ИНТЕРВЬЮ ЕВЛОЕВА

[Бумеранг]

МЕЖДУ АУШЕВЫМ И БУДУЩИМ

[LEFTx]http://2001.vesti.ru/images/docs/evloev_big.jpg[/LEFTx]

Почему Аушев покинул пост президента Ингушетии? Почему за несколько лет до этого друзья Аушева покинули саму Ингушетию? Почему в Ингушетии похищали людей, но не смогли узаконить многоженство? Об этом корреспондент "Вестей.Ru" Константин Казенин беседует с Магомедом Евлоевым, бывшим высокопоставленным сотрудником Прокуратуры Ингушетии, которому пришлось быть непосредственным участником многих событий новейшей истории этой республики.

Магомед Яхъяевич Евлоев - юрист 1-го класса. В 1993-99 годах работал в органах прокуратуры Республики Ингушетия, был заместителем прокурора города Малгобек, второго по величине в Ингушетии. Сейчас возглавляет юридическую фирму "Инфра-Юр" в Москве. Трудясь в прокуратуре, Евлоев принимал активное участие в раскрытии многих преступлений, связанных с похищениями людей. Его имя впервые появилось в столичных СМИ в 1999 году. Тогда у Мусы Келигова, в ту пору одного из топ-менеджеров "ЛУКойла" и друга Руслана Аушева, похитили старшего брата. Вместо уплаты выкупа заложника освободили в результате "силовой" операции, в которой участвовал и Магомед. Впоследствии он подробно рассказывал о ней в СМИ. Но я встретился с Магомедом не затем, чтобы выяснить новые сенсационные подробности тех событий, вскоре после которых, кстати, он вынужден был покинуть Ингушетию. Магомед - по-своему уникальный собеседник, поскольку, хорошо зная сегодняшнюю ситуацию на Северном Кавказе, имеет пусть и не для всех приемлемую, но явно "неангажированную" точку зрения на происходящие там процессы.

- Магомед, вы в первую очередь крупный специалист по криминальной ситуации на Северном Кавказе. Но сегодня, когда президент Ингушетии ушел со своего поста, не за горами президентские выборы, начать хочется совсем с другого вопроса: как вы считаете, существует ли в вашей республике политическая оппозиция?

- Оппозиции в европейском понимании не существует, как не существует и других традиций демократии. Было бы ошибкой видеть здесь только вину Руслана Аушева. Просто его авторитет среди народа действительно был настолько непререкаемым, что для оппозиции не было места. Что видели в своей жизни старики, которые плачут сейчас об уходе Аушева? Сначала депортацию, затем трудности по возвращению из нее, гонения на мусульманскую веру. И вот затем приходит первый президент - и с ним жизнь как бы начинается заново. Народ также приветствовал жесткие действия Аушева, увольнявшего любого, кто допустил должностное нарушение или был замечен в коррупции.

С другой стороны, оппозиция существует. Она существует в лице и тех, кто работал и дружил с Аушевым в начале 90-х, но затем, по мере укрепления всевластия президента, вступил с ним в конфликт и вынужден был уехать из республики. Сейчас, правда, некоторые из них вернулись. Кое-кто готовится к президентским выборам, а один из бывших друзей Аушева, Муса Келигов, несколько недель назад стал главным федеральным инспектором по Ингушетии.

- Вы упомянули Келигова. Известно, что он ваш друг. Вы не раз рассказывали журналистам, как вместе с Мусой провели в Чечне в 1998-99 годах настоящую боевую операцию по освобождению его брата, захваченного бандитами в заложники. Именно после этого вы вынуждены были покинуть Ингушетию, а Муса из друга Аушева (они ведь еще в Афганистане вместе воевали!) превратился чуть ли не в первого его врага. Чем были вызваны такие превращения? Аушев выступил на стороне бандитов, похитивших брата Келигова?

