Это происходит и будет происходить

[Ваш знакомый]

"КАК ЗАПИСЫВАЮТ В ВАХАБИТЫ"

«Хочу рассказать о конкретном примере. Когда началась стрельба в Нальчике, отец двоих детей поехал за ними. Один был в школе, второй в садике. Одного привез домой и поехал за вторым в детский сад, однако около детского сада был убит сотрудниками милиции на глазах своего ребенка.



Эмвэдэшные подонки засунули ему за пояс пистолет, в руку вложили гранату, а рядом положили автомат. Комментарии излишни.


Все это глумление над телом безвинно убитого человека было заснято и показано родственникам как доказательство его принадлежности к моджахедам. Тело для захоронения не выдают. Зовут убитого Вадим Жекамухов, проживал в пос.Кенже, по ул. Ахметова».

[Ваш знакомый]

Полный провал Кремля на Кавказе

Так оценили большинство западных СМИ последние события в Нальчике.

В частности, практически все европейские газеты уделили внимание военной операции моджахедов в Кабардино-Балкарии.



Германская "Берлинер цайтунг" убеждена, что Россия должна найти политическое решение проблем на Северном Кавказе.



Ссылаясь на недавний официальный российский отчет о положении дел в регионе (имеется в виду отчет Дмитрия Козака), газета указывает, что правящие кланы, захватившие политическую власть и экономические ресурсы в северокавказских республиках, лишь добивают экономику и плодят коррупцию. Инвестиции в восстановление региона будут бесполезными до тех пор, пока российское руководство не будет готово к поиску политического решения конфликта



"Берлинер цайтунг" добавляет, что у власти в регионе находятся ставленники Кремля, которые не смогут удержать власть без поддержки Москвы. В свете последних событий, полагает газета, Евросоюзу следует пересмотреть свой план, предусматривающий выделение 20 миллионов евро на развитие региона.



"Инвестиции в восстановление региона будут бесполезными до тех пор, пока российское руководство не будет готово к поиску политического решения конфликта", - заключает "Берлинер цайтунг".



Швейцарская "Трибюн де Женев" считает, что нападение моджахедов на город Нальчик свидетельствует о полном провале политики Владимира Путина.



Исламские бойцы проводят все большее число нападений "под носом у армии и полиции", отмечает газета. "Трибюн де Женев" добавляет, что отданный в Нальчике приказ уничтожать каждого, кто оказывает вооруженное сопротивление, похоже, найдет понимание в России. Ведь россияне, по словам газеты, продолжают поддерживать "крайне репрессивный" подход к решению русско-чеченского конфликта.



"Вряд ли кто-то возьмется утверждать, что эта стратегия приносит плоды", - пишет "Трибюн де Женев".



Сходную точку зрения высказывает и венская "Штандарт". Газета соглашается с тем, что нападение моджахедов на Нальчик свидетельствует об "ошибочной реакции" Кремля на "политический раскол" на Северном Кавказе.



"Чем больше Путин стремится привязать к себе нестабильные республики, тем больше складывается впечатление, что они выскальзывают из рук Кремля ", - пишет газета, отмечая, что российскому президенту не удалось поставить у власти в регионе ни одного реформатора.



"Путин лишь продолжает готовить почву для радикализации молодых исламистов", - делает неутешительный вывод австрийская газета.



Британские газеты освещают события в столице Кабардино-Балкарии Нальчике. Под такими заголовками - "Боевики расширяют фронт в России", "Разгневанный Путин не в состоянии остановить распространение насилия" и т.д.



"Атака в Нальчике стала самым дерзким нападением исламских сепаратистов в Кабардино-Балкарии. Оно подтверждает опасения в том, что воинственность, ранее проявлявшаяся только Чечне, вышла за рамки этой республики", - пишет "Гардиан".



Газета напоминает, что это нападение было осуществлено за месяц до так называемого спектакля с “парламентскими выборами” в оккупированной Чечне.



Газета пишет, что в последние два года насилие на Северном Кавказе медленно распространяется на запад. В июне прошлого года столицу Ингушетии Назрань на одну ночь захватили моджахеды, убившие около 100 сотрудников промосковских правительственных органов. Три месяца спустя произошла трагедия в Беслане. Нападения в регионе происходят почти ежедневно.



"Стальное кольцо, окружившее вчера Нальчик, наглядно показало, что жесткая политика Владимира Путина на Северном Кавказе не привела к подавлению экстремизма, ранее бывшего проблемой только в одной Чечне. Боевики, которые боролись за независимость Чечни, все больше приобщаются к исламскому фундаментализму, и теперь ставят перед собой цель создание исламского государства на южном фланге России", - пишет газета.



"Растущая бедность, в сочетании с коррупцией местных органов власти, способствовали росту числа партизан, равно как и жестокость российских военных и милиции в отношении лиц, подозреваемых в сочувствии повстанцам", - добавляет "Гардиан".



"Таймс" указывает, что сейчас Кремль оказался перед лицом полномасштабной партизанской войны на территории семи республик Северного Кавказа. "Это будет означать, что Россия не только потеряла контроль над своей южной границей, но также приблизила один из самых ожесточенных конфликтов ближе к границе Евросоюза и поставила под угрозу планы Запада по освоению запасов нефти и газа в районе Каспийского моря", - пишет газета.



Как напоминает "Таймс", Россия характеризует этот конфликт как часть более широкой войны против терроризма и винит в нем “исламских экстремистов”, связанных с "Аль-Каидой". Однако региональные эксперты утверждают, что насилие в регионе подогревается коррупцией поддерживаемых Кремлем местных лидеров и их жесткими попытками искоренить исламский фундаментализм (читай Ислам – «КЦ»).



