Политковская.Убийство

[Барбадос]

Около часа назад передавали в новостях, что примерно в 17:00 в Москве была убита Анна Политковская - известный журналист, обозреватель "Новой газеты". Ее застрелили в лифте.
Жалко.... действительно отважный человек, освещала события на Кавказе, в том числе и проблемы наших беженцев из пригородного.

[Авонесян]

освещала события на Кавказе, в том числе и проблемы наших беженцев из пригородного.

Подождём одинокого волка.Он обязательно учует осетинский след.По другому и быть не может.

[Барбадос]

Подождём одинокого волка.Он обязательно учует осетинский след.По другому и быть не может.

Незнаю кто что учует, а вот из твоего поста , как говорится, торчат ослинные уши осетина.Это несмотря на то, что ты зарегистрировлся под армянским ником.

[ing]

Незнаю кто что учует, а вот из твоего поста , как говорится, торчат ослинные уши осетина.Это несмотря на то, что ты зарегистрировлся под армянским ником.

это все из-за любви к ингушам, Барбадос

[Барбадос]

Ага, я только теперь увидел, что авонесян это александр
Помнишь "Волк" предупреждал тебя насчет того, что по анонимным прокси здесь не разгуляешься?
Знай же Санька, что банить легче чем регистрироваться

[Авонесян]

Ага, я только теперь увидел, что авонесян это александр
Помнишь "Волк" предупреждал тебя насчет того, что по анонимным прокси здесь не разгуляешься?
Знай же Санька, что банить легче чем регистрироваться

Меня забанили нечестно.Вот я и вернулся.
А Авонесян я потому-что повторный Александр тоже оказался в бане.

[Сергей_Ингушевич]

Нет Политковской - нет проблемы. Так привыкли решать свои проблемы в России

[Барбадос]

Статья которую готовила Политковская
===================================
НАЗНАЧАЕМ ТЕБЯ ТЕРРОРИСТОМ
Антитеррористическая политика пыток на Северном Кавказе

Передо мной каждый день — десятки папок. Это копии материалов уголовных дел людей, сидящих у нас за «терроризм» или пока еще находящихся под следствием.
Почему слово «терроризм» тут в кавычках? Потому, что подавляющее большинство этих людей — назначенные террористы. И эта практика «назначения в террористы» не просто вытеснила к 2006 году какую-либо истинную антитеррористическую борьбу, она сама по себе стала воспроизводить желающих мстить — потенциальных террористов. Когда прокуратура и суды работают не ради закона и наказания виноватых, а на политический заказ и в погоне за приятной Кремлю антитеррорисD

[Барбадос]

25 МЛН РУБЛЕЙ ЗА ИНФОРМАЦИЮ ОБ УБИЙЦАХ

[LEFTx]http://2006.novayagazeta.ru/nomer/2006/78n/n78n-s04.jpg[/LEFTx]Сейчас у нас дни скорби в связи с трагическим убийством Анны Политковской. Помня о ней, давайте воздержимся от скоропалительных обвинений и эмоциональных, преждевременных выводов. У меня почти не вызывает сомнений, что убийство носит политический характер: всю свою жизнь Анна посвятила политическим расследованиям и правозащитной деятельности.


Можно по-разному относиться к взглядам Анны Политковской, однако даже ее оппоненты всегда признавали, что она была честным и самоотверженным человеком. Она отстаивала свои убеждения тем оружием, которое было ей доступно, — ярким словом и журналистским пером.
Против нее применили не полемический прием, а пулю. Поэтому свершившееся убийство — это дерзкий вызов базовым ценностям нашего общества, попытка нанести удар по самим устоям современной России как демократического государства.
Анна Политковская принадлежала к числу резких критиков существующей власти, и самое простое сегодня — заподозрить тех, кого она критиковала. Однако нам надо задуматься: не тот ли это путь, на который подталкивают нас истинные заказчики убийства? И не будет ли волна возмущения против объектов критики журналистки как раз тем эффектом, на который они рассчитывали? То есть, направив пулю в журналистку, метили в ее оппонентов. У покойной были непростые отношения с правоохранительными органами. Именно поэтому поимка не только исполнителей, но и заказчиков убийства для них — дело чести. И задача коллег Анны — помочь им распутать этот клубок.
Со своей стороны, акционеры «Новой газеты» назначают премию в 25 млн рублей за информацию, которая могла бы привести к установлению заказчиков, организаторов и исполнителей убийства.
Еще один вывод из случившегося должны сделать мы, законодатели. И мировая, и российская практика показывает, что наиболее эффективный способ раскрытия такого рода преступлений, которые совершаются хорошо организованными группами, — это так называемая «сделка с правосудием». В случае такой сделки благодаря сотрудничеству с одним из малозначимых «винтиков» преступного механизма на скамье подсудимых оказывается вся цепочка. Необходимо срочно ввести в наше законодательство этот принцип — не только для того, чтобы узнать правду о случившемся 7 октября, но и с тем, чтобы предотвратить подобные случаи в будущем.