- Я сам до конца не понял. Но факт остается фактом, теперь об этом можно говорить: Аушев хотел арестовать Мусу Келигова как раз в то время, когда мы готовили операцию по освобождению его брата в Чечне. Возможно, Аушев был зол на то, что мы действуем не вполне по букве закона, формируем собственные вооруженные отряды для освобождения заложника. Быть может, Аушев хотел помешать таким вещам из солидарности с Масхадовым: он считал, что раз Масхадов - законный президент, надо дать ему возможность законными путем задушить в Чечне криминал. Но ведь Масхадов ничего не контролировал. Даже когда он ездил к нам в Ингушетию, ехал он по длинной обходной дороге, чтобы не приближаться к Урус-Мартану, где местные ваххабиты вполне могли бы и его пленить.

Однако нельзя исключать и других причин такого поведения Аушева. Он открыто поддерживает несколько ингушских кланов, имеющих значительные криминальные связи в Чечне. Член одной из таких семей - семьи Цечоевых - и был организатором похищения заложника, которого мы освободили.

- Кого Аушев теперь назовет своим преемником, неизвестно. А известно ли что-то о позиции федерального центра по отношению к грядущим выборам в Ингушетии?

- Есть информация, что на недавней встрече полпреда в Южном федеральном округе Казанцева с Путиным было решено, что Кремль поддержит Келигова. После нашего с ним рейда в Чечню ведь не только был освобожден его брат, но и вообще похищения людей в Ингушетии практически прекратились. Поэтому у Мусы Келигова в республике большой авторитет, шансы его на победу весьма реальны. Но сам он пока не решил, выдвигаться ему или нет. Он не из тех людей, для кого власть может быть самоцелью.

Сама же борьба за пост президента в республике обещает быть весьма серьезной. Вот только один свежий пример, касающийся, кстати, Интернета. В эту пятницу неизвестные хакеры предприняли атаку на сайт "Ингушетия.Ru", который публикует много критических материалов о нынешней власти Ингушетии. Сайт не работал примерно семь часов. Создатели сайта заявили, что хакеры действовали по заказу главы "Славнефти" Михаила Гуцериева, человека, близкого Аушеву. Кстати, Аушев, скорее всего, собирается назвать своим преемником депутата Госдумы от Ингушетии Алихана Амерханова. Во всяком случае, ингушское телевидение, несмотря на то что предвыборная кампания еще не началась, вовсю ведет "раскрутку" Амeрханова.

- А вообще было ли для Москвы неожиданностью то, что по инициативе Аушева выборы были назначены на год раньше? И на что, по вашему мнению, рассчитывал сам Аушев?

- Я Аушева знаю давно, в свое время свободно мог входить в его кабинет. Руслан - непредсказуемый человек, политические "многоходовки" ему чужды. Рассчитывал он, скорее всего, на то, что после его заявления об отставке вся республика будет упрашивать его остаться, пойдут по всем городам и селениям митинги. Но на самом деле реакция населения оказалась куда более сдержанной. С другой стороны, Аушев действительно стал тяготиться своим постом. Не ладились у него отношения с руководством полпредства президента РФ в Южном федеральном округе. Не понравилась президенту Ингушетии политика федерального центра по урезанию полномочий руководителей субъектов федерации. Руководители органов федерального подчинения в республике назначались без согласия Аушева, что его откровенно бесило. Например, у него был конфликт с республиканским прокурором Магомедом Белхороевым. А Белхороев не был изначально враждебен президенту, одно время даже пытался с ним дружить. Но что он мог сделать, когда действия Аушева были в прямом противоречии с законами России? Например, когда Аушев пытался разрешить в республике многоженство? Конечно, вынужден был опротестовывать. И так не раз.

- Но против бандитского беспредела и прокуратура ведь тоже часто оказывалась бессильна...

- Надо признать, что после первой чеченской войны нас оставили один на один с криминалом. Не секрет, что в первую войну мы - не только население, но и должностные лица Ингушетии - поддерживали силы чеченского сопротивления. Потому что до той войны Дудаев хоть и заявлял о независимости, но все же в целом удерживал ситуацию под контролем, того беспредела, который мы видели в Чечне позднее, не допускал. А после войны к нам стали наведываться полевые командиры, которые вовсе никому не подчинялись. Вот мы и стали бороться с ними доступными нам путями, однако Аушеву это не понравилось.