Нападение в Нальчике, по мнению газеты, явилось последним доказательством того, что меры, введенные Кремлем после Беслана, не действуют. Среди этих мер - не избрание, а назначение Путиным глав регионов. “Недавно Путин назначил местного бизнесмена Арсена Канокова президентом Кабардино-Балкарии. Кремль также велел местным властям усилить пограничный контроль и вести более активную борьбу с коррупцией и экстремистами. Однако все это не остановило моджахедов от нападения в Нальчике”, пишет издание.



Помимо реакции западной прессы на события в Нальчике обращает на себя внимание еще одни любопытный факт. Всего две страны выразили осуждение действиям моджахедов в Кабардино-Балкарии. Внешнеполитические ведомства США и Англии и примкнувший к ним генсек Совета Европы поддержали кремлевский режим морально и политически, и осудили легитимную военную операцию кавказских моджахедов. Другие страны дипломатично промолчали, очевидно полагая, что в данном случае любые формы осуждения моджахедов или поддержки зверств Москвы на Северном Кавказе являются неприемлемыми.

[Ваш знакомый]

НАПИШИТЕ ПРАВДУ



Елена Морозова вернулась в Нальчик вечером в пятницу, 14-го. Утром из теленовостей она узнала, что в городе продолжается спецоперация, но ситуация находится под контролем федеральных сил, въезды перекрыты, улицы патрулируются.

Перекрытые въезды обернулись самой обычной пробкой. Машины не спеша объезжали боевую машину пехоты, а осоловевшие бойцы вяло осматривали багажники. Выборочно, с пятой на десятую, без особых принципов и системы: бывало, что и забитые под завязку легковушки свободно проходили в город.

Вместо тотального контроля и патрулей - абсолютно пустые, вымершие улицы. Ни разрушенных и сожженных домов, ни боевиков, ни милиции, ни армии - обычный вечерний Нальчик, только как-то нехорошо обезлюдевший.

Посты и техника всего в нескольких точках: у правительственных зданий, МВД, разгромленных отделов внутренних дел. Одинокая боевая машина дежурит и на проспекте Ленина, рядом с изувеченным зданием ФСБ и магазином «Подарки», где происходило одно из самых долгих сражений с бандитами.

В репортажах говорилось, что торговую точку брали едва ли не два батальона спецназа. Однако видимые следы штурма – это от силы пять десятков отметин от автоматных пуль, дюжина дыр после попаданий из крупнокалиберного пулемета да вынесенные стекла.

Через два дома - целые, светящиеся витрины магазина довольно модной одежды. В ста метрах - освещенное неоном здание кинотеатра, который, правда, закрыт.

ФСБ отстояли сотрудники. Николай Морозов был на дежурстве, на посту у самого входа. Он погиб в первые же минуты.

О том, что здание атаковали, его жена Елена тоже узнала из теленовостей. О том, что муж убит, - от подруги. Елена так и не дождалась официального извещения. Решила проведать сына, который поехал в Москву учиться, с ним и вернулась.

Полная анонимность

- В спортивных костюмах подъехали, - говорят очевидцы нападения на здание местного ФСБ.

- Под ОМОН работали. В камуфляже были, - утверждают те, кто был свидетелем боя за Министерство внутренних дел.

- В оранжевых жилетах. Мы еще подумали: куда это столько дворников? - утверждают видевшие захват третьего РОВД.

По Нальчику ходят слухи. Как ни странно, устные народные новости более или менее соответствуют действительности, то есть официальным сводкам.

Разница есть разве что в большем количестве деталей и эмоций. Описание одежды, пожалуй, - единственное, что серьезно разнится в рассказах о боевиках и стычках с ними. Если учесть, что речь идет о разных точках, возможно, противоречий не существует вовсе: разные группы вполне могли экипироваться по-разному.

Еще одно сходство между данными «сарафанного радио» и вполне официальных лиц - в полной анонимности источников. Неважно, кто перед тобой: непосредственные участники от рядового до генерала или обычные прохожие. Имя, не говоря уже о должности, собеседники не называют ни при каких обстоятельствах.

- С девяти до одиннадцати наши девчата в кабинете отсиживались, - вспоминает сотрудник одного из милицейских подразделений, подвергшегося нападению. - Просто дверь на замок закрыли и сидели, а из соседних комнат эти отстреливались. Потом спецназ подошел, сорвал решетку с окна и всех вывел.

Почему женщин не взяли в заложники, не убили? Мой собеседник лишь разводит руками. Говорит, что, наверное, не хотели.

Я знаю, что ты знаешь

Больницы наводнены охраной, собранной из всех родов войск. Персонал больниц соглашается разговаривать только после самых страшных клятв о том, что источник не будет раскрыт ни при каких обстоятельствах. Меня интересует судьба двух заложниц, женщин, которых удерживали в «Подарках».

- Живы, госпитализированы с диагнозом "отравление". Во время штурма газа нанюхались. Состояние средней тяжести, - сообщают мне медики.

- Их никто трогать не собирался. Перед тем как газ пустили, боевики даже им свои бронежилеты отдали, - вещают кумушки, наблюдавшие за ходом операции в магазине.

- Чеченцев среди боевиков практически не было, - утверждают офицеры.

- Кто нападал? Наши все были, с города. Кабардинцы, балкарцы. Я одного хорошо знал. Он в той части города жил, где частный сектор. Его убили, - говорит случайный прохожий и прибавляет пару крепких ругательств в адрес террористов.

