ли финансовый кризис своего дна, а не оценивать меры по выходу из финансового кризиса. Что вполне объяснимо в условиях жесткого ограничения аналитической работы.
Недостаток свободы в России не дает возможности тщательнее изучить феномен кризиса. А ведь такое изучение позволило бы российскому руководству принимать более адекватные и взвешенные решения, способные реально улучшить ситуацию в стране.
И дало бы обществу возможность оценить, насколько эффективно и компетентно это самое руководство.
Однако власти за 8 лет зиждившегося на внешней конъюнктуре относительного финансового благополучия удалось взрастить в стране молчаливое большинство и уничтожить интеллектуальное поле для проработки альтернатив по выходу из финансового кризиса.
Но даже существующие предлагаемые оппозицией альтернативы выхода из финансового кризиса властью не учитываются. И в этом нет ничего удивительного, ведь в России не созданы механизмы взаимодействия с оппозицией. Зато созданы барьеры для успешной реализации даже тех мер, которые в итоге приняты властью. В этом контексте уместно вспомнить слова президента России Дмитрия Медведева, который признал в послании Федеральному собранию: "Нужно разблокировать тромбы в финансовой системе страны". Ведь до экономики – граждан, малого и среднего бизнеса – выделяемые средства не доходят. Только вот нужно ли Медведеву это на самом деле?
Иван Немоляй

Центральный вопрос
05.03.09

Современная Россия так и не выработала внятной региональной политики, что, с высокой долей вероятности, осложнит выход страны из экономического кризиса. Причем самую большую проблему в рамках отношений центр – регионы сегодня представляет сам Кремль.
Фактор национал-сепаратизма, служащий страшилкой для народа в руках разного рода пропагандистов, эксплуатирует один из иррациональных страхов человека – страх разрушения привычного пространства и бытия некими внешними (культурно, этнически или религиозно чуждыми) силами.
В реальности никакого сепаратизма в России нет уже довольно давно.
Плохо экономически развитым окраинам выгодней находиться в составе Российского государства, чем отправляться в самостоятельное плавание. И этот базовый принцип интеграции регионов работает для большинства окраин со времен Средневековья.
Сценарий же распада в стране, по крайней мере, за последние сто лет не менялся.
Центр слабеет, перестает выполнять свои обязательства по отношению к местным элитам в регионах. Те по инерции еще какое-то время пытаются ориентироваться на Москву (Петербург), но финансовых потоков от центральной номенклатуры к руководителям на местах более не хватает. Москва отталкивает от себя окраины, а население центральных регионов тут же с помощью проправительственных СМИ "вспоминает", что оно, оказывается, кормит всех этих "черных", "нерусских", "жидов" и вообще они виноваты во всех бедах. Так было после поражения империи в войне с Японией в 1905 году, перед революцией 1917 года и в конце 80-х.
Экономическая география вкупе с психологией властей не поменялась и сегодня.
Москва в колониальном стиле эксплуатирует российский Север, извлекая оттуда ресурсы и обрекая среду обитания местных народов на неизбежную деградацию в будущем.
Она практически махнула рукой на сибирские и дальневосточные территории, откуда в последние десятилетия идет мощный миграционный отток населения, а экономическое развитие данных регионов видно только в отчетах государственной статистики. Центр пытается разрешить сложные проблемы экономического и политического характера на Кавказе исключительно прямыми финансовыми инъекциями в верхушку местных властных кланов.
Что принесет с собой дезинтеграция такого большого пространства, где единственным источником стабильности является пара высших "небожителей" политического небосклона, а на самом деле не зависящая и от "небожителей" конъюнктура цен на ресурсы, представить трудно. Вероятно, как и в Смутное время, к полному хаосу в управлении и самозванчеству на многих уровнях власти.
Но в отличие от XVII и XX веков, сегодня в России есть более цивилизованный выход, чем короновать "на царство" очередного "монарха" или установить диктатуру новых "большевиков".
Ведь повторяемость сценария говорит всего лишь о воспроизводстве схемы сверхцентрализованной власти Кремля и нежелании местных элит делиться этой самой властью с населением. Больше ни о чем. В условиях экономической нестабильности конструкция суперцентралистской, но не несущей ответственности за свои территории страны предполагает только радикальные сценарии: развалиться или снова слиться в некое подобие авторитарного (тоталитарного) государства. И то, и другое – плохо.
Принципиальный выход из замкнутого круга не нов, а главное, правовая основа для него содержится в Конституции России и других законодательных актах. Это федерализм.
На самом деле люди на местах заинтересованы в стабильности и прозрачности взаимоотношений с центром. И местные элиты, настоящие, а не те, что у кормила, способны выстроить равноправные отношения с Москвой. Спящий, формально записанный в нормативных документах, но не действующий федерализм, не самая плохая точка опоры. Надо только захотеть играть по писаным правилам.
Кризис в нынешнем виде не обязательно спровоцирует центробежную реакцию со стороны Кремля, но по мере его углубления данный сценарий станет все более вероятным. Время еще есть, господа федералисты, просыпайтесь!
Александр Трифонов