Всякий бизнес существует тогда, когда за него платят деньги. Поэтому в беспрецедентной волне похищений 1998-1999 годов виноват в значительной мере тот, кто впервые заплатил за похищенных журналистов огромный выкуп.

- Один житель Чечни убеждал меня, что похищения стали ответом на действия федеральных командиров младшего звена, нередко за деньги отпускавших людей из фильтрационных лагерей...

- Моя кандидатская диссертация посвящена особенностям расследования уголовных дел по похищениям людей на Северном Кавказе. Этот вид преступлений существует в регионе очень давно. Начало ему положили русские генералы, практиковавшие взятие заложников во время Кавказской войны в XIX веке. Огромный всплеск похищений наблюдался в начале XX века. Кстати, и в Ичкерии похищения были, хотя в меньших масштабах, уже в начале 90-х годов. Причем интересно, что занимались ими тогда деятели, которые имели покровителей в Москве. Например, один из столпов "антидудаевской оппозиции" уголовник Руслан Лабазанов. А буквально на следующий день после вступления Дудаева в должность был похищен ректор Грозненского университета Канкалик. Бандиты так тогда и не отпустили его, убили. Организатора того преступления, Умара Сулбанова, судили недавно в Ставропольском крае. В ходе суда за него ходатайствовали некоторые москвичи. И я не удивлюсь, если и после суда они попытаются его "вытащить".

[Любопытный]

Откуда материал? Очень интересный. А как старается... Келигов наш президент! У Келигова авторитет! Потом такие же дифирамбы и Зязикову распевал. Наверное думал, что все забыто.

Сейчас Евлоев поет совсем другие песни и восхваляет Аушева, а в этом интервью усиленно его обс.....т.

А если Зязиков предложит ему доходное место, то он снова переменит ориентацию?

[Бумеранг]

Структура тейпов и кланов (статья в "Южном репортере")
Ингушетия.Ru, 29.11.2005 18:56

ССЫЛКИ ПО ТЕМЕ
• Оригинал статьи на сайте журнала "Южный репортер"


"Южный репортер", № 33 от 28.11.2005



СТРУКТУРА ТЕЙПОВ И КЛАНОВ



Несмотря на все достижения цивилизации, на Северном Кавказе сильны средневековые родственные отношения. Речь идет о тейпах (фамилиях, кланах, вирдах — в разных вариантах). Тейп — родоплеменная организация, состоящая из нескольких родовых общин (союзов) и объединенная общим происхождением. Представители одного тейпа могут даже носить разные фамилии. Получить наглядное представление о тейповой структуре лучше всего поможет… русская матрешка, в которой кроется бесконечное количество других матрешек.

С этого номера «ЮР» начинает цикл материалов, посвященных правящим кланам всех регионов ЮФО. Известные кланы Ингушетии — тема данного исследования «ЮР».



В Ингушетии любят повторять, что их республика самая молодая в ЮФО. В 1992 году она отпочковалась от Чечено-Ингушетии и даже не имела административно закрепленных границ. Обнаружив себя в самом центре Северного Кавказа, ингуши оказались и в центре двух конфликтов — чеченского с одной стороны и осетино-ингушского — с другой. Свою роль в консолидации ингушского общества сыграли не в последнюю очередь тейпы. Сегодня, когда высший кадровый состав руководства республики определяет исключительно воля федерального центра, построенная на системе «сдержек и противовесов», значимость кланового фактора отошла на второй план. Однако в общей системе управления Ингушетии принадлежность к тому или иному тейпу и «чувство локтя» играют немаловажную роль.




Облеченные властью

Сейчас у власти в Ингушетии находятся два крупных тейпа — это так называемый «Царой» и тейп Зязиковых. Фамилии первого тейпа — Цароевы, Мякиевы, Татиевы, Гайтиевы и Могушковы. В тейп Зязиковых входят Ганиевы, Ганижевы, Барханоевы, Альдиевы и Одиевы. Среди «царойцев» наиболее известным в Ингушетии является бывший председатель правительства Тимур Могушков. Ныне бывший премьер курирует в правительстве республики экономические программы.