Немного подумав, выдает длинную тираду о власти: общий смысл сводится к тому, что менты в последнее время вконец оборзели.

Руслан - хороший парень, который взял автомат

Частные дома Нальчика - это нередко либо откровенная, либо более или менее прикрытая бедность. Своеобразная деревня в городе: все друг друга знают, и ни для кого не секрет, где жил погибший, Руслан Маров.

Хороший был парень, говорят. Добрый, все его любили, никто слова худого сказать не может. Интеллигентная семья. Осталась мама и две сестры - 28-летний Руслан был единственным сыном, кормильцем. Чтобы свести концы с концами, вкалывал на двух работах. Та, которая по части его высшего образования, доходов не приносила - так он грузчиком подрабатывал.

- Ничего плохого он не делал. С ребятами мечеть восстанавливал, а ее закрыли. Потом в милицию стали постоянно вызывать, к нам с обыском приходили. Спросила, кто, откуда, попросила документы предъявить - обматерили, - вспоминает Татьяна, сестра Руслана.

Татьяна рассказывает, что в их районе чуть ли не каждую неделю кого-нибудь из молодых ребят увозили на допросы. Брали тех, кто ходил в мечеть, избивали и спустя какое-то время отпускали. Говорит, что и она, и мама много раз спрашивали Руслана: не связался ли он с кем-нибудь нехорошим, не замышляют ли они чего-нибудь?

Руслан всегда отвечал, что нет. Говорил еще: я не радикал, конечно, но верить мне никто не запретит.

- После того как на Госнаркоконтроль напали, совсем невмоготу стало, - рассказывает Татьяна. - Милиция просто замучила. Он сказал, что ему нужно уйти, а то забьют до смерти или просто пристрелят, у нас такое бывало. Ушел. А потом в газете печатают его фото, пишут, что особо опасный преступник, на милицию нападал. Он дома в тот день был, дома!

Татьяна перебирает кипы документов. Они с мамой писали запросы во все инстанции, обивали пороги всех силовых ведомств республики. Просили разобраться в деле сына, сделать так, чтобы он мог спокойно вернуться домой, не опасаясь того, что его увезут среди ночи.

Очень ответственные чины присылали отписки. А на словах обещали: всех передавим, если будете упорствовать.

- Президенту своему писали - никто не помог, никто не захотел разобраться. Только один человек был, кто нормально поговорил, сейчас, я посмотрю, у меня имя его есть… - Татьяна снова перебирает документы. – Синюков Геннадий Иванович, главный федеральный инспектор полномочного представителя президента по Южному федеральному округу.

Татьяна считает, что Синюков мог разобраться в деле. Мог остановить то, что она без затей называет ментовским беспределом. Она очень сожалеет, что все случилось так, как случилось, что Синюков просто не успел вмешаться.

- Нашего Зайчика уже не вернешь, но, может, хоть другим ребятам можно будет помочь, может быть, они вернутся. Надо разобраться, надо сделать так, чтобы они вернулись, многие ведь скрываться вынуждены…

Я спросил у Татьяны, как получилось, что ее брат взял в руки оружие. Я попросил объяснить, в чем причины нападения. Татьяна сказала, что не знает, что, наверное, у Руслана просто не осталось выбора.

Напишите правду

Убитых боевиков свозили в Дубки, в морг на окраине Нальчика. К утру субботы туда доставили 74 трупа. Неподалеку собрались родственники погибших, просили выдать тела или хотя бы пропустить на опознание. Тела выдать отказались. Родственники не расходились, просто стояли пикетом.

- Напишите правду, - просили меня они.

- Какую правду?

- Все, что вы видели. Все, что вы узнали, - отвечали мне и снова повторяли истории про злодеяния правоохранительных органов, рассказывали о том, какими хорошими были дети.

- Так почему же они напали?

Ответа на этот вопрос я так и не получил. Мне говорили многое. Кто-то считал, что атака - это акция протеста. Кто-то - что сначала людей преследовали за веру, вынудили скрываться, уйти в горы, а там их обработали настоящие радикалы. Кто-то просто отмалчивался.

Находились и те, кто признавал: да, мой сын совершил страшное преступление. Но ни в одну из официальных версий, будь то найденный накануне арсенал или войсковая операция под командованием Басаева, в Нальчике не верит никто - ни близкие боевиков, ни люди, оставшиеся в стороне от событий.

Каждый, кто взял оружие, должен быть наказан

Депутат Госдумы Заурби Нахушев прилетел в Нальчик на следующий день после атаки боевиков. Зампред комитета по делам Федерации и региональной политике решил лично, на месте разобраться в ситуации.

Заурби Ахмедович прямо заявил мне: нельзя сказать, что перегибов со стороны правоохранительных органов нет, они были, но это не может быть оправданием для бандитской вылазки.

- Я считаю, что каждый, кто взял оружие, должен быть наказан. Но репрессии недопустимы, и я лично буду работать на то, чтобы их предотвратить, - сказал мне депутат.

Разумеется, Нахушев знает, кто выступил против власти, знает, что в основном это были жители Нальчика.

И он уверен, что отдельные религиозные течения, которые появились в республике, действительно представляли угрозу для государственного строя.

Заурби Ахмедович также считает, что из создавшейся ситуации есть выход. К сожалению, он достаточно банален и как следствие почти невыполним.