Хиллари Клинтон
INBOX

Обещание новой администрации «перезапустить» отношения с Россией не заставило Хиллари Клинтон отказаться от традиционной критики в адрес Москвы. Госсекретарь вновь заявила об «энергетическом оружии» и нежелании признавать сферы интересов России. Улучшение отношений с Москвой не должно, по ее мнению, ухудшать отношения с Европой.
США не признают за Россией сферы интересов и не считают, что у Москвы есть право решать, кому вступать в ЕС или НАТО, заявила, выступая в Европарламенте, госсекретарь Хиллари Клинтон.
«Мы не признаем отколовшиеся части Грузии, не признаем никакой сферы интересов со стороны России, не признаем за ними некое право вето на то, кто может вступать в ЕС или НАТО», — заявила, по сообщению Reuters, Клинтон.
«Наши отношения с Россией ни в коем случае не подрывают нашу поддержку Грузии, странам Балтии или Балкан в их стремлении быть независимыми, самостоятельно принимать решения и определять курс без вмешательства со стороны России», — заявила Клинтон.
Она вновь вспомнила вброшенный США в оборот несколькими годами ранее тезис об «энергетическом оружии» и использовании энергетики в качестве «средства запугивания». Накануне Россия заявила, что задолженность Украины за поставки газа может привести к очередному прекращению его поставок.
Женевские переговоры
Сегодня вечером в Женеве пройдут переговоры между Хиллари Клинтон и главой российского МИДа Сергеем Лавровым, на которых, как ожидается, будут затронуты основные проблемы в двусторонних отношениях, включая планы по ПРО и ситуацию с договором СНВ.
Вместе с тем важных решений по итогам встречи не ожидается. Американская сторона надеется заложить основу для будущего взаимодействия с Россией по вопросам, которые вызывают взаимный интерес. Так, Клинтон намерена убедить Россию в необходимости помочь Западу в стремлении предотвратить появление у Ирана ядерного оружия.
Несмотря на «большое число вопросов, которые сталкивают» США и Россию, стороны могут «быть партнерами», отметила госсекретарь.
В российском МИДе к предстоящей встрече в Женеве относятся со сдержанным оптимизмом, передает РИА «Новости». «Каждый представит свои позиции и повестку дня на будущее. Это — подготовительный этап ко встрече президентов России и США в Лондоне в начале апреле. Но мы ожидаем хороших результатов», — сказали представители ведомства.

Новая система вознаграждений военнослужащих может привести к всеармейскому социальному взрыву
Вадим Саранов
Российская армия ликует! Во второй половине февраля на счета офицеров стали поступать первые крупные денежные вознаграждения, предусмотренные приказом министра обороны № 400 от 2 августа 2008 года. Суммы существенные: в среднем ежемесячный приварок к офицерскому жалованью составит около 50 тыс. рублей. Правда, торжествуют далеко не все – премии от министра получат не более 10% всего офицерского состава. По словам экспертов, это уже привело к небывалой социальной напряжённости в войсках, и ходят слухи, что приказ вскоре может быть и вовсе «заморожен». Корреспондент «Нашей Версии» окунулся в гущу армейских околопремиальных страстей.
На первый взгляд вышеупомянутый приказ № 400 всем хорош. Новые премии полагаются только самым достойным офицерам – отличникам боевой и политической подготовки, а это хороший стимул для служебного рвения. Кроме того, приказ стимулирует ратные свершения не только отдельных офицеров, но и целых воинских коллективов. Чем выше показатели в учебно-боевой деятельности части или корабля, тем больше будет квота на число офицеров, которые смогут получить эту премию. Так, согласно приказу в воинских частях, добившихся по итогам учебного года высоких показателей в боевой подготовке, награждаются деньгами 30–50% офицеров, в остальных воинских частях – до 20% офицеров. Кроме того, этот приказ значительно повысит престижность службы непосредственно в войсках – денежные вознаграждения положены только личному составу частей постоянной готовности. Но хорошо оказалось только в теории.

«Коррупционный момент в этом приказе заложен изначально, – считает военный эксперт Владислав Шурыгин. – Тех, кто будет получать премии, определяет командир, а у него, как у любого человека, есть симпатии и антипатии. Или премии могут выписывать за «откат».
Как мы уже говорили, новые премии по армейским меркам очень существенные. Например, в Сухопутных войсках расклад по суммам вознаграждения такой: командиры взводов получают по 45 тыс. рублей в месяц, заместители командиров рот – 55 тыс., командиры рот – 60 тыс., заместители командиров батальонов и офицеры управления полков – 65 тыс., командиры батальонов – 80 тыс., заместители командиров полков – 85 тыс. рублей. Списки «лауреатов» премий согласно приказу составляют командиры частей, далее кандидатуры обсуждаются на офицерских собраниях, после чего списки кандидатов в армейскую буржуазию рассматривает специальная комиссия в вышестоящем штабе. После утверждения списков издаётся приказ, по которому офицеры получают эту премию каждый месяц в течение года, что бы с офицером ни произошло: даже если его переведут в другую часть или он уволится по состоянию здоровья, всю сумму он в итоге получит. Здесь и возникают первые серьёзные вопросы к авторам премиального проекта. «Это одно из слабых мест приказа, – рассказывает «Нашей Версии» председатель Общероссийского профсоюза военнослужащих Олег Шведков. – Сегодня, например, командир танкового взвода попадает в списки премированных офицеров, а завтра он на учениях утопит танк. Но премию он всё равно будет получать в течение года». Впрочем, по сравнению с другими проблемами, которые породил приказ № 400, всё это сущие мелочи. Новые премии уже привели к серьёзному расколу в офицерской среде.

«Это аморальный приказ, который вызовет только расслоение в офицерской среде и приведёт к дальнейшей деморализации и озлоблению, – рассказывает «Нашей Версии» военный эксперт Владислав Шурыгин. – Кто служил, тот знает, что есть либо хорошие офицеры, либо плохие офицеры, и определить среди хороших офицеров самого лучшего – это задача, с которой вряд ли кто сможет вообще справиться».