Клан Зязиковых во властных структурах намного представительней. Достаточно сказать, что брат президента Рашид Зязиков возглавляет аппарат правительства республики и отвечает за подбор правительственных кадров. Еще один брат президента Дауд Зязиков с 1994 года работает в управлении по ГО, пожарной безопасности и ликвидации ЧС. Впрочем, возвышение тейпа в глазах ингушского народа произошло сравнительно недавно, в 2002 году. Тогда первый президент и фактический «основатель» Ингушетии Руслан Аушев сложил с себя полномочия и попытался передать власть одному из своих сторонников (его кандидатом был министр внутренних дел Ингушетии Хамзат Гуцериев, после снятия которого с выборов «на замену» вышел депутат Госдумы от Ингушского одномандатного округа Алихан Амирханов). Основным соперником «аушевцев» стал Мурат Зязиков, которого поддержал федеральный центр. И особенно активно — аппарат полномочного представителя президента в Южном федеральном округе. Для этого полковника ФСБ Мурата Зязикова по ускоренной программе произвели в генералы, дали должность в полпредстве, и с соответствующим чином и статусом Зязиков заявил о себе в республике. По-другому и быть не могло. В республике, где так много внимания отдается условностям, стать президентом после генерала Аушева полковник Зязиков не мог.

Но в Ингушетии Зязиков поначалу в какой-то мере оказался чужим. Быть может, чекистское прошлое или то, что последние шесть лет перед выборами он работал за пределами республики, сделали свое дело — по количеству покушений Мурат Зязиков несомненный лидер среди остальных первых лиц ЮФО.

Но были у Зязикова и союзники среди ингушских кланов на пути к президентству. Например, бывший глава службы безопасности «ЛУКОЙЛа» Муса Келигов, прославившийся в республике тем, что, когда чеченцы украли его брата, он собрал вооруженный отряд и силой отбил своего брата, уничтожая всех, кто стоял на его пути. Именно господин Келигов, работая в полпредстве президента в ЮФО, «нашел» в Астрахани господина Зязикова. После победы Мурата Зязикова на президентских выборах, младший брат Келигова — Закри — в 2003 году получил пост гендиректора ОАО «Ингушэнерго». Однако затем стал развиваться конфликт между держателями акций этой энергетической компании. Началось долгое противостояние, результатом которого стала отставка Келигова-младшего. И отношения двух кланов дали трещину.




Белая кость

У ингушей есть и своя аристократия. К ней, прежде всего, относятся три фамилии — Мальсаговы, Ужаховы и Тангиевы, которые не включают в себя никаких «инородных» родственников. Все три фамилии представляют собой три отдельных клана, особо уважаемых в ингушском обществе. Достаточно сказать, что первые генералы-ингуши были Мальсаговы и Ужаховы. И в русско-турецкие войны и в Первую мировую они руководили «дикими дивизиями» — горскими формированиями русской армии, которые покрыли себя славой.

Сегодня правительство Ингушетии возглавляет Ибрагим Мальсагов. Кстати, премьер тоже пережил не одно покушение. При Руслане Аушеве первым человеком в республиканском правительстве был другой Мальсагов — Ахмед.

Отличительная черта Мальсаговых — амбициозность, они страшно гордятся своим кастовым положением. Люди из этого рода — богатые и бедные, знаменитые и не очень — всегда помнят о своей принадлежности к сословию. Среди Мальсаговых много руководящих работников в республике. Но представители этой фамилии могут и не занимать высоких должностей, а вести частный бизнес. Памятуя о том, что любую должность при желании можно купить. Им можно…




Авторитеты

Следующий тейп — Евлоевы — самый многочисленный в Ингушетии. Евлоевы отличаются поразительным чувством локтя, с которым вряд ли могут сравниться другие ингушские кланы. Для этого рода особенно характерно коллективное принятие решений. Например, в порядке вещей определить перспективного родственника, дать ему хорошее московское, питерское или ростовское образование. А затем, если надежды оправдываются, представители фамилии, что называется, пускают шапку по кругу. Собрав нужную сумму, тейп покупает нужную тейпу (!) должность и сажает в кресло своего человека. И эту повинность, замешанную на благодарности родственникам, человек будет «отрабатывать» по гроб жизни.