- Надо дать людям работу, создать рабочие места, - говорит депутат Нахушев. - Надо реформировать правоохранительные органы. В республике есть все возможности, и материальные, и технические, чтобы противостоять любым формам экстремизма, но силовые структуры должны быть реформированы. Как можно говорить о какой-то профилактике, если на четырех-пятитысячные села приходится всего по одному участковому?

Сократить количество милиции примерно на треть, а оставшимся повысить зарплату - вот одна из частей рецепта спокойствия и благополучия, который предлагает Заурби Нахушев.

Офицер Николай, который не дожил до пенсии

Кажется, никто не задумывался, что пресловутое возвращение к мирной жизни начинается с похорон. Похороны в Нальчике начались 15 октября. Елену Морозову наконец официально известили о том, что ее муж погиб смертью храбрых, ценой собственной жизни спас 130 человек.

- Сказали, что к награде представят, а зачем мне эта награда? Ему год до пенсии оставался, четыре сына у нас…

Морозову навещают сослуживцы Николая. Я слышу лишь обрывки фраз: «…гранатомет, совсем рядом попали…», «…он собой закрыл…», «…Леночка, успокойся, я его видел, в открытом, в открытом похороним, лицо чистое…».

- Напишите правду, - просили меня эти товарищи в штатском.

- Напишите правду, - говорили мне около 3-го РОВД друзья погибших, собиравшиеся ехать на кладбище.

Я готов написать правду, но те же люди тяжело вздыхали и отводили глаза, когда начинались расспросы. Они говорили мне, что правды все равно никто сказать не может. Ее или не знают, или не имеют права говорить.

И еще. Я не ищу оправданий для тех, кто превратил Нальчик в поле боя. Я отдаю себе отчет в том, что значительная часть сведений, той самой правды - это государственная тайна или оперативная информация.

Но помимо прочего у меня есть несколько вполне простых и конкретных вопросов.

Например, почему в соседнем с Кабардино-Балкарией Ставропольском крае в день самых активных боевых действий на дорогах стояли гаишники, вооруженные преимущественно радарами и жезлами? И почему, когда мы прилетели из Минеральных Вод в Москву, у всех пассажиров нашего самолета проверили паспорта и внимательно досмотрели багаж?

Я не против досмотра, но одна деталь: когда улетали из Минвод, перед посадкой все прошли обязательный предполетный контроль. Еще один пост с рентгеном стоял перед входом в здание аэропорта. И, кажется, проверкой там занимались вполне настоящие сотрудники правоохранительных органов.

Поправьте, если я ошибаюсь, но, по-моему, третий пост - уже в Москве - к безопасности пассажиров отношения не имеет.

Имена и фамилии некоторых героев публикации изменены из соображений безопасности

Газета.ру

[Ваш знакомый]

"Перегиб был совершен правоохранительными органами"



Президент Кабардино-Балкарии АРСЕН КАНОКОВ дал интервью специальному корреспонденту Ъ ОЛЬГЕ Ъ-АЛЛЕНОВОЙ в машине, на которой он ехал из больницы, где навещал пострадавших, в аэропорт. Президент КБР летел в Москву на встречу с президентом Путиным.

– События в Нальчике просто совпали с вашим приходом к власти или они связаны с этим?

– Нет, я думаю, что с моим приходом это не связано, потому что это нападение готовилось в течение двух-трех месяцев. Я думаю, это больше связано с тем, что кому-то внутри республики, да и за ее пределами не очень нравится, что есть республика, которая на протяжении долгого времени была стабильной. Вторая причина, конечно, в экономике: очень высокий уровень безработицы и очень низкий уровень жизни. Экономика практически не работала, люди были ничем не заняты, а это масса молодых людей. Естественно, очень легко склонять их в разные стороны, особенно если еще их финансировать.

– Говорят, что выступление ваххабитов связано со слишком жесткими действиями МВД по отношению к ним. Проводятся зачистки, людей избивают, закрывают их мечети...

– Некоторый перегиб действительно был совершен правоохранительными органами. Я считаю, то, что закрывают мечети,– неправильно, нельзя закрывать мечети и сгонять людей в одно место (из мечетей джамаата КБР в мечети, контролируемые духовным управлением мусульман.– Ъ). Нельзя одними запретами решать эту проблему. Ее надо идеологически выигрывать. Если мы этого не сделаем, то оттого, что мы будем запрещать им молиться, загонять их в подвалы и закрытые места, где и контролировать их сложнее, будет только хуже. Здесь, на мой взгляд, был небольшой перекос, который мы будем исправлять.

– Как вы хотите это исправлять?

– Не одними запретами. Надо готовить специалистов, которые смогут объяснять, что такое ваххабизм, какие течения есть в исламе. Нужны хорошо подготовленные люди. Мне кажется, что основная масса (верующих.– Ъ) даже не понимает, что за течения в исламе, идеологию не знает. Поэтому, мне кажется, нужно все это изучать, специалистов набирать, и нужно с людьми беседовать, разъяснять. А запретами здесь ничего не решишь. Это ожесточает. И запретное людям всегда кажется правильным. Хотя здесь ошибка не только правоохранительных органов была, здесь, мне кажется, и органами исполнительной власти были допущены перекосы.

– Когда вам предложили возглавить КБР, вы знали, что ваххабизм – главная проблема республики?

– Это одна из основных проблем, которые есть в республике. Я это знал и прекрасно понимал, что мы уже проигрывали эту ситуацию в республике, потому что надо было изначально правильно выстраивать отношения, разъяснять населению, что несет с собой ваххабизм. Если бы мы правильно людям разъяснили с самого начала, того, что вы сейчас тут видели, не произошло бы. Но, видимо, не было специалистов в Кабардино-Балкарии для того, чтобы как-то предупредить развитие проблемы.