Новые денежные вознаграждения уже нашли отражение в армейском фольклоре. Премированных по приказу № 400 на армейском сленге называют «четырёхсотыми» – по аналогии с «трёхсотыми» и «двухсотыми» (ранеными и убитыми). Причём обозначение это чаще всего носит явно негативную окраску, а из войск уже поступают тревожные сигналы о разборках между теми, кто получает премию, и теми, кто её не получает. Так, рассказывают, что несколько дней назад в одном из забайкальских гарнизонов жена не попавшего в золотые списки офицера облила краской новую шубу супруги «четырёхсотого». В некоторых гарнизонах недовольные прокалывают колёса и бьют стёкла на машинах своих более богатых конкурентов. Налицо классовая вражда, причём, по мнению экспертов, порождена она не столько завистью, сколько непродуманностью самого приказа. «Сегодня критериев, кто из офицеров лучший, а кто худший, объективно не существует, – продолжает Владислав Шурыгин, – потому что у одного офицера хорошо обстоят дела с боевой подготовкой, у второго с дисциплиной, третий отлично ладит с людьми. Воинский коллектив тем и интересен, что все офицеры создают вот этот удивительный ансамбль, дополняя друг друга. А когда в одном оркестре начинают искать, какая скрипка лучше, а всех остальных записывают во второй сорт, это приводит к тому, что оркестр быстро разбегается и разваливается».

Но есть части, где, несмотря на новый приказ, сегодня всё спокойно – мудрые командиры, предвидя такое развитие событий, решили поступить просто: премии делят на всех. «Ещё перед выдвижением кандидатов мы нашим крепким лётным коллективом решили, что выбирать лучших из 30 одинаково любящих своё дело людей – большая глупость, – рассказывает нам офицер одной из частей ВВС, – поэтому мы выбрали «доноров», а когда они получили премии, деньги разделили на всех в соответствии с заложенными в приказе пропорциями по должностям. В итоге все получили надбавку от 18 тыс. до 33 тыс. рублей. Все довольны, и никакой грызни у нас нет». Правда, как поговаривают, такой механизм распределения премий очень не устраивает военную прокуратуру, которая уже строго указала командирам частей на недопустимость дележа денежных вознаграждений. Хотя, по сути, это единственный справедливый способ распределения этих денег в армии и на флоте. Дело даже не в отсутствии чётких критериев отбора лучших офицеров. Многие военнослужащие просто физически не могут попасть в число лучших, какое бы рвение они не проявляли на службе. «В частях и на кораблях появятся офицеры-изгои, это офицеры из вспомогательных служб – воспитатели, начальники химических служб и так далее, – рассказывает Олег Шведков. – Премию, например, никогда не смогут получить старпомы на кораблях. На управление корабля выделяется всего одна премия, и понятно, что её будет получать командир, так как по статусу он не может получать меньше своих подчинённых». Не менее серьёзная проблема приказа № 400 в том, что новые денежные вознаграждения могут спровоцировать скачок коррупции в Вооружённых силах.

«Коррупционный момент в этом приказе заложен изначально, – считает военный эксперт Владислав Шурыгин. – Тех, кто будет получать премии, определяет командир, а у него, как у любого человека, есть симпатии и антипатии. Или премии могут выписывать за «откат».

Кстати, есть информация, что во многих частях «отличники боевой и политической» часть своей премии организованно перечисляют на некие хозяйственные нужды в командирский фонд. В среднем поборы составляют около 10 тыс. рублей, о том, как они расходуются в дальнейшем, командиры своим подчинённым обычно не докладывают.

«Наши региональные организации сейчас отслеживают ситуацию, – рассказывает Олег Шведков, – и есть определённые тревожные сигналы. Так, известны факты, когда в некоторых частях и на кораблях во время выдвижения кандидатов не были проведены офицерские собрания. Это вызывает у офицеров недовольство – ведь фактически лучших назначают за спиной коллектива».

Как видно, ситуация с 400-м приказом министра обороны далека от нормальной, хотя цели идеологи проекта ставили перед собой, безусловно, благие. По мнению экспертов, пострадало исполнение, а деньги, которые сегодня выделяет государство на эти нужды (в 2009 году общая сумма выплат составит более 35 млрд. рублей), можно было бы использовать куда более разумнее, без конфликтов в воинских коллективах и коррупционных скандалов. «Есть множество способов поощрить лучших, – говорит Владислав Шурыгин. – Можно создать нормальную выплату за высокую классность, ввести доплату за необходимый для офицера спортивный уровень, платить дополнительные деньги за знание иностранных языков и так далее. Офицер будет из кожи лезть, чтобы сдать все зачёты и это официально заслужить, – и тогда он будет действительно лучшим. Пока же складывается ощущение, что руководство министерства обороны просто не соображает, что оно делает и чем это закончится для армии».

Почему “кругом одни враги”