Кстати, из Евлоевых и первая женщина в правительстве в Ингушетии, заместитель председателя правительства Хава Евлоева.

К авторитетным тейпам в Ингушетии относят и фамилию Оздоевых. Правда, в республике она больше связана с главным оппозиционером президента Мурата Зязикова — депутатом Мусой Оздоевым. Любопытно, что в 2002 году Оздоев играл видную роль в предвыборном штабе Зязикова, а после победы на выборах работал советником президента. Но сегодня Оздоев — самый ярый критик президента и коррупции в республике.

О влиянии в Ингушетии Мусы Оздоева и его сторонников делать выводы трудно. С одной стороны, Оздоев представляет известный в Ингушетии тейп, и ряд влиятельных выходцев из этого тейпа поддерживают его выступления. С другой — у оппозиции пока нет серьезной финансовой базы.

А весной 2004 года в Ингушетии похитили старшего помощника прокурора республики Рашида Оздоева. Преступление до сих пор не раскрыто.

Еще один авторитетный ингушский тейп — Хамхоевы. Правда, они «разбавляются» фамилиями Ижиевы и Бекмузаровы. Из публичных персон известны: и. о. главы МВД Ингушетии Беслан Хамхоев, муфтий республики Иса-хаджи Хамхоев, вице-президент федерации дзюдо России Али Хамхоев (не самая последняя должность по ряду причин).




Бывшие

Говоря об Ингушетии, невозможно не упомянуть фамилию ее первого президента Руслана Аушева. Аушевы — отдельный тейп, но в ингушской «табели о рангах» он высокого места никогда не занимал, не занимает и сейчас. Конечно, во времена президентства Руслана Султановича, значимость тейпа Аушевых выросла. Однако сам генерал Аушев, большую часть жизни проведший в советской, а затем в российской армии, выше родства ценил личные качества своих сторонников. И именно руководствуясь этими принципами, расставлял людей на ключевые посты. Многие в Ингушетии помнят периоды во времена правления Аушева, когда правительство менялось каждые 2-3 месяца. Объяснение всегда было одно — «они не любят Ингушетию, ингушский народ, не работают с полной отдачей». И какой бы тейп кто ни представлял — президенту было все равно.

Этим, возможно, объясняются близкие отношения Руслана Аушева и Михаила Гуцериева. Михаил Гуцериев — бывший директор российско-белорусского предприятия «Славнефть», ныне директор компании «Русснефть» создал промышленно-финансовую группу БИН, на которой и поднялся, в 1992 году. Взлет его карьеры начался именно с приходом к власти Руслана Аушева, первой крупной акцией которого было создание свободной экономической зоны «Ингушетия». Главой администрации этой зоны Гуцериев был назначен в 1994 году. Чем помогла свободная экономическая зона республике, мало кто знает, но Михаил Гуцериев сейчас занимает 36-ю строчку в рейтинге самых богатых людей России, его личное состояние оценивается в сумму около 300 миллионов долларов. Его брат, бывший глава МВД Ингушетии Хамзат Гуцериев в 2002 году боролся за пост президента и, не без финансовой поддержки «Славнефти», был одним из фаворитов и основным конкурентом действующего президента Мурата Зязикова.

После того как Гуцериева обвинили в подкупе избирателей и сняли с гонки, отношения с победившим кланом были испорчены навсегда. Контролируемые братьями Гуцериевыми бизнес-структуры (в частности, БИН-банк) потеряли все, что до весны 2002 имели в Ингушетии. В политическом плане, однако, «акции» их союзника Руслана Аушева в республике еще в цене и довольно высокой.