– А вы не боялись возглавить такую сложную республику?

– Если этого бояться, то в эту республику вообще не стоит идти. Я здесь родился, и хоть 29 лет не жил здесь, я переживаю по поводу того, что происходит на родине. И я считаю, что главное, что надо делать,– оздоравливать экономику и делать прозрачными все процедуры во власти. И нужно правила работы менять в республике. Потому что при такой бедности в республике власть должна быть очень аккуратной и вести правильную политику, чтобы люди чувствовали некую социальную справедливость.

– Вы предлагаете какие-то реформы?

– Да не столько реформы. Я думаю, экономику просто надо выводить из этого состояния. Власть должна повернуться лицом к населению. Пусть тяжело, пусть плохо, но если люди будут чувствовать, что о них заботятся, они по-другому будут относиться к власти. Если закрыться от населения, от его проблем, то люди это сразу чувствуют. Я повторяю, нужно делать прозрачными все процедуры, чтобы люди знали, что мы делаем и что мы хотим для них сделать.

– Вас считают преемником Валерия Кокова во всех отношениях. Вы что-то будете конкретно менять?


– Я последователь чисто в политическом отношении – он все-таки сумел удержать политическую стабильность, но в экономике мы абсолютно разные. Я за рыночный подход и буду действовать именно так. Если я все положительное беру от прежнего президента и добавляю рыночные подходы, то я, надеюсь, добьюсь успехов.

– В джамаате говорят, что если власти выдадут им тела погибших боевиков, то это будет расценено как акт доброй воли и первый шаг к взаимодействию властей с ними. Но выдача тел противоречит закону о борьбе с терроризмом. Вы как ответите – надо выдать тела или нет?

– Это сложный для меня вопрос. Я бы скорее ответил отрицательно. Хотя с другой стороны, это действительно был бы акт, усмиряющий ситуацию. Но опять же – мы с преступниками должны бороться всеми возможными методами. Я вам так скажу: вопрос я услышал, я попробую обсудить это с руководством России. Может быть, мы и решим его положительно.

[Ваш знакомый]

«Действуешь по закону – значит, ты экстремист»

Нападению на город предшествовала спецоперация по поиску и задержанию группы ваххабитов, которая проводилась в ночь на четверг в районе поселка Белая Речка в пригороде Нальчика.

«Я вышел покурить на балкон – из него виден весь поселок, – рассказал Аскер, житель Белой Речки. – Вот там, у санатория МВД России, все и началось. Примерно в 3 часа утра. Выстрелы раздавались в сторону Нальчика. Оттуда – с гор. Стреляли всего около часа. Потом стрельба потихоньку перебралась в сам город. И примерно в 4.15 утра я заметил, как в небе над горами появились две сигнальные ракеты. Видимо, боевики таким образом дали сигнал «своим». И вскоре началась настоящая бойня».

Интересно, что для жителей окрестных населенных пунктов случившееся не стало неожиданностью. И нападению на Нальчик они находят свои причины.

«Подавляющее большинство жителей Кабардино-Балкарии – кабардинцы – их почти 80%, – объясняет председатель сельсовета поселка Хасанья (соседнего с Белой Речкой) Мухарби Таумурзаев, балкарец по национальности. – Поэтому и в республиканской власти сидят практически одни кабардинцы. Вы посмотрите, президент республики Арсен Каноков – кабардинец, руководитель МВД Хачим Шогенов – тоже кабардинец. И прокурор Юрий Кетов – кабардинец. Все важные посты в правительстве – у них. И все, что происходит в нашей республике, – все делается под кабардинцев. В конце прошлого года республиканские власти решили, что те села, где проживает большинство балкарцев (Белая Речка, Хасанья и Кенже), теряют статус муниципального образования и не смогут, таким образом, избирать свой представительный орган и своего главу администрации. Поэтому мы решили провести референдум, по итогам которого жители высказались за самостоятельность. Тем не менее руководство республики отменило результаты референдума и быстренько подписало указ о включении трех сел в состав Нальчика. Мы собирались вновь собраться на референдум, но неожиданно во дворе своего дома был зверски убит глава администрации села Артур Зокаев. Самое интересное, что сейчас и меня называют экстремистом! Получается, что тот, кто пытается сделать что-то по закону, –экстремист? Настоящий беспредел творится. Президент сменился, а несправедливость осталась».

«А при чем здесь бои в Нальчике?», – спросил я.

«Просто, – немного подумав, ответил Мухарби, – народ уже давно крайне возмущен действиями местной власти. Вот и не выдержали…».

«А в чем милиция виновата?»

«А их министра (Хачима Шогенова. – «НИ») здесь ненавидят больше других. Что творят сотрудники правоохранительных органов в республике! Это, как говорится, нельзя передать словами».

«Ваххабитов много у вас?»

«Они везде есть. И не только в наших селах, но и в Нальчике, да и по всей республике. Их очень много. Правда, вам никто не скажет, где они живут».

Позже мне удалось встретиться с одним из местных мусульман, слова которого многое объясняют.