Александр ЛЕБЕДЕВ,
депутат Государственной Думы,
акционер «Новой газеты»
12.10.2006

Телефон для контактов: 8–909–9810456

[Барбадос]

ОНА ПОДНИМАЛАСЬ ПЕРВОЙ

За 7 лет на войне Аня могла погибнуть в любой момент

[LEFTx]http://2006.novayagazeta.ru/nomer/2006/78n/n78n-s09.jpg[/LEFTx]Анна Политковская пришла в «Новую газету» летом 1999 года. Как раз подоспела к началу этой проклятой второй чеченской кампании.
Ее первым делом на этой войне было спасение самых беззащитных людей из Грозненского интерната для престарелых и душевно больных. Конец осени 1999 года, федеральные войска окружили Грозный. По нему бьют из тяжелых артиллерийских орудий, бомбит авиация. Российское военное руководство заявляет, что Грозный покинули все мирные жители и остались только боевики. 102 несчастных обитателя интерната для наших военных да и для боевиков — не в счет. Им уготовлена гибель, если не под бомбами, то от голода и холода.
Аня добивается через тогдашнего вице-премьера правительства России Валентину Матвиенко выделения мест для обитателей Грозненского интерната в домах престарелых и в больницах на территории субъектов Российской Федерации.
А дальше с неописуемой, просто бешеной настойчивостью добивается вывоза стариков и больных из Грозного.
В конце декабря в разгар боев в Грозном несчастные люди были вывезены из Чечни и спасены. Многие из них по сей день в здравии…
Узнав в эти дни об убийстве Ани, некоторые из них откликнулись. Бывший подопечный Грозненского интерната, 67-летний Моисей Назаров, один из спасенных Аней, вот уже несколько лет живет в Израиле. Его скорбь безмерна.
Солдат, постоянно первым поднимающийся в атаку, не может выжить на войне семь лет. Аня все эти годы была именно таким солдатом.
Первый раз с ней пытались расправиться в феврале 2001 года. Жители чеченского селения Хатуни попросили Анну спасти их родных, захваченных спецназовцами 45-го полка. Анну впустили на территорию этой части, где она увидела ямы для заложников. После чего сама стала заложницей. С 21 по 23 февраля офицеры разведки и ФСБ издевались над ней, допрашивали. В конце концов ночью ее вывели на расстрел…
Анну спасло то, что нам удалось через чеченцев выяснить ее местонахождение. Подключить ведомство Ястржембского, тогда помощника президента России, и главу правительства Чечни Станислава Ильясова, который и вывез Аню.
Через свои источники нам стало известно, что за Аней спецслужбы России ведут охоту в Чечне.
Аня разоблачила офицеров милиции из сводного отряда ханты-мансийского УВД, которые во время командировки в Чечне похищали и убивали людей. Капитан милиции Лапин и его коллеги действовали при Октябрьском РОВД в Грозном. Лапин по кличке Кадет угрожал Анне убийством, но она все же довела дело этого оборотня в погонах до суда.
Анна первой оказалась в горном чеченском селении Дай, где подразделение ГРУ под командой капитана Ульмана расстреляло и сожгло группу местных учителей. Разоблачительная публикация Анны об этих подонках способствовала привлечению банды Ульмана к уголовной ответственности.
После чего было несколько попыток со стороны офицеров российских спецслужб расправиться с Анной. Несколько раз в Чечне ее спасали сочувствующие ей российские военные и чеченские милиционеры. Как-то, увидев Анну, в очередной ее приезд в Ханкалу, генерал ФСБ Шабалкин воскликнул: «Как, вас до сих пор не убили!». (Об этом случае мне рассказала сама Аня.)
В октябре 2002 года, когда террористы захватили Театральный центр на Дубровке, Аня убедила главаря бандитов разрешить ей доставить заложникам воду и фруктовые соки. И несколько раз таскала весь этот груз, преодолевая свой страх. Это способствовало выживанию многих заложников.
1 сентября 2004 года, когда случился захват террористами школы № 1 в Беслане, Аня вылетела на место трагедии. Так как аэропорт в Беслане был закрыт, Анна летела на Ростов авиакомпанией «Карат». В полете она отказалась от предлагаемой пищи и даже чая. И только перед самой посадкой попросила у бортпроводницы стакан воды.
Сделав несколько глотков, Анна почувствовала себя плохо. Уже теряя сознание, она связалась с главным редактором «Новой» Дмитрием Муратовым. Договаривала вместо потерявшей сознание Анны бортпроводница.
Благодаря помощи наших друзей из спецслужб и врачам ростовской больницы Анну удалось спасти.
А вот результаты анализов отравления при загадочных обстоятельствах исчезли.
Как удалось выяснить, с Анной в самолете летели два сотрудника ФСБ, по всей видимости, выполнившие поставленное перед ними руководством задание.
В том же 2004 году Анне устроили встречу с Рамзаном Кадыровым в его логове — в селении Центорой. Кадыров просто издевался над Анной, угрожал ей. Если бы мы не знали, где она находится, Аня могла бы не вернуться. Страх, ощущение, что этот человек и его боевики могут сделать с ней все, что угодно, и даже убить — об этом Аня рассказала своим коллегам, в том числе и мне, после возвращения из кадыровского логова.
А вскоре я получил информацию от нашего источника, что люди, имеющие отношение к Рамзану Кадырову, готовят расправу над журналистами «Новой» и прежде всего над Анной Политковской. Одного из наших корреспондентов, работающих в Чечне, пришлось срочно спасать от угрозы убийства, переправив при содействии фонда «Защиты гласности», возглавляемого Алексеем Симоновым, на Запад. Вот только Аню оторвать от ее профессиональной журналистской работы по разоблачению людей, занимающихся внесудебными расправами, не удалось.
Анну Политковскую убили те, кто боялся ее разоблачений и знал, что она неподкупна и остановить ее может только пуля.

Вячеслав ИЗМАЙЛОВ, военный обозреватель «Новой»
12.10.2006