На вторых ролях

Менее значимую роль в структуре ингушского общества играют тейпы Батаевых и Мархиевых. Что, в общем, не помешало Магомеду Мархиеву побыть зампредом правительства республики. Его фамилия более известна в связи с событиями осетино-ингушского конфликта, так как именно он курировал в правительстве республики проблемы вынужденных переселенцев. Сейчас Магомед Мархиев занимает пост главы недавно созданного министерства по связям с общественностью и межнациональным отношениям.

К тейпам второго порядка, которые всегда занимали подчиненное положение, можно отнести Тунгоевых, Идиевых и Цалоевых. Высот на карьерной лестнице удалось достичь, пожалуй, лишь Багаудину Цалоеву. Он стал заместителем председателя правительства. До этого был директором Назрановского завода «Вилс», выпускающего нефтяное оборудование.




Пришлые

Генезис ингушского народа происходил на части современной Чечни. Из Чечни в Ингушетию во время войны устремились этнические ингуши, представители огромного тейпа под названием Мелхи. Таких людей со статусом вынужденных переселенцев в республике порядка 10-20 тысяч, и обратно возвращаться они не собираются. Мелхи — это некое собирательное название, указывающее, скорее, на место, откуда они родом. Ингуши их своими не считают и называют «ордой».

На территории республики живут и так называемые баталхаджинцы, а в простонародье — батлаки. Пришли они с территории Чечни, где издавна селились по берегам реки Сунжа. Представителями этого тейпа являются Белхороевы, Измайловы и Алхароевы. При своей многочисленности баталхаджинцы представляют собой как бы государство в государстве, чужеродное «остальной» Ингушетии. Это крайне агрессивный тейп, который не останавливается ни перед чем для достижения своих целей. Общую политику, а также официальный взгляд на те или иные события (к примеру, за кого голосовать на выборах), для всего тейпа определяет совет старейшин. Авторитеты дают команду, которая доводится до каждого, и все поступают так, как сказали старшие. Если, по мнению совета, один из родственников к 80-летию нуждается в награде орденом, представители тейпа развернут «массированную атаку» по линии Госдумы, используют административные рычаги, найдут влиятельных лиц, но добьются своего.




Комментарий «ЮР»

Эксперт по Северному Кавказу, политолог Константин Казенин:

— В сегодняшней Ингушетии тейпы имеют несколько большее значение, чем, например, в Чечне. В Ингушетии, как и в Дагестане и Чечне, господствует суффийский ислам и в нем есть много ответвлений. Эти-то ответвления в Ингушетии и привязаны к конкретным тейпам. Направления ислама, привязанные к конкретным тейпам, называются вирды. Но единой политической силой даже известные тейпы сегодня в Ингушетии не являются. Вообще нет такого, чтобы федеральный центр учитывал принадлежность какого-то руководителя к тому или иному тейпу. Как пример, тот факт, что сам Зязиков не является выходцем из мощного тейпа. Другое дело, что на нижних этажах власти кланы имеют более реальное влияние.




Мэр города Карабулак Зелимхан Евлоев:

— Сегодня разделение в Ингушетии на тейпы весьма условное. Тейп собирается вместе разве что по большим праздникам, вместе празднуют свадьбы, вместе организовывают похороны умерших… В деловых отношениях это уже не имеет большой роли. К примеру, по отцу я принадлежу к тейпу Евлоевых, по матери — к Оздоевым. Как тут разобрать, кто мне ближе? Когда я стал мэром Карабулака, поначалу родственники оккупировали мой дом. С разными просьбами — от жилищных проблем до приема на работу. Я сказал: дома служебные вопросы не обсуждаю, приходите на работу. И сразу же всем объявил: помогать будут только по оценке деловых качеств, родственные связи в расчет не идут.

[Сергей_Ингушевич]

Последнюю статью неплохо было бы отдельной темой выложить

[Ваш знакомый]

РЕЗОНАНС

Когда читаешь публикации в некоторых СМИ, анализирующих ситуацию в национальных республиках, мне часто вспоминается незабвенный профессор Ахмет Орцхоевич Мальсагов. И вот в связи с чем. Однажды студенты спросили у него: «Как сказать на ингушском языке «ерунда на постном масле»? Ахмет Орцхоевич никогда не лез за словом в карман и тут же выдал – «генарий даьттаца кхерза т1урилг». Вот такой ерундой, вернее, белибердой, и представляются мне такие публикации. К их числу, несомненно, относятся и те три материала, что опубликованы в одном из последних номеров газеты «Южный репортер» и посвящены Ингушетии.