«В Кабардино-Балкарии уже давно ведется массированная борьба с исламом, – объясняет Курбан. – Жизнь мусульманина в Кабардино-Балкарии – это жизнь человека, которого провоцируют на конфликт. Напомню, что у нас еще в августе 2004 года было закрыто пять мечетей, поэтому значительное количество мусульман просто не имеет возможности отправлять религиозные обряды. Людям приходится совершать молитву, например, на заброшенном стадионе в окружении милиции. И именно сейчас, в Рамадан, многие мусульмане лишены возможности совершать намаз. Мусульманина могут остановить на дороге, положить на землю, подвергнуть унизительному обыску. Те, кто ходит в мечеть, уже становится подозрительным для милиционеров. Этого нельзя было терпеть. Честно говоря, я поддерживаю ваххабитов, хотя сам и не являюсь их сторонником. И еще скажу, начавшийся в Кабардино-Балкарии с конца июля целенаправленный отстрел представителей силовых структур, безусловно, связан с антимусульманскими репрессиями».

Боевики были местными

Атака на Нальчик началась ровно в 9.01. Первым объектом для нападения стал 1-й отдел городского отдела внутренних дел.

«Я возвращался домой после ночной работы, – вспоминает житель Нальчика Карим Минаев. – Я обычно прохожу как раз мимо первого горотдела милиции. Вдруг к зданию подъехала светлая «Нива», из которой выскочили четыре человека в камуфляже. Я запомнил еще красные повязки на рукавах. Молодые такие. Резкие. Начали стрелять из автоматов по милиционерам, затем забросали их гранатами и уехали. Милиция даже не успела толком отреагировать – лишь выстрелили несколько раз. Однако боевиков и след простыл. Среди нападавших я видел и местных, –продолжает Карим. – Даже некоторых узнал. Мои знакомые. Суки».

Практически одновременно боевики напали и на второй отдел милиции. К зданию подъехала серебристая «семерка», из которой одновременно выскочили пятеро вооруженных людей.

«Я только выехал из дома, как вдруг увидел, что несколько человек в масках начали стрелять по милиционерам, – говорит житель соседнего дома Марат Кануров. – Те начали было отстреливаться, но в ответ полетели гранаты, террористы начали стрелять из гранатометов».

Примерно в то же время были атакованы еще несколько объектов силовых структур – несколько мобильных групп боевиков – по 5–15 человек – одновременно напали на здания МВД, Центра по борьбе с терроризмом, республиканский ОМОН и расположение полка ППС.

Очевидцы говорят, что видели среди нападавших лидеров кабардино-балкарского джамаата Анзора Астемирова и Ильяса Горчханова. Якобы именно они координировали действия боевиков. Сами отряды были интернациональными – чеченцы, ингуши, славяне, татары. Но большинство были местными.

[Ваш знакомый]

Как сообщает «Эхо Москвы», в террористы в Нальчике сейчас записывают всех, кто попал в морг без документов. Таким на руку надевают желтую повязку. Среди них, например, оказался и 23-летний водитель из пригорода Нальчика. Утром, едва услышав стрельбу, он полетел на машине за ребенком в детский сад. Проезжая мимо первого отделения милиции, где шел крупный бой, он попал под обстрел и погиб. В морге при нем документов не нашли. И похожих историй в Нальчике сейчас немало.

[Ваш знакомый]

Однако, в конечном счете, никакой реальный мир не будет возможным без участия всех этнических, политических и религиозных групп, желательно под контролем нейтральной внешней стороны. Если Соединенные Штаты для этой роли не годятся, тогда американской администрации следует поощрить других взять себе эту задачу. Правда или нет, что чеченские повстанцы поддерживают связи с "Аль-Каидой", как утверждают россияне, вполне очевидно, что они способны нанести более значимый ущерб: хорошо финансируемая, хорошо организованная террористическая группировка с четко определенными целями едва ли будет оставаться вечно привязанной к своей территории. Каким бы малоизвестным ни было ее название, Кабардино-Балкария не так далеко от Турции, от Ирана или даже от Европы, как себе представляет большинство европейцев.

Вашингтон пост

[Ваш знакомый]

Если погибли, считайте их террористами



Отечественные СМИ, даже не слишком симпатизирующие президенту Путину, тиражируют победные реляции российских силовиков об успехе операции в Нальчике, о чуть ли не сотне уничтоженных боевиков. Однако с самого начала трагических событий Нальчик находится в плотной информационной блокаде, местные интернет-форумы цензурируются, независимые журналисты и наблюдатели в город не допускаются. Между тем тезис об успешности боев в Нальчике основывается исключительно на заявлениях и данных федеральной стороны. А известно, что у всякого конфликта стороны всегда две и что врут больше всего в охотничьих рассказах и в военных донесениях.

Для объективности надо привести оба ряда цифр. Итак, по российским данным, убито 92 боевика, 13 захвачено в плен, еще 20 подозреваются в пособничестве. Потери с российской стороны - 33 сотрудника правоохранительных органов и военных в том числе не менее 5 сотрудников ГУИН. Убито, причем исключительно боевиками, 12 мирных жителей. По данным, размещенным на интернет-сайте сепаратистов "Кавказ-центр", потери российской стороны составили до 160 человек убитыми, до 150 ранеными. Около 100 местных милиционеров захвачены в плен, взято до 300 единиц оружия. Потери чеченской (точнее, "антироссийской" - выясняется, что среди нападавших были в основном не чеченцы, а жители самой Кабардино-Балкарии и других республик Северного Кавказа) стороны - 11 убитых, 4 пропавших без вести. Кроме того, убито 70-80 мирных жителей, будто бы погибших в основном от огня местных милиционеров.

Есть и промежуточные цифры, размещенные от имени анонимного сотрудника "правоохранительных органов Кабарды" на форуме Граней.Ру: убито 90 федералов и 13 сотрудников ФСБ (не очень понятно, входят ли в число этих 90 убитые эфэсбэшники), со стороны "моджахедов" - 30 убитых, 7 раненых и взятых в плен. Потери мирных жителей - 70 убитых, около 200 раненых. Из числа захваченных в заложники 11 человек погибли, трое спасены. Определить степень надежности этих цифр также не представляется возможным.