Рисунок Алексея Меринова
Законопослушные западники никогда не поймут смысл гаишного анекдота об асфальтоукладчике, который на огромной скорости “обогнал и подрезал” начальственный “Мерседес”.
Но большинство западных политиков, экспертов и журналистов оценивают сейчас нашу страну исходя из схожего принципа. Пункт А: как империалистическая держава и жандарм Европы Россия не права по определению; пункт Б: если оппоненты Москвы как минимум так же виноваты, как и она сама, смотри пункт А.
Двадцать лет назад, в разгар горбачевской перестройки, советским гражданам казалось, что в любом уголке мира их расцелуют и примут как родных. Сегодня же в России господствует другое мироощущение: вокруг нас одни враги. Действительно ли мы находимся в “осажденной” крепости? Или захлестнувший все вокруг “девятый вал” русофобии нам только грезится?
Мы их глазами
“Единственным решением Москвы, которое могло бы удовлетворить поляков, стало бы заявление о прекращении существования собственного государства и призыв соотечественников к массовому самоубийству. Невозможно представить себе такую Россию, на существование которой многие поляки великодушно дали бы согласие. Ну разве что уменьшенную до размеров Московского княжества XIV века” — так ведущая польская газета “Речь Посполита” описала в прошлом году отношение своих соотечественников к нашей стране.
В конце февраля бывший британский министр иностранных дел сэр Малькольм Рифкинд и еще 14 видных западных деятелей опубликовали открытое письмо президенту Медведеву по чеченской проблеме. Из документа, в частности, следовало: при Дудаеве—Масхадове в Ичкерии существовало “гражданское общество”. А путинское решение 1999 года ввести войска в Чечню было ничем не спровоцированным актом агрессии.
Конечно, нельзя мазать всех иностранцев одной черной краской. Во многих странах третьего мира пикировки России с Америкой воспринимаются с нескрываемым удовлетворением. Не все так однозначно и на самом Западе. В эфире британской Би-би-си или нацеленных на элиту изданиях типа “Нью-Йорк Таймс”, “Вашингтон пост”, “Файнэншл Таймс” или “Гардиан” периодически появляются статьи и другого рода. События в России анализируются там не только беспристрастно, но и с блеском, которому могут позавидовать многие российские труженики пера. Но если поднять статистику, то даже эти статьи — не более чем утлые лодчонки в бушующем море нелюбви ко всему московскому.
“Вирус русофобии инфицировал воздух, — написала в прошлом декабре в “Гардиан” живущая в Лондоне эксперт Анна Матвеева. — Что это? Это когда учитель английской литературы в хорошей школе, объясняя, как отвечать на экзаменационный вопрос о комедии, говорит вашей дочери: “Не беспокойся. Просто напиши: “Я русская. У меня нет чувства юмора”. Или когда корреспондент Би-би-си в Калининграде спрашивает свою переводчицу: “Ты ощущаешь себя русской или европейкой?” Британские СМИ, помня о межрасовых отношениях, пытаются не ранить чувства мусульман. Но идея о том, что русские тоже могут чувствовать себя обиженными, просто не приходит к ним в голову”.
Очень часто проявления “москвофобии” настолько анекдотичны, что не сразу понимаешь, у кого поехала крыша: у тебя или все же у очередного обличителя Кремля. Например, авторитетный американский спец по Центральной Азии профессор Фредерик Старр выдвинул в “Вашингтон пост” оригинальную теорию, почему Киргизия решила закрыть базу США в Манасе. Оказывается, в январе Россия нанесла мощнейший “киберудар” по киргизским интернет-системам. Президент Бакиев правильно расценил это как “щелканье кнута” и тут же отправился в Москву, где ему предложили “пряник” в виде кредита.
Иногда все это менее смешно. Западники откровенно пытаются раздуть пламя пожара там, где сейчас нет даже признаков костра. В том же январе экс-посол США в Алма-Ате и Тбилиси Уильям Кортни и другой бывший американский посол в Грузии Кеннет Яловиц выступили в “Интернейшнл геральд трибун” с грозным предупреждением. Согласно прозрачным намекам этой парочки, Кремль может использовать живущих в Казахстане русских в качестве пятой колонны и поставить на колени местный политический режим. Здесь же расписан сценарий вторжения российской армии на Украину для “защиты трубопроводов”.
Примерами подобной пламенной “любви” к России можно наполнить всю газету. Но и этого достаточно, чтобы сделать вывод: русофобия отнюдь не фантом нашего воображения. Чтобы двигаться дальше, надо понять: одна ли Россия пользуется в мире такой исключительной “популярностью”?
Миллион и одна фобия
В 1972 году писатель Григорий Свирский произнес в Центральном Доме литераторов в Москве в присутствии секретаря ЦК КПСС Демичева речь, которая вызвала грандиозный скандал: “Как-то шли по Осетии с группой альпинистов. В одном из селений подошел к нам старик и сказал: “Мы приглашаем вас на свадьбу. А ты (он показал на меня) не приходи!”
Причина такого недружелюбия скоро выяснилась: Свирского приняли за грузина. На свадьбе он таки погулял, но его злоключения только начались. В Тбилиси Свирскому дали в ухо — приняли за армянина. Прибалты из альпинистской группы неизменно прекращали разговор при его приближении: “ты же русский!”. Но круче всего — концовка истории: “Когда я приехал в Москву, узнал, что меня не утвердили в должности члена редколлегии литературного журнала, потому что я еврей”.
Эта смахивающая на притчу быль — не только рассказ о теневой стороне “дружбы народов” в СССР, но и иллюстрация чего-то более масштабного. Если нет людей, которые тебя не любят, ты либо полное ничтожество, либо просто не существуешь. Между нациями всё как между отдельными людьми. Сколько на свете народов и рас, столько же и различных “фобий”.
“Американцы, конечно, наши стратегические союзники, — сказал мне как-то в приступе откровенности посол Германии в одной из европейских стран. — Но как люди они такие уроды!..”
В самих США все еще более запущено. В 1990 году, согласно опросам, 60% негров в Нью-Йорке считали, что правительство “намеренно” допускает, чтобы наркотики были доступны черной бедноте. А 29% и вовсе были убеждены: СПИД специально создали в правительственной лаборатории, чтобы заражать чернокожих.
В Бельгии друг друга истово ненавидят представители двух главных общин страны: фламандцы и валлоны. Многие ирландцы до сих пор свято верят: в XIX веке англичане специально устраивали в Ирландии голод, чтобы больше народу умерло в страшных мучениях.
В Камбодже считают вьетнамцев “исчадием ада”. Китайцы и корейцы даже сегодня не могут простить Японии ее прошлое в качестве колониальной державы. Хорошо помнят в Поднебесной и развешанные когда-то по Шанхаю европейскими колонизаторами таблички “Китайцам и собакам вход воспрещен”. Но сами китайцы, общаясь между собой, без всякого стеснения называют европейцев “большими носами” и “большими волосатыми сынами”.
А уж как в мире “любят” арабов и израильтян! Впрочем, не будем себя обманывать. По степени размаха негативное отношение иностранцев к России уступает разве что фобии по отношению к нашему главному спарринг-партнеру по холодной войне. Например, несколько лет тому назад негативный рейтинг Америки в Египте достигал 98%. И это при том, что собственно египтянам янки ничего плохого не сделали.
Наше пребывание в одной “лиге ненависти” с янки при желании можно воспринимать даже как комплимент. Чем крупнее и влиятельнее держава, тем больше у нее скрытых и открытых доброжелателей. Но при всей популярности лозунга “Янки, гоу хоум!” у Вашингтона десятки стратегических партнеров во всех регионах мира. У Москвы же союзников кот наплакал. А счет надежным среди них, по самым оптимистичным подсчетам, и вовсе идет на единицы.