В постсоветское время в российской журналистике появилось новое направление, которое никак не красит нашу профессию. Некоторые журналисты, либо от нехватки профессионализма, либо, наоборот, от его избытка, пишут свои опусы на «грани фола». Там и сям навыдергивают совершенно не связанные друг с другом фактики и соединяют их для подтверждения своих ложных посылов. При этом, повествование ведется в полуоскорбительной тональности: дескать, вот они – туземцы, совершенно непонятные нам – цивилизованным людям.

Вот и некий Игорь Жуков решил в «ЮР» разобраться, кто есть кто в Ингушетии и озаглавил свой труд так – «Структура тейпов и кланов». На Руси издавна говорят: прежде, чем бухать в колокола, надо бы заглянуть в святцы. Вспомнил я эту пословицу потому, что сильно сомневаюсь в том, что И.Жуков знает, что такое тейпы и что такое кланы. Иначе он не ставил бы их в один ряд и не соединял союзом «и».

Обратимся к словарю иностранных слов. Читаем: «Клан (кельт.clann). 1. У шотландцев и ирландцев – наименование рода, реже племени; 2. В широком смысле – ряд поколений, происходящих от одного предка». А разве не то же самое обозначает и слово тейп?

Вооруженный таким багажом знаний о предмете своего исследования, И.Жуков сходу берет быка за рога: «Сейчас у власти в Ингушетии находятся два крупных тейпа – это так называемый «Царой» и тейп Зязиковых…

Среди «царойцев» наиболее известным в Ингушетии является бывший председатель правительства Тимур Могушков. Ныне бывший премьер курирует в правительстве республики экономические программы». Берясь за исследование «структуры тейпов и кланов», И.Жукову надо бы знать, что Т.Могушков вот уже несколько месяцев вообще не работает в правительстве и давно уехал из РИ. Но для автора это не имеет никакого значения, главное, подкрепить ложным фактом свой столь же ложный тезис о находящихся у власти в Ингушетии.

Переходя к Зязиковым, И.Жуков пишет: «…Достаточно сказать, что брат президента Рашид Зязиков возглавляет Аппарат Правительства республики и отвечает за подбор правительственных кадров». Есть в этой фразе некая недосказанность, или, если хотите, скрытый намек: понятное дело, брат брата продвигает. Но люди, дававшие И.Жукову информацию, либо специально, либо по незнанию не сказали ему, что Рашид Зязиков работает в правительстве РИ со дня его создания в марте 1993 года, а в 1990-1991 гг. работал в Верховном Совете Чечено-Ингушской республики. Еще задолго до президентства М.Зязикова ему доводилось быть и руководителем Аппарата Правительства.

«Еще один брат президента Дауд Зязиков», пишет сей халтурщик. Вынужден поправить его – у Мурата Зязикова только один брат – Рашид.

Первого президента РИ И.Жуков называет «фактический «основатель» Ингушетии». Вновь поправляю автора: основателем Ингушетии является ее народ и основал он ее много сотен лет назад. Может быть, И.Жуков не знает, что слова Ингушетия и Республика Ингушетия в данном контексте неравнозначны, и он имел ввиду второе. Но и в этом случае выходит у него промашка, ибо среди тех, кто, в условиях катастрофического распада ЧИАССР, боролся за создание Республики Ингушетия эта фамилия тоже не значится.