В зависимости от того, какие из цифр ближе к истине (а стороны сообщают правду тогда, когда она их устраивает), ход операции в Нальчике представляется либо крупной неудачей боевиков и большим успехом российских силовых структур, либо, наоборот, победой боевиков и поражением силовиков. Показательно, что цифры потерь боевиков резко поползли вверх после того, как было озвучено требование президента Путина, чтобы ни один боевик не ушел из Нальчика живым. В этот момент силовики оценивали численность боевиков в диапазоне 80-100, тогда как прочие источники давали цифры от 60 до 600. И сразу же число уничтоженных боевиков поднялось с 20 до 61, а это вместе с количеством будто бы захваченных в плен или блокированных в зданиях боевиков практически достигло требуемой цифры. Но затем наверху решили, что для солидности победы боевиков должно было быть больше, минимум 150. И число убитых боевиков достигло 92, а еще 33 стали числиться пленными. Нескольким же боевикам милостиво позволили раствориться в Нальчике - чтобы иметь перманентный повод для жестких зачисток в городе.

Правда, чем многочисленнее был отряд боевиков, тем вроде бы больше должно быть претензий к спецслужбам, допустившим выдвижение столь крупной группы противника к Нальчику. Но тут блестящий выход нашел министр обороны Сергей Иванов. Он во всеуслышанье объявил, что все участники нападения на Нальчик были местными жителями. Мол, собрались у кого-то на квартире, забрали "Калашниковы" и пошли "мочить" близлежащее отделение милиции. Да еще сделали это раньше намеченного срока, поскольку силовики блокировали в районе Белая Речка группу их товарищей (по чеченской версии эта группа, наоборот, выполняла отвлекающий маневр, призванный выманить мобильные группы федералов из города). А потом боевики попытались расссеяться в городе, да доблестные федералы не дали им этого сделать. Всех поубивали и повыловили. Или почти всех.

С аппаратной точки зрения эта версия превосходна. Сразу снимается вопрос об ответственности федеральных силовых структур - вина перекладывается на местные власти и правоохранителей. А этих Иванову не жалко. В Кабардино-Балкарии всего месяц как сменили президента, идет зачистка власти и милиции, так что виновных отыскать будет очень легко. Здесь, правда, тоже, одна загвоздка. Почему боевики, когда увидели, что их дело не выгорело и федералы берут верх, не побросали оружие и не скрылись у друзей и знакомых, а дали себя спокойно перестрелять? Да и первоначальные сообщения о пестром национальном составе нападавших в это описание не очень укладываются.

Если же ближе к истине другая версия событий, то можно предположить, что участвовавшие в налете чеченские, ингушские или дагестанские боевики могли уйти через примыкающие к окраинам Нальчика лесные массивы. Город-то расположен в предгорьях, и полностью блокировать его практически невозможно. Кстати, та скудная информация, которую дают федеральные каналы, все же не создает впечатления о чуть ли не сотне убитых боевиков. Трупов показывают гораздо меньше, и не всегда понятно, кто это - боевики, мирные жители или местные милиционеры. Не обнародовано никаких списков погибших. Никаких вразумительных показаний от боевиков также пока что не озвучено. Нет и интервью с освобожденными заложниками, и нельзя даже с уверенностью судить, были ли они захвачены в действительности.

Зато всячески подчеркивается, что большинство боевиков были в гражданской одежде. Тут велик соблазн увеличить число уничтоженных боевиков за счет погибших мирных жителей. По-видимому, так оно и было: уже второй день в Нальчике проходят демонстрации горожан, требующих, чтобы им выдали для погребения тела их погибших родственников, причем утверждается, что в большинстве своем это были никакие не "террористы", а мирные граждане. О привычке российских силовиков в Чечне, Дагестане и Ингушетии записывать убитых мирных жителей в боевики не раз писала в "Новой газете" Анна Политковская. Что мешает распространить этот опыт на Кабардино-Балкарию? Тем более что практика такого рода имеет в России долгую историю. Еще в конце XIX века начальники этапов заключенных, направлявшихся Сибирь, если смертность в пути была особенно велика, восполняли недостачу, хватая мирных жителей, которых в конечном пункте сдавали как каторжников.

После проведенного путинской властью зачистки информационного поля нам все больше приходится иметь дело с виртуальной реальностью, в том числе и в таких болезненных вопросах, как война в Чечне и обстановка на Северном Кавказе в целом. События в Нальчике на самом верху уже решили представить как большую победу федеральных сил и тем самым прикрыть нищету российской политики на Северном Кавказе, включая Кабардино-Балкарию. Победные фанфары на время заглушат реальные проблемы не только перед широкой публикой, но и перед правительством и президентом. Думаю, что ни они, ни мы никогда не узнаем всей правды о событиях в Нальчике, в том числе сколько и кого там погибло. И ничего в катастрофической политике федерального центра, опирающегося на Северном Кавказе на коррумпированные местные кланы, менять не будут. Но проблемы никуда не денутся. И боюсь, что новые Бесланы и Нальчики еще впереди.

Борис Соколов, Грани.ру

[Ваш знакомый]

Родственники погибших в Нальчике требуют выдать тела


Родственники погибших во время нападения боевиков на Нальчик требуют выдать тела для захоронения. Как передает Интерфакс, в понедельник возле Дома правительства Кабардино-Балкарии собралось около 30 женщин.