Почему так происходит? Ответ настолько очевиден, что мы перестали его замечать.
Почему мы “впереди”
По воспоминаниям бывшего второго секретаря ЦК компартии Литвы Владислава Шведа, 19 августа 1991 года с кокард полицейских в Вильнюсе без всяких указаний из Москвы вдруг исчезла символика независимой Литвы. Удивительная метаморфоза произошла в тот день с президентом Грузии Звиадом Гамсахурдиа. Вместо того чтобы в очередной раз разоблачить “московский империализм”, он фактически выступил в поддержку ГКЧП.
Политическая элита во всех советских республиках замерла в ожидании. В предыдущие 14 месяцев российская верхушка взяла курс на роспуск единого Союза. Реальный судьбоносный смысл решения о создании обособленной российской финансово-бюджетной системы в момент его принятия был непонятен даже многим ключевым членам ельцинской команды. Но от этого такой шаг не переставал быть смертельным ударом по основе существования СССР.
На какой-то миг в том августе казалось, что в Москве все возвращается на круги своя. И политэлита — и в союзных республиках, и за рубежом — была готова это принять.
Мы уже не узнаем: можно ли было сохранить единое государство, откинув в сторону коммунистическую идеологию? Или она была единственным стержнем, удерживающим вместе разнородные советские провинции? Речь сейчас не об этом. Сами по себе советские республики не могли быть самодостаточными. Пойдя на самоликвидацию Союза, Москва фактически объявила их ничейными территориями. Именно этот шаг парадоксальным образом и сделал “москвофобию” самой популярной политической философией в постсоветском пространстве.
Пустоты не терпит не только природа, но и политика. Возникший вакуум обязательно должен был быть кем-то и чем-то заполнен. Но такие процессы невозможны без прихода новых идеологий. А как эти новые идеологии могут закрепиться? Только за счет вытеснения и растаптывания старых.
В этом и заключается основной “источник воды” для океана русофобии. Все остальное — комплекс малой нации, желание отомстить Москве за давние исторические обиды, попытка “искупить вину” за прошлое служение советской власти, карьеризм и конъюнктурность — не более чем производное от главного.
Старательно демонтируя “русский мир”, западники отнюдь не считают себя злодеями и не испытывают никакого комплекса вины. Собственно, а почему они должны? Охотничий азарт и стремление к экспансии — исконные черты человеческой натуры. И кому, как не нам, об этом не знать? Испытывал ли, скажем, Ермак нравственные страдания из-за того, что, завоевывая Сибирь, он разрушал “сложившуюся систему безопасности и социально-политический строй” тамошних народов?
Если чье-то поведение и кажется западникам непонятным и морально ущербным, так это наше. Мы представляемся им упорными и агрессивными чудаками, не осознающими собственного счастья. Мол, на дворе новые времена. Завоевывать вас “огнем и мечом” никто не собирается — устаревшая политтехнология. Мы всего лишь подрежем “русскому медведю” когти и сделаем его тихим и безобидным членом трансатлантической семьи демократических народов. Вам же будет лучше!
Разумеется, на Западе есть отдельные политики, которые понимают: попытки медведя помешать обрезанию своих когтей сложно назвать нелогичными. Бывший британский госминистр иностранных дел Дэвид Дэвис недавно назвал вещи своими именами: “Нет сомнения, что сменяющие друг друга американские правительства рассматривали экспансию НАТО как средство расширения своей собственной сферы влияния и активного сокращения сферы влияния России”.
Но основная масса ведет себя как культовый британский политический мыслитель Тимоти Гартон Эш. Подробно расписав сценарий максимального сокращения влияния Москвы в бывшем СССР, он добавил: “Я хочу сделать особый упор: это не антироссийский рецепт. Антипутинский — да. Но Путин — это не Россия!” Короче, опять алогично ведут себя эти московиты…
* * *
Взгляды г-на Эша далеко не всем в России кажутся такими уж экстравагантными. В своей недавней скандальной речи в американском конгрессе экс-советник Путина Андрей Илларионов сказал ровным счетом то же самое другими словами. И многие в российской интеллигенции сочли это актом гражданского мужества. Но, думается, уважающая себя страна обязана сама решать свои проблемы. Ждать, что за нас это сделают “добрые беспристрастные дяди”, бессмысленно.
Нам необходимо понять, что мы можем и что не можем. Россия до сих пор не чувствует собственного геополитического веса. В московских политических кругах до сих пор бытует мнение: стоит нам по-настоящему стукнуть кулаком по столу — и все вмиг построятся. Не менее распространена и обратная точка зрения. “Мы довыпендривались. Сейчас нас раздавят!”
Обе эти точки зрения одинаково ошибочны. Не построятся — хоть столешницу сломай. Но и не раздавят. Забылось уже, как Буш, Кондолиза Райс и европейцы бились в коллективной истерике и грозили Москве страшными карами за “поруганную Грузию”? И чем дело кончилось? Обамовским предложением раскурить трубку мира.
Мы должны понять, чего мы, собственно, хотим. Сейчас мы очень хорошо осознаем, что нас категорически не устраивает: экспансия НАТО и Запада в целом. Но предложить альтернативную программу действий мы пока не в состоянии. Заявленный план Кремля по построению новой архитектуры европейской безопасности состоит из общих фраз. Но с политикой, сводящейся к формуле “мы хотим, чтобы все было так, как прежде”, далеко не уедешь. Мир на месте не стоит. Мы рискуем “опоздать на автобус”.
Наша политика в ближнем зарубежье состоит из шараханья из стороны в сторону. Китай спокойно и последовательно проводит курс, рассчитанный на десятилетия вперед. Мы же периодически “просыпаемся” и пытаемся заткнуть деньгами то одну, то другую дыру. Но из-за отсутствия продуманной “долгой игры” и дыры не затыкаются, и деньги уходят в песок.
Если бы Южная Осетия стала бы протекторатом не РФ, а США, ее бы уже превратили в витрину американского образа жизни. Вместо этого замерзающая и по-прежнему разрушенная республика стала витриной российской бесхозяйственности и нашего неумения осуществлять намеченные планы.
Спровоцировав изгнание американцев с их авиабазы в Киргизии, мы приобрели сильный козырь в дипломатических торгах с Обамой. Но опять же: является ли это частью некой долгосрочной стратегии? Или мы вновь имеем дело с отдельной “сильной рокировочкой”? Если последнее, то американцы гарантированно просочатся вновь. И мы скоро окажемся там, где начали, — только с менее пухлым кошельком.
Ну и, наконец, ключевая проблема, без решения которой ничего не сдвинется с места. Чтобы джинн русофобии уменьшился в размерах, Россия должна стать по-настоящему модернизированной страной.
Давайте трезво посмотрим на самих себя. Наша политическая система, несмотря на современный внешний интерфейс, отстала и неэффективна. Именно поэтому, кстати, взгляды Илларионова находят столь живой отклик в обществе — а вовсе не из-за того, что в стране полно “национал-предателей”.
Наша экономическая система состоит из сплошных диспропорций и тоже вполне может быть названа архаичной. Например, главная угроза для российских интересов в Центральной Азии — это вовсе не база США в Манасе, как это может показаться. Самая страшная беда — стопроцентное засилье в регионе китайских товаров, которым мы ничего не можем противопоставить.
Русофобия — зараза, которая прет к нам извне. Но найти против нее действенную вакцину мы можем только сами — внутри России.