Дальше - больше. И.Жуков показывает себя полным дилетантом не только в вопросах, связанных с Ингушетией, но и в истории России. Он пишет о каких-то мифических «диких дивизиях» горцев в составе русской армии в русско-турецкие войны и в Первую мировую войну. Специально для И.Жукова даю справку: воинское формирование под названием «дикая дивизия» (неофициальное) в русской армии было только одно и воевало оно только на фронтах Первой мировой войны.
Собрав базарные сплетни, этот, с позволения сказать, журналист выдает такую сентенцию о тейпе Евлоевых: «…Для этого рода особенно характерно коллективное принятие решений. Например, в порядке вещей определить перспективного родственника, дать ему хорошее московское, питерское или ростовское образование. А затем, если надежды оправдываются, представители фамилии, что называется, пускают шапку по кругу. Собрав нужную сумму, тейп покупает нужную тейпу (!) должность и сажает в кресло своего человека». И тут же, как бы вне всякой связи с этим, автор выдает: «Кстати, из Евлоевых и первая женщина в правительстве Ингушетии, заместитель председателя Правительства Хана (так у И.Жукова) Евлоева. После такого чтива так и хочется спросить у уважаемой Хавы Исаковны: «Это сколько же бабла собрали Евлоевы, чтобы дать вам образование, посадить в кресло секретаря Октябрьского РК КПСС г.Грозного, а теперь – и в кресло первого вице-премьера?». Как пишет ретивый борзописец, вам теперь придется отрабатывать их по гроб жизни.

Или вот о тейпе Хамхоевых. Из публичных персон из среды Хамхоевых И.Жуков называет Али Хамхоева. Обращаюсь к читателям: кто-нибудь знает в республике знаковую фигуру с таким именем? Я – нет. Но ремесленник от журналистики не оставляет нас в неведении, и сообщает, что Али Хамхоев является вице-президентом федерации дзюдо России. Как тут не вспомнить про бузину, которая в огороде, и дядьку, который в Киеве. Но больше всего меня поразила приписка в скобках к посту А.Хамхоева – «не самая последняя должность по ряду причин». Это какие же такие причины делают скромный пост вице-президента одной из спортивных федераций важным и значимым в жизни ингушского народа? Долго ломал голову над этим вопросом, но так и не нашел ответа. Видимо, для этого нужно иметь больное воображение И.Жукова.
Сказав «А», И.Жукову следовало бы сказать и «Б». Например, поделиться с читателями «ЮР» опытом Евлоевых по определению «перспективного родственника».

Интересно, в каком возрасте они проводят тестирование – еще в детском саду или на выходе из школы? Хава Евлоева, к примеру, родилась в Целинограде, там же закончила школу и институт. Как же Евлоевым удалось ее вычислить? А на тестирование они пригласили ее в Ингушетию (разумеется, оплатив неблизкую дорогу), или, напротив, сами выехали в Казахстан? – Генарий даьттаца кхерза т1урилг, - сказал бы о бреднях И.Жукова профессор А.Мальсагов, будь он сейчас жив.

А как вам, уважаемые читатели, Назрановский завод «ВИЛС», выпускающий нефтяное оборудование?! А мы-то, здесь живущие, и не знали, что у нас есть такое уникальное предприятие!

Для придания достоверности своим фантазиям бедовый журналист «подтягивает» эксперта по Северному Кавказу, политолога Константина Казенина. И что же нам вещает сей ученый муж?

- В Ингушетии, как и в Дагестане и Чечне, господствует суффийский ислам и в нем есть много ответвлений (кто бы спорил!). Эти-то ответвления в Ингушетии и привязаны к конкретным тейпам (бред сивой кобылы! – А.Г.).
Направления ислама, привязанные к конкретным тейпам, называются вирды (бред не просто сивой, а еще и пьяной кобылы! – А.Г.), - глаголет эксперт и политолог. А того не ведает, что несет несусветную чушь».

Что касается двух других материалов в «ЮР», читать их столь же внимательно не стал. Потому, что беглого просмотра их хватило для понимания – это такая же белиберда на постном масле.


INGUSH.ru А. Гадаборшев

[Барбадос]

Откуда материал? Очень интересный. А как старается... Келигов наш президент! У Келигова авторитет! Потом такие же дифирамбы и Зязикову распевал. Наверное думал, что все забыто.

Сейчас Евлоев поет совсем другие песни и восхваляет Аушева, а в этом интервью усиленно его обс.....т.

А если Зязиков предложит ему доходное место, то он снова переменит ориентацию?

полностью с тобой согласен.