К приемной администрации президента Кабардино-Балкарии их не подпускают сотрудники милиции. Пока никто из официальных лиц к ним не вышел.

Накануне около ста жителей Нальчика провели митинг у здания прокуратуры Кабардино-Балкарии с тем же требованием. Как передает радио "Свобода", митингующие заявили, что среди тел якобы боевиков на самом деле немало погибших мирных жителей.

Представитель прокуратуры в ответ заявил, что тела не будут выданы, а родственники смогут лишь участвовать в опознании.

Между тем в морге Нальчика находятся тела 85 участников нападения на город, сообщил в понедельник начальник республиканского Бюро судебной медицины Азрет Мечукаев. Он сказал, что в настоящее время продолжается судебная идентификация тел убитых боевиков.

По данным главаря чеченских боевиков Шамиля Басаева, который взял на себя ответственность за нападение, в Нальчике погиб 41 боевик.

Ранее министр обороны России Сергей Иванов заявил, что все участники нападения на Нальчик жили в городе. По его словам, "никто на грузовиках в Нальчик не ехал, никто туда оружие не завозил". Операция боевиков, считает он, была "спонтанной и вынужденной". "Я уверен, что они не планировали проводить операцию по такому сценарию", - отметил он.

Комментарий :

В России действуют законы, запрещающие выдачу тел террористов родственникам. Это статья 14-1 закона РФ "О погребении и похоронном деле", принятая в конце 2002 года, вскоре после "Норд-Оста", а также статья 16-1 закона РФ "О борьбе с терроризмом". Тела не только не выдаются, но не сообщается и о месте их захоронения.

Закон "О борьбе с терроризмом" дает властям возможность сколь угодно долго манипулировать трупами: сначала тело не выдается "по подозрению" в причастности к теракту, а потом родным и вовсе объявляют, что погибший изобличен как террорист. Родственники могут после этого обивать пороги высоких инстанций, но тело к тому времени уже будет зарыто в неизвестном месте или сожжено, а прах развеян. В качестве же доказательства вины погибшего следователь из милости может предъявить близким свидетельское показание какого-нибудь омоновца, утверждающего, что видел покойного в рядах террористов с оружием в руках и т.д.

Война с трупами дает федералам некоторое пропагандистское преимущество: можно химичить с цифрами потерь - занижать число жертв среди мирного населения и завышать количество убитых боевиков. Но этот ничтожный выигрыш несопоставим с тем гигантским ущербом, который Россия терпит в глазах народов Северного Кавказа. Мало того что этот прием бесчеловечен вообще - это еще и кощунство, оскорбление религиозных чувств миллионов людей. Нетрудно себе представить, какие волны гнева, ненависти, мстительности порождает усердное исполнение этого закона, как увеличивает число недругов России.

Более обоюдоострый инструмент антитеррора придумать трудно. Но затея совершенно в духе той политики, которую проводит сегодня Кремль в отношении народов Северного Кавказа.


Грани.ру

[Ваш знакомый]

Генпрокуратура сообщала о том, что убитый в Нальчике Иллес Горчханов был ликвидирован при событиях в Беслане

В Генеральной прокуратуре России сегодня не смогли пояснить, как сообщение об уничтожении и опознании организатора нападения на Управление наркоконтроля по Кабардино-Балкарии Илесса Горчаханова дважды в течении 11 месяцев появлялось в СМИ.

Напомним, что сегодня газета "Коммерсант" написала: "Подавляющее большинство уничтоженных в Нальчике боевиков еще не опознано. Их трупы даже не убрали с улиц, потому что следователи и эксперты не провели с ними необходимые действия на месте происшествия. Из тех, кого удалось идентифицировать, главной фигурой оказался Илесс Горчханов. По данным Генпрокуратуры, он являлся близким помощником и связным Шамиля Басаева, подозревался в причастности к ряду терактов, в том числе к взрыву автомобиля "Волга" во Владикавказе 4 февраля 2004 года и покушению на президента Ингушетии Мурата Зязикова 6 апреля 2004 года. По материалам следствия, был связан с зарубежными террористическими группировками, от которых получал финансирование. Также его обвиняли в помощи террористическим группам, готовившим шахидок. Возглавлял джамаат "Талибан", действовавший на территории Ингушетии и Кабардино-Балкарии. С лета 2004 года находился в федеральном розыске за участие в нападении на оружейный склад МВД Ингушетии в Назрани в ночь на 22 июня 2004 года. По данным следствия, накануне рейда боевиков возил на машине по городу Шамиля Басаева и Доку Умарова. Являлся организатором нападения на управление Госнаркоконтроля в Нальчике 14 декабря 2004 года".

В тоже время еще 5 ноября 2004 года "Известия" писали о гибели и опознании трупа Грочханова во время теракта в Беслане. Вот что писала газета: ""Известия" располагают сведениями обо всех 17 опознанных террористах, участвовавших в захвате школы в Беслане". Далее "Известия" приводят полный список опознанных террористов. В числе опознанных "визуально и по отпечаткам пальцев" среди других террористов значится также "Илесс (Илесса) Горчханов. Участвовал в ряде терактов вместе с Полковником, а также с Ходовым. По свидетельствам жертв теракта в Беслане, он лично расстрелял несколько человек".

Вместе с тем, как ранее сообщал корреспондент "Кавказского узла", лидер боевиков Чечни Басаев, взявший ответственность за нападение на Нальчик на себя признает факт гибели эмира Ингушского джамаата Горчханова Илесса.