Власть начала говорить о своих ошибках
"На Красноярском экономическом форуме стало ясно: руководство страны не подготовилось к кризису, прирост ВВП в лучшем случае останется нулевым, а инфляция опередит все прогнозы и достигнет 15%. Очевидно, что в такой ситуации необходимо что-то менять. Помощник президента Аркадий Дворкович предложил поменять политическую элиту.

Красноярский антикризисный форум начался с оптимистичного заявления вице-премьера Александра Жукова — кризис кризисом, но у нас были времена и похуже: "Россия подошла более подготовленной к кризису. Нам удалось сохранить банковскую систему и накопления, чего ранее не удавалось. Более того, продолжается финансирование долгосрочных инвестиционных проектов".

Однако у помощника президента оказалось иное мнение. Аркадий Дворкович заявил, что стране нужна новая политическая элита: "Должна быть сменяемость элит, то есть на смену нынешней, прежде всего бюрократической элите должна прийти новая элита, которая будет более открыта для общества. И вот это само по себе может стать серьезным фактором роста российской экономики".

По мнению Дворковича, нынешнее руководство к кризису не подготовилось — "не все, что можно было реально сделать, было сделано" — поэтому займет выжидательную политику. Но если у власти сил еще как-то хватит, то у электората они не исходе: "Готовность власти прожить длительный период кризиса примерно та же, как готовность общества, то есть низкая".

В такой ситуации утопающим придется спасать себя самостоятельно. По крайней мере, крупному бизнесу не придется рассчитывать на поддержку: "Сейчас не нужно бегать к государству за помощью. Государство помощь не окажет. Никого спасать не будем. Нужно брать на себя ответственность и работать более эффективно".

Губернатор Красноярского края Александр Хлопонин подтвердил прогноз Дворковича — бизнес уже встал, а у регионов, даже самых сильных, запас прочности остался на месяц: "Начались неплатежи между смежниками крупных предприятий. Параличом охвачена банковская система. Если не принимать никаких конкретных мер, ситуация сложится критически".

По словам губернатора, страну спасет "мегапроект, который в перспективе и должен занять население". Схожую идею представил и вице-премьер — нужно "перезагрузить" нацпроекты и добавить к ним "Информационное общество" и "Энергоэффективность". А основными двигателями экономики станут инфраструктурные проекты, строительство и малый бизнес.

Однако Аркадий Дворкович отнесся к предложениям скептически и предупредил, что в этом году рост ВВП не предвидится, а инфляция опередит все прогнозы, составив 15%, а не 13%, как ранее обещал Минэкономразвития. "
04.03.2009
Надежда Будущева
Московский комсомолец

Александр Подрабинек
5.03.09


Провозглашая, чем у власти, цели, оппозиция использует для их достижения те же средства.
Утверждают, что психиатры от постоянного общения с больными становятся немного не в себе. Полицейские, борясь с преступниками, подсознательно перенимают их методы. А
оппозиция, пристально вглядываясь в лицо власти, становится на нее чем-то похожа.
Происшествие на февральском митинге «Солидарности» в Москве, когда лидеры движения с трибуны приветствовали действия милиции, которая избила активистов прокремлевской «России молодой», пытавшихся в пику митингующим провести собственную акцию, – одно из подтверждений этого невеселого вывода.
Если предположить, что деятели «Солидарности», громогласно выразившие благодарность милиции за хорошую работу, хлопавшие и скандировавшие «Милиция с народом!» участники митинга выражают общее настроение движения, то в чем тогда смысл его противостояния сегодняшней системе власти?
Активисты «России молодой» воспользовались своим конституционным правом на свободу мирных манифестаций, всего лишь публично выражали свою политическую позицию и действовали в рамках закона. Но милиция в этот раз обошлась с ними так же, как обычно поступает с участниками «Маршей несогласных».
Что же случится, если вдруг «Солидарность» окажется у власти? Скорее всего, ничего не изменится: «несогласные» будут другие, но их будут так же «жестко винтить».
Увы, проблема касается не только «Солидарности», но, пожалуй, всей демократической оппозиции. Возможно, оппозиция – это всего лишь зеркало власти, ее антипод в том, что касается целей, и ее аналог в том, что касается средств. Наверное, цели определяются идеологией, а средства – ментальностью, воспитанием, культурой. Поэтому в средствах оппозиция хотя и дистанцируется от власти, но далеко уйти от нее не может.
Это хорошо иллюстрирует кампания по сбору подписей под обращением Зои Световой в Общественную коллегию по жалобам Союза журналистов России. Журналистка пожаловалась на статью, в которой излагалась версия, что убитые недавно адвокат Станислав Маркелов и журналистка Анастасия Бабурова состояли в отношениях более близких, нежели дружеские. Удивительна реакция на эту статью (конечно, малопривлекательный образец желтой политической прессы, но таковых сегодня – великое множество) либеральной общественности, особенно журналистов. Неужели, кроме как административно одернуть автора, нет других возможностей что-либо противопоставить этой публикации? Ослабло собственное перо? Не хватает духу?
http://www.gazeta.ru/comments/2009/0..._2952859.shtml
Все это неприятно напоминает то ли «товарищеские суды» советского времени, то ли женские жалобы в профком на пьянство мужа, то ли детский сад, когда один малыш приходит к воспитателю с ябедой на другого. Ладно, воспитатель был хотя бы авторитетом для детей, а что это за авторитетная третейская инстанция – общественная коллегия по жалобам Союза журналистов? Того самого союза, в который недавно приняли популярного чеченского журналиста Рамзана Кадырова! Каков будет моральный вес у решения этой общественной коллегии, кого оно устроит?
У этой истории есть и еще один серьезный аспект.
Всякий начальственный окрик, всякое судебное или общественное решение в адрес прессы в той или иной мере есть атака на свободу слова. Журналистам ли не понимать этого!
Им ли рисковать свободой слова даже ради торжества правды над наветом? В стране так много охотников любым способом ущемить свободу прессы – с помощью судов, административных органов, законодательства, налоговых инспекций, общественных организаций, криминала, наемных убийц, в конце концов. Журналистам ли противопоставлять лживому слову что-то другое, кроме слова правды?
Увы, советская ментальность так въедлива, что ее не могут изжить даже те, кому свобода слова нужна как условие работы.
Когда погибли принцесса Диана и Доди Аль-Файед, десятки, сотни изданий копались в подробностях их отношений. Никому в Англии, где леди Ди пользовалась всеобщей любовью, не пришло в голову заткнуть прессе рот через гражданский или третейский суд за публикации «желтых» версий этого трагического события. Уважающие себя люди просто не читают таблоидов.
У нас одергивать журналистов стало модно. Не спорить с ними, что вполне естественно, а требовать заткнуться.
Показательна в этом смысле статья правозащитника Светланы Ганнушкиной «Не навреди». Крайнее раздражение автора вызывает Юлия Латынина, ее статьи и выступления на радио. Ганнушкина упрекает ее в недостоверности сведений, игре воображения, манипуляции фактами и «логическими связками». Смысл же статьи сводится к тому, что журналисты могут очень навредить, когда пишут о некоторых событиях раньше, чем их исследуют правозащитники.
Проводя параллель между журналистом и врачом, Ганнушкина убеждает читателя, что журналист тоже должен следовать врачебной заповеди «не навреди». Однако пациент вручает свое здоровье и жизнь конкретному врачу, и это обстоятельство определяет их дальнейшие доверительные отношения. Каковые основаны на обоюдном понимании того, что здоровье и жизнь есть абсолютные и несомненные ценности. События же и их герои не заключают доверительных отношений с журналистом. Представления о значимости событий и поступков у действующих лиц и журналистов могут быть различными. Пользу и вред все понимают тоже по-разному. Более того,
сознательно навредить героям своих очерков в некоторых случаях для журналиста не менее почетно, чем в других случаях – не навредить. Достаточно вспомнить о таком жанре, как журналистское расследование, чтобы понять, какую пользу иногда приносит обществу журналистская «вредность».
Например, «вредность» журналистов Карла Бернстайна и Боба Вудворда из The Washington Post стоила президентского кресла Ричарду Никсону. Так что максима «не навреди» именно как максима в отношении журналистов не работает.
Это ничего, что у журналистов разные взгляды, вкусы и профессиональный уровень. Хорошо, что они разные. Времена, когда журналист был фактически один и звался отдел агитации и пропаганды ЦК КПСС, благополучно закончились. Возможно, они уже никогда не вернутся. Особенно если демократическая оппозиция и правозащитное движение избавятся от некоторых стереотипов, роднящих их с прошлой и нынешней властью

Связанные одним страхом— 5.03.09 12:59 —
Я понимаю, что ожидание освобождения Светланы Бахминой в известном смысле трансформировалось в ожидание того, способен ли здравый смысл победить бессмысленную жестокость. То есть способна ли российская власть хотя бы в этом очевидном случае, когда закон позволял освободить осужденного, дать закону сработать, несмотря на то, что человек осужден по делу ЮКОСа. Просто поразительно, как старательно месяцами все делалось для того, чтобы общество услышало недвусмысленный сигнал: «Ничего не изменилось».
Власть может расслабиться. Все все услышали. Ничего не изменилось. Новый президент, старый президент. Тандем есть тандем. Даже если Светлану освободят в Москве под 100 телекамер, а я все же надеюсь, что ее освободят, это ничего не меняет в концепции взаимоотношений власти и общества, принятой Владимиром Путиным в тот момент, когда он санкционировал начало дело ЮКОСа. В этой концепции власть владеет правом и использует его против общества – как оружие защиты собственных интересов. То есть держит общество в состоянии страха перед безграничностью возможностей власти. При этом власть, вооружившись законом, как дубинкой исключительно в собственных руках, совершенно откровенно обозначила, чего и кого боится она сама. Появился ли запрос в обществе на изменение этой концепции? Конечно. Да, он и не исчезал. Была ли надежда в связи с этим на нового президента? У части общества была. Именно поэтому к нему апеллировали по поводу беременной, потом рожавшей в заключении Бахминой. В этих апелляциях был не только призыв не бояться «отпустить» закон и дать ему работать, не только призыв к милосердию, способному противостоять агрессии, захлестнувшей Россию, но и призыв к диалогу с обществом вместо установившегося диктата. Не работает. Нет отдельного Медведева. Тандем есть тандем.
Именно поэтому второй процесс над Ходорковским и Лебедевым отличается от первого ровно в той степени, в которой железная клетка в зале суда отличается от клетки из пуленепробиваемого стекла. У нас и между первым и вторым человеком в тандеме примерно такая же разница. Внешняя. И даже если бы мониторами увешали все стены Хамовнического суда, в тот момент, когда в зале появились хорошо знакомые юкосовцам обвинители, а судья стал вести себя как под кальку в манере всех остальных судей по делам ЮКОСа, с этим процессом все стало понятно.
Очень хочется успокоить коллег, политологов и чиновников, в виртуозном синхроне выступивших накануне второго процесса над Ходорковским с призывом спасти наше все, Кутузова наших дней, нашу опору и надежду, практически последнее, что у нас осталось в бушующем океане разрушающегося на глазах тучного благополучия, – наш великолепный единый и неделимый тандем президента и премьера. Ну так совпало, что все эти замечательные люди решили без всякой видимой причины грудью встать за самое оригинальное из наших отечественных изобретений – двуглавую власть – именно в тот момент, когда Хамовнический суд доделывал пуленепробиваемую клетку для Ходорковского и Лебедева. Никакого повода для волнений у уважаемых защитников власти вроде бы нет. Страна рухнет, а тандем останется. Убеждение, что хороший Ходорковский – это Ходорковский в тюрьме и надолго, может, и противоречит одному из двоих, но зато успокоительно для обоих. Без второго процесса в лучшем для Ходорковского и худшем для тандема варианте они рисковали увидеть Ходорковского на свободе через три года. Под выборы. Смеетесь!
Вообще, отношение власти к Ходорковскому напоминает мне отношение власти к телевизору. Сами заказали такой телевизор, какой он теперь есть. Долго работали, чтобы картинка и текст соответствовали желаемому. Отстраивали, отсматривали и просеивали. И в итоге поверили, что эта картинка и этот текст – и есть реальная жизнь. То же с Ходорковским. Долго надували образ врага-олигарха, который обокрал страну, старательно утекали в прессу, как он не случайно интересовался парламентской республикой и какие исследования он по этой теме заказывал. Придумывали сюжеты, интерпретировали действия, ваяли монстра. Теперь сами же его боятся так, что буквально ничего не стыдно, лишь бы не выходил за пределы зоны. Вот только клетка вот эта железная с интеллигентным очкариком внутри, которая пойдет по телеканалам на весь мир, совсем уж как-то поперек старательно вылепленного имиджа Медведева, не комильфо.
Случайно ли трем разным, но посвященным людям пришло в голову защищать наш прекрасный тандем непосредственно перед началом нового суда над Ходорковским и Лебедевым? Неужели и впрямь испугались, что очередное дело ЮКОСа рискует развести пару? Может, кому-то еще, кроме меня, хотелось думать, что Медведеву не стоит мараться чужой грязной историей?
Радетели за целостность тандема могут расслабиться. Пока тандем довольно удачно разводит всех.
Они несут не два креста, эти мужчины, не каждый свой, а вдвоем один. Да, кому-то хотелось, чтобы было не так. Кто-то надеялся и продолжает говорить, что все еще надеется. Мой любимый Игорь Юргенс, например. Не верю, что не понимает, что надежды напрасны. Медведев сделал свой выбор, когда согласился на тандем. Если бы он его не сделал, то не оказался бы в тандеме. За все приходиться платить. Он заплатит тем, что ему придется делить ответственность с Путиным, причем и за то, что тот не сделал в тучные годы под кайфом высоких цен на нефть, и за зачищенную общественную поляну, откуда всех неудобных выдавили в маргиналы, и за профанацию выборов, и за те ошибки, которые уже допущены в кризис, и за неумение, некомпетентность и недостаточный уровень личностей во власти, которые кризис высветил со всей очевидностью. И за Ходорковского, потому что и враг у тандема, что становится понятным буквально с первых дней нового суда, может быть только общим. В противном случае Ходорковский и Лебедев сегодня сидели бы за одним столом с адвокатами, а не за стеклом. Они ни для кого не опасны, кроме власти, которая себе внушила, что они особо опасны.
Тандем в полном порядке. Связанный одной цепью. И общим страхом. Перед страной, которую им не показывают по телевизору, перед элитами, которые научились отлично лицемерить, перед будущим, которое невозможно спланировать и спрогнозировать, перед Ходорковским, из которого никак не получается сделать маргинала. И даже перед кормящей грудью матерью, заслужившей условно-досрочное освобождение. Сильная связка. Чья-то, видимо, и впрямь последняя надежда. Кутузов, говорите?..